Илья Мосенков (ИВМос)
Заблудившийся во времени 3

Посвящается моему инструктору по

вождению.

Всем моим знакомым, друзьям и близким,

кто из них является «индопоклонниками».

Часть первая. «ГДЕ ПРОСНУЛСЯ ВЧЕРА НЕ ПОЙМУ, ХОТЬ УБЕЙ…»

Глава 1. «…СТАРОСТЬ МЕНЯ ДОМА НЕ ЗАСТАНЕТ, Я В ДОРОГЕ, Я В ПУТИ…»

«Ещё в советские времена, утверждалось,

как аксиома, что: «Менты – козлы» (теперь, после их переименования в полицию, никак не могу взять в толк, следует ли «М» менять на «П»).

При этом, как утверждали они все – «Мент – ГАИшнику не кент».

Рискну предположить, что эти вежливые люди не желают иметь ничего общего с этим гордым, но не разу не священным животным и их девиз: «Мы не козлы – козлы не мы!», в который по эволюции мистера Дарвина видоизменился классический лозунг столетней давности. Что наверное и правильно, поскольку они «взяли в руку палку…».

А, если это и в правду так, то сотрудники ГАИ, вовсе не менты. Они просто ездят на машинах с голубыми номерами.

Ещё, это значит, что бесполезно возить милицейскую фуражку на полке за задним сидением».

Из «размышлений о жизни» моего инструктора по вождению.

Пришёл в себя я где-то в тропических дебрях. Откуда-то, вероятно близко вода, потянуло сыростью. Со мною были какие-то мои пожитки. Я с изумлением осмотрел «чем я богат», чтобы понять, чему же мне радоваться.

При мне оказалась моя дорожная сумка, мешок, три меча – набор самурайский и кривой меч Дао. Ну в общем всё то, что было при мне, когда эти.., назовём их «регулировщиками движения», мановением своей волшебной палочки заслали меня сюда. А куда это сюда? Чего-то я не понимаю, но это самое чего-то мне и не нравится, поскольку непонятно ничего.

Кругом были зелёные заросли чуть ли не стеной, а я находился на небольшой полянке.

Понюхав воздух, я понял с какой стороны большая вода и направился к ней, полагая, что по берегу будет проще пройти.

Добрался до воды. Это оказался какой-то высокий выступ типа пригорка, а деревья доходили до самой воды. Что меня порадовало, это была широкая река, а по берегу в обе стороны от этого выступа простирались песчаные отмели.

Как они меня так «нейтрализовали» или «устранили» не могу взять в толк, а где я нахожусь? И, у меня даже нет «идеи», вспомнился как-то непроизвольно тот старый анекдот со словами «иде-я, иде-я, … иде я нахожусь?». Но я же всё равно отсюда выберусь, не пойму в чём подвох.

Ну да здесь мне не пройти. Надо-таки до отмели давать крюка через заросли. И я стал «давать».

Вдруг заросли резко оборвались, и я оказался на некой тропической поляне. Но больше меня поразило то что я на ней увидел. А увидел я там какой-то мелкий самолётик. Но не это меня так поразило. Я увидел…голубого. Голубой стоял… и ел.

А не Штирлиц ли я? Была моя первая мысль, когда я попытался осознать себя в этом мире и в этом месте.

Как-то сразу пришла на ум та присказка, что когда Штирлиц возвращался из Берна в Берлин, то в дали он увидел голубые ели, а когда подъехал ближе, то увидел, что голубые не только ели, но и пили.

Голубой был так увлечён, что и не увидел меня.

А я от изумления только и сказал: «ОП…».

Он поднял на меня глаза и сказал:

– Я не Оп.

– А кто ты? – Спросил я.

– Почему ты не кланяешься Богу своему?…И кто ты сам? – Это спросил он уже у меня! – Я твой Бог – Кришна! – Пафосно провозгласил он, не дожидаясь моего ответа.

Я просто охренел!!!

– Я, я, я Арджуна! – Невпопад внезапно ляпнул в ответ я (типа «сам дурак»). Так как в моей памяти ещё с 90-х годов, когда кришнаиты «харили» Кришну по всем площадям и подворотням, у меня отложилось это имя в памяти. Вот непроизвольно и слетело с языка.

Ну да поклониться – спина не переломится, так во всём мире приветствуют. Ну да уж очень я был тяжело нагружен, куда здесь кланяться.

Поэтому, всё ещё пребывая в охренении, я как-то спонтанно сделал книксен.

Файлы в моей голове ещё не сошлись, а наоборот, дали резонанс, отражаясь с разных сторон от черепной коробки.

Вместо приветствия, ну кто у нас бормотание кришнаитов не слыхал, я возьми и ляпни невпопад на старые дрожжи:

– Харе Кришна. Харе Рама. Кали Юга. Кали Рама.

Как я сам понял, ляпнул, как будто бухнул те самые дрожжи в деревенский туалет – типа «сортир», и эта «бражка» созрела. Видимо для них похождения этой «резвушки» Кали были как для наших коммунистов воспоминания о художествах Землячки в Крыму.

– ОП! – Это сказал уже Кришна и поперхнулся, начав надрывно кашлять, а я заскочил ему за спину и начал усиленно хлопать его по спине.

Когда его надрывный кашель несколько приутих, я прекратил рукоприкладствовать в отношении «Бога». И снова переместился пред его «светлый лик», ну или уже правильнее синий лик. Хотя значение его имени как «чёрный», говорило о том. что он должен быть темнокожее, чем его сородичи, да и от кашля с удушьем он посинел ещё больше. Ну просто «фиолетовый эфиоп» – подумал я, вспоминая про тех мужиков, которые напились морилки и надолго приобрели подобный цвет.

Он же стал делать загребающие движения рукой, пока не сдёрнул с моего пояса тыкву горлянку. И приложился к ней.

Ну вот, подумал я: «Всё по Штирлицу».

Пока я думал эту свою мысль, я увидел, что глаза у Кришны закатились, а сам он начал падать. Только я и успел, что подхватить его и свой сосуд.

Кришну я бережно уложил на землю, нюхнул тыкву-горлянку.

– Блин, блинский. «Мухоморовка»! – Вырвалось у меня.

– Да-а-а, а ещё он утверждал, что он не «ОП». А ещё каким «ОПом» оказался. Всем «ОПам» – «Оп»!

– О Царь, Соломон! – Взмолился я к виртуальному другу:

– Сделай так, будь милостив, чтобы «это» скорее прошло! Хрен его знает, с его биохимией, чтобы я ненароком не отравил его, чтобы «Бог» новоявленный, не стал «Богом» новопреставленным. Мне ещё только стать «яблоком раздора», международного, да и междупланетного, только для полного «счастья» не хватает, как и не хватает кровной мести со стороны кришнаитов Да и вообще мне сдаётся, что я нахожусь где-то на их территории. Как бы они все потом не захотели подарить меня Кали. Где же я их всех тогда хоронить буду?. – Озадачился я почти что вопросом д`Артаньяна, когда он пришёл на «стрелку» к Атосу, Партосу и Арамису.

Что делать? Извечный русский вопрос, аж со времён Чернышевского. «Кто виноват?», ну это даже не вопрос – «стрелочник», а И.О. стрелочника – я!

Я оглядел этот мелкий самолётик снаружи. Заглянул в летательный аппарат, пошарил внутри. Немножко освободил место, затем взвалил на плечи «Бога».

– А не хрена ли я себе «поднялся»? Взвалил на плечи «Бога»! Да это похлеще, чем «ухватить Бога за бороду»!

Ну да «переноска пострадавшего» мне знакома, вот и понёс я его в самолётик, и загрузил в этот самолётик. А сам с кривым мечом устроился снаружи.

– Прямо дежавю какое-то, а Царь Соломон? С Хуан Ди тоже в каком-то захолустье познакомился. Да и в условиях не менее странных. Ну просто «День Сурка».

Ох, вот и долго ж, я сидел. С утра. Уже почти смеркалось.

Услыхав, что заворочался «мой пациент», я подбежал к нему.

Мой «голубой», хрипло стонал: «Воды…, воды…». Я и ответил ему словами старой песенки:

– Всё потому, что без воды мы не туды и не сюды…

И я начал шарить по кабине в поисках воды.

Ему бы сейчас капустного или огуречного рассола! Так тут же его и днём с огнём не найдёшь! Можно бы было «похмелить». Так ведь не «Мухоморовкой» же!

Нашёл я с горем пополам ему воды.

Когда он нахлебался, дрожащим голосом меня спросил:

– Что это со мною было?

– Ты подавился наи…(светлейший, сказать так было бы как издевательство. Сказать голубейший, ну тоже извините, «базар надо фильтровать», можно «на тормозах не съехать», «я здесь никто и звать меня никак») – подумал я.

– Изволил ты вкушать, и что-то колом в горле встало.

При том могучее тело враз и упало

Его подхватить, я еле успел

Земли ты коснуться, так и не успел…

Пришлось похлопать тебя по спине, чтобы ты мог извергнуть это из горла своего. А после ты упал, я подхватил тебя и перенёс сюда, а сам стал охранять с мечом от тигров лютых, размерами особо крупных. – «Рванул» я на «британский флаг» так называемую пятую точку.

– О, Арджуна, ты «преданный», ты настоящий друг, тебе, я вижу, можно доверять.

– Да, я такой. – Ответил я, приняв горделивую позу, как Брюс Ли в фильме, где он разогнал целую школу каратистов.

– Двигло – сплошное барахло. Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса… – Сказал мне Кришна. Вновь проскользнуло дежавю. И он продолжил:

– Болваны брахманы, всё что могут, только бить в барабаны и бубнить свои сутры. Не могут даже нормально отрегулировать поступление топлива. Вот он и перегрелся, а я сел. А эти… чандалы, грихамудхи (ПРИМЕЧАНИЕ автора. Индийские ругательства, те кто кушают индийско-некошерное, домашние ослы) никак не могут толково выучить хотя бы что-нибудь достойное – Виманика-Шастра, например. (ПРИМЕЧАНИЕ автора. Руководство по эксплуатации и пилотированию летающих средств – виман).

– Всё делают «на авось» и «на…отвали». Истинные арии, потомки гипербореев, вот что с людьми гаплогруппа R1a делает. – Продолжал сокрушаться он. (ПРИМЕЧАНИЕ автора. Гаплогруппа R1a самая распространённая у русских, украинцев и белорусов, а в Европе – у немцев, за счёт ассимилированного славянского населения. Её процент просто огромный в высших кастах индийцев, порядка 75%). Никакой «орднунг» (ПРИМЕЧАНИЕ автора. Порядок на немецком) не желают знать. Им лишь бы молиться нам, петь и плясать по две серии подряд, первая вокруг пальм, вторая баобабов.

– Да уж, да, уж. – Согласился я с ним. – И кинофильмы у них такие же!

– Как говорится, у кого в щах, даже капусты нет, а у кого жемчуг мелкий. – Продолжил соглашаться с ним я, рассыпая вокруг себя истинную народную мудрость.

– Да я вижу, Арджуна, ты философ!

Ну думаю, вот «Арджуна» этот, ко мне так и прирос. Считай, что если «Бог» назвал, то вроде как сам дал «крестильное» имя. Ну да как по мне, «так хоть и горшком назови, только в печку не ставь». Сам он – Кришна, то есть – «чёрный», что же мне Ин Луну – Тёмному Дракону, в его тени что ли отсвечивать? Да и была не была, пусть буду я Арджуной. С последней поездки на будущую Окинаву, я чётко осознал, что «как корабль назовёшь, так оно и поплывёт». С судьбой в рулетку играть тоже не стоит. А как я помнил, вроде бы по их истории чувак он был козырный, не фраер, а в авторитете. Другого же Арджуны, на горизонте вроде, как и нет. Всё, решено, «была не была», а это вам совсем не то, что «дала не дала». Так я и стал для него Арджуной.

– Ну что, Арджуна философ, признаёшь меня своим Богом?

Ё-ё-ё-ё-ё, да это ж он меня в кришнаиты записать пытается.

– А на кой мне «бох» если я и сам не плох? – выдал я ему свой ответ в духе моего виртуального «друга» Соломона. И дальше продолжил долбать его цитатами «из классиков». Правда не тех. А из стихотворного переложения Дхаммапады:

Не создавай себе кумира,

любые формы – переходящи.

Снега горят под крышей мира

лишь под лучом животворящим.

– Ты что-то совсем «рамсы попутал», ты разве Брахма, и ты создал этот мир? Ты всего лишь человек с другой планеты, пусть и более долгоживущий, чем я сам. – И добавил:

Не долог зыбкой формы плен

за Пустотой таится тлен.

– Что то ты Арджуна, слишком много знаешь? – подозрительно спросил он.

А я ему загадочно ответил:

Уходят мудрые от дома,

как лебеди покинув пруд,

им наша жажда не знакома

увидеть завершённый труд.

Им ничего не жаль на свете,

ни босых ног своих ни лет,

их путь непостижим и светел,

как в небе лебединый след.

И закончил свою «лебединую песню» из стихотворного изложения Дхаммапады, ну просто Дзэновским коаном:

А «…доктора, менты, доярки

и майоры ФСБ,

подбирают на гитаре

песни «Битлз» и «Любэ»…

Когда градус его «офигения» упал, то он спросил меня:

– Слишком уж ты для своих лет…, давай рассказывай всё о себе, кто ты, откуда, как сюда попал и чего хочешь в этой жизни.

– Ты знаешь, Кришна, мне бы к Хуан Ди попасть. Да и всё равно молиться по-вашему я не умею и не хочу. Могу только мычать «Оъ-мъ-мъ», а из всех сутр мне доступна лишь одна – лучшая сутра, это Камасутра.

Да и лет мне много больше, по здешним меркам, я уже старик. Это он меня омолодил, Хуан Ди, а потом дал «нано-пилюлю бессмертия».

Я его спас однажды, а потом помог подавить мятеж и бунт, ну был у него что-то типа спецназа, и пусть не правой, ну уж двадцатой рукой это точно.

– Странно, я об этом ничего не слышал, да и знаю, что он год назад улетел вместе со всеми своими, а вернуться должен лет так через четырнадцать.

– Ничего не понимаю, в этот мир я попал случайно из времени, отстоящего от Великого Потопа на 12500 лет. Просто случайно зашёл в одно такое хитрое место и оказался там, где и встретил Хуан Ди. А после, я был на Островах Восхода. Там случились некие события, после которых я очнулся здесь, метрах в пятидесяти.

– Странные вещи ты говоришь. После того Потопа прошло три тысячи лет с небольшим, сейчас точно не скажу. – Пояснил мне Кришна.

От его слов я так и «завис». «Круто я попал», вот только не «на TV», а на …пи..пи.., «очень круто я попал» в общем «пипец».

От «моего» Хуан Ди меня отделяют тысячи лет.

– Кришна, а не могли бы Вы меня к нему доставить. Тогда готов признать и Богом, и спасителем, и избавителем. К нему в то время, сейчас я могу прикинуть сколько это будет.

– Нет Арджуна, во времени мы перемещаться не умеем. Пока ещё. На этом континенте, это умеют только Хуан Ди и Догу с Островов Восхода. Я вправду сожалею.

Пожалуй, ты можешь встретиться с ним лет через пятнадцать, когда он вернётся. А эти годы тебе нужно будет не только пережить, но где-то, как-то «перекантоваться».

Если ты очень хороший воин, мы возведём тебя в касту кшатриев. Это вторая каста. На то место, которому ты будешь соответствовать. А то уж это «горе кшатрии» (т.е. воины). Дадим тебе матаджу, а хочешь, двух «для изучения сутр» (ПРИМЕЧАНИЕ автора: – матаджа – женщина). Да. Решено! Двух – Зиту и Гиту. Обе они девицы, красавицы, из касты кшатриев. Но, это в случае, если ты и в правду будешь столь большим специалистом. А каста кшатриев…из них даже много, а быть может и большинство раджей происходят, тех, которые из аборигенов.

Вот подумал я, прямо шанс записаться во второе сословие, прямо сословие всадников Древнего Рима, может ещё в местные Понтии Пилаты выйду, если по дороге угроблю-таки «местного бога».

Глава 2. СМЕНА СЮЗЕРЕНА

«Куда ни кинь, везде клин». Ну и что мне делать? Да…

– Хорошо Кришна, меня ты испытаешь, тогда сам и решишь, а мне делать похоже больше нечего. Приму твоё я предложение и буду честно тебе служить. До возвращения Хуан Ди, а тогда я должен буду встретиться с ним, и, если он решит, что я ему не нужен больше, тогда я буду в праве остаться у тебя. Хочу тебе также напомнить, что Хуан Ди, давал мне свои даосские нано-пилюли «бессмертия». Того и от тебя желаю получать. Попал сюда де я совсем случайно, своих пилюль сейчас я не имею.

– Да, Арджуна, хорошо. Мы можем так договориться. Тогда, быть может, ты не захочешь возвращаться к Хуан Ди.

– Мой сюзерен, Кришна, расскажи мне, о себе и куда я попал, сейчас я совершенно не ориентируюсь ни в вашем времени, ни где я нахожусь.

– Хорошо, слушай:

Я Бог Кришна, сейчас мне полторы тысячи лет. Родился я после катастрофы в нашем мире. Мой пра-пра-пра-пра-дед Бог Велес.

Они – белые – старшие боги. Они родились до катастрофы в нашем мире, она (катастрофа) была изначально биологической и поменяла биохимию организмов, те же кто рождались после катастрофы, имеют все голубой оттенок кожи. Мы молодые Боги.

Старые Боги оставили себе в правление земли на севере вашей планеты, оставшиеся от Гипербореи. Как я его понял, это все территории современной России, южной, восточной, центральной и половиной западной Европы. Практически весь Китай, кроме самого юга, японские острова, большая часть Средней Азии и Ближнего Востока, включая и Египет.

На наши территории всячески и давно вторгаются Серые – Асуры. Условно говоря, карта влияния разных богов всё ещё выглядит как лоскутное одеяло.

Нам, молодым богам отдали Индию для проведения цивилизационных экспериментов. Мы, по сути, составляем единое государство, но в нём множество княжеств. Кто старшие из нас, имеют по нескольку княжеств, и мы стоим над местными раджами, как Боги. Так, например, Рама владеет Айодхью, а я, стою над Камбейским княжеством.

(Мне стало ясно и понятно, это земли запада Индии, в моё время они давно ушли под воду, но кое-что под водой всё же было обнаружено, и это называлось «Цивилизацией Камбейского Залива»).

Осуществляем мы свои цивилизационные, педагогические, культурные и иные эксперименты. Наилучшей формой является Божественное поклонение, оно даёт меньше сомнений. В наших княжествах нам и поклоняются, признавая при этом Брахму как создателя всего и нас, как Богов уже для вас.

Аборигенов мы учим наукам о мире, да, облекая в форму религиозных наставлений их здесь называют – веды. Медицине – мы изучаем ваши травы и прочие биоматериалы, создали профилактическую медицину – аюрведа. Ею мы обучаем население. Так же преподаём различные знания: профилактическую для здоровья дисциплину – хатха йогу, а также много других йог – джнани, шакти, раджа и иные йоги. Наша цель – самоусовершенствование человека. (Я вспомнил, что читал, когда Александр Македонский дошёл до Индии, он был сильно удивлён. Самые обычные крестьяне владели знаниями, которые в Греции были достоянием только образованнейших мудрецов). Мы обучили аборигенов металлургии, сельскому хозяйству, гончарному делу, каменному и кирпичному строительству, да и много, ещё чему.

Вот я и летел от Рамы, к себе домой, в свой «храм», а двигатель в вимане стал перегреваться. Я, обнаружив поляну сел, думаю пусть двигатель остынет, решил подкрепить свои силы, чего было просто так сидеть. Тут ты и появился.

– Благодарю тебя Кришна за рассказ, теперь мне хотя-бы что-то прояснилось…

Так мы и проговорили до утра всю ночь. Светало. Как и положено в этих широтах, солнце взошло внезапно. Его приветствовали гвалтом все возможные дневные пернатые.

Кришна сказал мне:

– Мне надо улетать. Вимана моя одноместная, взять тебя я не смогу. Ты жди меня здесь, я вернусь за тобой на другой, большей размером. Дорога займёт у меня час двадцать в каждую сторону, поменять виману…Ну в общем, через три часа я вернусь за тобой.

Он оставил мне воды и продуктов. А сам взобрался в виману. После запуска двигателя она плавно поднялась вертикально вверх, а затем резко стартовала, умчавшись вдаль превратившись в «жемчужину в небе».

Видя это, и чтобы скоротать время я решил спеть, взяв из репертуара Максима Леонидова.

…Я довольно молодой Бог,

и наверно у меня опыта нет,

но девушка моя…

…Где же ты моя Сулико?

Закончил я, явно не за здравие от путаницы в своих мыслях.

От всего пережитого, да и ночь без сна сказывается, всё так перемешалось в моей голове, что получилось у меня: «в огороде бузина, дядька в Киеве». И я решил бросить это неперспективное дело, так его и не начав.

Зато в памяти, прямо как с листа встали слова из старой (первое издание аж 1966 года), книги, которую я когда-то очень любил:

Но еще более удивительны имеющиеся в индийских и кельтских преданиях описания внутреннего устройства летательных аппаратов. Санскритский поэтический источник «Самарангана Сутрадхара» целых 230 строф посвящает описанию устройства летательных аппаратов и их применению. Прежде всего, однако, делается важная оговорка: «О том, как изготовлять детали для летающей колесницы, мы не сообщаем не потому, что это не известно нам, а для того, чтобы сохранить это в тайне. Подробности конструкции не сообщаются, потому что, если бы эти сведения стали достоянием всех, устройство это было бы использовано во зло».

Но вот что говорится далее об общем устройстве летательного аппарата: «Сильным и прочным должно быть его тело, сделанное из легкого материала, подобное большой летящей птице. Внутри следует поместить устройство с ртутью и с железным подогревающим устройством под ним. Посредством силы, которая таится в ртути, и которая приводит в движение несущий вихрь, человек, находящийся внутри этой колесницы, может пролетать большие расстояния по небу самым удивительным образом. Четыре прочных сосуда для ртути должны быть помещены внутри. Когда они будут подогреты управляемым огнем из железных приспособлений, колесница развивает силу грома благодаря ртути. И она сразу превращается в жемчужину в небе».

Тибетские священные тексты рассказывают о летательных аппаратах, которые также сравнивают с «жемчужинами в небе».

И ещё, как записано в одной из санскритских рукописей: «Посредством этих устройств, – жители Земли могут подниматься в воздух, а небесные жители – спускаться на Землю». В другом отрывке этой же рукописи говорится, что воздушные колесницы могут летать как в «солнечной области», так и дальше в звёздной области.

Как в те «допотопные» времена Александр Горбовский сумел пропихнуть в печать свою «Загадки древнейшей истории», я не понимаю. Хотя, да, он в ней согласно требованиям тех лет и ссылался многократно на троицу бородатых «классиков». Без которых «на одной шестой суши» и Солнце не светило.

Нет, ну надо же, ещё сутки назад, можно сказать, я был в другом мире, в другом времени. А сейчас я за тысячи лет и тысячи километров от того места и времени. Да ещё и «кришнаитом» с неясными перспективами стал!

Поел, попил, провёл инвентаризацию имеющегося личного имущества. Посмотрел на свои механические часы, благо, прикупил когда-то по случаю. Ещё полтора часа ждать. Спать ложится нельзя. Нельзя терять контроль, а не то какой голодный тигр или гад ползучий объявится. Чего бы ни будь спеть, чтобы время скоротать – тоже шуметь не стоит, как говорится «во избежание». Ладно, потренируемся, с оружием и без. А после тренировки, как выразился классик кино: «царь трапезничать будет».

* * *

Вот приблизительно часа через полтора, когда я уже прилично устал от размахивания мечами, я расстелил на земле оставленный мне коврик и водрузил на него продукты. Этакая скатерть-самобранка. Я уселся на землю вкусить чего местный Бог послал и принялся рассуждать и философствовать.

Вот Кришна мне двух жён обещает. А мне это надо? Вспомнишь тут старую байку, что у меня жена как пташка всё щебечет и щебечет, щебечет и щебечет…, дятел мозгоклюй, всю голову отдолбает ни о чём. Оглумит хуже телепередачи «Воскресный вечер», а тут их две… Как там было моему виртуальному другу Царю Соломону, у которого их было штук семьсот-восемьсот? А как тут тому царю? Я про обручальные кольца, никаких пальцев не хватит. В пору на верёвочку вешать и на шею, … и в омут… Хотя нет, он этот коан по-другому решил, взял одно кольцо, а на нём написал: «И это тоже пройдёт». Гениально в своей простоте, истинный мастер Дзен…

Нет, ну что же мне так не везёт?! Вот читал сколько о своих коллегах попаданцах. Обычно к середине второй книги, они совсем «списывались» до того, что читать невозможно – подвиги неимоверные, карьерный рост выше гималайских гор.

А я?!

Везёт как утопленнику, носит по мирам и временам, ну что того насмешника Агасфера, которого Сын Божий на это обрёк, так и то, у него хоть всё по вектору пространства-времени. А мой квест из серии в серию и всё не впопад, да и порядок, тех серий как из ящика спортлото…

Пока я вкушал и занимался размышлениями, на занимаемую мною полянку легла тень.

Подняв голову, я увидел зависшую в воздухе виману и отбежал к краю поляны. А вимана пошла на посадку.

Посадив виману, Кришна открыл в ней дверь, а я, прежде чем он спустился на землю предложил ему:

– Государь мой Кришна, садись за достархан, посидим как уважаемые люди вкусим от даров земных.

– Арджуна, э-э-э-э, как это ты назвал? Затрахан? – Он явно не понял меня. – Нет Арджуна это хорошая вимана, не затрахан, это та одноместная была ведром с болтамии…

– Нет, нет, Кришна я не о твоём небесном тихоходе, ой… извини, транспортном средстве…

– Э, э, э, Арджуна, я видимо не расслышал, затрахан? Кто…, ты что ли, тебя что, кто-то огулял? Кто это был, великаны, гигантопитеки, злобные серые карлики пиндосята? Ты что, теперь не чист передо мною? Тогда я не возьму тебя на небесный борт и тебе придётся бежать за небесной виманой следом!

От услышанного, когда я уразумел суть его вопроса, я аж закашлялся, зафыркал и аж покраснел. А затем, когда пришёл в норму то объяснил, что это такое – достархан.

Вначале Кришна повёлся было на моё предложение, а затем, ответил мне отказом.

– Я не знаю, – ответил мне Кришна, что это за достархан такой, но что-то, наверное, с этим местом не так, не по феньшую оно, не входит в меня здесь пища земная. Видимо организм отверг её, и я чуть не умер если бы он не отторг её вовремя. Да и тебя, как я вижу, тут тоже что-то накернило. Нет, видимо здесь нечисто. Не иначе это происки злобных серых карликов или нагов. Ничего не станем вкушать здесь. Нужно будет прислать сюда брахманов, окурить здесь всё благовониями и спеть священные гимны под заунывный вой поющих чаш.

Поэтому он дал мне команду, чтобы я загружался. Я и загрузился, предварительно закинув в неё все свои скромные пожитки. После чего, уже и я сам проявленной в отношении меня «божественной милостью» превратился «в жемчужину в небе».

Ориентировочно часа через полтора мы прибыли в ППД (пункт постоянной дислокации) Двараку. Уже позже, разглядывая карту, я понял, что он находился на тех территориях, которые в моё время стали Камбейским заливом. Хотя и сохранилась часть его княжества, которая в моё время называется штатом Гуджарат.

Кришна посадил виману возле очень большого храма, являвшегося не только местом поклонения (это как приёмный зал, в частном), но и его дворцом в целом.

Его цветами встречали и приветствовали аборигены. Несколько вооружённых помогли мне выгрузить мои вещи.

Кришна представил меня их старшему, а его – мне, этого старшего звали Говинда. Да уж, подумал я, дал Бог имечко, как корабль назовёшь… Ему Кришна и дал указание куда меня следует поселить и где что показать, а сам был увлечён куда-то своими восемью любимыми жёнами.

Для меня распоряжением было сегодня отдыхать, а назавтра я был должен «людей посмотреть и себя показать».

Глава 3. СМОТРИНЫ И ПОКАЗ

На следующие утро вскоре после рассвета (днём то совсем жарко будет), Говида выстроил имеющийся личный состав, а это было никак не меньше батальона грозного воинства. Ну что значит выстроил, толпой они конечно не стояли, но и на воинский строй моего времени тоже не очень-то было похоже. Ну так, что-то в моём представлении, типа «построение стройбата перед вечерней прогулкой». Организованным строем ходили также.

Для Кришны установили высокий помост с креслом-троном. После того как он его занял, он дал команду начинать.

Говинда отобрал пять лучших воинов в борьбе без оружия. Конечно, воины должны сражаться оружием, безоружные действия, это редкие исключения. Однако, это даст предварительную оценку, и меньше риск поубивать друг друга. Им была дана команда нападать на меня по очереди. В действиях ни их, ни меня никто не ограничивал.

Они окружили меня со всех сторон. Я сделал отвлекающий рывок телом вперёд махнув рукой, а сам пнул ударом ноги стоящего позади меня кшатрия. Его унесло как осенний лист порывом ветра. Не опуская, ноги из этого положения я пробил ногой вперёд и этого моего противника постигла такая же участь.

Я шагнул в сторону ставя двоих из них на одну линию. Попытку атаки я пресёк ударом в солнечное сплетение на опережение. Мой противник рухнул лицом вниз. Следующего развернул подсечкой на его движении на меня, а коленом другой ноги нанёс круговой удар в солнечное сплетение. После чего, схватил за волосы потянув вниз и снова другой ногой провел подсечку. Использовав замах этого движения добил его лежащего уже на земле ударом ноги вниз – в сторону. Пятый кшатрий бросился на меня с захватом, а я, пройдя ему в ноги подхватил его, бросок прогибом или с переворотом я делать не стал, а взвалив себе на плечи пошёл с ним к Говинде, которому и сгрузил свою «добычу» прямо к его ногам со словами.

– Вот, прими воина, он конечно грозен, но его надо ещё немножко подучить.

Когда я подходил Говинда, почему то, в начале шарахнулся от меня, но потом взял себя в руки и восстановил самоконтроль.

Я в начале не понял, а потом сообразил, что пока нёс свою добычу, то вслух цитировал Пушкина, Александра Сергеевича: «Через леса, через моря, колдун несёт богатыря». Стало быть, Говинда расслышал мои бормотания, и «колдун» ему явно не понравился. Ну да Кришна с ним, здесь Святой Инквизиции нет.

После этого, мне выставили пятерых вооружённых кривыми саблями противников с небольшими щитами.

Я решил использовать опыт Миямото Мусаси и попросил себе деревянный брусок и пятнадцать минут отдыха. Полагаю, что и фехтовальщики из них будут не лучше, чем рукопашники. Сдерживать силы и скорость мне не хотелось, реальный уровень своих противников я не представлял. Но и случайно убить кого-либо я тоже не хотел. За это время я выстругал из бруска деревянный меч бокен – прообраз самурайского меча. Вспомнив историю о величайшем фехтовальщике Японии Миямото Мусаси, которого ещё называли «святым меча». Была у Миямото назначена дуэль, которая должна была происходить на небольшом островке. Миямото проснулся с утра с «приветом от большого бодуна». С похмелья он выхлебал воду из тазика для омовения ног и отправился в лодку, на которой его должны были доставить до островка. По дороге он осознал свою оплошность, оказалось, что он забыл взять меч. Тогда ножом, из запасного весла он выстругал себе деревянный меч за остаток дороги. А во время поединка, первым же ударом проломил противнику голову. Якобы после этого случая Миямото Мусаси всегда пользовался только деревянным мечом.

Вот его образ меня и вдохновил, а фехтовальная школа из Сацума Симадзу, считалась наиболее эффективной в Японии. Всяким другим школам, типа Катори Синто-рю или Кашима-Синто-рю по части конкуренции давала большую фору.

Противники снова выходили по очереди. Поединки я заканчивал быстро и примерно по одной схеме, а они так и шли в «широкомасштабное наступление на лежащие грабли». Самое интересное, что их это ничему не учило.

Я наносил много частых ударов в направлении головы, они прикрывались щитами, а иногда и саблями. Далее следовал удар бокеном по руке с саблей, или ноге противника. Дольше тридцати секунд не продолжалось ни одного поединка, так мои противники и закончились очень быстро.

Конечно, Кришну не порадовала такая подготовка его вооружённых сил. Тем более, что это была его гвардия, а сам он считался божественным героем-воином.

Я видел, что он что-то сказал Говинде, но слов его я не расслышал.

Говинда направился ко мне обнажая саблю.

Наверное, он посмотрел на эти поединки и решил, что это всё что я умею, и придумал, на чём меня можно подловить.

Встопорщив усы, как дикий кот, он напал на меня нанося два диагональных удара во внутрь и наружу, от которых я просто отступил. Третий удар он нанёс сверху вниз, но вместо шага в сторону или назад, я шагнул на него – чуть в сторону, наружу.

Своим мечом я отвёл в сторону его атаку сократив дистанцию. Свободной рукой прихватил его вооружённую руку за кисть. Бокен я бросил и освободившейся рукой, ладонью легко ударил его в нос. А после того схватил его за кисть уже обеими руками. Качнул его руку в сторону подныривая под неё и проводя залом вверх и за спину, таким образом, прогибая его в позвоночнике. Фактически я выполнил бросок из дзю-дзюцу – «шихо наге». Бросок «на четыре стороны», из этого положения противника действительно возможно бросать в любую сторону. Вот только к этому движению я ещё добавил, что-то между задней подножкой и отхватом.

Противник мой упал, а я сделал «перевод», разворачивая его болевыми приёмами на руку со спины на живот. Из его ладони я вытащил саблю, и ею срезал клок волос с его головы.

После чего, я помог Говинде подняться и театрально поклонился Кришне.

– Ты очень хорош! – Сказал мне Кришна.

– Да, «моё кунг-фу лучше, а снопы, они сами падают под рукой жнеца». – Ответил я ему. – Я выявил их уровень мастерства, говорят, что его признаком, этого самого мастерства, является стабильность. За девять с половиной тысяч лет ничего не поменялось, видел я как-то на одном из чемпионатов мира командные поединки их дальних потомков, от изумления чуть с трибуны вниз не упал.

– Буду рад, если ты, научишь моих кшатриев хотя бы на четверть от того что ты можешь сам! А что ты ещё умеешь?

– Могу учить их бою с копьём, длинной палкой Бо я владею, между ними разницы не много. Так же, эта техника сгодится для алебарды – Нагината. Топор (сгодятся мои навыки с армейской лопаткой), нож. Лук – это не моё. Но могу и подсказать. Не следует долго целиться. Нужно стрелять навскидку. Пальцем они носа достать могут? А показать пальцем на соседа? А на то дерево вдали? Им же пальцем целиться не нужно. Вот и стрела должна стать ещё одним пальцем. Построим методику упражнений. Да и ещё что-нибудь найдётся, чтобы я мог им преподать.

– Ты настоящий гуру-кал. (Учитель в индийских единоборствах). – Добавил он и продолжил: Ты станешь старшим воинским начальником, и я посвящаю тебя в кшатрии.

Ну вот, подумалось мне, я прямо местный Бодхидхарма, только наоборот. Да и Грибоедов вспомнился с его незабвенным «…минуй нас больше всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Этак, не удивлюсь, если меня опять что-нибудь во времени перекинет уже вперёд, и я пойду в поисках Хуан Ди из Индии в Китай, то не моё ли это будущее стать Бодхидхармой. Да и реакцию настоятеля Шаолиня на свою скромную персону я помню. *

*(Примечание: ситуация описана в первой книге цикла).

Я пояснил Кришне, что считаю главным, чтобы его воинство не воевало каждый сам по себе, а при столь не технократичном оружии только строем, где каждый в строю также щитом защищает не только себя, но и бок противника. Что очень много времени и сил уйдёт на боевое слаживание. Самое первое, с чего мы и начнём по принципу от простого к сложному – со строевой подготовки.

Конечно сам я всех не охвачу, поэтому, со временем, из наиболее толковых мы назначим сержантов и старшин, а также и ефрейторов. Которые со временем и примут на себя часть нагрузки.

Конечно я не знал, как здесь воюют эти кшатрии, но могу предположить, что по принципу «очень не очень».

Когда-то лет сорок так назад, помню читал я книги Парнова Еремея Иудовича. Вообще-то, читал я у него разное, и фантастику, например, «Третий глаз Шивы». Читал и публицистику, типа «Трон Люцифера», а также «Боги лотоса». Тогда помню, она понравилась мне, хотя потом, годами двадцатью позже, читать её я почему-то уже не смог.

Так вот, я помню, что в «Богах лотоса» он описывал, как воевали на Тибете. Собиралось два войска, сначала противники долго «лаялись» – кто кого переругает. Затем, с каждой стороны стреляли лучники. После чего подсчитывали «трёхсотых», до «двухсотых» дело обычно не доходило. Та сторона, где потери были больше и считалась проигравшей битву. Не думаю, что местные кшатрии воюют лучше, если, конечно, ещё слоном кого-то стопчут.

Воины они конечно очень грозные. Глаза выпучивают, аж оторопь берёт, а щёки раздувают и пыхтят… на зависть «жабе феньшуёвой».

Эти доблестные воины даже могли маневрировать. Лучше всего у них получалось отступление от наступающего противника. Несколько хуже – наступление на отступающего. А вот со всем остальным, типа флангового охвата, захода в тыл, дело было даже не плохо, а более, чем хреново.

Не помню кто, но какой-то античный мудрец сказал, что толпа с оружием, это ещё не войско, как и куча кирпича – ещё не здание.

Вот для начала, нарабатывать синхронность действий мы начали со строевой подготовки.

Хотя исходя из местных реалий, технику шага я им поменял. Вместо привычного в отечественной армии, где ногами ходят, так, как будто бы они в гипсе до самых до причинных мест. Они у меня стали шагать, как по болоту Дуремар. Спросите зачем? Ну это же не плац, а в лучшем случае поле, чтобы не споткнуться, не оступиться, не упасть. Движение рук, не назад и в сторону, а вперёд – назад. Ещё я не забывал, что «восток – дело тонкое». Здесь любят ритуалы и церемониалы. Поэтому по команде «Стой. Раз, Два.», нужно подпрыгнуть и притопнуть ногой.

Ещё ввёл им и строевою песню, чтобы задавала темп.

Вот и идёт мой строй.

…Раз, раз, раз, два, три, левой, левой, раз, два, три, песню, ЗАПЕ-ВАЙ!

И строй поёт мудрёную для них песню на русском языке:

Чем славится индийская культура?

Ну скажем, Шива – многорук, клыкаст.

А ещё артиста знаем Радж Капура.

И касту йогов странную из каст.

Говорят, что раньше йог – мог.

Ни черта, не бравши в рот – год.

А теперь они рекорд бьют.

Всё едят и целый год пьют.

Ну а мы, что хуже йогов?

Мы тоже можем много выпивать.

И бродят многочисленные йоги…

Высоцкий Владимир Семёнович, очень им душевно «зашёл».

* * *

Надо же мне в этом мире, в конце-то концов как-то нормально устраиваться. А это значит, что не только врагов, но и недоброжелателей мне не надо. А то, тут раз, и какой-то «выскочка» объявился. А уж Говинде то как обидно. У него аж усы обвисли, как хвост у побитого Барбоски.

Ну а как его «уважить»? Я их местных обычаев не знаю. А ладно…, меня учили, что в игре без правил, надо устанавливать свои правила. А воинское сословие во все времена и у всех народов совсем не дураки были по части нажраться, особенно «на халяву», не зря же и традиция «проставляться» и «обмывать» появилась. Это святое, прямо как фуршет, после защиты диссертации.

Русский я в конце концов или нет? Значит надо напоить «до изумления» по старинному русскому обычаю. А вот поить то и нечем.

Значит применим солдатскую смекалку. А я как никак кто? Правильно – ефрейтор! А это кто такой? Правильно – целый старший солдат! А это что значит? Правильно – что смекалки у меня должно быть, как у целого старшины роты вместе с каптёрщиком! А где хранится всё ценное вещевое имущество? Правильно – у старшины в каптёрке! А кто у нас «старшой» будет? Вот я и отправился прямиком к Кришне.

Прихожу к нему и начинаю у него всё выпытывать об антисептиках. Он мне целую лекцию завернул, начиная с абиотических лучей какой-то диковинной приблуды из местных растений.

Я уточняю, а жидкие антисептики есть? Оказалось, что есть немного. Вот я и выканючил, дескать, окажи О Кришна, Божественную милость, хочу Говинду полечить, а то пострадал он, когда я его по земле валял.

Ну Кришна и распорядился, чтобы мне выдали эдак с пол литра «на компрессы». Я всё по запаху определял. Вроде «он» С2Н5ОН, пришлось применить органолептический метод исследования. Точно, «ОН»!

Замечательно, пошёл развёл водой, добавил мангового сока побольше, прямо, как будто сам в добрые старые времена в Китае гнал.

Прихожу к Говинде и говорю:

– Достопочтеннейший Говинда, на днях я тебя без злого умысла помял и повалял, хочу перед тобою загладить эту свою вину. Хочу тебя вот полечить по старому рецепту моего народа. Вот эликсир!

И показываю ему глиняный горшок с моим напитком. И продолжаю:

– Но лечиться этим мы будем в лучшей едальне. Веди Говинда, отказов я не принимаю!

Мы и пошли, устроились в едальне. Заказали еды, правда, то в основном были фрукты с имбирём вприкуску, и какие-то лепёшки с перцем, корицей и ещё с «бог весть» чем.

Это я мог есть только закусывая «манговку».

– Это лекарство, – говорю – Говинда, принимается во внутрь, смотри как.

И залпом выпиваю плошку.

Говинда повторил. Глаза у него полезли из орбит, а усы встопорщились и распушились, как хвост у агрессивного кота. Из глаз брызнули слёзы. А нижняя челюсть отпала. Я быстро туда запихнул лепёшку и помог захлонуть челюсть. Говинда с мычанием зажевал.

– Вот, Говинда, видишь, дела твои уже гораздо лучше, ты уже мычишь как священная корова при виде своего быка.

Вскоре, он уже с удовольствием выпивал сам.

Как люди военные, речь у нас зашла о чём? Мы же не лесники, которые «в лесу о бабах, с бабами о лесе». Говинда меня спрашивал, как я так легко побил его и его воинов. И как я дошёл до жизни такой. Спрашивал о методах тренировки. Я в свою очередь рассказал ему о набивке. О тестах тамешивари по разбиванию кирпичей и досок, Говинда не поверил и поволок меня на кирпичный заводик, где я и стал ломать кирпичи различными ударными поверхностями.

Рабочие сбежались посмотреть и сами с удовольствием подтаскивали кирпичи. Я даже головой разбил им кирпич к их общему обалдению.

Потом Говинда, а он был уже хорошо «навеселе», решил попытаться повторить всё что видел. Включая разбивание кирпича головой. Ничего у него не вышло, только всё себе поотбивал.

На что я ему заметил, что ему видимо понравилось «лечиться» и боюсь, что ему в ближайшие дни понадобятся новые «процедуры»…

Два дня Говинду не видел никто. Потом он появился, весь трясётся. Весь синий. Другие старшие из Кшатриев спрашивали у него: «Говинда, что с тобой случилось?».

А он им отвечал:

– Три дня назад пил с русским, чуть не умер. А на следующий день чувствовал себя так, что уж лучше было умереть накануне.

Они его спрашивали:

– Говинда, а почему ты стал по цвету похож на наших Богов? Ты стал Богом? Или …ещё кем?

– Нет, богом я не стал. – Отвечал им он. – И «ещё кем» тоже не стал.

Ещё через пару дней они его уже спрашивали:

– Говинда, а чего ты такой жёлтый? Ты стал китайцем? А на зовут ли тебя теперь Го Вин Да?

На что им Говинда отвечал:

– Нет, китайцем я тоже не стал.

Или:

– Пусть вас всех Арджуна так полечит, быть может и совсем всех угробит или искалечит!

А вот у местных, обо мне сложилось мнение, как о великом целителе и знатоке медицины.

Но меня он после этого крепко зауважал. И за кирпичи, и за то, что пил с ним наравне, а был как огурец.

Не зря же, когда мы с ним уже выпивали на брудершафт, я его всё время спрашивал: «Говинда, ты меня уважаешь?».

На что он только утвердительно мычал и кивал головой.

* * *

Боевую подготовку я им построил следующим образом. Начали мы с безоружной рукопашки. Набивка тела. Тем, кто халтурил, я становился в пару сам, или их дубасил Говинда, если я был занят. Это для того, чтобы снизить чувствительность, и чтобы они боли не боялись.

В каждой паре назначался старший – тот, у кого лучше получалось и с него был спрос вдвойне «за себя и за того парня». А уж он отрывался, и «старшинство» показать «младшему», да и плох тот солдат, который не мечтает стать генералом.

Все действия с оружием заучивались вначале на воздухе, под счёт, а затем под этот же счёт всё отрабатывалось в паре.

Пару раз пришлось применить физические методы воздействия. Халтурщику давался в руки деревянный меч, и я ставил его себе в пару для поединка. В ходе условного боя, деревянным мечом проминал все мягкие части тела. А если тот бросал меч, то и вдвойне.

Выносливость же поднимал им бегом. Опять же, халтурщиков приходилось стимулировать деревянным мечом. Ну и ещё конечно, физические упражнения для увеличения силы.

Так, скоро, строевая для них стала отдыхом. При том, что петь песни этот «грузинский хор» очень любил.

По вечерам они занимались растяжкой и медитациями, ну, то есть йогой, расслаблялись в шавасанах, касатики, ну, тоже дело нужное, полезное и важное, так и быть, разрешаю.

Уже через месяц подобных девятидневных занятий, стали приносить первые видимые результаты.

В первый же день, подобного отдыха я был приглашён на некий праздник, посвящённый мне.

Присутствовал и вёл его Кришна.

Меня куда-то посадили, посыпали цветами и какими-то специями. Измалевали краской. Кошмар и ужас.

Аборигены пели и плясали, вкушали какие-то термоядерные на вкус яства. Пили какую-то хрень типа кумыса. А я должен был сиднем сидеть, не то как «свадебный генерал», не то как «дважды Будда Советского Союза». Самое главное, что я ничего не понимал из творящегося вокруг.

Спасибо Говинде, он шепнул мне, что меня посвящают в кшатрии и в их гуру-кала.

«Уф! Слава Богу, а то я уже стал бояться думать, вспоминая песню Высоцкого;

А почему аборигены съели Кука?

За что не ясно, молчит наука.

Мне представляется совсем простая штука.

Хотели кушать и съели Кука

Но есть однако же ещё предположение.

Что Кука съели из большого уважения…»

Вокруг меня всё также продолжали ходить брахманы, воскуривали благовония, посыпали меня лепестками цветов, что-то бормотали. А я всё сидел и сидел как болван для шляп.

Наконец, хоть что-то поменялось. Кришна ушёл, зато прибежали две «гёрлы», по-местному – «апсары». Обе в синих сари.

Каждая из них повесила на мою шею по гирлянде цветов и уселись от меня по разные стороны. Одна из них в руках держала свиток, а вторая, каменный – из нефрита выточенный лингам.

Жрец снова посыпал меня какой-то хренью, типа перца, от чего я зачихал. И он сказал:

– Хороший знак! Вот та, что слева это Гита, а та что справа, это Зита. Две не целованных апсары. Теперь они твои жёны.

Еще продолжил он, и как я его понял, теперь для них я как для личного состава старшина роты, который их и «пи-пи и кормит!».

Я сидел и в охренении хлопал нижней челюстью, вот так «без меня, меня женили!».

Этот жрец добавил:

– Тот свиток, это сутра, которую ты запросил, что под названьем «Камасутра». И тебе в помощь нефритовый лингам. Бери своих «избранниц» и шуруй в апартаменты. А мы здесь будем гулять – закусывать и выпивать. С песнями и танцами (можно сказать, прямо привели цыган, только медведя не хватает).

Эти «избранницы» подхватив меня «под белы рученьки», подняли на ноги и потащили в сторону дворца. Я только и успел подумать, вот слава Богу, здесь хоть нету простыней…

Кришну я встретил перед дворцом.

– Арджуна, поздравляю тебя, я вижу, что передал тебя в «надёжные руки». Видишь, смертный, в натуре, Бог не фраер, Бог сказал – Бог сделал. – Сказал он, и на меня так и повеяло девяностыми. Ладно, что хоть ещё не сделал пальцы «растопыркой».

(ПРИМЕЧАНИЕ автора: Если какой-нибудь этнограф, или иной специалист заявит «автор бестолковый не знает, как проводится индийский свадебный обряд». Спешу заметить, что описываемые события происходили за много тысяч лет до наших дней, и даже до «Войны богов». Обряды могли десятки раз меняться. Согласно нашим историческим представлениям, полторы тысячи лет назад, наши славянские предки «в лесу родились, пням молились», а теперь мы «Третий Рим» и четвёртого не будет». Факт крайне спорный. Зря ли человек, чьим именем назван самый рейтинговый ВУЗ страны бил морду немцу Миллеру. А часть его трудов по истории пропало. Но можно почитать и Татищева. Там изложено коротко и ясно, хотя и не бесспорно в отдельных случаях.

После того, как меня «приняли» и даже можно утверждать «доставили». Эти апсары начали без умолку трещать, что де они будут мне хорошими жёнами.

Я всё ещё не разбирал кто из них Гита, а кто Зита.

Одна из них сказала:

– Скорее, давай начнём изучать свиток, изучим, что-то из теории, а после станем и практиковать.

– Ещё у нас есть чудесный нефритовый лингам. Ты много времени проводишь на своей службе, мы будем ждать тебя и с ним, усиленно тренироваться. И вместе, и отдельно. – Добавила вторая.

– Такая сутра, есть только у нас у индусов! – С гордостью сказала первая развернув свиток и разглядывая картинки.

Я же просто, как был, так и прифигел.

Нет, я всё же так не могу оставить! Есть же здесь всё таки мужик! Нет, правильнее сказать: «муж достойный»! Последнее слово должно всё же с самого начала быть за мной!

– Апсары – вы не правы! – Провозгласил я, и продолжил:

В Поднебесной, есть символ Дао, который им даровал протодаос Хуан Ди. Рисуется он так, как бы в виде двух рыбок (и я изобразил пальцем этот знак на животе одной из них). Это символ гармонии, некоторые утверждают, что «единства и борьбы противоположностей». На самом деле, одна часть не может без другой. Иначе, это будет, «как секс без девчины…». Они взаимно дополняют друг друга и в каждой присутствует часть другой. Я понимаю, что это слишком тяжело для вас. Смотрите, одна часть, это как (я накрыл рукой грудь одной из них). Другая часть, это как (и я накрыл ладонью вторую грудь). Они существуют не отдельно, и та, и эта – это часть целого – тебя. Понятно?

Теперь ещё раз смотрим на рисунок. (И я пальцем нарисовал символ Инь-Ян на животе второй). Теперь смотри откуда он берётся. (Я снова на её животе пальцем нарисовал только теперь уже цифры 69). Теперь сольём их вместе – напишем их вплотную – что получается?

– Инь-Ян, симол Дао! – Закричала одна из них радостно захлопав в ладоши, и чтобы не уронить лингам, она засунула его себе в подмышку как ртутный градусник.

– ВОТ, что получается! – С восторгом заверещала вторая, тыча пальцем в картинку в своей сутре.

Ну вот, подумал я, Кришна сетовал, что аборигены к наукам не прилежны. Не желают изучать Виманика-Шастру, руководство по ремонту, эксплуатированию и пилотированию виман. А тут вот как аборигены «к знанию» и к «книжной науке» тянутся. Нужно, наверное, эту сутру переименовать в Гита&Зита-Шастру.

…Уф…уф…просто кошмар, …уф… две озабоченные, «не целованные», половозрелые южанки…

Как-то та старая «страшилка» вспоминается, в которой дядька подходит к лифту и открывает дверь. Стоящая возле него девочка, говорит: «дяденька, здесь лифт без дна». Он делает шаг вперёд произнося: «Ерунда-а-а-а…».

С Вашего позволения, детали «изучения» я дальше расписывать не буду. А если вдруг, кого-то сильно гложет любопытство, то открывайте Камасутру и «нетленку» от Эммануэль Арсан на параллели, и доходите до всего сами, что называется – «своим умом».

Глава 4. ГОРОД МЕСТНОГО «БОГА»

Снова «у солдата выходной – пуговицы в ряд». Вот и у меня выходной выдался. Здесь у них десяти дневная рабочая неделя. Девять дней работают или служат, а десятый отдыхают. Вот и решил я оторваться от Гиты и Зиты, и от прочих кшатриев. Объявил себе «увольнительную» с выходом в город – сходить посмотреть, что хоть из себя представляет город местного живого «Бога». И куда этого «сударя», «к чёрту занесло» на этот раз.

Пошел и запел песню, прямо хит (а чем не хит, кто только её не пел под аккомпанемент топота сапог), из той своей молодости. Правда текст песни избрал не канонический, он хорошо исполнялся в знак протеста, если командир пытался задолбать подразделение строевой, по получал марш «паровозиком» и эрзац текст песни:

«У зольдаттен выходной,

пуговицы в ряд…

… На красавицу глядя,

слижет эскимо…

… Не обижайтесь девушки,

что не нужны вы дедушке,

его два года бромом,

кормили каждый день…

…идёт зольдат по городу,

От патруля он шкерится

Но его высмотрел

молоденький мамлей…

… Нас проводит до губы,

начальник патруля,

начальник патруля…».

Армия, это вообще «цирк с конями». Вот как сейчас помню, сдал в институте последний экзамен по истории КПСС и прямо на следующий день «Матрёна-мать и танки наши быстры». Как утверждает солдатская мудрость; «Бог придумал любовь и дружбу. А чёрт казарму и службу. Бог – отбой и тишину, а чёрт – подъём и старшину…».

Да, бывают знаете ли дебилы, как одену портупею, всё тупею и тупею, ибо сказано, чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона.

Вот помню был такой случай, после развода к местам несения службы, какому-то офицеру строевой шаг не понравился. И давай он личный состав вокруг части строевой гонять, вместо отбытия к местам несения службы. Ну личный состав и ответил ему «паровозиком», а придурок загнал подразделение в лужу и взбеленился. Кричит: «Вспышка справа». Для тех, кто от службы откашивал поясню, падать надо, прямо где стоишь и головой от стороны вспышки, ну и медленно ползти на кладбище можно начинать. В лужу падать никто конечно не стал, зато весь строй дружно заржал. Вот офицерик и стоял как всем строем оплёванный. Видимо прямой просвет на погоне выпрямил у него и извилину. Звёздочки на погонах, может перед солдатами «звёздную болезнь» вызывают, но ума отменять не должны. Нельзя отдавать дурацкие команды, ибо их могут не исполнить, а авторитет такого горе командира, сразу падает ниже плинтуса.

Я над офицерами тоже покуражиться любил, например, как-то ещё в части нарыл где-то, наверное, в каких-то нычках в клубе похороненное полное собрание сочинений Ильича. Вот я взял и притащил их ротному замполиту. Говорю, мол предки мне специально для его Ленинской комнаты нашли и прислал. Как он на меня глядел.., «как Ленин на буржуазию», хлам этот ему сто лет не надо, а сделать с ним ничего не может, типа, «по назначению использовать». А он зараза, думал, думал и мне благодарность вынес, и к ефрейтору представил. Звание ефрейтор, а прозванье «рвач». Ну кто служил понимает, это звание для насмешек, даже больше, чем прапорщик с одним погоном.

Ну да ладно, не будем о смешном и грустном, здесь о другом речь.

Для начала я вышел из самого дворца-храма. Он был велик и красив. В камне я не понимаю, поэтому не знаю, из чего именно он был сложен. Следует правда отметить, что это были большие каменные блоки. При этом подход к строительству был совершенно иным. Храм строился с использованием особенностей местности. Есть скала, ей придают нужную форму обрезая лишнее и вырезая внутренние помещения, а эти же врезанные куски идут на кладку стен… Портики, резные колонны с искусно вырезанными капителями.

Вокруг поле для посадки виман, для воинских занятий, да и для сборищ – праздники там или молитвы, для тех, кому в храм места не хватило.

До города дорога проложена грунтовая. Сам город большой, но сколько тысяч население я оценить не смог. Само население – аборигены, имеют типично европейскую внешность, только отличались более смуглой кожей.

То тут, то там шлялись священные коровы, рыскали обезьяны, лениво шлялись собаки, козлы шарились в попытках слямзить что-нибудь съестное. Наверное, не менее священные ящерицы, мухи и тараканы… Особенно много всей этой живности было ближе к местному базару. Местный колорит производил впечатления не только священной скотиной, но и выступающими факирами и заклинателями змей. Эти шоумены тоже, наверное, священные, ибо они кучковались также у входов на местный базар. Полудикие и полу священные садху мычали «ОМ-м», как священные коровы. Особенно впечатлил один, который сидел и давил блох, после каждой экзекуции произнося заветный «ОМ-м». Позже, Кришна на мой вопрос о «священной говядине» пояснил мне, что вообще любая жизнь священна, ибо она связана с божественным Брахмой, существованием души и волею его реинкарнирует. Здесь правда есть ещё одна тонкость, по его словам, в низших «адских мирах», к которым относится и наш, нам сирым не дано помнить свои предыдущие рождения, в отличии от них, «богов», чьи души более совершенны. Вот поэтому, они и боги для нас, а нам всё сначала «в первый раз в первый класс». А что, вы скажете, что наш мир не «адский»? Здесь все только и живут тем, что кушают друг друга в прямом или в переносном смысле. Ну да не о том сейчас речь, кому интересны их взгляды читайте Веды.

Везде на улицах валялось много мусора, банановая кожура, полусгнившие манго, кокосовые и ананасовые ошмётки. Запошец от этих остатков даров природы перемежался с запахами специй и благовоний, а равно и продуктов жизнедеятельности священной скотины. Уникальная страна, застывшая во времени, пять тысячелетий туда, пять тысячелетий сюда ничего не меняется, пустяки – дело житейское. В этой мысли я укрепился, увидев кремацию трупа на берегу. Такова была острота от первых новых впечатлений, потом, попозже пообвыкнусь. Так что острота первых впечатлений уйдёт.

Сами дома в своей архитектуре и развитии технологий не уступают греческим полисам, улицы, кварталы – всё по плану. Но улочки узкие, из окна в окно можно плеваться и переплёвываться. Жилые кварталы правильной геометрической формы. Дома имеют каменные фундаменты, одним словом – неолит. Сами дома с плоскими крышами и от одного до трёх этажей из кирпича. Причём, кирпич везде практически стандартный. Дома брахманов красились в синие цвета. Стены многих домов были украшены рисунками.

Уровень технического развития очень высок для этого времени. В городе существуют оросительная система, система плотин, канализационная и водопроводная системы, видны следы искусственного изменения русла реки дающей воду городу. В европейских городах таких удобств не было до восемнадцатого века точно, а то и до девятнадцатого. Базар. Кварталы с какими-то ремёслами.

Отстроить здесь такой дом с подводкой всех коммуникаций, это вам не избушку «на курьих ножках» сладить при помощи пилы и топора, «и ещё какой-то матери».

Чтобы дикие в своей просвещённости аборигены не гадили по углам, то тут, то там встречались открытого типа «очко», построенные по модели «сортир», без обозначения буквами «эм» и «жо».

У местных интересная система. Каких-то денежно-финансовых эквивалентов труда я не обнаружил. Аборигены работали за «трудодни», которые учитывались от выработки специальными счетоводами, если это касалось производительного труда.

Так посмотрел я на работу кирпичного завода, где работник мог наработать выработки, к примеру, и 0,8, и 1,2 трудодня. Кшатрий служил – это было его трудоднём. Брамин выполнял ритуалы или писал тексты на пальмовых листьях – тоже трудодни.

Для привилегированных сословий – привилегии: кшатрию день за полтора, брамину – день за два.

Мне любопытен стал кирпичный заводик. Работяги работали на глиняных холмах. Если холм вырабатывался, то на его месте там уже можно было строить.

Аборигены работяги мешали с водой глину для заливки. Получившейся достаточно густой массой заполняли формы. Каждая форма на пять десятков кирпичей, сама форма из перпендикулярно расположенных досок.

Заполнили форму, идут заполнять другую, от другой к третьей и так дальше. А те по порядку лежат под солнышком и сохнут. Когда хорошо высохнут – влага уходит, кирпичи дают некоторую усадку, затем снимают саму форму и получают кирпичи. Другие работники их собирают и несут к печам на обжиг. В виду особенностей климата, кирпич сырец для местных не подходит. В сезон дождей, ливни всё могут растопить.

За те годы, что я прожил в Древнейшей Индии, точно такие же, как под копирку города я видел многократно. Так, например, мне доводилось бывать в Мохенджо Даро, в Хараппе, в Айодхье и в других.

Профессии с секретами и тонкостями передаются по наследству, вот вам и система каст в действии, типа «потомственный оленевод». Возможно на какой-то момент эта система и была нужна для достижения профессионализма в виде деятельности. Короче говоря, богу-богово, кесарю-кесарево, а слесарю-слесарево.

Всё население было в достаточной степени образованным. Аборигены умели не только считать, читать и даже писать. Но и имели познания о «Богах», и мире, и мироустройстве. Эти гуманитарные познания они получали в виде проповедей от жрецов брахманов.

Когда-то, мне доводилось читать где-то, не помню, но якобы, когда Александр Македонский, пришёл со своим завоеванием в Индию, он был очень сильно удивлён, что местные крестьяне свободно оперировали понятиями, которые были доступны в Греции, лишь самым именитым учёным и философам. Однако, каждый абориген здесь, прямо «дважды Будда Советского Союза».

Так мысль о бесконечности Вселенной и множественности обитаемых миров, подобных нашей Земле, излагали священные книги древней Индии. В древней санскритской книге «Вишну-Пуране» прямо говорится, что наша Земля лишь один из тысяч миллионов подобных ей обитаемых миров, находящихся во Вселенной. Согласно одному из тибетских текстов, «во Вселенной так много миров, что даже сам Будда не может сосчитать их». Как гласит буддийская традиция, «каждый из этих миров окружен оболочкой голубого воздуха или эфира».

Куда всё это ушло? Почему не дало прорывных всходов? Это вопрос, ответов не имею, быть может, это всё блокировалось системой каст? Возможно потому, что жрецы, а не пандиты стали самой высшей кастой?

Да, были ещё конечно учёные пандиты. По крайней мере в это время в них ещё могли пробиться представители разных каст за свой острый ум. Однако же, чем ниже каста, тем тяжелее из неё пробиться, тем меньше реальных знаний можно было получить.

Составив представление о том, куда я «попал», я решил, что моя «туристическая» экскурсия закончена, мне следует возвращаться во дворец и предаваться в шаловливые и загребущие руки Гиты и Зиты.

Глава 5. ПОПОЛНЕНИЕ

Я продолжал обучение воинства Кришны. Какой-то хоть и небольшой прогресс у этих горе кшатриев совсем по чуть-чуть начал появляться.

Каждый девятый день Кришна приходил посмотреть на их незначительные, но успехи. И вот как-то раз, и угораздило меня спросить его – все ли армии у местных «богов» с таким же уровнем подготовки.

Кришна немного подумал, а затем произнёс:

– Да все. И это не хорошо, это следует исправить. Знаешь, надо слетать в Мохенджо Даро. Отсюда это не так далеко, за час с небольшим в одну сторону слетать можно. Я пообщаюсь с тамошним Богом, а ты посмотришь город, производства. Тебе это будет интересно. А после сразишься с их верховным воинским наставником. Мне то результат уже понятен. А вот для других Богов он совсем даже не очевиден, до тех пор, пока они сами не увидят и не поймут разницу. Понимаешь, мы от такого оружия давно уже отвыкли и не мыслим подобными категориями, поэтому «из-за леса деревьев не видим».

– Да, я понимаю, понимаю также, что не ваджры же давать этим кшатриям, а как туземное войско для сдерживания других туземцев вполне может сгодиться. А то, без этого войска вы со своими ваджрами, это как из пушки по воробьям стрелять.

– Вот и хорошо, что ты сам это понимаешь. Я думаю, что мы сделаем серию таких выступлений в разных местах. Тогда местные Боги, станут присылать сюда гуру-калов (воинских наставников) своих кшатриев на обучение к тебе. Гоняй их наравне со всеми, пусть осваивают на практике твою методику подготовки.

– Харе Кришна – ответил я.

Ну не предусматривал их местный «Устав», разных там: «Есть. Так точно. Никак нет». Блин, «никак не есть». На всё только «харя» да «харя». Моветон, знаете ли «Богу» перечить. Да и что мне было ещё отвечать?

Мы и полетели в первый день следующей декады. Прилетели, сели также на поле не далеко от местного храма-дворца. Кришна направился в него, а я пошёл осмотреться.

Не вдалеке виднелся город. По своему виду, в целом, он был похож на Двараку, практически, типовой проект.

Древний город визуально, как я видел с виманы, занимает площадь более, чем пять квадратных километров. Располагается на берегу реки Инд. Это в будущем, по прошествии более четырёх с половиной тысяч лет, Инд изменит своё русло и будет протекать в нескольких километрах от руин города. А пока, город процветал и кипел жизнью.

Город разделён на две части: так называемая Цитадель и Нижний город. Цитадель располагается на тринадцать метров выше окружающего ландшафта. В этой части находятся большие строения, большая городская баня, учебные заведения, зернохранилище и зал собраний.

Сразу между ними (Цитаделью и Нижним городом) большой оживлённый базар. Жители вели активную торговую деятельность с другими народами, в том числе, даже, и с шумерами.

Нижний город представляет из себя жилой район с прямоугольными кварталами и прямыми улицами, от которых отходят небольшие переулки. Входы в дома расположены как раз в переулках, тогда как на центральные улицы выходили лишь глухие стены. Дома строились из обожжённого кирпича и были одно-двухэтажными. Жилые дома оборудованы не только ванными комнатами, но и канализацией.

Из домов она выводилась в уличные стоки, прикрытые плитами или кирпичной кладкой, а далее выходила за пределы города.

Водоснабжение города обеспечивается многими десятками городских колодцев. Хотя в некоторых домах имелись и собственные. Удивительно масштабные культурно-инженерные достижения древней цивилизации.

По причине близости русла Инда, территорию вокруг Мохенджо-Даро нередко затапливало. Эти разливы великой реки, оставляли после себя илистые наслоения. Которые использовались жителями города и для сельского хозяйства. И как строительный материал для строительства города. Именно из индского ила делались кирпичи для большинства построек города.

Что-то я увидел с воздуха с виманы, что-то, уже на земле, кое-что мне позже поведал Кришна. А сейчас я шёл за ним к храму, чтобы осмотреть его, пока есть такая возможность.

Но вот сбоку от храма я увидел нечто действительно меня заинтересовавшее. Вот туда я и отправился.

Там стояло некое технологическое сооружение с двумя транспортными лентами с двух сторон. Размерами это сооружение было с одноэтажный дом. На ленту с одной стороны поступал каменный дроб, а с другой стороны, крайне медленно выползала каменная колонна.

«Фига се…!» – вырвалось у меня непроизвольно от увиденного.

Неподалёку стояла камнедробилка, а его готовую продукцию аборигены корзинами таскали к транспортной ленте.

А ещё в стороне складировалась готовая продукция, вид которой меня просто ошеломил. Самое первое, что я стал осматривать, это были фигурные металлические столбы, ну очень больших размеров, числом восемь. Что-то они мне очень навязчиво напоминали. Вот! Это же практически то, что, стоит в Дели и называется «Делийской колонной». Если кто не в курсе, это такая махина на шесть с половиной тонн изготовленная из настолько чистого железа, что она даже не ржавеет. Конкретно технология не первой четверти XXI века.

Я перешёл дальше, разглядывая базальтовый колокол с каменной антенной сверху высотой метров пять и диаметром метра полтора. Рядом с ним лежали четырёхметровые колонны – цилиндрические и шестнадцатигранные. Судя по всему, это то, что через тысячелетия, точнее, некоторые из таких объектов, или их частей станет артефактами, хранящимися в некоторых из индийских храмов. Как «предметы богов» – в ряде случаев объекты святости и культа. Как например, в храме в Варангале, в храмовом комплексе Барабар, Нагарджуни, в джайнийских храмах на холме Тирумалай и много где ещё.