Дмитрий Кузаков
Легенда о Боне

Из темноты

Эта история началась давным-давно, в мире, который появился ещё во времена перехода пустоты бесконечного пространства в бесконечное пространство с наспех раскиданными планетами, звёздами и прочими космическими безделушками. Речь идёт о Тэррадане – обычной планете, населённой людьми, волшебными существами, королями и налоговиками. Тэррадан возник благодаря Великим богам, решившим, что им необходим дом. Собрались Великие боги вместе, и тогда главный бог Эмтра взял горсть небесных камней, сжал их и создал Тэррадан, но планета была безжизненной и представляла собой гигантский каменный шар, бороздящий пространство. Тогда к Тэррадану приблизилась богиня Каили, она набрала воздуха в грудь и подула на Тэррадан, окружив планету воздушной сферой. Великий бог Акфей взял в одну руку ледяную планету, а в другую одну из малых звезд и соединил их над Тэрраданом и наполнился Тэррадан водами, и разлились моря и реки по поверхности его. Великий бог Янушар поймал большой камень в пространстве, поднёс к себе, заплакал и капнул слезой на одну из сторон камня, и засветился камень ярче самого пламени, и заставил Янушар вращаться этот камень вокруг своей оси и вокруг Тэррадана, создав день и ночь.

Уменьшились Великие боги и стали жить на Тэррадане, отдыхая от проделанной работы, но быстро наскучило им, не радовал их ни ветер, ни плеск воды, ни смена дня и ночи. Подумали тогда Великие боги и решили создать жизнь на Тэррадане, но Жизнь не приходит так просто, чтобы оживить мир, даже по воле Великих богов. Любая вселенная – это баланс и чтобы что-то получить, нужно что-то отдать. И создали тогда Великие боги сферу и наполнили её частичкой своей силы. Когда это произошло, Великий бог Эмтра ударил по поверхности Тэррадана, и образовалась глубокая яма, тянущаяся почти до центра планеты, и скинул Эмтра сферу в эту яму и зарыл её. Волшебная сила сферы наполнила Тэррадан магией, и сама Жизнь пришла, наполнив Тэррадан своей энергией, и пробились сквозь почву первые растения, и поселились в морях первые рыбы, и первая птица взлетела высоко в небо, и вышел навстречу Великим богам первый человек, а за ним и второй, и третий, и четвертый, и так далее.

Жизнь и магия наполняла Тэррадан, в каждом уголке мира жили различные существа и Великие боги жили на Тэррадане среди людей, полубогов и Мелких богов. Но ничто не вечно и Великим богам пришлось уйти, чтобы хранить эту и другие вселенные в безопасности, а делать это, постоянно пребывая на Тэррадане и занимаясь людскими делами, было невозможно. Великие боги заметили, как среди людей, полубогов и Мелких богов они сами стали мельчать. И Великие боги ушли. И редкая молитва доходит до слуха Великих богов, а если и доходит, то на помощь они не придут, потому что проблемы людей бесконечно малы по сравнению с теми проблемами, с которыми постоянно сталкиваются Великие боги. Потому люди стали молиться Мелким богам. Мелкие боги были не такими могучими, как Великие боги и не чужды им были грешки и злодейства, но зато они старались слушать тех, кто к ним обращался в молитве или при личном посещении¹.

В этом удивительном и поистине волшебном мире жил юноша по имени Лафей: высокий, статный и, главное, храбрый. Жил Лафей на окраине деревушки Тилтсвик, что находилась при замке Горнтель. Лафей, как и любой молодой человек, достигший определенного возраста, был занят поисками себя, своего места в мире, но Лафей искал себя непонятным и даже странным образом: когда наступала полночь Лафей накидывал на себя черный, как сама тьма, плащ, брал купленный им на базаре меч из благородной стали² и уходил в лес в поисках приключений, заблудших красавиц, попавших в беду и чудищ, вдруг заблудших в поисках сражения с новоиспеченным героем. Такой была и эта ночь. Ровно в полночь храбрец стремительно направился в лес на поиски славы и приключений.

Спустя час Лафей стоял посреди деревьев, прислушиваясь к шуршанию листьев и хрусту веток, кто-то неспешно приближался к нему. Лафей скинул плащ на землю, обнажил свой «благородный» меч, затаил дыхание и приготовился к встрече с приключением, но приключение стало обходить Лафея стороной…. Звук проходящих мимо шагов доходчиво подсказывал Лафею, что если стоять так тихо, то тот, кто шел к нему попросту потеряется и пройдёт мимо. Тогда Лафей набрал воздуха в грудь и громко произнес:

– Кто бы ты ни был, выходи и сразись с великим Лафеем!

Результат не заставил себя долго ждать, сначала шаги прекратились, а затем их звук стал стремительно набирать силу, кто-то приближался к Лафею, который уже мог различить очертания фигуры среди деревьев в бледном свете темной стороны небесного светила Янушара. Его соперник был среднего роста, довольно худой и одет во что-то светлое и, как казалось Лафею, его соперник немного… просвечивал. По мере приближения фигуры Лафей стал немного пятиться назад. И вот последние препятствия на пути к Лафею были преодолены, и на расстоянии пяти метров во всей своей красе предстал соперник Лафея, им оказался скелет. У него были горящие синими огоньками глаза, а в руке он держал более ржавый, точнее, из более благородной стали, чем у Лафея меч.

Храбрости Лафея не было предела, ни на миг не дрогнул его лик, он был тверд в своих решениях и действиях. Лафей выпрямил спину и…. Стой! Куда ты?!

Лафей удрал со своим благородным мечом наперевес.

Что ж, мой дорогой читатель, не отчаивайся, история не окончена, она просто не там и не с тем персонажем началась.

Отмотаем немного назад, к полуночи, и переместимся вглубь леса, к тому месту, где когда-то были болота, а до этого были реки, а до этого были поля, на которых шли ожесточенные битвы. Ну а сейчас здесь густой лес и отлично растут папоротники. Во всех традициях ужастиков где-то в замке часы отбивают полночь, а здесь в лесу из земли вырывается рука скелета, а затем постепенно и весь скелет, а также его меч, оказывается на поверхности. Первое, что сделал скелет, это осмотрел своё тело, установил факт… скелетности и сказал:

– Что же вчера такое было, что сегодня я проснулся скелетом? – Немного подумав, и почесав костяшками пальцев свою черепушку, он продолжил. – А что вообще было вчера? И позавчера? И до этого? И до этого? И до этого? И… хватит. Как я вообще здесь очутился и почему?

Затем скелет отправился блуждать по лесу в поисках хоть какой-то информации хоть о чем-нибудь. В какой-то момент он услышал какой-то писк и направился к источнику звука, там он увидел юношу с ржавым мечом, который ринулся бежать со всех ног, как только скелет показался ему на глаза. Скелет подошел к лежащему на земле плащу юноши и взял его в руки со словами:

– То, что надо, а то холодно здесь, кости бы не застудить.

Накинув плащ, скелет пошел в направлении, в котором убегал с завидной скоростью юноша, ведь если он побежал туда, значит, там есть ещё кто-то.

Три вопроса

Деревушка Тилтсвик представляет собой маленькую россыпь бревенчатых домиков с загонами и полями, среди которых затерялись два культурных центра: первый, точнее, дневной – это маленькая церквушка на западе деревни, в которой поклоняются Мелкому богу урожая Базу, и второй, точнее, ночной, именуемый «Дрожащие дрожжи» и представляющий собой обычную таверну с кучей народа, бродячими артистами, скверной пищей, тайнами, заговорами и наёмниками, готовыми за пару монет помочь вам под покровом ночи тайно перенести зерно из амбара вашего соседа в ваш амбар (какая деревушка, такие и наемники).

В темном углу таверны за столиком расположился юноша, наблюдая за местным людом и ожидающий чего-нибудь выгодного. Юноша позиционировал себя прославленным героем, о котором ещё никто не знал, да и громких подвигов на его счету ещё не было, но он ждал, путешествовал по городам и деревням в поисках подходящей работы, которая принесет ему славу и богатство, или хотя бы богатство, или хотя бы немного монет, да ходя бы еды…. Но сегодня юноша чувствовал, что что-то обязательно произойдёт и наконец ему выпадет шанс прославить своё имя!

Дверь в таверну распахнулась и на пороге показалась фигура в черном плаще, лицо которой было спрятано под тенью капюшона. Никто не обратил внимания на эту фигуру, кроме юноши за столиком в углу таверны. Фигура, поворачиваясь на месте, изучала столики в таверне и вдруг застыла, словно взгляд её был обращен в направлении юноши, который сверлил её взглядом. Юноша так пристально пытался разглядеть лицо под капюшоном, что ему стало казаться, что под капюшоном что-то светится синими огоньками. Постояв на месте ещё пару мгновений, фигура удалилась из таверны и скрылась в темноте улиц. Посчитав это знаком, юноша направился на улицу вслед за фигурой. Пройдя около сотни метров, юноша обнаружил фигуру, стоящую к нему спиной, человек в плаще о чем-то говорил сам с собой. Юноша решил перебить неслышный ему монолог и спросил:

– Извините, Вам чем-нибудь помочь?

Человек в плаще повернулся, взглянул на юношу и ответил:

– У меня есть три вопроса, ты мне очень поможешь, если ответишь на два из них.

– Хоть на все три, я в этой деревушке проездом, но знаю почти всё.

– На три, говоришь? Хорошо. Тогда первый вопрос: где я?

– Посреди улицы.

Нависла неловкая пауза, поскольку человек в плаще ожидал менее…. логичного ответа. После паузы человек в плаще продолжил:

– Я вижу. Место это как называется?

– Деревушка Тилтсвик.

Возникла многозначительная пауза, во время которой человек в плаще пытался уловить хоть какие-нибудь воспоминания, связанные с услышанным названием. После неудачи человек продолжил.

– Хорошо. Второй вопрос: какой сейчас год?

– 7 266 год от сотворения Тэррадана.

Данное число, как и предполагалось, ни о чём не сказало фигуре под плащом.

– Хорошо, спасибо, можешь быть свободен.

– Прошу прощения, но где же третий вопрос?

После непродолжительной паузы фигура спросила:

– А ты готов к этому вопросу? Тебе неизвестный человек в черном плаще задает вопросы о том, где он и какой сейчас год, тебе не кажется, что здесь что-то необычное? Я не простой местный житель, который просто вдруг решил проверить, не заблудился ли, гуляя по родной деревне.

– Я прославленный герой и я не боюсь необычного и таинственного! Приключения, моя страсть и слава моя награда! Но оплата монетами, конечно же, приветствуется. – Юноша выдал заученный, но ранее неиспользовавшийся текст, потому речь его прозвучала достаточно чётко, но неуверенно.

– Ну, хорошо, герой, тогда вот мой вопрос, попробуй сказать мне больше, чем знаю я сам… – говорила фигура, медленно стягивая с себя капюшон и оголяя белый череп – кто я?!

– Скелет! – Закричал юноша, замерев от неожиданности.

– Это я и без тебя знаю. Конкретики не будет? Как моё имя? Чей я скелет, может местного героя какого-нибудь? Может, что слышал обо мне?

– Если бы я знал о тебе хоть что-то, то я бы, наверное, не замер бы от неожиданности увидев тебя. Сказал бы только «А, я о тебе наслышан».

В это время по деревне несся юноша по имени Лафей, недавно повстречавший в лесу скелета и, что есть сил, кричал «СКЕЛЕТ!». Вопль донесся до стоявших посреди улицы юноши и скелета, и юноша заключил:

– А, я о тебе наслышан.

В таверне

После разговора на улице юноша предложил вернуться скелету в таверну, где они заняли дальний столик в углу и продолжили обсуждать третий вопрос скелета:

– Хочешь сказать, что ты вообще ничего не помнишь? – Спросил юноша.

– Нет, только как выбрался из-под земли с мечом в руке и как добрался досюда.

– С мечом?

– Да, вот, смотри. – Скелет достал из-под плаща ржавый меч, болтавшийся на веревке, и показал его юноше.

– Хм. Очень старый меч, видимо, как и ты. Без обид.

В это время подошел хозяин таверны и юноша заказал у него два стакана местной выпивки, потому что в таверне запрещено было занимать столы, если ничего не заказал. Администрация таверны в лице её хозяина жестоко карала нарушителей, и тем, кто получил наказание, потом приходилось долго приходить в таверну и заказывать суп-пюре, кашу-пюре, мясо-пюре и вообще всё-пюре, поскольку оставшись без зубов, сложно было есть что-то более твёрдое.

– Итак, – продолжал юноша – мы имеем старый меч, место, где ты «появился на свет» и полное непонимание, как нам это поможет….

– И что будем делать?

– Для начала необходимо обсудить цену.

– Что?

– Что? Я герой, помогаю за славу или монеты, славы в том, чтобы помочь скелету вспомнить кто он, нет, а вот монеты….

– Но у меня нет денег.

– Да, ты прав. Это значительно усложняет задачу. Но если мы откроем тайну твоего происхождения, может, найдем семью или даже докажем, что тебе когда-то принадлежал дом, замок, не знаю, набор серебряной посуды, то тогда ты сможешь мне отплатить сумму равную трем сотням золотых.

– Не много?

– Хорошо, сто золотых.

– Не знаю….

– Пятьдесят золотых, но ты меня без ножа режешь с такими требованиями.

– Нет, я правда не знаю, много это или мало, я буквально несколько часов назад на свет появился и не знаю, что и сколько стоит.

– А-а-а, понял. – Немного подумав, юноша сказал. – Пятьсот.

– Что пятьсот?

– Это будет стоить пятьсот золотых.

– Но ты сказал, что пятьдесят!

– Кто ж меня за язык тянул…. Пятьдесят, так пятьдесят. – Грустно заключил юноша. Затем полез во внутренний карман, быстро достал сверток бумаги, перо и баночку с чернилами, а после развернул сверток и радостно спросил:

– Тогда заключим договор?

– Договор? На что?

– Договор на геройство. Вот, почитай.

В договоре, в который юноша вписывал данные, было написано, что между одной стороной (далее – заказчик) и другой (далее – герой) заключается договор на одно геройство, в соответствии с которым герой обязуется выполнить для заказчика один оговоренный подвиг: помочь ответить на вопрос «кто я» и помочь обрести дом.

– Так, теперь нужны данные о сторонах, – сказал юноша – как тебя зовут?

– Хороший вопрос. Я не знаю.

– Как так?

– Вот так.

– Имя-то мог бы и не забывать. Что мне теперь писать?

Скелет пожал плечами. Юноша продолжил.

– Хорошо, попробуем пробудить в тебе старые воспоминания – я сейчас представлюсь, а ты начнешь представляться в ответ и автоматически назовешь своё имя. Готов?

– Готов.

– Хорошо. Здравствуй, меня зовут Роберт, можно Роб, я родом из Лапиштауна. А ты?

– Здравствуй, меня зовут…. Не знаю.

– Ладно, придумай себе какое-нибудь имя, любое.

– Роберт?

– Нет, так нельзя. Без повторов. Занято. Запрещено. Только один Роберт в компании.

– Тогда не знаю. Хотя подожди, придумал! – Скелет немного наклонился к Робу и медленно, несколько понизив голос, сказал. – Меня зовут Бон. Скелет Бон.

– Допустим. Но зачем это пояснение в конце? Меня зовут Роб. Человек Роб. И? Хотел круче казаться? Не-а, не вышло. Не позорь меня, не вздумай таким образом представляться кому-либо.

– Хорошо….

– А теперь продолжим. Я вписал наши имена, теперь тебе осталось только подписать вот здесь. – Роб одной рукой протянул перо Бону, а пальцем второй руки указывал, где ему подписать.

– Готово. – Сказал Бон, подписав договор.

– Отлично! – Роб убрал договор, взял в руку кружку с местной выпивкой, поднял её и сказал. – Выпьем за сделку!

Бон взял стакан, стукнул им об стакан Роба и они залпом выпили содержимое стаканов. И только после того, как стаканы были поставлены на стол, Роб и Бон заметили, что в таверне стало тихо: все посетители замерли и молча смотрели на Бона, плащ которого был полностью залит местной выпивкой и прилипал к его ребрам, как-бы обтягивая скелет, а капюшон и вовсе соскользнул с гладкого черепа, обнажив его всем присутствующим.

В полной тишине тихо прозвучал голос Роба:

– Бежим.

И, пользуясь минутным оцепенением посетителей, Роб и Бон выбежали из таверны «Дрожащие дрожжи» и бегом направились в сторону леса, отрываясь от погони, которая началась спустя пару минут после того, как побежали Роб и Бон, когда хозяин таверны, бросив взгляд на стол, где некогда сидели герои, сказал:

– Они не заплатили. Бей их!

Яма и папоротники

Спустя несколько часов занимательнейшей погони Робу и Бону, наконец, удалось укрыться в лесной чаще. Грязные, уставшие, облепленные колючками и ещё непонятно чем, но безмерно довольные тем, что не столкнулись с разъярённой толпой, герои медленно направлялись к месту, где из-под земли ещё недавно выбрался Бон.

– Долго ещё? – Спросил Роб. – У меня от холода уже зубы стучат.

– Так это ты? Я думал, что это мои кости. Нет, ещё немного осталось, кажется вон за теми деревьями. – Сказал Бон, указывая куда-то вперёд.

– Кажется? А тебе не КАЖЕТСЯ, что это не очень обнадеживающе звучит?

– Хорошо. Если тебе так будет спокойнее, то я УВЕРЕН, что то место находится вон за теми деревьями в пятидесяти метрах от нас.

Прошёл час.

– Можно сказать, что пришли. – Сказал Бон.

– Ты это час назад говорил, хватит, я отказываюсь куда-либо идти! – Роб сел на землю среди папоротников и продолжил. – Сначала несколько часов носиться по лесу от местных жителей, затем несколько сотен раз выслушивать фразы «Осталось чуть-чуть», «Я уверен, что за теми кустами», «Ой, ошибся, наверное, за следующими», хватит! Иди и ищи своё место один, а я буду сидеть здесь, среди папоротников и смотреть в эту свежую яму в земле….

– Роб. – Спокойно сказал Бон, пытаясь перебить Роба.

– А ты иди и ищи свою яму, из которой выбрался…

– Роб. – Сказал Бон громче.

– Думаю, что твоя яма почти такая же, но ты её и к рассвету не отыщешь.

– Роб! – Крикнул Бон. – Мы на месте, ты сидишь рядом с той самой ямой, я выбрался из-под земли в этом самом месте.

Роб внимательно посмотрел на яму, затем на Бона, затем ещё раз на яму и сказал:

– Что ж, полагаю, что моя истерика была излишней, однако она дала нам очень полезный жизненный урок.

– Какой же?

– Если хочешь устроить истерику в пути, не жди, когда этот путь будет окончен.

– Ты считаешь, что этот урок полезный?

– По крайней мере, важный. Нет?

Бон отрицательно покачал головой. Роб продолжил.

– Ну ладно, не будем отвлекаться, совсем заболтал меня, Бон, мы так и к утру не придумаем, что нам делать.

– Мне кажется, что утро наступит уже скоро, небо начинает светлеть.

– А ты пессимист, Бон, просто твои глаза… – Роб посмотрел в глазницы Бона, в которых было лишь два синих огонька – Я хотел сказать, твои… Эмтра всемогущий, я даже не знаю, как их назвать! Твои огоньки… в общем, они просто привыкли к темноте и поэтому тебе кажется, что вокруг стало светлее.

– Как скажешь.

– Итак, приступим!

С этими словами Роб поднялся на ноги, подошел к яме, внимательно осмотрел её и задумчиво хмыкнул, затем опустился на колени, поводил по земле вокруг ямы руками, отодвигая заросли папоротника, затем замер и сказал:

– Что ж, понятно.

– Что? – Оживлённо спросил Бон.

– Понятно, что детей находят в капусте, а вот скелетов, видимо, в зарослях папоротника.

– Очень смешно. – Раздраженно ответил Бон.

– Я не знаю, что нам даёт эта яма и что ещё тут можно сделать. – Спустя пару мгновений Роб продолжил. – Хотя… Идея!

Роб взял маленькую горсть земли из ямы и закинул её в рот. Через пару секунд Роб начал выплевывать землю, а Бон спросил:

– И зачем это надо было делать?

– Не знаю… Слышал, что крутые герои так делают, когда что-то ищут…

– Как? Едят землю?

– Ну, они как-то пробуют и сразу говорят, кто тут был, его рост, вес, номер счёта в банке и ещё кучу всяких деталей.

– И что вам говорит эта почва долгой выдержки, о, великий дегустатор почвы? – С сарказмом спросил Бон.

– Говорит, что из этой ямы вылез злой, язвительный и… ещё раз злой скелет.

– А то, что этот скелет был настоящий красавец, земля не говорит?

– Нет.

– Ты видимо плохо распробовал, съешь ещё. – И Бон залился смехом.

В этот момент небо действительно стало светлеть, а значит, наступало утро. Глядя снизу вверх на Бона, стоящего на фоне светлеющего неба, Роба вдруг осенила мысль, которую он немедленно озвучил:

– Янушар!

– Что? – Недоуменно спросил Бон.

– Янушар! Небо светлеет, а значит, близится утро, следовательно, небесное светило Янушар поворачивается к нам светлой стороной и возможно это представляет для тебя смертельную опасность!

– Почему?

– Да потому что ты появился ночью, возможно, ты порождение чёрной магии, а большинство таких ребят, например горгульи и тролли, боятся света Янушара, потому что он превращает их в камень. Что если и с тобой будет также?!

– Как-то не радует меня перспектива превратиться в камень с первыми лучами Янушара.

– Тогда тебе нужно спрятаться.

– Но где? Вокруг только деревья, ни пещер, ни укрытий, одна только…

– Яма! – Одновременно крикнули Роб и Бон.

Бон быстро залез в яму и начал себя закапывать, в этом ему активно помогал Роб. Когда дело дошло до головы, Бон крикнул:

– Стой! Голову не зарывай, не хочу задохнуться.

– А ты можешь?

– Не знаю, но проверять не хочу.

– Хорошо. – Ответил Роб и принялся собирать по округе листья папоротника и ветки. Завалив этим всем голову Бона, Роб сказал:

– Готово! Быстро управились, до рассвета ещё как минимум полчаса.

– Отлично. – Сказала куча веток и листьев папоротника.

– Да. А теперь ты жди здесь, а я пойду в Горнтель, во дворе замка находится библиотека, а также в самом замке есть пара магов, попробую найти информацию о твоём происхождении и о том, куда нам двигаться дальше. Вернусь ближе к ночи, не скучай.

– Хорошо! – Ответила куча.

Роб уже уходил, как вслед ему из кучи крикнул Бон.

– А что мне делать всё это время?

– Не знаю, отдыхай, главное не пусти корни!

Горнтель

Янушар уже полностью повернулся своей светлой стороной к Тэррадану, как Роб вышел из лесу и в обход Тилтсвика направился в замок Горнтель. Некогда устрашающий и крепкий замок истинных завоевателей, кузница лучших боевых топоров, щитов, молотов и тяжелых доспехов, известных в каждом уголке Тэррадана, теперь выглядел так, словно какой-то великан просыпал груду камней и металлолома: рассыпающиеся от дуновения ветра каменные стены, украшенные ржавым металлоломом и треснувшими щитами некогда прославленных воинов, ныне забросивших это дело и «повесивших свои щиты на гвоздь». Воевать стало не с кем, да и нечем, уже прошло три десятилетия с тех пор, как угольные шахты Горнтеля опустели, и нечем стало топить плавильни и кузни. Жители замка и входящей во владение деревушки Тилтсвик уже давно перешли на безопасное для природы производство, заменив кузни и горны лавками с травами, а металл деревом. Здесь вы не найдёте ни одного солдата в стальных доспехах и со стальным мечом, все доспехи были давно заменены на древесную кору, а вместо мечей воины использовали искусно выполненные дубины. Как правило, солдаты Горнтеля отлично прятались в густом лесу, а если солдат было много, то они и сами напоминали маленькую лесную чащу. Единственное, что было запрещено делать – это находиться во время грозы одному в поле, потому что молния всегда норовила ударить в одиноко-стоящего солдата. Богом-покровителем замка был избран Мелкий бог экологии Экоро, периодически появлявшийся в Горнтеле и даже оставивший на воротах замка свой знак, на котором было изображено дерево, под которым красовалась зелёная надпись «Экоро рекомендует».

Подойдя к этим самым воротам Роб был встречен парой «дубов». В Горнтеле было своё обозначение званий и в соответствии со званием солдаты носили доспехи из коры того или иного дерева. Многие амбициозные солдаты мечтали дослужиться до звания клёна и не скатиться до баобабов, те же, кто становился дубами, обычно больше ничего от жизни и не хотели, что сказать – дубы. Итак, Роб был встречен двумя дубами с лицами, прекрасно подходившими их званию, и один из дубов сказал:

– Я тебя здесь раньше не видел.

– Так я здесь раньше и не появлялся. – Ответил Роб.

– Шутник?

– Нет.

– Жаль, хоть кто-нибудь бы анекдотом повеселил, а то не служба, а скука смертная. Ладно, цель посещения?

– Мне нужно в библиотеку.

– А говорил, что не шутник, нет, ну ты слышал, – говорил один дуб, обращаясь к другому – в библиотеку! За книжками, небось?

И оба дуба залились смехом.

– Да. – Серьёзно ответил Роб.

– Ещё скажи, что ты читать умеешь! – Сквозь смех спросил один из дубов.

– Ну да, а вы разве нет?

В этот момент дубы резко смолкли, переглянулись, опустили от стыда головы и обиженно в голос сказали:

– Проходи.

Миновав стражников, Роб направился через двор замка в библиотеку. К его разочарованию библиотека Горнтеля представляла собой маленький деревянный домик с двумя полками книг: новой, где находились книги, посвященные обработке дерева, и старой, где находились книги, посвященные обработке железа. Роба расстроил такой результат и он, выйдя из библиотеки, решил попытать счастье в местной гильдии волшебников, что находилась в северной башне замка.

У входа в башню стояли два долговязых вяза, любезно согласившихся пропустить Роба для обращения в гильдию. Бредя по сыпавшимся от старости коридорам в поисках указателей пути к гильдии волшебников Роб чувствовал, что и эта затея не обернется ничем хорошим, и его чувство усилилось, когда он наткнулся на деревянную дверь, на которой было криво (и это ещё мягко сказано) нацарапано «Гильдия валщебникоф Горнтеля». Приготовившись к худшему, Роб постучал и открыл дверь. Гильдия волшебников представляла собой маленькую комнату с двумя столами, тремя стульями, одним шкафом, камином и одним чаном, в котором сейчас что-то варилось и зловеще булькало. В комнате никого не было. Роб занял место за одним из столов и стал ждать. Через пять минут в комнату зашёл старичок в смешной синей пижаме и спросил:

– Вы волшебник гильдии?

– Нет. – Ответил Роб.

– Я знаю, потому что это я волшебник гильдии! – Сердито крикнул старик. – Что Вы делаете за моим столом? Стоило на пять часо… минут отлучиться за тараканьими лапами и лягушачьими ушами, как моё место уже занял какой-то проходимец!

– Извините, мне просто нужна помощь, я пришёл, а здесь никого не было и я сел, чтобы просто подождать.

– А, вон оно что, извините. – Очень мягко начал старичок. – Сидите, я Вам помогу всем, чем смогу, только сначала закончу кое-что.

Старичок подошел к чану, высыпал в него содержимое склянок, которые достал из кармана пижамы, после чего над чаном стало выситься фиолетовое облако. Старичок взял кружку, зачерпнул ею содержимое чана, подошел к Робу и, протягивая, мягко сказал:

– Вот, возьмите, выпейте.

– Что это? – Спросил Роб, взяв в руку кружку, из которой, как ему казалось, что-то на него сердито поглядывало. – Какое-то зелье?

– Что Вы, бросьте. – Мягко отвечал старичок. – Это суп.

– Суп?

– Да, свежий тепленький суп, Вы, наверное, устали, пока добирались.

– Что ж, благодарю. – Роб начал было подносить ко рту кружку с супом, как старик выбил её из его рук и начал злобно кричать:

– Совсем дурак?! Что это, по-твоему, за суп, в котором используют насекомых и лягушек, да ещё и в кружке подают! Зелье это и весьма опасное!

– Но Вы сами его мне дали и сказали, что это суп!

– А если я скажу тебе, что Тэррадан круглый, ты мне тоже поверишь?

– Но он и вправду круглый!

– Эллипс! Тэррадан в форме эллипса!

Старик замер со злой гримасой на лице. Спустя мгновение он мягким голосом продолжил.

– Эллипс. Однако это никому не нужные детали. Итак, чем я могу Вам помочь?

«Помощь тут, видимо, не мне нужна» – Подумал про себя Роб.

– Мне нужна информация по одному существу. – Начал издалека Роб.

– Скелет? – Спокойно спросил старичок.

– Да, но как Вы…

– Глашатай. Весь день кричит о том, что в Тилтсвике сегодня ночью был встречен кровожадный скелет-неплательщик, он появился из леса, напал на местных жителей, разгромил таверну и, что самое страшное, не заплатил за выпивку. Я понимаю, Вы напуганы этим и поэтому хотите знать всё о таких существах, но уверяю Вас, глашатаи часто преувеличивают. Я уверен, что этот кровожадный скелет заплатил хозяину таверны, а тот просто пытается заработать пару лишних монет. Сейчас направляйтесь в местную таверну «Свежесть» и ожидайте, я ещё утром поручил своему помощнику найти всю информацию по скелетам и как только он вернётся, я скажу ему, чтобы он отправился к Вам и ответил на все Ваши вопросы.

– Большое спасибо Вам!

– Ой, что Вы, я всегда рад помочь.

Ещё раз поблагодарив волшебника, Роб вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, увы, получилось немного громко и из-за двери сразу же раздался яростный крик:

– Не хлопай дверью, болван!

Свежесть

Роб покинул замок и направился в таверну «Свежесть», что находилась во дворе. В углу вывески данного заведения настораживающе красовалась эмблема «Экоро рекомендует». Роб толкнул дверь, вошёл внутрь и был поражен тем, что увидел. Стоит отметить, что Роб бывал в огромном множестве подобных мест, точнее, в огромном множестве таверн, а вот данное местечко таверной назвать было очень трудно. У каждой таверны есть какая-то своя изюминка, отличающая её от других, однако это место изюмом было переполнено.

Первое, что удивило Роба – чистота, что в классических тавернах даже не подразумевается. Деревянные столы, стойка, стулья, пол, да что там говорить, даже окна, казалось, здесь мыли каждый день, всё сияло чистотой! Глядя на это заведение казалось, что здесь даже не водится крыс, что, конечно же, фантастика, но всё же (по крайней мере, в меню их не было, что говорило о явном их дефиците в помещениях данного заведения). Второе, что поразило Роба – посетители. Местный контингент выглядел как гномы-ученые, которые были ростом с человека, а ещё худыми и ухоженными, и одежда была не гномья, да и черты лица, да и никто никогда не видел гномов-ученых и не знает, как они выглядят, да и есть ли они…. В общем, посетители не были похожи на гномов-ученых, но, тем не менее, выглядели странно: все как один были в очках с простыми стекляшками или вовсе без них, каждый мужчина был с аккуратно постриженной и густой бородой, и все посетители тихо сидели (без криков и без драк!), мирно беседуя друг с другом на каком-то получеловеческом языке, поскольку некоторые слова Роб точно слышал впервые. Третье, что поразило Роба – это атмосфера. В таверне было как-то… светло и, казалось, что воздух в Свежести был… свежим. По стенам были развешены горшки с различными растениями. Да, такое встречается в тавернах, но в Свежести эти растения были не засохшими, а зелеными, они росли, цвели и мирно покачивались в такт игравшей здесь странной музыке. Как правило, музыканты, выступающие в тавернах, используют разнообразные инструменты, играют что-то задорное, весёлое, способное поднять уснувшего на столе в углу таверны пьянчужку, да и сами музыканты порой и являются такими пьянчужками, т.е. соответствуют образу типичного посетителя таверны. Здесь же музыканты выступали то поодиночке, то парами, используя только лютни или флейты, а музыка их способствовала не пробуждению, а процессу совершенно противоположному. Казалось, что если такому музыканту дать дудку и посадить перед корзиной с гремучей змеёй, то змея не то что не выползет, а останется в корзине, по-кошачьи свернется калачиком и мирно уснёт, возможно, даже заурчав.

Будучи уже в меру ошарашенным увиденным и услышанным, Роб расположился за столиком в уголке таверны, взял меню, которое лежало на каждом столике, а не хранилось в единственном экземпляре у владельца, и вдруг почувствовал себя самым бестолковым человеком на всём Тэррадане. Дело было в том, ЧТО ИМЕННО подавали в Свежести (вот и переполненность изюмом): среди наименований закусок встречались такие как «картофельный бриз», «капустный лаундж», «реверсивное вино»; среди основных блюд были: «капуста микс», «трава аль денте», «картофельный фарш»; ну а напитки с названиями «Экорочил» и «Фиолетовая роса» вызывали сильнейшее негодование у Роба. Спустя каких-то пару часов изучения меню, Роб заказал те блюда, от названий которых ему не становилось мерзко и в которых были знакомые ему слова, а именно «реверсивное вино», «картофельный фарш» и «фиолетовая роса». Реверсивным вином оказался простой виноград, картофельным фаршем картофельное пюре, а напиток «Фиолетовая роса», интригующий своим названием, оказался простым свекольным соком. И за всё это с Роба взяли столько монет, что он уже не чувствовал себя самым бестолковым человеком на всём Тэррадане, он был абсолютно уверен в том, что таковым является.

Роб съел виноград, картофельное пюре, запил это всё водой, на которую поменял свекольный сок и молча ждал за столом в углу таверны, когда что-то произойдёт. И ведь произошло: дверь отворилась, в таверну зашла фигура в плаще, лицо фигуры скрывал капюшон. Фигура стояла на месте, казалось, изучая посетителей таверны, капюшон медленно поворачивался и когда взгляд фигуры под плащем встретился с взглядом Роба, фигура замерла.

Робом овладело чувство дежавю….

Монстр

Оставим пока что Роба, а сами возвратимся на несколько часов назад и перенесёмся в чащу леса, что окружает Тилтсвик, туда, где под кучей земли, веток и листьев папоротника от света Янушара скрывался Бон. С того момента, как Роб ушёл в Горнтель прошёл почти час, и хоть Бону не привыкать находиться под землёй, ведь он пробыл в этой яме невесть сколько десятилетий или даже столетий, но сейчас ему было скучно. Бон был жив (если это слово вообще применимо к скелету) и полон энергии, но вынужден был дожидаться темноты лёжа в яме.

В какой-то момент Бон услышал шелест листьев и очень настораживающий звук, кто-то приближался. Существо дугообразной траекторией приближалось к куче листьев и веток, под которой находилась черепушка Бона. Бон старался не шевелиться, надеясь на благоприятный исход, но надежда его гасла с каждым шагом монстра, который издавал леденящие кровь звуки. Если бы у Бона было сердце, оно сейчас колотилось бы с бешеной силой. Звуки шагов были всё ближе, и когда казалось, что монстр подошел очень близко, всё стихло. Целую минуту внутри Бона боролись страх и любопытство, целую минуту он не шевелился, не зная, что делать дальше. Но потом Бон стал аккуратно своими костяшками прокапывать изнутри отверстия на уровне огоньков в глазницах, чтобы увидеть, что сейчас творится снаружи. Закончив работу, Бон глянул в отверстия и увидел смотрящего на него монстра, который тут же нанёс молниеносный удар прямо по лбу Бона. От страха и ужаса Бон закричал и выскочил из ямы, несясь под палящими лучами Янушара подальше от монстра. Отбежав на безопасное расстояние, Бон посмотрел на монстра, монстр смотрел на Бона и недоуменно кудахтал. «Монстром» оказалась обыкновенная курица, пару дней назад сбежавшая из одного из курятников в Тилтсвике и заплутавшая в лесной чащобе.

Переводя взгляд с курицы на Янушар и обратно Бон установил, что, во-первых, свет Янушара не превращает его в камень, а во-вторых, он ужасно боится птиц. Фактом, что свет Янушара не страшен Бону, он решил быстрее поделиться с Робом, да и с этой ужасной курицей оставаться наедине Бон боялся, поэтому он отряхнул плащ, накинул капюшон и спешно направился в Горнтель, обходя опасного «монстра» за пятьдесят метров. И вот курица осталась позади среди папоротников, и Бон, немного успокоившись, облегченно выдохнул. Точнее, сделал вид, что выдохнул, поскольку как такового дыхания у скелета не было.

Курица, глядя в след уходящему скелету, недоумённо закудахтала и побежала за ним.

Раздался крик ужаса….

Дорога в Горнтель

Бон стоял посреди леса и настороженно смотрел на кудахчущую рядом с ним заплутавшую курицу. Бон понимал, что ему необходимо идти в Горнтель, но стоило ему продолжить движение, как курица устремлялась за ним.

– Прошу, оставь меня в покое, я несъедобный. – Пытался объяснить Бон курице, которая продолжала ходить около него, порой норовя клюнуть Бона в его костяную ногу.

Бон рассержено сделал пару шагов прочь от курицы и остановился, курица поспешила за ним. Затем Бон прошёл ещё пять шагов, курица последовала за ним. Бон повернулся к курице, взглянул в казавшиеся ему сумасшедшими глаза, обреченно вздохнул (точнее, сделал вид, что вздохнул) и сказал:

– Хорошо, я понимаю, тебе одиноко, ты одна в лесу, тебе здесь, наверное, хорошо, ты можешь спокойно охотиться на всяких медведей и привносить хаос в этот лес, но твоё место всё же среди людей, я согласен проводить тебя к тому маньяку, который разводит таких созданий, как ты.

Курица закудахтала.

– Но чтобы расправиться с этим как можно быстрее – продолжал Бон – мне придётся взять тебя на руки.

Набравшись смелости, Бон наклонился к курице и стал медленно тянуть к ней свои костлявые руки. Курица стояла на месте и смотрела на руки: сначала на правую руку, потом на левую. Когда обе руки были уже совсем близко, курица клюнула левую.

– Ай! – Крикнул Бон и отскочил от курицы, та, в свою очередь, подошла ближе.

– Хорошо, попробуем ещё раз. – Сказал Бон, медленно наклонился и быстро схватил курицу, которая даже не успела понять, что, собственно, произошло.

Лучи Янушара припекали череп Бона через капюшон его плаща, пока он уверенным шагом двигался через лес в сторону Тилтсвика, чтобы вернуть курицу в её родную деревню и попутно найти что-то, чем можно будет замотать череп, чтобы можно было пройти мимо охраны замка Горнтеля, не повергнув стражников в шок.

Бон вышел из лесу, оказавшись на окраине деревни, недалеко от полей, на которых рабочие косили траву, и принялся ждать, когда они устроят перерыв, чтобы проскочить мимо.

Как только рабочие пошли на отдых, и на пути никого не было видно, Бон рванул с курицей в руках через поле к ближайшему домику. Бон забежал на задний двор первого деревенского домика и начал осматриваться: на его счастье во дворе на веревках сушилось бельё, на его беду на этот же дворик как раз вышел молодой юноша Лафей, уже имевший опыт встречи с кровожадным скелетом-неплательщиком. Первое, что предстало перед взором Лафея – это скелет в плаще, который в одной руке держал курицу, а другой, стягивал бельё с верёвки. Завидев Лафея, Бон ринулся бежать куда-то вглубь деревни.

– Слишком много скелетов на этой неделе… – Сказал оцепеневший и уже немного поседевший юноша и упал в обморок.

Пока Лафея приводили в чувства, и пока он рассказывал местным жителям о том, что кровожадный скелет-неплательщик ещё и ворует куриц и бельё, Бон прятался через двор в чьём-то амбаре и наматывал на свой череп чью-то рубаху. В это время курица сидела рядом с Боном и с интересом наблюдала за этим процессом маскировки. Закончив наматывать рубаху на череп и накинув капюшон на голову Бон, с курицей в руке, осторожно направился в сторону Горнтеля, скрываясь от жителей деревни, кричавших о просвечивающем воришке кур и белья.

Добравшись до дороги, находившейся на противоположном крае деревушки, и ведущей в Горнтель, Бон выпрямил спину, поправил курицу на руке и смело зашагал в сторону замка на поиски ответов и Роба.

Смелости в шаге поубавилось, когда Бон приблизился к воротам замка и путь ему преградили «дубы», один из которых спросил:

– Куда направляетесь?

– В библиотеку. – Спокойно ответил Бон.

– Читать? – Грустно спросил второй дуб.

– Да-а. – Неуверенно ответил Бон.

Дубы грустно переглянулись и расступились со словами:

– Проходи.

Когда Бон удалился на достаточное расстояние, один из дубов грустно выдохнул и сказал:

– Возможно чтение – это действительно что-то интересное и полезное.

– Скорее всего…. Возможно, если бы я умел читать и писать, я бы смог написать свою книгу. – Грустно ответил второй дуб.

– И о чём бы была эта книга?

– Не знаю, так далеко я ещё не думал.

После этой фразы два дуба устремили свои взоры к небу, где Янушар постепенно поворачивался своей тёмной стороной, знаменуя наступление вечера. Глядя на это второй дуб протяжно и мечтательно вымолвил:

– Да, это была бы интересная книга….

Трое в таверне, не считая курицы

Бон направился в библиотеку и, как и Роб, вышел оттуда разочарованным результатами поиска необходимой для него литературы.

В это время недалеко по улице на площадь к глашатаю несся юноша по имени Лафей и кричал:

– Скелет! Скелет-неплательщик! Скелет-похититель белья!

Услышав это, Бон тихо выругался³, решив затем, что лучше пока прервать поиски ответов и укрыться где-нибудь на неопределенное время. Заприметив таверну со странным названием «Свежесть», Бон поспешил зайти внутрь. И пока Бон рассматривал столь нетипичную таверну (хоть он и видел до этого только одну, однако контраст был очень велик), медленно бредя по её чистому полу, к которому даже не прилипали ноги, Роб сидел за столом и смотрел на медленно приближающуюся к нему фигуру в плаще. Когда фигура оказалась около стола Роб сказал:

– Бон, что ты тут делаешь?

– Кто такой Бон? – Спросила фигура, снимая с себя капюшон и присаживаясь за стол. До этого момента капюшон скрывал конопатое лицо зеленоглазого юноши с взъерошенными и немного опаленными огнём рыжими волосами. Юноша спросил – это Вы искали информацию по скелетам?

– Да. – Ответил Роб.

– Отлично! – Воскликнул юноша и потянулся рукой в пространство своего плаща, вытаскивая оттуда бумажные свитки и пару книг. Разложив всё на столе, он протянул руку для рукопожатия и представился. – Проспер, начинающий маг!

– Роб – Отвечал Роб, протягивая руку в ответ. – Начинающий герой.

В этот момент за стол резко опустилась ещё одна фигура в плаще, в руках которой была курица. Фигура поставила курицу на стол и, протягивая Просперу свою костлявую руку, вымолвила:

– Бон! Начинающий… эм-м… – Проспер застыл, увидев протянутую к нему костлявую руку и пока он не мог ни пошевелиться, ни сказать что-либо, Бон подумал над своей приветственной фразой. – Давай ещё раз. – Сказал Бон, убрал руку, затем снова протянул её Просперу, немного наклонился вперёд и медленно сказал. – Меня зовут Бон. Скелет Бон.

В этот момент раздался звук – Роб громко приложил ладонь к своему лбу. В этом жесте читалось только одно слово – фиаско.

В этот же момент Проспер перевёл взгляд с костлявой руки на закутанный в рубаху череп Бона, улыбнулся, сказал что-то невнятное и потерял сознание. И прежде чем сознание окончательно «потерялось» Проспер услышал, как Роб, обращаясь к Бону, сказал: – Я же говорил тебе, что нельзя так представляться, это настолько глупо, что человек даже сознание потерял.

Когда Проспер пришёл в себя, на него смотрели шесть точек: два человеческих глаза, два куриных и два синеньких огонька, расположенных в глазницах Бона. Первым заговорил обладатель синеньких огоньков:

– Бон, начинающий…

– Скелет! – Вскрикнул Проспер, перебивая Бона и в страхе откидываясь на спинку стула. – Невозможно!

– В книгах и свитках, что ты принёс информация о скелетах? – Вмешался Роб.

– Да.

– Значит, возможно. – Подытожил Роб.

Стоит упомянуть, что Проспер был человеком, который беспрекословно верил всему, что написано в книгах (частым его ответом практически на любой вопрос было – «Так в книге написано»). С самого детства Проспер верил в невероятные истории про магических существ, замки под землёй, безумную Нелли, крошку Мэтти и многое-многое другое, потому что все эти истории подтверждались неоспоримым источником истины – книгой (пусть и написано на книге было «Сказки»). Подтверждение чего-либо в книге успокаивало Проспера (за исключением случаев, когда данные в книгах относительно одного объекта разнились). Вот и сейчас неописуемый ужас сменился неописуемым спокойствием, потому что на столе рядом с Проспером лежали книги, в которых было описание живых скелетов, а, значит, ничего необычного в живом скелете, сидящем рядом с ним, нет.

– Действительно, возможно. – Сказал Проспер, начав спокойно, как ни в чем не бывало, открывать книги и разворачивать свитки. Когда дело было сделано, он сказал – Итак, приступим!

Роб и Бон придвинулись ближе к Просперу и приготовились слушать. Проспер ткнул пальцем в текст первой книги и приступил к рассказу:

– Начнём с самого начала: к понятию скелета. Согласно Эдуну Виндмуну и его труду «Классификатор постчеловеческих существ» – «Скелет, есть не что иное, как практически не подвергаемые разложению человеческие останки, некогда представлявшие собой каркас человеческого тела».

– А картинки будут? – Спросил Бон.

– Нет, но, думаю, что все присутствующие итак имеют представление о том, как выглядит скелет. – Ответил Проспер и спокойно продолжил. «Классификация скелетов. Как правило, скелеты бывают двух основных типов: статичные и динамические…»

– А если понятным языком? – Спросил Роб.

– Статичные – это просто лежащая неподвижно груда костей, а динамические – те, которые способны ходить, разговаривать… – тут Проспер пробубнил себе под нос – видимо, ещё и воровать бельё и куриц….

– Это ещё доказать надо! – Возмущенно вскрикнул Бон.

– Тише! – Прошипел Роб. – Мы тут разговариваем про диназаврических и синтаксических скелетов.

– Динамических и статических. – Поправил Проспер.

– И про них тоже. Продолжай.

– Хорошо. – Проспер продолжил читать вслух. – «Динамические же могут подразделяться…»

– А у меня вопрос. – Перебив Проспера, сказал Бон. – Если мы возьмём статическую кость и кинем, то пока она будет лететь, она будет динамической?

– Нет, Бон, – Ответил Проспер. – В книге говорится о скелете, как о целой груде костей, а не отдельной косточке.

– А если взять целого скелета и скинуть его со скалы? – Спросил Роб.

– Это жестоко! – Возмутился Бон.

– Я просто предположил.

– Ах, он просто предположил, а если человека со скалы скинуть? Скелет внутри него станет динамическим?

В этот момент курица, сидящая на столе, начала кудахтать.

– Правильно говоришь, Чудовище. – Сказал Бон.

– Чудовище? Ты называешь курицу чудовищем? – Удивленно спросил Роб.

– Вообще-то это её имя.

После непродолжительной паузы Роб сказал:

– Допустим…. Важен другой вопрос, ты понимаешь, ЧТО прокудахтала курица?

– Нет, но она так злобно смотрела в твою сторону, вот я и подумал, что она просто выразила согласие со мной.

– Может, мы продолжим чтение? – Вмешался Проспер.

– Хорошо, – сказал Роб – но что с брошенным со скалы скелетом?

– Скелетом внутри человека. – Поправил Бон.

– Полагаю, что в книге под динамическим скелетом подразумевается тот, который способен передвигаться самостоятельно, без помощи людей или притяжения к земле.

– А-а-а…. – Протянули Роб и Бон.

– Итак, продолжаем: «Динамические скелеты подразделяются на магических и механических, где магические подразумевают…»

– А можно ближе к делу? – Вновь перебил Роб.

– Но ведь эта информация очень интересна. – Возмутился Проспер.

– Интересна? Мне не очень интересно слушать какие бывают скелеты, мне нужно знать конкретно о Боне. Кстати, Бон, тебе слушать всю эту информацию интересно? Бон?

Бон, пристально смотрящий своими синими огоньками на курицу, словно гипнотизируя её, наконец, отвлекся и спросил:

– А чем вам не нравится имя «Чудовище»?

– Всем, Бон. – Ответил Роб. – Ты будешь слушать информацию о том кто ты и откуда?

– Конечно! Только можно без всей этой лишней информации о всяких грудах костей и так далее, мне кажется, что это не очень важная информация, а нам, я полагаю, нужно торопиться покинуть этот городок.

И в этом Бон был прав. Если бы не громкие завывания со сцены таверны солиста группы бардов «Зелёная сойка», то компания наверняка услышала бы, что на улицах Горнтеля вовсю царила паника. Местные жители прятали бельё и домашний скот, запирались в домах вместе с коровами, свиньями, курами и гусями, чтобы их не похитил страшный скелет-неплательщик-похититель белья и домашних животных. Глашатаи и стражники кричали о том, что разыскивается скелет, особые приметы: скелет, просвечивает на свету, возможно с курицей и кучей белья в руках.

– Хорошо, – отвечал Проспер. – Тогда нам нужно сначала определить, к какому типу относится Бон. С очевидными классификациями всё понятно, а вот что касается более детальных видов… – Проспер быстро пробежал взглядом пару страниц книги. Взгляд его остановился на одном предложении, он ткнул пальцем и сказал. – Вот! «В основном скелеты представляют собой обычных воинов с мечами, если при жизни, будучи людьми, они ничем в военном деле не отличились, хорошие лучники и арбалетчики становятся скелетами-лучниками и скелетами-арбалетчиками, исключительные воины становятся скелетами-командирами, передвигающимися верхом на костяных лошадях…»

– Бон, – начал Роб с ехидной улыбкой на лице. – Что-то не вижу я под тобой коня, да и колчан со стрелами за спиной не висит, выходит, воин из тебя так себе?

– Под тобой коня я тоже не вижу, значит и из тебя воин не очень. – Ответил Бон.

– Но у меня ещё вся жизнь впереди.

– Посмотрим.

– Посмотрим.

На пару минут над столиком нависла пауза, которую прервал Проспер:

– Извините, я могу продолжить?

Роб и Бон молча кивнули.

– На основании материалов этой книги я могу предположить, что Бон мог появиться в результате только магического вмешательства. Возможно, Бона призвали заклинанием какие-нибудь шаловливые некроманты; или по лесу мог бродить какой-нибудь старый маг и случайно разлить один из своих волшебных эликсиров; а может, что запоздалый магический ворон мог оживить Бона, чтобы он мог отомстить кому-то за что-то.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Да, найти Мелких богов было не сложно, большинство из них жили среди людей, прямо по соседству с обычными людьми, и соседи из Мелких богов, скажу я Вам, были просто ужасные.

Вернуться

2

* По крайней мере, торговец, продавший этот меч, уверял, что это благородная сталь, а не ржавчина.

Вернуться

3

Интересный факт: когда человек теряет память, то он может забыть практически всё, кроме нескольких ругательств. Благодаря этому феномену становится возможным определить происхождение того или иного человека с амнезией по одним лишь неблагозвучным словам, что он использует. И в данном случае услышавший ругательство Бона знаток нецензурной речи смог бы со стопроцентной уверенностью заключить, что Бон действительно очень долгое время пролежал под землёй, поскольку его ругательство, ранее дословно означавшее «трусливый воин, скрывающий свою трусость» теперь и ругательством не назовёшь, а звучит оно «па-ациф’ист».

Вернуться