Алия Чех
Если падать, то вместе

Глава 1

Майя

– Эй, Майя, подай мне тушь! – выкрикнула Ива, пялясь на себя в зеркало, вырисовывая свои фирменные стрелки на больших голубых глазах.

– Серьезно, ты будешь красить нарощенные ресницы? – возразила я, а затем взяла тушь в руки.

– Не вижу в этом ничего плохого, – Ива обернулась и запорхала своими ресничками, сложив губы трубочкой. – Я хочу найти парня.

Дженна демонстративно закатила глаза:

– Сегодня? Мы не за этим идем в клуб! – Она выхватила тушь из моих рук и подошла к столику, где сидела Ива.

– Шанс встретить «того самого» возрастает, когда ты этого совсем не ждешь! – ехидно защищалась Ива, забирая тушь у подруги.

– Да ладно, это ты то не ждешь? Мне кажется, ты всегда на чеку! – рассмеялась Дженна. – Майя? – она перевела взгляд на меня.

– Я должна сейчас принять чью-то сторону? – приподняв бровь и скрестив руки на груди, ухмыльнулась я.

– Не чью-то, а мою, – утвердительно заявила Дженна, а затем подошла к шкафу и распахнула двери, – Ива, могу я надеть твой комбинезон с открытой спиной?

Ива развернулась лицом к Дженне и победоносно развела руки ладонями вверх:

– А если скажу «нет»? – Она изогнула бровь.

– Тогда я возьму пинцет, – Дженна сощурила свои карие глаза, – и одну за одной буду выдирать твои прекрасные реснички, а если и потом ответ будет «нет», то я найду ножницы и отрежу твои шикарные искусственные белокурые пряди! – Дженна, конечно, шутила, но так она добивалась своего.

– Искусственные? Я отдала за них целое состояние. Они что, правда выглядят ужасно?

Я злобно посмотрела на Дженну. Кажется, до нее дошло, что угрозы дали противоположный эффект.

– Все в порядке, Ива, Дженна шутит. Твои волосы выглядят шикарно. – Я подошла к ней, взяв за плечи, и развернула нас к зеркалу. – Посмотри на эту красотку, – мы видели наше отражение, – ты потрясающая. И ты найдешь своего мужчину, обещаю.

– У меня так давно не было секса, – глубоко вдохнула Ива. – Иногда мне кажется, что этот день никогда не наступит.

– Так, – прервала ее Дженна, – я не имела ввиду ничего плохого. Прости. Просто хотела заполучить этот сексуальный комбинезон на вечер.

– Ты можешь надеть все, что хочешь, – улыбнулась Ива.

– Спасибо, подружка! – Дженна наклонилась в сторону Ивы и послала ей воздушной поцелуй. – Марк присоединится к нам? – она обратилась ко мне.

– Увы, нет, он сегодня на смене, – грустно ответила я, – у нас будет только завтра. Он будет уставший, поэтому вряд ли нам удастся провести более, чем пару часов вместе, а потом я…

– Неееет, не напоминай! – застонав, остановила меня Ива. – Не хочу снова думать о том, что ты уезжаешь. – Она встала и обняла меня.

– Я буду всего в часе езды, – напомнила я.

– Но ты будешь по уши в работе, – Дженна подошла и обхватила своими тонкими руками нас с Ивой.

– Буду приезжать каждый выходной, обещаю, – пробурчала я в плечо Иве.

– Но у вас с Марком и так будет мало времени вместе, а на нас его совсем не останется, тем более тебе будет нужно навещать твою бабушку, – сыпала аргументами Дженна.

– До сих пор не понимаю, как ты согласилась на эту работу, – Ива подняла глаза на меня.

– Пора вылезти из скорлупы, детка, ты же знаешь, – мягким голосом ответила я. – В Рединге нет работы моей мечты. Я слишком долго зализывала раны, оставленные мне пребыванием в Лондоне, но пора вернуться с высоко поднятой головой.

– Ты права, – согласилась Ива, – ты заслуживаешь эту работу и даже больше.

– Спасибо! Я, правда, хочу добиться успеха. Знаю, что иду на жертвы, но чувствую, что пришло время.

– Ива, вот зачем ты накрасила ресницы, если собираешься плакать? – засмеялась Дженна, глядя на блондинку.

– Вовсе не буду плакать, давайте собираться, а то пропустим веселье.

      Сегодня мы, три подруги: Майя, Дженна и Ива, которые вместе еще со школы, идем в бар, потому что через день я уезжаю в Лондон для работы в крупной компании по рекламе и маркетингу. Четыре года назад я окончила Ричмондский университет в Лондоне по специальности модный менеджмент и маркетинг, но обстоятельства, о которых не хочу вспоминать, заставили меня вернуться в родной город. Еще через год болезнь Альцгеймера, которой страдает моя бабушка, усилилась, и я целиком и полностью посвятила себя заботе о ней, время от времени подрабатывая, чтобы совсем не потерять сноровку и не впасть в депрессию. В больнице я познакомилась с Марком Ризби, который был неврологом бабушки Гретты. Сейчас ему 35 лет, что на 9 больше, чем мне. Мы легко нашли общий язык, несмотря на разницу в возрасте, и уже через 3 месяца начали жить вместе. Марк видел, как я разрываюсь между желанием построить собственною карьеру и уходом за бабушкой. Недавно он помог определить бабулю в реабилитационный центр с постоянным пребыванием пациентов в нем, поэтому я могу немного выдохнуть и попытаться двигаться к своим мечтам. Марк, конечно, не в восторге, что я уезжаю жить в Лондон, но он понимает, насколько сложно в наше время добиться успеха и признания, поэтому в конечном итоге сдался.

Что касаемо моей семьи – тут все сложно. Папа оставил нас, когда я только начала учиться в младшей школе. И это не его вина. Все проблемы в семье всегда создавала моя мама Каталея, которая искала любви на стороне. Ей было мало нас с папой. В итоге она вышла замуж за своего любовника, от которого родила моего младшего брата Джереми. Потом был третий муж, четвертый… Сейчас она путешествует по Европе со своим новым возлюбленным. Плюсом ее похождений было только то, что ей удивительным образом удавалось качать их этих мужиков деньги, которых хватало, чтобы я не задумывалась о деньгах на лечение Гретты. Она предпочитала принимать участие лишь в финансовых вопросах, изредка навещая свою маму в больнице или дома. Я же не могла позволить себе такой роскоши, тем более, что очень люблю свою бабулю. Было трудно смириться с ее болезнью, но благодаря усилиям Марка, который имел нужные связи в медицинской сфере, нам удалось найти баланс.

Джереми, видимо, характером пошел в маму. Вольная птица без определенного места жительства. Еще в школе он начал играть в рок-группе и сейчас колесит по стране, выступая на фестивалях, открытых площадках и ночных клубах, хоть ему еще нет и 21 года. Их группа не суперпопулярна, но сейчас они стабильно зарабатывают, и Джереми полностью обеспечивает себя сам. Был и тяжелый момент: после смерти полтора года назад отца Джереми – моего первого отчима, тот увлёкся наркотиками. Поскольку мы видели его редко, о зависимости узнали слишком поздно. Тогда мама подключила все свои связи (на тот момент она работала юристом в одной из консалтинговых фирм), чтобы Джереми прошел лечение, а не сел в тюрьму. И ему удалось! Я была настроена скептически и не верила в положительную динамику, но сейчас он действительно больше не употреблял. После лечения он регулярно посещал собрания, сдавал анализы и так далее, насколько позволял его график. Не знаю, как бы мы жили, если бы Джереми не справился.

Мой папа спустя пять лет после расставания с мамой встретил прекрасную женщину. У них есть дочь Лили, которая чуть младше Джереми. Сейчас она учится в Хитроу, где и живет вместе с семьей. Папа никогда не отказывался от меня. Часто забирал к себе на каникулы, когда я училась в школе, помог с оплатой за учебу и всегда поддерживал меня. Со временем он перестал злиться на маму, но сохранить дружеские отношения у них не получилось.

Дженна уже залезала в комбинезон, когда звук входящего сообщения моего телефона вырвал меня из моих мыслей. Я подошла к кровати, на которой лежал мобильный, чтобы прочитать сообщение:

Марк: «Повеселитесь, детка. Люблю тебя!»

Я улыбнулась.

Я: «Хотела, чтобы ты пошел с нами. Увидимся завтра. Целую».

Марк: «Пришли мне свою горячую фотку».

Я: «Ууууу. Договорились».

– Так, девочки, нам действительно пора. Такси ждет. – Дженна запихивала в свой модный клатч от Майкл Корс кредитку и блеск для губ.

– Селфи на память? – предложила Ива.

Я включила камеру на телефоне, и мы втроем встали напротив огромного зеркала спальни Ивы. Дженна смотрелась дико сексуально в этом чёрном комбинезоне с серебряным поясом, блестящих босоножках, удлиняющих ее и без того длинные ноги до бесконечности. Она уложила свои черные вьющиеся волосы так, что кудряшки казались невесомыми пружинками, аккуратно касающимися ее оголенных плеч. Ива, которая всегда напоминала мне Мэрилин Монро до того, как нарастила волосы, выбрала коктейльное платье цвета вишни с прозрачными вставками. Ее белокурые волосы, достающие до круглой попки, она завязала в тугой хвост. Яркий макияж в стиле беби-долл был дополнен черными замшевыми туфлями на шпильке и сумочкой в тон.

Для своего выхода я выбрала красный топ без рукавов с воланами и белую мини-юбку. На губах красная помада, которая всегда добавляла мне дерзости. Свои длинные рыжие волосы я завила на плойку большими локонами. Босоножки на танкетке, которые были не только красивыми, но еще и удобными, в цвет юбки, и, наконец, несколько модных аксессуаров в виде тяжелых цепей на шее и запястье.

Щелк. Щелк. Щелк.

Все трое мы выглядели сногсшибательно. Без преувеличения, мы были супермоделями в своем городе: высокие, стройные, еще и умные! Ива окончила Университет Рединга по специальности «Архитектура и строительство» и сейчас просто завалена работой. Кстати, дом в котором она живет, был ее первым проектом, когда она проходила стажировку. Именно поэтому она выкупила его у хозяев, когда заработала достаточно, чтобы съехать от родителей. Те, конечно, заломили цену, узнав, насколько сильно она хочет им завладеть, но в итоге Дженна, которая как раз работает в сфере недвижимости, смогла найти подход к клиентам. Мы часто зависали у Ивы, когда Марк был на смене. Год назад она рассталась со своим женихом, и теперь в каждом встречном хотела видеть своего будущего мужа. В свои 25 лет она выглядела действительно молодо с учетом образа гламурной блондинки, но, поверьте, эта девушка была чертовски умна и профессиональна, а именно поэтому так востребована в своей сфере.

Дженна, наоборот, даже не задумывалась о браке. Она так часто видела «разбитые сердца» на своей работе, что ничего подобного не хотела для себя. Вы не поверите, как часто людям нужно найти жилье за один день, ибо их партнер выставил свою бывшую половинку за дверь с вещами!

Я же, ввиду того, что последние несколько лет состояла в стабильных отношениях, посвятила свое время заботе о бабушке и неплохо приспособилась зарабатывать онлайн. Я удаленно работала на несколько брендов, помогая им поднять свой имидж и, соответственно, заработок на новый уровень: исследовала тренды, давала свою оценку, делала прогнозы, отслеживала конкурентов. Конечно же, работать вне офиса было достаточно сложно, потому что, по моему личному мнению, большего результата можно добиться, находясь в атмосфере, подпитываясь идеями единомышленников, вкушая и созерцая, но приходилось довольствоваться малым. Я не жаловалась.

Сейчас, когда у меня появилась возможность погрузиться в эту работу, я уверенна, что делаю правильный шаг. Не знаю, как, но я получила должность ведущего менеджера в крупном рекламном агентстве «Голдберг фэшн» в Лондоне. Удача улыбнулась мне! Их клиентами являются такие известные бренды как LOAKE (мужская классическая обувь), DRAKE’S (производители мужских галстуков), компания Elemis, производящая профессиональную SPA-косметику и даже ювелирный бренд Shyla, украшения которого были замечены на герцогине Меган Маркл. Честно, я не надеялась, что мое резюме заметят (тем более мне пришлось скрыть некоторые факты), но послезавтра я зайду в офис этой компании и займу свое место за столом. Волнуюсь ли я? Несомненно! Но этот привкус маленькой победы, потому что меня сначала пригласили на онлайн-собеседование, а потом перезвонили и объявили, что место мое, заставляет меня забыть о страхе и оставить неуверенность в стороне. Я хочу показать, на что способна, раскрыть свой потенциал.

Одна маленькая, но очень сексуальная деталь: Кристофер Голдберг – основатель «Голдберг фэшн» – тот еще дьявол-красавчик. Он же и бессменная модель многих рекламных кампаний, вот почему большое количество мужских брендов обращаются в его агентство. Перед собеседованием я весь вечер гуглила компанию, которая неразрывно связана с лицом ее горячего руководителя. Кажется, господь наделил его не только красивым телом, но и пытливым умом. О нем много статей, но все они «ни о чём» с точки зрения раскрытия его личной жизни.

На фотографиях, что я нашла в интернете, он всегда с красивыми женщинами модельной внешности. Не судите, но я зашла дальше, чтобы покопаться в его грязном белье. Никаких долгих отношений или хотя бы мимолетных романов, никаких упоминаний о его семье. Странно, почему эта информация столь секретна. Не в теннис же он играет со всеми этими моделями! И да, ни одной фотографии «из жизни». Только рабочие снимки с фотосессий, постановочные кадры из офиса, пару сьемок для интервью в журналах (кстати, с репортерами он разговаривает исключительно о работе), кадры с благотворительных мероприятий и бла-бла-бла. На всех снимках он безупречен. Высокий, широкоплечий, с прокаченным телом. Черт, мне хотелось лизнуть экран ноутбука, видя его в рекламе шампуня под струями воды. Голубые глаза, светло-коричневые волосы, обычно зачесанные набок (хорошая такая шевелюра). На загорелых руках проступают вены. Белоснежная улыбка на трапециевидной форме лица, и даже чуть заметные ямочки присутствуют на снимках, где он улыбается. Где-то он гладко выбрит, на других фото слегка отросшая щетина, добавляющая брутальности.

В свои 30 лет он явно добился успеха, о котором мечтает каждый. Но что-то мне подсказывало, что он тот еще мудак. Напыщенный и самовлюбленный. Явно телочки штабелями падают к его ногам, сбрасывая по дороге свои мокрые трусики.

Стоп.

А если он гей?

Нет ни одного снимка, где бы он целовался или хотя бы флиртовал со своими спутницами. Все достаточно сухо: легкое объятие за талию или поддержка за локоть. Никаких прикосновений, которые давали бы фантазии разыграться. Может быть они – прикрытие? Черт возьми, мне интересно, что он за фрукт.

Бар-клуб «Куба» был переполнен субботним вечером. Какие преимущества у красивых девушек? Во-первых, вышибала на улице открывает для вас вход без очереди. Во-вторых, мужские взгляды преследуют вас от самой парадной двери и не перестают падать весь вечер. Если напьемся до такой степени, что захотим спеть в караоке – толпа будет разочарована. Ни я, ни мои подруги не преуспели в вокале. Хотя красивым многое прощается, правда же?

Я сделала селфи и оправила Марку. Ему сейчас не так весело, как мне, но он сам не захотел меняться сменами.

– За новое начало! – подняла свою рюмку с шотом Ива.

– За нашу Майю Стоун, которая надерет задницу модной индустрии Лондона, – подхватила ее Дженна.

– Ура! – завизжала я, и мы чокнулись стопками и выпили свои напитки. Алкоголь обжег горло, а по венам начало распространятся тепло.

После пятого опрокинутого шота я перестала считать. Мы много танцевали, время от времени увиливая от назойливых парней, желающих познакомиться. Хотя Ива, кажется, оставила свой номер парочке из них.

– Майя, – вопила Дженна, перекрикивая музыку. – У нас для тебя есть подарок.

Ива начала ковыряться в своем клатче, доставая оттуда коробочку. – Держи, милая, это тебе!

Мои глаза наполнились слезами, когда я увидела надпись Victoria Walker. Обожаю этот бренд! Дрожащими руками я открыла крышку. Внутри лежало ожерелье с подвеской в виде лотоса.

– Боже, девочки, оно прекрасно! – Я вытащила его из упаковки.

– Лотос символизирует возрождение, – объяснила Ива. – Ты через многое прошла, Майя! И помни, что мы всегда рядом.

Мои глаза наполнились слезами. Я широко раскрыла руки, а затем накинулась на своих подруг, сжимая их в объятиях.

– Зачем вы притащили подарок в клуб? – сквозь слезы дрожащим голосом вопрошала я. – А если бы его украли? Мы же столько выпили!

– Ну, теперь это твоя ответственность, – рассмеялась Дженна.

Девочки помогли мне надеть новое украшение. Я дотронулась пальцами до цветка лотоса:

– Красотки мои, я буду скучать по вам!

Дженна взяла меня за руку. – Мы в часе езды, ты же сама сказала!

– К тому же, есть скайп и видеозвонок на телефоне, – добавила Ива.

– Обещайте, что мы будем на связи! – уныло пробормотала я.

– Конечно, мы будем! – почти кричала Дженна. – А теперь идем на танцпол.

Глава 2

Майя

Кажется, у меня до сих пор было похмелье, но я уверенно держалась на своих высоких шпильках от Джимми Чу. Не удивляйтесь, я люблю бренды. Конечно, в повседневной жизни я ношу, в основном, вещи масс-маркета, потому что цокать в Луи Виттон в клиниках, где бываю с бабулей – это моветон. Но сегодня мой первый рабочий день в «Голдберг фэшн», и я выгляжу надлежащим образом. После того, как меня приняли на должность, мой папа, с которым мы общаемся тепло и нежно все годы, подкинул мне неплохую сумму на шоппинг. И я без зазрения совести потратила все до последнего фунта на новые образы.

Вчера вечером Марк помог мне загрузить вещи в мою Honda CR-V, подаренную мамой и ее четвертым мужем по окончании университета. Я любила свою красную ласточку. Если бы у меня не было машины, не знаю, как бы справлялась с транспортировкой бабули, когда мы скитались из одной клиники в другую для сдачи анализов и в поисках врача, который сможет оказать помощь. В 5 утра я выехала в Лондон, а в 6.15 уже заселилась в свою новую съемную квартиру в 15 минутах езды от офиса, где мне предстоит работать. Квартира была совсем небольшой, но главное, что там был огромный шкаф для моих нарядов, гигантская по моим меркам двуспальная кровать, кухня-гостиная порядка 25 метров с серым диваном и цветными подушками. Арендодатель обещал привезти мне кофемашину и журнальный стол для работы дома при необходимости.

Машину я оставила возле дома, не рискуя в первый же день заблудиться в поисках парковки. Благо, автобусы и такси в Лондоне – бесперебойная система.

В струящемся шелковом платье миди изумрудного цвета от Виктории Бэкхем на тонких бретелях и белом кардигане я зашла внутрь знания, табличка «Голдберг фэшн» которого точно утверждала, что я пришла по адресу.

– Доброе утро, мисс. Могу я вам помочь? – обратился ко мне светловолосый охранник лет сорока.

– Доброе утро! Я Майя Стоун, принята на должность менеджера, – как-то не очень уверенно пробормотала я.

– Ах, теперь ясно. Я Уил. Приятно познакомиться. Подождите минуточку, – мой новый знакомый отошел к своему рабочему месту, чтобы сделать звонок, а я огляделась вокруг. Моя рука самопроизвольно потянулась к кулону, который накануне подарили мне подруги.

«Вот оно: место, где начинается мое возрождение» – подумала я, отчетливо слыша биение своего встревоженного сердца.

В фойе было немноголюдно. Нет. Тут было пусто. Только я и охранник. Я посмотрела на часы: 8.20. Мой рабочий день должен начаться только в 9, но меня попросили сегодня прийти пораньше, чтобы ввести в курс дела. Не слишком ли я рано?

На стене напротив входа красовалась табличка с названием компании. Большие дизайнерские часы висели на стене слева над рабочим столом. Насколько я понимаю, к девяти утра за ним появится администратор. У входа рядом с турникетами был пункт сотрудников службы безопасности (сейчас это был Уил), а по правой стене был расположен большой кабинет с прозрачными окнами. Внутри него стояли массивные деревянные столы на металлических основах, стены были выкрашены в насыщенный серый цвет с декоративными панно. Компьютеры, ноутбуки, офисные стулья. Все достаточно примитивно для фэшн-агенства. Два кресла: цвета фуксии и горчицы с журнальным столиком посередине привлекли мое внимание. Это было яркое пятно в столь консервативном пространстве.

По ступенькам спускалась девушка, которую я уже знала. Латиноамериканка Марша Кларк (она же проводила собеседование) улыбалась своей белоснежной улыбкой. На вид ей было около 40 лет. Стоит отметить, у нее прекрасное чувство стиля: в этом синем брючном костюме она выглядела свежо и деловито, а ее черные волосы были зачесаны назад. Крупные серьги и ожерелье с сапфирами дополняли образ.

– Рада приветствовать вас, Майя!

– Взаимно, миссис Кларк! – улыбнулась я, полагая, что она действительно замужем: увесистое кольцо сверкало на безымянном пальце.

– Мисс Кларк, – рассмеялась она, поправляя меня. – Свадьба только в сентябре!

– О простите, поздравляю, я неверно подумала, – черт, не прошло минуты, а я уже облажалась.

Мы поднимались по лестнице. Мисс Кларк ловко ступала на своих шпильках по ступенькам, я же смотрела под ноги, чтобы не споткнуться.

– Зовите меня просто Марша, – обернулась она ко мне. – И можно на «ты». В этом объеме работы, который нам предстоит, не до формальностей.

– Хорошо, Марша. И вы меня зовите просто Майей.

Мы зашли на второй этаж. Длинный светлый широкий коридор простирался на много метров вперед. В офисах, которые находились за стеклянными дверьми, было пусто. Но несмотря на отсутствие сотрудников, место было потрясающим. В отличие от первого этажа, здесь было буйство цветов и оттенков, легкий хаос там, где лежали какие-то каталоги, папки, стеллажи, куча вещей от платьев до нижнего белья висели на вешалках, напротив стояли нераспакованные коробки с пометкой «хрупкое». Я пыталась уловить все, пока мы быстро продвигались по коридору, потому что эта картина завораживала. Я чувствовала своей кожей магнетизм и бурлящую жизнь этого места. По правой стороне расположился конференц-зал, слева два кабинета со стеклянными дверями, потом еще двери, а прямо кабинет с табличкой «Кристофер Голдберг». Конечно же, двери не были прозрачными – чего тут удивляться. А потом мы вошли в открытую дверь слева от его кабинета.

– Садись, Майя, – указала мне Марша на стул около стола, а сама она села напротив. Ее кабинет был очень светлым и сдержанным.

– Я помощница Кристофера. Его правая рука, его секретарь, его расписание, его советник, наставник и много кто еще, – засмеялась она. – Вот твой контракт, – Марша взяла со стола и протянула мне довольно-таки толстую кипу бумаг. – Ознакомься, задай вопросы, если будут. Пройдусь по нескольким пунктам: испытательный срок 2 месяца, после которого фирма компенсирует 50% стоимости арендованного жилья своим сотрудникам, конечно, если это не пентхаус в центре. Заработная плата фиксированная, отдельно оплачивается работа в выходные дни, если того требует ситуация.

– В выходные? – встревоженно спросила я. Кажется, на собеседовании мы это не обсуждали.

– Это проблема? – настороженно посмотрела Марша.

Я замешкалась. – Нет, нет, – я махнула рукой, которая начала трястись.

– Это бывает нечасто, но случается. Обычно эта работа связана с сопровождением Кристофера или реже Мартина на мероприятиях брендов, которые мы представляем. Кристофер сам решает, кто идет с ним из сотрудников на то или иное событие, если требуется участие «пары», – она показала кавычки в воздухе.

Хм, теперь понятно, почему на многих фото в сети Кристофер с этими моделями выглядят холодно: это просто сотрудницы его фирмы, продающие товар или услуги вместе с ним.

– И последнее, – Марша опустила глаза и глубоко вздохнула, а затем снова посмотрела на меня. – Обычно мистер Голдберг самостоятельно собеседует всех сотрудников. Ты была исключением ввиду его занятости, и тебя собеседовал его кузен Мартин Блум, который является главой отдела рекламы. Поэтому сегодня тебе предстоит встретиться с Кристофером на повторном собеседовании, чтобы он принял окончательное решение.

Я сглотнула. – То есть, есть вероятность…

– Нет, нет, не переживай, думаю, он достаточно доверяет нам с Мартином, чтобы не выставить тебя за дверь, – нервно ухмыльнулась она, будто не веря в собственные слова. – В 10 утра. Постарайся к этому моменту ознакомиться с контрактом.

– Спасибо. – Я начала вставать.

– Ах да, пойдем, я покажу тебе твой кабинет. Он практически напротив моего.

Марша пошагала на своих высоких каблуках к двери. Я шла за ней, отмечая округлости ее тела, вместо того, чтобы думать о работе: она не была худышкой, но выглядела очень аппетитно.

– Заходи, – Марша пропускала меня внутрь.

Остановившись у порога, я глубоко вдохнула. Здесь пахло…не знаю. Новым началом вперемешку с моим волнением? Кабинет был просторным, квадратной формы размером около 30 метров. С правой стороны стена цвета красного вина, около которой стоял большой стол с компьютером, прямо находились окна в пол с шикарным видом на Лондон (это хоть и второй этаж, а вид – очарование). Напротив стола находился черный офисный кожаный диван и пара стеллажей с полками на стене у входной двери.

– Должна тебя предупредить, – сказала Марша, – эта стена, – она указала на ту, что напротив моего стола, – хм, она трансформируется.

Я выпучила глаза и нахмурила брови от непонимания.

– Со стороны кабинета мистера Голдберга можно опустить половину стены вниз так, что вы будете друг друга видеть, но не слышать. Тут стекло. – Она подошла и постучала костяшками пальцев по тому месту, где оно было.

– А зачем ему опускать часть стены? – недоумевала я.

– Не знаю. Мне кажется, он никогда этого не делал, но я должна была тебя предупредить. Так, что еще? Туалет в начале коридора, ходить далековато, но в нашей беготне ты и не заметишь, – улыбалась моя коллега.

Я лишь слушала и впитывала информацию. Марша уже собиралась оставить меня наедине с контрактом, когда я решилась задать мучающий меня вопрос.

– Марша, – остановила я ее, – подскажи. А мистер Голдсберг, он… – я не находила слов, но при этом знатно скривила лицо, – он случайно не из тех начальников, что на снимках весь такой приветливый, а в жизни… ну сама понимаешь!

– Козел? – рассмеялась она, раскусив мое послание.

Мне кажется, я покраснела.

– Нет, Майя, он не такой. Все, что ты видишь в интернете – хорошо отработанный рекламный образ, согласна. Кристофер требовательный в работе, но иначе бы его компания не достигла таких результатов в короткие сроки. И он предан тем, кто работает с ним единым механизмом. Я здесь уже шесть лет, с самого начала. Времена были разные, но у Кристофера есть цель. Будь собой, и ты ему понравишься, как мне, – улыбнулась мне на прощание Марша и удалилась.

На слабых ногах я села в свое кресло. Внутренний голос подсказывал мне, что кресло еще вовсе не мое. Если я не понравлюсь Кристоферу Голдбергу по какой-либо причине, все тысячи фунтов, спущенные на новые шмотки, туфли и аксессуары, поедут назад в Рединг вместе с моей жалкой задницей и мечтами, разбитыми на тысячи осколков в этом модном Лондонском здании.

Сосредоточиться на контракте было сложно. Я слышала, как офис начинал наполняться голосами сотрудников. Открыв дверь в кабинет, я глубоко вдохнула, и меня настиг аромат свежезаваренного кофе. Как плохо, что я не успела забежать за чашечкой с утра пораньше, боясь опоздать. Живот предательски заурчал, а осознание того, что до обеда я буду мучиться от голода, навалилось на мои плечи.

Контракт. Вернемся к нему. Заработная плата была указана та, которая была озвучена на собеседовании. Ее вполне хватит, чтобы прекрасно жить в столице. Папа на данный момент согласился отплачивать мне половину стоимости аренды жилья, и я безмерно рада, что смогу освободить его от этого через два месяца, если моя работа устроит компанию.

В контракте было прописано все в плоть до мелочей: не только график работы, отпуск, бонусы в виде пользования продукцией рекламных брендов, но и дресс-код, запрещающий носить джинсы, кроссовки, одежду, оголяющую живот. Если у вас есть татуировки – их нужно скрывать. Интересно! «Хорошо, что моя находится в той части, которую в офисе точно никто не увидит», – ухмыльнулась я своей мысли.

«На рабочем месте запрещены любые отношения интимного характера между сотрудниками» – гласил пункт 6.4. контракта. Отлично! Значит моя вагина в полной безопасности! Хотя, вероятно, этот пункт не спасает девушек от мокрых трусиков при столкновении с начальством.

Контрактом также предусмотрено участие в мероприятиях (рекламного или благотворительного характера во внерабочее (вечернее) время или выходные дни, заграничные командировки и встречи с клиентами по всем городам Королевства. То есть одной из тех спутниц с фотографий могу быть я? Я вас умоляю! Тут что, все сплошь и рядом уникальные личности модельной внешности с мозгами в нужном месте? Выходит, что так оно и есть. Мой рост 174 см, я слежу за питанием и иногда занимаюсь йогой, поэтому выгляжу вполне себе сексуально. Я это знаю. Но при этом свой путь я собираюсь прокладывать не внешностью, а мозгами. Надеюсь, это всем понятно без разъяснения и дурацких правил!

Дверь приоткрылась, и я подняла голову на звук. В проеме появилась голова Мартина.

– Доброе утро! Я принес кофе новой сотруднице, – улыбался он.

– Доброе утро, заходите мистер Блум, – улыбнулась я. – От кофе не откажусь. – Я поднялась со своего места, и обогнув стол, остановилась.

– С молоком или черный? – Он держал в каждой руке по стакану. – И да, зови меня Мартином. Мы почти ровесники!

– Хорошо, Мартин, черный, пожалуйста. – Он за два больших шага пересек кабинет, подойдя к моему столу, и протянул мне стакан, а я бросила взгляд на часы.

– Он ждет тебя в 10, у тебя есть еще 15 минут. Пей спокойно, – сказал мне Мартин, ухмыляясь.

– То есть ты знаешь, что у меня будет дополнительное собеседование?

– Я очень обиделся, что он таковое назначил. Не замечал, чтобы Кристофер не доверял мне.

Я пожала плечами. – Вероятно, он хочет проверить меня, а не вас с Маршей.

– Или просто полюбоваться на красивую девушку, – Мартин сделал глоток своего кофе и подмигнул мне.

Немного смутившись, я села на диван.

– Кто здесь работал до меня? – поинтересовалась я.

– Никто. Твоей должности не было, а в кабинете сидел юрист, – веселясь, ответил мне он. – Компания расширяется. В прошлом месяце мы заняли четвертый этаж здания, набираем сотрудников в новые отделы. Кстати, в твоем подчинении будут 6 человек, двое из которых стажеры.

– О, шесть! – я громко глотнула.

– Не переживай, уверен, ты справишься. Я читал твое резюме. Почему ты уехала из Лондона после обучения?

Я тяжело вздохнула. – На то были не совсем приятные причины, – честно ответила я.

– Неудачное замужество? – спросил он.

– Что? Нет, я не была замужем.

– Тогда почему ты сменила фамилию?

Черт! Откуда он узнал? Я посмотрела на него пронзительным взглядом, а от волнения у меня пробежал холодок по спине.

– Все хорошо, – уловил Мартин мое нервное состояние. – Просто мне нужно было взять рекомендации на тебя в университете. Под фамилией Стоун они никого не нашли. Тогда пришлось диктовать номер твоего диплома, и я узнал, что твоя фамилия была другой.

– Да, это так. Но мы можем оставить это между нами? – взволнованно спросила я, опасаясь, что он будет копать глубже, а я этого не хочу.

– Конечно, если это так важно. Я умею хранить секреты, – Мартин снова подмигнул мне, отпив кофе. – Еще увидимся, Майя, удачи с Кристофером.

Он вышел из кабинета, а моя нервная система дала сбой. Как могло такое произойти? Меня же заверили, что моя фамилия изменена во всех системах, когда я оформляла диплом на новую. Черт! Я сделала несколько больших глотков кофе.

9:52

Кажется, мне нехорошо. Кофе, который я только что выпила, грозился вырваться наружу. Я глубоко дышала, успокаивая себя. Как жаль, что здесь нельзя заняться йогой, которая однозначно приводит меня в чувства. Достав из своей сумочки губную помаду, я обновила макияж и расправила свои волосы, которые, слава богу, лежали безупречно. Взглянув на мобильный, экран которого светился на столе, я увидела несколько сообщений от Дженны и Ивы в нашем чате «Суперженщины». Они просили скинуть фотографию моего образа, который я выбрала для первого рабочего дня, и пожелали удачи. Марк же написал, что я справлюсь, и что он в меня верит.

Глубокий вдох.

Дверь снова открылась, и на пороге появилась улыбающаяся Марша. – Идем, Майя! Он ждет.

Глава 3

Майя

Я не знала, когда мистер Голдберг появился на рабочем месте. Дверь моего кабинета была непрозрачной, как у Марши и нашего общего босса. Возможно, он пришел только что, и его помощница сразу ринулась за мной, а может быть он находился за стеной уже продолжительное время, пока я волновалась перед встречей с ним.

Дверь небрежно скрипнула, и я вошла вслед за латиноамериканкой.

– Напомни Стиву смазать ее, – обволакивающий голос Кристофера пронзил тишину, а сам он скрывался за спиной Марши.

Снова легкая дрожь пробежала по мне. Моя коллега сделала шаг в сторону, и я увидела его, сидящего за своим массивным деревянным столом посреди кабинета.

Даже без фотошопленных снимков он охренеть какой красивый! Слюноотделение обеспечено. На Кристофере был серый костюм в тонкую белую полоску, белая рубашка и черный галстук. Волосы зачесаны набок, а на лице легкая щетина.

«Только не ляпни фигню, девочка!» – шептал мне внутренний голос. Обычно со мной такого не случалось, но обычно я и не ходила на собеседования с таким влиятельным и определенно слишком сексуальным мужчинамой. Кристофер смотрел в бумаги, будто нас здесь не было.

– Майя Стоун, ведущий менеджер отдела маркетинга, – объявила деловым голосом Марша.

– Кандидат, – поправил ее мистер Голдберг и поднял глаза на свою помощницу, затем снова отпустил, а потом вновь поднял взгляд, который теперь был устремлен прямо на меня.

Его холодные голубые глаза изучали меня в немом молчании несколько секунд, ни одна мышца его лица не дрогнула, и кажется, он не моргал, а я стояла, как будто я кандидат не на роль менеджера, а в модели подиума. Моя грудь вздымалась от волнения, как будто я сейчас услышу страшный приговор. Пропуская воздух к легкие, я ощущала пьянящий аромат, исходивший от моего босса, и кажется, моя голова начала кружиться, передавая сигнал моему телу. Я едва сглотнула, чтобы попытаться унять трепет, возникший во мне. Черт побери, я сейчас превращусь в лужу, если не возьму себя в руки.

– Спасибо, Марша, – он снова посмотрел на свою помощницу. – Дальше мы сами.

Марша взглянула на меня, криво улыбаясь, и вышла, закрыв за собой дверь.

– Присаживайтесь, Майя, – Кристофер указал рукой на стул напротив его стола и расстегнул пуговицу пиджака.

Я подчинилась, безмолвно выполнив просьбу.

– Доброе утро, – выдавила я из себя, хотя это нужно было сделать еще минуту назад.

– Доброе, – сказал он мягко. – Майя – это как пчелка? – ухмыльнулся мой работодатель.

Я почти закатила глаза. Так шутили только парни в средней школе.

– Ну, теперь расскажите о себе. – Он взял папку с моим именем на обложке, и открыл ее.

Я сделала вдох. – Майя Стоун, 26 лет, окончила Ричмондский университет по специальности модный менеджмент и маркетинг. Последние 4 года работала на разные компании по продвижению бренда…

– Почему в Рединге, а не в Лондоне? – прервал меня мистер Голдберг. – У вас отличные баллы и рекомендации. Уверен, вы потратили впустую четыре года, работая…

– Удаленно, – перебила его я. Кристофер поднял заинтересованный взгляд. – На то были обстоятельства. – Я смотрела прямо в его голубые глаза, и по какой-то необъяснимой причине уверенность в себе возрастала во мне в геометрической прогрессии. Мне казалось, что сейчас я могу сказать все, что угодно, и он будет на моей стороне. Как будто мы были на одной орбите, вдалеке от остального мира. Совсем не то чувство, что я ожидала от нашей встречи.

– Интересно. – Он со звуком закрыл папку. – Думаю, вы достаточно изучили работу нашей компании. В сети много информации. Что скажете? Какие минусы?

В моей голове крутилось многое, но я решила начать в лоб.

– Вас слишком много! – заявила я, но, видя реакцию Кристофера, чуть не пожалела о сказанном.

– Не понял, – мой оппонент так смутился, что дернул узел своего галстука.

– Вы, мистер Голдберг, почти в каждой рекламе брендов, которые являются вашими клиентами, – продолжала я наступление. – Являясь лицом своего бреда, вы в то же время становитесь рекламой чужих товаров и услуг, а это рассредоточивает внимание потребителя.

Он изогнул бровь.

– Загляните в свой график, – я была напориста. – У вас больше сьемок рекламы или деловых встреч на этой неделе? – Он ухмыльнулся после моего вопроса. – Развитие бизнеса – это не хождение по подиуму и не фото в глянцевом журнале в трусах от Том Форд, – я, кажется, вошла в кураж. – Нужно выбирать.

– Совмещаю приятое с полезным, – аргументировал он, нервно ухмыляясь.

– Вас должны хотеть, – ляпнула я, только через мгновение осознав смысл сказанной мною фразы. – Я имею ввиду, что не стоит рекламировать самому все подряд. Компании, желающие заполучить в качестве модели именно вас, должны постараться. В первую очередь, вы обеспечиваете им идею, сопровождение и продвижение их бренда, а не себя, завернутого в бант. – Кажется, его начал веселить мой монолог, потому что он улыбался.

– Остановитесь, Майя, – мягко сказал он.

Слетаем с орбиты.

На мгновение мне показалось, что следующей его фразой будет что-то типа: «Спасибо за ваш оценку. Попытайте счастье в другом месте!».

Но к моему удивлению он поднялся с места, улыбаясь так, что мне пришлось заставить себя отвести взгляд от его милых ямочек, и обошел свой стол, встав в нескольких сантиметрах от меня. Кристофер сложил руки на груди и спросил:

– И где вы были четыре года, Майя Стоун?

– В Рединге, – засмущавшись, ответила я. От того, что он был так близко, мне вдруг стало не по себе, но я ни за что на свете не хотела, чтобы он отходил. Что со мной?

– Вы ознакомились с контрактом? – поинтересовался босс.

– Перечитала дважды, – гордо заявила я.

– Вопросы?

Поскольку сейчас Кристофер Голдберг находился в доминирующем положении, возвышаясь надо мной, пока я сидела на стуле, вероятно, он не ждал от меня никаких вопросов. Но Майя Стоун может подать голос, даже если будет лежать с кляпом во рту под половицей.

– Почему на мероприятиях вас сопровождают сотрудницы? – начала я.

– Я не смешиваю личное и работу. Еще вопросы?

– Почему нельзя кроссовки? Многие бренды чрезмерно постарались, разрабатывая в том числе офисные модели.

– Этот пункт можно пересмотреть, согласен, – ухмыльнулся он, глядя на свою обувь. На нем были белые кроссовки от Лакосте. – Пункт устарел.

Я улыбнулась.

– Могу я убрать из своего контракта пункт о сопровождении вас на мероприятиях? – Я потирала рукой свой подбородок, пристально смотря на Голдберга.

– Вы – нет! – язвительно ответил он. – Этот пункт не обсуждается.

Я немного растерялась от однозначности его заявления и замотала головой.

– Что не так? – Кристофер снова скрестил руки на груди.

– Боюсь, что мой парень неправильно поймет такие выходы, если они случатся.

Зачем я вообще заикнулась про парня? Нужно было придумать причину получше.

– Так объясните своему парню, – он прочистил горло, – что это бизнес, не более! – Его тон стал таким холодным, когда он это произносил, что в моем животе в ту же секунду завязался узел.

Кажется, мои глаза налились кровью. И все-таки козёл! Мое прежнее состоянии эйфории, в котором я находилась с момента нашей встречи, растворилось в его леденящем голосе и взгляде. Я ехидно уставилась в глаза своему новому боссу.

– Я вас услышала, мистер Голдберг!

– Прекрасно, – резюмировал он, опустив глаза, и снова сел на свое место.

Даже если я проиграла бой за право не ходить на эти деловые вечеринки с ним под ручку, я хотя бы выиграла в презрительности взгляда.

– Прежде, чем вы уйдете, – все тем же холодным тоном добавил он, – возьмите это. – Он протянул мне бумаги.

Я рывком выхватила из его рук документы. Это была анкета. Взглядом я пробежалась по пунктам: размер обуви, возраст, вес, хронические заболевания, контактный адрес…

– Зачем вам размер моего бюста? – поинтересовалась я строгим тоном.

– Уверяю вас, мне он ни к чему. Но если вдруг это понадобится для работы, стилисты буду знать, что подбирать для вас.

Я чуть не фыркнула. Да он издевается! Я поднялась с места и направилась к выходу.

– Хорошего дня, мисс Стоун.

– И вам, – буркнула я через плечо, не поворачиваясь.

В моем кабинете меня ждала Марша. Она сидела на диване и ковырялась в своем телефоне. Когда я вошла, будучи на взводе и слегка в панике, она обеспокоенно смотрела на меня.

– Как все прошло?

– Меня не уволили, – все еще раздраженно сказала я, не отойдя от встречи с боссом.

– Я знала, что ты ему понравишься, – она встала с дивана.

– Не согласна с тобой. Кажется, я его немножечко взбесила, – криво ухмыльнулась я, взмахнув бумагами.

– Все равно поздравляю! – Марша подошла ко мне и слегка приобняла. Как же я благодарна, что она не оказалась ехидной сучкой. – Что за бумаги? – Она указала на листы в моей руке.

– Анкета, раскрывающая все мои секреты вплоть до аллергии на арахис. Ты заполняла такую?

– Ммм, нет. – Она улыбалась. – Я никогда не сопровождаю Кристофера или Мартина, но практически всегда присутствую на этих мероприятиях. Сейчас ты отдышишься, а потом пойдешь знакомиться с сотрудниками. Не удивляйся, если тебе покажется, что здесь работает много «моделей» – она показала кавычки в воздухе. При своей внешности эти ребята действительно профи.

– Похоже, у босса есть пунктик? – рассмеялась я.

– Нет, я уже говорила, что все не так, как кажется на первый взгляд. Возможно, когда-нибудь ты и сама все узнаешь, – вздохнув глубоко сказала Марша. – Эти мальчики хоть и богаты, я имею ввиду и Мартина тоже, но они не живут с серебряной ложкой во рту.

– Мартин тоже богат? Он же просто руководитель отдела.

– Нуууу, – протянула коллега, – я бы сказала, он баснословно богат. Работа здесь для него как некое хобби и поддержка Кристофера. Но ты не думай об этом, – она махнула рукой. – Идем, твой отдел уже мечтает с тобой познакомиться.

Снова взглянув на себя в зеркало, я поправила волосы и пошла в след за Маршей. Офис наполнился людьми. Стиль – вот что отличает сотрудников «Голдберг фэшн». Все, кого я смогла увидеть, были одеты так, как будто они сошли с обложек модных журналов. Я задалась вопросом, а не тратят ли они всю зарплату на свой внешний вид? Нужно будет спросить об этом Маршу.

Она представила мне моих подчиненных.

Глория, которой, по моей оценке, было около 30 лет, была самой взрослой в моем отделе. Анна, которая, кажется, только вчера окончила университет, показалась мне очень милой девушкой среднего роста на высоченных каблуках с неординарной стрижкой на ее черных волосах с красными прядями. Тик – афроамериканец в очках, худощавого телосложения в пестрой малиновой рубашке, от которой, кажется, у меня начало рябить в глазах. И Корин – самая яркая девушка в отделе. Ее платиновые волосы, достающие до талии, – это потрясающе, фигура точеная, большие глаза на аккуратном лице. Вероятно, анкета на нее лежит верхней в столе Кристофера. Только вот она скорчила такую мину, когда Марша представляла меня, что я сразу поняла – с ней будут проблемы. Как я позже узнала, она работает здесь уже пару лет, и ее перевели из другого отдела, когда формировали новый штат. Френк и Дина этим летом проходили стажировку перед последним курсом обучения и хлопали глазами, как только что вылупившиеся птенцы. Стажеры для меня особенные. Их я буду беречь больше остальных.

Все они вынуждены были работать в одном из кабинетов в начале коридора, пока на четвертом этаже шел ремонт. Места было немого, но мы справимся. Я предложила им пройти в конференц-зал, предварительно уточнив у Марши, не будет ли он занят в ближайший час, и мы отправились туда обсуждать текущие проекты и планы. Корин стервозным голосом отправила стажеров принести всем напитки (а так можно было?), и они зашагали в другую сторону.

Более двух часов мы знакомились, обсуждали стратегию совместной работы, ребята показывали мне проекты, которые на данный момент в руках нашего отдела. Работы было много, и я была впечатлена тем, как здесь все устроено. Я так увлеклась процессом, что не заметила, что задерживаю коллег.

– Мисс Стоун, – обратилась ко мне Корин, – можем мы продолжить после обеда? – Она посмотрела на свои часы в блестящей оправе. Неужели, оригинал Картье?

– Да, конечно, прошу прощения, что задержала, – мило улыбнулась я, огласив окончание нашего собрания.

Я постучала в кабинет Марши, чтобы она проинструктировала меня на счет того, где здесь можно пообедать, но внутри было пусто.

– Кого потеряла, Майя? – послышался сзади голос Мартина. – Ты уже ела?

– Вот как раз за этим и ищу Маршу. Хотела пообедать вместе.

– Идем со мной? Знаю классное место!

Я огляделась по сторонам. Надеюсь, это не против правил – разделить ланч с коллегой? Взяв свою сумку, я направилась за Мартином.

– Когда нет дождя, я обедаю неподалеку, а на случай пасмурной погоды или большой загруженности на цокольном этаже есть неплохое кафе. Ну и доставка работает безотказно, – рассказывал мне мой спутник. – И да, поздравляю с должностью!

– Спасибо! – заулыбалась я.

Мы вышли на улицу, и волна свежего воздуха окутала меня. Несмотря на конец июля, похода была нежаркой.

Официантка встретила Мартина по имени с приветливой улыбкой на лице, посадив нас за столик у окна. Я заказала салат с тунцом и безглютеновый лимонный тарт с чашечкой чая, Мартин же остановил свой выбор на крылышках барбекю и овощном салате. После слов Марши о его богатстве, я стала пристальнее вглядываться в него.

Мартин был ростом около 190 см, стройного телосложения, но по нему сразу было видно, что парень трудится в зале. На руке часы неизвестной мне марки, белая рубашка, серый пиджак, явно пошитый специально для него, так как сидел идеально, ну и бежевые слаксы с коричневыми начищенными до блеска ботинками. Его лицо было слишком слащавым. Коричневые волосы, коротко подстриженные по бокам, длинные и вьющиеся на макушке, широкие брови, бездонные игривые серо-голубые глаза, немного курносый нос, достаточно полные губы и ярко выраженные скулы, покрытые щетиной. Короче говоря, настолько секси, что встречавшиеся на нашем пути дамы одна за другой кидали на него восхищенные взгляды. Хорошо для меня одно – он не мой типаж. Не могу объяснить, почему. Мое тело никак не реагировало на этого мужчину, не взирая на всю его сразу заметную харизму, сексуальность и привлекательность.

– Как первый день? – поинтересовался он.

Я сделала большой вдох. – Разные ощущения, – на моем лице появилась легкая улыбка. – Но это то, о чем я мечтала.

– Работать в компании брата? – рассмеялся мой собеседник.

– Работать в этой сфере, – уточнила я. – Знаешь, изучив опыт своих коллег, я удивлена, что ваш выбор пал на меня. Многие из них трудятся здесь долгое время, насколько я понимаю, а вы взяли человека со стороны, еще и без богатого списка побед на поприще маркетинга.

– Не все определяется опытом работы, Майя. Чуйка и интуиция. – Он тыкал указательным пальцем в висок. – Мы с Маршей были единогласны в выборе. Надеюсь, Кристофер не заставил тебя сомневаться?

Нам принесли наш заказ, поэтому вопрос Мартина повис в воздухе. Официантка ставила на стол бокал красного вина. Я хотела было сказать, что мы это не заказывали, но Мартин, видя мой взгляд на напиток, опередил меня:

– Все в порядке, это мне.

– Ты употребляешь алкоголь в рабочее время? – почти шипела я.

– Мне позволено чуть больше, чем остальным сотрудникам, – подмигнул мне Мартин и тут же сделал глоток вина.

– Потому что вы родственники?

– И это тоже. Кристофер знает, что я могу уйти в любую минуту, поэтому закрывает глаза на многое относительно меня. – Он наклонился ко мне и сказал следующую фразу почти шёпотом: – Но он не знает, что я не хочу уходить, – а затем Мартин сверкнул своей белоснежной улыбкой.

– Ясно. – Я закинула вилку салата в рот. Это была моя первая еда за день, и только сейчас я осознала, что зверски голодна.

– Кстати, в моем контракте нет пункта про отношения, – заявил Мартин после того, как прожевал мясо.

– Правда? – я изогнула бровь. – Но у всех других он есть, поэтому тебе ничего не светит, – язвила я.

– Ошибаешься, – ухмыльнулся он.

– Как это? – удивилась я.

– Сходи со мной на свидание и узнаешь!

Я опешила. Мартин Блум в первый день моей работы на его брата приглашает меня на свидание? О нет! Я отложила приборы и посмотрела на своего собеседника.

– У меня есть парень. Это во-первых. А во-вторых, я не нарушу политику компании, – серьезным тоном ответила я.

– Расслабься, Майя! Это была шутка. Я не завязываю отношения с коллегами. – Он улыбался. – Видела бы ты свое лицо!

Вероятно, я покраснела.

– Плохо для меня, конечно, что ты не влюбилась с первого взгляда, – продолжал он, – но хорошо для «Голдберг фэшн».

Я мило улыбнулась.

– Но пообещай хотя бы изредка ходить со мной на обед.

– Это можно, – на выдохе произнесла я.

Оставшуюся часть дня я провела на ногах: сначала слушала онлайн семинар вместе с другими сотрудниками, затем ходила в отдел кадров для подписания бумаг и в службу безопасности для оформления пропуска. Поздравьте, мне дали парковочное место как руководителю отдела, так что в дождливые дни я могу приезжать на машине, не беспокоясь о судьбе своей обуви! Позже я приняла участие в видеоконференции с брендом косметики, который хочет нас нанять. Кажется, прошло успешно, потому что через пару недель они обещали приехать в офис для подписания контракта.

Сидя за своим столом и изучая материалы, принесенные стажёрами для оценки, я услышала странный звук. Не понимая, что случилось, я вскочила и чуть ли не бежала к двери, чтобы выяснить, что произошло. Быстро распахнув ее и пытаясь понять, где источник звука, я оглядывала коридор. Но звук шел не оттуда. Я повернула голову: стена в кабинете Кристофера опускалась, и я увидела его лукавую физиономию.

Серьезно? Марша же сказала, что он никогда этого не делает!

Я безмолвно развела руками и прищурилась на своего босса, как бы спрашивая: «Что за фигня?» Он лишь пожал плечами и опустил взгляд на бумаги, лежащие у него на столе, прикрывая рот кулаком. Первый признак того, что мужчина хотел засмеяться. Сев на свое место, я пыталась не смотреть в сторону шефа. Если сильно сгорбиться над своим столом, он меня не увидит, как и я его. Но если выпрямить спину и поднять голову, мы легко можем встретиться взглядами.

– Ты еще здесь? – после легкого стука Марша распахнула дверь в мой кабинет. В руках у нее была сумка. – Уже 6.15. Пора домой.

– Ой, я хотела доделать это, – я указала на бумагу.

– Завтра сделаешь, Майя. Хочешь совет?

– Угу, – улыбнулась я.

– Если ты не будешь уходить вовремя, то погибнешь, стухнешь и взорвешься. Если это можно решить завтра – собирайся. – Она зашла в кабинет и резко остановилась, увидев опущенную стену.

Марша медленно развернула голову в мою сторону: глаза были широко распахнуты, а челюсть отвисла.

– Серьезно, подруга? Что ты натворила? – заговорчески спросила она.

– Кажется, во время собеседования, я сказала, что его слишком много, – засмеялась я, держась за лоб. – Марша, – продолжила я почти шепотом, – он точно нас не слышит?

– Неа! Кристофер – пиявка, – громко крикнула она, заставляя мое тело в один миг сотрясаться от смеха.

– Тише, тише, – меня распирало, как и мою коллегу.

Я вытянула шею, чтобы увидеть, чем там занят Кристофер, и встретилась с его взглядом, как будто он сидел и ждал. От неожиданности, я резко дернулась вниз и засмеялась еще сильнее. Схватив свою сумку и согнувшись в три погибели, я выскочила из кабинета вслед за Маршей. Мы смеялись до самого выхода из здания, а потом попрощались.

Первый рабочий день был официально завершен!

Только сейчас я поняла, что смертельно устала. Отсутствие привычки ежедневно ходить на каблуках, пусть даже и в самых удобных туфлях, наложило свой отпечаток. Добравшись до дома, я первым делом приняла душ, а потом заказала еду. Здесь не было ничего, что можно было бы положить в мой голодный рот. Затем я позвонила бабуле, чтобы узнать о ее самочувствии. Ее сиделка порадовала меня тем, что Гретта подружилась с несколькими пациентами и прекрасно проводит время, не отказываясь от назначенных процедур. Затем я перечитала все сообщения от «Суперженщин» в нашем чате и отправила им фото своего образа, которое сделала днем в туалете. Я предприняла несколько попыток дозвониться до Марка, но тот, вероятно, был еще с пациентами.

Курьер привез еду, а любопытство привело меня в гугл. Поедая лапшу с морепродуктами, я ввела в поисковик имя Мартина Блума.

Обалдеть!

Владелец 12 коллекционных автомобилей, закончил профессиональную школу по бизнесу и управлению Йеля с отличием, увлекается конным спортом, в школьные годы профессионально занимался плаванием. Владелец недвижимости не только в Англии, но и за рубежом. Ему приписывают роман с певицей Тейлор Свифт и моделью Карой Делевинь. И это все он успел к 28 годам. Шустрый парень, однако! Его отец – бизнесмен Дастин Блум, а мама Кейт Голдберг – владелица цветочных бутиков. Стоп. Голдберг? Значит она – тетя Кристофера. Это ниточка. Вероятно, у нее есть брат, который является отцом моего шефа. Я переключилась и стала читать ее многочисленные интервью и биографию. Никаких следов наличия брата. И тут мне попалась статья, где Кейт рассказывает о том, как начинался ее бизнес. «Еще будучи школьницами, мы с сестрой помогали маме в ее цветочном магазине. Эта любовь выросла в нечто большее, и мы с Риджиной открыли свой первый бутик цветов в 1992 году». Значит Риджина – мама моего босса, и тот носит ее фамилию? Хм. Хм. Он рос без отца? Тот бросил его маму до рождения мальчика? Я снова попыталась найти хоть что-то о семье Кристофера, но в интернете об этом не было ни слова. Тайна за семью печатями.

Доев свой ужин, я разобрала чемоданы, что заняло у меня около полутора часов, приготовила комплект одежды на завтрашний день и снова набрала Марку. Безуспешно. Ну как можно так поступать со своей девушкой, когда у нее завершился первый рабочий день в компании мечты?

Из сна меня вытащил звук вибрации моего телефона.

– Алло, – хриплым голосом пробормотала я.

– Привет, малышка. – Это был Марк. – Прости, твой парень – полный отстой. – Его голос был уставшим.

– Только освободился? – Я села в кровати.

– Угу. Сумасшедший день. Я тебя разбудил?

– Не страшно. Я легла раньше, потому что тоже дико устала.

– Расскажи, как твоя работа? – поинтересовался мой мужчина.

Я сделала глубокий вдох. – Это и очень интересно, и очень сложно одновременно. Сумбурный день. Но в целом я в полном восторге, – призналась я.

– Рад слышать, детка. В пятницу вернешься? Звонила Гретте?

– Да, ее сиделка поделилась хорошими новостями. В пятницу сразу после работы приеду. Ты будешь дома?

– Да, я освободил все выходные.

– О, это чудесно! – Обрадовалась я.

– Я пошел в душ и поеду домой. Будешь спать? – я слышала, что Марк расстегнул сумку.

– Ага, иди мойся. Целую тебя. И спокойной ночи.

– Люблю тебя, детка. Сладких снов.

Глава 4

Майя

Неделя была адской. Во-первых, со вторника по четверг лил дождь, практически не переставая. Во-вторых, мне хотелось придушить Корин. Она сучка. Дженна и Ива предложили нагрузить ее работой, чтобы у той не хватало времени даже попИсать. Я же не понимала, с чего она меня так недолюбливает. В-третьих, Гретте снова нездоровилось. В среду я заново рассказывала ей, почему нахожусь в Лондоне. Ох уж эти провалы в памяти!

Кристофер с понедельника не закрывал стену между нами, и мне казалось, я взорвусь, если не спрошу, зачем ему это. За эти дни воочию мы виделись всего дважды: на совещании руководителей отделов и за обедом в кафе в четверг. Не думала, что он ходит в офисную кафешку, но факт остается фактом. Правда, обедали мы за разными столиками: я пошла с Тиком, который рассказывал мне о своем парне – писателе комиксов, а босс проводил ланч к компании адвоката нашей фирмы. Все остальное время это были безмолвные переглядки через стекло, разделяющее наш кабинет. Я старалась как можно больше проводить времени в офисе сотрудников своего отдела, но там была бесячая Корин. Короче говоря, меня обложили со всех сторон.

Кстати, я заполнила и отдала Марше ту анкету: помимо прочего, мне требовалось указать объемы чего только можно, размер колец для указательного, среднего и безымянного пальцев, имеющиеся татуировки (пришлось рассекретить свою ласточку на пояснице) и много чего еще. Избегая Мартина, я предложила Марше обедать вместе. Но оказалось, что ее жених работает в паре кварталов от нашего офиса, и она ежедневно обедает с ним, хоть обещала нас обязательно познакомить.

Хорошей новостью было то, что на следующей неделе папа приедет в Лондон, и мы, наконец, сможем поужинать вместе. Благодаря студенческим годам, я хорошо знала столицу, но пока не успела встретиться ни с одним знакомым за чашечкой чая, потому что после работы шла отмокать в ванной, а затем изучала профили клиентов, с которыми нам предстояло работать.

В пятницу наконец-то было солнечно. Заглянув в свой календарь, я увидела, что в 14.00 назначено совещание: я, Мартин, Марша и Кристофер. У него в кабинете.

Все утро я посвятила поиску новых клиентов. Проведя мониторинг, я обнаружила, что букмекерская контора по организации ставок на скачки выложила тендер на 50 тысяч фунтов. Зная, что Мартин увлекается конным спортом, я выписала список фирм, претендующих на контракт, чтобы предложить Кристоферу участие в нем. Кажется, таких проектов еще не было, а тема ставок в Британии всегда актуальна.

В обед Марша, с которой за эти несколько дней мы успели очень сдружиться, пригласила меня пойти с ней, чтобы познакомить с ее женихом. Мы зашли в уютное кафе, где Карлос уже ждал нас.

– Милый, знакомься, это Майя, и она крутышка, – улыбалась Марша своему жениху. Карлос слегка приобнял меня, а затем расцеловал свою девушку. На вид он был ровесником Марши, но на голову выше ее. Для офисного менеджера он был прекрасно сложен. Как выяснилось в ходе нашего обеда, Карлос по вечерам посещает боксерскую школу рядом с их домом и работает в IT-компании спутниковой связи.

– Кстати, после совещания я уйду сегодня, – объявила мне моя латиноамериканская коллега, когда мы расплатились по счету, – мы идем пробовать свадебные торты. – Марша сияла.

– О, супер, обожаю десерты, правда, ем их крайне редко, – пожаловалась я.

– Могу прихватить для тебя кусочек. Хотя до понедельника, вероятно, они не долежат, – грустно констатировала она ситуацию.

– Не переживай, рядом с моим домом в Рединге есть отличная пекарня. Там подают божественные эклеры, которые мы иногда покупаем с Марком. Это мой парень, – сообщила я для Карлоса.

– И как вам отношения на расстоянии? – поинтересовался он.

– Нууу, – протянула я. – Мы не виделись всего 5 дней, поэтому пока все в порядке, – улыбнулась я. – Он работает неврологом. Думаю, в будущем, если у меня все получится здесь, попробую уговорить его переехать.

Марша ковырялась в своей сумочке, а затем протянула мне конверт.

– Что это? – я взяла его в руки.

– Открывай.

Я развернула бумагу. Внутри было приглашение на свадьбу.

– О боже, ребята, это так мило! – Мне кажется, я сейчас могу расплакаться.

– Уже в первый день я не сомневалась, что мы подружимся, – сказала мне Марша. – Будем рады вас видеть, дорогая.

Я обняла Маршу и Карлоса еще раз. Они были такой приятной парой: искренней и влюбленной. С удовольствием приду на их свадьбу.

Когда я вернулась в свой кабинет, на моем столе лежали 6 толстых папок и записка «Изучить до понедельника» и подпись «К. Голдберг». Что? Это шутка? Я схватила листок и подняла его на уровень своей головы так, чтобы Кристофер мог его видеть. Он поднял взгляд. Я указательным пальцем показывала на записку, а на лице застыл вопрос. Этот недоумок лишь пожал плечами и развел руками. Я была в бешенстве. Перспектива работать все выходные вместо того, чтобы провести их с Марком меня в корни не устраивала. Я сорвалась с места, зашагав в кабинет босса. Без стука я распахнула дверь.

– Мистер Голдберг, вы, должно быть, шутите? До понедельника?

– Майя, спокойнее, – холодным тоном осадил меня он. – Я не написал, что это должны быть вы. У вас шесть человек в подчинении. Это шесть папок клиентов, которые работали с нами один раз и больше к нам не вернулись. Я хочу, чтобы вы проанализировали, почему.

– И вы хотите, чтобы я доверила это стажерам? – я уткнулась руками в бока.

Он потер подбородок.

– Майя, если вы не можете организовать процесс, то к вашей работе есть вопросы.

Ааааа. Я сейчас сделаю из этой записки комок и затолкаю ему в рот.

– Забудьте об этом. – Я сдалась. Может быть я действительно не справляюсь и должна работать усерднее. К черту его. Я сделаю это.

Я развернулась на своих каблуках и хотела уже выходить, как вдруг он произнес:

– Останьтесь. До нашей встречи в два часа осталось всего 5 минут. Присаживайтесь.

Я сделала глубокий вдох и повернулась к нему. Он улыбался. Минуту назад он был таким холодным, а сейчас в его взгляде было тепло? Но я-то уже была на взводе.

– Могу я обратиться к вам с просьбой? – спросила я строгим тоном.

– Я слушаю.

– Не могли бы вы, мистер Голдберг, поднять стену? – я указала на нее.

– Зачем? Мне нравится вид, – ухмыляясь, сказал он.

– Вид?

– Именно. Если вы заметили, солнце после полудня на вашей стороне, а мне не хватает солнечного света в кабинете.

– Вы серьезно? Три дня лил дождь!

– Зато сегодня солнечно. Зачем туда-сюда гонять систему?

Да он издевается!

– Ха! – вырвалось из меня. – Может, поменяемся кабинетами? – предложила я.

– Я подумаю об этом! – ответил он и потянулся к кружке, чтобы сделать глоток того, чего он там пил, но я уловила его улыбку, которую он пытался скрыть.

Через несколько секунд в кабинет вошла Марша, предварительно постучавшись, а следом и Мартин, наградив меня очередным подмигиванием. У него что, тик? Ретировавшись в свой кабинет, чтобы взять распечатку с тендером, я вернулась обратно. Совещание столь узким кругом меня насторожило, внутри у меня было плохое предчувствие.

– В следующие выходные состоится благотворительное мероприятие бренда Долкерс. Это повседневная, но изысканная офисная одежда для мужчин и женщин, – начала Марша. – Мы с ними работаем уже несколько лет, но к благотворительности пришли впервые. Все собранные средства будут направлены на помощь жертвам домашнего насилия. Майя, – обратилась она ко мне, а я вздрогнула. – Ты идешь с Кристофером.

Секундное молчание, а затем я начала бегать глазами по лицам собравшихся.

– Я? – выдавил мой рот.

– Можешь пойти со мной, – оживился Блум.

– Мартин! – Кристофер стрельнул взглядом в кузена.

Мне хотелось зарыдать. Десять минут назад я узнала, что эти входные я проведу, изучая папки одноразовых клиентов, а следующие на благотворительном мероприятии. Почему он выбрал меня? Столько же сотрудниц, которые, уверенна, спят и видят, как идут с боссом под ручку.

– А могу я выдвинуть другую кандидатуру? – пытаясь скрыть раздражение спросила я.

– И кого же? – пригвоздил меня взглядом Кристофер, положив подбородок на кулак.

– Например, Корин, – неуверенным голосом предложила я.

– Ну нет, – хлопнул в ладоши Мартин и отклонился назад на спинке стула. – Исключено!

Марша потерла рукою бровь и прикусила губу, а Кристофер смотрел куда-то в сторону. Мне не нравилась их реакция.

– Я чего-то не знаю? – пыталась я разрядить обстановку.

– Не сейчас, хорошо? – грубо ответил Кристофер. – Мы можем на тебя рассчитывать?

И вот опять он победил! Не в моих интересах отказываться от участия в мероприятии в первую неделю работы. Сердце сжалось в моей груди от мысли, что я не смогу увидеть Гретту и насладиться обществом Марка, но я сказала «да». Дальше они ввели меня в подробности мероприятия, обозначили задачи, которые мы с Кристофером должны выполнять. Отдел Мартина уже занимается рекламой события в СМИ, а мой отдел практически месяц прорабатывал клиентов, готовых потратить свои деньги на благотворительность. Так что мы находились на финальном этапе.

В потоке информации и на пороге моего душевного расстройства я чуть не забыла рассказать про тендер.

– Мистер Голдберг, – прочистила я горло, – я мониторила возможные сделки. 50 тысяч фунтов на кону от брокеров Байер. Мне кажется, здесь есть, где развернуться.

– Кто конкуренты? – спросил серьезным тоном обычно веселый Мартин Блум.

– Я выписала: это Gold Twin, Corsa и BB Idol.

После того, как я озвучила список, наступила гробовая тишина. Все трое переглядывались друг с другом, а я снова чувствовала себя ослицей.

– Мы не участвуем, – твердо сказал Кристофер. – Ни при каких обстоятельствах. Спасибо за проделанную работу, Майя.

Это прозвучало, как будто меня только что уволили.

– Полегче, Кристофер. Девочка просто не знает, что ты не любишь скачки, – отшутился Мартин.

Марша, увидев страх и непонимание в моих глазах, протянула мне руку, ухватившись за мои пальцы, а затем помотала головой, произнося одними губами: «Все в порядке».

– Ну что ж, раз мы закончили, позвольте откланяться, – Мартин поднялся со стула.

– Я тоже побегу, – Марша встала. – Ты же помнишь, что у меня сегодня дегустация? – обратилась она к Кристоферу.

– Да беги, передавай привет Карлосу.

– Пока, ребята, – обратилась Марша ко всем нам и вышла из кабинета.

Мартин засунул руки в карманы своих брюк и раскачивался на месте. – Я буду до пяти в офисе. Тебя ждать на ужин? – Обратился он к брату.

– Я задержусь, но приеду. Напиши, если нужно что-то захватить по дороге.

Не став подслушивать их дальнейший разговор, который перешел в разряд личных, я отправилась в свой кабинет, пребывая в полном непонимании, что только что произошло. На часах было начало четвертого, и я, решив не откладывать анализ папок в долгий ящик, приступила к делу. За несколько часов мне удалось изучить одну из них. Я делала пометки и искала информацию в интернете. В целом, работа шла продуктивно.

Дженна и Ива писали в нашем чате, что сегодня ждут меня для совместного похода в бар, но мне хотелось одного: поскорее добраться до дома и лечь в кровать, обнимая Марка.

В начале седьмого я вышла из офиса, подарив вялую улыбку Уилу, который заступил на смену, и направилась к своей Хонде, таща с собой коробку со злосчастными папками. Но меня ждал неприятный сюрприз. Переднее левое колесо было спущено. Хуже дня быть просто не могло! События этой недели начали всплывать в моей голове: мои ноющие от хождения по 9 часов в день на каблуках ноги, дерзкие взгляды и фырканья Корин, эти строгие взоры и холодный тон Кристофера, а в среду я посадила жуткое пятно на новую блузку. Я скучала по своему парню, бабуле и подругам, которые постоянно просили выйти на связь в течение дня, а я была слишком занята для девчачьей болтовни. И это всего за 5 дней, черт побери!

Поставив коробку на землю, я открыла водительскую дверь, плюхнулась на сиденье, положила руки на руль и тихо заплакала, опустив голову. Как я доберусь до дома с проколотым колесом? Позволив себе лишь минутную слабость, я вытерла слезы и открыла сайт с междугородними пассажирскими перевозками, чтобы изучить расписание автобусов. Платить за междугороднее такси не входило в план моих расходов до первой зарплаты точно. В багажнике в моей сумке была сменная одежда, которую я взяла, чтобы носить в выходные дома. Мне не хотелось возвращаться в офис, чтобы переодеться, поэтому кое-как я нацепила на себя белый топ и светло-голубые джинсы на заднем сиденье машины и сменила туфли на кроссовки. Я достала из дорожной сумки бежевую кожаную куртку и сумку кросс-боди. Переложив туда банковские карты, ключи, пропуск и телефон, я оставила баул с остальной одеждой в машине, чтобы не тащить с собой. У меня же была коробка с папками!

– Майя? – послышался сзади голос моего начальника.

Я обернулась и увидела Кристофера, направляющегося прямиком ко мне.

– Вау! – сказал он. – Я должен пересмотреть свой взгляд на джинсы и кроссовки после увиденного.

Кажется, это был комплимент, от которого я смутилась. Что стало с почти всегда холодным боссом?

– Ты каждый день переодеваешься после работы? – спросил он, сканируя меня пронзительным взглядом, отчего по моей спине пробежал холодок возбуждения. Вне стен офиса он сказал «ты»? Мне же не послышалось?

– Хм, нет. Обычно я уезжаю в том, в чем приезжаю. Но сегодня я собиралась домой в Рединг. А тут, – я указала на проколотое колесо своей машины. – В общем, пришлось поменять планы. Поеду на автобусе.

– Запасное колесо есть?

– Да, но я не умею их менять.

– Слушай, – протянул он, – я мог бы его поменять, но быстрее будет, если я сам тебя отвезу и позабочусь, чтобы в выходные его заменили к твоему возвращению, – предложил мой начальник. – Тем более, не отпущу тебя на автобусе с этой коробкой.

– Чувствуете себя виноватым? – сарказм струился из меня.

– Ни за что, – улыбнулся он. – В Рединге у меня тоже есть небольшое дело, так что, считай, я нашел себе приятную компанию в дорогу.

«Приятную компанию, говорите?» – прозвучало в моей голове. Он сменил гнев на милость? Формальное общение на приятельские отношения? Гордость должна была меня остановить, но я не стала корчить из себя скромницу или упертую дуру и отказываться от поездки на машине вместо автобуса, поэтому согласилась. Кристофер приказал стоять на месте, и через несколько минут он подъехал на своем блестящем черном мерседесе.

Мой начальник вышел из машины и открыл для меня пассажирскую дверь, а затем загрузил коробку в багажник. В машине пахло дорого. Кожаные черные сиденья, какая-то космическая панель с многочисленным количеством кнопок и подсветкой по всему салону. Моя машина будет явно попроще. Во много-много раз проще. Сколько вообще стоит такая машина? В динамиках негромко играла Селин Дион. Кристофер сел на водительское сиденье, бросил на меня быстрый взгляд, а затем уставился на дорогу, вцепившись в руль, и мы выехали с парковки.

– Голодна? – Кристофер посмотрел в мою сторону.

– Очень, но я дотерплю до дома. – Мне действительно хотелось поскорее добраться в Рединг.

– Поужинай со мной? – глядя строго на полосу движения предложил мой начальник.

Я выпучила глаза и молчала.

– Ну же, сжалься. Я даже не обедал. – Кристофер снова посмотрел на меня своими голубыми глазами, которые в вечернем свете казались почти ультрамариновыми.

В моей голове четко всплывает картина: я подъезжаю к дому на мерседесе самого Кристофера Голдберга на час-полтора позже запланированного. Марк видит всю эту сцену, а я весь вечер доказываю ему, что все потому, что моему начальнику было по пути в наш город, а у меня как на зло прокололо колесо, но я была вынуждена поужинать с ним, так как он был слишком голоден. Черт!

– Хорошо.

– Прекрасно, – самодовольно ухмыльнулся Кристофер и резко перестроился в соседний ряд. – Совсем рядом мой любимый ресторан.

– А ничего, что я в джинсах и кроссовках? – поинтересовалась я, потому что сам-то Голдберг был в шикарном костюме.

– Там нет дресс-кода, – посмеялся он. – А выглядишь на 100 из 100, – на долю секунды его глаза метнулись в мою сторону, но это не ускользнуло от меня.

Снова комплимент? Да где же этот черствый босс? Ах, да, рабочий день был окончен.

На входе в ресторан нас встречала администратор, которая с порога заулыбалась моему начальнику.

– Мистер Голдберг, добро пожаловать. Столик на двоих? – девушка явно старалась ублажить Кристофера хотя бы своим томным голосом. Ну и плюс один в копилку женских взглядов, пожирающих босса. Начинаю вести счет.

– Добрый вечер. Да, спасибо, – сухо ответил он, пропуская меня вперед.

Пока мы шли за администратором, Кристофер внезапно положил руку мне на поясницу и повел рядом с собой. Его прикосновение было едва ощутимым и столь неожиданным, что я не знала, как реагировать, поэтому не подала вида, но мое тело как по щелчку пальцев стало откликаться на это касание.

– Я чувствую себя белой вороной, – призналась я Кристоферу, когда мы шли по залу ресторана. Дамы в вечерних платьях, мужчины в галстуках. Интерьер этого места явно не для моих драных, но чертовски стильных джинсов.

– Не обращай внимания.

Подойдя к столику, он отодвинул для меня стул, а сам сел напротив. Через секунду официант стоял возле нашего столика с меню.

– Вина? – поинтересовался он.

Кристофер вопросительно посмотрел на меня.

– О, нет, я не буду, – замахала я рукой. – Воды с лимоном, если можно.

– Вам, сэр?

– Просто воду.

Официант оставил нас изучать меню.

Когда я увидела цены в этом ресторане, у меня чуть не отвисла челюсть. На самом деле, я не имею необходимости или привычки экономить или что-то в этом роде, просто здесь реально безобразно высокий ценник.

– Они что, подмешивают золото в блюда? – шепотом произнесла я, выглядывая из-за папки с меню.

Кристофер прикрыл рот, смеясь. – Ты могла бы продать им эту идею, – тихо сказал он. – Не думай о цене, я плачу.

Я демонстративно закатила глаза. Честно, мне не хотелось, чтобы мой начальник оплачивал мой ужин, но это же была его идея привести нас именно сюда. Правда?

Я заказала лосося со стручковой фасолью в сливочном соусе. Кристофер остановил свой выбор на мясных медальонах со шпинатом и рукколой.

– Вина, конечно, не хватает, – пробормотал Голдберг, дожевав мясо. – Но за рулем я не пью. Никогда.

– Согласна, это опасно.

– Кстати, ты должна мне отдать ключи от своей машины, чтобы тебе заменили колесо.

– О, я думаю, в понедельник сама смогу решить эту проблему, – отмахнулась я.

– Я настаиваю, – стиснув зубы, но мягко сказал он.

– Хорошо. Я уже поняла, что сопротивляться бесполезно. В любом случае побеждаете вы! – Я вытащила ключи из сумки и демонстративно положила на стол перед ним.

– Неужели? Разве всегда? – он потянулся за ключом и ловко убрал его к себе в карман.

– Думаю, да. По крайней мере на этой неделе я не смогла выиграть ни одного боя!

– Боя? Мы за что-то боремся? – ухмыльнулся мой оппонент.

– Я борюсь за свои права. Но проигрываю. – Я поджала губы и сделала грустное лицо.

– Например? – воодушевился босс.

Я стала загибать пальцы: – Убрать пункт о сопровождении вас на мероприятия – проигран, стена между нашими кабинетами – опущена всю неделю, предложенный мною тендер – отказ, и даже сейчас я сижу и ужинаю с вами, хотя могла быть уже на полпути к дому, поехав на автобусе. Целых четыре пальца моей руки загнуты!

Кристофер взял мою руку, сжатую в кулак с загнутыми четырьмя пальцами и торчащим большим пальцем, и повернул на 90 градусов.

– Класс! Смотри, получился класс! – Он смеялся.

Я улыбнулась на его жест.

– Надеюсь, в скором будущем, Майя, ты поймешь, что ничего не проиграла. Есть вещи, которые просто нужно принять, а есть то, от чего стоит просто отказаться.

– Это вы про тендер?

– И про него в том числе.

– Но почему? – я сделала попытку второй раз узнать причину.

– Это личное, – глубоко вздохнул он. – Можно не будем об этом? Расскажи, как проведешь выходные?

Мне стало понятно, что он не собирается отвечать на данный вопрос. Черт с этим. Нет, значит нет.

– Ну, с учетом домашнего задания от вас, боюсь, успею немного. Как минимум навещу бабушку, встречусь с мамой, если она соизволит вернуться из путешествия по Европе вместе со своим пятым почти мужем.

– Пятым? – Кристофер изогнул бровь.

– Ой, даже не спрашивайте, – махнула я рукой. – Мама – Казанова в юбке. И каждый раз на свадьбу надевает белое платье, как невинная девственница, – рассмеялась я. – Кстати, кажется Мартин ждет вас на ужин? – вспомнила я разговор в кабинете.

– Я уже предупредил его, что меня не будет.

– Это из-за меня?

– Нет, – Кристофер смотрел своими синими глазами, а я не могла оторвать от него взгляда. – Мне правда нужно в Рединг. Просто я давно откладывал эту поездку. Ты стала причиной, по которой я наконец-то довезу свою задницу туда, хотя должен был сделать это еще в прошлом месяце.

– Ясно, – ответила я, не уточняя подробностей.

Дорогу до Рединга мы провели за болтовней о работе.

– Хотел бы я в будущем иметь свой офис, целое здание, выполненное так, как пожелаю я, – поделился со мной мыслями Кристофер.

– Могу с этим помочь, – улыбнулась я. – Моя подруга Ива – дизайнер-архитектор. Уже десятки зданий в нашем городе построены под ее чутким руководством.

– Ты серьезно? Это же так круто!

– Ну думала, что вы употребляете слова «круто» и «задница» в своем лексиконе, – съязвила я.

– Что ты еще про меня не думала, мисс Стоун?

– Хм. Дайте подумать. Я не думала о вас! – ах, врунья.

– Жаль, а то могла бы поделиться своими мыслями на мой счет, – подарил он мне лукавую улыбку.

Я заткнулась, дабы не начать молоть чепуху. Не потому, что я могу наговорить глупостей. Я не хочу, чтобы Кристофер догадался, что я пыталась разузнать о нем так много.

Легкая музыка играла в динамиках, когда начался дождь.

– Хорошо, что ты проиграла пункт номер четыре, – вырвал меня из задумчивости мой спутник.

– А?

– Пункт номер четыре: мы поужинали в ресторане, и ты едешь со мной. Ты попала бы под дождь.

– Вероятно, я была бы уже дома.

– Кстати, о доме, мы подъезжаем. Давай адрес.

Я продиктовала мистеру Голдбергу координаты, и через 10 минут мы ехали по моей улице.

– Спасибо за доставку в целости и сохранности, – поблагодарила я своего начальника.

– Не за что! Спасибо за приятный вечер, Майя.

Я метнула глаза в сторону дома. Конечно же, я написала заранее Марку, что задерживаюсь, но мне не хотелось быть пойманной. Я не сделала ничего противозаконного, но и отвечать на лишние вопросы не планировала. Слава богу, он не пялился в окно в ожидании меня.

Кристофер достал коробку из багажника и направился к дому.

– Стойте, стойте, вы куда? Дальше я сама!

– Но мне несложно, – заверил меня начальник.

– Не нужно. Дайте ее мне. – Я буквально вырвала коробку из рук Кристофера, пробормотав «спасибо», и зашагала к дому, вжимая голову в плечи, потому что моросящий дождь был противным до невозможности.

Зайдя, я крикнула «Я дома». Меня встречал аромат ужина, приготовленного Марком, но в гостиной его не было.

– Наконец-то! – послышался его голос из ванной.

Я поставила коробку, сняла сумку и куртку, скинула кроссовки и побежала к нему. Марк заключил меня в свои объятия.

– Привет, красотка, – обнимал меня мой мужчина, нежно целуя в губы. – Голодна?

– Чертовски! – пришлось соврать.

Марк приготовил свою фирменную лазанью и овощной салат.

Я с упоением рассказывала ему о своей работе, опуская негативные моменты, делилась впечатлениями от офиса, от людей и проектов, которыми мне предстоит заниматься.

– Чуть не забыла, Марк! Нас пригласили на свадьбу. Помощница босса, Марша, которая проводила собеседование, в сентябре выходит замуж! За обедом сегодня она познакомила меня со своим женихом. Они такие счастливые!

– Ты быстро заводишь друзей, детка! – Он наклонился через стол, чтобы поцеловать меня.

– Но есть один совсем неприятный момент, – призналась я. – Машину сегодня пришлось оставить у офиса, так как у нее спустило колесо.

– И как ты добралась? Почему не позвонила мне?

– О, все в порядке. Коллега подвезла меня. Ее тетя живет здесь. Я уже собиралась ехать на автобусе, но встретила ее на парковке. – Господи, как красиво я врала!

– А с машиной за выходные ничего не случится? Вина?

– Не переживай, у нас охраняемая парковка. Вина можно.

– Я довезу тебя до автобусной станции утром в понедельник. – Марк доставал бокалы и вино. – Прости, до Лондона не смогу, к 7 я должен появиться в больнице.

– Все хорошо, спасибо. Можно я завтра съезжу к Гретте на твоей машине?

– Мне поехать с тобой?

– Нет, милый, займись делами, больниц тебе и так хватает. Я ненадолго.

После ужина мы посмотрели пару серий про Шерлока Холмса, приняли душ и занялись сексом, а потом крепко уснули.

По дороге в медицинский центр, где Гретта находилась больше трех недель, я купила для нее букет тюльпанов, которые она очень любила, а еще несколько пирожных. Редко, но врачи все же разрешали баловать бабулю: сегодня я забрала ее гулять по парку вне стен учреждения. Гретта была в приподнятом настроении, рассказывала мне о своих буднях. Мы гуляли два часа, неспешно передвигаясь, остановились у уличного ларька, чтобы купить чай, сидели на лавке, наблюдая за птицами, а потом я отвезла ее обратно в медицинское учреждение.

По дороге домой я позвонила маме, но ее телефон был не в сети. Значит, ее путешествие еще продолжается.

У меня было много обязанностей, которые я взвалила на себя. В частности, я следила за домом мамы в ее отсутствие, а также сдавала в аренду дом бабушки пожилой семье. До центра бабуля жила со мной и Марком в его доме с двумя спальнями. Мы могли бы переехать в коттедж моей мамы, поскольку там было гораздо больше места, но это бы значительно увеличило время, которое занимает путь до места работы Марка и время нашего с мамой общения, что привело бы к катастрофе.

Я забрала Марка из дома, и мы отправились на обед в маленький ресторанчик, в котором часто бывали, когда было лень готовить еду дома. Здесь, в Рединге, я чувствовала себя иначе. Никакого дресс-кода и шпилек, никаких уложенных волос и макияжа. Я могла позволить себе быть собой. Конечно, я обожала наряжаться и время от времени покупала себе дизайнерские вещи, но не в таком количестве, как это случилось перед Лондоном. Марк же не особо заботился о своем гардеробе, хотя, когда он наряжался – выглядел бомбезно! В основном, это были классические джинсы с футболками и толстовками или неброские рубашки, а на работе он облачался в медицинский халат. Марк был на пол головы выше меня, от природы мускулистый, с черными, как смоль, волосами. Всегда гладко выбритый. У него карие глаза с пышными ресницами и прямой нос, тонкие губы, а на подбородке неглубокая ямочка. Нетипичный британец.

После обеда я засела за работу. Шло очень медленно. В эти часы мне хотелось обладать способностью скорочтения. Но, что не дано – того нет. К 7 вечера я осилила еще одного клиента, а затем пошла разогревать приготовленный Марком ужин. Сам он отсыпался в спальне. Когда все было готово, я разбудила его.

– Иди ко мне, – прохрипел он сонным голосом, затаскивая меня в кровать.

– Ужин! Ужин готов! – визжала я, отбрыкиваясь.

– Ужин подождет.

Так мы оказались под одеялом и через полчаса разогревали остывшую курицу.

В воскресенье утром я поняла, что у меня проблема: четыре неизученные папки и всего один день. Марк с пониманием отнесся к этому, хоть немного и поворчал. Его семья ждала нас на обед, но в сложившейся ситуации ему пришлось уехать в гордом одиночестве.

В дверь раздался звонок. Я поспешила ее открыть.

– Добрый день. Мисс Стоун? – мужчина в униформе стоял на пороге.

– Это я.

– Распишитесь, мы привезли вашу машину. – Мужчина пихал мне в лицо планшет с квитанцией.

– Что? Мою машину?

Мужчина сделал шаг в сторону. На подъездной дорожке стояла моя Хонда. Сомнений не было.

– Ваша?

– Ага.

– Тогда проверьте все и оставьте подпись, – вежливо попросил мой собеседник.

Я вышла из дома, чтобы осмотреть машину. Мужчина протянул мне ключи.

– Ваша подпись, леди.

В квитанции в графе «заказчик» стояло имя Кристофера Голдберга. Кто бы сомневался! Я махнула закорючку в адресе получателя и забрала ключи от машины.

Как я объясню все это Марку?

В половине седьмого Марк вернулся с вопросом на лице:

– Как твоя машина оказалась здесь?

К этому моменту, естественно, я уже придумала целую легенду, рассказав о том, что мужчина из службы безопасности здания позвонил моему начальнику и попросил убрать машину, так как в выходной парковка бесплатна для всех горожан и туристов, и что мистеру Голдбергу, в свою очередь, пришлось позаботиться о ней и переправить мне, починив колесо. Не знаю, насколько правдоподобна была моя речь, но кажется, Марк купился. Это было впервые за два года наших отношений: я врала ему в лицо, хотя, будь я честной с самого начала, мне бы не пришлось выпутываться таким образом из ситуации.

Глава 5

Майя

В понедельник рано утром я вернулась в лондонскую квартиру, приготовила и съела завтрак, который состоял из овощного смузи и бутерброда с авокадо и рыбой. Вполне полноценный прием пищи, дающий мне заряд энергии до обеда. Я сделала легкую укладку и макияж с черными стрелками. День был дождливым, поэтому я надела сливовый брючный костюм, нежно-розовый топ внутрь пиджака и черные лоферы. Одна папка клиента так и осталась не изучена мною за выходные, поэтому я очень надеялась, что смогу посвятить ей утро. Жизнь в офисе кипела, а я в спешке изучала материал, печатая на компьютере аналитические данные и свои мысли.

На этой неделе я собиралась подыскать зал, где проходят занятия йогой, чтобы вернуться к одному из любимых видов моего досуга. В среду я ждала папу, поэтому на этот вечер у меня был запланирован ужин в моем любимом еще со студенческих лет итальянском ресторане на берегу Темзы.

К 11 утра Кристофер так и не появился на рабочем месте. Меня настигла мысль, что я скучаю по его взглядам через стекло нашего офиса, плюс мне хотелось поблагодарить его за машину. После нашего ужина и пятничной поездки я прониклась к нему симпатией. Марша предупреждала меня, что он требователен в работе, но вне офиса он был вполне сносным.

После обеда в местном кафе я вернулась в свой кабинет и увидела его, сидящего за своим столом. Он поднял взгляд и махнул рукой, приглашая меня зайти.

– Добрый день, мистер Голдберг, – поздоровалась я, переступив порог его кабинета. Меня окутал запах духов, которыми, вероятно, он пользовался. Аромат не был чрезмерным, наоборот, еле ощутимым, но безумно приятным с нотками цитрусовых и свежей молодой травы.

– Здравствуйте, Майя. Изучили материалы? – сказал он мне, даже не подняв голову.

Здравствуй, шеф. Моя надежда на более теплую встречу после пятницы и его поступка на счет моей машины улетучилась.

– Отчет готов. Сейчас принесу.

Вернувшись с бумагами, я протянула их Кристоферу.

– Присаживайтесь, – снова этот официальный тон.

Я ждала, что он начнет читать то, что я так усиленно строчила все утро, но Кристофер сложил руки перед собой и серьезным тоном сказал:

– Рассказывайте.

Я сделала глубокий вдох, чтобы настроиться на профессиональный лад:

– По моим прогнозам только одна фирма достойна нашего внимания. – Кристофер вопросительно посмотрел на меня. – Pola cosmetic и LIL beauty – дохлый номер. Идентичные фирмы косметики, хоть и с разным подходом к клиенту. После запуска нашей кампании продажи выросли на 37 и 40% соответственно, но по окончании – резкое падению. Думаю, косметика просто не понравилась клиенту. Иных причин не вижу. Далее Cosmo. Духи рекламировал Том Хальди. Все шло хорошо до момента, пока через два месяца после начала кампании его не обвинили в сексуальных домогательствах. Продажи резко упали. Думаю, ни одна женщина не захочет, чтобы от ее мужчины пахло ароматом насилия. – Кристофер ухмыльчиво кивал. – Теперь о тех, что продают часы. Забыла название. Во-первых, название не запомнить. Во-вторых, они позиционируют товар как премиум класс, а реклама была запущена для среднестатистического клиента. Я видела в отчетах, что вы предлагали иную стратегию, но клиент настоял на своем. Результат очевиден – они в проигрыше. – Кристофер внимательно слушал и продолжал кивать. – С Ролс-Ройс не смогла найти объективное обоснование падению. На мой взгляд вся стратегия была верной, но через три месяца продажи резко упали. Либо это запланированный ход для повышения спроса, либо… – я искала объяснение.

– Владелец скончался. А его сыновья не смогли поделить штурвал. В итоге, вместо того, чтобы управлять, началась банальная дележка, – объяснил мне Кристофер.

– Теперь ясно. Ну и последнее. Rimmel. Вот с ними бы я возобновила связи. Два года назад после успешной кампании их продажи возросли более, чем на 50%, и, судя по отзывам, женщинам всех классов и возрастов нравится их декоративная и уходовая косметика. Однако, в прошлом году после выпуска новой линейки, продажи выросли лишь на 13%. Они провалились. Я не смогла найти фирму, занимающуюся их продвижением. Видимо, это были однодневки, и Rimmel попали к ним случайно. Это если кратко.

– Хорошо! – заключил Кристофер. – Отличная работа. Ты великолепна!

Я выдохнула от облегчения.

– Спасибо, босс! – Я, вероятно, покраснела от этой похвалы. Конечно, я часто слышу комплименты в свой адрес. Но когда дело касается работы – это совершенно иные ощущения.

– У меня есть еще 7 клиентов, которые требуют проработки.

Я напряглась.

Кристофер, увидев мою реакцию, резко выставил руки.

– Спокойно! Этим займется отдел Мартина. Я передам им твои данные, а они сделают все по эталону. Ты прекрасно поработала! Спасибо!

Окрыленная комплиментами своей работе, я улыбалась, как подросток.

– Теперь прошу тебя сосредоточиться на субботнем мероприятии.

Черт! Я забыла сказать Марку, что меня не будет в субботу!

– Как долго мы будем заняты на благотворительном вечере? – Я снова перешла в режим волнения.

– Не вечере. Дне. С 11 утра примерно до трех. К этому моменту мы должны гарантировать клиенту хорошие сборы, а ты сможешь спокойно уехать домой.

– Замечательно!

– К тебе приедут в 9, чтобы подготовить тебя к мероприятию.

– Кто приедет? – удивленно спросила я.

– Визажист и стилист. Одежду предоставляет клиент. Ко мне тоже приедут.

– Вас будут красить?

Кристофер ухмыльнулся. – Нас будут много фотографировать. Поэтому да, меня тоже загримируют. Но никакой помады, – засмеялся он.

***

Неделя была продуктивной. Мы активно работали над возложенными обязанностями. За все время случился только один маленький инцидент. Зайдя в уборную до обеда, я столкнулась лицом к лицу с плачущей Корин. Увидев меня, она одарила меня презрительным взглядом, быстро вытерла лицо салфеткой и удалилась. Странно.

Из-за все еще дождливой погоды мы с Маршей обедали в кафе.

– Что с Корин? Я видела ее плачущей в дамской комнате, – рассказывала я своей подруге-коллеге.

– Забей, – выплюнула она и отвела взгляд.

– Марша, – обратилась я к ней. – Расскажи мне. Сначала Мартин со своим «исключено», когда я выдвинула кандидатуру Корин вместо своей, теперь вот твое «забей».

– Она до нашей с тобой встречи была у меня в кабинете с вопросом по сопровождению Кристофера в субботу. Скорее всего, причина в этом.

– Она что? – И тут до меня стало доходить.

Марша наклонилась вперед. – Именно, девочка, вижу, ты начала догадываться. Она с первого дня пытается подбить клинья к Кристоферу. Но блонди зря старается.

– Но это же запрещено! – пыталась я расставить все на свои места.

– Кого волнуют правила, когда ты влюблен? – вздохнув, объяснила мне Марша. – Он давно должен был ее уволить. Она не глупая в плане работы, но всегда отключает мозг, когда дело касается босса.

– Ты сказала, что иду я? – я скривила лицо.

– Я лишь ответила, что не она. – Марша приподняла брови.

– Черт! Теперь она возненавидит меня еще больше. А я ведь предлагала ее вместо себя.

– Забе-эй! Если это помешает работе – Кристофер переведет ее в другой отдел. Только свистни.

– Серьезно? А почему ее просто не уволить?

– Этого сказать не могу. Но причина есть. Просто избегай ее максимально. Ок?

– У вас столько секретов. Я имею ввиду вашу троицу с Кристофером и Мартином, – почти обиженно сказала я.

– Это потому что только мы трое с самого начала вместе. Я практически их сестра, – рассмеялась Марша.

– Я их понимаю. Ты чертовски крутая Марша!

– И никогда не забывай об этом, девочка! – подмигнула мне моя новая подруга.

***

После работы меня забрал папа. Я практически бросилась в его объятия, когда вышла из здания.

– Привет, моя рыжая куколка, – улыбался мне он.

– Папуля! – я обняла его, целуя в нос, щеки, лоб и губы. – Как же я рада! Как дела?

– Как могут быть мои дела, если я сегодня ужинаю с самой красивой девушкой Британии? Все супер!

– О, папа! – я так соскучилась по своему рыжему, но уже седовласому папе.

Мы запрыгнули в его машину, и я всю дорогу расспрашивала его о доме, работе, семье и других подробностях.

Время за ужином пролетело так быстро, что я чуть не расплакалась, когда провожала папу домой. Он лишь на минутку зашел в мою квартиру удостовериться, что мы снимаем приличное жилье.

– Ты молодец, куколка! Я тобой горжусь! – сказал мне отец на прощание. – Всегда знал, что ты далеко пойдешь!

– Обещай приезжать чаще, – я ткнула пальцем в его грудь.

– Обещаю, малышка, – он взял мою руку и поцеловал своими мягкими губами, а потом резко притянул меня к себе.

– Если что-то будет нужно – не стесняйся обращаться, – прошептал он мне в ухо, гладя мои рыжие пряди.

– Ты же знаешь, что я это сделаю, если будет нужно, – не выпуская папу из объятий прошептала я в ответ.

Глава 6

Майя

Все утро субботы меня вылизывали, начесывали, намазывали, прилизывали и много чего еще. В моем скромном жилище расположились аж шесть человек, работавших над моим образом.

Только в четверг я осмелилась сказать Марку, что вернусь лишь вечером субботы. Дженна и Ива негодовали.

«Я знала, что на нас не найдется времени» – написала Ива в нашей переписке. Это было больно, но это было правдой. И предстоящее мероприятие раздражало меня все больше с каждым взмахом кисти над моим лицом.

На столе завибрировал мой телефон, и визажист Нора, которая колдовала над мои внешним видом, протянула мне его.

«Заеду в 10.15. Кристофер»

«Отлично!» – это был не восторг. Я закрыла глаза. Он еще и заедет! Это не было оговорено заранее, поэтому я собиралась отправиться туда самостоятельно на своей машине.

Я быстро настрочила сообщение: «Я сама доберусь. Спасибо»

Ответ пришел через секунду: «Исключено. И точка»

Великолепно! Ну что за упрямый осел!

«Я собиралась после мероприятия прямиком в Рединг. На своей машине мне было бы удобнее и быстрее» – отправила я смс, все еще надеясь победить в этой битве.

«Я отвезу тебя обратно сразу после окончания. Хватит сопротивляться. Загибай пятый палец» – ответил мне Голдберг.

«Тогда получится кулак, которым я врежу по вашей напудренной физиономии» – написала я и отправила, только через секунду осознав, как ужасно я общаюсь с боссом.

«Хороший ход, Майя. Можешь врезать мне, если будет необходимость в таком насилии».

Мило. Он разрешил мне впечатать кулак в свое прекрасное личико. Учту на будущее. На самом деле на этой неделе что-то между нами изменилось. Не было никакого холода и грубости в его тоне. На совещаниях с руководителями отделов, которые дважды появились в расписании, он неоднократно обращался ко мне, чтобы выслушать мое мнение, а еще всегда на «ты». Мартин трижды на этой неделе появлялся в дверях моего кабинета со стаканами кофе в руках и предложением пообедать вместе, но никогда не заходил внутрь кабинета, ограничиваясь своей торчащей головой в моих дверях. В пятницу я даже согласилась пообедать с ним, но внезапно Кристофер вызвал его для конфиденциальной встречи.

К 10 утра на мне была одежда Долкерс: темно синий пиджак на двух пуговицах с узкими рукавами и овальной полой с одной стороны, доходивший до середины бедра, и юбкой-карандаш чуть выше колена. Яркий макияж и слегка волнистые волосы. Самой мне себя так никогда не уложить, честное слово! Под пиджаком был только бюстгальтер, что делало образ немного откровенным. С разрешения стилиста я добавила украшения в виде цепей на шее и подарок от девочек «на удачу». Взглянув на себя в зеркало, я восхитилась своим отражением. Малышка на миллион!

Раздался звонок в дверь и кто-то из тех, кто приехал работать над моим образом, открыл ее.

На пороге стоял само-совершенство-Кристофер-Голдберг. На нем был темно-синий костюм, гармонирующий с моим, белоснежная рубашка и черный галстук. Его отросшая щетина выглядела очень ухоженно, но никаких признаков макияжа на его лице я не заметила.

– Отказались от пудры, мистер Голдберг? – ухмыльнулась я.

– Разве тебе не прописали очки, Майя Стоун?

– Ха-ха! Могли бы соврать!

Вся моя «группа поддержи» по сборам быстро упаковала вещи и покинула квартиру, а следом вышли и мы с Кристофером, который не сделал и шагу дальше порога. У моего дома нас ждал черный Майбах.

– Хорошая машина, – прокомментировала я.

– Соответствует паре, – добавил мой начальник.

Мы уселись на заднее сиденье, и Кристофер предложил мне шампанское. Я мгновенно отказалась, но он настаивал.

– Это необходимо, чтобы расслабиться!

– Нет, нет и нет, мистер Голдберг! Мне сегодня за руль!

– Ах, точно, прости, забыл. – Кристофер налил себе бокал игристого. – И вот что, Майя, на мероприятии зови меня Кристофером и обращайся на «ты».

– Оу. – С чего бы вдруг? – А если я привыкну?

Мой спутник рассмеялся. – У тебя не получится.

– Это еще почему?

– Потому что ты вся такая правильная, Майя Стоун.

Кристофер опустил взгляд на мое декольте и облизнулся. Зуб даю, мне не показалось!

– Должен тебя предупредить, – Голдберг откашлялся, – сейчас я буду тебя обнимать.

Я выпучила глаза.

– Стой, не этот взгляд. Когда мы приедем. Мы выйдем из машины, и на нас обрушатся камеры. И вот тогда я буду тебя обнимать.

– Аааааа, – понимающе протянула я.

– Действуем по плану. Всего четыре часа – и я отвезу тебя обратно.

– По плану, – повторила я слова Кристофера.

Кажется, план дал сбой с первых секунд. Я не ожидала, что вместе со щелчками камер на нас обрушится шквал возгласов: «Кристофер, посмотрите сюда», «Мистер Голдберг, выглядите фантастически», «Кто ваша спутница?» – послышалось из толпы. Я была не готова к такому вниманию.

Мы остановились на ступеньках, и Кристофер, который от машины держал свою руку на моей пояснице, притянул меня ближе к себе. Я натянула искусственную улыбку.

Щелк. Щелк. Щелк…

А потом он повернулся ко мне и практически зарылся носом в мои волосы. Поверьте, я ощущала, как он вдыхает мой аромат.

Краем глаза я заметила справа Маршу, которая смотрела на нас с серьезным видом. В ее руке была рация, и она, нажав кнопку, что-то сказала в динамик.

Следующие полчаса прошли как в тумане. Я следовала за Кристофером, лавируя между гостями, многие из которых жали ему руку и приветствовали. Улыбаясь и здороваясь, я не понимала, что конкретно происходит.

Лишь спустя какое-то время мне удалось вырваться из цепких лап своего босса. Тут же ко мне подошла Марша.

– Ты отлично справляешься, – подбодрила она меня.

– Но я ничего не делаю, – протестовала я.

– Ты все правильно делаешь. Твой образ кричит сам за себя!

Ах, образ. Я почти забыла, для чего я здесь.

Далее под гул аплодисментов на сцене с приветственной речью выступил руководитель Долкерс, затем Кристофер рассказал о цели мероприятия и важности помощи жертвам домашнего насилия, а после состоялся показ мод.

Я держалась уверенно, принимая комплименты от, в основном, пожилых мужчин, один из которых даже пытался прихватить меня за попку. Какая мерзость!

Примерно через час Марша подошла и сказала, что мы собрали нужную сумму. Мне стало легче.

– Я могу ехать домой? – спросила я свою коллегу.

– Пока нет, – появился за моей спиной из ниоткуда Кристофер. – Впереди обед.

Придется потерпеть еще.

Я мило улыбалась и беседовала с уважаемыми толстосумами и их женами во время банкета. Большинству из них было пятьдесят и больше лет, но это не создавало никаких неудобств. За столом я сидела рядом с Кристофером, а напротив нас Мартин, который пришел только сейчас, и Марша.

– Внимание, за спиной, – проговорила сквозь зубы Марша, обращаясь зрительно к Кристоферу.

– Ах, вот ты где. – Я развернулась на источник звука, а рука блондинки легла на плечо моего босса. – Поговорим минутку? – ворковала она.

Кристофер зыркнул на Маршу, которая не выдала никаких эмоций, и попросил прощения у всех присутствующих, вставая со своего места.

Блондинка в тот же миг подхватила Кристофера под локоть, и они начали удаляться.

– Кто она? – повернулась я с вопросом к Марше.

– Потом, – спокойно ответила она.

Во мне пробудилось любопытство. Сделав минутную паузу, я поднялась со стула, решительно направляясь «в уборную».

– Майя, ты куда? – послышался громкий шепот Марши за моей спиной.

– Скоро вернусь, – ответила я, на самом деле направляясь на поиски Кристофера и блондинки в черном платье. Любопытство, черт побери.

Мое хождение по коридорам этого замка, арендованного для мероприятия, не увенчалось успехом. Тогда я решила действительно сходить в туалет. Следуя указателям, я шла по длинному коридору. Минуя пролет, перпендикулярно расположенный тому, по которому двигалась я, краем глаза я заметила их.

Блондинка стояла так, что спина Кристофера была прижата к стене. Я резко встала за поворот, но мне нетерпелось подглядеть. Я высунула голову из-за стены: рука леди в черном касалась лица моего босса, а правая нога была приподнята через разрез ее платья и упиралась ему между ног. Руки Кристофера были опущены по бокам – он ее не касался. Между ними был какой-то диалог, но разобрать я ничего не смогла. Она опустила ногу и приподнялась на цыпочках, в то время как ее рука, до этого скользящая по его щетине, обернула его шею. Как в замедленной съемке я видела, как она высунула свой язык и тут же запихнула его в глотку Голдбергу. Я отшатнулась и прижалась к стене. По моей спине бежала капля пота. Черт подери, я не должна была этого видеть! Я тяжело дышала, как будто до этого участвовала в забеге. Сердце стучало, отдавая тикающим звуком в виски. На цыпочках, чтобы не стучать каблуками, я дошла до уборной и скрылась за дверью.

Проведя несколько долгих минут внутри, переваривая увиденное, я решила покинуть это убежище и вернуться на банкет. В коридоре было пусто. Я подошла к нашему к столику. Многие гости уже начали вставать со своих мест, переходя к неформальному общению. Не знаю, почему, но мне хотелось скорее убраться отсюда. Возможно, от сцены в коридоре с блонди и шефом в главной роли, во рту появился привкус желчи. Я не могла объяснить самой себе свое состояние. Еще пару часов назад он не по плану слишком сильно прижимал меня к себе, а теперь я увидела, как какая-то Барби запихивает свой язык ему в рот.

На часах было 14.35. Я отпросилась у Марши уехать пораньше, сославшись на неважное самочувствие после обеда.

Выйдя из здания, я начала спускаться по ступеням, глазами ища такси, как чья-то рука схватила меня за локоть.

– Куда это ты собралась? – Это был Кристофер.

Не глядя на него, я сухо пробормотала:

– Домой.

– Еще 22 минуты.

– Что? – я повернулась к мужчине. Вероятно, на моем лице было написано, что мне это все противно, потому что Кристофер резко отпустил мою руку.

– Мы договаривались, что я тебя отвезу, – неуверенно сказал мой босс, глядя мимо меня.

Я почти закатила глаза. – Мне стало нехорошо, и я отпросилась у Марши. – Мой голос был спокойным, но внутри бушевал шторм.

– Нехорошо? – Кристофер попытался взять меня за плечи, но я сделала шаг назад. – Что с тобой, Майя?

– Я просто хочу домой, мистер Голдберг! И способна добраться сама. Хорошо?

– Да, как скажешь. Мы можем уехать сейчас, – добавил он.

– Вы оставайтесь, я возьму такси. Наверняка, у вас здесь еще есть дела. – Мне хотелось добавить что-нибудь про поцелуи в коридоре этого замка, но я сдержалась.

Сделав пару глубоких вздохов с закрытыми глазами, я начала успокаиваться. С чего вообще я разозлилась? Мы приехали сюда как коллеги, ради бизнеса. Тогда почему увиденное там меня так взбесило?

Кристофер не стал препираться, а поймал для меня такси, в которое я впрыгнула, не оглядываясь.

«Не смешивай личное с работой» – зашептал мне внутренний голос. «Тебе не может нравиться твой босс. И уж тем более ты не можешь ревновать его». Как я допустила такое? Увидев его с той блондинкой, кажется, я действительно почувствовала укол ревности.

Глупая Майя!

Приехав домой, я сняла костюм, аккуратно упаковав его в чехол, приняла душ, но так, чтобы не испортить прическу и макияж. На телефоне было сообщение от мамы, гласящее о том, что она вернулась. Быстро собравшись, я села в машину и помчалась в Рединг, чувствуя себя ужасно от того, что не заметила, как мой босс стал мне действительно нравиться. Выходные с Марком и мамой должны помочь мне справиться с моим искаженным восприятием реальности.

Я решила убить сразу нескольких зайцев и пригласила Дженну с Ивой в дом к моей матери: так мне не придется рассказывать им про свою работу по отдельности, плюс у мамы будет меньше шансов расхваливать своего парня.

Вечер проходил достаточно весело и вкусно: Дженна принесла закусок, Ива пару бутылок вина, мы с Марком захватили горячий ужин, а мама приготовила тыквенный пирог. Ее парня Стива не было с нами – это к лучшему.

Все время я обнимала и целовала Марка, не отлипая от него, как будто искупая вину за свои мысли о красавчике-Голдберге, но, черт побери, думала о нем постоянно.

Около 9 вечера раздался звонок, и на пороге появился Стив собственной персоной с букетом красных роз. Мама забегала в поисках вазы, а Стив знакомился с моими подругами.

– Ну раз вы все здесь, – взяла слово Каталея, взбивая руками свои розы, – у нас для вас новость.

Кажется, все вокруг поняли, о чем речь. Мои подруги и Марк прекрасно знают мою маму. Мы переглянулись.

– Вы женитесь! – громко проговорили мы хором.

– Да! – взвизгнула мама. – Как вы догадались? Я даже без кольца!

– Кстати, мама, Стив, а где кольцо? – удивилась я такой промашке со стороны жениха.

– Я сделал предложение в Испании, – начал Стив. – С кольцом, все как положено, – он улыбнулся и подмигнул своей невесте.

– Но оно оказалось малО, – призналась мама, подойдя к жениху. – Видимо, это отеки! Мы сразу отдали его ювелиру для расширения, как только приехали сюда. Будет готово во вторник.

– Ну, в таком случае, наши искренние поздравления, – отозвался Марк.

Мама и Стив стали целоваться на виду у всех, а я отвернулась, чтобы меня не начало тошнить от этой ни хрена не умилительной картины.

Весь вечер наперебой они делились своими впечатлениями от поездки по Европе. Мама там бывала неоднократно с ее предыдущими кавалерами, но предносила все так, будто впервые видела Эйфелеву башню или Палаццо.

Верю ли я в их брак? Да, но временно. Стив скоро наскучит маме, и она найдет себе другого. Мне кажется, она не перестанет выходить замуж, даже если к последнему жениху к алтарю ее будут везти на инвалидной коляске. Единственный плюс во всем этом – она ничего не теряла. Наоборот, теряли мужчины. Мама в свои 48 лет была из тех женщин, которые выглядят моложаво, она практически как моя старшая сестра. Иногда, когда мы выбирались куда-то вместе, просила называть ее Каталеей вместо «мама», дабы не пугать молодых потенциальных ухажеров. Стройная, с коричневыми волосами до плеч, ростом около 167 сантиметров. Вся моя рыжина и рост перешли ко мне по папиной линии. Мама много вкладывала в свою внешность, а вот любовь к дизайнерским побрякушкам досталась мне от нее. Всю жизнь она усиленно работала, но примерно полгода назад решила, что хочет по полной наслаждаться свободой. Это не создавало мне никаких проблем, пока она успешно оплачивала счета своей матери Гретты за лечение.

– Еще один момент, – мама постучала вилкой по бокалу, – мы переезжаем в Лондон, – тут же объявила она.

У меня отвисла челюсть.

– Да, дорогая, не смотри так, ты знаешь, что работа Стива там, а не здесь. Я должна поддержать супруга.

Ох, подлиза. Она создает видимость заботы о своем будущем муже. Молодец! Иногда мне хочется аплодировать ей стоя.

– Будем видеться чаще, – она подошла ко мне и ущипнула за бок.

Кажется, мне заплохело. Я люблю маму, но провести больше пяти часов в неделю в ее компании – пытка, а с учетом количества ее свободного времени домохозяйки, она выжмет из меня по максимуму.

Я перенесла встречу с Греттой на воскресенье, поэтому она ждала меня. По заключению врачей бабушка находилась на второй стадии болезни. Умеренная деменция предполагала, что ей нужны присмотр и забота постороннего человека. Ее сиделка Феона (какое милое имя), женщина лет 45, прекрасно с ней ладила.

Сегодня бабушка была в плохом настроении. Мне даже показалось, что она меня не узнала, но уже через несколько минут расспрашивала о Марке, бурча вдобавок что-то невнятное. Трудно было понять, что происходит в ее голове, но я была терпелива.

Я провела много дней в ее доме, когда была младше, пока мама скакала на очередном жеребце где-то на берегу моря или в номере отеля. Она всегда учила меня быть сильной и давать отпор, говорить «нет» и оставаться верной себе. Не знаю, в кого пошла моя мама, но Гретта была верна своему мужу, скончавшемуся от несчастного случая на производстве, когда Каталее было всего 12 лет. Его ударило током. Видимо, шок, а затем затянувшаяся депрессия после потери любимого человека и стали факторами, позднее переросшими в болезнь, с которой сейчас нам приходится иметь дело.

Я проводила Гретту до столовой, потому что наступал обед, и передала ее в руки Феоны. Выйдя из здания и направляясь к парковке, я заметила знакомую фигуру. Встав на месте, я стала вглядываться. Это был Кристофер. Это был точно он. Он держал под локоть высокую женщину, одетую в длинное бежевое платье и легкий плащ с платком на голове. Рядом с ним шел доктор в белом халате и что-то говорил, оживленно жестикулируя руками. Мне не хотелось быть пойманной на слежке, поэтому я нырнула за дерево и продолжала смотреть. Женщина обеими руками вцепилась в локоть Кристофера и что-то говорила. Мне казалось, она плачет. Кристофер замотал головой, а доктор пытался оттащить даму от него. Но рука мистера Голдберга остановила мужнину в белом халате. Он взял женщину за плечи, что-то сказал, а затем поцеловал ее в лоб. Вместе они поднялись по ступенькам, а затем скрылись за дверями госпиталя.

Не знаю, чему я только что стала свидетелем, но это определенно меня не касается. Почти бегом я добралась до машины и покинула территорию.

Глава 7

Майя

В понедельник у меня был план: я должна найти зал для занятий йогой. Откладывать было некуда. Еще одна неделя без спорта – и я начну нервничать сильнее. За окном уже несколько дней стояла сухая августовская погода, но было всего +16, поэтому я отказалась от машины в пользу пеших прогулок. Немного осмелев, я перестала носить каблуки ежедневно, заменяя их лоферами или ботинками на толстой подошве. А сегодня я даю вызов: на мне белые кроссовки от Zara, красные широкие брюки и белый свитер. На случай катастрофы в виде гнева моего босса, в офисе у меня была запасная пара лодочек на невысоком каблуке.

Кристофер уже сидел за своим столом, когда я заняла рабочее место. Он помахал мне через стекло в знак приветствия, на что получил от меня кивок и легкую ухмылку. У меня было время проанализировать свое субботнее поведение рядом с ним. Он мой босс, и все его объятия, которые мне так понравились, предусмотрены трудовым контрактом, и это обговаривалось заранее. У него может быть личная жизнь, и если бы не мое любопытство, я бы ничего не увидела, да и не должна была! Может быть, они ушли из коридора и перепихнулись в одном из залов? Кто ж знает? «Так что делаем глубокий вдох и трудимся дальше, мисс Стоун!»

Проведя совещание с сотрудниками своего отдела и в очередной раз поймав на себе угрожающий взгляд Корин, я решила посмотреть, что пишут СМИ о прошедшем в субботу мероприятии.

Лучше бы я этого не делала! Кажется, выходка мистера Голдберга с обнюхиванием моих волос пришлась по вкусу желтым газетенкам. Заголовки пестрили: «Новая мода от Долкерс или как соблазнить босса за 5 минут», «Из офиса в постель: новый тренд от Долкерс». Были и хорошие статьи, гласящие о том, как трудно современной женщине в условиях патриархата, и что офисная одежда не должна скрывать сущность женщины, а подчеркивать ее сексуальность, не боясь при этом домогательств со стороны мужчин-коллег. Фонд, куда были отправлены деньги на помощь женщинам, благодарил лично Кристофера за его активное участие в сборе средств. Я переходила со ссылки на ссылку. Слава Богу, многие издания не транслировали то фото, где мы смотрелись слишком уж откровенно.

Сначала раздался стук в дверь, а затем в мой кабинет зашла Марша:

– Это фурор, девочка! – завизжала она. – Трудно представить, но мы превзошли все ожидания клиента! – Марша приподняла руки и задвигала бедрами в танце.

– Серьезно? Эти статейки про рыжую офисную развратницу – это фурор? – На моем лице была кислая мина.

– Пфф. Не переживай о них. Мартин уладит. К вечеру этих статей не будет, так что сохрани горячую фоточку с боссом себе на память.

– То есть вы всегда удаляете ненужный материал? – обнадеживающе поинтересовалась я.

– А как иначе в этом мире акул? Подчищаем хвосты. – Марша села на стул передо мной, – Кстати, подруга. Он там что, чихал тебе в волосы, чтобы не выглядеть глупо на камеру? – почти шепотом спросила помощница босса.

– Почти, – ухмыльнулась я, боясь признаться даже ей, что на самом деле Кристофер вдыхал мой аромат.

– Скажу тебе по секрету, – Марша обернулась на стеклянную стену, – Кристоферу понравился твой проект по косметической фирме Loss, контракт будет твой!

– О да! – заулыбалась я и дала «пять» Марше.

***

Пойти пешком в зал для йоги, чтобы уточнить время занятий для разного уровня групп и посмотреть их помещения, было опрометчиво. На обратном пути начался проливной дождь, а у меня с собой даже не было зонта. Я вымокла до нитки. Нырнув сразу в туалет, я попыталась высушить волосы в сушилке для рук, но все было тщетно. Мой джемпер вытянулся на мне, а я была похожа на облезлую мокрую мышь.

Не вылезая из своего кабинета до конца дня, я пыталась согреться, включив кондиционер. Кристофера не было на месте, поэтому, слава богу, видеть меня такой он не мог.

Все еще во влажной одежде я взяла такси, чтобы добраться до дома. К ночи мне стало нехорошо. Я нашла в своей скудной аптечке градусник. 37.2. Черт. Соскребя себя с кровати и накинув куртку поверх пижамы, я вышла до ближайшей аптеки, чтобы купить лекарств.

Всю ночь меня знобило и бросало в жар. Горло хрипело, мне было больно глотать. Наутро градусник показывал 38.3. В таком состоянии прийти на работу я не могла. Номера сотрудников, хранившиеся у меня в телефоне, были только рабочие. Единственный, кто мне писал с личного номера, был Кристофер. Я набрала ему сообщение:

«Доброе утро, мистер Голдберг. Простите за беспокойство. У меня жар, 38.3. К сожалению, вынуждена уйти на больничный. Попросите моих коллег все срочные дела отправлять мне на почту. Я постараюсь все сделать».

Ответа не последовало, поэтому к 9 утра я набрала в кабинет Марше, которая была расстроена сложившейся ситуацией, но заверила, что подстрахует меня. Также она оставила мне свой мобильный на случай, если мне что-нибудь понадобится, а ее не окажется на месте. Я старалась пить больше воды и спать. Но полноценно уснуть не получалось. Проверив почту, где висело несколько писем от сотрудников отдела, я быстро просмотрела их, и, отправив короткие ответы, захлопнула ноутбук.

Перебравшись на диван в гостиную, я включила телевизор, фоновый шум которого помог мне уснуть.

Стук вырвал меня из сна. Я думала, что мне показалось, но тройное «тук-тут-тук» повторилось. Звук шел от входной двери. На ватных ногах я побрела открывать.

На пороге стоял Мартин.

– Кто тут больная? – просиял он своей улыбкой. – Я принес лечебный суп! Доброго дня.

– И тебе привет, Мартин Блум, – я отошла в сторону, чтобы впустить своего гостя. Мартин протянул мне пакет.

– А у тебя уютненько здесь! – мужчина сканировал взглядом мое скромное жилище.

– Располагайся, – сказала я и понесла пакет на кухню.

– Ты ведь голодна? – поинтересовался Мартин, присаживаясь на стул у острова.

– Угу. Кроме таблеток еще ничего не ела.

– Тогда я вовремя! И захватил обед на двоих.

– Спасибо! Сейчас разогрею.

Я стала выгружать ланч из пакета.

– Милая пижамка, Майя, – разглядывал меня Мартин.

– Очень уютная, – поддержала я. – Жаль, в таком виде нельзя в офис.

– Там справятся, не переживай. Тем более Кристофер с утра без настроения. Тебе повезло, что тебя нет.

– Что-то случилось?

– Без понятия. Но он какой-то злой. Бывает. Лично я привык.

– Кажется, я тоже начинаю привыкать, – ухмыльнулась я. – Тебе Марша сказала про мое состояние? – поинтересовалась я, засовывая чашку с супом в микроволновку.

– Нет, Кристофер. Он попросил приехать проведать тебя. А мне это в удовольствие! – улыбнулся мой гость.

– Не боишься заразиться?

– А что, у тебя что-то заразное? Птичий грипп? – он наигранно выпучил глаза.

– Ну нет, просто вчера я попала под дождь и сидела полдня в офисе в сырой одежде, стуча зубами от холода.

– Ясно. Производственная травма. Передам твоему шефу, – Мартин сузил глаза.

– Все нормально. Обещаю быть огурцом через день или два. Я редко болею.

Мы пообедали, и мне как будто стало легче. Мартин уехал, а я написала Марку и девочкам, что заболела. Выпив чашку чая с мятой и мелиссой, я снова забралась под одеяло и проверила почту. Там было письмо от Марши. Она сообщала, что все статьи с тем фото удалены, но она сохранила себе его на память, потому что, цитирую, «уж больно вы там горячо смотритесь». Я вздохнула с облегчением и закрыла ноутбук, забралась под одеяло и снова уснула.

Проснувшись около 6 вечера, я обнаружила сообщение от Марка. Он едет ко мне. Мне казалось это лишним, но мое тело говорило об обратном. У меня началась ломка. Градусник показывал 39.5. Мне было плохо, кости болели и начинался кашель. Присутствие любимого доктора сейчас не повредит.

Марк привез целый пакет еды, приготовил для нас поздний ужин, но в меня ничего не лезло. Жар спал, а на его место пришла слабость. Кашель разрастался.

– Милая, завтра после обеда я должен буду уехать. Меня ждут на работе, – Марк гладил мои ноги, пока я лежала, распластавшись на диване.

– Я понимаю, все хорошо. Я справлюсь.

– Обещай, что если станет хуже, то ты вызовешь врача.

– Угу.

– Но то лекарство, что я привез, должно помочь.

Это было правдой. К утру мне стало лучше, а ночью я просыпалась всего несколько раз от приступов кашля. Температура была всего 37.2, и мне было легче.

Марк спал, а я переместилась в гостиную, чтобы проверить почту. Марша сообщила, что вчера поздним вечером был подписан контракт на Loss. Так что по возвращению меня ждет вдохновляющий проект, который я заполучила сама.

Около 11 после завтрака мы уселись у телевизора за просмотром сериала про медиков. Марк бурчал, видя одни лишь косяки режиссерской работы и сценаристов.

– Зачем снимать то, в чем не разбираешься? – сетовал он.

– Может переключим? – предложила я. – А то у тебя сейчас тахикардия начнется.

Раздался звонок в дверь.

– Я открою, – остановил меня Марк.

Мы никого не ждали.

– Добрый день, – послышался голос моего начальника. – Майя дома?

– Добрый день, а вы кто? – спросил Марк.

Я вскочила с дивана.

– Я Кристофер Голдберг, ее работодатель, – он протянул руку Марку для приветствия. – А вы?

– Марк Ризби, ее парень, – ответил тот, принимая приветствие моего босса. – Приятно познакомиться.

– Здравствуйте, мистер Голдберг, – поприветствовала я нежданного гостя, выходя из-за спины Марка.

– Майя, как вы?

«ВЫ»? Это из-за того, что Марк здесь?

– Уже лучше, спасибо. Марша сообщила мне, что вы подписали контракт.

– Да, я как раз за этим и приехал. На реализацию достаточно сжатые сроки, поэтому вот, – он протянул мне папку, – для изучения, если вы в состоянии это сделать.

Я чувствовала смущение Кристофера. Обычно он уверен в себе, волевой и временами дерзкий. Но сейчас он как будто был не в своей тарелке.

– Спасибо, я обязательно этим займусь. – Я забрала папку. – Может быть, чаю?

– О, нет, спасибо, мне пора! Надеюсь скоро увидеть вас в офисе в полном здравии.

«Вас». Мне не нравится это слово.

Кристофер, который в последнюю неделю обращался ко мне на «ты» только что вел диалог исключительно на «вы»?

Марк захлопнул за ним дверь и повернулся ко мне. Я уже сидела на диване, открывая папку.

– Нужно поговорить, – серьезным голосом сказал мне мой бойфренд.

– Что?

– Я не хотел поднимать эту тему, пока тебе было плохо. Но вижу, тебе лучше. – Он подошел к журнальному столику, чтобы взять свой телефон. – Я прошу объяснить мне это, – Марк повернул свой телефон ко мне и на экране была та самая фотография меня и Кристофера.

Блин!

– Это фотография с благотворительного мероприятия в субботу, – сказала я.

– И?

– Что и?

– Почему этот мистер, как его там, Голдберг прижимает мою девушку к себе и что-то нашептывает в волосы?

– Ты серьезно? Ничего он мне не нашептывал, Марк.

– Выглядит иначе. – Он хмурился.

Тут мне вспомнились свои ощущения от просмотра фотографий Кристофера: я думала, что все дамы со снимков – его очередные короткие романы. Это оказалось показушным блефом, но ведь никто, кроме сотрудников фирмы об этом не знал, а я, в свою очередь, не рассказывала Марку о подробностях контракта, который подписала в «Голдберг фэшн».

– Откуда у тебя это фото? Ты обычно не лазаешь в интернете в поисках желтых статей.

– Мне коллега с работы показала.

– Понятно. Если ты спокойно выслушаешь, я объясню, – сказала я на выдохе.

– Слушаю.

– Я подписала контракт при трудоустройстве, согласно которому при необходимости должна сопровождать Кристофера, ой, мистера Голдберга, на мероприятиях или благотворительных вечерах. Это в интересах фирмы. Такие контракты есть у многих в нашей компании. Я пыталась отказаться от этого пункта, но у меня не получилось.

Марк замотал головой.

– Послушай, – продолжила я, – понимаю, как это выглядит с твоей стороны!

– Серьезно? Понимаешь? Ощущение, что меня поимели! – вспылил Марк, обычно умеющий держать себя в руках.

– Прости, Марк, там ничего такого не было. Это просто мгновение, запечатленное фотографом. Я клянусь. У нас строго деловые отношения с мистером Голдбергом.

– Знаешь, что? – Марк повернулся ко мне спиной и уперся руками в гарнитур, – мне больно это видеть. Поэтому, в следующий раз, когда согласишься сопровождать своего босса, лапающего тебя на глазах фотокамер, подумай, что после этого меня может не стать в твоей жизни.

Я опешила. – Ты шутишь? – почти шепотом медленно произнесла я.

Марк повернулся. – Похоже, что мне весело?

– Марк!

– Нет, Майя. Я сам подписался на то, что буду делить с тобой постель только в выходные. Но делить тебя с другим я не собираюсь! Если карьера важнее, пожалуйста! Только не заставляй меня это проглатывать.

Мне нечего было ответить. Это был ультиматум.

Мы провели почти два часа в молчании, а потом Марк уехал.

К воскресенью я выкашляла свои легкие, но в целом чувствовала себя нормально. В Рединг я не поехала, попросив Каталею навестить Гретту. Скрепя зубами, она согласилась, но я искренне не понимала, почему она отказывается навестить собственную мать.

Мне нужно было прогуляться, поэтому я поехала в центр: съела жирный бутерброд в уличном ларьке, зашла в пару магазинов, чтобы поглазеть на красивую одежду, сумки и обувь, и выпила горячий чай рядом с Лондон ай (колесо обозрения).

В понедельник уже в начале девятого я переступила порог офиса. Первое, что мне бросилось в глаза – закрытая стена между кабинетами. Меня, почему-то, это задело. Я так привыкла к взглядам Кристофера в течение дня, что эта возведенная стена означала для меня лишь одно: мы вернулись к началу. Холодному и отстраненному.

И я была права.

Всю неделю он избегал меня. Мы сидели всего в десятке метров друг от друга, но пропасть и даже тьма между нами ощущалась все сильнее, несмотря на солнечные дни за окном. Ни одного взгляда на меня на совещаниях, ни одной случайной встречи, ни одной личной просьбы по какому-либо делу с его стороны. Зато четыре из пяти дней я обедала в компании Мартина. Кузен Кристофера рассказывал мне разные истории из жизни, интересовался моими увлечениями, даже попросился сходить вместе на занятие йогой в четверг, но я убедила его, что мужчине делать там нечего.

Та же холодность присутствовала и в отношении Марка ко мне. Меня это дико злило, но я решила, что дам ему время остыть. Наши телефонные разговоры были короткими, без всяких там «люблю тебя» или «скучаю, малышка». На месте Марка я бы отреагировала точно также, увидев его с горячей красоткой, прижимающейся к его телу. Но головой я понимала, что все на самом деле не так, как выглядит на фото. У меня с Кристофером Голдбергом ничего нет. Совсем. Даже приятельских отношений.

По окончании рабочей недели я вышла из офиса почти в семь. Внезапная болезнь не прошла мимо: я была завалена работой с ног до головы, поэтому придется взять дела для проработки в выходные. Сев в машину, я вспомнила, что забыла подарок, купленный для Марка, в ящике стола своего кабинета. Ничего не оставалось, как вернуться назад. Мне нужно было вручить Марку свой презент и всю себя, чтобы сохранить наши пошатнувшиеся отношения.

Ко входу в задние подъехал знакомый мне Майбах, пока я двигалась вперед, но остановилась в оцепенении, когда из двери компании вышла блондинка под руку с Кристофером. Та самая, с которой он целовался на благотворительном банкете. Лицо моего босса было серьезным, а Барби мило хихикала, ступая вниз по каменным ступеням. Кристофер открыл дверь машины своей спутнице, придерживая ее за руку, а затем нырнул за ней, захлопнув за собой дверь автомобиля.

На секунду я закрыла глаза, чтобы не заплакать. Это была ревность. Банальная, голая ревность, разрывающая душу. Прямо сейчас я хотела быть на ее месте: хихикать и уехать в неизвестность.

На мгновение мне стало дико наплевать на свой подарок Марку, на свою гордость и на все вокруг. Целую неделю я вышагивала по офису в надежде хоть украдкой встретить заинтересованный взгляд Кристофера. Но он попросту игнорировал меня, не замечал, как будто я та стажерка с 4 этажа, что приносит кофе раз в неделю, пряча свой юношеский взгляд. Он словно вычеркнул меня из списка контактов. Ему не составило труда сделать это – все задачи я получала через Маршу или через электронный документооборот.

Я вернулась к машине и оперлась руками на капот. Мне не хотелось домой. Мне не хотелось к Марку. Глупая Майя ревновала своего босса к блондинке в пудровом платье, которое, казалось, создано для того, чтобы соблазнить Кристофера на заднем сиденье Майбаха.

Ирония. Я пыталась спасти отношения с Марком, но хотела быть не рядом с ним. Не проще ли сказать ему, что я выбираю работу? Я выбираю смотреть, как мой босс уезжает с другой.

В итоге я ехала в машине со слезящимися глазами, направляясь в Рединг, предупредив маму, что сегодня останусь в ее доме. Я нуждалась во встрече с Греттой и разговоре с Марком. Каких-то три недели в Лондоне, знакомство с проклятым дьяволом в обличии принца Кристофером и публикация в интернете перевернули меня и мою жизнь с ног на голову. Я была разбита.

Мама, решив, что я хочу побыть одна, уехала на выходные в Лондон к Стиву. Эта женщина всегда сбегала, почувствовав, что мне нужен материнский совет, которые она не раздавала направо и налево. Марк же сказал, что больше не может пропускать смены выходного дня, поэтому нашей встречи тоже не состоялась. Ива была завалена работой, а Дженна отправилась в отпуск. Так что на выходных я осталась совершенно одна. В субботу и воскресенье я провела максимальное количество времени с Греттой, но из-за моего состояния и ее болезни у нас от моих визитов не вышло ничего хорошего. В воскресенье бабуля прогнала меня со словами: «Я тебя не узнаю». Они были недалеки от правды. Я сама себя не узнавала. Кровоточащая Майя.

***

Энтузиазм пропал. На работе я была амебой. Даже Марша заметила, что что-то не так. Я сослалась на свою грусть, основываясь на инциденте с Марком из-за фотографии в интернете. Она обещала, что постарается больше не задействовать меня на мероприятиях выходного дня. Это меня расстроило еще больше.

В среду Кристофер вызвал меня в свой кабинет. Думаю, сейчас я получу взбучку за свое отношение к работе.

– Добрый день, мистер Голдберг. – Это была моя третья фраза в адрес Кристофера за последние 10 дней.

– Присаживайтесь, – сказал он.

Снова на «вы».

Кристофер был мрачным. В черном костюме с довольно-таки отросшей щетиной и серыми подглазными он выглядел… опустошенным. Как и я.

– Расскажите, что с Loss? – начал он.

– Все в процессе. Они одобрили нашу стратегию, отдел Мартина уже представил наброски рекламной кампании, мы ищем платформы.

– В пятницу вечером они приглашают на ужин, – сообщил мне начальник.

– Кого именно?

– Вас и меня, – огласил мне список Кристофер.

– Хорошо, где и во сколько?

– Даже не будете протестовать? – холодно спросил мистер Голдберг.

– Не буду, это мои клиенты.

– В 7, ресторан «One touch».

– Что-нибудь еще?

Кристофер поднял глаза. Ощущение, что он смотрел сквозь меня как через стекло, на котором были отпечатки грязных пальцев, оставленные прохожими.

– Просто будьте там.

– Я буду, – я смотрела в его голубые глаза, моля о пощаде его холодного тона, но кроме как пустоты не увидела в них ничего.

Чтобы не набрасываться на еду в ресторане перед встречей с представителями Loss, я заказала поздний обед в офис. Готовясь к разговору с клиентом, я уминала овощной салат с креветками, перечитывая наши предложения. На диване лежало мое платье, подготовленное для этого ужина: черный футляр с кружевными вставками и мои туфли от Джимми Чу – волнительная победа моего первого рабочего дня. Я заколола волосы карандашом, потому что в кабинете было душно, но кондиционер после болезни для меня был под запретом. Посмотрев на карте адрес ресторана, я решила, что закажу такси за 15 минут до назначенного времени. Он был неподалеку.

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Кристофер. На нем был черный костюм со светло-розовой рубашкой и малиновый галстук в черную точку. Волосы на голове лежали небрежно.

– Вы на машине? – спросил он.

– Закажу такси, – спокойно сказала я, уставившись на своего босса своими грустными глазами.

– Тогда вызову водителя. Поедем вместе.

– Хорошо. Сообщите за пять минут, я переоденусь.

– Договорились. – И Кристофер снова скрылся за дверью.

Через несколько минут мне на телефон пришло сообщение.

«Пятиминутная готовность».

Я быстро переоделась, нанесла на губы красную помаду, которая, как я надеялась, придаст мне уверенности в себе, проверила сумочку на наличие карт, ключей от дома и мобильного телефона. Накинув на плечи черную замшевую куртку, я вышла за дверь. Кристофер стоял напротив, прислонившись спиной к стене. Я резко свернула налево, вышагивая по коридору, ловя звук шагов босса, идущего позади меня. Майбах уже ждал у здания. Тот самый, в который неделю назад проскользнула Барби.

– У нас есть подводные камни? – спросил меня Кристофер, даже не глядя в мою сторону, когда мы ехали в ресторан.

– Абсолютно нет. Если только клиенты не окажутся инопланетянами.

– Обнадеживающе, – ответил мой начальник.

Этот короткий диалог – единственное, что мы сказали друг другу за весь путь.

За ужином говорила, в основном, я. Клиенты оказались душками, – это были двое мужчин лет 45, милые японцы с широко раскрытыми глазами и карманами, набитыми деньгами, явно не совсем понимающие, о чем я говорю. Мы пили вино. На столе было множество закусок: мидии, кальмары в соусе, брускетты, канапе и много чего еще. Хорошо, что я была сытой, ведь это давало мне преимущество перед всеми собравшимися: они вкушали еду и мою речь. Даже Кристофер ни разу не вклинился.

После ужина японцы целовали мои руки, расплатились по счету и ушли. Остались только мы с боссом.

– Фух, кажется, все прошло неплохо! – резюмировала я.

– Вы так думаете? – сделал вызов Кристофер.

Я немного сконфузилась.

– Мне кажется, они ушли довольными, – предположила я.

– Майя, – немного расслабленнее произнес Кристофер, – почему вы себя недооцениваете?

Я молчала, пытаясь не улыбнуться.

– Они просто в восторге от вас!

– Думаете?

– Не сомневаюсь!

На моем лице появилась широкая улыбка.

– Я рада, что вы так думаете.

Сейчас Кристофер смотрел на меня как-то иначе. Кажется, в его взгляде читалось благоговение. Я молчала, давая ему возможность управлять разговором.

– Сегодня я могу доставить вас до дома?

– Вы можете, – кивнула я.

Кристофер встал из-за стола и протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его и поднялась с места. Через несколько минут подъехала машина, и мы устроились сзади.

Кристофер без напоминания сказал водителю мой адрес, и машина тронулась с места. Я смотрела в окно, чтобы не смотреть на босса, хотя краем глаза видела, что он наблюдает за мной.

– Могу я задать вопрос? – наконец осмелилась я, посмотрев в его сторону.

– Дерзайте, – ответил мой начальник.

Выдержав небольшую паузу, я спросила о том, что волновало меня несколько недель.

– Почему вы перешли на «вы» относительно меня?

– Следующий вопрос.

– Почему вы закрыли стену между кабинетами? – этот вопрос тоже вертелся на моем языке.

– Пропускаем.

– У меня закончились вопросы, – выдохнула я.

– Значит, теперь моя очередь? – Кристофер приподнял брови.

– У вас есть ко мне вопросы, мистер Голдберг?

– Очень много, мисс Стоун! – объявил он мне.

Волнение наполнило мою грудь. Что он хочет знать?

– У вас есть загранпаспорт? – спросил он.

– Да, конечно. Это указано в анкете.

– Вы были в Италии?

– Оу, я много, где была, когда мама таскала меня в отпуск с одним из своих ухажёров между третьим и четвёртым мужем, но до Италии мы не добрались.

– Тогда начинайте готовиться к поездке. В четверг мы улетаем.

– Мы – это я и вы? – я насторожилась.

– Мы – это четырнадцать человек, выполняющих заказ клиента. – Легкая улыбка появилась на лице Кристофера. – Шесть моделей, два фотографа, видеооператор, Мартин и два сотрудника его отдела, Марша, вы и я.

– Ааааа. То есть рабочая командировка. – Эта фраза вырвалась с некой досадой.

– Верно. Но это Италия, так что это особенная поездка.

Я закрыла глаза и представила себя, бродящей в легкой юбке и широкой шляпе по улочкам Рима, обед в каком-нибудь уютном ресторанчике с аперолем и пастой, как я смешиваюсь с толпами туристов, изучающих Колизей, фотографируюсь у Триумфальной арки. Но все мои мечты обрываются, как только думаю, что это будет значить для моих отношений.

– Я не могу поехать, – вздохнула я.

Кристофер задумчиво посмотрел на меня.

– Почему это?

– Следующий вопрос.

– Майя?

– Что? – я мгновенно завелась. – Вам можно не отвечать на мои вопросы, а от меня вы ждете прямого ответа? Я не могу поехать.

– Хорошо, вы победили. – Он совсем не настаивал. – Тогда в понедельник утром жду от вас кандидата на поездку от вашего отдела. – Кристофер отстранился и отвернулся.

Вот так в попытке сохранить свои отношения, я теряю шанс побывать в одной из самых красивых европейских стран и насладиться несколькими жаркими днями солнечного лета, которые в этом году в Лондоне можно пересчитать по пальцам.

Машина подъехала к моему дому.

– Доброй ночи, мистер Голдберг.

– Прощайте, Майя.

Я дернула ручку автомобиля и поспешила выйти. На улице накрапывал дождь. Я подняла ворот своей куртки, съежившись, и быстрыми шагами двинулась в сторону дома.

***

Рано утром в субботу я выехала из Лондона в сторону Рединга. По дороге я заглянула в кафе, чтобы позавтракать. Мне нужны были углеводы, желательно вредные, в виде какого-нибудь самого большого куска торта с кремом. Полночи я пыталась найти решение: как увидеть Рим и не потерять при этом Марка. Впереди меня ждала встреча с Греттой и, надеюсь, разговор с моим парнем. Я верила, что он доверяет мне, и его возникшая ревность улетучится, когда мне удастся объясниться. Телефон в сумочке издал звук входящего сообщения, когда я доедала свой эндорфиновый десерт.

Я открыла сообщение от Марка. Это была ссылка на статью. Увиденное повергло меня в шок. Заголовок гласил: «Горячая незнакомка холостяка-миллионера. Раунд 2». На фотографии вчерашняя сцена из ресторана, на ней только я и Кристофер. Ее сделали, когда наши клиенты уже ушли. Качество фотографии плохое, видимо, фотографировали с дальнего расстояния или на мобильный телефон, сильно приблизив. Но что можно было хорошо разглядеть, – это мое улыбающееся от уха до уха лицо. Мы сидим напротив друг друга, мои волосы убраны назад, руки Кристофера сцеплены замком и покоятся на столе. Горят свечи, а бокалы все еще наполнены вином. Проклятье! Выглядит как романтический ужин. Вскользь я пробежалась по тексту статьи. Бред, бред, бред.

Вскочив из-за стола, даже не доев свой десерт, я выбежала на улицу. Слезы застилали мне глаза. Дрожащими пальцами я скинула ссылку Марше и подписала: «Пусть это тоже удалят. Пожалуйста». Дальше я набрала Марку, но через пару гудков он сбросил звонок, а затем прислал сообщение.

«Я не хочу говорить. Пожалуйста, собери свои вещи, пока я на работе».

Я застыла, снова и снова перечитывая текст его сообщения. Слезы капали на мои руки и экран телефона. Неужели он может вот так просто закончить наши отношения длиною в 2 года, выставив меня за дверь после двух фотографий, которые в действительности ничего не значат? Он даже слушать меня не хотел. Я села в машину, и когда смогла остановить поток слез, тронулась с места.

Глупая необоснованная ревность Марка убивала меня. Я вела машину, нервно стуча пальцами по рулю. Сейчас мне хотелось уткнуться в чье-то плечо и выплакаться. Я решила, что не буду звонить маме, а сразу приеду к ней, раз мой парень меня больше не ждет. Я точно знала, что она дома. И если скажу, что мне нужен совет, она точно найдет причину продинамить меня, потому что никогда не любила давать советы своей дочери в трудную минуту. Для этого у меня была Гретта, но ее нынешнее состояние не позволит сформулировать ничего внятного.

Перезвонила Марша, обеспокоенная моим сообщением. Я рассказала, что мы были на деловом ужине, а кадр сделан, когда клиенты ушли, пока мы с Кристофером обсуждали удачно состоявшуюся сделку, вот почему я так широко улыбалась на снимке. Это первый клиент, которого заполучила я сама, отработав в компании чуть больше месяца. Марша обещала постараться все уладить, невзирая на выходные, и сказала, что это «и в интересах Кристофера тоже». Я подумала, что моя коллега знала про Барби, ведь это только от меня у них секреты, а Марша им как сестра, и предположила, что блонди будет недовольна, увидев статью, как и мой парень. Теперь, кажется, уже бывший. Унизительно. Марк бросил меня, написав сообщение. Но я так просто не сдамся. Я должна сказать ему правду, и он меня выслушает, даже если придется связать его веревками, чтобы он не сбежал.

Я открыла дверь дома своим ключом и прислушалась. Мне не хотелось застать маму и Стива, занимающихся непристойностями на кухонном столе, например. Было тихо. Запах кофе ударил мне в нос. Значит, мама уже проснулась.

– Мам? – негромко крикнула я, – ты дома? – Тишина. – Мама! Это я, Майя. Ты здесь?

На втором этаже послышались шаги.

– Господи, милая, ты меня напугала. Привет.

Мама спускалась по ступенькам в своем шелковом красном халате и пушистых тапочках. Волосы уже были уложены, на лицо нанесен макияж.

– Почему ты здесь? – спросила она, подходя ко мне и раскрывая для меня свои объятия.

– У меня проблема, мне нужен совет, – плюхнулась я на мягкий стул и опустила глаза.

– Эй, Майя, что такое? Мне кажется, или ты плакала?

– Марк бросил меня, – я сразу выложила карты на стол.

– Наш Марк?

– Угу. И все из-за моей работы, – фыркнула я.

Мама отодвинула стул для себя и села напротив.

– Рассказывай, куколка! – Хоть они с папой и не воспитывали меня вместе, «куколкой» называют меня оба.

Я подняла взгляд на нее. – Ты действительно хочешь меня выслушать?

– А почему ты в этом сомневаешься? – она попыталась нахмурить брови, но из-за ботокса у нее это не получилось.

– Не знаю, ты не любитель раздавать советы дочери, – честно признала я свои опасения.

Мама поднялась со стула. – Налить тебе чаю?

– Нет, мам. Просто можешь меня обнять и выслушать?

Каталея подошла ко мне и крепко обняла. Я уткнулась лицом в ее живот и захныкала.

– Тише, малышка, тише. Мама рядом. – Одной рукой она гладила мои волосы.

– На работе я подписала контракт, согласно которому должна сопровождать босса на светских мероприятиях, касающихся бизнеса, – начала я свой доклад. – Стратегия фирмы – не смешивать личное и рабочее, поэтому на всех выходах его всегда сопровождают коллеги. Но для меня все прошло плохо. Точнее, для моих отношений с Марком. После того, как он увидел мою фотографию с начальником на первом мероприятии, приревновал. Желтая пресса охотится за такими, как мой шеф Кристофер. Марк же повел себя глупо и поставил ультиматум. После второй фотографии из ресторана со встречи с клиентами, в прессе появился снимок, где я сижу после ужина с мистером Голдбергом за столом и улыбаюсь. Я действительно в тот момент была счастлива – заказчику понравились мои идеи.

Мама слушала, не перебивая, и продолжала гладить меня. Затем она присела на корточки и взяла мое лицо в свои маленькие теплые руки.

– Милая, я знаю, скольким ты пожертвовала, чтобы сейчас оказаться там, где ты есть. – Мама снова встала, но продолжала меня обнимать. – Боюсь, мой жизненный опыт не является примером для подражания, но скажу тебе одно: если твой мужчина не может поддержать твои мечты, не может принять твой образ жизни, то будет лучше отпустить его. Тебе всего 26 лет, ты не должна запираться дома и готовить ужины, ожидая его с работы. Знаешь, почему у меня было столько мужчин?

– Ты слишком влюбчивая? – я подняла глаза на Кателею.

– Нет, глупышка, я слишком свободная. И когда мой партнер начинает ограничивать меня в моих действиях – я прощаюсь с ним, иначе потеряю себя. Я никогда не действую импульсивно, хоть так может казаться со стороны. Я даю мужчинам почувствовать себя важными и нужными, даю им поддержку и возможность быть моей опорой, но никогда не позволяю затянуть петлю у себя на шее.

– Почему ты никогда раньше не рассказывала мне об этом?

– Я думала, ты меня презираешь, – сказала мама.

– Мамочка, – слезы потекли с новой силой, – такого не было и не будет никогда. Я люблю тебя. – Я крепко обняла ее за талию.

– И я люблю тебя, моя красивая дочь. И знаешь, что мы сделаем?

– Что же?

– Я собиралась пойти в спа, но давай сделаем это вместе, а потом пробежимся по магазинам и купим по новому красивому платью? Мне кажется, шоппинг всегда помогал нам обеим.

Я ухмыльнулась. – Отличный план, Каталея Стоун-Паркер-Роден-Стафферти-Джеймс, – рассмеялась я, перечисляя все мамины фамилии.

– О господи, из твоих уст это действительно звучит жутко, – засмеялась мама. – Я подумаю над тем, чтобы вернуться к своей девичьей фамилии.

– А Стив не обидится? – подколола ее я.

– Его проблемы, – подмигнула мне мама. – Дай мне 10 минут, и я буду готова.

Это был один из самых лучших дней, которые я провела вместе с мамой! Она расспрашивала меня о работе, делилась планами на свою грядущую свадьбу и даже не протестовала, когда я называла ее мамой, а не Каталеей при мужчинах-массажистах. Прорыв.

Мы пообедали, и я отправилась навестить Гретту. Когда я заезжала на парковку, я чуть не столкнулась с мерседесом Кристофера лоб в лоб. Я резко ударила по тормозам. Дальше была немая сцена. Голубые глаза Кристофера в оцепенении и удивлении смотрели на меня. Я подняла руку и едва шевеля пальцами, помахала ему. Выйдя из транса, мой босс кивнул мне, а затем резко сдал назад, объехал мою машину и со звуком его взвизгнувших шин уехал прочь.

Что это было?

Я оглянулась. Машина Кристофера слишком быстро удалялась с того места, где мы только что встретились.

– Феона, – окликнула я сиделку бабушки, когда мы вышли на улицу на прогулку, – скажите, а вы знаете здесь многих пациентов?

– Я работаю здесь полтора года, так что с большинством успела познакомиться.

– А здесь есть пациентка по имени Риджина? – поинтересовалась я. – Она, должно быть, здесь недавно.

– А в каком она отделении?

– Этого я не знаю. Ее фамилия, скорее всего, Голдберг.

– Хм, – подумала она мгновение, – кажется, мне она не знакома.

Я больше не стала расспрашивать сиделку, но теперь мне стало интересно, кого посещает Кристофер. Кто та женщина… Мое любопытство ни к чему хорошему меня не приведет, поэтому я заставила себя забыть об этом.

Собрав все свое мужество в кулак, я отправилась в дом к Марку. Слова мамы ослабили мое желание унижаться перед парнем, который рубит мои мечты на корню, но поговорить с ним я обязана.

Марк готовил ужин, когда я зашла в дом.

– Привет, – выдохнула я, – можно?

– Привет, заходи, – пустым тоном ответил он, продолжая размешивать что-то в сковороде. – Будешь ужинать?

– Буду. – Я сняла обувь и повесила сумку на крючок, затем помыла руки в кухонной раковине и села за стол.

Марк раскладывал тушёные овощи с фаршем по тарелкам. Внутри меня поселилось чувство, что я пришла не домой, а в гости.

– Ты не забрала вещи, – сказал мне тихо он, присаживаясь напротив.

– Потому что я не собираюсь уходить, Марк, – я подняла на него свои глаза, которые уже наполнились слезами.

Марк положил приборы на стол, и сцепил руки перед лицом, опираясь на локти.

– Майя, я уже сказал, что не готов делиться.

– Я не ужин, чтобы мною делиться! – Я стукнула ладонью по столу. – И я верна тебе, Марк Ризби, черт побери! – Слезы жирными каплями стекали по моим щекам.

Марк уперся лбом в свои руки. – Это пока.

– Что? – Я вскочила со стула. – Ты так обо мне думаешь?

– Я должен тебя отпустить, – сказал мне он, сохраняя спокойствие.

– А я этого не просила! Я не говорила, что хочу уйти.

– Но это произойдет, Майя.

– С чего такие выводы, я не понимаю?! – я вытирала пальцами влагу, сочащуюся из моих глаз.

– Это трудно объяснить, – он посмотрел на меня. – Но я делаю лучше для нас обоих. – Его пустой взгляд ошеломил меня.

Неужели, ему так просто все перечеркнуть?

Я скрестила руки на груди. – Ах, ты решил за нас обоих, как лучше? Прекрасно! У меня нет права голоса, я так понимаю. Так вот, Марк, я все равно скажу! Ты знаешь, что я четыре чертовых года жила не в своей тарелке. Я ухаживала за Греттой, не имея возможности полноценно работать, я цеплялась за каждый проект, чтобы хоть как-то поддерживать себя на плаву, я затолкала свои мечты под пол. И сейчас, когда я сделала первый шаг – ты просто вышвыриваешь меня из своей жизни, потому что это нарушило твое привычное расписание. Ты даже не допускаешь мысли поехать за мной в Лондон и работать там. Потому что боишься рискнуть, хотя с твоей профессией ты мог бы работать и быть востребованным где угодно. Но у тебя есть какой-то свой собственный план, не предполагающий резонансов. Оставайся здесь, давай! Желаю удачи!

Быстро нацепив обувь, я схватила сумку и вышла, громко хлопнув дверью, не желая слушать то, что мог бы мне ответить Марк.

Все кончено.

Мама права: нельзя позволять мужчине затягивать узел на твоей шее, который будет только туже с годами.

Забравшись в автомобиль, я долго не могла успокоиться и двинуться с места.

Все неправильно!

Если бы сейчас Марк вышел из дома, открыл чертову дверь и заключил меня в свои объятия – я бы молча сдалась и уткнулась ему в шею. Я бы простила его слабость, закрыла глаза на ревность и нерациональное поведение. Но он не пошел за мной, не остановил нас от ошибки, которую мы совершаем. Я приехала к нему, чтобы вроде как помириться, но он уже все решил за нас обоих. Наши отношения на расстоянии не выдержали малейшего испытания. Сейчас я чувствовала себя брошенной, обиженной и никчемной.

Я написала в чат «Суперженщины».

«Девочки, мне нужно выплакаться. Мы сможем увидеться?»

Через час я, Ива и Дженна сидели в местном пабе за кружкой эля. Не люблю пиво, но от джина с тоником меня воротило еще больше. После моего описания девочкам всех подробностей моей жизни за последние несколько дней, Ива, которая обычно растягивает бокал на целый вечер, залпом выпила свои пинту, громко поставила стакан на стол и выпалила:

– Вот говнюк!

– Поддержу, – хмурила брови Дженна.

– Если честно, я в шоке, – я крутила бокал в руках, смотря на пузырьки, поднимающиеся вверх.

– Не удивительно, – Дженна взяла меня за руку, – но Майя, – ее тон заставил поднять мои глаза, – теперь ты сможешь больше.

– Теперь ты свободная девочка, как и мы, – добавила Ива и положила свою руку поверх ладони Дженны и моей.

– Думаете, это к лучшему?

– Думаю, теперь ты увидишь Италию, – с улыбкой добавила моя черноволосая подруга.

Я ухмыльнулась. Действительно, теперь мне не нужно отправлять кого-то вместо себя. Через четыре дня я смогу отправиться в одну из самых романтичных стран, пусть даже дома меня не будет ждать мой парень.

Мама тоже была рада новости, что я лечу в Италию. Поскольку поездка захватывала выходные в том числе, мама навестит Гретту вместо меня, тем более Стив сказал, что поедет с ней. Каталея также обещала съездить к Марку, чтобы собрать мои вещи.

– Девочка, только не вини себя за конец этих отношений. Ты еще слишком молода, чтобы думать, что больше никогда не будешь счастлива. Поверь мне! – Мама поцеловала меня в лоб перед сном.

Сейчас я снова была маленькой девочкой, которой так была нужна забота ее мамы. И Каталея, будто почувствовав это, заключила меня в свои объятия, словно птица крылом накрывая своего птенца.

– Спасибо, мамуль, – слезы наворачивались на мои глаза, но не от сожаления о Марке, а от того, что сейчас со мной рядом была моя мама, в которой я нуждалась столько лет.

Глава 8

Майя

Утро понедельника было волнительным. Я собиралась сообщить своему боссу, что готова лететь в Италию. Но меня беспокоила наша странная безмолвная встреча в госпитале, произошедшая в минувший выходной.

На мне было новое черное платье, подчеркивающее фигуру, с квадратным вырезом и рукавами-фонариками. Оно было чуть выше колена, но вполне соответствовало офисному стилю. Сидело идеально.

Я постучала в дверь Кристофера, не зная, на месте он или нет, и после глухого «войдите» дернула за ручку.

– Доброе утро, мистер Голдберг. У вас есть минутка?

Голубые глаза Кристофера сканировали меня с ног до головы, как в тот первый день, когда я пришла к нему в кабинет. Он приоткрыл рот, а затем наши взгляды столкнулись.

– Здравствуйте, Майя, – почти прошептал он.

– Могу я сесть?

Кристофер вышел из оцепенения и чуть не вскочил со стула, но быстро опомнился и указал мне на место напротив. – Присаживайтесь.

– Я пришла по поводу поездки в Италию.

Он встревоженно посмотрел на меня. – Кто?

– Я. Я поеду. – Я широко улыбнулась, потому что была счастлива от осознания этого факта.

– Вы передумали? – в его голосе чувствовалось явное облегчение.

– Обстоятельства изменились, – я легкомысленно развела руками в стороны.

– Обстоятельства, значит, – повторил мой босс. – Хорошо. Марша расскажет вам подробности.

– Спасибо! – Я встала с места и собиралась уходить.

– Майя, – окликнул меня Кристофер.

Я развернулась.

– Что вы делали в медицинском центре Рединга?

Нахмурив брови, я скрестила руки на груди. – Это личное, мистер Голдберг.

– И все же? – настаивал он.

– Почему вам нужно знать это? Я же не задаю вам встречного вопроса.

– Просто ответьте мне, Майя, – его голос был строгим и холодным, и мне это не понравилось.

– Мистер Голдберг, я не обязана отчитываться перед вами, где и с кем провожу свои выходные дни. Я была там по личным делам. Этого достаточно. Я могу уже идти?

Я видела закипающую злость в глазах Кристофера, уловила момент, когда он стиснул зубы. Его кулаки сжались, и он нервно сглотнул. Я не понимала, почему он так ведет себя. Сделав шаг назад, я нащупала ручку двери, резко развернулась и вышла из кабинета. От реакции Кристофера на мой ответ у меня самой бешено колотилось сердце. Полагаю, мы не должны были встретиться в этом центре, и то, что я там была, беспокоило моего босса. А незнание причины посещения мною этого заведения очень его разозлило.

***

До поездки в Италию я работала, как проклятая, возвращаясь домой лишь для того, чтобы принять душ и поспать. Офис стоял на ушах от потока дел. Это было хорошо для компании, но плохо для организмов ее сотрудников. В кабинетах творился настоящий хаос, но это отвлекало меня от мысли о Марке. Несмотря на то, как мы попрощались, я скучала по нему. Однако, с его стороны не было ни звонков, ни сообщений. Он полностью оборвал связь.

С Кристофером, к моему счастью, я больше не оставалась наедине, зато Мартин ошивался в моем кабинете все чаще. Он сказал, что я обязательно должна сходить с ним в его любимый итальянский ресторан, где обычные смертные бронируют столик за два-три месяца, но у него есть «золотой билет», дающий право на вход туда в любой день и час. Кто бы сомневался!

В среду вечером Марша проинструктировала всех о нашем вылете: частный самолет доставит нас в Рим. В четверг утром от нашего агентства летит только шесть человек, остальные, включая моделей и фотографов, присоединятся к нам в пятницу утром. На завтра у нас запланирован ужин с заказчиками и партнерами.

Всю ночь перед вылетом я не сомкнула глаз, собирая модные образы для работы и прогулок по Риму. В 4 утра к моему дому подъехало такси, и я, ощущая приятное волнение и приток адреналина, отправилась в аэропорт.

За свою жизнь я неоднократно летала, но на частном борту самолета была впервые. Удобные кожаные кресла, между которыми находились деревянные полированные столы, располагались друг напротив друга, по одной стороне стояли мягкие диваны. Приветливая стюардесса в туфлях на каблуках улыбалась мне, предлагая расположиться, где мне понравится. Несмотря на раннее утро, выглядела она завидно бодрой по сравнению со мной. На борту уже были Марша, Мартин и сотрудники его отдела. Последним в самолет зашел Кристофер. Он явно был не в духе. Сухо поприветствовав присутствующих, он плюхнулся в ближайшее кресло, бросив свою сумку рядом. Мартин и Марша переглянулись, но ничего не сказали. Я чувствовала себя некомфортно.

Взлет прошел плавно, после чего Марша объявила, что идет спать и расположилась на диване позади, накрывшись пледом. Я, хоть и была в восторге от предстоящей поездки, понимала, что мне тоже нужно поспать, иначе за ужином с клиентом рискую упасть лицом в тарелку от недосыпа. Я смотрела по сторонам, думая, что делать.

– Майя, – я услышала хриплый голос Кристофера. Он сидел впереди меня по диагонали. – Во втором отсеке есть спальня. Вы можете пойти туда.

– О, я не думаю. Мне комфортно и здесь.

Он усмехнулся. – Ну так спите.

Черт! И почему я не согласилась на кровать? Еще минут 15 я ерзала, ища удобную позу. Кресла были очень комфортными, но я не могла уснуть.

– Вы должны пойти в кровать, – с закрытыми глазами произнес Кристофер, руки которого были скрещены на груди, а ноги он вытянул вперед, откинув тело на изголовье кресла. – Почему вы такая упрямая?

Мой босс вызвал стюардессу и попросил ее проводить меня в комнату отдыха.

Когда я увидела эту двуспальную кровать с хрустящим белым бельем, я чуть не открыла рот. «Шикарнее, чем дома» – подумала я.

Закрыв дверь, я сняла обувь и легла под одеяло. Кажется, прошло меньше 10 секунд до момента, как я отрубилась.

Жаль, что полет был такой короткий. Стюардесса разбудила меня, кажется, через мгновение. Слегка дезориентированная, я вышла из спальни, держа в руках свои кроссовки.

– Доброе утро, мисс Стоун. – Кристофер пил чай и читал газету, устроившись за столиком. Он уже успел переодеться: нам нем была белая рубашка с закатанными до локтя рукавами и голубые джинсы. Кажется, одетым в стиле кежуал я видела его впервые, и этот его образ заставил меня облизнуть нижнюю губу.

Пилот сообщил, что мы приземлимся через 30 минут, и скоро нужно будет пристегнуть ремни. Я огляделась. Марша спала, сидя в кресле, как и Мартин, у которого на глазах была повязка для сна. Двое сотрудников его отдела, кажется Габри и Том, пили кофе на задних креслах, тихо болтая между собой. Стюардесса предложила мне чай до начала снижения, и добавила к напитку нежнейший еще теплый круассан.

Я знала, что мы прилетим в 30-градусную жару, поэтому в ручной клади с собой у меня были мои любимые босоножки на танкетке и белый сарафан на толстых бретелях. Только вот теперь я не знала, когда смогу переодеться.

Самолет приземлился, и все потихоньку начали собираться.

– Марша, – обратилась я к коллеге, – где можно переодеться? – На ней были легкие брюки и рубашка. – Боюсь в этом, – я указала на себя, – я умру от жары еще до заселения в отель.

– В задней части самолета есть спальня. Переоденься там. Минут 10 у тебя точно есть, потому что я еще собираюсь выпить кофе, иначе тоже не доживу до отеля.

И как я не догадалась сама?

Когда я появилась в салоне самолета в своем снежно-белом сарафане, Мартин присвистнул, на что получил неодобрительный взгляд Кристофера. Я чувствовала себя неловко, окруженная вниманием этих горячих мужчин.

– Вам очень идет белый, – сделал мне комплимент Кристофер.

– Спасибо, мистер Голдберг, – слегка улыбнулась я, не ожидая столь прямой симпатии в свой адрес именно от него.

– Теперь придется следить, чтобы тебя тут не украли, – подмигнул мне Мартин, а Кристофер закатил глаза.

Что ж, интересная будет поездка.

В аэропорту Фьюмичино нас встречал минивэн, на котором мы отправились в отель. Я глазела по сторонам, любуясь окрестностями. Даже небо здесь было другим. Я вглядывалась в лица прохожих, пыталась заглянуть в окна домов, мимо которых мы проезжали. Все, что я видела, доставляло мне эстетическое удовольствие. Это была любовь с первого взгляда!

Мы остановились в отеле Реддисон Блю в центре Рима. Я заранее изучила окрестности, чтобы в оставшееся время после работы на площадке (а у нас будет на это два дня с утра до вечера), погулять по улочкам, купить сувениры и насладиться атмосферой этой страны.

Мартин и Кристофер говорят по-итальянски.

Об этом я не знала, а Марша, видя, что я открыла рот, наблюдая за диалогом этих двоих с администратором отеля, сказала, чтобы я не сильно удивлялась, так как они оба знают по четыре языка. Мартин, кажется, веселился, а Кристофер все еще был каким-то хмурым. Сотрудник отеля протянул им ключи и вернул наши документы. Мартин легко ударил Кристофера в плечо, сопроводив это словами «Вот засранец». Я не знала, на что у него была такая реакция, но эти отношения между братьями меня забавляли. У меня хоть и был сводный брат по линии мамы и сестра по линии отца, но ни с кем из них я не была столь близка. А эти двое, хоть и двоюродные, но кажется, что они безумно любят друг друга.

Нас всех поселили на одном этаже. Нам с Маршей достались соседние одноместные номера, Габри номер напротив, Тома поселили чуть дальше по коридору. Марша полушепотом сообщила мне, что Мартин будет жить в люксе в конце коридора, а Кристофер выбрал номер премиум класса.

Зайдя в свою комнату, я остановилась, чтобы изучить каждую деталь. В моем небольшом номере была широкая бежевая кровать на деревянных ножках с мягким стеганым изголовьем до полотка. Потрясающе! Справа расположилось трюмо на металлической основе, на стене круглое дизайнерское зеркало. По обеим сторонам этой почти королевской кровати – тумбочки с настольными лампами белого цвета на коричневых ножках. Кровать была встроена в нишу, а стена граничила с ванной комнатой. Слева от входа располагался гардероб, напротив кровати висел телевизор, а под ним стоял коричневый комод. У окна, которое располагалось напротив входной двери, стояло бежевое мягкое кресло и крошечный журнальный столик. Стены комнаты были поклеены серыми обоями с узорами в виде вензелей. У номера один минус – у меня не было террасы или балкона. В остальном – это был полный восторг! Я оставила чемодан у двери и подошла к окну, которое открывало вид на полуденный Рим.

Согласно нашему расписанию мы были свободны до 5 вечера, после чего нас ждал ужин с клиентами в ресторане отеля. Не спросив у Марши, чем она планирует заняться, я решила сначала еще немного поспать. Из-за двухчасовой разницы с Лондоном, здесь был почти обед, но сон стоял на первом месте.

Через два часа, проведенных в кровати, я приняла душ и отправилась на ланч в ближайшее кафе, успев полюбоваться красотой храма Святой Марии вместе с другими туристами.

На обратном пути я постучала в комнату Марши.

– Привет, Майя, забегай, – моя коллега уже начала подготовку к ужину. Ее номер был зеркальной копией моего. Половина ее черных волос уже были завиты, а вторая половина заколота прицепкой.

– Ты не покидала номер? – поинтересовалась я.

– Нет, заказала легкий перекус сюда, болтала по видеозвонку с Карлосом, и даже немного подремала. – Марша продолжила колдовать над своими волосами, закручивая их на плойку.

– Он не против, что ты поехала в Италию? – решила спросить я.

– Кто? Карлос? – Она фыркнула. – Он счастлив за меня, девочка, ведь у него появится время, чтобы ежедневно зависать в зале для бокса, – рассмеялась Марша. – Почему он мог быть против?

– Ну не знаю. – Мне вдруг стало неловко.

Она опустила свои руки вниз. – Марк был против?

Я села в кресло у окна и сжала губы в тонкую линию.

– Рассказывай, – на выдохе сказала Марша.

– Мы расстались.

– Что? – Марша выпучила свои кофейные глаза и плюхнулась на кровать. – Из-за поездки?

– Нет, про поездку он даже не знал. Он бросил меня из-за тех двух фотографий с Кристофером.

– Да ты шутишь! – выплюнула моя коллега. – Какого хрена?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.