Лидия Сильвер
Машенька ищет Медведя

У всех проблем одно начало – сидела женщина, скучала.

1. Маша.

– Вот смотри какой хорошенький, – тычет пальцем в экран моя подруга Анжелка.

– Да ну… Какой-то он стремный.

– А если по-другому посмотреть, – Анжелка наклоняет голову и прикрывает один глаз рукой не занятой бокалом вина.

– Да тут как ни посмотри – одно и то же. Стремный! – кладу руку на компьютерную мышь и клацаю кнопкой.

Наверное, это была не самая лучшая идея – искать спутника жизни на сайте знакомств. Можно нарваться на афериста, маньяка или женатого. Интернет просто пестрит такими историями, и что мы делаем с подругой? Ищем приключений на мою задницу!

Подруга пришла полчаса назад с небольшим пакетом, который вручила мне со словами:

–Я тебе набор принесла.

–Какой набор, – не совсем понимая, что подруга имеет в виду, я заглянула в пакет и увидела несколько свертков

–Для привлечения мужика в дом, – ответила Анжела разуваясь и выхватывая пакет из моих рук. Поставив его на стол в кухне, она принялась доставать свертки.

–Я смотрю, ты занялась устройством моей личной жизни, – качая головой, я развернула свертки. – Носки, трусы… противогаз забыла.

– Тапки домашние, – не слушая мой недовольный тон, подруга продолжает перечислять, – сорок пятого размера. Пена для бритья, лосьон после бритья, бритвенный станок.

– И зачем мне все это?

–Как же! Я же сказала: для привлечения мужика в дом.

–Нужно объявление вывесить: Имеются красные трусы и тапки сорок пятого размера. Обращаться в квартиру 44. Авось прибежит.

–Вот тут-то ты его и поймаешь, – тыкнула в мою сторону пальцем Анжелка.

Я лишь негромко вздохнула и спрятала свертки в шкаф. После мы открыли бутылку вина, чтобы отметить мой развод, и Анжелка сказала, что найти мужчину в интернете не такая уж плохая идея.

– Стой, стой, клацни назад, – вопит Анжелка во все горло.

– Да не ори ты так, – прикрываю одно ухо рукой. – Не в лесу. – И послушно перелистываю страницу назад.

– Ничего такой, – зачарованно говорит моя подруга.

– Ага, – вторю ей, сглатывая слюну. – Только молодой какой-то. Написано тридцать восемь лет, а на фотографии ему лет двадцать. Да и фотка плохого качества, будто отсканирована напечатанная.

– Слушай, если он в двадцать был таким красавчиком, я боюсь представить, какой он секси сейчас.

– Я тебе расскажу: пивное пузико, залысина на полголовы, толстые щуплые ручонки и бегающий оценивающий взгляд. Стопроцентно маменькин сынок.

– Маш, тебе не угодишь. Тот лысый, тот стремный…

– А тот женат! – перебиваю подругу.

– Ну подумаешь, не успел кольцо снять перед тем, как фотографироваться для сайта знакомств. Женатые мужчины знаешь какие занятые?

– Знаю, – горько вздыхаю я.

– Маш, ну не переживай ты так, – Анжелка успокаивающе гладит меня по спине. – Ну подумаешь, муж изменил, ну с кем не бывает.

– Да видимо со многими это бывает.

– Ну и пусть валит к своей…

– Длинноногой, стройной и молодой, – уныло подхватываю я.

– Ну а что мешает тебе похудеть? – задает сакраментальный вопрос подруга, потягивая из бокала.

– Сидячий образ жизни. Ты сама знаешь, как это – работать учителем. Сидишь в классе, ведешь урок, потом таскаешь тяжелые сумки с тетрадями домой на проверку, и дома все то же самое. Разогнуться некогда.

– Можно записаться в фитнес-клуб, – осторожно намекает подруга.

– Мне некогда ходить по клубам!

– А чем тебе еще дома заниматься? Муж ушел, детьми ты не обременена, тетради проверила и бегом на беговую дорожку.

– А молодость мне кто вернет? – со слезами на глазах себе под нос тихонько скулю я. Так горько сознавать, что десять лет потратила не на того человека. И ведь ничего не предвещало беды – дома всегда чисто, муж вкусно накормленный, сексуально ублаженный. Да, из-за разных графиков работы нечасто удается сходить куда-то вдвоем приятно провести вечер. Но ведь многие же пары так живут?

«И те же самые пары разводятся по причине измен» – шепчет мне мой внутренний голос. Ну что ему не хватало? Ведь, если посмотреть, то не такая я уж и толстая. Все такая же упругая грудь, стройные ноги, без признаков целлюлита (спасибо бесчисленным скрабам для тела, украшающим полшкафчика ванной!), талия есть, по бокам ничего не висит… Да, десять лет супружества спустя я стала покупать одежду на два размера больше, чем до свадьбы, но ведь это не повод считать себя толстой? Может и правда записаться в фитнес-клуб, подтянуть фигуру, чтоб не расплылась к сорока годам? С чем черт не шутит!

– Маш, – перебивает мои мысли подруга, видя, что я сейчас совсем расклеюсь, – а зачем тебе тот, кто только молодых перебирает? Мужики ведь тоже не молодеют. А без должного ухода заботливой женской рукой совсем запускают себя и становятся теми самыми «с пивным пузиком, с залысинами и с багющим оценивающим взглядом», – цитирует меня подруга. – Тебе нужен постоянный спутник жизни, который ценит истинную женскую красоту, добрый покладистый характер, хозяйственность. Тот, с кем можно встретить старость.

– Я еще молодая встречать старость.

– Воооот! – Желка поднимает указательный палец вверх. – И не слишком старого – тебе еще детей рожать.

– А если он не захочет детей?

– Захочет, – вошла в пьяный раж подруга. – Давай посмотрим, кто это у нас такой? – Анжелка вперилась взглядом в экран. – Михаил… Тридцать восемь лет… Сойдет… Рост 186 см… – Желка прищурившись смотрит на меня. – Каблуки обуешь.

– Зачем?

– Чтоб с табуреткой за ним не ходить.

– А табуретка зачем?

– Чтоб шея при поцелуях не затекала. Так дальше… Вдовец… Тоже ничего… Владелец автомойки… Значит при бабках! Дети… Ага! Дочь, 15 лет. То, что надо! – уверенно восклицает подруга. – Ты как раз старшеклассников обучаешь, значит и к дочери подход найдешь. Давай пиши ему, – толкает клавиатуру ко мне.

– А что писать? – растерялась я.

– Одинокая Машенька ищет Медведя…

2. Лиза

У всех проблем одно начало – сидела женщина, скучала (продолжение).

– А может не надо было писать, что у него есть дочь? – неуверенно тянет моя подруга Ритка.

– Надо! Пусть знает, на что подписывается! – уверенно стучу по клавиатуре.

– Ты же не будешь ей пакостить? – подозрительно прищуривается Ирка.

– Я не для того ищу себе мачеху, чтобы она сбежала в ужасе от моего отца. Мне скоро в другой город на учебу уезжать, а он как тут один останется? Кто за ним присмотрит? Ему нужна заботливая женская рука.

– Можно соседку попросить…

– Ту, у которой муж и трое вечно визжащих детей? Или ту, которая перетаскала к себе половину мужиков этого города? – хмыкаю я. – Остались тут бабульки одни. Нет, мне нужна добрая, заботливая, хозяйственная… Желательно младше отца, чтоб малыша могла родить. Ему же нужно чем-то заниматься в мое отсутствие, но не сильно молодую, чтоб мозги в голове присутствовали.

– А как ты определишь наличие мозга по фотографии? – повезло мне, блин, с подругами! Бабушкины валенки в кладовке и то мудрее.

– Погадаю по фотографии онлайн, – огрызаюсь я.

– Лиза, – постучав и не дожидаясь ответа, отец входит в комнату.

– Пап! А если бы я переодевалась? – кричу я, успев захлопнуть крышку ноутбука. Если отец узнает, чем я занимаюсь – орать будет так, что штукатурка с потолка посыплется.

– Закрываться надо, – бухтит отец. – А у вас пижамная вечеринка? – окидывает взглядом моих подруг, которые расположились на кровати, скрестив ноги.

– Ага. Типа того.

– Лиза, ты же знаешь правила… – начинает отец эти вечные нотации.

– Никакого алкоголя, сигарет, наркотиков и парней, – восклицаю, перебивая отца. – У нас только газировка, чипсы и молодой Орландо Блум по телеку.

– Вы ужинали?

– Да, пап. Мы пиццу заказали.

– Хорошо, вздыхает отец. – Я поехал на работу, там очередное ЧП. Без меня не разберутся. Скоро буду.

– Хорошо, пап. Пока. Люблю.

– И я тебя, солнышко, – отец подходит ко мне, наклоняется и целует в лоб. – До свидания, – обращается к моим подругам.

– Спокойной ночи, – тянут нестройный хор Ирка и Ритка.

– Ты сказала ему, что его Марьванна вызывает? – осторожно интересуется Ирка, когда за папой захлопывается входная дверь квартиры.

– Нет еще. Удачного случая не представилось.

– Лиза, он ведь завтра должен в школу прийти. А если не придет, то тебя на педсовет вызовут и поставят вопрос о твоем исключении.

– Похлопаю глазками как обычно, может прокатит, – отмахиваюсь я.

– А если не прокатит?

– Тогда меня будет отчитывать Марьванна, и мои уши не пострадают от ора отца.

– А почему ты мать похоронила? – заглядывая в уже открытый ноутбук Ирка задаёт вопрос, на который я привыкла отводить глаза и безразлично пожимать плечами.

– А где эта кукушка? В Германии с новым мужем и ребенком, а о первенце даже не спрашивает, – скулы сводит от безразличной улыбки.

– А почему ты написала, что твой отец владелец автомойки? – теперь Ритка лезет в ноут и решает сменить болезненную для меня тему.

– А что мне нужно было писать? Что он майор полиции? – стучу указательным пальцем по лбу, намекая, что моя подруга совсем ку-ку. – Ты понимаешь, какой шум поднимется?

– А с поступлением что будешь делать? – Ирка не унимается.

– Разберусь как-нибудь, – отмахиваюсь от подруг. – Сейчас есть дело поважнее. О! Новое сообщение! «Одинокая Машенька ищет Медведя».

– Покажи, кто там, – подруги прилипают к экрану. – И все? Даже фотки нормальной нет – лица не видно. Вдруг она страшная?

– Некрасивых женщин не бывает, – мудро изрекаю я. – Бывает мало косметики.

3. Машенька

На следующий день.

– Ну че, как там твой Медведь? – наваливаясь пышной грудью на стол учительской пытает меня подруга. Вчера Анжелка тихо ушла на том моменте, когда я, увлеченная беседой с Михаилом рассказывала о себе. Так вкратце. Школа – дом, увлечения.

– Он не мой.

– Не говорит, что ли? Не беда. Главное, чтобы язык был в рабочем состоянии. А так представь: дома тишина, никто не выносит мозг по поводу немытой посуды… Красота.

– Не мой, в смысле мне не принадлежит, – останавливаю разошедшуюся Анжелку.

– Ааа. Ну это пока. Так Медведь, или не Медведь?

– Ну что ты прицепилась с этим медведем? Он милый, добрый, симпатичный. Воспитывает дочь. Мама ребенка уехала давно. Он справляется как может.

– А ты и рада помочь…

– Мне не трудно. Тем более ты сама сказала, у меня опыт общения с подростками.

– Ну и о чем вы договорились? – поигрывая бровями выдает Анжелка. – Интимными фотками обменялись?

– Ты что! Мы просто договорились встретиться сегодня. Пойдешь со мной? – с надеждой в голосе поднимаю взгляд на нее.

– Куда? – любуясь маникюром выдает Анжелка.

– В клуб «Фараон».

– Ммм. Дорогое местечко.

– Пожалуйста, – сложив руки под грудью в молитвенном жесте умоляю подругу. – Мне одной страшно. А вдруг он маньяк?

– Маньяк? Да еще и сексуальный. Точно Медведь. А если у вас общения не выйдет, то хоть оторвешься.

– Как это?

– Из скорлупы своей вылезай. Ты красивая, сексуальная, свободная! Зачем еще девушки ходят на свидание?

– Чтобы узнать предполагаемого партнера получше, – тоном заучки как по учебнику выдаю я.

– А как же страсть?

– А что с ней?

– Искорки, феерверки… – Анжелка щелкает пальцами перед моим носом.

– Не понимаю, о чем ты, – убираю ее руки и раскладываю необходимые предметы для проведения урока. Через несколько минут прозвенит звонок. Журнал, методичка, футляр для очков, пенал с ручками…

– Знаешь, что, подруга? Если ты не увидишь в нем мужа номер два, а внешне он тебе понравится, то хоть в койку его затащи.

– Зачем?

– Растрясти тебя надо.

– Не надо меня трясти, – пугаюсь я, поправляя прическу.

– Надо-надо. Да так, чтоб кровать сломалась. Чтоб не было стыдно за бесцельно прожитые годы, – смеется Анжелка.

– У тебя давно не было что ли? – приподнимаю брови, строго глядя на нее. – Иначе зачем эти разговоры вокруг да около?

– А у тебя будто бурная личная жизнь. Завязывай с монашеским образом, раскрепощайся. С этим у тебя беда. Может поэтому Вадик загулял? Пресный суп надоел, а там хоть борщ повеселей.

– Следи за собой! – восклицаю я, собирая бумаги со стола и поднимаясь на ноги. – Глядишь и замуж позовут, – изрекаю я уже у двери учительской, громко хлопая ею.

Сказанное Анжелкой обидно скребет грудную клетку изнутри. Я не ханжа, готова к экспериментам.

Но в чужих кроватях искать любовь не собираюсь!

***

Я не люблю конфликтных ситуаций, поэтому через два урока решаю помириться с единственной в своей жизни подругой. Она ведь не желает мне зла, а подстегнуть хочет. Анжела во многом права, только моя гордость не позволяет мне это признать.

Я серая бледная мышь, и моему мужу со мной стало скучно. Огонька захотелось.

Гашу боль обиды на мужа и иду в магазин за шоколадкой и пачкой фруктового чая.

-Давай, давай мириться, – голосом Маши из мультика кладу на стол подруги купленные в магазине вкусняшки.

Анжелка поднимает голову, и по ее взгляду я вижу, что она раскаивается за свои грубые слова.

-Машк, прости меня, – бросается подруга с объятиями. – Я не знаю, что на меня нашло. Вадим мудак и козел, а ты самая лучшая.

-Грхм, – в дверях кабинета появляется завуч нашей школы Виталина Андреевна Полоцкая.

Двадцатишестилетняя жгучая блондинка вызывающей внешности появилась в нашей школе два года назад на замену ушедшей в декрет учительницы химии. Через год молодая амбициозная карьеристка убедила нашего директора Ярослава Семёновича, что место ушедшей на пенсию завуча должно достаться ей. С тех проявилась и ее заносчивость.

-Вы в школе вообще-то, – разрезает повисшую в кабинете тишину ее хриплый низкий голос. – Свои шуры-муры оставьте за стенами этого заведения. В приличном обществе это не приветствуется.

-Что не приветствуется? – отлипает от меня Анжела и становится в позу. Ноги на ширине плеч, кулаки упёрлись в стройные бока подруги. В глазах воинственный блеск.

-Воронцова, я теперь понимаю почему вас муж бросил, – режет по живому новую жертву эта стерва, – лесбийская натура проявляется не сразу, но вы бы предупредили мужчину сразу, чтобы не питал надежд, глядишь, не оказались бы в таком положении.

-Я теперь Смирнова, – захлебываюсь воздухом от обиды и ярости.

-А вы по опыту знаете о лесбийских наклонностях? – медленно надвигается Анжелка на Виталину. – Мы с Машей подруги, а вы и этим похвастаться не можете. Одинокая старая дева!

–Виталина Андреевна, а вы в кабинет свой шли? Вот и проходите. Мимо, – хватаю подругу за локоть, готовую броситься в атаку, как в кабинет забегает мой ученик Володин, невольно толкая завуча вперед.

-МарьВанна! Анжелика Владимировна! – верещит он на весь кабинет. – Там Медведеву снова бьют!

Как по команде мы с Анжелкой бросаемся на выручку бедной девушки, забывая напрочь про завуча.

Разняв дерущихся кошек, мы заводим их в учительскую.

-МарьВанна, я не виновата! – Тычет пальцем в Медведеву ее соперница. Юбка Лизы разорвана по шву, лацкан блузки висит на груди. Под глазом наливается синяк. Видок другой пострадавшей тоже оставляет желать лучшего. – Она первая начала.

-Молчать! – появляется из своего кабинета завуч Виталина. – Ты, – указывает пальцем на ябедницу, – приведи себя в порядок и на урок шагом марш! – Девушка, понурив голову, выходит за дверь. – А ты, Медведева…

-Что я сразу? Если что-то случается, так виновата сразу Медведева! – прорывается на истерику девушка.

-А кто зачинщик всех твоих бед? – наклоняет голову набок Виталина и прищуривается.

-Я не виновата ни в чем! Она сама на меня набросилась.

-Значит ты ее спровоцировала! – не унимается завуч.

-Давайте все обсудим спокойно! – встаю на защиту девушки я. Уверена на сто процентов, что как раз Лизу спровоцировали и она ответила. И именно ее как обычно дерзкий ответ и привел к драке. Девушка никому не позволяет дать себя в обиду.

-На педсовете обсудим, – сияют убийственным блеском глаза Виталина. – Ты когда сдаш деньги на ремонт школы?

-Когда эти самые деньги будут идти на ремонт школы, а не вашего кабинета!

-Ты что себе позволяешь? – взрывается Виталина.

-Позволяю напомнить вам, что мой отец майор полиции, и в его компетенции посадить вас в тюрьму за вымогательство и растрату государственных денег.

-Вооон!!! – крик завуча оглушает.

-А вы идите нахрен! – ничуть не встревоженная, а скорее рассерженная Лиза пулей вылетает из кабинета.

4. Михаил

Дождь льет как из ведра, разбиваясь мелкими каплями об лобовое стекло. Погода дрянь!

Чем еще заняться майору полиции пятничным вечером в ненастную погоду? Правильно – ловить особо опасных преступниц. А все почему? Потому что сыночек высокопоставленной особы стал жертвой симпатичной клофелинщицы. Проснулся наутро – а в доме ничего ценного не осталось. И вот удивительно – на камерах, которыми напичкан весь дом, ни разу не всплыло лицо подозреваемой. Со слов облапошенного сыночка мы знаем, что она молода, привлекательна. А вот черты лица в памяти молодого ловеласа не осталось. По камерам видно, что это стройная блондинка. На этом все.

Начальство песочило меня вдоль и поперек, когда выяснилось, что это не единичный случай. А результатов по делу расследования – ноль целых, ноль десятых. Знаем, что орудует эта девушка в клубе «Джаз», возле которого и припаркована моя машина, откуда я веду операцию по внедрению нашего сотрудника.

– Тополь, тополь, я сосна. Как слышно? Прием? – ржет Митя в наушнике.

– Сейчас так соснешь, что на всю жизнь запомнится. – Отвечаю в наушник шутнику. – Свети смазливой мордахой, дорогими часами и выискивай потенциальную преступницу.

– Ох, шеф, тут такие потенциальные… – Тянет Митя. – Можно я после операции… того?..

– Кого того? – не въезжаю я.

– Ну это… – мнется шутник. – Организм молодой, требовательный.

– Ох ты ж. Митя! Если ты мне найдешь эту девку, я тебя в отпуск отправлю. Оплачиваемый! Работай давай!

– Есть шеф! Только тут это…

– Что еще? – взрываюсь я. Нелегкое это дело сидеть в вагончике микроавтобуса. С моим ростом ноги вытянуть некуда, а сидеть, скрючившись – эти самые ноги затекают. Размяться негде. Кошмар какой-то!

– Тут дочь ваша… – хрипит Митяй в наушник.

– Что? – подскакиваю с места и больно ударившись головой об потолок нервно вскрикиваю. Только Лизки тут не хватало!

– Елизавета Михайловна с подружками, – развеивает мои сомнения Митя.

Мою Лизку знает каждая собака в отделе. Дочь часто приходит «навестить отца, который сгорает заживо на работе (на вот подкормлю тебя вкусненьким пирогом)».

Пироги у нее получаются что надо, а вот с мозгами беда. Нет, она умненькая. Лучшая в учебе, спорте. Только с поведением крах полный. С тех пор как умерла ее бабка год назад, Лиза совсем слетела с катушек. Звонки на работу из школы с просьбой прийти сыпятся как из рога изобилия. Ну не могу я пока! Начальство дрючит и подкидывает новую работу.

Вхожу в клуб, на секунду зажмурившись от громкой музыки, басов и танцующего света.

Митя проходит мимо меня, стреляя глазами в нужном направлении. Проследив за его взглядом, утыкаюсь в мою Лизоньку. Вот же она – красавица моя. В коротком серебристом платье, фейс разукрашен как у клоуна, сияет как новогодняя елочка. И подружки, ее одноклассницы тут же. Сидят потягивают коктейли, вечело щебечут и обсуждают кого-то. Лиза наталкивается взглядом на мой хмурый вид и маска веселости вмиг слетает с ее лица. Ставит оранжевый коктейль на столик и вытягивается, как струна. Побледнела даже кажется. Подруги, уловив ее телодвижения оборачиваются и следуют примеру моей дочери. Неспеша подхожу к ним.

– Папа, я все обьясню, – кричит дочь.

– Обьяснишь. Дома, – не могу перекричать громкую музыку, но мне это и не требуется. Дочь понимает все без слов и достает телефон, вызывая такси в приложении. Оплачиваю их счет, хорошо, хоть коктейли безалкогольные. Ну достанется от меня секьюрити за то, что не проверяют паспорта, прежде чем впустить в клуб!

Терпеливо жду, пока девочки гуськом пройдут в гардеробную, помогаю одеться и провожаю до такси.

– Чтоб отзвонились мне все, как дома будете.

– Пап, ты же знаешь, что все будет пучком! – лопочет дочь.

– С тобой дома отдельно поговорим.

– Домашний арест? – смиренно спрашивает Лизка.

– До конца жизни, радость моя, – обещаю, захлопывая дверь автомобиля. Внутренне ржу с испуганного взгляда дочери. Она знает, что, если я ору, то это можно спокойно переждать, виновато хлопая глазками. Но если я спокоен, как удав, или не дай Бог шучу, то все. Хана ёжику.

– Шеф, тут это… – хрипит в наушнике голос моего помощника.

– Что еще? – срываюсь на крик.

– Митька нажрался и зажимается с какой-то рыжулей.

– И что?

– Она под возраст потенциальной преступницы не подходит. Дамочке лет тридцать, а клофелинщице по словам Егорова, – 22.

– Бл*ть! – В сердцах бросаю я и снова иду в клуб.

5. Михаил

Тупая боль в затылке затмевает чувство злости на своих долбоящеров сотрудников, один из которых, не будем его называть (это раздолбай Митя!) действительно ужрался в зюзю и отбыл с рыжей девицей в неизвестном направлении. Связь отключил. Операция, судя по всему, завершена. Устало зажимаю переносицу пальцами и даю отбой пацанам. Завтра продолжим.

Как приятно вытянуть ноги в своей огромной машине. Многие ржут, мол, чем больше машина у мужчины, тем меньше его …

В защиту владельцев Ренж Роверов скажу: не в миникупере же ездить с моим ростом. А там у меня все в порядке. Никто не жаловался.

Завожу машину и подъезжаю ко входу клуба, торможу на светофоре. Краем глаза замечаю невысокого роста девушку в пальто. Подслеповато щурясь и сверяя номер моей машины с написанным в телефоне, девушка подходит к моей машине, открывает дверь, присаживается на переднее сиденье и облегченно выдыхает.

– Добровольского 8, пожалуйста.

От такой наглости я знатно офигеваю. Кажется, меня приняли за таксиста. Ну как можно перепутать огромный черный внедорожник с серебристым Хюндаем, на которых зачастую работают таксисты?

Сделав глубокий вдох, медленно выдыхаю. Добровольского, так Добровольского. Все же лучше, чем ехать в таком состоянии домой. Мне несложно подвезти симпатичную девушку домой, тем более что в моем доме созревает угроза того, что дочкина жопка вспомнит, что такое батин ремень.

Ввожу в телефоне адрес и слушаю приятный голос навигатора.

Мигает зеленый цвет светофора, жму на газ, машина трогается. Пробок в это время суток на дороге нет, но я все равно не спешу, стараюсь растянуть удовольствие от поездки. Наслаждаюсь приятным цветочным запахом, исходящим от девушки. А она ничего такая… глазами кошусь на нее. Длинные волнистые каштановые волосы, маленький курносый носик, большие глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами. И хлопает она ими часто-часто. Чего же ты испугалась, маленькая? Не съем я тебя.

На худых коленках, которые не в состоянии прикрыть короткое черное платье, пристроилась маленькая бежевая сумочка, в которую эта маленькая милая леди вцепилась до побелевших костяшек пальцев одной рукой. Другой она судорожно что-то набирает в телефоне.

– Да чтоб тебя, Анжелка! – восклицает девушка.

– Вам чем-то помочь? – скорее из любопытства интересуюсь.

– Подруга свалила, оставив меня одну.

Знакомая песня. Я сегодня тоже таким же образом лишился главного звена операции.

– Может с парнем ушла?

– В том-то и дело, что да!

– А в чем проблема?

– А вдруг он маньяк?

– Маньяки не орудуют в клубе и там, где большое скопление людей в принципе.

– А где они орудуют? – девушка переводит недоумевающий взгляд на меня. Губы у нее такие… чувственные, накрашены ярко-красной помадой. Интересно, какие они на вкус? Что-то не в ту степь понесло тебя, товарищ майор. С трудом отлепляю взгляд от ее губ на дорогу.

– В основном в парках, темных подъездах, переулках.

– А вы в этом разбираетесь? – нет, ее губы, как магнит для моих глаз. Невозможно оторваться.

– Я разбираюсь в их поимке.

– Интересное нынче хобби у таксистов, – девушка задумчиво смотрит на дорогу. Сжалась, словно заяц перед ружьем двустволки.

Подавляю смешок. Еще рано указывать ей на ее ошибку.

Телефон девушки звонит.

– Да?.. Кто ждет?.. Я уже еду, – растерянно в трубку. – Как куда? Домой! Девушка, я сижу в такси, не знаю, куда там ваш автомобиль приехал и кого ждет. Выясняйте. Всего доброго. – Отбивает звонок и с подозрением косится на меня.

– А что плохого в маньяках? – увожу девушку от размышлений о том, каким образом получилась путаница с машинами. Она и так натянута, как струна, еще выскочит с перепугу из машины. На трассе никого, кроме нас нет, но не хочется, чтобы она ушиблась. Двери не блокирую по той же причине. Мне еще истерики не хватало.

– Ну как? Они же это… Насилуют…

– А если жертве это нравится?

– Может кому-то и нравится, но мне точно нет!

Ух ты ж какой цветочек нежный нам попался! Нам ухаживания, цветы и серенады под балконом подавай.

Телефон девушки снова взрывается звонкой трелью.

– Алло! Вадик! Что тебе надо? Да не твое дело, где я! Вали к своей ненаглядной! Пусть борщом тебя кормит! … Обыкновенным! – снова отбивает звонок. Устало прикрывает глаза и падает головой на подголовник. Вытягивает стройные ножки вперед.

Ну как тут не залюбоваться такой аппетитной картинкой? Вот я и любуюсь краем глаза.

– Что вам мужикам не хватает? – устало произносит девушка. Скорее разговаривает сама с собой. – Борщи, супы, белье, стирают для вас, готовят, ублажают… А вы все… – хлюпает носом.

– Муж изменил?

– У меня это на лбу написано?

– А может хрен с ним? Мужчин мало что ли?

– Мне подруга тоже самое говорит, – смеется сквозь слезы.

– Могу тоже самое сказать о женщинах. Дом – полная чаша. Ребенок – маленькое чудо, денег вдоволь, квартира удобная. И все есть, ан-нет. Чего-то не хватает. Нужно свалить, бросив все.

– Жена ушла?

– Ушла… – вздыхаю горько. Боль уже не ощущается так остро. Горечь и обида за дочку разъедает горло каждый раз, когда Лизка пренебрежительно отзывается о матери. – Бросила не только меня, но и дочь.

– Как это? – девушка подскакивает на сиденье. – Как можно бросить своего ребенка?

– Наверное устала от детских истерик, – боль немного отпускает. Как хорошо, когда есть с кем разделить свое горе. А вот Лизке больше не с кем.

– И она не обьявлялась?

– Обьявлялась. Полгода назад. О дочке даже не вспомнила.

– Как же вы справляетесь?

– Раньше свекровь помогала. Но она умерла год назад. Да и дочка уже выросла. Выпускной класс.

– Какой кошмар! – восклицает девушка.

– Приехали!

– Сколько я вам должна? – лезет в сумочку.

– Нисколько! – настало время развеять иллюзию ее безопасности.

– В смысле?

– А я не таксист! – тоном волка из «Красной Шапочки» шутливо рычу и поворачиваюсь к ней. Но реакция девушки сбивает с меня шутливый настрой.

– Я что, снова перепутала? – грустненько так смотрит на телефон, зажатый в руке.

– С вами это часто случается? – опешил я.

– Я просто без очков сегодня, а линзы порвались. У вас номер 686?

– Нет, 868.

– Вот блин… Простите. Давайте я вам заплачу.

– Не нужно. Номер оставь, – глазами показываю на телефон.

– Зачем?

– На свидание тебя пригласить хочу.

– Хватит с меня свиданий! – восклицает девушка огорченно и выходит из машины.

Ну что опять не так-то?!

6. Михаил

Закрыв за собой входную дверь, разуваюсь и бросаю связку ключей на тумбочку.

В кухне горит свет. Направляюсь туда.

Мое чадо, переодевшись в домашнюю пижамку и смыв косметику, с виноватым видом сидит за кухонным столом, свесив одну ногу со стула, а другую поставив на сиденье коленом вверх и положив на него подбородок. Греет руки кружкой чая.

– Пап, не ругайся пожалуйста, – виноватым голосом лопочет дочь.

Присаживаюсь за противоположной стороной стола. Развалившись на стуле и вытянув вперед ноги, молча смотрю в глаза дочери.

Мы играем в эту игру уже много лет. Дочь давно раскусила все правила ведения допроса, и теперь только подыгрывает.

Правильно подыгрывает, я бы сказал. Нижняя губка прикушена, взгляд из-под ресниц глубокий, виноватый.

– Пап, мы там по делу были.

– По какому? – стараюсь выровнять дыхание и не сорваться на крик.

– Я хочу мачеху.

– Кого? – вскакиваю со стула, падаю ладонями на стол.

– Ну я уеду скоро на учебу, а ты один тут останешься, – испуганно лопочет дочь.

– И что с того?

– Ну там… Варить борщи тебе надо, вещи стирать.

– С этим отлично справится мультиварка и стиралка. Лизка, ты совсем ополоумела?

– Папочка, ну ты у меня такой молодец, а одинокий, как волк. – Дочка встает со стула, обходит стол и прижимается к моему боку, обнимает меня руками за туловище. Выпрямляюсь и приобнимаю дочь.

– Медведь. – Недовольно скорее для вида ворчу.

– Чо? – из-под мышки высовывается Лизка, хлопает на меня удивленный сонный взгляд. Все, гроза миновала, можно расслабиться и не бояться.

– Ну я же Медведев.

– Аааа, – смеется дочь, а в моей груди разливается тепло. Моя дочь. Гордость моя и первые седые волосы от ее проделок. Но такая умница. Правда, остался нерешенным еще один вопрос. Обнимаю ее, присаживаясь на кухонный стул и усаживая ее, как маленькую на колени.

– И вы ничего умнее не придумали, чем поискать мне женщину в клубе, куда несовершеннолетних не должны пускать в принципе.

– Ну это не совсем так… – Лизка убирает прядь волос, упавшую на лицо, заводит ее за ухо. Глазками стреляет куда-то в сторону. – Я зарегистрировала тебя на сайте знакомств.

– Че?

– Папочка, не злись! – Лизка прижимается своей щекой к моей, пытаясь погасить взрыв.

– Лизка. Ты с ума сошла?

– Я твою фотку не выставляла. И данные поменяла. А в клуб мы ее с девчонками пригласили только для того, чтоб посмотреть на нее и потом вас познакомить, если она нам понравится.

– То есть вы смотрите, а мне смириться с вашим выбором?

– Ну мы симпатичную присматриваем…

– Так… – улыбаюсь в сторону.

– Чтоб хозяйственная, умная. Готовить умела, – перечисляет дочь.

– Ясно. – Дочь у меня одна и мозги ей вправлять это моя родительская обязанность. – Чтоб самодеятельностью больше не занималась. Поняла? – смотрю ей в глаза. – Можно на кого угодно нарваться. Маньяков в городе полно, – вспоминаю пугливую девушку, которую подвозил домой, – а я не всегда могу быть рядом, чтобы тебя защитить.

– Ты не злишься?

– Логин и пароль мне на стол, удаляй сайт из компьютера и спать иди.

– Ты обещаешь задуматься над этим, пап?

– Я разберусь.

7. Машенька

Меня будит пронизывающий звук дрели, будто сверлит прямо в висок. Пытаюсь открыть глаза, и у меня это получается после нескольких минут попыток. Это не мой мозг звенит, а всего лишь сосед делает ремонт. В субботу! Беру телефон с тумбочки. В восемь утра! Он там с ума сошел что-ли? Подрываюсь на кровати с намерением пойти прочистить мозг соседу и со стоном падаю на подушку обратно. Перед глазами все плывет, на корень языка давит тошнота. Вот это гульнула вчера!

Анжелка напилась коктейлей и повисла на каком-то слащавом хлыще, который таким же мутным взглядом поедал мою подругу, лапал за задницу, а она притворно убирала его руку и хихикала ему на ухо. "Машуль, прости, – невинно хлопала она глазками. – У меня тут матримониальный вопрос… Жизни и смерти". Я только махнула рукой, мол иди. Ну что я ещё могла ответить? Мой ухажёр не пришел, оставил короткое сообщение на сайте: "Сегодня не смогу. Прости. Занят". И чтобы не куковать в том клубе в одиночестве, я вызвала такси и поехала домой.

Дальше как в тумане.

Проверяю входящие и самое главное – исходящие на телефоне и с удивлением обнаруживаю, что звонил мой бывший муж. В память судорожно пробивается мирное покачивание автомобиля, уютное кожаное сиденье, уличные фонари вдоль дороги… Разговор о маньяках…

Я же всего три коктейля выпила, почему меня так развезло?

Снова беру телефон в руки, решая вопрос с бывшим мужем отодвинуть до лучших времён. Пока не прийду в себя и не обрету душевное спокойствие.

Пока набираю Анжелку и слушаю длинные гудки в трубке, аккуратно, стараясь не растрясти подташнивающий желудок, встаю с постели и направляюсь в кухню. Гудки в трубке прекращаются, сигнализируя о том, что абонент не слышит или попросту забил на волнения и тревоги подруги.

Упорно нажимаю вызов снова, беру стакан с полки и наливаю в него воду из кулера.

Живительная прохлада вливается в горло, наполняет взбаламученный желудок, убирая тошноту. Эх, как хорошо.

Хорошо было в юности пить разведённый спирт в общаге и запивать самогоном, а потом танцевать всю ночь напролет до тех пор, пока "батарейки не сядут". А потом заботливая подруга укладывает тебя в свою кровать, а сама идёт ночевать к своему парню. А наутро нужно в институт на пары…

А сейчас от мысли о трёх коктейлях раскалывается голова.

С пятой попытки абонент наконец-то решает ответить на звонок.

–Алло, – раздается в трубке недовольное кряхтение.

–Ты живая?

–Местами.

–Это как?

–У меня все болит. Даже то, что не должно болеть в принципе.

–Давай без подробностей!

–Хорошо, – в трубке что-то шебуршит, слышу скрип. – Ушел засранец.

–Кто?

–Митя!

–Это тот, с кем ты вчера ушла, оставив меня в одиночестве? – голос мой звенит от возмущения. Я между прочим волновалась.

–О!Прикинь, записку оставил, – игнорируя мои претензии восклицает Анжелка. – "Ты лучшая!" И номер телефона. Вот наглец.

–Почему наглец?

–Он реально думает, что я ему позвоню?

–А почему бы и нет?

–Машк, аллё! Мне 32, а ему 26. Старовата я для отношений.

–Для секса не старовата, а для отношений старовата.

–Ты не понимаешь. Это другое.

–Ты мне вчера говорила про матримониальный планы.

–Это он мне на уши напел, – снова отмахивается подруга.

–А ты бы задумалась.

–Я задумаюсь, – произносит Анжелка в трубку таким тоном, что я понимаю – ни черта она меня не послушает. – Как там твой Медведь? – переводит тему.

–Он не пришел. Написал, что занят. Зря ты меня втянула в эту авантюру, – краем глаза улавливаю маленький рыжий пушистый комок, который подойдя к своей пустой миске и не обнаружив там завтрак, начинает тереться об мои ноги.

–Мне надоели твои стенания по Вадиму. Он мудак и козел.А ты умница и красавица. Подумаешь к другой ушел. Пусть катится, – в сотый раз, словно мантру, повторяет мне подруга.

–Мне обидно, – чешу малыша за ушком и насыпаю ему корм в миску. Малыш радостной припрыжкой кидается к миске.

–Мань, да ну хрен с ним. Чё ты зацикливаешься на этом мудаке? Мужиков полно, – эту песню я тоже слышала от нее не раз.

– Меня даже виртуальный прокатил, – неуверенно возражаю я.

–Ну на нем же тоже свет клином не сошёлся. Продолжай в том же духе, найдешь ещё своего принца.

–Я подумаю, – говорю таким же тоном, как и Анжелка недавно. Ни черта я не подумаю. На пьяную голову я поддалась на уговоры Анжелки, которая утверждала, что клин клином вышибают, и мне срочно необходимо найти мужчину, чтобы поднять самооценку. В ходе размышлений и переписок с Михаилом я решила а почему бы и нет. Но видимо не судьба. Куковать мне до конца моих дней в одиночестве. Хотя нет, не в одиночестве. У меня теперь кот есть. А знакомств мне больше не нужно. Я больше не готова к такого рода экспериментам.

8. Машенька

Стараясь избегать бывшего мужа я не учла одного – он знает,где я живу, ведь я так и не переехала из нашей квартиры после развода.

Выхожу из душа, надев короткий лиловый халат и замотав голову полотенцем. После контрастного душа мне немного полегчало. С неудовольствием рассматриваю себя в зеркальную дверь шкафа-купе, стоящего в коридоре. Лицо землистого цвета, под глазами синяки. М-да. Красавица. И халат еще этот дурацкий. Я его купила четыре месяца назад, чтобы порадовать Вадима, но он “обрадовал” меня своими собранными чемоданами и заявлением на развод. Ну и пошел он…

Гордо вскидываю подбородок и направляюсь в кухню, как слышу какую-то возню за дверью квартиры. Тело мгновенно холодеет, и я застываю как вкопанная. Сердце бьётся испуганной птичкой. В полицию позвонить? А если замок взломают раньше, чем они приедут? Медленно пячусь назад, схватив себя за горло. Что мне делать?

Натыкаюсь на закрытую дверь в спальню, и медленно закрадываюсь в комнату. Выхватив из шкафа домашние штаны и футболку, быстро переодеваюсь и выхожу в коридор. Возня за дверью не прекратилась.

Пульс зашкаливает, отдаваясь эхом в ушах. Медленно подхожу к двери и задаю самый глупый вопрос в моей жизни:

–Кто там? – голос охрипший, дрожащий.

–Машк, ты че замки сменила? – раздается за дверью раздраженный голос бывшего мужа.

С облегчением выдыхаю и открываю замок.

–Ты че купалась? – потеснив меня у двери, бывший муж разувается и вразвалочку проходит в кухню, оценивающе осматривая ее, как свои владения.

–Да, душ принимала. – Моя рука взлетает к волосам, стараясь пригладить мокрые пряди.

– А я звоню-звоню. Думал что-то случилось. – Вадим присаживается на стуле и похлопывает по соседнему. – Садись, че встала как не родная. Разговор есть.

Я присаживаюсь рядом и с трепетом рассматриваю его, впитывая образ некогда любимого мужчины. Взгляд скользит по каштановым волосам. Длинная челка больше не спадает на широкий лоб, а зачесана высоко назад. Густые брови нависают над ярко-голубыми глазами. Мимические морщинки убегающие от уголков глаз не портят его нисколечко. Тонкие губы приветливо растянуты в широкой улыбке. Все такой же красавец. И улыбается так же обаятельно, приветливо. А пахнет по-другому. Что-то терпкое, густое. Я всегда покупала свежий аромат, который ему так идет.

Сердце сжимается, словно по нему полоснули острым ножом.

Я не могу больше любоваться им каждый день. Готовить кофе, ждать с работы, когда он задерживается. Теперь понятно, где он постоянно задерживался в последнее время перед разводом. Эта мысль отрезвляет.

–Зачем ты пришел, Вадим? – выпрямляю спину и скрещиваю руки под грудью.

– Я что не могу зайти в гости к бывшей жене? – прищуривается Вадим.

– Нет. Ты можешь пойти к своей… – ищу синоним слова, крутящегося на кончике языка, но цензурного не нахожу.

– О! Ты кота завела? – отвлекаюсь на секунду, взглядом выхватывая пушистый рыжий комочек, который взъерошил шерсть и недовольным взглядом буравит моего бывшего. Пытаюсь подавить улыбку, кривлю губы и выравниваю дыхание. Пельмеш не любит чужих.

– Зачем ты пришел, Вадим? – повторяю свой вопрос.

– Моя девушка беременна, – сверлит меня внимательным взглядом муж.

– Поздравляю. – Спазм перехватывает горло и я встаю со стула, чтобы плеснуть себе водички в стакан, стоящий на полке.

– Мы живем в коммуналке, а это сама понимаешь неподходящие условия для ребенка, – чувствую спиной внимательный взгляд Вадима.

– А я тут при чем? – небольшой глоток воды заставляет утихнуть спазм в горле и ко мне снова возвращается голос. Ставлю стакан в мойку, разворачиваюсь и наваливаюсь поясницей на столешницу, опираясь руками по бокам.

– А при том, Машенька, что я хочу поделить наше с тобой имущество.

Внутри меня все холодеет. Не ожидала.

–Какое имущество? Квартиру купил мне отец за два года до нашего брака, – обвожу рукой комнату.

– А ремонт, как ты помнишь, оплачивал я. У меня даже чеки сохранились.

– Какой ты предприимчивый, – хмыкаю я. – Уже тогда все спланировал?

– Маш, ты взрослая женщина, и должна понимать, что люди часто расходятся, а жить где-то надо, – вкрадчивым тоном произносит Вадим. – О тебе папа подумал, а обо мне думать некому.

–Вот пусть о тебе твоя… – я наконец подбираю нужное слово, – … девушка думает.

– Маша, давай не будем доводить дело до суда, – Вадим встает со стула и медленно приближается ко мне, давя своей аурой и заставляя вжиматься в стол. – Эту двушку можно продать. Квартира просторная, уютная. – Он прижимается пахом к моему животу, а рукой нежно проводит по волосам. – А деньги поделим поровну.

– А мне где жить? – веду головой в сторону, стараясь убрать его руку.

– Купишь однушку в другом районе. Я так и быть возьму свою часть деньгами.

– Ну ты и сволочь! – отталкиваю его от себя. Вадим, размахивая руками, делает два больших шага назад и падает на стул. Маленький пушистик, испугавшись громкого звука, тихонько пищит и убегает прочь из комнаты.

Возмущение топит меня, а обида придает силы к сопротивлению. Как я прожила десять лет (!) с этим…

Ох!

Замечаю, что взгляд Вадима изменился. Режет меня стальным блеском глаз. Острым. Холодным. Приветливая маска простодушного дурачка слетела, и я словно вижу его впервые. Этого мужчину я не знаю. Не узнаю. И эта трансформация меня пугает.

Обхватываю себя руками, словно пытаясь защититься. Вадим тем временем расслабляется, наваливается спиной на спинку стула. На его губы снова ползет приветливая улыбка, только глаза все-равно холодны, как лед.

–Маш, ну зачем тебе такая большая квартира? Или надеешься сюда нового мужа привести? Ммм? – ловит мой взгляд и не отпускает. – Детишек нарожать? А сможешь ли?

–Прекрати, – прерывая зрительный контакт, тихим шепотом выдыхаю в сторону.

– Неблагодарная ты, Маш. Я тебя из такой грязи вытащил. Любил всем сердцем несмотря на этот… эпизод, – по живому режет бывший муж обидными словами.

– Уходи, пожалуйста.

–Ты даже ребенка моего не смогла выносить.

– Прекрати! – закрываю лицо руками, с удивлением замечая, что ладоням мокро.

–А моя девушка сможет. И родит. А ребенку нужны условия, Маш, – наседает Вадим.

Нарастающий гул в ушах мгновенно прекращается щелчком. Вот и основная цель его визита. Убираю руки от лица и смотрю на него. Стараюсь вложить в свой взгляд всю свою ненависть.

–Вот и катись к своей беременной, – руками опираюсь на столешницу, иначе чувствую, что упаду. Обида и боль бурлят во мне гремучим коктейлем, комок слез разъедает горло. – Я устала тебе доказывать, что я ни в чем не виновата!

– Ты не захотела еще раз попробовать.

–Мы пробовали! – Срываюсь я. – Два года пробовали! А ты!.. Заделал… какой-то…– Рыдания душат, не позволяя выразить свои чувства. – Вали к ней! – делаю взмах рукой в сторону двери. – Убирайся вон из моей квартиры! – срываюсь на крик. – Из моей жизни вали!

–Смелая такая стала? Ммм? – Вадим поднимается со стула и медленно приближается ко мне, словно тигр к своей добыче. Вжимаю голову в плечи, ожидая удара, но его нет. Красивые глаза Вадима сужаются в опасном прищуре. Он в ярости. – Я хотел по-хорошему, а ты как всегда…

Выставляю руки вперед, останавливая его приближение. Мне страшно. Действительно страшно. Он никогда не поднимал на меня руку, даже в пылу ссоры, но таким я его вижу впервые.

–По-хорошему уходи, иначе… – мой голос срывается. Я не знаю, какие привести аргументы. Что я, слабая и маленькая, могу ему сделать? Он выше и сильнее меня. Мощнее намного. Тем временем Вадим вжимается грудной клеткой в мою выставленную вперед руку, больно хватает за запястье, и эта боль срывает все мои тормоза. Пытаюсь вывернуть руку, но он вцепился крепко. Бью его ногой в колено и вырываюсь из захвата. Вадим сгибается пополам.

– Ах ты!.. – шипение вырывается из его горла.

Хватаю стул и заношу над плечом. Руки сводит от напряжения. Точно в тренажерный записаться надо – силы и выносливости у меня, как у воробушка.

Вадим разгибается, бросается ко мне, вцепляется в ножки стула и делает рывок на себя, разворачивая меня спиной к окну. Вцепившись в стул, как в спасательный круг, я не отдаю. Сделает еще один рывок и я огребу стулом по голове. Поэтому, на следующее движение Вадима разжимаю пальцы и бывший муж, потеряв точку опоры летит на пол. Стул с громкий звуком приземляется рядом. На лице Вадима написано недоумение, которое тут же сменяется злостью. Пячусь назад, пока не упираюсь попой в подоконник. Вадим поднимается с пола и надвигается на меня. Замерев, словно пойманный заяц, сжимаюсь в комок. Ну все. Мне конец. Мамочки!..

Громкий звонок и стук в дверь отвлекает Вадима, заставляя его замереть и обернуться. Уловив момент, я проскакиваю под его рукой и, спотыкаясь об стул, бросаюсь к двери. Вадим налетает на меня, навалившись грудью на мою спину, но отталкиваю его спиной, успевая щелкнуть замок и распахнуть дверь.

На пороге стоит потрепанная Анжелка с бутылкой шампанского.

–А вы тут чо это… – Недоуменно смотрит на стоящего позади меня бывшего мужа. Его горячее дыхание обжигает мою шею, поэтому спиной отталкиваю его назад.

–А мы тут в салочки играли, – задыхаюсь, словно пробежала стометровку. – Вадим уже уходит, – это Анжелке.

–Мы не договорили, – пытается возражать бывший муж.

–Своей залетной привет передавай, – хватаю куртку Вадима с крючка и припечатываю ему в грудь.

Надевая куртку и быстро обуваясь, Вадим боком выходит мимо оторопевшей Анжелки.

–Поогрызайся еще у меня, – скалится за ее спиной.

–Не у тебя! – восклицает Анжелка, быстренько придя в себя и захлопывая за ним дверь, не забыв закрыть ее на замок.

–Машка, что здесь произошло? – Анжелка вручает мне бутылку и разувается, снимает пальто и вешает на крючок в прихожей. На тот же, где висела куртка Вадима, замечаю с содроганием.

Вхожу в кухню и ставлю бутылку на стол, наклоняюсь, чтобы вернуть стул в прежнее положение. Ажелка входит следом.

От адреналина меня колотит так, что зубы стучат друг об друга. Обхватываю себя руками, стараясь сдержать тремор.

–Ооо, подруга, – улавливая мое состояние, Анжелка усаживает меня на стул, и склоняясь надо мной, внимательно всматривается в мое лицо. – Я сейчас, – шепчет она.

Смотрю прямо перед собой, пытаясь сфокусироваться на светло-бежевых обоях, которые пять лет назад так скрупулезно выбирала в магазине. Анжелка разлепляет мои руки и всовывает в них стакан.

Приятная прохлада пробирается сквозь стекло в дрожащие руки. Поднимаю голову и смотрю на Анжелку. Ее глаза расширены от ужаса, словно она паука увидела.

–Пей давай, – пальцами подталкивает стакан за донышко к моим губам. Делаю глоток, и меня прорывает. Слезы текут горячими ручьями по щекам, всхлипы душат горло.

– Ну ты чего, Мань? – Анжелка становится на колени возле моих ног и обнимает меня, успокаивающе гладит по влажным волосам. А я не могу остановится плакать. От истерики сотрясается грудная клетка, из которой вырывается горестный вой.

–Зашла, блин, похмелить тебя после вчерашнего, – приговаривает Анжелка, пока я рыдаю.

–Его девушка, – выплевываю ядом это слово, – беременна! – Кричу сквозь рыдания.

– Ну и хрен с ней! От тебя он что хотел?

–К-квартиру, – истерика прекратилась, оставляя после себя лишь легкие всхлипы.

– Нафига она ему? – удивляется подруга.

–Его ребенку нужны условия, – ошалело шепчу я. Только сейчас до меня доходит, какая же я никчемная. У Вадима уже есть любимая женщина, скоро будет ребенок. У него полноценная семья. А я одна! Одинокая и никому не нужная.

– А ты тут при чем? – Анжелка отстраняется от меня и присаживается на другой стул. – Сам заделал, пусть обеспечивает.

– Он не отстанет, – выдыхаю я. Не могу объяснить, но в его облике сегодня мелькнуло что-то такое… Упорство. Раньше меня это в нем восхищало, но я чувствую, что сейчас он пойдет на принцип, одолевая меня. Злость движет им. Направляет.

–Мань, мы ж его раскатаем в суде, – ободряюще произносит подруга. Мне бы ее уверенность.

–У него чеки есть.

–Какие чеки?

– За ремонт.

–Вот пусть и подотрется ими. Не переживай, Маш. Квартиру отвоюем.

–Как я могу воевать с невинным ребенком?

–Не ребенок с тобой воюет, а его мамаша.

–Какая мамаша?

–Которая подстрекает Вадима. Я его таким злым никогда не видела.

–Я тоже.

–А с виду таким милым был. Добрым. Всем помогал.

–Анжел, – умоляюще прошу. – Я хочу побыть одна.

–Машк, ты не в адеквате. Я боюсь за тебя, – отвечает подруга, вкрадчиво вглядываясь в мое лицо. Признаки шизофрении что-ли ищет?

–Анжел. Мне нужно подумать. Обо всем.

Подруга вздыхает, окидывает меня неуверенным взглядом. Твердо смотрю ей в глаза. Она лишь встаёт со стула, поджав губы, одевается в прихожей и уходит. Закрываю замок на двери и сползаю по ней на пол. Сил нет. Не осталось ни капельки. Я разбита.

9. Машенька

Звонок мобильного телефона выводит меня из сна, в котором я сидела привязанная к стулу, а надо мной склонился мой бывший муж. В ушах так и звенит его крик:"Отдай! Отдай! Отдай". А вокруг меня скачет кто-то, наворачивает круги, вселяя дикий ужас.

Открываю глаза и спросонья принимаю звонок.

–Машк, ты спишь? – истерично хлюпает голос подруги в телефоне.

–Да, – тяну недовольным тоном, прижимая руку ко лбу в надежде развеять морок сна. Приснится же такое!

–Машк, мне помощь нужна!

–Что опять случилось?

–Маш, я ему позвонила.

–Кому?

–Мите!

–Это тот, который тебя всю ночь "укатывал"?

–Машк, дело серьезное!

–Ладно, – сажусь на кровати, рассеянно хлопая глазами. Пытаюсь сфокусировать взгляд, и натыкаюсь взглядом на рыжика, мирно спящего в углу кровати. – Рассказывай.

–В общем, я ему позвонила. Он ответил, что занят.

–Может действительно занят? – знаю я свою подругу и особенность ее мышления – надумать то, чего нет в помине.

–Маш, он в клубе развлекался.

–Ааа, – сонно тяну и смотрю на часы, стоящие на тумбочке. Час ночи! Ну даёт Анжелка! – И что?

–Я приехала в тот клуб, где мы вчера были, помнишь? – голос Анжелки срывается на всхлипы.

–Помню. А он что? – рывком встаю с кровати и кидаюсь к шкафу, пытаясь найти наощупь одежду потеплее и поудобней.

–А он с другой телкой! Целуются!

–Вот козел! – восклицаю в сердцах. И ведь пел Анжелке про любовь, про свадьбу. Подруга, хоть и прикидывается крепким орешком, но в глубине души поверила ему. Такая уж она… Доверчивая. Надеется встретить принца на белом коне, который влюбится в нее с первого взгляда, сделает предложение и увезет в закат делать детей и жить долго и счастливо. Желательно богато.

Прыгаю на одной ноге, зажав ухо телефоном. Узкая штанина джинсов никак не надевается, время идёт, я психую. Зная Анжелку, стараюсь побыстрее собраться, ведь она снова встряла в какую-то з…

–Они уехали. Вместе. – Всхлипы прекращаются, а я так и замираю с телефоном, прижатым к уху, стоящая на одной ноге. Падаю попой на кровать. Рыжик, подскочив на одеяле, с диким визгом улепетывает в сторону кухни. Можно подумать, это не кот, а маленький поросенок, которого режут разделочным ножом.

–Анжел, ты где сейчас? – по телу проползает холодок нехорошего предчувствия и волнения за подругу.

–У них. Под окнами. – Обречённо шепчет Анжелка.

–Адрес мне скажи и стой, жди меня. Я скоро.

–Хорошо, Машк, – снова всхлип.

– Ничего не делай! Просто стой! – кричу в трубку, – я скоро.

–Спасибо, – снова шепот.

***

Так быстро я никогда не одевалась. Наконец застегнув на себе джинсы, вызываю такси, засовываю телефон в карман, хватаю ветровку с крючка в прихожей, обуваю кроссовки и пулей вылетаю из квартиры, не забыв закрыть дверь на замок.

Дорога в Суворовский кажется мне вечностью. Район новый, ещё недостроенный, но судя по отзывам в интернете, условия для проживания там аховские. Новые многоэтажки с качественным ремонтом, школа и детский сад уже работают. Магазин, судя по всему, круглосуточный, мелькает в окне автомобиля, когда такси проезжает мимо и паркуется через два дома.

Сентябрьская луна освещает темный уютный двор. Клумбы с ещё не завядшими цветами, три машины, припаркованных на специальной стоянке, а не на прохожей части, как в моем дворе. Может просто потому что жильцов меньше и машин соответственно?

Сунув деньги таксисту, быстро выбираюсь из машины и щуря глаза в темноте, пытаюсь найти подругу. Время уже очень позднее, в окнах не горит свет, все давно спят, фонари отключили час назад. Только моя несчастная подруга, пригорюнившись, одиноко сидит на лавочке возле подъезда.

–Анжел, – аккуратно тормошу ее за плечо. Подруга поднимает на меня заплаканные глаза, а у меня в груди все обрывается. Больно за нее. Анжелка бросается мне на шею, тело ее сотрясается от рыданий. Глажу ее по голове, успокаивая. – Ну зачем ты сюда приехала?

–Я думала у нас все серьезно… Он мне такие вещи говорил… Мне никто такого не говорил… И двоих детей… Обещал…

–И домик у моря, – подхватываю я. Старая песня.

–Квартира в центре, – отрывается Анжелка от моего плеча.

–Она тебе нужна?

–Я любви хочу-у-у-у, – снова воет подруга.

Прижимаю ее голову к своему плечу.

–Может ну его? Считай это одноразовой акцией.

–Машк, а как же я? – шепчет подруга и снова поднимает голову, смотрит на меня. – Я не могу так.

–Как так?

–Лапши навешал и свалил в закат! Зачем тогда номер оставил? – истеричный тон подруги эхом отскакивает от домов.

–Тише ты! – шикаю на нее. – Всех соседей разбудишь.

– Я сейчас всех перебужу, – уверенный настрой подруги лишает меня попыток возражать. Ее слезы пересыхают как по мановению волшебной палочки. Анжелка отстраняется от меня и твёрдо топает в сторону подъездной двери.

–Ты куда? – Бросаюсь за ней следом.

–Щас устрою этой сладкой парочке! – набирает код на домофоне.

– Откуда ты номер квартиры знаешь? – удивлённо спрашиваю.

–Да? – В динамике домофона раздается сонный недовольный голос.

–Помогите, пожалуйста, – жалобным тоном ноет подруга, – я ключи от дома забыла, мама будет ругать, откройте, пожалуйста. – голос как у малолетки, но этот номер прокатывает и спикер гудит звуком открывающегося замка. Анжелика с тихим вскриком хватается за ручку двери. – Спасибо большое.

–Больше не гуляй так поздно, – шаркает недовольный голос в домофоне и отключается.

Анжелка забегает в подъезд и нажимает кнопку вызова лифта.

–Ты хоть знаешь в какой они квартире? – шепчу я.

– Примерно. – Анжела смотрит вперёд расфокусированным взглядом. Скулы ее заострились, челюсти плотно сжаты. – Я видела в каком окне загорелся свет через три минуты после того, как они вошли в подъезд, -наконец отмирает подруга.

Двери лифта расходятся, мы заходим внутрь и Анжела нажимает кнопку с номером "9".

–А если ты ошиблась?

–Надеюсь что нет.

Лифт медленно везёт нас вверх, а я молюсь всем богам, чтобы Анжелка успокоилась и не натворила дел. Я здесь для того, чтобы поддержать морально и уберечь ее от беды. Она расстроена, я понимаю. Но так же я прекрасно знаю, на что подруга способна в период отчаяния. По сути она хочет вломиться в чужую квартиру и устроить дебош. Ее уныние быстро сменилось боевым настроем, глаза так и блещут в поисках расправы и кары за обиду. Но ведь ни та девушка, ни Митя ни в чем не виноваты. Один навешал лапши на уши, "отлюбил" по обоюдному согласию, и свалил в закат, чтобы найти новую "любимую". И сейчас эту сладкую парочку ждут большие неприятности в виде дракона по имени Анжела. Ох, что будет!

Двери лифта открываются и мы выходим на лестничную площадку. Тут чистенько, уютно, даже пальма в горшке стоит в углу коридора.

Анжелка нажимает кнопку дверного звонка и за ней раздается звонкая трель.

10. Машенька

Трель звонка прекращается оглушающей тишиной. Анжелика не унимается и снова жмёт на кнопку. Затем, не в силах справиться с эмоциями, с яростью стучит в дверь кулаками.

–Че надо? – раздается из-за двери приглушенный немного испуганный женский голос.

–Вы меня топите! – восклицает Анжелка.

–Вы на время смотрели? Идите спать.

–Да как я пойду, миленькая? Вы ж мне всю кухню залили! Я сейчас управляющему позвоню. Квартира новая, свежий ремонт, обои сама выбирала. Думала соседи нормальные. Вы мне все испортили! – актерскому таланту моей подруги можно позавидовать, и я невольно восхищаюсь ей. Можно подумать, что она не школьный учитель, а известная актриса Московского театра.

–Валите отсюда, женщина, – женский голос за дверью сквозит усталостью.

–Я те щас свалю! – возмущается подруга и колотит в дверь двумя кулаками. – Открывай давай, или я в полицию позвоню.

–Не надо никуда звонить, сейчас открою.

Услышав щелчок замка, Анжелка хватается за ручку двери и рывком распахивает ее, врывается в квартиру и отпихивает девушку с такой силой, что та летит в сторону и глухо ударяется об стену. Я успеваю заметить лишь то, что она хрупкая блондинка.

–Ты чё творишь, дибилка? – вопит она, уже сидя на полу и схватившись за голову.

–Я ещё не начинала! Где Митя?

–Какой Митя?

Не слушая воплей девушки, Анжела с громким топаньем направляется по коридору вглубь квартиры.

Девушка тут же вскакивает с пола и берет свои сапоги на тонком каблуке. Она вся наряжена и кажется встревожена, пытается засунуть ногу в сапог.

–Митя, Митенька- раздается встревоженный крик в глубине квартиры. -Ты чё с ним сделала, тварь?

Почуяв неладное, я хватаю девушку за руку, не позволяя ей уйти из квартиры. Девушка пытается вывернуть локоть из моего захвата, но я, приложив все усилия, держу крепко. Через секунду Анжелка появляется перед нами и хватает испуганную девушку за волосы, вырывая ее из моего хвата. Разжимаю руки и вжимаюсь в стену в прихожей, зажмурив глаза. С детства боюсь драк, всегда стараюсь уладить спор мирным путем. И такая агрессия меня пугает.

До моих ушей долетает звук возни, приглушённые крики. Выдохнув, открываю глаза, вдруг подруге нужна моя помощь. Но взору предстает совсем другая картина, далёкая от моих ожиданий. Белокурая девушка лежит на полу, прижав ладони к лицу, по которому хлещет пощёчины Анжелка, сидя на ней сверху, придавливая своим весом к полу и не позволяя вывернуться.

Мощный удар в спину сбивает меня с ног и я лечу вперед. Аккурат на подругу и почти забитую девушку.

–Лежать смирно. Вы арестованы по подозрению в применении сильнодействующих наркотических веществ, а так же по подозрению в хищении чужого имущества, согласно статьям 234 и 161 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

–Мы ничего такого не делали, – оглушенная громким голосом и внезапностью появления в квартире мужчин в полицейской форме, пытаюсь оправдаться я.

–Разбираться будем в отделе, – басит громкий голос уже над моим ухом. По моей спине холодной змеёй ползет страх. – Наденьте на них наручники и везите в отдел.

Ну вот и все. Допрыгались.

11. Михаил

"Какой чудесный день! Какой чудесный пень! Какой чудесный я и песенка моя!" (Слова песни из мультика)

С раздражением рассматриваю трёх девиц сидящих передо мной за столом в комнате для допросов. Одна из них – блондинка двадцати двух лет – и есть та самая клофелинщица, на поимку которой были брошены силы всего отдела по борьбе с преступностью. Одета при параде. Ярко-красные сапоги на высоком тонком каблуке стройнят длинные ножки девушки, короткое блестящее серебристое платье плотно обтягивает стройную фигурку, не скрывая выдающихся прелестей девушки в виде упругой на вид груди третьего размера и такой же аппетитной попки.

Только волосы ее всклокочены в беспорядке, тушь потекла, на щеках алеет нездоровый румянец, а глаза лихорадочно блестят, нервно зыркая по сторонам. Подозреваю, что вид взъерошенного птенца ей придала рыжая дамочка постарше, сидящая рядом, и которая сорвала мне вчера операцию, умыкнув моего лейтенанта, сладко дрыхнущего сейчас в своем кабинете и знать не знающего, к каким последствиям привели его безответственность и недисциплинированность.

Однако меня больше интересует тихая мышка, притаившаяся на третьем стуле. Голову вжала в плечи, обхватила себя руками. Светло-серые глаза-блюдца так и хлопают тревогой. Боится девушка. Странно все это…

Что-то в ее облике мне кажется знакомым. Аккуратный прямой носик, темно-каштановые в тон волосам на голове брови вразлет, манящие пухлые четко-очерченные губки… Где-то я ее уже видел, причем совсем недавно, а вот где – вспомнить не могу.

Она красивая. Не той вызывающей красотой разодетой блондинки, а другой – теплой, искренней. Распахивающей свои любящие объятия, когда приходишь уставший с работы и проклинаешь весь белый свет. А она садится на твои колени, прижимается так доверчиво, вызывая томление в груди, и развеивает все печали одним своим ласковым взглядом. Против воли замечаю, что сердце начинает стучать чуть быстрее и раздражаюсь ещё больше. Тахикардии из-за преступницы мне ещё не хватало! Хотя какая она преступница…

Блондинка, рыжая и брюнетка… Вокально-инструментальный ансамбль "Бл*".

Свой концерт начали ещё в полицейском УАЗике. Пришлось цыкнуть на них и пригрозить обезьянником. Теперь каждая из них тянет свое соло.

Пока капитан Мирошников записывает показания девушек, они ведут себя тихо, смиренно. Блондинка познакомилась с лейтенантом Картузкиным (он же мирно посапывающий Митя) в клубе "Фараон", согласилась поехать к нему домой для приятного продолжения знакомства. Выпили вина, Митя отрубился. Потом ворвались рыжая и брюнетка и напали на "бедную пострадавшую".

Сама "пострадавшая" ведёт себя спокойно, говорит слаженно, уверенно. Руки сложены на коленях, спина прямая, в глазах невинность.

–Мне нужен адвокат, -, презрительно выплевывает "потерпевшая", пока я обмозговываю ситуацию.

–Будет тебе адвокат.

–Я требую телефонный звонок. Мне по закону положен, – продолжает играть на моем терпении блондинка.

–Требуй, – прищуриваю глаза и склоняюсь над столом, ловя немного испуганный взгляд девушки. – Ты подозреваешься минимум по двум статьям уголовного кодекса, тебе светит до пяти лет тюрьмы.

–Если докажете, – обретает в себе уверенность блондинка.

Только в самой глубине глаз плещется страх. Девушка попалась, это понятно.

Клофелинщица ничего вынести из квартиры не успела, хоть мы ее обставляли разными дорогими финтифлюшками, взятыми из склада вещдоков. Теперь и не предъявить ничего толком. Факт грабежа не зафиксирован – все вещи на своих местах, хранение наркотиков тоже не предъявить – девушка избавилась от улик, выкинув пакет, в котором носила клофелин, в окно. Где теперь этот вещдок искать? При хорошем адвокате отмажется. Очная ставка с предыдущим потерпевшим ничего не даст. "Пальчиков" на месте преступления не обнаружили, на камерах лица не видно, девушка хорошо постаралась. Никаких связующих с тем преступлением нет. Даже если мажорчик ее узнает. Прийдется нам ее отпустить, и она это прекрасно понимает.Осталось выяснить работает она сама или под чьим-то руководством. Короче, есть ли у нее "крыша".

На счёт рыжей мне все предельно ясно. Влюбилась дурочка в Митяя по уши, поехала устраивать головомойку бедному Ромео, но обнаружила лишь бессознательное тело, испугалась за любимого, проявила агрессию к "потерпевшей".

А брюнетка приехала "спасать" рыжую бедовую подругу.

Голова раскалывается от напряжения и шерудящих мыслей. Кручу паспорт рыжей в руках. Королькова Анжелика Валерьевна, 32 года, не замужем, детей нет.

И что мне с этим трио теперь делать?

Только у рыжей есть с собой паспорт, брюнетка забыла дома, а блондинка принципиально в клуб его не брала. Ну что за ё..!

–Блондинку до выяснения обстоятельств в обезьянник, брюнетку тоже, рыжая – домой, – командую капитану, на что получаю протестующий ропот брюнетки. Подобралась вся, смотрит сердитым воробушком.

–Я не могу в обезьянник, – с брезгливостью выплевывает последнее слово.

– Чё так? – развожу руки в стороны, поднимаясь со стула. – Мама не велит?

– Мне нужно контрольные проверить на понедельник, а сегодня уже воскресенье, – тянет мне тонкое запястье, на котором блестят золотистым блеском красивые наручные часы.

Йопт! Она ещё и училка!

От борзоты и невинного тона девушки теряю дар речи. На секунду.

–Добудешь паспорт и свободна.

– Я могу его привезти! – поднимает вверх руку как в школе рыжая.

–Вези, – пожимаю плечами.

–Только в обезьянник ее не сажайте, – умоляющим тоном, сложив руки под грудью, молит рыжая.

–А куда я ее дену? – мозг взрывается новой головной болью. Мне ещё кучу бумажек заполнять. Что за день-то такой!

–А можно я у вас в кабинете посижу? – тоненьким жалобным голоском мямлит брюнетка. – Пожалуйста, товарищ полицейский. – Руки так же, как и подруга, сложила под грудью в молитвенном жесте. С удивлением замечаю, что лифчика на брюнетке нет, полы куртки распахнулись, являя миру заострившиеся соски, виднеющиеся под тонкой тканью футболки. Сглатываю подступившую слюну. Кто ж в таком виде среди ночи выходит на улицу, а?

–Здесь не дом терпимости, а полицейский участок. Я действую по протоколу, – осипшим от волнения голосом ворчу сквозь зубы. Почему я перед ней оправдываюсь?

–Пожалуйста. – Шепчет брюнетка, глазами, в которых застыл ужас, стреляя в блондинку. – Я тихонечко посижу в сторонке. Да хоть здесь меня оставьте, только не за решетку.

–Хорошо. За мной, – жестом показываю ей на дверь. – А ты поторопись с паспортом, – киваю рыжей.

–Анжел, – брюнетка достает из кармана ключи, – в прихожей. В сумке.

–Я поняла, – торопится рыжая. – Что с Митей? – обращается ко мне.

–Все в порядке с твоим Митей. Проспится и домой пойдет.

–А я? – подает голос блондинка и тянет руку вверх, как недавно рыжая. То есть Анжела.

–А ты жди своего адвоката, – ухмыляюсь я. – Пусть везёт твой паспорт.

12. Михаил

Добренький дядя Миша… Нахрена позволил себя уговорить? Даешь слабину, товарищ майор. Окопавшись в куче бумаг, пытаюсь сосредоточиться на деталях дела, но ничего не получается. А причина этому – тихая мышка, мирно сидящая в углу моего просторного кабинета. Замерла, словно статуя, сложив руки на коленях. Она хоть дышит?

Встаю со стула, подхожу к невысокой тумбочке, стоящей у окна и щелкаю кнопку электрического чайника.

– Кофе будешь? – нарушаю тишину в кабинете.

Мышка, словно в прострации, продолжает гипнотизировать стену моего кабинета. Подхожу к ней ближе. В нос ударяет запах легких цветочных духов, мой рот наполняется слюной. Да что с тобой такое, Медведев? Обыкновенная Мышка, а ведешь себя, как первобытный человек, утащивший женщину в свою пещеру. Она вся трясется от страха, даже с другой женщиной боится в одной камере сидеть, а тебя пугается, и это видно невооруженным глазом.

Слишком я добрый и мягкий с женщинами. Но и быть строгим с ними не могу. А вот держать в страхе – не мужское это дело. Воевать с женщиной – это дно.

Наклоняюсь над ней и щелкаю пальцами перед ее лицом.

– Хьюстон, Земля вызывает!

– А? – наконец отмирает девушка и переводит свой расфокусированный взгляд на меня. Наконец-то!

Глаза у нее светло-серые, мелькает мысль в голове. Зачем мне эта информация?

– Кофе будешь? – голос меня подводит. Выпрямляюсь и направляюсь к тумбочке, где храню кружки, кофе, сахар. Выполняю все необходимые манипуляции, пока девушка разглядывает меня. Не выдержав пристального взгляда, поворачиваюсь к ней.

– У меня на спине что-то написано?

– Н-нет, – тихий заикающийся голос девушки поднимает волоски на моей коже. Что ж тебя от нее так ведет, товарищ майор?

Кабинет у меня большой, как и положено начальнику. Когда я вступил в должность начальника МВД, приказал сделать ремонт и мастера постарались на славу.

Ненавязчивый светло-серый цвет стен навевает сосредоточенность. Вишневого цвета деревянные двери и столы придают строгому стилю некую пикантность. Два кожаных дивана черного цвета для негласных переговоров и моего отдыха притаились в углу кабинета. В одном из них и замерла мышка-училка, что вызывает у меня тахикардию каждый раз, когда я смотрю на нее.

К моему рабочему столу перпендикуляром приставлен еще один. Для совещаний. Вдоль этого стола выстроились в ряд не менее удобные стулья с низкой спинкой, обитые черной кожей.

– Не зажимайся так, я тебя не съем, – приглашающим жестом указываю на один из стульев. Хочу, чтобы девушка оказалась ближе, и я смог рассмотреть ее внимательней. Приглушенный свет настольной лампы способствует этому, но не распространяет свой свет до диванов.

– Н-нет, спасибо. Я здесь тихонечко посижу.

Делаю глубокий вдох. Что ж так сложно-то?

Заливаю кипяток в кружки и несу к диванам. Ставлю одну на журнальный столик, стоящий перед Мышкой. Занимаю другой диван, грея руки горячей кружкой. Лизка мне их подарила на день рождения. Обе белые, тяжелые и большие. Как я люблю. А одной из них надпись: «Не спорь с начальником», а на другой «Cool Major»*. Дочка у меня с чувством юмора. Обожаю ее

Указываю на кружку глазами.

– Пей.

– Я подожду, пока остынет. Спасибо.

– Точно.

В кабинете повисает неловкая тишина.

Нервно постукиваю пальцами по своей кружке, пытаясь придумать тему беседы.

– И часто ты попадаешь в такую ситуацию? – разрезает тишину мой гулкий голос.

– Первый раз, – сухой лаконичный ответ. – И мы с вами на «ты» не переходили.

– О! Строгая училка! – внезапно веселюсь я. Хоть какая-то эмоция прорвалась в обороне девушки. Пусть даже дерзость. Мне нравится.

– Вы имеете что-то против учителей? – поднимает свою голову девушка.

– Нет. Хочу понять. Ты не похожа на искательницу легких путей. И тем не менее чуть не оказалась за решеткой в одной камере с клофелинщицей и воровкой.

– Это случайность.

– Не спорю. Это не место для таких девушек, как ты, – голос мой теплеет.

– А где мое место? – вскидывает голову девушка и впивается в меня пытливым взглядом, под которым я начинаю чувствовать себя неуютно. Чувствую себя не майором полиции, а нашкодившим первоклашкой, которого отчитывает строгий классный руководитель.

Не знаю, что ответить, поэтому молчу. И она молчит. Так и сидим, думаем каждый о своем. Серый свет от окна освещает хрупкую фигурку девушки, ее напряженную позу.

За окном занимается рассвет. Судя по всему, время уже шесть утра. Вот и новый день настал. А мне ещё разбираться с клофелинщицей, вызывать потерпевших, заполнять кучу бумаг…

Тишину в кабинете прерывает звук открывающейся двери.

–Можно? Я привезла паспорт, – в дверях стоит запыхавшаяся рыжуля.

–Давайте, – встаю с дивана, оставляя кружку на столике. – Присаживайтесь, – взмахом руки указываю на диван.

Пока я делаю копии паспортов девушек и проверяю их в базе данных, девушки шушукаются в углу кабинета, и я невольно прислушиваюсь к их разговору.

Я не любитель влезать в чужие дела, но скромная пугливая мышка с прекрасным именем Мария вызывает во мне совсем нескромный интерес, и я хочу хоть немного приоткрыть завесу ее жизни.

Ознакомившись с данными в паспорте, я выясняю, что ей 30 лет, недавно развелась, детей нет.

–Прости меня, Машк, – долетают до меня слова рыжули.

– Все в порядке, Анжел, – голос Марии уставший, будто все горести мира свалились на нее.

– Я так больше не буду, – продолжает утешать подругу рыжуля.

– Надеюсь, – снова тихий вздох, от которого кровь по моим венам начинает течь быстрее. Да что ж такое-то?

–Может быть свободны, – кладу на стол их паспорта. – Распишитесь в протоколе, оставьте номера телефонов и ждите звонка.

–Какого звонка?

–Вы свидетели по делу об отравлении наркотическими веществами моего сотрудника, – как ребенку объясняю рыжуле. – Вас вызовут в суд для свидетельствования.

“Если он будет”, – добавляю про себя.

Как только девушки выходят за дверь, меня одолевают грустные мысли.

И как потом ловить эту горе-клофелинщицу? Отпустить придется – это факт. Будет ли она заниматься дальше этим делом? Я не хочу вдаваться в подробности, почему бедная девушка ступила на этот скользкий путь: родители алкаши, тотальная нищета, нужда или что то другое. Она преступница. И меня бесит тот факт, что я не могу отправить ее за решетку. Я поступил в школу полиции для того, чтобы ловить преступников и защищать мирное население от бандитов. Но романтические мечты о благородной профессии разбиваются в прах, после увиденных картин реальных преступлений. Кровь, насилие, голодные избитые дети, изнасилованные молодые девушки. Все это отбивает желание быть снисходительным к преступникам, которые по глупости или в силу обстоятельств стали на скользкую дорожку. Малое преступление, оставшееся безнаказанным порождает насилие и беспредел. Теперь сердце болит лишь за непутевую дочь, которая постоянно влипает в дурацкие ситуации. Хорошо, хоть я знаю, что сейчас она дома. В безопасности.

*Cool Major – Крутой Майор (перев. с английского)

13. Машенька

Суббота вымотала меня окончательно. Сначала Вадим с его намерениями выгнать меня на улицу, затем Анжелка, потом арест. До сих пор не могу прийти в себя.

Все воскресенье я отсыпалась, чтобы потом полночи проверять тетради с контрольными работами. Из-за этого утром понедельника, проспав будильник, я поспешно оделась, насыпала в миску Пельмяшу сухого корма, и, словив его укоризненный взгляд, спешной походкой выпорхнула из дома.

Школа находится в двух кварталах от моего дома, это всего 10 минут пути. Старые сапоги неприятно жмут ноги, но меня греет мысль, что в шкафу учительской меня ждут очень удобные туфли на устойчивом каблуке, в которых я могу ходить весь день, не чувствуя усталости. Покупать новые сапоги не имеет смысла – весна в нашем городе очень коротка, и из зимних сапог я сразу переобуюсь в новые босоножки, которые я купила в прошлом году. Может этим летом на море съездить?

На работу иду как на каторгу. Мне кажется вся школа гудит как улей. К ногам будто гири привязаны, каждый шаг даётся с трудом. Каждый громкий звук заставляет встрепенуться, и пускает сердце вскачь. Я будто оплеванная. Опустив голову стараюсь быстро промелькнуть в учительскую. “Смотрите, какая Цаца!” Звучит над ухом. Я резко дёргаюсь и поднимаю голову.

Возле ворот школы я замечаю мужскую фигуру в знакомом плаще. Высокий фигуристый мужчина подает руку, выходящей из машины Виталины Андреевны, а когда он поворачивается, смерив презрительным взглядом школу, мое сердце заходится в диком танце от изумления и волнения.

Мой бывший муж. Вадим. Помогает выйти из машины моей начальнице, которая, увидев меня, прижимается всем телом к моему бывшему мужу и целует его в щеку. Вадим, не сводя с меня виноватого взгляда, поморщившись вытирает со щеки след губной помады.

Замерев на месте, не могу отойти от шока. Чувствую легкий толчок в бок. Поворачиваюсь, и срисовываю взглядом так же, как и я замершую в немом удивлении Анжелку.

– Мааань, – тянет она меня за рукав в сторону дверей школы, но моя злость требует выхода, поэтому твердой походкой направляюсь к машине моего бывшего мужа.

– Здравствуй милый, – задрав голову приветствую лицемерного гавнюка, который сменив выражение лица из удивленно-шокированного в ядовито-приветственный. – Машинку новую купил? Поздравляю! А откуда же деньги, которых так не хватает на новую квартиру? – задыхаюсь от ярости, стараясь не вцепиться ногтями в его красивое лицо.

– Вит, иди на работу, – Вадим целует завуча в щеку и легонько подталкивает ее в направлении здания школы.

– Но… – пытается протестовать она, бросая на меня высокомерный взгляд.

– Я разберусь, иди-иди, – снова легонько подталкивает ее.

– Ты же встретишь меня после работы? – играя бровями, нараспев произносит моя начальница, указывая мне на машину коварным взглядом.

– Посмотрим. Пока, Вит, – цедит Вадим сквозь зубы, и, проводив ее взглядом, обращается ко мне: – Чего ты хочешь, Маш?

– Хочу знать, какого хрена ты ноешь мне о том, что у тебя нет денег, и покупаешь новую машину? Вам с ребенком негде жить? Живите в машине! – кричу на всю улицу, не сдерживая возмущения и обиды на бывшего мужа. Вадим больно хватает меня за локоть и уводит на два шага в сторону от ворот школы.

– Какого хрена ты творишь? – вырываю локоть из его крепкого хвата. Рядом с нами оказывается Анжелка.

– Анжел, оставь нас.

– Ага, щас. Я свидетель покушения.

–Какого покушения? – Вадим прикладывает указательные пальцы к вискам.

–Покушения на убийство подруги.

–Анжел, я тебя умоляю, отойди от греха подальше. Я ничего не сделаю Маше. Мы просто поговорим.

Дождавшись моего кивка, Анжела уходит к воротам школы, бросив за плечо: "Я тебя в учительской жду".

***

Он так красив, что слепит глаза. Или это подступающие слезы? Он что-то говорит, но я не слышу. В голове стоит оглушающий рев. Боль разрывает меня на мелкие кусочки, тело начинает дрожать. Кажется только сейчас до меня дошло, что моему браку конец. Я все ещё надеялась, что это ошибка, когда Вадим с участливым выражением лица рассказывал мне о том, как влюбился в другую, как все закрутилось. И о том, что у них все серьезно. Я тогда спросила: "А как же я?"

А вот теперь я понимаю. Как же я. Никак. Мешающее их счастью препятствие, которое Вадим обошел. Выкинул меня из своей жизни, собрав вещи и оставив меня разбитую и безутешную. Как я рыдала, когда увидела на тумбочке ксерокопию заявления о разводе! Тогда рядом была Анжелка. Поила меня всем, что горит. А я путала день с ночью, взяла на работе отпуск, чем вызвала раздражение завуча.

Той сучки, к которой ушел мой муж!

Боль накатывает с новой силой, я отворачиваюсь, стараясь незаметно смахнуть слезы рукой.

Вадим цепляет пальцами мой подбородок, и всматривается в мое лицо.

–Машуль, не плачь. Я же о тебе забочусь. Ну зачем тебе одной такие хоромы? Там все напоминает обо мне, неужели ты не понимаешь, что это ненормально? Ты слишком тяжело переживаешь наш развод. Тебе нужно отдохнуть, сменить обстановку. Я так уж и быть подожду до летних каникул, а потом продадим нашу квартиру? Хочешь, помогу тебе найти новую? Я-то как никто другой знаю твои вкусы, – ухмыляется этот подонок, а для меня этот звук как отрезвляющая пощёчина. Заботится он обо мне, а как же! Квартира ему нужна или деньги с ее продажи. А на меня ему плевать с высокой колокольни!

–Знаешь, Вадим. Я рада, что ты ушел. – Собрав всю силу воли говорю как можно безразличнее. Бывший муж отстраняется и недоуменным взглядом скользит по моему лицу. Не знаю откуда у меня берется смелость, но я произношу: – Гавно уплыло от моего берега. Будь счастлив.

Отталкиваю ошарашенного Вадима и ухожу прочь. Зализывать раны в кабинке школьного туалета, чтобы потом нарисовать лицо, там где ему положено быть, натянуть безразличную улыбку и всем своим видом показывать, что мне все равно.

14. Машенька

–Ну а ты чё? – задаёт вопрос подруга, выгребая из тарелки последнюю ложку макарон с подливой.

А мне кусок в горло не лезет. Смыв слезы в женском туалете на втором этаже, и умывшись холодной водой в надежде снять припухлость век, я тайком, пока идут уроки и все преподаватели на занятиях пробралась в учительскую, благо у меня "окно" и есть свободное время привести себя в порядок.

Нанесла косметику, накрасилась ярче обычного. Глаза подвела черным карандашом, бордовая помада оттенила синяки под глазами, которые не смог скрыть даже супердорогой лореалевский тональный крем.

Увиделись мы с Анжелкой только на большой перемене, когда дружно приползли из своих классов и так же дружно направились в сторону столовой.

–А я послала нахрен,– уныло отвечаю подруге.

–Молодец! – как всегда с энтузиазмом похвалила подруга. – Ну и дела! – склонившись над столом и перейдя на шепот, Анжела не может скрыть своего удивления. – Вот значит с кем он спутался, козел рогатый.

–Это я рогатая, а он просто козел.

–А чё он от тебя хотел? – не унимается подруга.

–Квартира. Типа обо мне заботится, типа для меня невыносимо там жить, где все напоминает о "счастливых" годах брака.

–Вот сука! – восклицает Анжела слишком громко, и я цыкаю на нее, оборачиваясь по сторонам.

–Здесь же дети!

–Да эти дети знают побольше нашего.

–Воркуете, девчонки? – к нам за столик присаживается Виталина Андреевна.

Мы с Анжелой не сговариваясь делаем "покерфейс", утыкаясь взглядами в свои тарелки.

–Машуль, я слышала, ты переезжаешь, – не стала ходить вокруг да около, а перешла сразу к сути Виталина. Мы не то, чтобы с ней подруги… Скажем так: если бы ее сбила машина, я бы принесла на ее могилу цветы. Засохший гербарий. Это было до того, как я узнала, что эта сучка увела моего мужа. А сейчас…

На моём лице расплывается довольная улыбка, когда я представляю, как обхватываю ее тонкую бледную шею руками и…

Меня трясет от злости. Видимо, я переступила тот порог, когда поддаешься эмоциям, плывешь по течению, говоришь глупости. Сейчас в моей голове произошел щелчок. Организм устал от сильных эмоций и решил расслабиться. В дело вступает мозг и чувство юмора. Видимо это защитная реакция. Резерв сил.

–У вас неверная информация, Виталина Андреевна. Я остаюсь. Работать здесь и жить в своей квартире, – с нажимом на последней фразе, откидываясь на спинку стула, закидываю ногу на ногу.

–Но как же, мне Вадим сказал, что ты решила съехать и продать квартиру, – растерянно говорит Виталина. Видимо не ожидала, что я дам отпор их с Вадимом фантазиям отсудить у меня картиру.

–Я ничего такого не решала.

–Ну ты вспомни, вы ведь с Вадимом разговаривали на эту тему.

–Да? – настойчивость Виталины начинает меня утомлять. Теперь я понимаю, на какой почве сошлись эти двое. Каким именно образом, я не хочу даже представлять – слишком больно.

–Да. Я даже могу тебе помочь с переездом, – утвердительно кивает головой завуч.

–Чем же? Вещи перевезти? Вам же нельзя поднимать тяжести. Вы же беременны, – повышаю интонацию на последнем предложении, добиваясь нужного эффекта – на нас оборачиваются ученики.

–Ты что! Не ори так. Ещё никто не знает, – шикает на меня Виталина, посылая испепеляющий взгляд на всех, обернувшихся в нашу сторону. Но дело сделано. Ученики, хоть и отвернулись каждый к своим тарелкам, но спины их напряжены и за столами царит тишина. Значит ушки свои навострили в нашу сторону.

–Я могу тебе помочь, – голос Виталины становится тише. – Могу предложить тебе поменяться квартирами. Ты переедешь в мою, а мы с Вадимом заселимся в твою. В вашу, – исправляется она. – Моя квартира по стоимости как раз покрывает твой долг перед Вадимом. Как тебе идея?

Перевожу обалдевший взгляд на внезапно начавшую кашлять Анжелку.

Как я не заржала как конь в лицо этой… – диву даюсь.

–Виталина Андреевна, – сделав глубокий вдох, пытаюсь как можно мягче и понятней донести до нее информацию, но меня прерывает предварительный звонок, оповещающий, что большая перемена закончилась, и пора идти на урок.

Мы с Анжелкой встаём со своих мест, прихватив подносы с тарелками и молча передвигаемся в сторону приема грязной посуды. Так же молча выходим из столовой.

Бросаю взгляд за наш столик. Виталина все так же сидит, не шелохнувшись и сверлит меня гневным взглядом.

Как же я устала от всего этого!

15. Михаил

Понедельник день тяжёлый. Если учесть, что начался он еще в четверг. Поимка "особо опасной преступницы" затянулась до субботы, а потом всю операцию сорвали взбалмошные девицы, приехавшие спасать "бедного Митеньку". Нагоняя этот олух получил, как только проснулся. И сразу же получил пару выходных, чтобы вывести из организма клофелин.

Встреча с адвокатом клофелиншицы Анны Пологиной двадцати двух лет от роду, проживающей в далёком Урюпинске и не имеющей местной регистрации не принесла результатов. Ни для него, ни для нее. Блондинка осталась за решеткой до выяснения обстоятельств, которые привели к отравлению моего сотрудника. Во вторник была назначена очная ставка этой девушки и сыночка высокопоставленной особы.

Ранним утром невыспавшегося и злого меня "обрадовала" любимая дочурка, которая написала записку перед уходом в школу.

"Папуль, ты только не сердись. Тебя просят прийти в школу для беседы. Если не придешь – меня выгонят" – гласила бумага, расписанная мелким корявым почерком. Хорошо, хоть без ошибок написана. Не зря малая ходит в эту самую школу. И предчувствуя головомойку в дистанционном режиме, раз уж поговорить с глазу на глаз не удалось, Лизка отключила мобильный телефон.

Молодец, дочурка! Вот как нужно ставить папу перед фактом своих шалостей. Черканула писульку и смылась!

И теперь раздраженный и злой в понедельник вечером я захожу в школу, где учится моя дочь для того, чтобы получить головомойку от классного руководителя за проделки, в которых я не виноват.

Охранник на входе подсказал, где находится учительская.

–Грхм, здравствуйте, – постучав в открытую дверь обращаю внимание на знакомый силуэт возле одного из деревянных столов. Мария нацепила на нос очки в роговой оправе, которые придают ей строгости. Хрупкая фигурка, облаченная в черный костюм, оперлась попой на столешницу, опущенная голова внимательным взглядом скользит по странице тетради, которую Мария читает, помечая что-то карандашом.

Приталенный пиджак не скрывает, что талия у его обладательницы есть. Да еще какая! Упругая аппетитная грудь – двоечка выделяется под тонкой тканью светло-голубой блузки. Юбка обтягивает манящие крутые бедра девушки, вызывая у меня приступ слюноотделения. Скромная учительница моей дочери настоящая секс-бомба, как бы не пыталась скрыть это под маской тихой Мышки.

На лицо невольно лезет улыбка, а в груди разливается какое-то теплое чувство, которое я не могу объяснить.

–О! Товарищ майор, – влетевшая в учительскую следом за мной рыжуля узнала меня сразу, а вот поднявшей голову на звук наших голосов Марии на осмысление потребовалась пара секунд. Затем недоумение в ее глазах сменилось страхом и настороженностью, что вызвало во мне приступ неконтролируемого раздражения.

–Я отец Лизы Медведевой, – прохожу вглубь просторного светлого кабинета, заставленного одинаковыми столами и, приставив стул поближе к Марии усаживаюсь на него, закинув ногу на ногу.

–Так Я это… – собирает тетради и папки со своего стола рыжуля, – …пойду я. Вы тут сами. До свидания, товарищ майор.

–До свиданья, Анжела. Мите привет передайте и пожелания скорейшего выздоровления.

Мария тем временем меняет место дислокации и легким движением поворачивается ко мне спиной, невольно позволяя заценить ее упругую попу под обтягивающей черной юбкой-карандаш, и плавно опускается на стул.

–А откуда вы знаете, что Митя…

–Ну а где ж ему ещё быть? – хмыкаю я. – Я так понимаю, вы его лекарь на ближайшие два дня.

–Так точно, – растерянно рапортует рыжуля.

–Не нужно официоза. Мы не в армии. До свидания, Анжела.

–Ага. До свидания. Пока, Маш, – машет рукой уже у порога.

–Пока.

"Позвони мне" жестом Анжела прикладывает к уху кулак, выставив указательный палец и мизинец.

Мария в ответ лишь раз кивает, косясь на меня, не заметил ли я их переглядок.

Я, естественно, заметил, но виду не подаю.

–Вы классный руководитель моей дочери, Мария?

–Д-да. И если бы вы пришли раньше, то знали бы об этом. Я звонила за прошедший семестр бесчисленное количество раз! – вот и укоризненный тон. Головомойка началась.

***

–Лиза – милая добрая девушка. – начинает жалобы на мою дочь классный руководитель. – Но… – Мария Ивановна тяжко вздыхает, собираясь с мыслями и продолжает. – Наш класс на прошлой неделе дежурил по школе, я поставила Лизу дежурить на этаже младших классов. Она очень любит детей. Развлекает их на переменах, водит хороводы, песенки с ними поет. Она отличница, заместитель старосты, по сути она моя помощница. Во всех мероприятиях школы участвует. Но девушки нашего класса ей завидуют и подбивают парней… Ее подстрекают в общем. Провоцируют. В прошлом году было множество драк с ее участием. В этом учебном году, она из конца успевающих по физкультуре перешла в тройку лидеров. – Голос Марии то взлетает, то падает по мере продолжения рассказа.

– Она ходит на секцию волейбола в соседнюю школу. Четыре тренировки в неделю по два часа, – объясняю взлет статистических данных в журнале успеваемости.

– Ого. Впечатляет. Тогда понятно… – пряча улыбку хмыкает Мария.

Склоняюсь над столом, и как токсикоман впитываю тонкий запах цветочных духов.

Да что с тобой происходит, товарищ майор?!

Ведёт тебя от этой женщины, вот что!

–Что? – впиваюсь взглядом в лицо смущенной девушки.

–В четверг был инцидент… – Мария исподлобья смотрит на меня и поправляет выбившуюся из строгой прически прядь волос. Мне не нравится, что свои шикарные длинные волосы эта женщина скрутила в скучный пучок на затылке. Волосы – женская сила, которую нужно демонстрировать всем и каждому. Но видимо таков устав школы… – Одна девушка нашего класса толкнула Лизу к шкафу так сильно, что Лиза ударилась. А потом вспылила и отшвырнула ту девушку через весь класс. Та девушка, Катя, она упала спиной на стул.

– И? – внутри меня все холодеет от нехорошего предчувствия.

–Все обошлось, – поспешно добавляет Мария. – С Катей все в порядке, отделалась лёгким испугом. Но вы понимаете к каким последствиям это могло привести?

–Да уж понимаю, – задумчиво хмыкаю, откидываясь на спинку стула.

–Катя могла сломать позвоночник и стать инвалидом.

–Твою мать! – не могу сдержать эмоций.

–Не выражайтесь пожалуйста, – голос девушки становится выразительней, интимней что ли. – Это ещё не всё. Мария Ивановна берет мои руки, сцепленные в замок на столе в свои, и мои мозги напрочь отключаются. Все мое внимание сосредоточено в ее теплых руках.

– Она взяла под опеку одного мальчика из неблагополучной семьи. Первоклассника.

– То есть как это – взяла под опеку?

– Помогает ему на продленке с уроками, провожает домой и защищает от нападок одноклассников.

–Так… – поглаживания тонких нежных пальчиков по моей огрубевшей коже вызывают томление в груди. Я готов урчать, как довольный кот, объевшийся сметаны. А эта женщина – настоящая ведьма! Знает, как парой легких движений спустить мою злость на нет.

–В начале учебного года, на нее поступила жалоба от мамы ученика нашей школы. Тот мальчик… Из неблагополучной семьи… Его зовут Артем. Он ударил ногой в живот одноклассника.

–А моя дочь тут при чем? – нет, она точно ведьма. Хоть в паспорте специальный штамп ставь: "Укротительница рассерженных дядь".

–Мама пострадавшего мальчика провожала Артема домой, а Лиза подоспела к тому моменту, когда они уже дошли до подъезда.

–И? – интересно, часто ли эта застенчивая мышка пользуется этим приемом?

–В общем Лиза заступилась за Артема и пригрозила маме его одноклассника полицией.

–В смысле? – мои брови взлетают вверх.

–Понимаете, произошло недоразумение. Артем попросил одноклассника посторожить вещи, пока сам сбегает в класс за курткой. А когда вернулся, того мальчика нет. Артем испугался, искал по всей школе и нашел Кирилла (так зовут пострадавшего) во дворе школы. Артем подумал, что Кирилл решил подшутить, разозлился и ударил ногой в живот.

–У вас тут школа или зверинец? – вырываю руки из теплого плена и вскакиваю со стула.

–У нас учебное учреждение! – ведьма медленно поднимается со стула, опираясь руками об стол.

–Дальше что? – мы стоим в одинаковых позах, склонившись над столом и гневно дышим в лицо друг другу. От интимности момента, мои тормоза может сорвать все, что угодно, но дочка превыше всего. Поэтому сосредотачиваюсь на разговоре, а не на шикарной сексуальной женщине, которая так взволнованно ласкает своим горячим взглядом мое лицо.

–Мама Кирилла шла за Артёмом до самого дома и читала нотации Артёму, а Лиза за него заступилась.

–Каким образом? – словно на ринге мы отступаем и падаем каждый на свой стул.

– В уголовном кодексе Российской Федерации нет статьи про преследование и угрозы, но Лиза засыпала женщину цифрами и названиями других статей.

–Ох…

–Я знаю, что Лиза хочет поступить учиться в юридический университет, и готовится к этому. Но ее внутренний борец за добро и справедливость конфликтует с окружающими ее людьми. Из-за этого она влипает во всякие неприятности.

–Из-за этого не хотят отчислить?

– Не из-за этого, – Мария приподнимает плечи, словно готовится к забегу, подбирается вся. – Не так давно она послала нахрен завуча школы.

Брови мои взлетают вверх.

–Это как?

–Лиза отказалась участвовать в “поборах", так она выразилась.

–Что за поборы?

–Ученики нашей школы, точнее их родители ежемесячно вносят некоторую сумму в фонд школы. Эти деньги идут на ремонт, обустройство общих классов.

–А государство не выделяет школе средств на эти цели?

–Понимаете, этих денег, которые выделяет государство, не хватает. И родители учеников в добровольном порядке, – интонацией подчеркивает последнюю фразу, – помогают нашей школе.

–Лиза не помогает что-ли? Она просит деньги в школу, я ей в этом не отказываю, но она уверяла меня, что проблем с этим нет.

–В фонд класса она сдает… Но в фонд школы нет.

–Из-за этого сыр-бор?

–Пока это все, – пожимает учительница плечами.

–Будем разбираться.

–Вас ждет завуч по воспитательной работе для беседы, – вводит в ступор последнее заявление мышки.

–Зачем это?

–От ее решения зависит, продолжит ли Лиза обучение в нашей школе или… – пожимает плечами Мария.

Ярость накатывает словно тайфун. До выпуска два месяца, я не найду место в другой школе в столь короткие сроки! Придётся дочке выпускной отмечать в следующем году.

Ну уж нет!

–Идемте, – выдыхаю, с трудом сдерживая гнев.

Мария встает со своего стула и направляется к противоположной от входа стене, в которой прорисовывается дубовая лакированная дверь.

16. Михаил

После тихого стука в дверь и громкого ответа: «Войдите!», Мария распахивает эту самую дверь, и мы входим в просторный кабинет заведующей.

Шикарная молодая блондинка сидит за огромным тяжелым столом цвета ореха, стучит своим ярко-красным маникюрчиком по кнопкам клавиатуры.

Кабинет немного похож на мой, только стены светло-бежевого цвета, а столы тяжелые дубовые. Перпендикулярно к ее столу стоит еще один, по бокам которого выстроились в ряд дешевые офисные стулья. Очень удобные. Но сидеть на одном из них дольше получаса нереально – жопа болит так, будто просидел десять часов на твердой скамье.

Очень эффектная женщина эта завуч. Светлые волосы уложены в сексуальную прическу, которая сгодилась бы для клуба, но никак для школьного кабинета. Крутые локоны лежат на ну очень аппетитной груди, виднеющуюся в глубоком декольте. Тонкую шейку очерчивает широкий золотой ошейник. Акула. В офисе какой-нибудь фирмы ей не было бы равных. В роли секретарши. Украшающей своим хищным видом стол начальника. Поэтому удивительно, что она делает в обычной государственной школе.

-Виталина Андреевна, – подает тихий голос Мышка, точнее Мария Ивановна. – Это папа Лизы Медведевой. Михаил… – она ищет взглядом ответа.

– Просто Михаил.

– Ммм. Надо же какие люди, – блондинка эффектно встает из-за стола, сексуально крутанув бедрами, подходит ко мне и протягивает руку для приветствия. Я легко пожимаю теплую нежную ладонь завуча. Духи у этой женщины приторные, тяжелые. Чувствую, как в затылке начинает пульсировать боль усталости. Мне бы на свежий воздух, но еще предстоит выдержать экзекуцию. – Приятно познакомиться, – тихим грудным голосом говорит Виталина Андреевна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.