Julia Shi
Кредо убийцы

Глава 1

Его глазами:

Золотой рассвет тёплыми лучами весеннего солнца заглядывает в окна серого, облупившегося здания. Солнечные зайчики, отражаясь от старого разбитого зеркала, прыгают по комнате. «Ушастые» играют в догонялки на грязном полу. Наполовину разрушенная и наполовину засраная квартира – мой дом, точнее, временное пристанище. У таких, как я нет дома, впрочем, семьи тоже нет. Уже нет.

Старый продавленный диван издаёт жалобный скрип. Кровь стынет в жилах от этих пронзительных звуков. Видавшее лучшие времена лежбище едва-едва выдерживает вес моего тела, грозится развалиться на части с минуты на минуту. Об удобстве я вообще молчу. Длинные ноги свисают с обшарпанного подлокотника. Мне приходится спать в позе эмбриона, подтянув колени к груди. Неудобно.

Неохотно открываю глаза. Взгляд натыкается на жёлтый, прокуренный дешёвыми сигаретами потолок. Извилистые продольные трещины рисуют замысловатые орнаменты на древней штукатурке. Кое-где не хватает внушительных кусков. Выгоревшие от старости обои рваными клоками свисают со стен, обнажая зелёно-чёрный грибок. Рыжие усатые тараканы величиной с небольшую мышь облюбовали огромные дыры в прогнившем деревянном полу. Мрак… Впрочем, в крохотной спальне ещё хуже. Там нет окон и, кажется, не работает вентиляция. Тошнотворная вонь канализации может пробить даже хронический насморк. Ну а что ты хотел? Гостиницу пять звёзд? Огромную королевскую кровать? И толпу покорных служанок?

На самом деле, это не самое поганое место, где мне приходилось обитать во время выполнения заданий. Подвалы, кишащие крысами, пыльные чердаки, наркоманские притоны и даже сырая, мёрзлая земля. Это далеко не полный список основных убежищ.

Яркий солнечный блик падает на лицо и заставляет жмуриться. Тёплый свежий ветерок слегка покачивает грязную застиранную тряпку, именуемую шторой. Нос улавливает запах распускающихся листочков и молодой травы. Наверняка нежно-зелёная дымка уже оплела деверья причудливыми узорами. Весна окончательно вступила в свои права, радуя жителей города мягким теплом.

Для многих это время года – символ новой жизни и перерождения. Кто-то однажды сказал: «Когда теряется всякая надежда, приходит весна…», не помню, где я видел эту фразу, да и неважно… Это просто пустые слова. Моя надежда уничтожена, сожжена дотла. Голубоглазой красавице весне не вернуть меня к жизни… Внутри я мёртв и полон тьмы. Душа погибла вместе с женой и нерожденным ребёнком, оставила обугленную головешку вместо сердца. Заслуженная «награда» вот-вот падёт на виновного.

Кристиан Белл… Непроизвольно сжимаю челюсти до скрипа ровных белоснежных зубов. Избалованный сынок главы мафиозного картеля. Безжалостная эгоистичная мразь изнасиловала беззащитную женщину. Каким же омерзительной тварью нужно быть, чтобы так поступить с девушкой. С беременной девушкой. Подонок затащил мою жену в машину и грубо надругался над ней. Насмехался над слезами и мольбой, хохотал в испуганное лицо и говорил, что трахаться с беременной, всё равно что в групповухе участвовать.

Гвендалин… Имя единственной любимой женщины отдаёт ноющей болью с горечью полыни и жгучим, как перец чили, раскаянием. Я не смог защитить её… Клялся перед лицом господа-бога хранить и беречь… И не сдержал обещание. Не уберёг ни жену, ни ребёнка.

У Гвен случился выкидыш. Долгожданный и желанный малыш так и не увидел свет. Полиция неохотно приняла заявление, открыла следствие, но быстро прекратила дело. Продажные слуги закона подтасовали результаты экспертизы, удалили записи с видеокамер, а всемогущий Джеферсон Белл, отец засранца, сумел предоставить алиби Кристиану. Мой милый ангел не вынесла позора и несправедливости, вскрыла вены в детской комнате. Прямо у новенькой колыбели. Слепая Фемида отвернулась от нас.

Вы подписали себе смертный приговор, ублюдки. Смерть – моя профессия. Только вот раньше я «трудился» на благо страны. Был армейцем и воевал под знамёнами родного флага. А теперь я убийца… Настоящий. Глупо искать справедливость в этом проклятом мире. Она миф. Сказка для детишек. Я стал карающим мечом правосудия.

Именно тогда чёрная лютая ненависть высунула свою косматую, зубастую голову и вцепилась в сердце. Эта тварь так плотно вонзила в меня клыки и когти, что уже и не выберешься…Живым точно. Но, именно оно – чувство, убивающее всё светлое и доброе, помогло пережить трагедию и не тронуться умом. Жажда возмездия и смерти упоротого козлёныша породила монстра по прозвищу – Виртуоз.

Дебильная кличка. Никогда мне не нравилась. Виртуоз – высокопрофессиональный киллер, его мастерство за гранью возможностей обычных наёмников. За пять лет существования боец ликвидировал более пятнадцати объектов. Цели снайпера – значимые фигуры в преступном мире, люди, до которых очень сложно добраться. Особенно с точки зрения закона. Этот высококлассный убийца не продаётся, его нельзя нанять или купить. Он сам выбирает свои жертвы. И Виртуоз – это я… Рано или поздно я доберусь до тебя, Кристиан Белл. На моём лице расцветает хищная улыбка.

Ещё один предсмертный вопль мягкой мебели разрывает утреннюю тишину душераздирающим стоном. Пора вставать. Поднимаюсь, лениво потягиваюсь, быстро переодеваюсь и отправляюсь на стадион. Ежедневные физические упражнения помогают держать себя в форме. Бег пять-шесть раз в неделю, два-три раза брусья, турник, отжимания и пресс. Плюс упражнения на развитие вестибулярного аппарата. И обязательно плавание. Стандартная тренировка снайпера. Никаких качалок, гантель и тяжёлых весов. Мышцы стрелка должны равномерно распределяться по телу без переломов и перегибов, обеспечивать устойчивость и плавность.

Лёгкий тёмный спортивный костюм не стесняет движения и не привлекает внимание. Неприметный внешний вид – лучший камуфляж, особенно для человека, за голову которого объявлена награда в пятьдесят миллионов долларов. Большие мафиозные шишки не поскупились. Главы кланов забыли о разногласиях, объединили усилия и даже скинулись. Паника бандитов безмерно льстит моему самолюбию. Бешеные деньги за шкуру Виртуоза. Да вот только получить их – большая проблема. Никто ни разу не видел мастера смерти и понятия не имеет как и где искать снайпера.

Это вполне объяснимо: я не беру заказы, не выхожу на связь. Все жертвы разбросаны по разным штатам огромной страны. Разные люди и между покойниками нет ничего общего. Кроме одного – все они редкостные мудаки, чьи руки по локти в крови. А у кого-то по самую шею. И каждого я пристрелил, как бешеную собаку. Без малейших сожалений. Малоизвестный журналист в глупой статейке местной газетёнки назвал меня героем. Но, как говорил Дэдпул: «Я не герой! Я, сволочь, которая гасит ещё больших сволочей!». Мститель. Но у меня есть собственное кредо¹. Правила, которые помогают выжить.

Погрузившись в раздумья, быстро добираюсь до стадиона. Первое правило – используй только общественные, проходные места, там, где постоянно трётся народ. Никто и не подумает искать профессионального убийцу в уличном городском спорткомплексе. И даже в столь ранний час одинокий бегун никого не удивит. Мало ли повёрнутых ЗОЖшников.

Сделав разминку и хорошенько разогревшись, приступаю к тренировке. Сегодня бег, брусья и отжимания. Отлично.

Чуткий слух опытного охотника улавливает тихий женский всхлип со стороны трибун. Что это? Бесшумно подкрадываюсь к месту, откуда исходил звук. Какого хрена? От увиденной картины мои глаза нагло лезут на лоб. На бетонном полу, скрючившись на старой кожаной куртке, крепко спят два человека. Совсем юная девушка крепко прижимает к себе ребёнка, мальчишку лет семи. Так и задницу отморозить недолго. Пристально рассматриваю незнакомку – будущую подругу простуды. Маленькая, худенькая, даже хрупкая фигурка. Копна вьющихся непослушных волос. Интересный цвет. Локоны юной незнакомки самого необычного оттенка. Мягкие медовые кудряшки с ярко-рыжим отливом, озорными пружинками прыгают вокруг милого лица. Смуглая кожа, правильные черты, вздёрнутый носик, по-детски пухлые щёчки и полный сочный рот.

Странное желание смять приоткрытые губки грубым поцелуем вспыхивает в теле и прокатывается огненной волной, отдавая тянущей болью в паху. Какого хера?

¹ Прим. автора: Кредо – убеждения, взгляды и основы мировоззрения.

Глава 2

Его глазами:

Какого хера? О чём я вообще думаю? Этой соплячке на вид не больше восемнадцати. Можно сказать, дитя дитём! С какого перепуга вдруг зашевелилось желание? На пару с членом!

После Гвен я никогда не хотел ни одну женщину в полном смысле этого слова. Просто секс. Обычный, примитивный, грубый и ни к чему не обязывающий. Просто удовлетворение физической потребности. Ни игр, ни страсти, ни блеска в глазах. Ничего. Похоронив жену, я аннулировал членство в БДСМ-клубе и больше там не появлялся. И не хотел. Так почему же именно сейчас нежданно-негаданно во мне просыпается жажда обладания юной незнакомкой.

Весна… Не иначе… Видимо, вопли мартовских котов под окнами бомжатника сработали на уровне подсознания. И генов. Тело повинуется зову природы, пробуждается от многолетнего сна и выбирает себе «самку». Кстати, о самке и пробуждениях. Взмах частокола длинных, густых тёмно-коричневых ресниц и девица открывает огромные глаза. Глазища… Охренеть… На этом всё. Мой острый ум и довольно высокий уровень интеллекта крепко обнимаются, весело помахав лапками на прощание, выходят из чата. Проще говоря, я мигом отупел. Светло-коричневая бездна цвета лесного ореха, окаймлённая дымчато-серым оттенком по краю, заставляет забыть обо всём. Лучистый, пристальный взгляд проникает в душу. Золотисто-зелёные озорные искорки вспыхивают в янтарной глубине. Девушка молча рассматривает меня. Минута, другая и…

– Пожалуйста, только не снимай штаны, – дерзкие словечки вылетают из сочного рта. Да я чуть не упал от неожиданности.

– Что? – удивлённо переспрашиваю. Мало ли, вдруг послышалось.

-Не хочу начинать утро со старых писюнов, – хамит «зелёная» засранка и нахально улыбается.

– Чего?! – громкий рык эхом разлетается по стадиону. Мелкая дрянь фыркает, поднимается, осторожно перекладывает спящего мальчонку на лавочку и заботливо накрывает сверху чёрной курткой.

– Ты разве не из тех извращенцев, которые женщин караулят в парках? – колко хмыкает девчонка.

– А что? Похож? – пристально смотрю на золотоволосую козявку.

-Немного, – бормочет незнакомка. От злости скриплю зубами. Мощные челюсти ходят ходуном. Со своего немалого роста нависаю над кусачим клопом и хриплю:

-Нахалка! А если я тебе задницу надеру?

Изогнув красивую тёмно-коричневую левую бровку, маленькая стерва криво усмехается:

– Ух ты! Угрожаешь прямо как мой дед!

Дед?! Борзота! Руки чешутся придушить! Непроизвольно делаю шаг в сторону дерзкой соплячки. Угрожающее шипение вынуждает замереть на месте:

–Не боюсь! Знаешь ли… Есть у меня один секретик, – девушка засовывает руку за пояс и медленно вытаскивает пистолет. Чёрный гладкий металл бликует в лучах утреннего солнца. Ого, а малышка-то с подвохом. Прямо, как тайские красотки. Ну и что ты собираешься с ним делать? Три шага навстречу. Господи боже, эта малолетка держит ствол одной рукой. Похоже, крошка пересмотрела боевиков. В настоящей жизни так не стреляют. Только если в упор. Даже взрослому сильному мужику не снять предохранитель одной рукой. А про тощую козу и говорить нечего...

Не каждый способен равнодушно выстрелить в живое существо. К счастью… Но прекрасному полу спустить курок особенно сложно. Инстинкты… Что бы ни кричали сторонники феминизма, с точки зрения физиологии женщина – это мать, дарующая новую жизнь. Забрать чью-то – пойти против своей природы. Преодоление психического барьера дорого обходится дамам. В такие моменты я всегда вспоминаю кадры из советских фильмов о Второй мировой войне. Только что обученные девушки-снайперы убивают противников, бросают винтовки и плачут навзрыд. Горе, боль, отчаяние и неприятие. Совсем юным женщинам приходилось убивать. Война – суровое бремя для всех.

Внимательно рассматриваю оружие. Ёпт, да в руках у крошки Desert Eagle². Усилием воли давлю рвущийся из груди дикий ржач. Ты собралась стрелять из этой дубины одной рукой? Интересно, оглушённое тельце мелкой засранки отбросит на метр? Или на два? Утрирую, конечно, но отдача у этой штуки убойная. Как минимум попятится. Или оружие выронит.

– Стой на месте! – количество децибелов в голосе незнакомки заметно растёт. Кажется, она начинает нервничать.

– А то что? – нагло ухмыляюсь, глядя прямо в золотистые глаза.

– Выстрелю! – устрашающе пыхтит соплячка.

– Окей! Вперёд и с песней! – подхожу к девушке вплотную и упираюсь грудью в широкий ствол. Целый спектр эмоций пробегает на милом и невинном лице. Не сможешь… Даже случайно не получится. Нос улавливает восхитительный цветочно-фруктовый аромат. Чёрная смородина и груша придают запаху кислинку. Жасмин, ирис и апельсин принося пудровый букет и лёгкую горечь. Ваниль, пралине, пачули сводят с ума своей очаровательной сладостью. С наслаждением делаю глубокий вдох.

– Я не шучу… – шепчет малышка.

– Угу… – киваю.

– Я уже использовала его по назначению! – лепечет девушка.

– Да ну? – язвительная ухмылка растягивает мои щёки. Растерянность и лёгкая паника делают огромными и без того большие глаза. Невольно погружаюсь в охровую бездонную глубину и тону в давно забытых чувствах: нежность и сострадание. Какого дьявола со мной происходит? Девичье дыхание становится тяжёлым и рваным. Я отчётливо слышу, как маленькое сердечко бьётся раненой птицей об хрупкие стенки грудной клетки.

– Да… Отойди, пожалуйста… – выдыхает незнакомка.

– Врать старшим нехорошо. Ты никогда не стреляла из пистолета. Особенно из такого, – припечатываю «снайпера».

Тяжёлое массивное оружие дрожит и ходит ходуном в крохотной ладошке.

– Могу дать пару полезных советов… Во-первых, никогда не позволяй дулу упираться в тело жертвы, – безжалостно скалюсь. Хлопнув густой ресничной тайгой, малышка ошеломлённо задаёт логичный вопрос:

– Почему?

Без всяких лишних слов, резким и сильным движением бью по хрупкому запястью соплячки, заставляя отвести худенькую ручку в противоположную сторону. Поворачиваюсь спиной, резко выкручиваю маленькие пальчики и вырываю пистолет.

– А-а-а-а-а-а-ай… – тихий всхлип. На тонкой оливковой коже остаются красные следы. Какая нежная… Ты везде такая нежная? Воображение рисует сочную сексуальную картинку – дерзкая кудряшка лежит поперёк коленей и смачно получает стеком-хлопушкой по аппетитной заднице. На упругой попке расцветают алые узоры. А с пухлых приоткрытых губ слетают глухие сладостные стоны. Приди в себя, идиот!

Вытаскиваю обойму и внимательно рассматриваю патроны. Боевые… И где ты раздобыла такую диковинную игрушку?

– Во-вторых, держи пистолет двумя руками, особенно этого здоровяка. У него чрезвычайно мощная отдача, – продолжаю вводную лекцию.

– Откуда ты это знаешь? – удивлённо тянет девушка.

Я открываю рот, чтобы частично рассказать правду. Выложить пару историй о тёмном армейском прошлом. Правило второе – избегай вранья, а если сказать правду затруднительно, следуй пословице: молчание – золото. Но хриплый тяжёлый кашель семилетнего мальчика прерывает образовательный процесс. Загадочная девушка мгновенно кидается к ребёнку.

– Марк! Сейчас, малыш! – молниеносно стаскивает с себя кофту и теплее укутывает дремлющего парня. Быстро хватает сумку, вынимает заправленный шприц из тканевого кармана рюкзака, вмиг делает пацану укол и протягивает аэрозольный металлический баллончик.

– Что с ним? – вытаращив глаза, наблюдаю за сценой из сериала Доктор Хаус. Бледное детское лицо мальчишки покрывается испариной. Шкет нездоров.

– Заболел! Астма и простуда, скорее всего, бронхит! – едва слышно шепчет незнакомка. Опасное сочетание! Слова малолетки выводят меня из себя. Обычно спокойный голос звучит резко и грубо:

– Совсем дурная? Срочно в больницу!

Бездонные глаза моей неожиданной находки мгновенно наполняются большими и блестящими слезами, девчонка тихо воет:

– Мы не можем! Нельзя! Нас найдут!

В мягком женском голосе больше нет игривости и неслыханной дерзости, только горькое отчаяние. Пристально рассматриваю малышку. На оливковой коже красуются неестественно длинные синяки и местами поджившие свежие ожоги необычной формы. Такой след оставляет хлыст. И… сигарета? Кто-то от души прошёлся длинной, гибкой плетью по хрупкому телу и затушил об крошку с десяток папирос.

– Что это? – спрашиваю мягким голосом.

Незнакомка плавно укачивает мальчонку, крепко прижимая к себе, и хранит молчание. Прекрасные глаза упорно буравят бетонный пол. Я видел такой взгляд раньше – затравленный, запуганный, измученный. Взгляд жертвы. Эта девочка столкнулась с физическим насилием. Мощная вспышка ярости ослепляет разум. Правило третье – никогда не трогай беззащитных женщин и детей. Убью… Кто бы ни был ваш обидчик – собственными руками выпущу кишки и повешу на них. Сам не знаю, почему малышня пробуждает рыцаря в сверкающих доспехах.

– Нам нельзя в больницу… Он найдёт нас, – отмирает молчунья и начинает лепетать. Раз за разом повторяя эти слова словно магическое заклинание. Будто заговор придаст обычным звукам волшебной силы, а неизвестный безжалостный враг внезапно потеряет след детей. Но сегодня не ваш день, ребятки…

– Вот вы где… – омерзительно скрипучий голос громким эхом разлетается по стадиону. Три здоровенных мужика медленно приближаются со стороны южного входа.

² Прим. автора: Desert Eagle – самозарядный крупнокалиберный пистолет. Производитель: Magnum Research и Israel Weapon Industries. Пятидесятый калибр, длина – 27,5 сантиметров, масса с заряженной обоймой 2050 граммов.

Глава 3

Его глазами:

Трое… Дюк Уокер – исключительный кусок говна, правая рука Кристиана. Высокий, мощный темнокожий амбал с пронзительными чёрными глазами. Дьявольски жестокий и безжалостный, язык не поворачивается произнести вслух, человек – дознаватель и начальник внутренней охраны криминального семейства Белл. По совместительству лучший друг моей главной цели. Дюк без труда нашёл беглецов. Неудивительно. Первоклассный профессионал. Само собой, имя Уокера старшего тоже в моём «особом» списке. Свидание со смертью гарантировано. Он и пара шестёрок неторопливо приближаются.

– Малышка Лил… Туки – туки! Мы нашли тебя, – омерзительно-сальная улыбка перекашивает безобразное лицо темнокожего маньяка. Шепелявый голос мужчины пропитан парализующей волю отравой. В чёрных глазах царит чистое безумие и безудержная жажда насилия. Неистовый блеск опаляет яростным огнём. Не будь я безжалостным убийцей, обделался бы от страха. «Бойцовая псина» Беллов скалится острозубой ухмылкой. Хищник загнал добычу в угол. Очень лёгкую добычу. Но… Не повезло тебе, говнюк. Сегодня не твой день, Уокер.

Крошка с ужасом следит за ленивым приближением тройки редкостных подонков. Смертельная бледность покрывает нежные щёки, отравляет смуглую золотистую кожу тусклым, серым оттенком. В ореховой глубине поразительных глаз мечется дикий животный ужас. Она сильнее прижимает к себе тело спящего шпингалета. Делаю большой шаг вперёд и закрываю детей собой. Это он оставил отметины? Издевался над девчонкой?

– А ты большая умница, кисусь. Ловко вырубила тупицу-охранника. Стащила мой любимый ствол, – тошнотворная усмешка на морде ублюдка становится по-настоящему зловещей, – Но… Поиграли в прятки и будет. Незапланированная прогулка закончена. Милому непослушному котёнку пора вернуться в клетку.

Крупная истерическая дрожь колотит хрупкую девичью фигурку. Пацана не урони! Дюк чувствует запах глубокого отчаяния и продолжает скалить кривые зубы. Страх. Мои кулаки бешено зудят. Чертовски хочется сломать горбатый шнобель. Врезать пятернёй, да так, чтобы хрустнуло и хлынуло. А урод всё никак не заткнётся, испытывает моё терпение на прочность:

– И закончить наше обучение…

Нетрудное слово из восьми букв загорается красными мигающими огоньками в моей голове, сигнализирует о чём-то важном.

– Обучение? – удивлённо спрашиваю. Какое ещё, мать вашу, обучение?! До меня долетали тревожные слухи. Говорят, что сексуальные предпочтения Криса весьма своеобразны. Подонок любит девственниц и зверские забавы. Жестокие и совсем недобровольные развлечения. Но белобрысый хорёк на дух не выносит необученных строптивиц и с радостью отдаёт девушек для первоначальной дрессировки Уокеру.

– С дороги, парень! Кудрявая крошка – новая игрушка Белла. И мы научим сучку повиновению, – засранец на редкость болтлив. – Порезвимся, крошка? Сначала Кристиан, а потом все остальные. Да, Лил?

Барышня сжимается в комок, бурные слёзы катятся ручьём по перепуганной мордашке. А в моей чёрной душе пробуждается ледяная злоба. Следы… Похоже, недозрелую соплюху принудительно погружают в тёмные воды БДСМ. Даже топят… Против воли. Лепят из малышки покорную рабыню, жестоко избивая и унижая. Страшно подумать, что ждёт девушку дальше. Очень хочу разрядить всю обойму. Прямо в пасть! Каждому.

– Лил… Шевели жопой! А то я передумаю… И подарю твоего чудного симпатичного Уэсли, – злобно шипит Дюк. Одна из шестёрок похотливо облизывается, глядя на беспокойно дремлющего ребёнка. Ну, конечно, где же ещё извращенцы найдут приют? Само собой, у Беллов. Педофил… Они манипулируют и угрожают. Суки.

Переживания полностью подчинили разум девушки. В ореховых глазах только ужас и паника. Эй! Приём! Я задаю вопрос тихой, максимально ровной, но твёрдой интонацией:

– Синяки, ожоги… Это он?

Хвала сатане и всем демонам ада, девушка услышала меня с первого раза. Хлопнув длинными мокрыми ресницами, она едва заметно кивает в ответ. Кровь закипает в жилах, методично уничтожает ледяную спокойную злость. Ненависть изливается вибрирующими потоками. Делаю глубокий медленный вдох. Ещё один и ещё. С трудом беру под контроль бушующие эмоции. Задаю следующий вопрос:

– Бежать можешь?

Она отрицательно качает головой.

– Я так и думал. Закрой уши мальчонке.

Вытаращив зарёванные глаза, кудряшка молниеносно выполняет мой приказ. Передёргиваю затвор, обхватываю рукоятку пистолета двумя ладонями и вскидываю оружие. Громкий щелчок предохранителя, шум спускового крючка.

Ба-а-а-а-а-а-а-а-а

Движение затвора на меня и первая стреляная гильза с металлическим звоном падает на пол. Свист рассекающей воздух пули предрекает чью-то смерть. Сильная отдача мощной волной толкает назад запястья. Чваканье свинца, врезающегося в череп. Возвратное движение затвора. Я мысленно вижу, как новый патрон заходит в патронник. Грохот рухнувшего безжизненного тела. Сайонара, придурок!

Ба-а-а-а-а-а-а-а-ах!

Аривидерчи, скот! Следующий выстрел. Раскалённая гильза отлетает мне в руку, оставляет круглую красную отметину. Неприятно для новичка, но для профессионала вполне привычное дело. Если присмотреться, то можно найти парочку хорошо заживших рубцов. Сдавленный предсмертный вскрик. Второе тулово быстро падает на холодный грязный бетон.

Ба-а-а-а-а-а-а-а-ах!

Оревуар, недоносок! Последний мудак начинает остывать, разбросав свой мозг в паре метров от меня. Перепуганный голос крошки звучит протяжно и жалостно:

– Боже…

– Не смотри! – рычу на шокированную малышку. Медленно приближаюсь к покойникам. Правило четвёртое – убедись, что цель мертва. Ликвидируя объект, я неизменно делаю три точных выстрела: один в голову и два в сердце. Но, с этой минигаубицей хватит и одного. Мощный ствол с крупным калибром попросту сносит примерно половину черепушки каждому продырявленному. Никакого изящества… Ненавижу Eagle.

Тёмно-красная кровь вперемежку с желтоватыми мозгами и раскуроченными глазными яблоками, жидким месивом растекается по пыльному каменному покрытию, наполняет воздух специфическим металлическим запахом. Эффективно. На первый взгляд. Но… Стрелять из такого оружия очень сложно. Даже мне пришлось изрядно напрячься, чтобы попасть точно в цель. Пульсирующая боль ломит запястья, сжимающие пистолетную рукоять. Я словно десяток магазинов разрядил. Залпом.

Тела скоро обнаружат. Не пройдёт и нескольких часов. Кристиан догадается, кто именно пустил в расход любимого «пса». Сразу поймёт! Нельзя оставлять подарок в виде пальчиков. Тщательно протираю оружие краем футболки и выбрасываю ствол в тёмно-бордовую лужу. Пора валить! Разворачиваюсь и быстро иду к незнакомке. Шок и непритворный ужас застыли в её глазах.

– Мамочки… Кто ты? – едва слышно шепчет барышня.

Маячок! Тебя вычислили, отследили. Нужно найти и избавиться от жучка.

– Телефон? Планшет? – коротко спрашиваю. Малышка продолжает таращиться на меня как диковинное чудовище и шипит:

– Я же выключила его.

Святая простота! Дрожащей рукой она протягивает старенький мобильник.

– Выкинь! Рюкзак тоже!

Перепуганная кудряшка послушно кивает. Быстро выбрасывает сотовый и скудные пожитки. Забирает только баллончик и стеклянные ампулы со шприцами.

– Уходим! – хватаю за локоть и тяну за собой. Девчонка прогибается под тяжестью ребёнка и слабо пыхтит, но прижимает мальчишку к себе.

– Давай я! – забираю мальчишку из ослабевших рук незнакомой барышни. Господи… Сколько он весит? Килограммов 15? Тело парнишки слишком лёгкое для восьми лет, практически невесомое. Похоже, дети голодали.

– Иди за мной. Если повстречаем прохожих – громко смейся и извиняйся, что засиделись в гостях. Ясно? – даю краткое наставление.

– Да, – отвечает девчонка.

Мы прокрадываемся пустынными улочками. Единственный стадион без камер находится на окраине города. Путь длинный, извилистый, но безопасный.

Наконец-то! Закрываю входную дверь и выдыхаю. Рано расслабляться.

Молча уношу ребёнка в спальню, укладываю на деревянную койку и накрываю тёплым шерстяным одеялом. Вот и комната пригодилась… Нужно убедиться, что нет температуры. Кладу руку на детский лоб и прислушиваюсь к дыханию. Порядок. Выхожу из спальни, оставляя внезапных соседей наедине.

Нужно выпить! Смерть и кровь – часть моей жизни. Можно сказать, норма. А вот «попутчиков» раньше не брал. Да и не действовал так нагло и открыто. Буравлю взглядом деревянную дверь, ведущую в комнату. Это из-за вас… Несчастные дети. Только вот в штанах свербит не по-отцовски! И снова возникает вопрос:

«Какого хера?»

Глава 4

Его глазами:

Почему это происходит здесь и сейчас? Понятия не имею. Я веду себя, как принц из глупой сказки о вечной любви. Коня, блин, только не хватает. Белого. Но, факт есть факт. И чёрта с два с ним поспоришь. Я открыл в себе опцию благородного рыцаря с поправкой на похоть… Level up, дамы и господа. Это невинная зелёная девчонка! Глупая и наивная! Магнит для неприятностей! Не смей даже думать о ней! Но почему-то сердце отчаянно сопротивляется разумным доводам, бешено колотится, норовит выскочить из груди. Мелкая коза. Может мне ещё и любовью воспылать? Как в дурацкой мелодраме.

Идиот! Ехидно хмыкаю. Нужно выпить! Иду на грязную кухню. Красота… Обои свисают со стен рваными выгоревшими клочками. Вонючая плесень по углам. Пауки и тараканы. Дизайнерский интерьер.

Древний холодильник оглушительно тарахтит. А полумёртвый чайник пугает глаз заляпанными боками, старичок плохо греет воду и иногда бьётся током. Была не была! Рискуя жизнью, нажимаю кнопку запуска. Повезло. Перекошенный кухонный гарнитур тихо поскрипывает наполовину оторванными дверками. А я безнадёжно шарю в полупустых недрах, разыскивая подходящую посуду. Что-нибудь не расколотое, нетреснутое и, желательно, с ручкой.

Нафиг! Осторожно закрываю последний шкафчик. А то ещё на голову упадёт! Выуживаю стеклянный бокал со дна заржавевшей, заваленной грязной посудой мойки. Я ополаскиваю тару под струёй рыжей вонючей воды и снимаю с верхней полки большущую бутыль вискаря. Режим сегодня в пролёте. Хмыкнув, наливаю добрую порцию крепкого алкоголя. Щедренько!

– И мне! – нежный голос волшебными серебряными колокольчиками звенит, разрушая тягучую тишину убогой берлоги. В дверном проёме маячит силуэт стройной девичьей фигурки. Вот же зараза мелкая. Недовольно морщусь, кудрявая пигалица нацепила мою рубаху.

Тончайшая хлопковая сорочка выгодно подчёркивает хрупкость малышки. Нежная оливковая кожа отливает восхитительным золотистым сиянием. Так и хочется провести пальцами по бархатистой щеке, красивой шее и изящным ключицам. Самыми кончиками, едва касаясь. Медленно пуговку за пуговкой расстёгивать импровизированный халатик, осыпая страстными поцелуями обнажающиеся участки.

Шибари… Мягкая эластичная верёвка, оплетает молодое гибкое тело, призывно вонзается в плоть и оставляет привлекательные красные следы. Дьявольски возбуждающая фантазия. Я громко сглатываю и нечеловеческими усилиями отвожу взгляд. Стоп! Достаточно похотливых мыслишек!

Её глазами:

Марк! Спи, малыш! Всё будет хорошо, обещаю. Я поправляю старенькое покрывало и тихой мышкой выскальзываю за дверь.

Голова гудит. Тяжёлые мысли жужжат назойливыми пчёлами и отказываются укладываться по полочкам. Слишком много событий! Всего два дня, а всё так изменилось. Нам чудом удалось унести ноги из «гостевого» домика Кристиана. После очередного урока послушания и довольно близкого знакомства с плетью, перевозбуждённый Уокер умчался спускать пар на своих рабынях. Молящие о пощаде женские крики навсегда останутся в памяти. Садист и извращенец! Чтобы было, возьмись он за меня как следует? Даже думать не хочу. Ясно одно… Долго бы я не протянула! Но Дюк поторопился. Спешка мучителя подарила нам шанс на спасение! Он попросту не запер дверь моей спальни. Я схватила забытый «псом» пистолет и понеслась в комнату родного брата. Даже боль не остановила!

Мы смогли удрать. Я вырубила охранника табуретом и утащила ребёнка на себе. Неслась куда глаза глядят, не разбирая дороги. Сквозь холод и ночную мглу. Пока не добралась до заброшенного стадиона на окраине города. Мы в безопасности, подумала я. Здесь не будут искать. Наивная! Разве Белл так легко отступит? Мы едва не поплатились за мою глупость. Дура дурацкая! «Цепные псы» Кристиана достанут заветную «косточку» даже из-под земли. И если бы не незнакомец… Закрываю глаза в отчаянном желании прогнать омерзительную картину едва не случившейся трагедии.

А сейчас я стою посредине убогой захламлённой кухни и осторожно рассматриваю нежданного спасителя. Прекрасен, словно дьявол. Довольно высокий… Не меньше ста восьмидесяти пяти сантиметров. Широкие литые плечи, мощная грудь, узкая талия и длинные крепкие ноги. Стальные мускулы перекатывают под лёгкой футболкой при малейшем движении. Мужчина, совсем не напрягаясь, нёс спящего Марка несколько километров. И даже не запыхался.

Спортивного сложения, но не перекачанный. Жилистый и поджарый. Этакий андалузский жеребец, сплошные в меру развитые мышцы. Тёмный, почти чёрный, коротко стриженный ёжик жёстких волос поднимается на затылке острыми вихрами. Прямой нос с небольшой горбинкой и резко очерченный волевой подбородок указывают на властный характер. Тиран! Красиво изогнутый рот искривляет мужественное лицо ехидной белозубой ухмылкой. Чеширский котяра. Улыбка есть, а радости нет. Во взгляде холод и тьма.

Но глаза… Мамочки! Какие у него глаза! Глубокий насыщенный светло-серый цвет сияет расплавленным серебром, полностью скрывая любое проявление даже крохотных эмоций. Но на дне безграничного дымчатого омута вспыхивают яркие графитовые звёзды. Ты же человек? Да? Нам нужна твоя помощь… Очень!

Взгляд, приправленный рунной сталью, обжигает тело с головы до пят. Кажется, всю рассмотрел, особенно тщательно рубашку. Мужчина недовольно хмурится. Не нравится, что я похозяйничала в его шкафу? Извини. Стыдливо улыбаюсь и одёргиваю подол нового «платья». Сероглазый чёрт неотрывно пожирает меня дивными глазами. Я практически утонула в сорочке. Но мне всё равно кажется, что импровизированная «пижама» слишком короткая. Чёрт!

– Извини, на мою одежду кровь попала, вот я и… – невнятно мямлю ответ. Наш «благородный» герой поднимает руку и прерывает мои жалкие оправдания:

– Я понял, таскай, – низкий хрипловатый голос незнакомца парализует разум. Огненная волна неторопливо поднимается по замёрзшему и измотанному телу, согревая мягким трепещущим теплом. А обладатель сексуального баритона продолжает бессовестно пялиться на меня. Внаглую. Не скрываясь. Мысленно раздевает донага. Никто никогда на меня так не смотрел.

Разве что Кристиан, но… Но взгляд масленых поросячьих глаз Белла всегда вызывал лишь стойкое отвращение. Так хотелось просто исчезнуть. Забраться в глухую глубокую нору и никогда не выходить на белый свет. А здесь… Я краснею и смущаюсь, как школьница, но мне ужасно нравится. В голове вспыхивает гениальная идея. Воспользуюсь откровенной симпатией загадочного мужчины! Легко сказать. Так, соберись, тряпка! Хозяин завораживающего взгляда поднимает бокал, приковывая моё рассеянное внимание:

– За здоровье шпингалета!

Негромкое звяканье кубиков льда об стеклянные стенки, рычащее тарахтение довольно древнего холодильника, скрип старой оконной рамы. Никогда бы не подумала, что бытовые звуки могут погружать в самый настоящий транс. Или это влияние таинственного мужчины? Я в полном молчании наблюдаю за хозяином. Длинные пальцы незнакомца осторожно сжимают полупустой стакан, медленно подносят к привлекательным губам. Маленький глоток и острое адамово яблоко сексуально движется, окончательно погружая мой затуманенный рассудок в глубокий гипноз. Перед глазами встаёт жутковатая, но красивая картина: этот, безусловно, очень привлекательный бес крепко обхватывает сильными изящными ладонями пистолетную рукоять. Быстро, чётко и безжалостно убивает Дюка и остальных парней тремя точными выстрелами. Даже мне, ясно, что так может лишь профессионал. Очень умелый. Разлетающиеся в разные стороны мозги, тёмная, растекающаяся по пыльному бетонному полу кровь и три бездыханных тела. Почему-то я не впала в истерику. Не начала визжать и колотиться в припадках.

– Отомри, – горячее дыхание обжигает шею, а мурлыкающая хрипотца мгновенно возвращают на Землю.

Незнакомец стоит сзади. Бесшумно подкрался. Даже не заметила… Свежий изысканный аромат обволакивает тонкой кружевной вуалью: бергамот, лимон, кориандр, гвоздика и дубовый мох – фантастическое сочетание. Хочу закрыть глаза, уткнуться носом в широкую грудь и вдыхать чистый приятный запах. Напрочь забыть обо всём. Хищник… Вздрагиваю и отстраняюсь. Демон с глазами цвета осеннего неба замечает мою реакцию, лукаво щурится и садится на колченогий стул.

– Мне тоже налей… – тихо шепчу. Титаническими усилиями собираю в кучу остатки храбрости, раскрываю рот и выдавливаю из себя простую фразу. На стадионе ты была болтливее!

– Извини, но чистой посуды больше нет, – сероглазый колко хмыкает. Издеваешься, скотина? Я осматриваюсь и соображаю, что мужчина говорит совершенно серьёзно. Несколько робких шагов, и я стою перед ним. Забираю стеклянный бокал из мужских рук и отпиваю большой глоток. Янтарный маслянистый напиток мгновенно обжигает горло. Закашлявшись, возвращаю стакан и сиплю:

– Господи… Кхе-кхе… Что это? Кхе-кхе-кхе… Жидкий огонь? Просроченный хабанеро³?

– Виски, – колючая ухмылка служит мне ответом. Несколько рваных глубоких вдохов, я с трудом возвращаю способность связно и разумно говорить. Сжиженный перец чили взбодрил заснувшую отвагу:

– Я хочу нанять тебя… – смело смотрю в лицо спасителю.

³ Прим. автора: хабанеро считается самым острым перцем и самым острым соусом в мире.

Глава 5

Его глазами:

Что?! Ушам своим не верю! Наверное, у меня жар и это звуковые галлюцинации. Ошибка системы… Брови удивлённо взлетают вверх. Ничего не понимаю. Я заглядываю в очаровательные глаза цвета лесного ореха и переспрашиваю:

– Прости, что ты сказала? Повтори.

Внезапно расхрабрившийся клоп громко фыркает и обнажает острые «зубки»:

– Ты вроде не древний, а уже со слухом проблемы…

Кудрявая нахалка снова тянет хрупкие ручонки к бокалу с вискарём. Ядовито усмехаюсь и с интересом слежу за неудачными попытками строить из себя взрослую раскрепощённую особу. Большой глоток. Вот дурная. Бинго… Очередной приступ жуткого кашля звонким эхом разлетается по комнате:

– Кхе – кхе – кхе…

Малышка стирает выступившие слёзы с миловидной мордашки и несмело повторяет:

– Я хочу нанять тебя…

Чёрт! Значит, не показалось. Нанять… И что это, а соплюха? Любопытно.

– И в качестве кого? Нянька из меня паршивая. Я бы даже сказал хреновая, – продолжаю гипнотизировать жертву змеиным взглядом. Прелестная крошка робко теребит край белой рубашки. А-а-а-а-а! Блин! Соблазнительные ножки призывно мелькают под тонкой тканью. Самообладание трещит по швам. Вот зачем я тебя дразнил, а? Не смог удержаться. Девчонка так забавно смотрела в пустоту. Подкрался к ней и промурлыкал на ушко всего одно слово, и коза подскочила, как ошпаренная. Это было смешно. Недолго.

И сейчас соблазнительная крошка сидит очень близко. Слишком! Я чувствую тонкий сладковатый аромат. Нежный запах кожи и волос практически лишает разума. Стоп! Долой пошлые фантазии! Никакого секса на грязном кухонном столе! Она же несовершеннолетняя. Да что со мной такое?! Дрянные мыслишки и недовольство собой безмерно раздражают. Бесят! И ты меня бесишь, мелочь кудрявая! Морщусь и злобно скалюсь. Свирепое выражение лица сбивает с толку «гостью». Девчонка громко икает от неожиданности и испуга и прикрывает рот ладонью. А-а-а-а-а! Дитё дитём.

– Не-не-не-нет… – жалко лепечет барышня. – Я-я-я-я…

Малышка на секунду замолкает, делает глубокий вдох и продолжает более уверенно:

-Я хочу, чтобы ты убил моего дядю…

Что?! Вот это поворот на сто восемьдесят. Двойной удар кувалдой по макушке. А я-то уж подумал, что зубастый ангелок попросит сопроводить их до безопасного места или защитить. Но нет, заикающаяся кроха удивила. Даже шокировала…

– Хм… Кровожадная ты мадама, однако… И за что ты дядюшку? – громко фыркаю и задаю вполне логичный вопрос. Догадалась, значит. Хотя девчонка явно неклиническая идиотка, да и не слепая. Не стану отрицать очевидного. После трёх невозмутимо продырявленных трупов бессмысленно отнекиваться и притворяться божьим одуванчиком. Малышка всё прекрасно поняла: перед ней матёрый убийца. Но… Почему ты решила, что я продаюсь? Или вообще оставлю вас в живых? Глупо и опрометчиво доверять первому встречному. Наивная душа. Свистящий яростный шёпот прерывает мои гневные мысли:

– Он убил папу… – исступлённая ненависть хрипит в нежном голосе.

Фамильные разборки. Восхитительно… Этого ещё не хватало для полного счастья. Семейная, мать вашу, вендетта. Но следующие слова малышки заставляют замереть на месте:

– И отдал нас Кристиану… – продолжает соплюха.

Крак

Треск. Стакан лопается в руке. Перебор… Крупные осколки тонкого стекла со звоном падают на выцветший стол. Остатки золотисто-коричневой жидкости мелкими ручейками стекают по коже и капают на загаженную поверхность. Кровь медленно проступает на крепко сжатом кулаке. Но я даже не чувствую боли. Сука…

– Ты поранился… – крошка рыжим вихрем слетает со стула, хватает что-то похожее на полотенце и бросается ко мне. В завораживающей глубине ореховых глаз так много доброты, тепла и сочувствия. Любопытно. Пару минут назад девчонка пылала гневом и лютой ненавистью, желала смерти другому человеку, а сейчас… Заботливо прижимает тряпку к ране, стараясь остановить кровь. И… плачет? Кажется, дядюшка самый настоящий мерзавец. Конченный…

– Оставь! Рассказывай… – голос звучит излишне грубо. Барышня вздрагивает, садится на деревянный табурет и тяжело вздыхает.

– Подробно и с самого начала, – немного смягчаю тон, – Как зовут?

– Лилия…

– Ли-ли-я… – медленно и тягуче выговариваю девичье имя, смакую на вкус. От латинского «Lilium», в переводе «чистый», «невинный» или «симпатичный». Тебе идёт, малявка.

– Дальше… – подталкиваю рыжика к продолжению.

– Год назад наш папа погиб в аварии. Это было неожиданно. Я даже не сразу поняла, что случилось. Неприятности начались, когда нотариус озвучил завещание. Всё имущество и бизнес оставил нам. Я и Марк – единственные законные наследники, – безутешная скорбь горьким ароматом беспросветного отчаяния обволакивает комнату. Голос малышки дрожит. Молча встаю, беру целую кофейную кружку и наливаю двойную порцию крепкой выпивки.

– Держи, – протягиваю девушке.

Лилия одним махом опустошает чашку, жмурится и внезапно громко чихает. Пары алкоголя щекочут конопатый нос смешной козявки. Такая забавная и хорошенькая! Не могу сдержать улыбку. И даже гнетущая тишина не мешает мне любоваться кудрявой малышкой. Я разглядываю озорные коричневые веснушки и наслаждаюсь неловким фырканьем барышни. Милая лисичка…

– Дыши! – мягко усмехаюсь.

Крошка послушно выполняет команду, делает несколько глубоких вдохов и возвращает себе способность говорить:

– Уф…

– Дядя – ваш опекун? – задаю уточняющий вопрос.

– Что? Нет! Мне двадцать один. Нам не нужен опекун. Точнее, это я опекун для Марка, – неожиданно громко Лилия говорит. Чёрт! Удивила. Опять. Моё сердце выделывает замысловатый кульбит и падает в пятки. Совершеннолетняя… Что-то похожее на надежду расцветает в моей чёрствой душе. А, может, да? А вдруг получится? Безумие какое-то. Ха-Ха… Даже самому смешно. Я живо возвращаюсь в суровую реальность. Раскатал губу. Ей двадцать один, а тебе тридцать шесть… Между нами пропасть. Целая жизнь, наполненная болью, страданиями, жестокостью и человеческими смертями. И неважно, что все мои жертвы заслужили пулю в лоб. Я не имею никого права вмешивать посторонних в свою месть. Особенно глупых детей.

– Как зовут родственника?

– Питер Фрай. Мамин брат. Он думал, что бизнес достанется ему. Дяде очень нужны папины автомастерские. Несколько лет назад отец купил сеть СТО. Цена была выгодной. Вместе с нашими магазинами автозапчастей получилась целая империя с филиалами по всей стране. Тогда-то семейство Белл и объявилось впервые. Не знаю, зачем мы им нужны, но… – слабый приглушенный всхлип и по нежной бархатистой щеке скатывается сиротливая слеза. – С тех пор Кристиан не оставляет нас в покое. Бесконечные преследования и угрозы. Папа умудрялся держать бандитов на расстоянии, отвергал сомнительные предложения и не ввязывался в авантюры. Но год назад…

Девушка закрывает лицо руками. Хрупкие плечи подрагивают, но кудряшка стойко давит рыдания и пытается сдержаться.

– Убили? Крис? – я тихо спрашиваю.

– Нет. Не он. Это дядя… Питер крупно проигрался Кристиану. Может, было что-то ещё… – сквозь слёзы шепчет Лилия. Похоже на правду. Шантаж, заказные убийства, компромат и деньги – рычаги давления Беллов. Нечестные игры, грязные дела. Сощурившись, продолжаю слушать рассказ малышки.

– Джеферсон потребовал СТО. Точнее, приказал переубедить папу, вынудить отдать мастерские. Естественно, отец отказал, но предложил выкупить долг. Фрай согласился и вроде даже успокоился. А спустя неделю у нашей машины отказали тормоза. Какая жестокая ирония – хозяин лучших СТО и неисправная тачка, – Лиля больше не сдерживается и рыдает в голос.

Щемящее чувство жалости и сочувствия раздирает покрытую шрамами грудь. Горе кудряшки ранит сильнее свинца. Пули тащили на живую. Ощущение скальпеля, разрезающего мышцы, незабываемо. Но сейчас мне почему-то больнее. Невыносимо. Последний раз я испытывал что-то похожее, когда нашёл Гвендалин лежащей в луже крови.

– Я жила как в тумане… Похороны, завещание. Ничего не помню. Братишка спас меня от психушки. Я должна была заботиться о Марке.

Небольшая пауза и малышка продолжает:

– Пару недель назад Питер посадил нас в машину. Сказал, что нас ждёт море, солнце и песок. Отдых на островах, – девушка скулит и воет.

– А сам отвёз к Кристиану?

– Да… – вновь короткий всхлип. Крохотная ручка стирает солёные узоры. Но горькие слёзы упрямо продолжают растекаться по симпатичному лицу. Сука… Убью… Мне всё равно пришлось бы решить внезапную проблему «милого и заботливого» дядюшки. Крошка видела Виртуоза в деле. И если ублюдки доберутся до Лилии, то получат достаточно информации, чтобы существенно усложнить мою паршивую жизнь. А значит, уничтожить все угрозы. В том числе и Питера Фрая. Но теперь, я сделаю это с удовольствием. Прострелю дурную головушку азартного и корыстного мужичка. Другой вопрос, сколько времени на это уйдёт.

– Сначала Беллам нужна была только моя подпись. А потом… – очередной всхлип, – Наверное, я понравилась Кристиану. Дядя просто подарил меня. Как сувенир. Или игрушку. Марка тоже оставил, чтобы я была послушной.

Слова малышки добивают. Не думаю, что дело только в сексуальном интересе. Хотя Лиля полностью соответствует вкусам Криса. Я с силой сжимаю кулаки и погружаюсь в глубокие раздумья, выстраиваю дальнейший план действий. Нужно валить отсюда. Однозначно. Кристиан примется трясти все ночлежки вроде этой.

Белл сообразит, что искал Виртуоза не там, где нужно. Неудивительно. Многие наёмники предпочитают роскошь. Каждый день может стать последним, и парни знают это. Берут от жизни всё и немного больше. Но не я. Эйден Харт обитает по грязным тёмным углам, прячется по заплесневелым подвалам и пыльным чердакам. Как ядовитый паук. Но сейчас мне необходимо отыскать что-то среднее между элитным пентхаусом и хижиной из говна и палок. И хорошо бы обойтись без третьих лиц. На ум приходит только один вариант. Дьявол… Я до зубного скрежета не хочу возвращаться в то место.

– Так что? По рукам? – изрядно охмелевшая малышка нервно покусывает полную нижнюю и буравит меня слегка затуманенным золотистым взглядом. Жгучее нетерпение Лилии немного забавляет.

– Хм… И чем ты собираешься оплачивать мои услуги? Я так понимаю, что денег у тебя сейчас нет, – игриво изогнув бровь, пожираю хрупкую фигурку хищным взглядом. Девушка краснеет с головы до пят и беспокойно ёрзает на косоногом стуле.

– Я… Я… Я буду спать с тобой… – рыжик с трудом выдавливает из себя. Что?! Не думал, что девчонка действительно такое предложит.

Глава 6

Его глазами:

Открой я глаза ещё шире, то клянусь, они бы выпали из орбит. Прямо на пол и убежали! Далеко-далеко! Как в мультике! С тобой не заскучаешь, соплюха? Сказать, что я удивлён – это ничего не сказать. Даже на одну десятую не передать огромную величину замешательства и шока. Да ты пьяная! Вот дурёха! Прямо в кашу. Молча смотрю на захмелевшую девчонку. Кудряшка не выдерживает пристального взгляда и опускает лицо, продолжая ёрзать на стуле. На нежных щеках красуется лёгкий румянец. Стыдно? Дьявол! Эта картина сильно возбуждает! Очень хочу связать и … Засранка!

В мире почти четыре миллиарда женщин, почему именно кудрявая заноза вызывает такое дикое желание?! Я же не желторотый подросток. И прекрасно себя контролирую. Контролировал… Болезненное напряжение в паху и эротические фантазии кричат об обратном. Чёрт! Ещё и это сомнительное предложение… Оплата телом – заманчиво, но… Нельзя… Хочу, но не могу. Резко встаю и ухожу в гостиную. Убегаю. От греха подальше! Я с размаха сажусь на отвратительный диван. Жуткие скрипы, скомканные подушки, затёкшая от неудобства спина лучше, чем компания пухлощёкого соблазна. Прикрываю глаза рукой, яростно тру трижды сломанную переносицу. Думай! Думай! Думай!

Вялые попытки собрать мозги в кучу заканчиваются сокрушительным провалом. Коза… « Я… Я… Я буду спать с тобой…» – слова, произнесённые бархатным голосом, гулким набатом звенят в ошалевшей голове и заглушают все остальные мысли. Сейчас я не отвечу даже на простейший вопрос: сколько будет дважды два. Пять? Десять? Чёрт его знает. Зато я совершенно точно знаю, что у барышни изумительный запах. Чувствую даже сейчас! Слух улавливает звук робких шагов. Ты босиком? Упрямая девчонка где-то рядом? Скоро тронусь кукухой…

– Помоги нам… Пожалуйста… – едва слышный шёпот , – Я сделаю всё, что ты захочешь… А как смогу – заплачу столько, сколько скажешь…

Нет…Замолчи! Заткнись! Не продолжай… Пылкая мольба не щадит моё тающее на глазах самообладание. Всё, что захочу… Кровь стучит в висках. Рассудок медленно покидает меня, уступая место страсти. Очередной системный сбой. Не вовремя. Воображение рисует жаркие сцены в моей глупой голове. Я открываю глаза, натыкаюсь затуманенным взглядом на источник выпирающих из штанов неприятностей. Твою же мать… Золотоволосая крошка стоит передо мной на коленях. В особенной позе: ноги раздвинуты, спина прямая, ладони прижаты к бёдрам, пятки вместе. Хорошенькая головка смотрит вниз. Настоящая послушная сабмиссив⁴. Как ты узнала?! У меня, что надпись на лбу? Ага, «Доминант» сияет ярко-красным неоном. К дьяволу! Последняя разумная мысль сгорает в пламени страсти. Желание полыхает бушующим костром. Оглушительный щелчок и тумблер переключается в моей дурной голове. До свидания крыша…

– Иди сюда, соплюха, – громко рычу и быстрым движением затаскиваю соблазнительницу к себе на колени. Дают – бери!

Её глазами:

Боже… Сильные руки в мгновение ока поднимают с пола. И вот я сижу верхом на «андалузском жеребце». Я чувствую силу возбуждения незнакомца. Мужские пальцы больно вонзаются в талию. Серые глаза, испещрённые графитовыми звёздами и воронками, мечут гром и молнии. Как дамасская сталь⁵!

– Сама напросилась! – жёсткий рот впивается в мои губы, сминает их дерзким поцелуем. От парня исходит обжигающее тепло. Холод, усталость и даже самые беспокойные мысли целиком и полностью растворяются под натиском опасного незнакомца. Неистовый огонь пожирает все тревоги. Не может быть! Я жалко лепетала, что на всё готова. Боль, унижение, жестокость. Всё стерплю, лишь бы оказаться в безопасности! Да! Но к таким ощущениям я не была готова. Тело молниеносно предало меня и отозвалось на поцелуй. Неожиданность и шок.

Страстные грубые ласки мужчины вызывают жар и дрожь. Сероглазый бес разжимает мёртвую хватку и плавно скользит руками вдоль позвоночника, нежно массируя напряжённые мышцы спины. Добирается до головы, вплетает шероховатую ладонь в густые волнистые волосы. Незнакомец с силой тянет роскошную непокорную копну, заставляет приподнять подбородок и открыть шею. Лёгкие, словно хрупкие бабочки прикосновения разлетаются влажными тропинками от губ к ключицам. Лизнув бешено бьющуюся венку, мужчина прикусывает тонкую, нежную кожу.

– А-а-а-а-а-ах! – сладкая томительная боль мягко разлетается по телу. Жгучее пламя загорается в каждой клеточке. Предательская влага приливает к лону. Боже… Невтерпёж. Я дёргаюсь, сидя на мускулистых бёдрах спасителя. Твёрдый бугор упирается в мою пятую точку. Ощутимый рывок волос и негромкий рык над ухом:

– Сиди спокойно!

Легко сказать… Стрелок совсем не спешит приступать к «делу». Сразу видно – профессиональный мучитель!

– Но я… – и на этом лишние слова и идиотские мысли обрываются. Мужчина, которому я пообещала всевозможные порочные блага, стремительно запечатывает мой рот глубоким влажным поцелуем, увлекая язык в чувственный танец страсти. Я слышу треск ткани. Крохотные пластмассовые пуговки веером разлетаются по комнате. С задорным звуком скачут врассыпную по грязному полу. Бедная рубашка… Прохладное дуновение весеннего ветерка и обжигающий жар рельефных мышц – восхитительный контраст. Мучительная дрожь прокатывается по телу сокрушительной волной, а миниатюрные соски мигом встают острыми пиками.

Шепчу что-то неразборчивое. Бес с глазами цвета пасмурного неба подхватывает меня на руки, резко встаёт и идёт на кухню. Снова треск. Слабая боль в паху и мои трусики отлетают в сторону. Я полностью обнажённая сижу на столе, широко раздвинув ноги. Нежный румянец превращается в бордовый. Застенчиво отворачиваю лицо. Мой первый раз… Прямо здесь и сейчас. На грязной клеёнке. Но я совсем не расстроена. Даже наоборот. Хриплый сексуальный баритон щекочет шею:

– Поздно стесняться, соплюха!

В серых глазах бушует огненный тайфун, чёрные искры необузданного желания вспыхивают в их мрачной глубине. Мужчина скользит ладонью по бедру, стремится достичь важного горячего эпицентра, а порочный рот практически накрывает грудь…

«Y que mi gente de afuera se achante

Métase al medio y los brazos levante

Y si no sabe bailar

Salte!

Salte!

Salte!⁶»

Ритмичная задорная мелодия громкими аккордами разлетается по комнате. Телефон незнакомца надрывается адскими звуками. Мы замираем и молча слушаем бодрящий мотив. Секунда… Другая… Третья…

– Дьявол… – свистяще шипит мужчина. Я вижу, как пламенная безрассудная страсть сменяется нешуточной злостью в тёмных глазах спасителя.

– Держись от меня подальше, иначе я сверну твою нежную шейку! – свирепый угрожающий шёпот неожиданно больно ранит. Мужчина отпрыгивает от меня и бегом вылетает из кухни. Словно я прокажённая.

– Сидите здесь и не высовываетесь! – утробно рыкнув, стрелок покидает убогое жилище, оглушительно хлопнув дверью на прощание. Миленько…

⁴ Прим. автора: В мире BDSM нет единых правил, определяющих поведение и позы нижнего (сабмиссив, раб, участник, играющий пассивную роль). Описанная выше поза выполняется при команде: present.

⁵ Прим. автора: дамасская сталь – вид стали с видимыми неоднородностями на стальной поверхности, чаще всего в виде узоров, получаемых различными способами.

⁶ Прим. автора: строки из песни Salte (Alexis Play).

Глава 7

Его глазами:

Я чертовски зол. На себя. Справедливый гнев пылает тёмным, мрачным пламенем. Какого дьявола?! Просто не сдержался. Нет! Да у меня крыша отъехала. Наглухо! Я вёл себя как дикий бабуин на случке. Господи… Всё едва не произошло на грязном столе. Дебил… Девчонка, скорее всего, ещё девственница. Один неосторожный шаг, и соплюхе обеспечены сеансы терапии у психолога и сексолога. А-а-а-а-а! Бесит! Безумно бесит! Я не уверен, что именно злит меня сильнее: неконтролируемое желание или нарушение собственного кредо.

Правило пятое – не позволяй чувствам взять верх над разумом. Троекратное ха-ха! Позволил – это не то слово. Я с разбега нырнул в бурную пучину внезапных страстей. Щучкой! И если бы не входящий звонок, то… Чёрт его знает, чем бы всё закончилось. Ты вовремя, как никогда, Дани!

Дани Рохас – смазливый аргентинец, гроза всех дамских сердец, по совместительству мой бывший сослуживец, напарник и единственный друг. Прям как всемирно знаменитый шампунь – три в одном флаконе. Если вам нужно нарыть компромат на организацию или откопать грязное бельишко неугодного человека, то добро пожаловать к Дани. Рохас ловко отыщет все скелеты в шкафах. Как он это делает? Загадка с тремя звёздочками. Но знойный красавчик каким-то чудом умудряется незаметно собирать информацию. Может, ты продал душу дьяволу? Вполне. Хотя скорее раздобыл чёрное досье и на рогатого властелина. Не удивлюсь. Дани ни разу меня не подводил. И не попадал в поле зрения ни мафии, ни полиции. Профессионал!

Глубокий вдох, медленный выдох. Ещё пару раз. Я наконец-то успокаиваюсь и беру бунтующие чувства под контроль.

– Да! – спокойно отвечаю на звонок. Думаю, приятель изрядно заждался.

– Хола, амиго! Общественный стадион на окраине города, три мёртвых тела, включая «милашку» Уокера – твоих рук дело? – Рохас без лишних слов переходит к сути. Всё чётко и ясно. Парень кратко рапортует. Военные привычки сложно искоренить. Отыскали? Быстро. Вовремя мы оттуда смотались. Но если мой боевой товарищ уже в курсе дел, значит, Кристиан спустил с привязи всех своих ищеек. Весело. Теперь у меня нет времени на поиски нового убежища. Придётся возвращаться туда. В мой старый дом. Чёрт! Не хочу, но других вариантов нет. Первым делом нужно спрятать Лилию и Марка. Даже жизненно необходимо. И только потом начинать «охоту» на Питера Фрая. В целом бывшее пристанище вполне безопасно. Там не будут искать. И главное – без третьих лиц. Голос друга вырывает из мысленных рассуждений:

– Пошёл прямо на Белла? Не рановато? Да ещё и в одиночку. План был другой.

Да уж… Мягко говоря, другой. Моя цель – гнусное семейство. Полное уничтожение мафиозной империи Джеферсона. Он и его прихвости теряются в догадках, не подозревая, кто и за что истребляет клан. А Кристиана я оставлю на десерт. Мечтаю, как простелю мерзкую морду белобрысого хорька. Всажу пулю промеж удивлённых глаз. Ты всё поймёшь… За секунду до смерти! А пока я должен был оставаться незаметным. Тихо расшатывать преступное «царство», сеять панику и смуту. Но… Кажется, госпожа Фортуна снова вставляет мне палки в колёса. Здоровенные такие дубины! Ненавидишь меня, да? Убив людей Кристиана, я бросил вызов парню и посадил себе на хвост.

Но если посмотреть с другой стороны… Моё невезение – это большая удача для Лилии и Марка. Серьёзные неприятности поджидали детей на злополучном стадионе. Жалею ли я, что помог? Нет. Наши труды псу под хвост, но я рад, что соплюха и шкет не достались гнусной семейке.

– Я случайно… Встретил парней ну и… – неохотно оправдываюсь перед другом.

– Только парней? – хмыкает аргентинец. – Народ болтает, что ты умыкнул что-то очень ценное для Кристиана. Вернее, кого-то.

Вот чёрт! Ничего от тебя не скрыть, Рохас. А товарищ продолжает забавляться:

– Невесту. Ценный груз, между прочим. С каких пор Виртуоз похищает барышень?

Какую ещё невесту? Интересный поворот. Лиля об этом не упоминала. Удивлённо переспрашиваю:

– Точно невесту? Барышня больше похожа на жертву.

– Точно. Крис землю зубами роет. Девчонка позарез ему нужна. И как можно скорее, – докладывает друг.

– Зачем?

– Чего не знаю, того не ведаю, – бубнит Рохас. – Но что-то мне подсказывает, что речь не о большой любви.

Чёрт… Плохо дело. Рыжая коза непросто одноразовая игрушка и рабыня. Более значимая и важная персона.

– У меня к тебе просьба, даже две… – выдавливаю из себя слова.

Дани громко хмыкает. Наглец никогда не упускает возможности «укусить» меня за беззащитный «бочок». Как волчок из колыбельной.

– Как всегда… Ни шагу без меня сделать не можешь. Ты косячишь, а разгребаю, кэп, – смеётся неугомонный товарищ.

– Чья бы свинья пятачок раскрывала! Уже забыл? – язвительно припоминаю события давно минувших дней. Когда-то я по-рыцарски спас аргентинскую «принцесску». Дело было в Сирии. Наш отряд угодил в засаду. Террористы напали внезапно, ударили со спины, закидали снарядами. Мы отбились. Боевики получили серьёзный урон и сбежали. Но потери были и у нас. Шоковая граната рванула около раненного в плечо Дани. Парня хорошо контузило. Я должен бросить истекающего кровью бойца и уйти вместе с остальными. Смерть или плен – удел оставленных. Противник мог вернуться с новыми силами в любой момент. Но я отдал приказ к отступлению, послал отряд вперёд и самостоятельно вытащил молодого сержанта с поля боя. Доставил бессознательное тело на базу, преодолев пешком несколько десятков километров.

– Конечно, забыл! Ты же меня вниз головой тащил, башкой все камушки пересчитал. Последние мозги вытряс, – парирует красавчик.

– Нечего там трясти, пуста коробочка! – я ехидно хмыкаю.

– Нет мозгов, нет проблем. Но ты такой добрый, – продолжает гоготать товарищ. – Ну, хватит любезностей, внимательно слушаю, – голос Дани становится серьёзным. Делу время, а потехе час – принцип Рохаса.

– Присмотри за моими «гостями». Если девчонка действительно невеста Белла… То у нас большие проблемы. Псих будет искать её. Очень тщательно. Не высовывайся, наблюдай за квартирой. Если что – докладывай, – быстро объясняю парню задачу.

– Принято, командир. А другая просьба? – спрашивает аргентинец.

– Собери информацию на Питера Фрая.

– Следующая цель? – любопытствует друг.

– Да, вынужденная мера безопасности.

– Понял. Адьёс! – произносит Дани и отключается. Вскоре я получаю сообщение от Рохаса:

«На месте».

Нянька на смене. Можно идти. Отправляюсь в свой старый дом.

Её глазами:

Несколько минут назад кожа горела от страстных сероглазого беса поцелуев, а теперь пылает от жгучего стыда… Возможно, даже обуглится местами. Дура…Дура…Дура! Ну какая же я дура! Просто клиническая идиотка. Ослабшими руками застёгиваю хлопковую рубашку на две чудом уцелевшие пуговицы и слезаю со столешницы. Кое-как. Ноги дрожат и не держат. Я на ощупь доползаю до старого дивана. Слёзы злобы, обиды и разочарования заволакивают глаза и льются по красным от досады щекам. Размазывая солёные реки по расстроенной моське, утыкаюсь носом в подушку. Думка пахнет незнакомцем. Бергамот, лимон, кориандр, гвоздика и дубовый мох. Глубокий вдох и пухлый тряпочный прямоугольник летит в сторону. Сволочь!

Унижение и неловкость… Смешанные чувства разрывают душу на крохотные кусочки. Я сама виновата, но … Мог бы помягче отшить! Тоже мне недотрога. Прямо как гламурная барышня. Наш девиз непобедим – возбудим и не дадим. Но больше всего ранит неприкрытая злость и отвращение в серебряном взгляде. Мерзавец! Вот куда ты ушёл? А если он сдаст нас Беллам? Блин!

Спрыгиваю с дивана и стрелой лечу в спальню, хватаю заляпанные шмотки, бегу в ванную. Нужно хоть как-то привести себя в порядок и бежать отсюда! Я уже не уверена, что этот сероглазый незнакомец поможет. Да и не обязан. Мужчина спас нас от мафиозных прихвостней, и даже выиграл чуточку времени. Пора уходить из города, пока Кристиан не перекрыл кислород. Удирать, сверкая пятками. Периодически достигая скорости света. Застирываю присохшие коричневые пятна ржавой холодной водой. Скривившись, натягиваю мокрые штаны, футболку и куртку. Терпимо. И возвращаюсь к Марку.

Ласково поглаживаю тёмные, густые кудряшки родного мальчишки.

– Вставай, малыш, нам пора, – тихо шепчу.

Глава 8

Его глазами:

В полном молчании стою перед массивной дубовой дверью. Гнетущая душу печаль сковывает тело тяжёлыми путами. Стою, смотрю и молчу. Уже полчаса пялюсь на белую преграду, не осмеливаясь повернуть ключ в замке. Призраки прошлого ждут меня по ту сторону. Разбитые грёзы, утерянная надежда и бессмысленная вера в светлое будущее. «Развесёлая» компания, да?

Долго и счастливо… Мы с Гвен мечтали, вили фамильное гнёздышко, готовились растить маленькое чудо… Увы, получилось. Добрая сказка не пришла в мою жизнь. Не подарила нам «долго и счастливо». Зато заявился настоящий фольклор и преподнёс ужасную историю, наполненную кровью, страданиями и болью. Расплата за грехи и отнятые жизни.

Я не продал особняк. Сам не знаю, почему. Месть требовала денег. Причём немалых. Вооружение, экипировка, информация и транспорт – всё это стоит очень недёшево. Бизнес, квартиру и всё остальное нажитое без тени сомнения я пустил с молотка, а дом оставил.

Медленно тянусь к двери. Ещё немножко. Пара сантиметров. И я окажусь внутри. Вступлю в неравный бой со зловещими тенями давно минувших дней. Руки предательски дрожат. Я словно осиновый лист на ветру. Почему? Что это? Страх? Трусость? Паника? Нет.

Внутри всё иначе. Не так, как было при Гвендалин. Сразу же после похорон любимой я нанял строительную бригаду и дизайнеров. Полностью сменил интерьер и мебель. А после закрыл обновлённое жилище и больше не возвращался. Дани поддерживает чистоту и порядок, чтобы дом не зарос тоннами пыли. На этом всё. До сегодняшнего дня…

Я с силой сжимаю кулаки. Пронзительная боль простреливает ладонь. Белоснежные бинты «расцветают» алыми подтёками. Знакомый медик наспех заштопал порезы. Толком не схватившаяся рана начинает кровоточить, покрывая ткань красными узорами. Гвен… Жуткий момент безжалостно встаёт перед глазами. Бездыханное тело моего милого ангела, прислонённое к детской кроватке. Изрезанные руки неестественно свисали вдоль хрупкой фигурки. Тёмные волосы прекрасными волнами лежали на худеньких плечах. Заострённые черты лица и почти прозрачная кожа. Багровое море вокруг мёртвой девушки. Дьявол! От отчаяния бью кулаком по двери. Алый отпечаток красуется на белоснежной поверхности. Бессилие, злость и адская боль.

Громкая мелодия выдёргивает из плена мучительных воспоминаний. Звонить и писать мне может только Рохас. Что-то случилось! Быстро снимаю трубку.

– Гости свалили из дома. Держат путь на восток. Похоже, девчонка пытается выбраться из города, – сухой доклад звучит из динамика. Вот же дура! Сказал же сидеть на жопе ровно! Беллы уже наверняка перекрыли все пути отхода. И даже ночные сумерки не скроют Лилию и Марка от зорких глаз безумной семейки. Куда пошли?! Зачем? Испугались? Возможно. Кровавая расправа. Попытка изнасилования. И вишенка на торте – «спаситель» сваливает в закат, наорав и хлопнув дверью. Неудивительно. Я бы тоже бежал, сверкая пятками.

Быстро отдаю Дани приказ:

– Следуй за ними. Включи маячок! Я выдвигаюсь!

– Принято, кэп.

Чёрт! Дьявол тебя раздери! Спокойно, парень, не паникуй. В гараже есть тайник с оружием и незасвеченный транспорт.

Её глазами:

Уйти прямо сейчас не получится. Ох… Марк никак не реагирует на мои слова. Братишка слишком слаб. Поспи немного! Поправляю одеяло и выхожу из комнаты. Нужно отдохнуть, плотно поесть. И досушить одежду. Открываю скрипучую дверь рычащего допотопного монстра. Ого! Удивительно. Свежее мясо, курица, овощи. Никакого пива и чипсов. Ничего вредного, жирного и тухлого. Это вообще мужской холодильник?! Да ты настоящий ЗОЖник. Всё правильное и полезное. Кроме дорого алкоголя.

Какой впечатляющий контраст! Обветшалая, грязная берлога и изобилие недешёвых продуктов. Думаю, полуразрушенный клоповник – временное убежище. Точно наёмник!

На скорую руку варю куриный бульон для Марка. И с трудом растормошив малыша, заставляю поесть. Хоть как-то подкрепить силы! Недовольно ворча, ребёнок проглатывает горячий суп и снова проваливается в сон. Подождём до вечера.

Несколько часов спустя:

Может оно и к лучшему! Братишка хорошо отдохнул и стал похож на себя прежнего. Осторожно выныриваем в грязный подъезд и незаметными тенями выскальзываем на улицу. Надеюсь, незнакомец простит мне кражу двухсот долларов, которые я нашла в шкафу на кухне. Беру крохотную липкую ладошку братишки и ободряюще сжимаю.

– Всё будет хорошо, Марк, – мягко улыбнувшись, веду ребёнка за собой. Медленно, шаг за шагом, осторожными перебежками мы пробираемся в восточную часть города, бесконечно озираясь по сторонам. Впереди автовокзал. Если я не ошибаюсь. Муниципальный автобус довезёт нас до махонькой деревушки, где остался старенький домишко прадеда. Отцовские родственники давно забыли о небольшом коттедже, а Питер и вовсе не знает. Спрячемся там! И отсидимся. А когда Марк полностью поправится, придумаем, что делать дальше.

– Лиль… – произносит мальчишка. Как же ты похож на папу… Те же кудрявые волосы, зелёные глаза и безразмерная жизнерадостность. Даже сейчас на лице ребёнка сияет широкая искренняя улыбка. И болезнь совсем не помеха хорошему настроению.

– Лиля…

Лиль, Лиля… Называет как отец. На русский манер. Все остальные люди предпочитают Лили или Лил.

– Ли-и-и-и-иль! – мелодично тянет ребёнок.

На долю секунды мне кажется, что мой обожаемый папа стоит за спиной и зовёт своим мягким бархатным голосом. Папочка… Как же я скучаю! Мне тебя так не хватает…

Горькое отчаяние и жгучая ненависть отравляет душу невидимым ядом. Я отомщу… Отомщу за тебя, пап! Если бы могла, то собственными руками придушила бы дядю. Ты разрушил нашу жизнь! Уничтожил нашу семью! Мерзавец!

– Лиль! Ты вообще меня слышишь? – озорник нетерпеливо дёргает мою руку.

-А? Да! Что? – недовольно ворчу на брата, – Тише ты! Не кричи!

Рано планировать вендетту! Сначала нужно выбраться отсюда. А если Марк будет так орать, нас и глухие услышат. Молчу уже про ищеек!

– Куда мы идём? – заговорщицки шепчет мальчишка.

– Прямо…

– Гениальный ответ, Лиль. А где тот парень, застреливший Дюка? – фыркает ребёнок.

Нервно вздрагиваю и испуганно смотрю на любопытного мальчишку. Неожиданно. Я надеялась, что братишка не видел кровавую сцену нашего спасения.

– Он… Он ушёл по делам… – неубедительный лепет слетает с губ.

– А он догонит нас? Как его зовут? А он нам поможет? – Марк продолжает «терзать» меня вопросами.

Чёрт… Детская наивность. Бессильно злюсь на саму себя. Я даже не знаю имени сероглазого спасителя. Асмодей⁷…Не иначе…Только рогов и крыльев не хватает.

Кап – кап – кап

Крупные ледяные капли падают с пасмурного ночного неба, прибивая мелкую дорожную пыль. Ритмичный гул заполняет улицы. С минуты на минуту нечасто накрапывающий дождь обернётся бурным весенним ливнем. Сжимаю худенькую ручонку Марка сильнее и ускоряюсь. Нельзя промокнуть.

– Нет, морковка! Незнакомца мы больше не увидим!

Хорошенький вздёрнутый носик мальчугана недовольно кривится. Ребёнок громко фыркает и хохочет, беззлобно огрызаясь на мою дразнилку:

– Сама ты морковка! Ты у нас рыжая – бесстыжая! Эх! Жаль! Он мне понравился! Хороший!

– С чего ты решил, что он – хороший? – непроизвольно задаю вопрос. Сердце почему-то болезненно сжимается. Мне он тоже понравился…

– Так он помог нам! Быстренько разобрался с теми… Может, и жестоко. Но Дюк это заслужил. И остальные тоже… – грустно вздыхает Марк. Господи, а я уже и забыла, каким проницательным может быть этот под стол ходящий шкет.

– Если бы не незнакомец, я бы сам… Уокер делал тебе больно… Ненавижу его! И не прощу! И дядю тоже!

Знакомые покровительственные нотки звучат в голосе ребёнка. Мы всегда друг за друга горой. Малыш очень хочет защитить меня… Это опасно! Резко останавливаюсь, хватаю брата за плечи и разворачиваю к себе.

– Марк, дай мне честное слово, что если что-то пойдёт не так, ты не будешь геройствовать и сбежишь! Понял?!

– Нет! Настоящий мужчина не бежит от трудностей! Он решает их! А я мужчина! Пусть и маленький! И я буду тебя защищать! – упорствует упрямец.

Глубокий вдох. Я должна всё объяснить. Ты всего лишь ребёнок! Глупый и храбрый малыш. И ты не спасёшь меня от расправы. Напрасная жертва! Но жуткий низкий прокуренный голос опережает нравоучения:

– Какой восхитительно смелый сопливый щенок… На давай, защищай сестричку!

⁷ Прим. автора: По одной из версий Асмодей – это Демон Братства, руководящий группой демонов. Он является приближённым правителя, также имеет право действовать от имени Люцифера. У него нет жены и детей. Характер Асмодея – противоречивый. Одновременно его называют и прелестью, и психом Ада. У этого демона бледная кожа с голубым оттенком, тёмные волосы, глаза серого цвета, мощное телосложение, огромные тёмно-серые крылья и большие рога. Асмодей является одним из семи князей Ада.

Глава 9

Её глазами:

Зловещая тень отделяется от кирпичной стены ветхого, полуразрушенного здания. Она неспешно движется к нам. Несколько ленивых шагов и широкоплечая мужская фигура выходит на тусклый свет сиротливого уличного фонаря. Парализующий животный ужас сковывает тело. Господи, помоги нам… Вся надежда только на тебя.

Феликс Уокер собственной персоной. Младший брат Дюка Уокера стоит на расстоянии вытянутой руки. Видимо, парень получил «незапланированное» повышение – место начальника внутренней службы безопасности. Очередной злобный изверг!

Говорят, что Феликс намного хуже брата. Младший Уокер выделяется особой жестокостью и неутолимой жаждой насилия. Лишь Дюк мог сдерживать самые низменные, омерзительные и садистские порывы проклятой души. А теперь некому. И мстительный негодяй вышел на охоту. Боже… Молись – не молись, а кровожадный демон никуда не исчезнет. Вряд ли парня прямо сейчас паразит молния. А вдруг?

Леденящий страх впивается в нервы тупыми ржавыми иглами, вгоняя сознание в безумную панику. Абсурдная мысль о волшебном спасении бьётся в отравленном ужасом мозгу. Незнакомец просил же не высовываться и ждать. Ну, какая же я тупица…

– Бежим, – хватаю брата за руку и несусь вправо от уличного фонаря, волоча мальчишку за собой. Там темно! Есть шанс удрать! Ага, конечно… Шанс размером с гулькин нос. А может, и меньше. Мощный пинок в живот сбивает меня с ног. Я падаю на мокрый грязный асфальт. Мучительная боль сгибает тело пополам. Звук нового удара и худенький мальчишка сторону. Вихрастая голова с глухим треском вписывается прямо в каменную стену. Тихо охнув, ребёнок оседает в лужу.

– Нет! – задыхаюсь, хриплю, но ползу на четвереньках к моему глупому, но такому отважному братишке, – Малыш?! Ты слышишь меня?! Открой глаза!

– М-м-м… Неплохая попытка, крошка, – скрипучий голос Феликса раздаётся позади. В кромешной мгле безлюдного переулка вырисовывается громадная фигура очередного бандита. Мужчина со всей силы ответил оплеуху мальчишке.

– Марк! Марк! – трясу ребёнка за плечо, голова малыша безжизненно мотается из стороны в сторону. Брат не реагирует на голос и не приходит в себя. Нет… Нет… Нет… Пожалуйста! Чья-то большущая лапища крепко хватает меня за волосы и силой тащит прочь.

– Пошли, сука! – безжалостный приказ звучит над ухом.

– Нет! – брыкаюсь, толкаюсь и пытаюсь освободиться. Неистовое сопротивление приносит только боль и выдранные пряди. Каким-то чудом мне удалось развернуться. Искажённое ненавистью злобное лицо Уокера-младшего оказывается перед самым носом. Получи, гад! Со всей дури пинаю мерзавца и попадаю в пах. Жалобный вой сгорбившегося негодяя протяжным эхом разлетается по пустынной улице.

– Су-у-у-у-у-ука!

Феликс отпускает меня. На долю секунды. Марк! Я рвусь к распластанному по асфальту малышу. Но стонущий от сокрушительного удара, маньяк тут же стискивает влажную копну в кулаке.

– Тварь! Куда собралась?! – истошно рычит и резко тянет на себя. Яростно колочу придурка. Плевать! Плевать на острую боль, треск рвущихся волос, кровь, стекающую по щекам… Перед глазами только бездыханное тело любимого брата.

– А-а-а-а! Дура! – мужчина высоко визжит. Изловчившись, впиваюсь зубами в ненавистную руку. Уокер разжимает мёртвую хватку. Несколько вырванных с корнем локонов остаётся в ладони законченного психопата.

– Марк! – кидаюсь к ребёнку. Сегодня определённо не наш день. Катастрофическое невезение. Смертельное. Почему? Я проклята? Почему удача отвернулась именно от нас? И впереди только страх и боль! Мы в заднице! Огромной такой, размером с Юпитер!

– Шустрая девка! – ещё один здоровяк вырастает перед моим носом, не позволяя добраться до малыша. Сильный удар! Жгучая боль пульсирует в виске. Пальцы послушной шестёрки Белла смыкаются на шее, перекрывая кислород. Задушит. Каждая секунда – борьба за жизнь. И я проигрываю. Свет меркнет в глазах, сознание плывёт. Нет! Сквозь плотную завесу слышу надтреснутый голос Феликса:

– Полегче! Не убей засранку. Она необходима Кристиану живой. Пока ещё…

Чудовищное давление на сонную артерию медленно исчезает. Незнакомец отстраняется. Падаю на мокрый асфальт и трудом делаю глубокий вдох, шея горит адским огнём. Больно… Наполненный нечеловеческой ненавистью взгляд Уокера младшего впивается в моё побледневшее лицо.

– Мразь! – шипит злобно садист. – Из-за тебя хренов мудак застрелил Дюка.

– Молись, сука, что б ты сдохла до того, как Белл наиграется с тобой. А я буду молиться, что б ты выжила, – тошнотворная усмешка искажает отвратительное лицо младшего маньяка. Взаимное обещание долгой и мучительной смерти читается в наших глазах. Молча смотрим друг на друга.

– Не трогай её! – негромкий детский голос рассекает ночной воздух, прерывая яростные гляделки. Мой маленький глупенький братишка с трудом поднимается на ноги. Ребёнок пошатывается из стороны в сторону.

– Хм. Нам отдали приказ: вернуть девчонку максимально целой и невредимой, – Уокер продолжает мерзко скалиться, – Кажется, о сопляке речи не было.

– Угу. Про пацана ни слова… – ехидно вторит одна из шестёрок.

Нет! Не стоит ждать что-то хорошее от трёх беспощадных уродов. Я сипло кричу во весь севший голос:

– Беги, Марк! Беги отсюда! Спасайся!

Поздно… Упырь, что сбил меня с ног, уже успел сцапать Марка за шкирку. Безумный Феликс вынимает нож. Прозрачные дождевые капли стекают по острому металлическому лезвию, сливаясь в причудливые узоры.

– Я вырежу имя брата на твоей щенячьей груди… А потом медленно освежую дохлое тельце! – рычит Феликс.

– Нет! – кидаюсь на мужчину с кулаками. Бесполезно. Третий подонок успевает перехватить меня. Мне не вырваться!

– Нет! Нет! Пожалуйста! – отчаянная мольба слетает с губ – Я сделаю всё, что скажете, только не трогайте его!

Мучитель упивается моей болью и страхом. Наслаждается страданиями. Он медленно подходит к сопротивляющемуся Марку, поигрывая ножом. Приближающийся рёв мощного двигателя оглашает улочку громовыми раскатами. Яркий слепящий свет фар прорезает ночной мрак.

– Какого хрена?

Феликс прикрывает глаза рукой, стараясь рассмотреть ночного «гостя». Остальные и вовсе отворачиваются, спасая зрение. Спортивный мотоцикл приближается к нам на бешеной скорости. Спасены? Визг тормозов, занос… Водитель направляет байк боком, скользит в направлении Уокера, Марка и подручного. Шавка Беллов отшвыривает ребёнка в сторону, пытается в прыжке избежать столкновения с двухколёсным конём и лихим наездником.

Марк! Сейчас упадёт! Но размытая тень бесшумною молнией бросается в сторону моего братишки, ловит тело на лету и утаскивает мальчика в ночную мглу. Всё это происходит так стремительно, что я не успеваю даже пискнуть. Демон с глазами цвета дартмутского тумана ловко спрыгивает с мотоцикла и разворачивается к нам.

– Доброго вечера, джентльмены… – голос спасителя холоден и безжалостен, мужчина уже вынес смертный приговор подонкам, жестоко издевавшимся над нами.

– Ты кто такой? – злобно шипит Уокер.

– Виртуоз…

Очертания пистолета мелькает в тусклом свете электрического фонаря. Мамочки…Опять…

Чваньк – чваньк – чваньк

Череда нечётких звуков и три здоровенные туши с грохотом падают на грязный асфальт.

Боже… Опускаю взгляд и смотрю в лицо душившего меня придурка. В середине лба сияет малюсенькое пулевое отверстие, обрамлённое узенькой кровавой каёмкой. Широко раскрытые глаза непрерывно смотрят в небо. Та же участь постигла и остальных…

Боже… Ноги безвольно подкашиваются. Я падаю на мокрую землю. Бурная истерика накрывает жаркой волной. Горькие слёзы, всхлипы, стоны и заикания. Слишком многое пришлось пережить за последние двое суток.

Глава 10

Его глазами:

Только бы успеть… Я мчусь по мокрой дороге на запредельной скорости, игнорируя красные сигналы городских светофоров. Тихие улицы, запутанные переулки, сложные перекрёстки не проблема. Рохас легко прокладывает самый короткий пут до Лилии и Марка, обрисовывая ситуацию. Последнее сообщение звучит тревожно:

– Уокер-младший и пара упырей.

Чёрт! Пришла беда – отворяй ворота! Надо же было попасться именно Феликсу.

– Рохас, я близко! Не вмешивайся без острой необходимости! – жёстко повторил приказ, – Только в крайнем случае!

Нельзя рисковать товарищем! Даже ради невинных детей. Я выжимаю газ и ускоряюсь. Погода стремительно портится. Грозовые тучи заволакивают ночное небо. Крупные капли дождя с глухими хлопками разбиваются о пыльный асфальт. Инстинкт охотника с самого начала ведёт меня в верном направлении. Знаю где вы!

Лечу туда на огромных чёрных крыльях отмщения, словно тёмный ангел возмездия. Упоительное чувство!

Вовремя! Успел! Вижу силуэты будущих покойников. Мужчины обступили Лилию и Марка, загнали в угол. Феликс, поигрывая острым ножом, приближается к мальчишке. Ребёнок яростно сопротивляется, но силы не равны. Садист злобно скалится, наслаждается детским страхом и ужасом. Предвкушает кровь и боль. Сука… Тебе конец!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.