Ден Нижегородцев
Бесконечная Пустота

ГЛАВА 1

– Ангел? – позвал я, разглядывая унылый серый потолок типовой одиночной камеры. – Не спишь?

Вслушиваясь в тишину, я нащупал панель управления у изголовья койки и привычными манипуляциями пальцев произвёл регулировку – одеяло медленно уползло в открывшуюся сбоку щель, а климат-контроль понизил температуру.

Воздух казался мне невыносимо душным. Возможно, сказывалось волнение.

– Нет, – прозвучал приглушённый голос девушки из-за стены. – А стоило бы. Завтра тяжёлый, важный день. Нам необходимо как следует отдохнуть.

– Ты права, – тихо вздохнул я, тоскливо проведя ладонью по ровной гладкой стене, каждую ночь отделявшей меня от той, кого я с уверенностью мог назвать своим единственным настоящим другом. – Волнуешься?

– Немного. Наша жизнь кардинально изменится после того, что случится завтра. Но я уверена, мы справимся. Ни секунды не сомневаюсь.

Твёрдость, прозвучавшая в её голосе, вызвала моё восхищение. Хотел бы и я обладать такой же решимостью. Но, если откровенно, я совершенно не чувствовал уверенности в собственных силах и «способности». А как следствие, в нашем общем успехе. Однако ей я этого демонстрировать не собирался.

В любом случае, выбора нам не предоставили. И слишком многое зависело лично от меня. Поэтому я намеревался взять себя в руки и сделать всё возможное для достижения положительного результата.

Я просто не имел права подвести эту девушку!

Ангел всегда относилась ко мне с большой добротой, заботой и пониманием. Впрочем, она схожим образом вела себя со всеми вокруг. Порой даже с теми, кто этого не вполне заслуживал. В этом проявлялся её характер, сама сущность. Я не знал более участливого и лёгкого в общении человека. Она интуитивно внушала доверие с первой встречи и проявляла мудрость в те моменты, когда кому-либо требовался совет. Чаще всего за советом к ней обращался именно я.

Мы дружили с Ангел уже много лет. На самом деле столько, сколько я себя помнил. Наши камеры всегда находились по соседству, и мы уже давно наладили общение, проделав нехитрые манипуляции с вентиляционными решётками. Это позволяло нам слышать друг друга, не повышая сильно голос.

Признаюсь, порой это создавало проблемы. Например, в те неловкие моменты, когда мне среди ночи срочно требовалось опорожнить кишечник или возникала острая нужда передёрнуть по-быстрому. Однако драгоценные и безмятежные минуты нашего общения стоили любых неудобств. Очевидно, Ангел приходилось справляться примерно с теми же трудностями, однако она никогда не выказывала даже намёка на жалобу.

Вообще-то, мы не поднимали подобных вопросов, хотя в целом у нас практически не существовало запретных тем для обсуждения, а у меня от неё не имелось почти никаких секретов. Пожалуй, кроме одного – про мои недавно внезапно возникшие отношения с майором-инструктором. Но об этом чуть позже.

За всю свою относительно недолгую жизнь мне ни с кем больше не удавалось построить таких доверительных отношений. Что-то вроде дружбы у нас складывалось с Соколом, бывшим сержантом моей группы. По крайней мере, мы с ним отлично ладили и понимали друг друга с полуслова. Но с тех пор, как примерно год назад его перевели в группу Альфа, а меня назначили командиром группы Омикрон, наше общение практически прекратилось.

На самом деле ничего удивительного в этом не было, учитывая, сколько свободного времени у нас в эти дни оставалось. Учёба, тренировки, снова учёба, снова тренировки… И так до 21:00 ЗВГ* (земное время по Гринвичу). Затем мы в полуобморочном состоянии возвращались в свои тесные серые камеры, а на личные дела отводился ровно час. В десять вечера свет неизменно автоматически отключался, выдвижные шкафы и полки с обмундированием запечатывались, а безжизненный электронный голос объявлял отбой. Подъём происходил строго в шесть утра.

Так протекали наши безрадостные будни день за днём. Без выходных. Мне едва хватало времени перекинуться парой слов с членами своей собственной группы, а с другими ребятами мы разве что успевали поздороваться на ходу.

– Знаешь, люди в нашем возрасте по вечерам обычно заняты другим, – сказал я после затянувшейся паузы, решив сменить тему.

– И чем же, по-твоему, они занимаются? – заинтересованно отозвалась девушка.

– Ну, точно не знаю. Например, гуляют, ходят на всякие вечеринки.

– И что они там делают, на этих вечеринках?

– Да откуда мне знать, – проворчал я. – Веселятся, наверное. Танцуют, дурачатся, может, даже… целуются.

– Ого! – с лёгкой насмешкой воскликнула девушка. – И откуда ты взял эту чушь, Лазарь?

– Точно не помню, кажется, однажды видел в фильме. Знаешь, из тех…

– Контрабандных, – сразу догадалась Ангел. – А я думала, среди вас гуляют только грязные видео, где парни и девушки… Ну, ты знаешь, делают всякие непристойности.

– Ты про порно? И среди кого это, позволь поинтересоваться, нас?! Среди парней? – совершенно справедливо возмутился я. – А разве среди девушек распространяются не те же самые записи? Или у вас существует какой-то тайный женский, чистый и непорочный в своём содержании поток, о котором мне лично ничего неизвестно. Так может, ты меня просветишь?

– Успокойся, ничего такого не существует. По крайней мере, я ни о чём подобном не слышала. А что касается этих твоих вечеринок – может, так оно и было прежде, в мирное время. А сейчас идёт война на уничтожение. Или мы, или они. Так что о вечеринках и поцелуях подумаем после, когда победим.

– Угу, – огорчённо буркнул я. – Спасибо, что напомнила.

– Извини, я не хотела. Но нам действительно нужно выспаться или завтра…

– Знаю, – несколько грубее, чем намеревался, перебил я. – Сладких снов, Ангел. До завтра.

– Сладких снов, Лазарь.

* * *

Я открыл глаза ровно в 6:00. Так же, как и всегда. Моё тело словно запрограммировали каждый день просыпаться в одно и то же время. Во сколько бы я ни уснул, как долго бы ни продолжалась наша беседа с Ангел, мои глаза всегда открывались ровно в 6:00. В это же мгновение в камере автоматически зажигался свет, освещая давно опостылевшие серые стены.

Я привычным движением соскочил с койки, и она с тихим звуком уползла под пол. Затем подошёл к выдвинувшемуся из соседней стены металлическому писсуару. Борясь с утренним стояком, я кое-как выдавил из себя струю. Раздалось лёгкое попискивание приборов, проводивших биохимический анализ мочи. Уже через несколько секунд чуть выше писсуара выехал небольшой округлый поднос. На нём я обнаружил разноцветные витамины, насыпанные в порции согласно анализу. И прозрачный пластиковый стакан тёплой воды.

Абсолютно автоматическими движениями рук я отправил в рот пилюли, запил безвкусной водой и поставил стакан обратно. Как только потайные механизмы стены заработали вновь, поднос и писсуар нырнули вглубь, а на их месте из пола вырос пластиковый прямоугольник душа.

Подобная процедура происходила здесь каждое утро. Без исключений. Я отлично знал, в этот самый момент одновременно со мной через «утренний ритуал» проходили ребята из всех групп.

«А где это самое „здесь“?» – возникла у меня в голове мысль, пока прохладный душ омывал моё тело особым раствором со всех сторон, придавая бодрости и сил для начала нового дня.

На самом деле я понятия не имел, где провёл всю свою недолгую жизнь.

Многие ребята предполагали, что мы скрывались внутри тайной подземной базы на необитаемой отдалённой планете. Учитывая внешние обстоятельства, это имело определённый смысл. Но откуда пошли такие слухи, я не знал.

Никто из тех, кто мог бы пролить свет на истину, никогда не отвечал на подобные вопросы. Более того, за проявление излишнего любопытства ждало суровое дисциплинарное взыскание, как они это называли. Лично мне хватило всего одного раза серьёзно нарушить протокол. Я даже не помнил, в чём провинился. Однако боль, которую мне пришлось вынести несколько лет назад, я запомнил навсегда. И был готов сделать что угодно, лишь бы не испытать её вновь.

Писк сверху предупредил, что время пребывания в душе истекло. Меня даже успело обдать тёплым воздухом и высушить. Следовало поторопиться.

Не успел я сделать два шага от пластиковой кабинки, как она тихо ушла обратно в пол, а следующая стена разошлась в стороны. Вперёд выехал механизм с подвешенной боевой бронёй класса БЗСОТ* (боевой защитный скафандр особого типа), модели «Ехидна».

Ехидна имела сплошной тёмный, почти чёрный матовый цвет с синим отблеском и не обладала никакими отличительными знаками. Она состояла из особого сплава, как поговаривали, сверхсекретного. Прочная, лёгкая и надёжная, всего три миллиметра толщиной, броня облегала тело, абсолютно не сковывая движений. При этом она позволяла безопасно выйти в открытый космос, нырнуть на большую глубину или зайти прямо в пламя.

В сочетании с нашими генетически модифицированными организмами, способными выдерживать огромные перегрузки, Ехидна делала нас почти неуязвимыми для любого враждебного окружения.

Однако даже столь совершенная броня не могла защитить тело от бронебойных штурмовых винтовок модели «Локи», крупнокалиберных ручных пушек модели «Тор» и снайперских антиматериальных винтовок модели «Один», входивших в наше стандартное вооружение.

Видимо в извечном противостоянии оружия против брони огневая мощь в наше время имела слишком большое преимущество. Однако от осколочных боеприпасов данный скафандр показывал себя превосходно. Поэтому мы работали со взрывчаткой весьма ограниченно, больше полагаясь на точность и скорость выстрела из ручного кинетического оружия.

Прежде чем подойти к броне, я взял с выдвинувшегося рядом небольшого ящичка чёрный пластиковый футляр. Открыв его, я осторожно извлёк указательным пальцем из раствора линзу ПКНК* (персональный контактный нано компьютер) и аккуратно поместил её на правый зрачок. Вторую линзу я приспособил на левый.

Проморгавшись, я увидел перед глазами привычные зелёные строчки диагностики нанокомпьютера. Не теряя времени, я достал из верхней крышки футляра переговорное микроустройство размером не больше двух миллиметров в диаметре. Стараясь не уронить столь крошечное приспособление, я аккуратно поднёс его на пальце к правому уху.

Повинуясь моей мысленной команде, гарнитура интеркома мгновенно отрастила себе ножки и прыгнула внутрь ушной раковины. Задорно, словно исследователь пещер, она скрылась в глубине и удобно разместилась где-то в районе среднего уха.

Отчаянно борясь с почти непреодолимым желанием поковырять в зачесавшемся ухе мизинцем, я подошёл к броне, которая послушно раскрылась мне навстречу. Стоило только опустить обе ноги в ботинки – замкнулись контакты. Броня словно ожила. Её элементы, движимые встроенными наноботами, полностью обволокли мои ноги, руки, торс и приспособились под все размеры тела.

Вновь перед глазами пробежали строчки диагностики. На сей раз ПКНК, автоматически соединившись с системами скафандра, проверял его исправность. Затем нанокомпьютер считал показатели моего тела и настроил нужную температуру внутри. Появилось сообщение о готовности к введению инъекций при необходимости.

Удовлетворившись результатами диагностики, я сделал пару приседаний, подпрыгнул и потянулся, желая убедиться, что броня села как следует. Затем отдал ПКНК мысленный приказ. Всего через пару мгновений расторопные и послушные наноботы сформировали на моей голове гладкий чёрный шлем с затемнённым визором.

– Отлично, – сказал я и направился к выходу.

Перед автоматической раздвижной дверью появился ещё один поднос. На нём лежал стандартный пищевой куб.

«Завтрак – самый важный приём пищи за весь день, – пронеслось у меня в голове. – Особенно такой насыщенный завтрак настоящих чемпионов».

Я незамедлительно приказал ПКНК снять шлем и неохотно потянулся к серо-коричневому пищевому брикету объёмом не больше восьми кубических сантиметров. Поспешно закинув куб в рот, я постарался как можно скорее его разжевать и проглотить, со всем тщанием игнорируя отвратительный вкус.

Невзирая на оставшееся послевкусие, результатом я остался доволен.

Я понятия не имел, что за дрянь намешивали в эти брикеты, но дело они своё делали отлично. После принятия завтрака лёгкое чувство голода полностью исчезло, а бодрости в моём не выспавшемся теле заметно прибавилось.

Наконец я был готов покорять вершины и преодолевать любые препятствия, уготованные в этот важный день моей команде.

* * *

Выйдя за разъехавшиеся в стороны створки дверей, я оказался посреди залитого белым светом длинного коридора с точно такими же невзрачными серыми стенами, как и в моей камере. Мысленно отдав команду ПКНК, перед глазами я увидел зелёный циферблат с текущим временем: 6:11 ЗВГ.

«Хорошо, – подумал я. – Время ещё есть. Осталось только дождаться свою команду».

Не успел я закончить мысль, как двери соседней камеры слева отворились. В коридор уверенной походкой вышла она.

Ангел.

Я невольно окинул оценивающим взглядом стройную спортивную фигуру в облегающей броне, которая отлично подчёркивала все её достоинства в нужных местах. И смущённо улыбнулся. Так случалось каждый раз. Каждое грёбаное утро.

Когда мы с Ангел разговаривали через стену, я мог обсудить с ней всё что угодно, при этом чувствуя себя совершенно раскованно и не испытывая ни капли смущения. Всё происходило максимально естественно.

Но стоило ей появиться передо мной во плоти… Стоило мне только заглянуть в её большие небесно-голубые глаза с длинными чарующими ресницами под аккуратными линиями бровей, увидеть поистине ангельское, обрамлённое густыми золотистыми волосами личико с аккуратным носиком, чувственными розовыми губками и милыми ямочками на щёчках – я каждый раз замирал на месте с глупым выражением лица. Моё сердце начинало бешено стучать, посылая сигнал нанокомпьютеру сделать успокаивающую инъекцию, а руки становились влажными от пота.

Не уверен, замечала ли Ангел когда-нибудь, но каждое утро мне приходилось собирать всю свою мужественность в кулак, чтобы просто сказать как можно более непринуждённым тоном:

– Доброе утро, Ангел. Как спалось?

– Доброе, Лазарь, – мило улыбнулась девушка в ответ. – Всё отлично. Ты как, готов к бою?

– Никогда не чувствовал себя более готовым, – ничуть не смущаясь, солгал я. – Осталось только дождаться Лилит, Бестию – и вперёд! Кстати, похоже, вот и они.

Приглядевшись, я заметил две стройные женские фигуры. Девушки приближались к нам из глубины пустого коридора. Их шаги эхом отдавались вокруг, становясь всё отчётливее с каждой секундой.

Первой шла Лилит.

Эта девушка без преувеличения являлась самым загадочным и скрытным человеком из всех, кого я когда-либо знал. Что за мысли таились за её тёмно-синими с фиолетовым отливом глазами, едва ли кто-либо мог угадать.

Хотя внешне, на первый взгляд Лилит походила на Ангел, словно очень близкий родственник, её лицо при детальном рассмотрении имело немного более худощавые черты и заканчивалось острым подбородком, а тонкий носик украшала едва заметная благородная горбинка.

К тому же, в отличие от Ангел – блондинки с аккуратно уложенными золотыми прядями, изящную голову Лилит покрывали иссиня-чёрные волосы, как правило, затянутые сзади в тугой конский хвост.

Но главное, в глаза бросалось почти полное отсутствие у этой молчаливой девушки мимики. Если по милому личику Ангел почти всегда можно было угадать её настроение, то с Лилит дела обстояли в точности до наоборот. Её лицо практически в любой ситуации оставалось неподвижным и бесстрастным, словно его высекли из мрамора. Стоя в строю, она походила на статую юной девы голубых кровей – прекрасную и таинственно манящую, но едва ли живую.

Благодаря непревзойдённому мастерству во владении оружием, совершенной меткости и абсолютному хладнокровию, «в народе» Лилит прозвали не иначе как «ледяная королева». У меня иногда возникала мысль, уж не андроид ли эта девушка, с неведанной целью засланная в наши стройные ряды.

С другой стороны, я не раз становился свидетелем того, как от применения «способности» у неё обильно шла носом кровь. Так же, как у меня и всех остальных. А однажды от чрезмерных усилий её организм не выдержал, и она буквально потеряла сознание.

Не аккумуляторы же в тот момент сели, верно?

К тому же, что-то мне подсказывало: если бы хотели сделать андроида, полностью имитировавшего поведение человека, на эмоции он получился бы гораздо богаче.

Ну а если серьёзно, самое важное в Лилит для меня было то, что она являлась безупречным солдатом. На поле боя я мог без проблем доверить ей свою спину, а приказы она выполняла с ювелирной точностью. Большего мне от неё совершенно не требовалось.

Отставая буквально на пару шагов от ледяной королевы, следом шла Бестия – последний член нашего небольшого отряда. И эта циничная, эксцентричная, вульгарная, импульсивная и просто бешеная особа часто становилась причиной моей головной боли.

Бестия обладала едва ли не более нежной наружностью, чем Ангел. Но это как раз тот редкий случай, когда внешность оказывалась полностью обманчивой. Внутри её прелестной, украшенной кудрявыми огненно-рыжими локонами головки сам Сатана разом сношал всех демонов преисподней.

Природа и генная инженерия одарили Бестию сполна. Её по-ангельски милое лицо с полными нежными губами и бездонными изумрудными очами покрывала россыпь очаровательных веснушек. Даже фигура демоницы выделялась более объёмными, соблазнительными очертаниями в области груди и бёдер, при этом в сочетании с невероятно тонкой талией.

Внешне Бестия казалась сошедшей с экрана картинкой, настоящей роскошной кинодивой, роковой красоткой.

Если бы она только обладала способностью держать необузданный нрав в узде, а острый язычок за зубами. Но ей обязательно всегда требовалось открыть свой рот. И лучше бы она этого, блядь, не делала…

– Доброе утро, Лилит. Доброе утро, Бестия, – как можно более дружелюбным тоном поприветствовал я девушек.

– Привет, – кивнула Лилит, вставая за Ангел.

– Как делишки, малыши? – вместо приветствия задорно поинтересовалась Бестия. – Готовы сёдня огрести? Вам смазки подкинуть, чтоб ловчее входило?

– Следи за языком, – огрызнулся я. – И вставай в строй, живо!

В ответ Бестия скорчила недовольную рожицу, а по её губам я сумел ясно прочесть: «От-е-бись, му-дак!»

Что-то мне подсказывало, что она меня слегка недолюбливала. Однако приказа она всё же не ослушалась и почти сразу заняла своё место в строю.

На самом деле я вполне мог объяснить как её неприязнь к моей скромной персоне, так и то, почему она, невзирая на это, почти беспрекословно следовала моим указаниям.

Пока мы вчетвером в развёрнутом строю бежали трусцой по направлению к залу для брифингов, я не мог выкинуть рыжую демоницу из головы.

Чуть больше года назад Бестия входила в состав группы Альфа. Она всегда и во всём отчаянно стремилась стать первой, самой лучшей. И во многих дисциплинах, особенно физических, ей это удавалось.

Мало кто мог сравниться с демоницей в ближнем бою. Я и сам не раз ложился на лопатки во время наших совместных спаррингов. А уж кто бы остался в строю, схватись мы не на жизнь, а на смерть, используя свои «способности» – вопрос оставался открытым. И я совершенно не торопился это выяснять.

Хотя внешне Бестия казалась женственной и хрупкой, благодаря генным модификациям, витаминам, а также постоянным физическим тренировкам, она обладала крайне сильным, выносливым телом. Впрочем, это относилось и ко всем остальным девушкам из моего отряда. Все они могли без проблем пробежать десять километров и даже особо не запыхаться или вынести с поля боя как минимум двух раненых товарищей.

В меткости и точности Бестия уступала только Лилит, в скорости – лишь мне, и то совсем немного. Единственное, в чём демоница серьёзно отставала от большинства, а особенно от Ангел – в программировании и навыках кибервзлома. Но зато в энергии, чистой ярости и целеустремлённости ей равных не имелось.

Ни для кого из нас не было секретом, что Бестия очень хотела получить лычки сержанта. И только она одна не могла осознать истинную причину их отсутствия.

У демоницы не получалось добиться повышения исключительно из-за известных проблем с дисциплиной и субординацией. Хотя, возможно, где-то в глубине души она об этом догадывалась, но просто не могла совладать с собственным диким нравом.

Ходили слухи, будто больше года назад у неё случилась любовная интрижка с сержантом Китом, командиром группы Альфа. Насчёт правдивости этих слухов лично меня терзали смутные сомнения, ибо в нашем положении было довольно тяжело поддерживать близкий контакт друг с другом. Как правило, нас держали отдельно, не особо давая возможности для тесного физического взаимодействия, за исключением случаев спарринга. К тому же времени на личные дела и внеурочное общение за плотным учебным графиком практически не оставалось.

С другой стороны, если бы мы с Ангел сильно захотели, уже давно нашли бы способ преодолеть одну несчастную стену, отделявшую нас друг от друга по ночам. А уж со «способностью» Бестии, да при определённой сноровке проникнуть в чужую камеру не составило бы для неё особого труда.

В любом случае, опасаясь за собственную безопасность, я не собирался интересоваться об этом у демоницы напрямую.

В общем, личное смешалось с профессиональным, и на фоне общего отсутствия должной дисциплины среди ребят начался разлад. Показатели успеваемости некогда самой успешной боевой группы заметно снизились, уйдя по таблице зачётов на нижние строчки. Вследствие этого Бестию перевели в Омикрон, а нашего сержанта Сокола назначили командиром отряда Альфа. Что, насколько я знал, за всё время нашего обучения являлось событием беспрецедентным.

Нас годами натаскивали на командную сыгранность и полное доверие друг к другу. В идеале мы стремились достичь такого уровня взаимопонимания, когда лишние слова уже становились просто не нужны.

Возможно, Бестия, страдая от избыточной наивности и самоуверенности, всерьёз рассчитывала, что командиром Омикрон назначат её. Однако выбрали меня.

С тех самых пор, когда я поворачивался к ней спиной, по моему позвоночнику волной проходила дрожь. Возникало навязчивое, мерзкое чувство, будто через мгновение один из её безупречно отточенных виброклинков войдёт мне прямо между лопаток и выйдет из груди, с лёгкостью минуя слои брони, а также натренированное крепкое тело.

Тем не менее, видимо, внушение Бестии сделали изрядное. Поэтому, несмотря на её бесконтрольно-отвратное поведение в обычное время, когда ситуация того требовала, приказы она выполняла. Надо признать, не столь же безоговорочно чётко, как Лилит и Ангел, однако своё дело рыжая демоница знала. И знала очень хорошо.

Меж тем, погружённый в размышления, я сам не заметил, как мы добрались до необходимых координат.

* * *

– Внимание, группа Омикрон, – взирая на нас с самым серьёзным выражением лица, начала майор-инструктор Калипсо, пока мы изучали записанный БПЛА-разведчиком трёхмерный видеофрагмент с элементом присутствия. – Ваша задача – проникнуть в одинокий особняк в квадрате 17-24 по улитке 3. Высадка будет произведена в километре от цели. Точные координаты уже загружены на ваши ПКНК. Стремясь избежать побочного ущерба как с нашей, так и со стороны противника, вы должны уничтожить цель «А» и загрузить вирус в объект «Б» – изолированный от внешней сети сервер. То есть выполнить это возможно лишь в непосредственной близости от объекта. Проникнуть следует максимально тихо, по возможности не оставляя следов. На выполнение задачи вам отводится один час, включая время, необходимое для отхода к точке эвакуации. Просто зайти и выйти.

«Интересно, сколько ей лет?» – внезапно возник в моей голове вопрос, когда я перевёл взгляд с экрана на Калипсо.

На вид я бы дал ей лет двадцать пять-тридцать: миловидная, с подстриженными под каре густыми каштановыми волосами, живыми карими глазами, стройной спортивной фигурой, сочной попкой и упругой грудью никак не меньше третьего размера.

Майор-инструктор Калипсо так и пыжилась показаться суровым строгим инструктором. Но я-то знал, какая она на самом деле мягкая и податливая внутри. И никак не мог выкинуть из головы вопрос о том, сколько же ей на самом деле лет. С учётом современной продолжительности человеческой жизни ей уже вполне могло перевалить за сто пятьдесят. Однако, судя по её юной пылкости и задору, казалось, что ей никак не больше шестидесяти.

Мне очень хотелось увидеть её в чём-то более женственном, чем обезличенный чёрный скафандр. Надо признать, Ехидна отлично подчёркивала её фигуру, но это далеко не то же самое, как если бы она надела обтягивающее атласное платье или короткую юбку с чулками.

На самом деле я никогда в реальности не видел девушку, одетую во что-то, кроме спортивной или военной униформы. Тут у нас вообще все одевались предельно идентично, а было бы здорово…

– Номер 3598, позывной Лазарь, сержант! – повысила голос майор. – Ты где витаешь, боец? О чём замечтался?!

– Виноват, мэм! – мгновенно выпрямился я, ловя косые взгляды Ангел и Лилит, а также язвительную ухмылку Бестии.

– Виноват ты будешь, если провалишь операцию, сынок, – недобро сощурившись, процедила Калипсо. – Тебе ясно?

– Так точно, мэм, майор-инструктор!

– Отлично, – чуть смягчившись, продолжила Калипсо. – Выступаете через три минуты. Если есть вопросы, самое время.

– Стоит ждать сюрпризов? – спросил я, искренне ожидая подвоха.

– Вся необходимая информация для успешного завершения операции у вас в наличии, сержант. Но советую быть готовым ко всему. Ясно?

– Так точно!

– Что ж, удачи, Омикрон. Снарягу и боекомплект не забудьте.

Члены моего отряда поднялись с кресел, и мы вместе прошли по полутёмному залу к стене с надписью «арсенал».

Стена перед нами послушно разъехалась в стороны, открыв доступ к аккуратно разложенному на полках вооружению. Почти всё оружие находилось в своём обычном сложенном состоянии в виде небольших прямоугольных футляров с торчавшими наружу рукоятками.

– Берём только стандартное лёгкое, – сообщил я группе. – Минимум взрывчатки, ничего тяжёлого.

– Ты уверен? – спросила Лилит, оглядывая висевший у её лица футляр переносного зенитного ракетного комплекса модели «Валькирия».

Я порой забывал, но у Лилит всё же имелось одно яркое пристрастие, делавшее её похожей на обычное человеческое существо. Она очень любила оружие. Вероятно, ледяная королева его бы с удовольствием коллекционировала, если бы могла позволить себе такую роскошь. И она совершенно точно научилась обращаться со всем, что стреляло, и к чему нам давали хоть малейший доступ.

– Уверен, – твёрдо ответил я. – Ты же слышала задачу – тихий вход и выход. А если ситуация накалится, будем рассчитывать на твою меткость с винтовкой. Устраивать огненный ад посреди густого леса не самая лучшая затея. Особенно когда наша основная задача быть незаметными.

– Принято, – разочарованно вздохнула девушка.

Лилит взяла свою любимую снайперскую винтовку модели «Один», с которой давно научилась обращаться просто безупречно. Также она не забыла прихватить ручную пушку модели «Тор», входившую в наше стандартное вооружение. Прикрепив футляры СВ и РП к своему поясу, она на несколько мгновений задумалась, а затем взяла с полки три светошумовые гранаты.

– Так, на всякий случай, – подмигнула мне ледяная королева.

Бестия взяла штурмовую винтовку модели «Локи», пистолет модели «Тор» и, выудив самый хищный оскал из своего арсенала, парные виброклинки модели «Сиф». Демоница уже давно являлась признанным мастером ближнего боя. Следовало признать, что с виброклинками она обращалась просто как богиня.

– Устроим небольшой пиздарез, командир? – обратилась она ко мне, явно провоцируя на ответную реакцию.

Разложив в боевой режим тонкие чёрные клинки длиной 69 сантиметров, Бестия изящно рассекла ими воздух прямо у моего лица.

– Если всё пойдёт согласно плану, не придётся, – всеми силами стараясь игнорировать провокации, ответил я максимально спокойным тоном.

– Как жаль, – томно протянула девушка, эротично проведя языком вдоль лезвия. – А я так хотела сегодня повеселиться.

– И ради Великой Пустоты, прекрати махать этими штуками у меня перед носом, – раздражённо проворчал я. – Пока не прописал тебе дисциплинарное взыскание!

– Упырь злобнючий!

Бестия резко отвернулась, одним отточенным движением сложила клинки и приспособила футляры к своему поясу у бёдер.

Виброклинки Сиф являлись экспериментальным оружием, спроектированным и выкованным специально под таланты и «способность» Бестии. Больше таких клинков я никогда ни у кого не видел. Я очень смутно представлял их боевые возможности, хотя отлично знал, что они были вполне способны пробить нашу броню.

Составы сплавов и технологии создания оружия по неведомым причинам держали от нас в строжайшей тайне. С другой стороны, демоница владела информацией о технических характеристиках своих клинков куда больше меня. Но вряд ли она захотела бы просто так поделиться этими знаниями со мной.

Мы с Ангел, в свою очередь, ограничились лишь штурмовыми винтовками и пистолетами. Наши специализации не требовали от нас иного вооружения, а главным орудием златовласой девушки являлся НКСК* (наручный квантовый суперкомпьютер), приспособленный к её левой руке в виде браслета шириной в немыслимые для обычных компьютеров пять сантиметров и весом в целых девяносто грамм!

Ангел занимала в боевой группе Омикрон позицию киберстража. Для задач, с которыми ей приходилось справляться во время операций, порой требовалась исключительная вычислительная мощность. Именно поэтому блондинке приходилось носить на руке такую бандуру. Сверхмощный компьютер в контактные линзы не встроить, но для основных членов отряда стандартных нанокомпьютеров в контактных линзах вполне хватало. Кроме того, квантовый браслет киберстражницы использовался как док-станция для шести микродронов, расширявших границы её возможностей по взлому ОКС* (охранные киберсистемы).

Я взял футляр штурмовой винтовки и присоединил его к креплению на запястье, а футляр пистолета прицепил на пояс под правую руку. Таким образом, я мог использовать ШВ или РП на выбор по истечении 0,6 секунд. Именно столько требовалось для раскладки оружия в боевую готовность.

Тяжко вздохнув, я постарался взять себя в руки и унять едва ощутимое дрожание пальцев.

– Всё в порядке, – успокаивающе улыбнулась Ангел, взяв мою ладонь в свою. – Мы справимся. Мы Омикрон. Мы лучшие.

От прикосновения её руки я невольно вздрогнул. Но она, похоже, этого не заметила. Хотя, вероятно, на самом деле Ангел всё прекрасно замечала и понимала. Просто она привыкла действовать правильно, а точнее так, как того требовали обстоятельства.

– Это верно, – улыбнулся я в ответ. – И пришла пора это доказать.

Убедившись, что подразделение готово к выполнению поставленной задачи, я отдал приказ выступать. Члены отряда Омикрон мгновенно отреагировали: надели шлемы и затемнили визоры. Створки широких ворот перед нами распахнулись, и мы рука об руку смело вступили в ослепительно яркий свет.

ГЛАВА 2

Боевая группа Омикрон добралась до означенных координат, едва счётчик таймера перевалил за шесть минут. Весьма неплохо, учитывая, что нам приходилось передвигаться сквозь густой ночной лес, поросший гигантскими вековыми деревьями, почти непроходимым кустарником и высокой алой травой.

Небо заволокло серыми тучами. Сквозь них едва пробивался свет двух неполных лун – серебряной и красной. Моросил мелкий дождь. В отдалении то и дело сверкали молнии, доносились раскаты грома. Да и в самом лесу звуков хватало: стрекотали насекомые, щебетали птицы, издалека слышался рёв диких животных в брачный период.

Весь этот гвалт служил в нашу пользу.

Тем не менее мы старались соблюдать максимальную осторожность, двигаясь, словно призрачные тени – тихо и динамично, не производя ни единого лишнего движения или звука. Прямо как нас учили и тренировали долгие годы.

Ангел запустила в воздух шесть микродронов-шпионов и по ходу движения сканировала местность на предмет возможного вражеского патруля или ОКС внешнего периметра. Она уже обнаружила и перехватила несколько таких киберсистем.

Кибервзлом обычно занимал не более десяти секунд, в ходе которых Ангел успевала не только взломать охранную систему противника, но и запустить в неё скрипты. С этого момента ОКС работала в нашу пользу. Во время кибератаки перед нашими глазами появлялась предупреждающая красная надпись. Отдельной команды замереть никому не требовалось.

Наконец мы собрались на небольшой возвышенности. В точке, откуда открывался лучший вид на нашу цель – одинокий белокаменный загородный особняк.

По внешним признакам двухэтажное жилое строение ничем особо не выделялось, его даже не окружал забор. Хотя на самом деле так только казалось. Мы перевели свои ПКНК в режим ночного зрения с тепловым фильтром, что позволило нам чётко разглядеть трёхметровое лазерное ограждение, полностью окружавшее особняк.

– Какие приказы, Лазарь? – услышал я в гарнитуре голос Лилит, видимо решившей, что сержант слишком долго оценивал ситуацию.

На самом деле я уже успел прикинуть план действий. Хотя моменты с импровизацией никогда не исключались.

– Лилит, обеспечь прикрытие, – приказал я твёрдым командным голосом, каким пользовался только во время операций. – Ангел, слейся с окружением, поведёшь нас внутри. Бестия, идёшь со мной.

Как и ожидалось, возражений не последовало. Используя свою «способность», Лилит беззвучно взмыла в воздух. Она намеревалась занять боевую наблюдательную позицию высоко на толстых ветвях древнего дерева, маскируясь в густой кроне.

– Ангел, ОКС? – обратился я к златовласой киберстражнице.

– В работе, – последовал ответ.

– Вперёд, – скомандовал я, делая шаг навстречу особняку.

Осторожно двигаясь по склону вниз, я старался не издавать лишнего шума и не поскальзываться на промокшей почве. Следом за мной по-кошачьи грациозно двинулась Бестия.

– Едят ли кошки мошек? Едят ли кошки мошек? Едят ли мошки кошек… – меж тем сосредоточенно бормотала Ангел, творя свою кибермагию.

Я не знал, зачем она это делала и осознавала ли в принципе, что за бред несла, но это помогало ей сосредоточиться во время самого напряжённого этапа работы. Все члены группы Омикрон давно знали привычки друг друга, поэтому на бормотание златовласой киберстражницы никто внимания не обратил.

Не успели мы сделать десяток шагов, как в ухе вновь прозвучал спокойный, но твёрдый голос Лилит:

– Патруль. Двое. Пятнадцать метров на два часа. Ставлю МаСки* (МС – маркер сигнатуры).

– Принято, – ответил я, пригибаясь к траве.

Посмотрев в нужном направлении, я подождал, пока две едва различимые фигуры не обрисовались ярким голубым силуэтом. Сработали маркеры сигнатур Лилит. В это же время на радаре, расположенном в левом нижнем углу экрана линз, проявились две красные двигавшиеся точки.

– Их броня не хуже нашей, – задумчиво произнёс я, пытаясь тщательно просканировать и проанализировать шедший вдоль заграждения патруль, переведя линзы в режим бинокля. – Защита от тепловизоров в наличии, каждый замкнут в своей локальной сети. Не взломать. По крайней мере, с такого расстояния. В случае обнаружения перейдут в боевую готовность в течение 0,6 секунды, а через 0,9 откроют огонь на поражение, одновременно с этим запустив режим тревоги. Ожидаемая меткость в районе 80 процентов. Через 1,6 секунды нас, вероятно, уничтожат. Вооружены штурмовыми винтовками сопоставимого с Локи классом. Переносят в развёрнутом режиме. Нас ждут или таковы их протоколы?

– Готова работать, – доложила Лилит.

– Ждём, – приказал я. – Не оставлять следов, помнишь? К тому же, пока Ангел не завершит кибервзлом, нам всё равно ничего не светит. Следи за окружением. С помощью сканеров точное местоположение противника не определить, а отправлять микродроны вглубь вражеской территории слишком опасно. Их могут засечь и обезвредить. Остаётся только визуальный контроль и МаСки. Ты наши глаза на внешнем периметре.

– Принято.

Я растянулся в траве и по-пластунски пополз в сторону особняка. Мне не требовалось оборачиваться или обращать внимания на сканер, чтобы проверить Бестию. Я прекрасно знал, что она следовала чётко за мной. Несмотря на все наши разногласия, в такие моменты я доверял ей практически безоговорочно. Она скорее бросится грудью на свои клинки, чем по собственной инициативе провалит операцию. И такая она мне нравилась куда больше.

Спустя минуту мы оказались в метре от лазерной сетки ограждения. Ещё через три метра возвышалась белая стена особняка. Все окна были плотно затворены стальными ставнями, даже микродрон бы не проскочил. Каких-либо дверей или иных возможных путей проникновения в зоне видимости не наблюдалось.

Дождь меж тем усиливался, нещадно заливая визоры на наших шлемах. Ехидна неустанно работала, автоматически нагревая элементы брони и высушивая поверхность скафандра почти мгновенно.

– Патруль скрылся, – прозвучал голос Лилит. – У вас 2 минуты 19 секунд.

– Ангел? – позвал я.

– Я внутри, – очень вовремя отозвалась златовласая киберстражница. – СИОН* (система интеллектуального охранного наблюдения) под полным контролем, как и ССЧ* (система свой-чужой), но остаётся лазерное ограждение. Я могу его снять, но…

– Патруль это заметит, – понял я. – Оставь.

– И как вы собираетесь проникнуть? – спросила Лилит. – Лазарь, я могу перелететь. Наблюдаю возможную точку входа через чердак.

– Внутри тебе придётся действовать одной, без прикрытия.

– Разберусь.

– Отставить, ты нужна мне на своей позиции.

– Тогда диверсия?

– Отвлечь патруль, отключить лазер, а после проникновения включить. Может сработать. Однако мы не знаем, есть ли ещё солдаты в зонах, которые мы не контролируем визуально. Слишком рискованно. Бестия, настало твоё время.

– Я знала, что ты нихуяшеньки без меня не сделаешь, – не скрывая торжества, проворковала рыжая демоница, словно давно всё просчитала и ждала именно этого момента.

– Хочешь отправить её одну? – в голосе Лилит прозвучали удивлённые нотки. – То есть…

Ледяная королева резко замолкла, осознав, что сейчас не самое подходящее время для споров. Но я отлично понимал причину её негодования. Я только что отказал ей и вроде как собирался отправить на самую важную часть операции в одиночку Бестию. Однако это не соответствовало моим истинным намерениям.

– Сможешь перенести нас вместе, сразу внутрь? – я решил спросить прямо.

Демоница уже опередила меня на половину корпуса, но после вопроса вдруг замерла.

– Ты, блядь, издеваешься? – прошипела она. – Смерти моей ищешь?!

– У нас осталось 54 секунды до появления патруля, мы не успеем проникнуть через окно. Ставни слишком крепкие, стальные, придётся резать лазером. Нас обнаружат прежде, чем мы закончим.

– Ах ты ж…

Мне показалось, что я услышал, как заскрипели белые зубки рыжей демоницы, пока она просчитывала варианты и возможные исходы.

– Бестия? – поторопил я.

– Если ты меня решил подставить…

– Это твой шанс по-настоящему себя проявить, – сразу возразил я. – Итак?

– Лады, – сдалась девушка. – Будь по-твоему. Ты командир, с тебя и спрос. Мне нужно видеть точку выхода, застрять посреди стены – идея весьма херовая. Ангел, дай картинку.

Через пару мгновений перед моими глазами, ровно как и пред изумрудными очами Бестии, появился экран. На нём мы могли чётко наблюдать внутреннее убранство особняка: скудно освещённый коридор с расставленной вдоль стен мебелью и лестницей на второй этаж.

Это место находилось непосредственно за внешней стеной, в четырёх метрах от нас. Такое расстояние для Бестии не являлось проблемой, но перед ней стояла непростая и опасная задача перетянуть с собой массу, превышавшую её собственное тело. При этом скачок требовалось совершить в точку, которую она не могла наблюдать напрямую.

В этот момент от демоницы зависел исход всей операции. Одна ошибка – и всё будет кончено.

– Двадцать секунд, – голос Лилит вывел Бестию из оцепенения.

Рыжая демоница приподнялась и заняла позицию на полусогнутых, будто собралась резко спринтануть с места. Затем она неохотно протянула мне левую ладонь и нетерпеливо подёргала пальчиками. Я ухватился за её руку, а затем постарался пристроиться как можно ближе, практически обнимая девушку.

– Эй, полегче, командир, – насмешливо промурлыкала Бестия. – Сейчас не время и не место.

– Для меня это тоже риск, – изрёк я, слегка смутившись.

Оказаться внутри стены или предмета мебели мне откровенно не хотелось.

– Пять секунд, – неумолимо продолжала Лилит отсчёт, держа завершавший обход патруль на прицеле. – Четыре, три…

Вспышка!

Я почувствовал резкий приступ тошноты и едва не вывернул кишки наизнанку прямо внутрь своего шлема. Лишь неимоверным усилием я сумел сдержать внезапный отвратный порыв организма.

Оглядевшись, по уже знакомому интерьеру я определил, что мы появились в помещении, которое нам показывала Ангел всего несколько секунд назад.

Получилось!

От нахлынувшего восторга я едва не кинулся в объятья Бестии, неподвижно стоявшей рядом.

«Как ты?» – мысленно управляя ПКНК, отправил я сообщение на линзы демонице, заодно подавая сигнал всей группе перейти в режим тишины.

Любой лишний звук мог нас выдать с потрохами.

«Зашибись», – отправила ответ Бестия.

Я внимательно её осмотрел: руки и ноги девушки слегка дрожали, а мои сканеры засекли её учащённое сердцебиение. Но держалась демоница молодцом. Я отлично понимал, что её голова шла кругом, ноги так и норовили подкоситься, а из носа потоком лилась кровь, нещадно заливая рот и подбородок. Системы скафандра втыкали в её тело десятки микроигл, вливая необходимые для восстановления организма препараты.

«Мы внутри, скачок прошёл успешно, – отправил я сообщение остальным членам группы. – Ангел, веди нас».

«По лестнице вверх и направо».

Держась как можно ближе к стене и прислушиваясь к каждому шороху, мы беззвучно последовали в указанном направлении. Я шёл впереди, Бестия следовала за мной по пятам. К счастью, потёртые с виду половицы не скрипели. Хотя мы заранее перевели ботинки наших скафандров в режим «стелс», приглушавший практически любые звуки под подошвами, лишняя осторожность никогда не повредит.

По пути сканируя обстановку, я обнаружил датчики движения, звука, температуры и даже веса, размещённые по всем возможным углам. Каждый сантиметр помещения просматривался системой интеллектуального охранного наблюдения, которая под руководством искина отслеживала в режиме реального времени любое, даже мельчайшие изменения объектов в трёхмерном пространстве.

Скафандры модели «Ехидна» снабжались продвинутой системой слияния с окружением. Они маскировали температуру тел, нивелируя возможность отследить нас через тепловизор. А специальное покрытие «хамелеон» при активации меняло расцветку поверхности брони под окружение, делая нас едва приметными, почти прозрачными призраками.

Тем не менее даже в столь навороченной броне нас обнаружили бы в ту же секунду, как мы оказались внутри, если бы все системы охраны и наблюдения не контролировала Ангел. Любая ошибка каждого из нас могла легко привести к провалу операции, поэтому я старался со всем тщанием просчитывать действия на несколько шагов вперёд.

Едва мы проделали путь на второй этаж, всплыло предупреждающее сообщение от нашей киберстражницы:

«Стоп!»

Вжавшись в стену насколько возможно, мы с Бестией замерли на месте. Ангел вывела на наши линзы картинку: справа, прямо за углом, в глубине коридора полутораметровой ширины и пятиметровой длины открылась дверь. Из неё, тихо ворча что-то себе под нос, вышел высокий усатый мужчина в тёмно-зелёной военной форме при погонах полковника.

Цель «А»!

Полковник уверенным шагом двинулся в нашу сторону. В предвкушении я снял с пояса Тор и привёл оружие в боевую готовность.

Одного точного выстрела будет вполне достаточно.

Правда, следом ещё следовало найти сервер. По нашим сведениям, он находился на втором этаже, в непосредственной близости от цели «А».

Сервера – не простые компьютеры. На них обычно хранились объёмы в сотни йоттабайт данных, поэтому их размеры, как правило, невероятно огромны – не меньше ручной клади. Я не сомневался, что мы без особых проблем отыщем объект «Б», даже если не удаться определить его сигнатуру на расстоянии.

Цель «А» неумолимо приближалась. Боковым зрением я заметил, как Бестия разложила один из своих виброклинков, готовясь нанести удар.

«Прикрывай меня», – отправил я приказ.

Поколебавшись немного, Бестия всё же опустила клинок. Я понимал, что она жаждала устранить цель «А» лично. Но, на мой взгляд, она и так уже отлично проявила себя со скачком. В отчёте это будет смотреться просто великолепно. Следовало и про собственный «подвиг» не забыть. Все мы сегодня горячо желали отличиться.

Нас всегда учили, что командная работа важнее личной инициативы, тем не менее каждый из нас в глубине души немножко эгоист.

Шаги звучали уже очень близко. На экране линз я отчётливо видел, что мужчине оставалось пройти всего три шага и повернуть за угол, прежде чем он столкнётся с притаившимися хищниками. Хватит одного мгновения, он даже не успеет ничего понять.

Я мягко положил указательный палец на спусковой крючок.

И в этот момент, словно что-то заподозрив, мужчина резко остановился. Я отчётливо ощутил, как по моему лбу скатилась капелька пота.

Постояв секунд десять, словно о чём-то размышляя, мужчина по-военному развернулся, сделал два шага по направлению от нас и зашёл в ближайшую комнату. Металлическая дверь скрипнула, негромко хлопнула, а затем отчётливо прозвучал звук защёлкнувшейся стальной щеколды.

Я встревоженно посмотрел на Бестию.

– Сука, – прошептала девушка, подтверждая мои опасения. – Это не электронный замок! Это механическая щеколда! Из какого века вылез этот мудозвон?!

«Успокойся, – отправил я сообщение. – Ангел, у нас проблема».

«Понимаю, – через секунду перед моими глазами начал появляться текст. – На двери нет электронного замка, так что тут я вам ничем не помогу. Дверь металлическая, попытка прорезать её лазерным резаком наделает много шума. Хорошая новость – я уловила неизвестную сигнатуру в помещении. Очевидно, там находится объект «Б». Плохая новость – картинку вывести не смогу, внутри нет систем наблюдения. Ставни плотно затворены, так что в окно не заглянуть. Похоже, это какое-то специальное помещение, абсолютно лишённое привязки даже к местной локальной сети».

«Можешь вывести хотя бы скан? Что угодно сейчас поможет».

«Только приблизительный».

«Давай».

Я вновь посмотрел на Бестию.

«Ты реально издеваешься! – получил я строчки от рыжей демоницы. – Даже картинки нет, мне произвести скачок наобум?! Это же почти самоубийство! Я знала, что ты меня ненавидишь, но вот так вот подставлять низко даже для такого мелочного упыря!»

«Твои предложения?»

В этот момент мы получили скан с расположением объектов внутри помещения. Точность составляла 96%.

«Неплохой процент», – заметил я.

«Может, тогда сам попробуешь, умник?!» – ответ Бестии не заставил себя ждать.

«Давай рассуждать логически. Непосредственно перед дверью мебель не размещают, а значит, пространство как минимум в один квадратный метр сразу за ней свободно. Скан это подтверждает, тут вообще три метра до ближайшего объекта. Высота пола должна плюс-минус совпадать с высотой коридора, но можешь подстраховаться и взять на пять сантиметров выше. Это не должно создать много шума. Есть, конечно, риск, что сама цель окажется в момент скачка у двери, но без риска не бывает победы».

«Ебись конём, упырь!»

Обречённо вздохнув, Бестия беззвучно проплыла мимо меня и повернула за угол. Я последовал за ней.

Согласно сканированию, как минимум в пределах десяти метров от нас на втором этаже не обреталось ни одной живой души. Разумеется, за исключением цели «А».

Похоже, нам повезло, однако терять бдительность – непростительная ошибка. Поэтому я тщательно, на каждом шагу вглядывался во все стороны, прислушивался к каждому шороху, вновь и вновь запускал сканирование, держа пистолет наготове.

Подойдя вплотную к двери, демоница замерла, явно собираясь с духом и вслушиваясь в происходившее внутри помещения. Но металлическая дверь казалась массивной и толстой. Расслышать за ней хоть что-то представлялось маловероятным. Взломать подобное препятствие невозможно, оставалось только резать лазером или взрывать.

«Как только окажешься внутри, сразу открой щеколду. Дальше импровизируем», – проинструктировал я.

На этот раз Бестия ничего не ответила. Она вновь приняла такую же позу, как перед первым скачком, и мгновение спустя исчезла без следа. Почти сразу прозвучал щелчок отпираемой щеколды. В ту же секунду я рванул ручку двери на себя и нацелил оружие вглубь помещения, готовый открыть огонь на поражение.

Но было уже поздно. Опустив прицел, я оценивающе оглядел представшую передо мной картину.

Похоже, помещение использовалось в качестве личного кабинета: справа и слева вдоль стен располагались ряды полок и ящиков, а ровно посередине у окна разместился массивный деревянный стол. Сам полковник стоял у стола. Позади него медленно катилось назад офисное кресло, обитое дорогой кожей. Слева от мужчины замерла выпрямившаяся во весь рост Бестия. В вытянутой по направлению к цели «А» руке она крепко сжимала рукоять виброклинка Сиф, обоюдоострое лезвие которого прошло сквозь горло полковника насквозь.

Видимо, рыжая демоница совершила третий скачок. Она просто физически не могла успеть пробежать всю комнату и насадить цель «А» на свой клинок, словно дичь на вертел. Но на сей раз она отчётливо видела точку выхода. После многолетних изнурительных тренировок подобный скачок для неё не составил никакого труда. Ей оставалось сделать лишь одно точное выверенное движение.

У нас так происходило всегда – одно движение, одна пуля, одно мгновение могло решить исход всего дела. Один лишний раз моргнул – и ты проиграл.

Стараясь не зацикливать взгляд на удивлённом выражении лица испускавшего дух полковника, я посмотрел ниже и только в этот момент обратил внимание на его руки. В левой ладони он сжимал прозрачный, с виду довольно тяжёлый графин, до краёв наполненный неопознанной бордовой жидкостью. А на столе стоял пустой бокал. Очевидно, мужчина как раз собирался налить себе выпить с устатку, прежде чем его настиг клинок демоницы.

Сосуд начал выскальзывать из его ослабевшей руки.

Из какого материала сделан этот графин? Оргстекло? Настоящее стекло? Хрусталь?

Судя по обстановке, полковник не был лишён доли снобизма, так что я бы не удивился, если бы этот сосуд оказался из очень ценного хрусталя. При падении он разобьётся на десятки осколков, оглашая весь этаж тревожным звоном.

В этот момент я начал движение вперёд и активировал собственную «способность». Мир вокруг сильно замедлился. Я перемещался в пространстве с невероятной для обычного человека скоростью и чётко наблюдал, как графин продолжал потихоньку выскальзывать из руки полковника. Для меня это выглядело словно видео в замедленном режиме.

Пробежав всю комнату, прежде чем сосуд, повинуясь силе притяжения, закончил свободное падение навстречу кафельному полу, я схватил его за горлышко в трёх сантиметрах от звонкого приземления.

– Ну ты и ссыкло, командир, – ехидно процедила Бестия, аккуратно усаживая тело цели «А» в кресло. – На втором этаже никого нет, кто бы услышал? Но поймал зачётно, признаю.

– Просто соблюдаю протокол, – невозмутимо ответил я, чувствуя, как из моего носа потекла одинокая капелька крови.

«Вы оба сейчас нарушаете протокол, общаясь вслух», – пришло сообщение от Ангел.

«Точно, – согласился я. – Теперь займёмся объектом «Б».

«Это он?» – Бестия указала на стоявший у стола объёмный чёрный чемодан.

«Похоже, – кивнул я, аккуратно поставив графин на стол рядом с бокалом. Мои сканеры отчётливо улавливали сигнатуру объекта «Б». – Ангел, сможешь зацепиться?»

«Так точно. Оставайтесь поблизости, пробиваю лёд. Через минуту всё будет готово».

«Принято».

Пришло время подумать о пути отступления. Я категорически не собирался вновь требовать от Бестии производить скачок вместе со мной. Демоница, конечно, заслуживала хорошей порки, но ещё один раз мог действительно её убить.

Вернувшись к двери, я аккуратно её закрыл и защёлкнул щеколду. Так мы могли не опасаться незваных гостей и дать себе короткую передышку. Пройдя к окну, я внимательно осмотрел створки. Они оказались тоже на щеколдах.

«Думаешь прыгнуть?» – поступило сообщение от Бестии.

«Почему нет? Приглуши свет».

Бестия начала осматриваться вокруг и вскоре обнаружила у двери белый двухкнопочный выключатель из пластика такого вида, словно он сошёл с фото из учебника древних времён, когда всё человечество ещё ютилось на одной маленькой планетке. Настоящий музейный экспонат.

Не вполне уверенная в своих действиях девушка протянула палец к выключателю и осторожно нажала на его нижнюю выступавшую часть. К её явному восторгу, манипуляция оказалась действенной: свет послушно погас.

«Примитивные технологии далёких предков иногда прямо излучают ауру романтической пизданутости», – не преминула сообщить совершенно лишнюю информацию демоница.

«Конечно, только повосторгаться предлагаю попозже».

Я настежь распахнул окно и тщательно оглядел открывшийся вид на предмет наличия неприятеля. В этот момент пришло сообщение от Ангел:

«Вирус загружен, можете уходить».

Похоже, нам сегодня невероятно везло: кроме единственного патруля вокруг особняка больше никого не оказалось. Даже как-то странно. Я бы сказал, крайне подозрительно.

«Бестия, иди первая. Соверши скачок по отправленным мной координатам, проверь окружение, доложи».

Демоница ничего не сообщила в ответ. Подойдя к окну, она лихо вскочила на подоконник, немного пригнулась и почти сразу испарилась. Совершив скачок, примерно через двадцать секунд она прислала подтверждение, что путь свободен.

Теперь пришла моя очередь лезть на подоконник. Посмотрев вниз, я оценил расстояние до лазерной преграды и рассудил, что перепрыгнуть её не составит особого труда, если как следует оттолкнуться.

Видимо, меня окрылил успех, и я вдруг уверовал в собственные силы. Попади я в ограду, могло получиться очень нехорошо.

Однако неожиданности не произошло, и я успешно приземлился в семи метрах от особняка. Скафандр смягчил падение так, что я даже ничего толком не почувствовал. Правда, мне показалось… Наверняка просто показалось, что носком ботинка я буквально на миллиметр задел ограду. Но сирены или тревоги не прозвучало.

Я замер, внимательно вглядываясь в окружение, но никаких подозрительных активностей не обнаружил. Патруль двигался вокруг особняка с той же скоростью, что и прежде. Значит, всё-таки показалось.

Добравшись до Бестии, только теперь я обратил внимание на таймер – с начала операции прошло 33 минуты. Очень неплохо, нам оставалось лишь добраться до точки эвакуации для её успешного завершения. Времени на это хватало с запасом.

* * *

Уже через полторы минуты мы с Бестией вернулись в исходную точку, откуда начинали свой путь ползком к особняку.

– Отходим по одному с интервалом в десять метров. Я в авангарде, следом Ангел, затем Бестия. Лилит, замыкаешь цепь в тылу, прикрываешь группу, – отдал я приказы.

– Принято, – почти одновременно ответили три девушки.

Очень не хотелось облажаться на завершающем этапе, поэтому я решил соблюсти все протоколы до конца. Банальное разгильдяйство часто служило источником неудачи, а я не имел права провалить задачу. Если не ради себя, то ради девчонок я намеревался сделать всё как должно.

Окрылённый подобными мыслями, я сверился с радаром и уверенно двинулся к точке эвакуации.

Дождь к этому времени прекратился. Выглянувшие из-за туч луны давали неплохой свет, однако в гущу леса их лучи проникали скудно. В зарослях всё ещё царствовала почти непроглядная тьма. Спасал режим ночного видения, при котором, к слову, периферическое зрение вело себя порой как-то странно. Например, мог создаться ложный эффект мелькнувшей тени…

Я резко остановился, обратив свой взор влево.

Щёлк-щёлк!

Я пригнулся, скрывшись по макушку в высокой алой траве. Чёрная тень отделилась от ствола дерева в трёх метрах от меня. Убитый метким выстрелом Лилит противник завалился набок.

– Контакт! – вполголоса выпалил я, разглядев входное пулевое отверстие в шлеме солдата противника.

Одно входное отверстие.

Но я отчётливо расслышал два щелчка! Лилит – лучший снайпер из всех, кого я знал. А я был знаком с очень многими меткими стрелками. Да я и сам, без ложной скромности, весьма целкий. Ледяная королева ни за что бы не промахнулась и не стала производить два выстрела с такого расстояния. Даже мне вполне хватило бы одного.

Мой взгляд пополз к рукам убитого, в которых он всё ещё сжимал штурмовую винтовку.

Только теперь я почувствовал запоздалую пронзительную боль в левой руке. Настолько острую, что невольно согнулся пополам. Из моих глаз брызнули слёзы, я до крови закусил нижнюю губу, лишь бы не закричать. Хорошо, что с утра успел опорожнить мочевой пузырь, а то без мокрого конфуза не обошлось бы.

Я ощутил, как микроиглы вонзились в мою руку… Но это было не спасение, а наказание.

Как сильно я не старался, а всё же оказался недостаточно внимательным и допустил ошибку. Боль понемногу отступила, но моя левая рука безжизненно повисла.

– Лазарь? – услышал я холодный тон ледяной королевы. – Статус?

«Ранен, остался без левой руки. Поганец успел выстрелить, – с горькой усмешкой отправил я сообщение всем членам группы. – Вести бой в состоянии. Лилит, нам нужны МаСки!»

«Принято».

Стрелять одной рукой из штурмовой винтовки – занятие весьма неблагодарное. Я привёл в боевую готовность Тор и затих, тщательно вслушиваясь в звуки ночного леса. Противник находился где-то поблизости и затаился в засаде. Я это знал совершенно точно. Он не уступал нам в снаряжении и, вероятнее всего, превосходил числом. Выйти победителями из этой непростой ситуации мы могли, только использовав грамотную тактику и наши самые сильные стороны.

Всё ещё не меняя позицию, я обратил внимание на радар. Синие точки – члены моей группы – были рассыпаны в нескольких метрах позади. Красные точки отсутствовали. Вражеских бойцов до сих пор обнаружить не удавалось. Сканировать пространство вокруг не имело никакого смысла, требовался прямой визуальный контакт. Только так нанокомпьютер в линзах сумеет обойти систему защиты вражеской брони, зафиксировать сигнатуру противника маркером и начать отслеживать его перемещение в реальном времени при помощи сканера.

Вся надежда оставалась на Лилит, которая занимала самую выгодную из нас позицию. Высота давала ей возможность обозревать поле боя на значительное расстояние, а густая листва служила дополнительной маскировкой.

Однако неприятель тоже не вёл себя грамотно и лишних движений, способных выдать его местоположение, не совершал.

Одна из синих точек на радаре вскоре начала движение. Вероятно, ледяная королева так и не сумела обнаружить ещё хотя бы одного вражеского солдата и решилась сменить позицию без приказа.

Я не стал возражать. Манёвр крайне рискованный, но у нас неумолимо заканчивалось время. Сидеть без движения всю ночь напролёт в ожидании, пока противник сделает первых ход, мы себе позволить не могли.

Я внимательно посмотрел в небо, к самым вершинам могучих древних растений, но никаких признаков движения не заметил. Даже растревоженные птицы не взлетали. Лилит передвигалась очень осторожно и абсолютно бесшумно.

Всего через минуту синяя точка снайперши, предположительно, уже находилась в тылу устроенной противником засады. Ещё немного времени потребовалось на поиск и занятие наиболее выгодной позиции. И вот наконец на радаре начали появляться красные точки. Сначала одна, затем в метре от неё вторая, третья, четвёртая… Пока я не насчитал шестнадцать штук. В то же время ярким голубым свечением проявлялись практически неподвижные силуэты за деревьями.

«Так держать, ледяная королева. Надёжна, как всегда!» – пронеслось в моей голове.

Однако сообщение своей группе я отправил совсем иного содержания:

«Ангел, продвигайся вперёд, держи центр. Если появится возможность провести кибератаку, не стесняйся. Бестия, на тебе правый фланг. Аккуратно заходи и по команде твори свой чёрный ритуал. Лилит, готовь светошумовые, помню, ты прихватила несколько штук. Дальше с тебя только прикрытие. Я возьму на себя левый фланг. Зажмём подразделение неприятеля в клещи. О готовности доложить».

«Принято».

Поначалу я хотел обойти противника и по-тихой улизнуть к точке эвакуации, но почти сразу отбросил эту идею. Во-первых, существовал большой риск, что кого-либо из нас срисуют. В этом случае мы потеряем инициативу и, вероятно, проиграем бой. А во-вторых, я догадывался, что командование ждало от нас в данной ситуации настоящее шоу с проверкой наших боевых качеств. И я намеревался им это шоу предоставить.

* * *

Передвигаться с безжизненно свисавшей рукой оказалось крайне непросто – терялось чувство равновесия, а рука то и дело норовила зацепиться за вездесущий кустарник или ветку.

Следовало избегать любого лишнего шума. Не придумав ничего лучше, я прикрепил футляр штурмовой винтовки к запястью левой руки, а креплением с обратной стороны – к поясу. Рука неестественно выгнулась, но так она хотя бы не болталась в разные стороны.

Пригнувшись к земле, аккуратно обходя противника, я спешил, как мог, однако успел последним. К тому времени, как я занял выгодную для себя позицию, Ангел и Бестия уже доложили о готовности.

«Лилит, по команде метнёшь гранаты. Взрывы послужат нашим сигналом», – отправил я сообщение.

«Принято», – последовал незамедлительный ответ.

«Лазарь, – вдруг обратилась ко мне Ангел. – Удалось проломить лёд их винтовок».

«Так это же отличная новость!» – обрадовался я.

«Могу их отключить, но сработает защита и практически сразу перезагрузит оружие. У нас будет секунд пять, не больше».

«Этого вполне достаточно. Как услышишь взрывы – действуй».

«Принято».

«Огонь!» – скомандовал я Лилит.

Три светошумовые гранаты, выпущенные из подствольного гранатомёта СВ, одна за другой поразили точки наибольшего скопления неприятеля. Три ослепительные вспышки с оглушительным хлопком озарили ночной лес.

Активировав свою «способность», я на огромной скорости рванул вперёд к ближайшим от меня ошеломлённым солдатам. В вытянутой правой руке я крепко сжимал пистолет и, едва первая цель для меня открылась, без колебаний произвёл выстрел.

Я отчётливо видел, как усиленная особым сплавом бронебойная пуля улетела навстречу своей судьбе и, словно нож сквозь масло, гладко вошла в шлем ближайшему ко мне противнику, оставив ровное округлое отверстие. Второй боец, как при замедленной съёмке, попытался вскинуть винтовку.

Слишком поздно.

Я уже прицелился и произвёл второй выстрел. Третий противник, судя по всему, крайне ловкий и быстрый стрелок, всё же успел спустить курок. Однако его оружие дало осечку – всё благодаря таинственному колдовству моего персонального ангела-хранителя. Я же вновь не промахнулся.

Продолжая движение, я выстрелил ещё три раза. Каждый снаряд, выпущенный из моего смертоносного Тора, находил свою цель. В стремлении развить столь успешно начатую атаку, я прицелился в седьмого по счёту солдата, но чутка опоздал. Противник уже падал в траву, сражённый снайперским выстрелом ледяной королевы.

Во время бега я каким-то чудом умудрялся держать равновесие, да ещё при этом не спотыкался и не скользил на всё ещё влажной почве. Словно атлет во время спринта с препятствиями, я перепрыгнул несколько поваленных деревьев и продолжил движение в сторону позиции Ангел.

Отмахав метров шестьдесят, я убедился, что по центру всё чисто. Трое солдат противника, державших здесь оборону, уже лежали бездыханными, уничтоженные совместными усилиями Ангел и Лилит. Оставалось проверить правый фланг.

Уже порядком измотанный, я, словно одержимый, упорно продолжал нестись вперёд. И хотя скорость моя заметно сбавилась, до позиции Бестии я добежал в самый разгар схватки.

Однако демонице моя помощь явно не требовалась: развлекаясь на всю катушку, Бестия, словно истинный выходец из преисподней, с дикой яростью совершала скачки от одного противника к другому, прорубая своими клинками путь всё дальше. Отрубленные конечности и головы разлетались в стороны – солдаты противника едва ли успевали хоть что-то осознать, прежде чем их настигала безудержная свирепость превратившейся в берсерка воительницы.

К тому моменту, как я остановился, последний противник оказался разрубленным надвое.

Виброклинки Бестии справлялись со своей задачей крайне эффективно. От наблюдения за тем, с какой невероятной лёгкостью они проходили сквозь крепкую броню и тела, мне вдруг стало не по себе.

Бой был окончен за 34 секунды.

Совершенно обессилев, я тщетно пытался не обращать внимания на пульсировавшую острую боль в висках и рухнул на колени в полуметре от Бестии. Очевидно, по схожим соображениям, демоница зеркально отразила моё неловкое падение, очутившись чётко напротив.

– Показали мы этим пиздюкам. Да, командир? – тихо прохрипела она.

А затем, в нарушение строгого протокола, полностью сняла шлем.

Роскошные огненно-рыжие кудри девушки волнами разошлись в стороны и опустились по плечам. Её лицо показалось мне невероятно бледным, даже веснушки как будто исчезли. Из носа и рта по её подбородку обильно стекала кровь, но она совершенно не обращала на этот малозначительный факт внимания. Демоница просто сидела на коленях почти без движения, обессиленно опустив к земле руки, всё ещё сжимавшие рукояти виброклинков. Она очень тяжело дышала и смотрела куда-то сквозь меня опустошённым взглядом потухших изумрудных глаз.

Решившись тоже нарушить протокол, я откинул визор шлема и выплюнул кровавый сгусток. Как следует отхаркавшись, я вновь обратил свой взор на рыжую демоницу. Совершенно лишившись чувств, она с тихим стоном завалилась навзничь.

– Бестия! – невольно вскрикнул я, пытаясь подняться на ноги.

Сделав неуклюжий шаг в сторону лежавшей без движения девушки, я присел рядом. Обеспокоенно схватив её за плечо, я начал сканировать жизненные показатели, внимательно вчитываясь в побежавшие перед глазами зелёные строчки отчёта.

«Пульс слабый, дыхание ровное, лёгкая степень обезвоживания, пациент нуждается в покое…» – это всё, что я смог вычленить из совершенно непонятных для меня медицинских терминов, а также списка препаратов, вводимых в её тело посредством десятка микроигл.

– Что с Бестией? – взволнованно спросила Ангел, выросшая у меня за спиной, словно из-под земли.

Обернувшись, я увидел стройную фигуру златовласой киберстражницы. Она нервно озиралась по сторонам, крепко сжимая штурмовую винтовку Локи. Я знал, что эта девушка была готова в любую секунду броситься на нашу с Бестией защиту, без колебаний прикрыв от пуль своим собственным телом.

В нескольких метрах позади, притаившись у дерева со снайперской винтовкой наизготовку, несла боевое дежурство Лилит.

– Жить будет, – уверенно произнёс я. – Чутка обессилила. Слишком много скачков за короткий промежуток времени. Удивительно, как у неё хватило сил столько продержаться после того, как она перенесла меня.

– Нужно уходить, осталось четыре минуты, – со свойственным ей хладнокровием сообщила Лилит.

– Да, – немедленно согласился я. Благодаря автоматически введённым скафандром препаратам, я успел передохнуть даже за столь короткий промежуток времени. – Ангел, выдвигайся вперёд, Лилит замыкающая. Я понесу Бестию. Очень надеюсь, больше сюрпризов для нас сегодня не заготовлено.

Закинув единственной функционировавшей рукой рыжую демоницу на плечо, я собрал остатки сил, с кряхтением поднялся на ноги и поспешил к точке эвакуации вслед за исчезнувшей в чащобе Ангел.

* * *

Едва группа Омикрон в полном составе оказалась на подсвеченной слабым светом белой круглой платформе, как прозвучал истошный вой сирены. Вся окружавшая нас действительность начала стремительно рассыпаться на пиксели: исчезло звёздное небо вместе с обеими лунами, исчезли вековые деревья, исчез ковёр алой высокой травы, и даже сама земля исчезла. Затем стихли звуки ночного леса.

Мы остались стоять посреди наполненного ярким светом гигантского и совершенно пустого зала.

– Симуляция завершена! Симуляция завершена! Симуляция завершена! – громко объявил роботизированный женский голос.

Затем, словно по волшебству, перед нами из воздуха материализовалась голограмма белой двухметровой панели, на которой начали появляться строчки, озвученные тем же металлическим голосом:

– Группа Омикрон успешно завершила операцию. Затраченное время – 59 минут 24 секунды:

Кадет номер 3598, позывной Лазарь. Командир – 77 баллов.

Кадет номер 2773, позывной Ангел. Киберстраж – 84 балла.

Кадет номер 5821, позывной Лилит. Снайпер – 87 баллов.

Кадет номер 6669, позывной Бестия. Боец передовой линии – 82 балла.

Средний командный балл – 82,5. Общая оценка – удовлетворительно.

«Кажется, за полученное ранение с меня прилично сняли», – огорчённо подумал я.

Зато препараты прекратили своё отвратительное воздействие и я наконец смог нормально шевелить левой рукой.

Сняв Бестию с плеча, я перехватил девичий стан обеими руками, затем разместил одну под её колени, а вторую под спину. Держать её стало гораздо удобнее.

В этот самый момент демоница открыла глаза и неожиданно крепко ухватилась за меня обеими руками. Даже не попытавшись встать на ноги, она внимательно посмотрела на таблицу, затем тряхнула пышными кудрями, перевела взгляд на меня и ехидно усмехнулась:

– А я всё-таки тебя сделала, упырь!

ГЛАВА 3

Как только мы вернулись в зал для брифингов и обессиленно рухнули в кресла, майор-инструктор Калипсо одарила нас ослепительной улыбкой. Я не мог вспомнить, когда в последний раз видел её столь взволнованной.

– Поздравляю, Омикрон, хорошо сработали! – прибывая в добром расположении духа, похвалила нас Калипсо, что на моей памяти случалось не часто. – Хотя и не безупречно, конечно. Управляющий симуляцией искин зафиксировал неоднократное нарушение протоколов. А за то, что вы сняли шлемы, я должна бы наложить серьёзнейшее взыскание.

Нарочито строго сдвинув брови, майор-инструктор сурово поглядела сначала на меня, затем на всё ещё страдавшую от последствий использования «способности» Бестию.

– Виноват, мэм! – выпалил я.

Рыжая демоница лишь насупилась.

– Вы должны отлично понимать, чем это грозит, – переходя на максимально холодный тон, продолжила Калипсо. – Даже если показатели приборов сообщают вам о пригодной для дыхания атмосфере, всегда существует риск подхватить передающийся воздушно-капельным путём неизвестный науке вирус или получить укус опасного паразита. Знавала я одного очень легкомысленного дурачка. На чужой планете, в тёмной пещере сунул свою любопытную морду прямо к чужеродному органическому объекту в форме яйца. В результате…

Майор-инструктор прервалась, морщась от нахлынувших неприятных воспоминаний.

– Пришлось в итоге всё там выжечь вместе с ним и той тварью, что засела в его кишках, – задумчиво продолжила Калипсо, но тут же вновь обвела нас строгим взглядом. – Предельная осторожность и осмотрительность – ключ к вашему выживанию, детки. Никогда этого не забывайте. Любая, даже самая незначительная оплошность может стоить жизни вам или вашим боевым товарищам. Однако пока я не хочу зацикливаться на ваших очевидных промахах. В нескольких моментах вам даже удалось меня впечатлить. То, как Бестия совершала скачок в здание, да ещё и перетащив с собой Лазаря, просто браво!

– Благодарю, мэм, – довольно слабым голосом отозвалась демоница.

– Ну а ты, Лазарь? Как ты подхватил графин…

– Хах, – не удержалась от смешка Бестия. – Охереть, герой!

– Это мелочь, – осадив демоницу строгим взглядом, продолжала Калипсо. – Только тут есть нюанс, на который вы, очевидно, не обратили никакого внимания.

– Гравитация! – осенило меня. – Она отличалась от значений планеты Земля.

– Точно, – удовлетворённо кивнула майор. – Ваши скафандры нивелировали разницу, так что вы её не ощутили. Однако сила притяжения в симуляции превышала земную на двадцать процентов. А вы обязаны обращать внимание на всё в вашем окружении, любая мелочь может стать роковой – гравитация, сила и направление ветра, влажность воздуха, уровень радиации и загрязнения атмосферы. Всё это может повлиять на итоги операции самым неожиданным образом. А ты, Лазарь, даже не удосужился проверить показания, подери тебя Пустота! И действовал словно по наитию. Именно за это с тебя сняли баллы, а не за полученное ранение.

– Виноват, мэм!

– Ещё как виноват! Тем не менее миссия завершена успешно и в отведённый срок, так что свой последний практический экзамен вы сдали. Теперь вы без пяти минут выпускники и очень скоро ваша жизнь изменится. Подробностями пока поделиться не имею права, всему своё время. Даю вам два часа на отдых, затем жду здесь для детального разбора вашего «полёта». Как обычно, особенно тщательно разберём ошибки. Но не делайте такие недовольные мордочки, обещаю, это будет в самый последний раз. Бестия, обязательно загляни в медчасть, на тебе всё ещё нет лица.

– Я в порядке, мэм, – возразила демоница, прытко вскакивая с кресла.

Но Калипсо остановила её поднятой вверх ладонью:

– Не обсуждается. Ангел, проводи и проследи.

– Есть, мэм!

– Свободны.

Мы вернули вооружение в арсенал и устало побрели к выходу. Я шёл последним, мечтая поскорее забраться в душ и хотя бы полчасика поваляться в койке. К тому же я уже явственно ощущал чувство голода. Однако за два шага до дверей меня за руку перехватила Калипсо.

Пригнувшись к самому моему уху, она прошептала:

– Загляни-ка в мой кабинет через двадцать минут, хочу кое-что обсудить лично.

– Есть, мэм.

* * *

После прохладного душа, употребления пищевого куба и витаминов моё самочувствие вместе с бодростью духа заметно улучшилось. Теперь бы не помешало немного вздремнуть для закрепления результата, но мне совсем не хотелось заставлять ждать майора-инструктора.

Настроение этой женщины могло поменяться быстрее, чем скорость раскладки в боевой режим ручной пушки Тор. В один момент она вела себя очень благодушно, дружелюбно и даже ласково, а в другой могла глянуть с такой жаждой убийства в глазах, что по моей спине невольно начинал струиться пот. Чего от неё ждать в ту или иную минуту, я совершенно не представлял.

Возможно, таким образом сказывались последствия её прежней службы в боевых подразделениях. Одной Великой Пустоте ведомо, в каких кровавых передрягах Калипсо успела принять непосредственное участие, сколько товарищей потеряла и что вообще ей там пришлось пережить.

В общем, не тратя время понапрасну, я поспешно оделся в стандартную для кадетов повседневную форму: белую футболку без принта, тёмно-синие спортивные брюки и точно такого же цвета кеды. Подождав несколько секунд, пока расторопные наноботы подгонят одежду с обувью по размеру и выставят необходимую температуру, я вышел из своей унылой камеры в не менее унылый коридор.

К этому часу коридоры нашего заведения были наполнены жизнью несколько больше, чем в шесть утра. Всюду сновали кадеты и инструктора, спешившие на занятия или по иным неотложным делам.

Праздношатание категорически не приветствовалось, поэтому просто встать посреди коридора и завести с кем-либо беседу на отвлечённую тему или хотя бы узнать, как дела, решались не только лишь все. Вокруг раздавались редкие короткие приветствия да роботизированный голос вещал из невидимых невооружённому глазу динамиков очередное «крайне важное» объявление. И на этом всё.

Проследовав по коридору в нужном направлении, я поднялся на два этажа. За десяток оставшихся шагов до двери кабинета Калипсо моё внимание привлекли две фигуры в дальнем конце коридора. Они о чём-то оживлённо беседовали, при этом не стесняясь в жестикуляциях.

Как я уже упомянул, подобную картину в наших просторах можно было застать нечасто. Я остановился как вкопанный и перевёл линзы в режим бинокля, проявив искреннее любопытство.

К моему удивлению, в одной из фигур я сразу признал Лилит. К ещё большему изумлению, на лице ледяной королевы отражались живые, неподдельные эмоции! Она совершенно явно злилась и страшно хмурила аккуратные тонкие бровки. Я никогда её такой прежде не видел. Этак ещё выяснится, что она всё-таки не андроид…

Сгорая от любопытства, я перевёл взгляд на вторую фигуру. Ей оказалась совершенно незнакомая мне женщина с тёмными волосами в офицерской форме. Так как по стандарту нашего «училища» ни кадетская, ни офицерская форма не имела никаких внешних знаков различия, звание женщины я определить не мог. Но она явно была не из инструкторов – я знал их всех наперечёт. Новые инструкторы редким случаем у нас появлялись, но обычно их представляли в большом актовом зале, собрав всех кадетов в первый же день службы. Да и форма женщины как будто немного отличалась от стандартной.

Возможно, она спустилась с верхних этажей, где обреталось высшее командование?

Однако эти высокомерные ребятки очень редко показывались в наших скромных помещениях и уж тем более с простыми кадетами задушевных бесед не вели. По крайней мере, на моей памяти я впервые стал свидетелем подобной сцены.

Кто эта женщина? И о чём с ней спорила Лилит, да ещё столь эмоционально?! Сюрреализм прямо какой-то.

Жаль, что я не мог их расслышать. Может, стоило подобраться поближе?

Не успел я задаться этим вопросом, как женщина неожиданно схватила Лилит за плечи. Девушка тут же вырвалась и опрометью бросилась в мою сторону.

Темноволосая женщина, вопреки моему ожиданию, не погналась за ледяной королевой, а просто осталась стоять на месте с очень озабоченным выражением лица и печально смотрела ей вслед.

Я приветливо помахал пробегавшей мимо брюнетке рукой, но та убежала прочь, не удостоив своего славного командира даже коротким взглядом. Вот тебе и субординация. Обернувшись, я заметил, что таинственной женщины уже и след простыл.

Крайне озадаченный, с мыслями о том, как бы попытаться выведать информацию у чрезвычайно скрытной Лилит, я подошёл к двери кабинета майора-инструктора Калипсо. Скрытые от невооружённых глаз сканеры распознали мою сигнатуру, и дверь тихо отъехала в сторону. Я смело шагнул внутрь.

* * *

По сравнению с моей камерой убранство кабинета Калипсо являло собой просто верх роскошества: стены и потолок имели не стандартный серый, а светло-зелёный цвет. Вдоль левой стены размещался ряд изящных шкафов и полок – да не из какого-то там пластика или сплавов железа, а из натурального дерева! Я даже боялся представить истинную стоимость этой мебели. Полки украшали различные фигурки, вазы, бутылки, кубки и раритетное древнее устройство для проигрывания музыки посредством огромных круглых носителей. Кажется, Калипсо как-то назвала их виниловыми пластинками. У неё их имелось ровно две штуки.

Но самое главное – на одной из полок красовались корешки целых шести печатных книг! Я не представлял содержание страниц этих публикаций, но как же мне хотелось их хотя бы просто немного полистать… Я никогда не держал в руках настоящую бумагу, однако у меня не хватало духу попросить майора-инструктора дать мне в руки подобную драгоценность.

Пол кабинета покрывал ворсистый прямоугольный ковёр с причудливыми узорами, на котором было безумно приятно стоять босиком. Правую стену украшала имитация большого застеклённого окна с проекцией различных ультрареалистичных живописных видов. В данный момент «за окном» величественно возвышались покрытые снежными шапками горы.

Обычно у окна в кабинете Калипсо размещались рабочий стол и кожаное кресло, однако сейчас на их месте находился широкий мягкий диван с имитацией красной велюровой обивки. Перед диваном стоял небольшой прозрачный столик из оргстекла, а на его глянцевой поверхности – бутылка газировки и плитка настоящего шоколада!

Мысленно у меня уже вовсю текли слюнки. Шоколад. Я успел попробовать это изысканное лакомство лишь однажды, примерно месяц назад. Калипсо угостила.

До сих пор я не мог забыть, как шоколад медленно и нежно таял у меня на языке, постепенно обволакивая ротовую полость, так приятно щекоча вкусовые сосочки, неспешно проскальзывая в горло, оставляя сладостно-томное послевкусие…

Пока я предавался воспоминаниям о шоколаде, внезапно ощутил у себя во рту нечто совсем иное, а точнее – влажный язык майора-инструктора. Эта дамочка зря времени не теряла!

Но ведь там шоколад… Только руку протяни…

Набросившись на меня, словно разъярённая пума, Калипсо страстно покрывала моё лицо и губы поцелуями. Ничего не оставалось, кроме как проявить должную вежливость и ответить ей тем же. От ощущения её мягких губ и шаловливо извивавшегося язычка мысли о шоколаде напрочь выветрились из моей головы.

Схватив Калипсо за упругую попку, я притянул её к себе. Её ноги обвились вокруг моих бёдер. Не отрываясь от сладострастного процесса, я понёс нас обоих к дивану.

Приземлившись на подушки, я откинулся назад, ощущая невероятную мягкость, тепло и уют. Калипсо оказалась на мне сверху.

И когда она только успела полностью раздеться?!

Майор-инструктор изящно откинула голову назад, позволив мне покрыть поцелуями её бархатистую шею и полную грудь. Но едва я только коснулся губами твёрдых, торчавших, словно пули, сосков, как она грациозно соскользнула вниз.

Соблазнительно улыбаясь, испепеляя меня своими карими блестящими глазами, она одним рывком сдёрнула мои брюки и ухватилась тёплой нежной ладонью за полностью эрегированный член.

Её рука неспешно заскользила вверх и вниз, вверх и вниз… Капелька предэякулята скатилась по головке, продолжив свой путь по её запястью. Ничуть не смущаясь, Калипсо высунула язык и остановила им каплю. Не отрывая кончика от плоти, она совершила путь в обратную сторону до самой головки и начала игриво водить им вокруг.

От нахлынувшего экстаза я запрокинул голову назад и прикрыл глаза, полностью сосредоточившись на ощущениях, которые мне щедро дарила игривая чертовка.

Ещё немного подразнив меня своим язычком, она наконец обхватила головку губами и начала мягкое движение вниз, погружая член всё глубже в свой тёплый, влажный, похотливый ротик.

И нет бы мне сидеть молча и наслаждаться каждым мгновением, забыв хоть на короткое время о существовании всего остального мира, но в моей дурной голове вдруг всплыла жаркая сцена из не так давно просмотренного фильма для взрослых.

– Соси глубже, жадная до члена грязная шлюха! – вдруг выпалил я, очевидно, не совсем осознавая, что сотворил.

Калипсо резко остановилась.

– Чё ты щас пизданул?!

Никогда прежде я не слышал из её уст ни единого матерного слова. Готовясь к худшему, всерьёз опасаясь за свою жизнь, а ещё больше – за целостность промежности, я медленно поднял веки и осторожно на неё посмотрел. Её глаза сузились до размера щёлочек, а на лице отразилось неопределённо-озадаченное выражение.

Одной рукой она все ещё сжимала основание моего члена. Я бы многое отдал, лишь бы она его просто отпустила.

– Виноват, мэм, – не придумав ничего лучше, пересохшими губами пробормотал я.

Постепенно морщинки в уголках её глаз разгладились, а лицо приняло более мягкое, дружелюбное, даже любопытное выражение.

– Значит, хочешь поиграть? – промурлыкала Калипсо вкрадчивым, столь не похожим на неё тоном.

Отпустив мой член, она медленно поднялась с колен и продолжила:

– Ну хорошо, давай немножко поиграем. Ты будешь мой грозный властный господин, а я твоей маленькой беззащитной шлюшкой. Что бы ты хотел сделать со своей похотливой промокшей девочкой для начала?

Я никак не мог взять в толк, говорила она серьёзно или затеяла какую-то непонятную мне игру.

Что делать?!

В воздухе повисло неловкое молчание, но майор-инструктор не растерялась, повернулась ко мне соблазнительной попкой и нагнулась, открыв взору все свои прелести. Видимо, это был знак, поэтому я решил попробовать подключиться.

– Ты… ш-шлюшка, – неуверенно, чуть дрожащим голосом начал я, всеми силами старясь взять себя в руки.

– Да, мой господин?

– Я хочу…

– Всё, что вам угодно…

– Ого! Уф. В общем… – моя голова внезапно закружилась, а на лбу выступил пот.

Да что со мной не так?! Соберись, тряпка!

– Побольше экспрессии не помешает, – шёпотом подсказала Калипсо. – Выпусти своего внутреннего зверя.

– Конечно, – я глубоко вздохнул, встал и опустил ладони на её бёдра. – Ты моя… шлюшка… маленькая… похотливая, значит… И я буду… сейчас… ммм…

Калипсо резко выпрямилась и развернулась. Угрюмо посмотрев мне в глаза, она спокойным, твёрдым голосом заявила:

– Заканчиваем с этой хернёй. И трахаемся молча.

– Есть, мэм!

* * *

Спустя наполненных дикой, необузданной страстью два часа…

Хотя кого я обманываю?! Я собирался рассказывать только правду и ничего, кроме правды, дорогой читатель, какой бы неприглядной она ни была. И в том тебе моя клятва!

Так вот, спустя минимум пятнадцать полных страсти минут мы с Калипсо лежали на диване, утопая в объятиях друг друга. Обнажённые, вспотевшие и полностью удовлетворённые.

Смакуя каждое мгновение, я то и дело отламывал маленькие кусочки от плитки шоколада и тщательно их рассасывал, периодически запивая газировкой. И в этот момент я ощущал себя полностью… довольным? А может, безмятежным? Или даже счастливым?

Подобные чувства для меня – нечто новое и совершенно непознанное. Поэтому я был не вполне уверен. Что-то схожее я испытывал только во время наших ночных бесед с Ангел. Но я никогда всерьёз не задумывался, какое определение этим чувствам дать. Мне они просто нравились, и я ими наслаждался. Наверное, усложнять не стоило. Одно я знал наверняка: всем своим сердцем я жаждал, чтобы это мгновение продлилось как можно дольше. Желательно вечность.

– Знаешь, а я действительно тобой горжусь, – прервала мою рефлексию Калипсо мягким чарующим голосом. – Как и девочками. Годы обучения и тренировок не прошли для вас даром. Я бы хотела тебе кое-что рассказать, но, боюсь, это будет нарушением протокола.

– А разве то, что мы сейчас делаем, не является нарушением протокола? – справедливо заметил я.

– И то верно, – улыбнулась майор-инструктор. – За последние полчаса мы с тобой совместно нарушили 24 пункта протокола, а я заодно – 40 статей внутреннего устава. Но я уже убедилась, ты умеешь хранить секреты, так что расскажу. Этот последний практический экзамен проходили уже пятнадцать групп, включая Омикрон. Вы лишь вторые, кто выполнил задачу полностью, уложившись в отведённое время.

– А кто первый?

– Группа Альфа. Та самая, в которой прежде состояла Бестия. Признаться, у них результат по баллам оказался выше вашего, но ненамного. Месяц назад они выпустились.

– То-то я в последнее время ничего не слышал о Соколе.

– Вы же вроде дружили?

– Типа того. Но с тех пор, как его перевели, мы почти перестали общаться.

– Не удивительно, – вздохнула Калипсо.

– Скажи, пожалуйста, – немного осмелев, я решил продолжить расспросы: – Куда нас отправят после выпуска?

– Я не знаю, – призналась майор-инструктор. – Это информация закрыта даже для меня. Могу лишь сказать, что буду очень по вам скучать. И если бы вы сегодня провалили экзамен, ты бы остался здесь со мной ещё на какое-то время. Прости, слишком эгоистично с моей стороны даже думать подобное. Я за вас искренне рада.

– Где сейчас Альфа? Тебе это тоже неизвестно?

– Нет, я и не пыталась выяснить. Но тебе обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы эта наша встреча не стала последней. Я уверена, с вами всё будет хорошо.

– Но ведь идёт война, – напомнил я. – И мы даже не знаем, как она протекает. В чью пользу? Нам почти ничего не рассказывают. Где мы окажемся через неделю, и будем ли вообще живы?

– Так! – резко оборвала помрачневшая Калипсо. – Хватит твоих расспросов, я и так сказала тебе куда больше, чем следовало.

– Хорошо-хорошо, – сразу согласился я, не желая доводить Калипсо до состояния, когда она начнёт меня выгонять. – Только один маленький вопрос, если можно?

– Ну, попробуй.

– Во время миссии при отходе я выпрыгнул в окно и до сих пор не могу понять, задел я всё-таки тот лазер или нет?

– Совсем чуть-чуть, – настроение Калипсо вновь вернулось к доброму.

– Значит, из-за этого мы попали в засаду на этапе отхода к эвакуации?

– О нет, в засаду вы бы попали в любом случае, так предписывал сценарий. Необходимо было проверить не только, как вы сможете выполнить поставленную задачу в условиях, максимально приближённых к реальным, но и как сумеете выпутаться в момент, когда прямого боевого соприкосновения не избежать. И всё это непременно в рамках одной операции.

– На такой ответ я и надеялся, – облегчённо вздохнул я.

* * *

Через час с небольшим мы с Калипсо покинули её кабинет и вернулись в зал для брифингов, часто служивший нам учебной аудиторией для индивидуальных внеплановых занятий группы с личным инструктором.

Калипсо закрепили за Омикрон примерно два года назад. С этого момента наши успехи стали её успехами, и она очень серьёзно подходила к своей работе. Нередко после основных занятий или тренировок в зале симуляций мы всей группой целыми часами разбирали с ней допущенные ошибки, разрабатывали новые тактики и изучали военные хитрости. Мы старались рассмотреть все, даже малозначительные детали с разных аспектов. Она же учила нас командному взаимодействию. Возможно, именно благодаря этому сегодня мы достигли успеха там, где уже многие провалились.

Порой, когда у неё случалось подходящее настроение, майор-инструктор рассказывала нам военные истории из своей прошлой службы. Такие моменты мне нравились больше всего. Я обожал её истории. Тем более это была одна из редких возможностей заглянуть за пределы нашего неизменного ареала обитания.

На самом деле нам преподавали историю, политологию, философию и космоведение. Но всегда в крайне сжатом, сухом виде. Становилось очевидно, что по какой-то неведомой мне причине ответственные за творившийся вокруг нас бедлам очень не хотели, чтобы мы знали хоть какие-то лишние подробности о бескрайнем внешнем мире.

Из нас готовили идеальных солдат, но какова конечная цель этого многолетнего мероприятия, никто из нас даже не догадывался.

Впрочем, вероятно, после сегодняшнего успеха мы уже скоро получим некоторые ответы. Оставалось потерпеть совсем немного. Всё, чего я по-настоящему жаждал – это вырваться из этой проклятой тюрьмы, в которой провёл всю свою жизнь с самого младенчества. А там хоть к чёрту на рога, плевать.

Кроме уроков и редких рассказов Калипсо, последним источником информации о внешнем мире для нас оставались контрабандные кинофильмы и различные шоу-программы. Мы незаметно пересылали друг другу видеофайлы в укромных уголках. Как правило, в общем санузле, примыкавшем к большому актовому залу.

В моей личной коллекции фильмов скопилось не так много – всего около пяти сотен. Все разных жанров и годов выпуска: от самых древних, с двухмерной плоской картинкой и низким разрешением, снятых ещё на заре кинематографа в далёком двадцатом веке, до гораздо более современных, с полным сверхреалистичным погружением. Все без исключения я засмотрел до дыр.

Кто служил оригинальным источником этой контрабанды, я не знал. Но предполагал, что, вероятнее всего, кто-то из инструкторов. Может, даже и не один.

Возможно, видеозаписи служили платой за определённые услуги. Все кадеты и инструктора обладали подтянутыми спортивными телами, многих можно было смело назвать привлекательными, даже красивыми людьми.

Я не сомневался, что наша с Калипсо порочная связь в стенах данного заведения не являлась чем-то уникальным. Разве что фильмов я от неё ни разу не получал. Приходилось довольствоваться хорошо проведённым временем, шоколадом, газировкой и её личными историями.

Но жаловаться я бы не посмел. Проведённое с Калипсо время – самое лучшее и яркое событие за всю мою жизнь. Я бережно хранил эти моменты в своём сердце, ровно как и мои ночные беседы с Ангел.

Как же у нас с майором-инструктором всё закрутилось изначально?

Да как-то само собой. За последний год мы часто оставались вдвоём допоздна. Как командиру группы мне следовало учиться минимум в два раза больше остальных и хотя бы на базовом уровне уметь всё, дабы в случае необходимости заменить специализацию раненого или убитого соратника. В целом я неплохо справлялся, разве что, как и Бестии, мне никак не удавалось освоить науку кибервзлома. Но рядом со мной в бой всегда шла Ангел, самая лучшая в своём деле. А если не будет её – не будет и меня. Так я чувствовал, в это я верил.

Так вот, примерно четыре месяца назад мы с Калипсо в очередной раз засиделись вдвоём, анализируя ошибки после тренировки в симуляции. И это просто… случилось. Прямо в зале для брифингов. И это был мой самый первый раз вообще. Если, конечно, не брать в расчёт мои безвинные игры с правой ладонью.

Это ведь в зачёт не шло? Или как там в приличных обществах принято? Я не совсем понимал.

А потом у нас это просто продолжилось. Мы проводили вместе время нечасто – раз или два в неделю, иногда реже. И я каждый раз узнавал что-то новое.

Но вот любил ли я её?

Вопрос очень сложный. Я её уважал, она меня дико заводила. Вне всяких сомнений, я обожал проводить с ней время. По крайней мере, в те моменты, когда она пребывала в добром расположении духа, что случалось далеко не каждый день. В остальном я был совершенно не уверен.

В любом случае, мы оба осознавали, что наши отношения обречены изначально и совместное будущее фактически невозможно. Так что мы не строили никаких планов, не разговаривали о чувствах, да и вообще всячески делали вид, что происходившее – просто развлечение. Очень приятное, но временное. И нас обоих это вполне устраивало.

* * *

Едва Калипсо развернула над большим округлым столом объёмную голограмму с записью нашего финального экзамена, в зал вошли Ангел, Лилит и Бестия.

Очень пунктуально – опаздывать даже на минуту в нашем заведении считалось неприемлемым.

Я уже сидел за столом, девушки молча расселись вокруг. Каждый из нас занял своё привычное место, и мы приготовились к стандартной длинной лекции майора-инструктора.

Мы прекрасно знали, что нас ждал многочасовой дотошный просмотр записи нашего практического экзамена со всех возможных ракурсов: Калипсо непременно будет ставить паузу на важных моментах, увеличивать картинку, а затем въедливо изучать и указывать на все наши малейшие ошибки, недочёты в тактике, просчёты решений. Она придирчиво оценит каждое движение, каждый выстрел, каждый шаг. Обязательно прослушает и прокомментирует все наши переговоры.

Хвала Великой Пустоте, Калипсо уже давно перестала обращать внимание на бранную речь Бестии, вычленяя из сообщений лишь самое важное. Но я отлично помнил, что в первое время с этим возникали настоящие проблемы. Однако рыжая демоница оказалась совершенно неисправима. Это в итоге пришлось признать и принять даже нашему суровому инструктору.

К слову, сама Бестия выглядела куда свежее – цвет её лица полностью восстановился, а россыпь веснушек вернулась на своё законное место. Видимо, она всё-таки посетила медчасть и провела какое-то время в капсуле автодока.

Роботизированный доктор с десятками сверхточных металлических щупалец под руководством искусственного интеллекта быстро привёл её в чувство.

В наше неспокойное время медицина творила настоящие чудеса: автодок обладал навыками буквально собрать человека по частям или напечатать на встроенном биопринтере потерянную конечность по образцу ДНК. И всё это в кратчайшие сроки. Обычно на операцию не уходило больше двух-трёх часов.

Разве что воскрешать из мёртвых пока не получалось, но, поди, и до этого дойдём.

И вот только Калипсо открыла рот, намереваясь начать свой долгий монолог под наши старательные понимающие кивания, как её крайне грубо прервал пронзительный рёв сирены. Зал в то же мгновение заморгал ярко-красным светом.

– Учебная тревога, мэм? – со скучающим видом спросил я.

Однако, внимательнее разглядев озадаченное лицо Калипсо, я всё же начал понемногу нервничать.

– Не по расписанию, – протянула майор-инструктор и сразу замолчала, очевидно, пытаясь связаться с руководством.

В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь периодическим повизгиванием сирены. Лица девушек выглядели озабоченными, но никто не шевелился. Медленно проползла минута, затем вторая, пока Калипсо с совершенно растерянным, побледневшим лицом не посмотрела на нас.

– Они не отвечают, – ошарашенно проговорила майор-инструктор. – Нас заглушили, связь потеряна, сеть недоступна. Даже локальная не реагирует на запрос. Этого не может быть.

Растерявшись, мы как по команде вскочили со своих мест.

– Калипсо! – совершенно забыв обо всякой формальности, чувствуя, как паника потихоньку начала распространяться по моему телу, я подошёл к вконец обескураженной женщине. – Что происходит, можешь объяснить? Нас атакуют? Во время войны такое же могло случиться, рано или поздно… Ведь так? Какой протокол? При учебной тревоге все кадеты должны срочно возвращаться в свои камеры и ждать указаний. Нам идти? Скажи хоть что-нибудь!

– Вы не понимаете, – наконец пришла в себя майор-инструктор. – Не существует настоящего действующего протокола на случай атаки станции. По крайней мере, для кадетов. Никакой атаки не должно быть в принципе!

– Какой станции? Мы на космической станции, в открытом космосе?! – я бесцеремонно схватил Калипсо за плечи и слегка потряс.

– На это нет времени, – Калипсо всё же удалось взять себя в руки. – Срочно к арсеналу! Надевайте скафандры, вооружайтесь по полной, живо!

Стены затряслись, пол начал уходить из-под наших ног – раздался приглушённый отдалённый взрыв, затем второй, третий… Свет полностью погас.

ГЛАВА 4

Быстрым шагом, при полном вооружении, мы всей группой шли за Калипсо, уверенно возглавившей наш небольшой отряд. Освещение перешло на резервные генераторы и восстановилось в течение десяти секунд, а сирена продолжала истошно вопить. Красный свет пульсировал, нагнетая и без того напряжённую обстановку.

– Всем кадетам вернуться в жилые помещения! Всем инструкторам явиться в сектор 36-93! – вещал роботизированный голос. – Это учебная тревога, сохраняйте спокойствие!

– Чё за херня тут творится?! – нарушила молчание Бестия. – Инструктор?

– Не отставайте, – на ходу отрезала Калипсо.

Большинство кадетов последовали указаниям и спешно возвращались в свои камеры. У меня вдруг возникло острое желание их остановить, но панические, необдуманные действия в критической ситуации – причина фатальных ошибок. К тому же меня терзали смутные сомнения: а что, если всего-лишь случился глобальный сбой программы или действительно началась нестандартная учебная тревога?

Но откуда тогда взялись взрывы? И почему Калипсо вела себя так странно?

Мне хотелось получить ответы на все тревожные вопросы не меньше Бестии, причём немедленно. Однако одно из главных качеств хорошего командира – умение на ходу оценить ситуацию и грамотно расставить приоритеты. Поэтому я держал рот на замке, внимательно следя за обстановкой вокруг и действиями майора-инструктора. Хотели мы того или нет, пока нам пришлось ей довериться.

За очередным поворотом мы натолкнулись на старшего инструктора с позывным Гефест. Устрашающего вида суровый мускулистый мужчина не меньше двух метров роста возвышался над нами, словно роковая скала.

– Полковник Гефест, сэр! – в тоне голоса Калипсо я уловил облегчение. – Надеюсь, у вас есть объяснение происходящему?

– Почему твои кадеты не в камерах, майор? – грозно вопросил полковник.

– Эти дети напуганы, – начала Калипсо, но Гефест оборвал её жестом.

Оба инструктора замерли в молчании, многозначительно переглядываясь друг с другом.

«Ангел, – отправил я сообщение на ПКНК златовласой киберстражнице, – Можешь перехватить их переписку?»

«Ты же в курсе, кряки и скрипты отключены за рамками практических занятий в аудитории и симуляций. Мне нечем пробить лёд».

«Ты как-то хвасталась, что нашла бэкдор в алгоритме внутренних констант».

«Я им не пользовалась, это очень рискованно. Меня обнаружат с вероятностью 94,7 процента и сурово взыщут».

«От этого вскоре может зависеть наша жизнь. Приоритет – оранжевый».

«Нужно время, ориентировочно – двадцать минут».

«Работай на ходу».

«Принято».

«Лилит, прикрытие на три часа, Бестия – на девять».

Я продолжал лихорадочно отправлять сообщения членам своей группы, подозревая, что ситуация может накалиться и выйти из-под контроля в любой момент. Я уже твёрдо решил, что пока всё не прояснится, в свои камеры мы добровольно не вернёмся.

«Принято», – последовал ответ ледяной королевы.

«Ты чего удумал, паршивец? – вопросила Бестия. – Нам за такие фокусы жопы так разъебут, месяц срать не наладимся!»

«Это приказ!»

Пришло время отделить зёрна от плевел.

Я не стал смотреть на демоницу, хотя отлично представлял, какие жуткие сомнения в этот момент искажали её милое личико. Как можно незаметнее я отвёл руку за спину, разложил ручную пушку Тор в боевой режим и приготовился активировать «способность».

Вопрос оставался только в том – хватит ли мне духу, не дрогнет ли рука в последний момент?

В конце концов, я ведь никогда в реальности не лишал жизни ни одного человека, а тем более боевого товарища. Всё как-то бездушными ботами ограничивался. И, несмотря на то, как часто Бестия доводила меня до нервного тика, дырявить её прелестную кудрявую головку я желанием вовсе не горел.

Но если дать демонице возможность сделать первый ход, по моим расчётам выходило, что с такого близкого расстояния ей потребуется всего 2,2 секунды на то, чтобы разложить виброклинки Сиф в боевой режим и обезвредить всю нашу взбунтовавшуюся троицу.

И я не мог позволить этому случиться. В этот момент я как никогда почувствовал необходимость взять на себя ответственность и сделать всё, чтобы защитить группу, а особенно Ангел, от любых возможных угроз.

«Принято», – наконец последовал ответ от Бестии.

Пожалуй, это были самые долгие двадцать пять секунд в моей жизни. Из моей груди невольно вырвался вздох облегчения.

Щёлк!

Одним молниеносным движением я, Бестия, Лилит и Ангел практически синхронно приняли боевые стойки с оружием наизготовку. Полковник Гефест с жутким хрипом, хватая окровавленным ртом воздух, рухнул навзничь – всего несколько конвульсивных подергиваний конечностей, и он затих.

Видимо, не договорились. Жаль, не удалось подглядеть их переписку.

Калипсо обернулась к нам, сжимая в руке рукоятку Тора. Её лицо побледнело, но глаза светились решимостью.

– За мной, Омикрон! – скомандовала она.

Мы без колебаний побежали вслед за майором-инструктором. Мой взгляд невольно упал на бездыханное тело полковника. А ведь это первый реальный труп, что я увидел за всю свою жизнь. По моей спине пробежали мурашки.

Какой, однако, получался насыщенный событиями день! По моим ощущениям, прошло уже минимум двое суток.

Наша группа пробежала около тридцати метров, когда прямо перед носом Калипсо неожиданно резко захлопнулись стальные створки раздвижных дверей, разделявших коридорные секции. Мы остановились. Путь прямо оказался отрезан, но в этом месте коридор разветвлялся, предоставляя проход направо.

Девушки не нуждались в дополнительных указаниях.

Лилит присела у прохода таким образом, что её корпус оказался скрыт за углом. Высунувшись ровно настолько, насколько требовалось для ведения прицельного огня, она направила свою винтовку вглубь коридора, готовая к встрече с вероятным противником. Бестия заняла позицию с Локи в руках, прикрывая наш тыл. Ангел на корточках вжалась в стену за спиной Лилит, не отрывая напряжённого взгляда больших небесно-голубых глаз от своего НКСК. Она всё ещё боролась с киберсистемой станции, пытаясь в неё проникнуть и снять блокировку со своего электронного арсенала.

Я занял позицию за спиной Калипсо, стараясь оценить обстановку и, по необходимости, прикрыть любого члена отряда.

– Что за дерьмо?! – раздражённо вскричала Калипсо, в сердцах пнув по металлическим створкам. – Моя сигнатура не считывается! Двери заблокированы и не отвечают на мой запрос!

Майор-инструктор поднесла к створкам указательный палец правой руки с очевидным намерением воспользоваться лазерным резаком, встроенным в скафандр. Однако ничего не произошло.

– Лазер дал сбой, – недоумённо проворчала Калипсо. – Или мой скафандр взломали? Такое вообще возможно?! Лазарь, проверь свой резак.

Я попробовал активировать лазер в своей броне, но он не отозвался.

– Ну что? – нетерпеливо вопросила инструктор. – Не работает?

– Никак нет, мэм, – ответил я.

– Проклятье! – прорычала Калипсо и вновь принялась пинать заблокированные двери.

И тут я заметил, как прямо в воздухе начала проявляться трёхмерная, светившаяся зелёным светом голограмма в виде стрелки с указанием в правый проход. Над стрелкой появилось ровно одно слово:

«Анна».

– Мэм, – обратился я к Калипсо. – Посмотрите.

Майор-инструктор обернулась. На её лице отразилась крайняя степень замешательства, резко переросшая в отчаянную злобу.

– Это ещё что такое? – Калипсо проследила взглядом по направлению указания голограммы. – Центр управления захвачен?! И что ещё за Анна?! Кто бы ты ни был, сволочь, не играй с нами, я тебя предупреждаю! Немедленно открой этот чёртов проход или, клянусь Бесконечной Пустотой, я костьми лягу, но доберусь до тебя!

Ответа не последовало. Калипсо ещё раз со злостью пнула двери, затем развернулась, села прямо на пол и опёрлась спиной о неподатливые створки.

– Это самый короткий путь до космопорта, – мрачно пояснила она. – Там спасательные модули и путь теперь отрезан, а по-другому со станции не сбежать!

– А куда ведёт этот проход? – спросил я, кивая в сторону, указанную всё ещё парившей в воздухе стрелкой.

– Лаборатории, промышленные комплексы и чёрт знает что ещё. С детальным планом я незнакома. Слишком многое засекречено, а в то крыло у меня доступ ограничен.

В этот момент над стрелкой сами собой начали появляться строчки:

«Космопорт уничтожен. Если хотите жить, двигайтесь в указанном направлении».

– Да кто ты такой, Пустота тебя побери?! – в гневе закричала Калипсо.

Почти сразу последовал ответ:

«Друг».

– А не пошёл бы ты на хер, друг?! – майор-инструктор не на шутку взбесилась. – Немедленно открой эту чёртову дверь, а не то я…

«Лазарь, ты мне доверяешь?» – совершенно неожиданно перед моими глазами появилось сообщение от Лилит, в то время как Калипсо продолжала пинать прочные металлические створки и изрыгать проклятия в бессильной злобе.

Я немедленно посмотрел на девушку – она пристально смотрела на меня, но её лицо, как обычно, не выражало никаких эмоций. И только в её бездонных синих с фиолетовым отливом глазах я прочитал тревогу и… мольбу?

Доверял ли я Лилит? Пожалуй, это очень непростой и неоднозначный вопрос.

На поле боя я не смог бы представить себе более надёжного товарища, чем ледяная королева. В ходе боевой операции я без проблем доверил бы ей прикрыть мою спину. По крайней мере, во время тренировок она никогда, ни единого раза меня не подвела.

Но вне симуляций мы общались очень редко, кратко и только по делу. Я бы не спешил называть нас даже добрыми приятелями, не то что близкими друзьями. Насколько я знал, она вообще ни с кем особо не общалась и не дружила.

Единственный человек, кому я безоговорочно верил – это Ангел. Даже Калипсо вызывала у меня огромные сомнения, потому как, совершенно очевидно, очень многого нам недоговаривала. А уж такая невероятно скрытная, замкнутая личность, как Лилит… Да я вообще-то сомневался, человек ли она в принципе, а не какой-то андроид или, на худой конец, биоробот!

«Доверяю», – немного помедлив, ответил я.

В конце концов, мы и так, похоже, уже находились в полной жопе. Узнать, чего она хотела, вряд ли бы всерьёз навредило.

«Нам следует послушаться указаний из ЦУ».

«Ты уверена? Ты что-то знаешь?! Расскажи».

«Сейчас не время, я просто прошу тебя мне довериться. Я никогда тебя не подставлю, Лазарь, и не предам. Клянусь!»

Только теперь я вспомнил о таинственной темноволосой женщине, с которой Лилит спорила всего несколько часов назад.

Кто эта женщина? О чём они спорили? Что известно Лилит? Столько вопросов, а допытываться некогда – каждая секунда могла быть на счету.

Не отрывая взгляда от завораживавших очей юной черноволосой чаровницы, я медленно кивнул, затем резко встал.

Над стрелкой пульсировала ярко-красная надпись:

«Поспешите!»

Подойдя к Калипсо, я положил руку ей на плечо и твёрдым тоном проговорил:

– Мэм, у нас нет выбора, давайте следовать указаниям ЦУ. Разбираться будем по ходу, здесь мы только зря теряем время.

– В одном ты прав, – с горечью произнесла Калипсо. – Сидя тут, мы ничего хорошего точно не дождёмся. Ни этому я вас учила, ни бездействию.

В этот момент я услышал топот ног. Судя по звуку, к нам быстро приближались четыре человека. Они двигались с той же стороны, откуда пришли мы. Не прошло и двух секунд, как пять стволов оказались нацелены в сторону неизвестных. Я положил палец на спусковой крючок и приготовился вести огонь на поражение.

– Не стреляйте! – вскинув руки над головой, прокричал молодой парень, когда он и ещё трое кадетов оказались всего в шести метрах от нас. – Майор-инструктор Калипсо, пожалуйста, не стреляйте! Мы не вооружены!

Я сразу узнал сержанта с позывным Скорп, командира отряда Эпсилон. Позади него с поднятыми вверх руками и тревожными лицами стояли члены его отряда – Дед, Рурис и Редиска. Они действительно оказались безоружны. Доступ к арсеналу для кадетов открывался только в присутствии и с санкции инструкторов.

– Сержант Скорп, – отозвалась Калипсо, опуская штурмовую винтовку. – Что вы тут делаете? Почему не соблюдаете протокол?

– Виноват, мэм! – ответил молодой человек. – Происходит что-то странное, тревога явно не учебная. Нас заперли в камерах, но я позволил себе взломать двери и выпустил членов своего отряда. Мы просто хотим понять, что происходит, и спастись. Мы можем помочь, пожалуйста, мэм!

Отряд Эпсилон некогда занимал одну из лидирующих строчек в топе самых сыгранных команд, но в последнее время они неважно себя проявляли. Краем уха я слышал, что у них начался разлад после того, как между членами отряда завязались романтические отношения.

Нельзя мешать работу и личную жизнь, ни к чему хорошему это привести не может! Тем не менее все они являлись отличными профессиональными бойцами. Их помощь могла оказаться очень кстати, с кем или чем бы нам ни пришлось столкнуться.

– Понятно, – неуверенно произнесла Калипсо. – Вы нарушили протокол, и за это я обязана с вас взыскать. Но ты прав, Скорп, ситуация внештатная, поэтому вы…

Калипсо прервал громкий взрыв – стены и пол сотряслись с такой силой, что мы разлетелись в стороны, словно тряпичные куклы. Потолок дал трещину и сразу обвалился, похоронив под стальными обломками всю группу Эпсилон.

Больно ударившись затылком о стену, в меркнущем свете я разглядел торчавшую из-под обломков руку сержанта Скорп, затихающими движениями скребущую пол.

* * *

Мы бежали сломя голову – Калипсо впереди, я за ней, потом Лилит, Ангел и Бестия.

Космической станции, или чем бы ни было то место, где мы провели всю свою жизнь, явно приходил бесславный конец: взрывы слышались всё чаще, стены сотрясались, свет мигал и, казалось, вот-вот погаснет навсегда. Пару раз даже отключалось искусственное гравитационное поле, и мы взлетали в воздух.

Однако наши скафандры, спроектированные крайне одарёнными инженерами, оказались готовы к подобным неудобствам и, словно наделённые магнитами, в автоматическом режиме притягивали нас обратно к полу. Бежать становилось заметно тяжелее, но нас это не останавливало. Тем более свет и искусственная гравитация каждый раз после отключения находили всё новые резервные источники питания и возвращались в рабочее состояние.

Но бесконечно так продолжаться не могло, и мы это отлично понимали.

Во время всего маршрута появлявшиеся в воздухе стрелки услужливо указывали нам дорогу. При этом двери по пути следования всегда перед нами открывались, а другие захлопывались. Нас вели, как подопытных лабораторных мышей в лабиринте, к кусочку сыра, или, что ещё вернее – в ловушку. Прямо в руки поджидавшего врага.

А какой у нас оставался выбор? Только довериться неизвестному «благодетелю» или остановиться и ждать неизбежного печального конца.

Минуя очередной из нескончаемых однотипных коридоров, в десятке метрах впереди я увидел новую надпись от нашего таинственного ведущего, но на сей раз не зелёного, а кроваво-красного цвета. Грозное предупреждение гласило:

«Берегитесь! Впереди враг!»

Прямо за надписью показались тёмные высокие фигуры. Я на ходу активировал «способность» – время вокруг меня замедлилось.

Не спуская глаз с противника, я заскользил левой ногой вперёд, одновременно с этим опуская правое колено к полу, стремясь занять удобную позицию для прицельной стрельбы. И вместе с тем стать более низкой, а значит, трудной мишенью для вражеского огня. Штурмовая винтовка Локи ещё только начала раскладываться в боевой режим, а я уже наметил свои цели.

Противников оказалось восемь единиц. Они бежали строго на нас, но ещё даже не начали вскидывать своё оружие наизготовку.

Я двигался по правому флангу группы. Значит, согласно нашей обычной тактике, первая пуля из моей винтовки отправится навстречу противнику, который с их позиции замыкал левый фланг. Лилит и Бестия, двигавшиеся левее всех, должны открыть огонь по врагам с противоположного конца. За Ангел и Калипсо оставалось зачистить центральных.

Требовалось 0,6 секунды на раскладку оружия и 0,08 секунды на нажатие спускового крючка. По показаниям моего ПКНК, расстояние до ближайшей цели не превышало 27 метров. Начальная скорость полёта пули из штурмовой винтовки модели «Локи» составляла 1200 метров в секунду. Таким образом, приблизительно через 0,702 секунды первая цель уже будет поражена.

Скорострельность Локи велика – 3000 выстрелов в минуту в автоматическом режиме, но я почти всегда предпочитал стрелять в полуавтоматическом.

Нас много лет учили считать каждый патрон. Не потому, что стояла проблема нехватки боеприпасов. Наноботы в магазине Локи генерировали патроны до тысячи штук, пока их ресурс полностью не исчерпывался. Этим патронам не требовались гильзы, порох или капсюли, как в древних образцах огнестрельного оружия.

Мы не расходовали напрасно боеприпасы просто потому, что стремились достичь такого совершенства во владении оружием, когда каждый выстрел означал поражение цели в самое уязвимое место.

Я спускал курок до тех пор, пока из ствола Локи с характерными щелчками не вылетело ровно восемь пуль – по одной на каждую цель. Пули уходили вдаль, вращаясь вокруг своей оси красивой косой линией, пока солдаты противника ещё только начинали в нас прицеливаться. Вслед за моими пулями летели смертоносные снаряды, выпущенные из винтовок моих соратниц, дублируя результат.

Ещё не был поражён ни один противник, пули всё ещё находились в полёте, а я уже знал – это боестолкновение мы выиграли с разгромным счётом.

Однако я самую малость просчитался: прежде чем в головах неопознанных вражеских боевых единиц образовались новые, фатальные для их существования отверстия, один из них изловчился произвести выстрел – один-единственный, но точный.

Вражеская пуля летела прямо мне в лицо.

Я заметил это слишком поздно, но всё же постарался уклониться, уводя тело влево и наклоняя голову как можно ближе к плечу. И с ужасом наблюдал, как пуля прошла по касательной, едва задев правую скулу моего лица.

Мелкие кровавые капли брызнули в стороны, а вместе с ними полетели крошечные кусочки обожжённой кожи и белёсые фрагменты скуловой кости. Нервные окончания ещё не передали тревогу в мой головной мозг, поэтому боль я пока не испытывал, но уже морально готовился.

Деактивировав «способность», я машинально сложил ШВ, схватился за горевшее лицо и негромко простонал.

– Лазарь! – одновременно вскричали девушки, разом кинувшись ко мне.

– В норме, – не отнимая правую ладонь от лица, я поднялся во весь рост. – Просто царапина.

– Дай посмотрю, – взволнованным голосом попросила Ангел, хватая меня за плечи.

Но я отмахнулся. Чувствуя, как две струйки крови из раздробленной скулы и носа заливали ладонь, я отвернулся от Ангел и отдал мысленный приказ ПКНК надеть шлем.

И почему я не сделал этого раньше?! Вероятно, остался бы цел. А может и наоборот. Осколок пробитого пулей шлема мог нанести моей голове гораздо большие увечья – теперь то поди угадай.

– Всё хорошо, нам нужно спешить, – сказал я твёрдо, начиная движение и чувствуя, как микроиглы скафандра заработали, заливая в меня дозы обезболивающего и прочие препараты. – Может, я теперь стал не такой симпатичный, но жить буду. Об остальном позаботимся, когда найдём капсулу автодока.

Только теперь я решил обратить внимание на поверженных противников. Но, к нашему общему удивлению, их трупы не оставались спокойно лежать на месте, как положено хорошо воспитанным мертвецам. Их скафандры принялись стремительно дезинтегрировать вместе с содержимым, распадаясь на атомы буквально на глазах, пока всего за несколько секунд не растворились полностью.

– Великая Пустота! – ошеломлённо протянула Калипсо, продолжая бег. – Кто эти ребята? И кто их послал?

– А с кем идёт война? – не совсем понимая замешательства майора-инструктора, в свою очередь с подозрением спросил я. – Нам всегда говорили, что мы обороняемся против навиров, которые всеми силами стремятся захватить галактику Млечный Путь. Но их описывают как невысоких, в среднем метр двадцать, гуманоидов с очень бледным цветом кожи, хвостами и звериными ушами. Напоминают антропоморфных кошек. А эти вроде как вполне себе высокие и по фигуре очень похожи на людей. Может, это наёмники?

– Лазарь, – голос Калипсо заметно дрогнул. – Я не стану отрицать очевидное – мне очень страшно. На самом деле я просто в ужасе за себя и за вас. А также за то, что нас ждёт впереди. И не знаю, есть ли ещё хоть какой-то смысл во всей этой секретности. Сомнения сейчас меня просто разрывают на части, но я, наверное, всё же должна вам кое-что рассказать, пока ещё есть время…

Калипсо не закончила мысль, так как впереди, буквально в трёх метрах от нас, замаячила ещё одна предостерегающая надпись:

«Враги!»

Стрелка указывала вправо. Я вновь активировал «способность». Хотя с прошлого раза прошло слишком мало времени и мой организм ещё не до конца восстановился, я решил не оставлять противнику шанса.

Мне приходилось сражаться в симуляциях тысячи раз. Обычно я берёг «способность» на особый, наиболее важный момент. Просто потому, что активация отнимала очень много сил, буквально иссушала организм за секунды. В конце концов, при нерациональном использовании она вполне могла убить.

Однако все мои прежние сражения отличались от нынешнего всего одной простой деталью. Теперь цена ошибки – не плохая отметка, не долгая нудная лекция майора-инструктора и не позиция в ранге показателей индивидуальных и общих зачётов, а всего-навсего жизнь. Моя и моих боевых подруг.

Так что я решил сделать всё возможное, чтобы вытащить нас из этой передряги, даже если это в итоге меня убьёт.

Я уже начал заносить оружие за угол, когда заметил то, что меня повергло в шок: Калипсо шла на корпус впереди и сделала один лишний шаг, совершив банальнейший тактический просчёт! За такой косяк в симуляции она бы отчитывала меня несколько часов кряду. Но назад время не отмотать, поэтому я постарался сделать всё возможное, чтобы нивелировать её промах своей скоростью.

Врагов на сей раз оказалось всего трое, но они нас поджидали уже в боевых стойках. Это им не помогло – спустя пару мгновений все трое лежали мёртвыми, готовые к дезинтеграции.

Всего успело прозвучать семь щелчков: три из них исходили из моей винтовки, два – из винтовки Калипсо, и ещё два – из вражеского оружия.

С щемящим чувством в сердце я деактивировал «способность» и повернул голову влево, обратив свой взор вниз. Калипсо лежала на спине. На её броне в районе сердца я отчётливо разглядел два входных пулевых отверстия.

– Давно не практиковалась, – словно извиняясь, горько усмехнулась майор-инструктор. Из уголка её губ вытекла одинокая струйка крови. – За такой просчёт я бы с вас три шкуры спустила. Но, похоже, себя я тоже наказала.

Я присел рядом с Калипсо, отдавая мысленный приказ ПКНК сканировать её жизненные показатели, и тут мне пришло от неё сообщение с прикреплённым файлом. Я не стал тратить время на детальный разбор файла, но мне показалось, что в нём были зашифрованы некие координаты.

– Послушай, Лазарь, – Калипсо смотрела на меня, силясь придать голосу твёрдость. – Обе пули пробили мне сердце. Системы жизнеобеспечения скафандра вкололи максимальную дозу обезболивающего и препарат ЗГР8, который сейчас поддерживает кровообращение в моём теле вместо переставшей сокращаться сердечной мышцы. Но действие препарата закончится примерно через пять минут. Если к тому времени я не окажусь в капсуле автодока, в мой мозг перестанет поступать кислород, вследствие чего ещё через минуту клетки мозга начнут умирать. Очень скоро процесс станет необратим. Медблок остался далеко позади нас. Таким образом, шансов выжить у меня нет.

– Не говори так. Время ещё есть! – вскричал я, но тут же постарался подавить нараставшую в груди панику.

– Прошу, не перебивай и слушай внимательно. Вам всё это время лгали, никакой войны нет. Последняя закончилась больше сорока лет назад! Я не представляю, кто и по какой причине мог нас атаковать. Почти всё, что вам говорили – ложь или искажение истины. И я ничем их не лучше, но у меня не было выбора. Моё настоящее имя Карина Ким. Если вам удастся выбраться с этой проклятой станции живыми, прошу, отправляйтесь…

Не успев закончить предложение, Калипсо зажмурилась. Её лицо исказила болезненная судорога, и она затихла – сознание покинуло майора-инструктора. Мои мысли путались.

Я посмотрел на членов своей группы.

Лилит, как всегда, сосредоточенно несла охрану периметра. Сказанное как будто её вовсе не касалось – ни один мускул не дрогнул на её лице. Может, эта информация не являлась для неё новостью? Ангел смотрела на меня крайне встревоженно, с широко раскрытыми от ужаса глазами. Такая реакция казалась мне куда более естественной. На искажённом лице Бестии я прочитал чистую животную ненависть.

В метре от нас пульсировала красная надпись:

«Осталось недалеко! Поспешите! Враг на подходе!»

– Ты слышал эту суку?! – зарычала Бестия, отточенным движением раскладывая один из своих виброклинков. – Она с ними заодно! Я ей сама сейчас голову отхерачу! Чё ты расселся, Лазарь? Чё пасть раззявил? Бросай, блядь, эту тварь и уходим! Ты меня вообще слышишь, тупой ты ублюдок?!

– Завали уже своё блядское ебало! – в гневе закричал я.

Бестия слегка опешила и отступила на шаг назад. Её лицо исказила ещё большая злоба, а зрачки сузились.

Я никогда прежде не отвечал на её нападки, стараясь сохранять хладнокровие и контроль над собой в любой ситуации. Но всему есть предел.

Демоница крепче сжала рукоять виброклинка, остриё которого смотрело в пол и едва заметно подрагивало. Я приготовился дать сигнал компьютеру винтовки разложить Локи в боевой режим, прикидывая свои шансы.

И тут краем глаза я заметил, что Лилит, оставаясь за спиной Бестии, уже прицелилась ей в затылок. Указательный палец ледяной королевы лежал на спусковом крючке в десятых долях секунды от нажатия.

Ангел растерянно переводила взгляд с меня на Бестию и обратно.

– Ребята, вы чего? – прошептала она. – Мы же команда. Мы Омикрон. Мы лучшие. Сейчас вокруг нас одни враги, и нам как никогда нужно действовать сообща. Не хватает только ещё поубивать друг друга. Опомнитесь, я вас умоляю.

– Похуй, – Бестия всё же расслабила мышцы и сложила клинок. – Ты слышала эту суку, Ангел. Всё ложь. Наша жизнь – сплошной комок вонючей лжи! И мы теперь друг другу никто. Хотите тут подохнуть, рыдая над её телом? Лады. А я ухожу.

Рыжая демоница резко развернулась и побежала по коридору. Она словно не обратила внимания на Лилит, всё ещё державшую её на прицеле.

В одном Бестия была права: сидеть на месте мы себе позволить не могли.

– Лилит – авангард, Ангел – центр, я замыкаю, – приказал я, подхватывая на руки бесчувственное тело Калипсо, или как там её звали на самом деле…

– Принято, – последовал ответ.

И мы продолжили наш путь настолько энергично, насколько только могли, отставая от Бестии всего на несколько десятков метров.

Мы бежали ещё пару минут в относительном спокойствии. Свет продолжал мигать то белым, то красным, а сирена всё так же заунывно подвывала. Время от времени стены сотрясались от толчков, но взрывов мы не слышали и никаких признаков присутствия противника не наблюдали.

По пути я постоянно проверял жизненные показатели Калипсо: жизнь всё ещё теплилась в её теле, но она пребывала без сознания. Я не строил иллюзий относительно того, что нас ждало впереди и будет ли там автодок. Просто старался об этом не думать. Вообще ни о чём не думать – мысли оказались слишком болезненными. Мой мозг начинал кипеть, а вместе с тем приходил гнев, поэтому я изо всех сил пытался отключить разум и сосредоточиться на текущей задаче – бежать и быть готовым в любую секунду вступить в схватку. На этом всё.

Впереди замаячили очередные створки широко распахнутых дверей. Но, в отличие от предыдущих бесчисленных раз, за новым проходом я не увидел продолжения бесконечного однотипного коридора. Вместо него показалось пустое, едва освещённое пространство и часть корпуса чего-то огромного, тёмного матового цвета.

Над проходом высветилась надпись:

«Поспешите!»

В этот момент я заметил, как пуля врезалась в стену, пройдя всего в паре сантиметров от моей головы. Щелчка я не расслышал, значит, выстрел произвели издалека. Бестия совершила скачок, скрывшись за створками первой. Вслед за ней в проход вбежала Лилит.

Я активировал «способность», в любой момент ожидая поймать спиной пулю. И рванул так быстро, как только мог. Догоняя Ангел, я перехватил Калипсо левой рукой, удерживая её за корпус. Всеми силами стараясь сохранять равновесие, я на ходу подхватил златовласую девушку за талию правой.

Мне удалось разогнаться до своей предельной скорости. И тут я заметил, как створки дверей начали закрываться прямо после того, как в них вбежала ледяная королева. Я прекрасно понимал, что если не успею добежать, то двери захлопнутся прямо перед нами, обрекая меня, Калипсо и Ангел на верную гибель.

Одним резким усилием я швырнул в закрывавшиеся створки златовласую девушку и буквально на доли мгновения потерял равновесие. Калипсо начала выскальзывать из моей хватки, а я по инерции продолжал движение вперёд, вваливаясь в проём. В последний момент мне удалось поймать руку майора-инструктора и потянуть её за собой. Затем я обессиленно рухнул на колени.

Едва я деактивировал «способность», как кровь водопадом хлынула из моего носа, а острая боль пронзила виски.

Я коротко осмотрелся.

Перед нами возвышалось нечто тёмное и большое, с приветливо распахнутым люком над выдвижным трапом и светившейся чуть выше надписью:

«Сюда! Скорее!»

Мы оказались в ангаре? И перед нами возвышался настоящий звездолёт? Разглядывать подробности было некогда, сперва следовало оценить боевую обстановку.

Я отчётливо слышал, как со звоном рикошетили от стальных створок вражеские пули. Видел, как Ангел пыталась подняться на ноги после моего грубого броска. В то же время Бестия и Лилит открыли ответный огонь по противнику. А ещё всё пространство вокруг заполнил истошный нечеловеческий крик нестерпимой боли. Я резко обернулся.

Калипсо!

Она лежала на спине и оглушительно кричала, в то время как стальные створки дверей многотонным усилием гидравлики пытались разрубить её тело в районе пояса пополам.

Я запаниковал. В первом порыве я хотел схватить Калипсо за руки и втянуть к нам, однако стальные створки неумолимо сжимались и уже вошли в её тело, словно кусачки, на добрых пять сантиметров с каждой стороны. Лужа тёмно-красной крови зловеще расползалась под ней.

– Немедленно прекрати! – закричал я в пустоту.

То, что на дверях не сработали сенсоры защитных систем, не позволявшие им захлопнуться, если на пути следования створок находился какой-либо объект, говорило ровно об одном – кто-то «жал кнопку» вручную.

– Дай мне её вытащить! – практически умоляя, я сорвался на хрип.

Ответа не последовало.

В то время как продолжалась перестрелка между моей группой и противником сквозь медленно сужавшуюся щель створок, я ничего не мог делать, кроме как сидеть у изголовья Калипсо и лихорадочно пытаться придумать способ её спасти. Мой лоб покрыла холодная испарина, всё тело содрогалось, а из глаз хлынули слёзы, смешиваясь с потоками крови, шедшей из носа.

– Лазарь, – побелевшими дрожащими губами прохрипела Калипсо.

Она смотрела на меня дикими, обезумевшими глазами, в которых отчётливо читались боль, страх, отчаяние… Её обычно такое красивое лицо теперь казалось страшным от исказившей его до неузнаваемости гримасы.

Створки безжалостно продолжали своё неумолимое движение – кровь пульсирующими фонтанчиками раскрашивала пол, двери, стены. Ещё немного, и они перерубят ей позвоночник.

Едва сдерживая крик, который, казалось, вот-вот перейдёт в ультразвук, Калипсо отчаянно пыталась что-то мне сказать. Я обхватил её голову руками, снял шлем и наклонился.

– Отправляйся… по координатам… – едва слышно прошептала она, прерываясь на кашель и стоны. – Найди моего мужа… Алекса Ким… расскажи… он поможет…

Большего Калипсо выдавить из себя не смогла. Она уже даже не кричала, а просто хрипела, выплёвывая сгустки крови. С противным хрустом ломающегося позвоночника створки закончили своё движение – верхняя половина женщины с чавкающим звуком сползла вниз, а её внутренности начали вываливаться наружу.

Я не мог пошевелиться и лишь смотрел на её побледневшее лицо, испытывая в душе нестоящее опустошение. Я не сумел ей помочь. Как ни старался действовать безупречно, я всё же допустил фатальную ошибку.

– Больно, – прошептала Калипсо.

Я не представлял, каким образом, но она продолжала жить. Разрубленная, с вывалившимися на пол кишками и остановившимся сердцем она всё ещё жила. Видимо, скафандр БЗСОТ модели «Ехидна» справлялся с поддержкой жизни в теле своего хозяина куда лучше, чем я мог себе представить. Но обезболивающее, похоже, в нём давно закончилось.

– Лазарь…

Я поднял глаза. Голос Ангел звучал глухо. Он как будто исходил откуда-то издалека. Или это в моих ушах просто так сильно звенело? Стараясь не смотреть на искалеченную женщину, девушка с побелевшим лицом и слезами на глазах протянула мне руку.

– Нужно уходить, Лазарь. Пойдём, я тебя очень прошу. Вставай, пожалуйста.

– Да, – чужим голосом выдавил я.

– Больно, – продолжала шептать Калипсо, хотя по опустошённым глазам я догадался, что разум её уже покинул. – Больно…

Я не смог её спасти. Единственное, что я теперь мог сделать – оказать ей последнюю услугу. Дрожавшей непослушной рукой я разложил Тор в боевой режим и поднёс дуло к её виску. Затем медленно наклонился и нежно поцеловал её окровавленные губы в последний раз.

Щёлк!

ГЛАВА 5

Ангел вела меня за руку, словно малолетнего ребёнка, а я едва передвигал ватные ноги. Прозвучал глухой взрыв, и мы невольно пригнулись. Я обернулся. Противник использовал тяжёлое оружие против стальных дверей, но створки выдержали, лишь слегка погнулись.

Однако сколько ещё взрывчатки имелось в запасе у вражеских штурмовиков, мы не знали. А может, и лазерный резак найдётся.

Наш таинственный «друг», тот самый, что разрезал Калипсо пополам и едва не обрёк нас с Ангел на верную смерть, наверняка им всячески препятствовал. Тем не менее подразделения противника, пусть малыми, редкими группами, но всё же пробирались вперёд. Значит, средства преодоления подобных препятствий в наличии у них имелись.

Единственное – двери в ангар были значительно крепче тех, что делили секции коридора. Теплилась надежда, что неприятель провозится с ними чуть дольше.

Но я почти не думал о грозившей нам опасности. Почти все мои мысли в этот момент крутились вокруг нашего «друга».

«Клянусь, однажды я доберусь до этой твари, и тогда муки Калипсо покажутся ему шоколадом, – стиснув от злости зубы, думал я. – Буду рвать его плоть кусочек за кусочком, стараясь продлить мучения как можно дольше, прежде чем он испустит свой поганый дух!»

«Я убивал, но смерти я не видел» – вспомнились мне вдруг слова песни из очень старого приключенческого фильма.

Сегодня я впервые столкнулся со смертью. И она предстала передо мной в своём самом неприглядном, уродливом обличье.

Нас всю жизнь учили убивать быстро и эффективно, и на этом поприще мы весьма преуспели. Сегодняшние боестолкновения это отлично продемонстрировали.

Но хотели ли мы этим заниматься? А нас никто и никогда не спрашивал.

Однако до сих пор это больше походило на соревновательную игру, а теперь я терялся в собственных мыслях и чувствах. Пожалуй, в данный момент я хотел убить лишь одного человека. И на этом всё.

Ангел провела меня по ступеням выдвижного трапа звездолёта к люку. В любое другое время я бы пищал от восторга. Мы часто летали на космических кораблях в симуляциях и научились неплохо их пилотировать. Однако я никогда в своей жизни не ступал на борт настоящего.

Но в данный момент меня это совершенно не волновало. Я словно пребывал в тумане. От страшной усталости после многократного использования «способности» моё собственное тело едва меня слушалось, голова страшно раскалывалась, а обезболивающие не помогали. Хотелось просто упасть и отключиться как минимум на сутки.

К несчастью, самый долгий день в моей жизни ещё не закончился.

Когда мы прошли в шлюзовой отсек, Ангел со знанием дела нажала кнопки на сенсорной панели – трап с тихим жужжанием втянулся, а люк с предупреждающим писком плотно захлопнулся. Мы оказались в полной темноте. Я сам не заметил, как на автомате перевёл линзы в режим ночного зрения.

Мы прошли дальше через короткий переход и очутились на капитанском мостике. Внутреннее убранство оказалось мне хорошо знакомо. Я быстро определил, что мы попали на борт космического корабля класса «сумрак», модель 99.

Данный класс звездолётов предназначался для скрытного проникновения и высадки диверсионной группы в зонах проведения военных операций, тыловых частях противника и на вражеских кораблях.

Сумрак-99 отличался высокой скоростью и манёвренностью, но оснащался лишь базовым набором вооружения: защитной двуствольной лазерной турелью и одним рельсотроном. Главными преимуществами сумрака перед другими классами вооружённого звёздного флота являлись его небольшой размер и высочайший уровень маскировки. На виртуальной копии именно такого звездолёта мы много лет тренировались в симуляциях.

Капитанский мостик сумрака 99-й модели был рассчитан на четырёх членов экипажа. Правда, тут почему-то находилось пять кресел – может, новая модель?

Далее по направлению к хвосту располагались арсенал, камбуз и кубрик. На кубрике имелось семь герметичных дверей – клинкетов. Шесть из них вели в каюты для членов экипажа и пассажиров, а последняя – в тамбур и грузовой отсек с местом для парковки десантного вездехода, камерой временного заключения, а также секциями с хранилищами запасов продовольствия, воды и запчастей. Все технические отсеки с ядром и варп-двигателем находились на нижней палубе, на которую вёл люк с капитанского мостика.

Не счесть, сколько бессонных ночей мы с Ангел провели, делясь мечтами и фантазиями о том, как однажды будем летать на сумраке меж звёзд на задания. А возможно, даже обретём полную свободу и отправимся туда, куда захотим.

Что ж, мечты сбываются.

Капитанский мостик имел форму эллипса с плавно сужающимися к потолку бортами. Он был достаточно просторным, чтобы членам экипажа не приходилось толкаться локтями, но в то же время весьма компактным, можно даже сказать, уютным.

Внутренняя обшивка из гладкого сплава имела приятный глазу оттенок индиго с металлическим отблеском. Пять регулируемых во всех плоскостях кресел кремового цвета располагались клином вдоль бортов. Каждое из них было оснащено индивидуальным бортовым компьютером с сенсорной консолью и органами бесконтактного управления системами звездолёта. В центре находился свободный пятачок с раздвижным люком.

Лобовые и боковые иллюминаторы на капитанском мостике полностью отсутствовали, но при активации появлялся большой голографический экран, на который выводилось объёмное изображение с любых точек вокруг корабля, а также голограмма подробной карты галактики Млечный Путь.

* * *

Едва мы с Ангел переступили порог капитанского мостика, я без сил опустился в первое попавшееся кресло. Мне безумно хотелось закрыть глаза и забыться крепким исцеляющим сном, но в то же время часть моего сознания отказывалась верить в произошедшее, а в глубине души тлела надежда, что я скоро проснусь от этого кошмара в своей обычной серой камере.

Бестия и Лилит с озадаченным видом стояли перед выдвижной консолью активации систем звездолёта.

– Эта ёбань не фурычит! – раздражённо заявила рыжая демоница. – Никак не реагирует ни на наши команды, ни на механическое воздействие, падла такая!

– Ангел, – слабым голосом позвал я. – Ты успела разблокировать свой НКСК? Можешь пробить лёд корабля и активировать органы управления?

– Да, – отозвался девушка, присаживаясь в соседнее кресло. – Я не уверена, но попробую.

Златовласая киберстражница обратила взор небесно-голубых очей на свой квантовый браслет и начала кибератаку систем корабля. Спустя полминуты клинкет, ведущий в арсенал, неожиданно распахнулся – на капитанский мостик ступила невысокая стройная женская фигура.

Она очень походила на живого человека. Я бы даже уточнил, на весьма привлекательную молодую девушку. Однако по металлическому отблеску кожи, светившимся серебряным зрачкам и слегка роботизированным движениям конечностей я сразу догадался, что наша неожиданная гостья – настоящий андроид.

Одета она была в обтягивающий чёрный кожаный комбинезон с довольно глубоким декольте, приятно выделявшим объёмную грудь. Серебряные волосы оказались коротко стрижены и немного растрёпаны, что совсем не портило ей внешность, а скорее придавало некий шарм.

В своей жизни я уже видел несколько раз андроидов. Они служили помощниками старших офицеров, квартировавшихся на высоких этажах, и редким случаем захаживали в наши серые однотипные коридоры по различным поручениям. Однако встреченные мною прежде андроиды очень сильно отличались от данной модели. Главным образом своим внешним видом. Они не выглядели даже наполовину столь сексуализированно.

Хотя, что там на самом деле обреталось или не обреталось у офицеров, я представлял очень смутно. Доступа к офицерским корпусам у кадетов не имелось.

Но зачем кому-то понадобилось создавать подобную модель? И что она делала на корабле? На секунду я подумал, что от крайнего переутомления у меня начались галлюцинации.

От удивления вся группа Омикрон замерла. Андроид пристально нас осмотрела и произнесла лишённым всяческих эмоций, но вполне красивым женским голосом:

– Установлена и пресечена попытка кибератаки. Ваши сигнатуры не распознаны. Нарушители, немедленно покиньте борт «С200П», в противном случае к вам будет применена физическая сила.

Не успел я и рта раскрыть, как Бестия мгновенно разложила в боевой режим виброклинок, совершила стремительный рывок и лишь одно точное движение – голова андроида взлетела вверх, звонко ударилась об обшивку и упала прямо к ногам рыжей демоницы.

– Грубо! – заявила отрубленная голова.

Вторым движением Бестия вбила клинок ей прямо между глаз.

Глаза андроида пару раз моргнули и потухли. Её обезглавленное тело попыталось сделать шаг, но споткнулось о собственную ногу и завалилось вперёд.

– Нам проблем-то мало, ещё и с этой говорящей поеботой возиться, – раздражённо проворчала демоница. – Ангел, поторопись, пока эти ушлёпки не начали крушить корабль. Фюзеляж крепкий, лёгким и средним не возьмут, но кто его знает, чё там у них в широких штанах ещё припрятано. А если они взломают корыто раньше тебя, нам придёт полный кабздец.

– Шестнадцать шли мышей, шестнадцать шли мышей, шесть нашли грошей… – сосредоточенно забубнила Ангел, подключив все свои знания и таланты по кибервзлому на полную.

Прошла томительная минута. Борясь с непреодолимой усталостью, я внимательно вслушивался в тишину сквозь бормотание Ангел. Мне вдруг показалось, что я расслышал глухие удары.

Броня любого звездолёта крайне прочна – фюзеляж проектировали с расчётом на колоссальные космические перегрузки. Вскрыть сумрак обычным ручным оружием или инструментами – задача практически нереальная, можно даже не пытаться. Но в то же время мы заперли себя в ловушку. Даже если враг не сумеет к нам пробиться, сама космическая станция погибала, и в любой момент корабль мог стать нашей могилой.

– Не выходит, – Ангел подняла на нас испуганные глаза. – Простите, ребята, я никогда с таким не сталкивалась! Ничего не срабатывает. Мои кряки не могут пробить лёд, я всё испробовала…

Мы тревожно переглянулись. И тут с тихим жужжанием свет в салоне зажёгся, приборные панели засветились разноцветными огнями, а у лобовой части борта вырос большой широкий экран. На дисплее показался тёмный зев взлётной шахты.

– Это не я, – удивлённо сообщила златовласая киберстражница.

– Похоже, наш таинственный «друг» решил ещё раз помочь, – поморщился я. – Когда доберусь до этой мрази, он мне по полной ответит за Калипсо!

Сказав это, я невольно посмотрел на Лилит. Брюнетка едва заметно вздрогнула и вжалась в кресло. Её губы сошлись в тонкую линию, а глаза обратились в пол. Она явно что-то знала, и мне следовало как-то выжать из неё информацию. Позже, когда решим текущую проблему, а я смогу как следует отдохнуть.

– Нарушители, вы незаконно проникли на борт «С200П» и нанесли критические повреждения моей автономной боевой платформе! – раздался голос «убитого» андроида. Мне даже показалось, что в её тоне прозвучали нотки обиды. – Немедленно покиньте борт! И уберите свои клинки, юная мисс, хватит на сегодня насилия!

Уже разложившая виброклинки Бестия замерла в боевой позе и внимательно оглядывалась, пытаясь определить источник звука. Но динамиков или чего-либо похожего нигде не наблюдалось.

Искусственный интеллект полностью управлял кораблём. Я уже понял, что модель данного сумрака отличалась от знакомой нам по тренировкам 99-й. Там не было никаких автономных боевых платформ, а искин вёл себя гораздо более сдержанно и обезличено. Плюс в глаза бросались и другие детали: например, лишнее пятое кресло.

– О! – вдруг вскричала Ангел. – Я получила новый кряк и скрипты! Дайте минуту.

– Искин! – позвал я, глядя в потолок. – Станция разрушается. Если мы сейчас же не уберёмся отсюда, нам всем конец, включая тебя.

– Прискорбно такое слышать, – отозвался корабль женским голосом. – Но мои возможности строго ограничены директивами. Покинуть ангар я могу только по приказу капитана.

– И кто твой капитан?

– Поиск в базе данных… Капитан не назначен. Я прототип и ещё не испытана в реальных условиях.

– То есть ты никогда не покидала станцию?!

– Испытание с запланированной недельной экспедицией назначено на завтра, 28 марта текущего года.

– Боюсь, планы изменились, – пожал я плечами.

– Получилось! – радостно вскричала Ангел. – Загружаю скрипты!

Свет заморгал, раздался протяжный цифровой звук, отдалённо напоминавший предсмертный вой раненого животного. Как только программы корабля перезагрузились, из центральной консоли выехала круглая блестящая панель размером аккурат под руку.

– Для регистрации капитана, пожалуйста, приложите правую ладонь к поверхности панели, – вновь раздался голос.

Бестия, с вызовом бросив на меня короткий взгляд, уверенно шагнула к панели.

Ну разумеется, она желала стать капитаном! Но мне было откровенно плевать. Я едва держался от усталости, а мои мысли всё ещё крутились вокруг смерти Калипсо.

В самый критический момент я совершил непростительную ошибку и потерял очень дорогого для меня человека. Правда, осознание того, насколько сильно я успел привязаться к майору-инструктору, пришло лишь в тот момент, когда её тело нещадно разрезали стальные створки дверей.

Я не сумел её спасти. Так может, из меня действительно получился не самый лучший лидер?

Бестия отличалась импульсивностью, цинизмом и крайней агрессивностью. Но на поле боя она проявляла самоотверженность и, как правило, демонстрировала грамотность в своих действиях. Решения по большей части принимала верные. Возможно, ответственность командира за членов своей команды – это как раз то, чего ей не хватало для развития в лучшую сторону.

Хотя, если подумать, то кем мы вообще теперь приходились друг другу в свете последних событий? Мы всё ещё оставались боевой группой Омикрон? Или уже стали абсолютно чужими друг другу людьми, которые вынужденно оказались «в одной лодке», и разбежимся в разные стороны, едва представится такая возможность?

В общем, я принял решение Бестии не препятствовать. К тому же на глупую перебранку или драку времени у нас не имелось. Возможно, его вообще уже ни на что не оставалось.

Я не шелохнулся, однако на пути Бестии вдруг неожиданно выросла Лилит. Одним едва приметным движением рук она оттолкнула демоницу на добрый метр назад. Разложив клинки прямо в полёте, Бестия мягко приземлилась на ноги и чуть согнула колени, готовясь к атакующему выпаду.

Ледяная королева целилась из Тора ей прямо в лоб.

– Ты чё творишь?! – ошарашенно зарычала Бестия. С взъерошенной гривой огненно-рыжих волос и горящими злобой глазами она в этот момент действительно походила на самого настоящего демона, только рогов и хвоста не хватало. – Хочешь сама стать капитаном? Серьёзно?

– Ты не пройдёшь! – твёрдо заявила Лилит, держа палец на спусковом крючке.

– Слышь… – Бестия на миг растерялась. – Ледяная пизда, или как там тебя называют твои восторженные фанаты, у нас нет на эту херню времени! Отойди по-хорошему, из тебя всё равно командир, как из говна ракетное топливо! Ты же только приказы исполнять горазда… А! Так вот оно что… Я поняла. Думаешь, я не заметила, как ты целилась в меня там, в коридоре? Почему, блядь, даже сейчас ты принимаешь его сторону и остаёшься верная, как собачонка?! Неужели втрескалась в этого упыря?! А ты знаешь, что он предпочитает девочек постарше? И не смотри на меня так, ты не хуже меня знаешь, что он трахал Калипсо за нашими спинами!

Я в мгновение ока побледнел и бросил испуганный взгляд на Ангел – блондинка лишь смущённо отвела глаза.

«Ну пиздец! – с ужасом пронеслось у меня в голове. – Неужели она всё это время знала?! Бля… Да я и сам спалился, поцеловав Калипсо на прощание у неё на глазах. Но тогда я даже не думал об этом».

– Хочешь его? Так забирай! – продолжала распаляться Бестия. – Веди в любую каюту и утешай горюющего командира сколько влезет, пока тёпленький! Всё равно сейчас он не в состоянии оказать сопротивление. А я займусь делом и всех нас спасу. Не вынуждай меня, Лилит, делать то, о чём я потом буду жалеть!

Откровенная чушь, которую несла Бестия, начинала меня порядком утомлять.

Лилит просто являлась образцовым солдатом и поступала так, как велели ей воинская честь и долг, не более того. Мы даже не общались никогда толком за пределами занятий и уж тем более ни разу не флиртовали – абсолютно ничего такого.

Конечно, в этот момент ледяная королева могла бы и не поддерживать меня. Но, возможно, она делала это машинально или по привычке. А может, просто не горела желанием подчиняться Бестии, что вполне объяснимо, и сама брать на себя ответственность не стремилась. Я ведь прав, верно?

Чувствуя, как во мне вскипает праведный гнев, я уже почти был готов кинуться под клинки разъярённой демоницы с голыми кулаками и как следует ей наподдать. Ну или погибнуть, что в данной ситуации казалось наиболее вероятным исходом. Но вдруг почувствовал прикосновение, от которого невольно вздрогнул…

Правая перчатка моего скафандра оказалась снята, как и у златовласой богини. Я почувствовал её нежные пальцы на своей руке… и моё дыхание замерло.

Она взломала мою броню, или я неосознанно отдал мысленный приказ ПКНК?

Ангел не сказала ни слова, но ласково потянула меня за собой. Не имея никаких физических или моральных сил сопротивляться, я послушно последовал за ней.

Мы вдруг очутились очень близко друг к другу… Я почувствовал будоражащий аромат её вспотевшего спортивного тела и волос, таких мягких и шелковистых… Мне безумно хотелось зарыться в них лицом и забыться, желательно навсегда. Прикосновение её упругой бархатистой кожи дарило мне нескончаемое блаженство. Моё сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

В этот момент я был готов следовать за ней хоть в самые глубины ада.

Ангел взяла мою руку, а затем уверенно приложила ладонь к панели – сканер засветился зелёным. Я почувствовал лёгкие уколы микроигл, а женский голос возвестил:

– Считывание биометрических данных завершено, капитан зарегистрирован. Добро пожаловать, капитан, на борт космического корабля класса сумрак, модель 200, прототип, регистрационный номер П7913069448. Для регистрации членов экипажа, пожалуйста, приложите ладони к панели.

– Ах, вы ж… – зарычала Бестия и разочарованно покачала огненно-рыжей гривой. – Никакой женской солидарности, да?

Демоница презрительно фыркнула, сложила виброклинки, опёрлась спиной о борт и обречённо сползла вниз. Усевшись на корточки, она исподлобья поглядывала на нас сверкавшими от злости изумрудными глазами.

«Надо бы не забыть как следует запереться, если я всё же доберусь сегодня до койки», – с опаской поглядывая на Бестию, подумал я.

Лилит невозмутимо убрала ручную пушку и села в кресло, не спуская внимательных синих с фиолетовым отливом глаз с демоницы.

– Искин? Мы можем всё это закончить после? – стараясь придать ослабшему голосу силы, спросил я. – Нужно немедленно отсюда убираться!

– Как прикажете, капитан, – прозвучал ответ. – По каким координатам желаете проложить маршрут? Кого назначите пилотом? Или прикажете все функции взять на себя?

– Давай сама. Маршрута пока нет, просто унеси нас с погибающей станции как можно быстрее и незаметнее. С твоей скоростью и стелс-системами это не должно составить особых проблем. Конечно, если и на занятиях нам не лили в уши дерьмо, теперь я уже ни в чём не уверен. Убедись, что за нами нет погони и ложись в дрейф. Если что, труби тревогу. Позже соберёмся и будем решать, куда и чего. Мне срочно требуется сон.

– Есть, капитан.

Тихо замурлыкал варп-двигатель, космический корабль едва заметно завибрировал. На главном экране появилась картинка с внешних камер: вокруг не было ни души. Как оказалось, противник так и не преодолел двери ангара.

Что-то случилось? Не смогли пробиться? Или они просто решили не тратить зря время? В конце концов, мы не такие уж и важные персоны, чтобы бросать на нас все силы. Они явно пришли захватить или уничтожить станцию, а не по души отряда Омикрон. По крайней мере, я на это всерьёз рассчитывал. И теперь оставалось только надеяться, что за шлюзовыми воротами нас не поджидал вражеский эсминец.

* * *

Сказать, что я спал плохо, значит ничего не сказать. Меня то вырубало, то вырывало из сна в холодном поту. Стоило только закрыть глаза, как ко мне являлась окровавленная Калипсо. Во сне я пытался бежать вдоль пустого тёмного коридора, но ватные ноги отказывались меня слушаться, а сразу затем я проваливался в чёрный бесконечный туннель.

Мне мерещились отрезанные головы Ангел, Лилит и Бестии, торчавшие на пиках и умолявшие их спасти.

– Нам так больно, Лазарь! Больно! Спаси нас! – кричали они.

А я ничего не мог сделать, потому что у меня самого не было ни рук, ни ног.

В какой-то момент я открыл глаза и в темноте ясно увидел два светившихся кроваво-красных зрачка.

– Спят зелёные лягушки, детки спят… Задушу я вас подушкой, как котят… – едва слышно пропел зловещий женский голос.

Я как следует потряс головой – наваждение исчезло.

«Да что со мной творит мой собственный мозг?!» – в отчаянии думал я, пряча голову под влажную от пота подушку.

Мучения мои прервал внутренний будильник в 6:00. И в первый момент я пытался понять, где находился.

Это была первая проведённая мною ночь вне привычной камеры. По крайней мере, на моей памяти. Прошли ровно сутки с того момента, как я проснулся, искренне переживая об экзамене. Теперь это казалось такой далёкой мелочью, словно из другой жизни.

Мы очень рассчитывали, что этот день станет для нас судьбоносным – и как же мы не ошиблись…

Решив поваляться подольше, я провёл ещё один мучительный час, ворочаясь в койке, пока не осознал, что уснуть больше не удастся. Хотя отдохнувшим я себя совершенно не чувствовал.

Поднявшись, я по утренней отработанной схеме опорожнил мочевой пузырь, принял душ, затем надел линзы и облачился в броню. Свершился почти законченный ежедневный ритуал, не хватало только витамин и пищевого куба. Что пришлось бы очень кстати, потому как в желудке уже урчало просто нещадно.

Каюта по своему строению и размеру отдалённо напоминала мою старую камеру: почти такое же размещение койки, туалета, душа и гардероба. Всё так же привычно выезжало из стен и пола. Однако новое жилище показалось мне куда более уютным и комфортабельным. Обшивка обладала приятным синим оттенком, а не унылым серым. Само помещение и предметы имели более округлые, обтекаемые формы, а на потолке даже размещался иллюминатор для созерцания открытого космоса, способный доставить настоящее эстетическое удовольствие.

Инженеры-проектировщики этого звездолёта явно относились к людям с гораздо большей любовью, чем создатели наших камер.

Завершив процедуры, я открыл клинкет и прошёл через кубрик на камбуз.

Помещение для приёма пищи и отдыха членов экипажа оказалось довольно просторным – на моей памяти оно было значительно теснее. С одной стороны разместились кухонные шкафы и приборы, в которых я разбирался чуть меньше, чем никак. Напротив стоял большой овальный стол с удобными на вид креслами.

Девушки уже проснулись, очевидно, по схожим со мной причинам. Они сидели за столом, прихлёбывая из чашек какую-то тёмную жидкость. К моему удивлению, внешне они выглядели довольно бодрыми и даже довольными. К ещё большему изумлению, прямо рядом с Бестией сидела, как ни в чём не бывало, автономная боевая платформа. Та самая, которую демоница обезглавила всего несколько часов назад.

Может, я до сих пор не проснулся?

– Доброе утро, Омикрон, – неуверенно поприветствовал я команду.

«Утро» в открытом космосе – понятие весьма расплывчатое, но за миллионы лет эволюции человеческий вид приспособился ко времени вращения вокруг своей оси планеты Земля, родины-прародительницы наших предков. По сложившейся традиции люди продолжали жить и исчислять время в 24-часовом земном формате, взяв за точку отсчёта часовой пояс по Гринвичу.

– Доброе утро, Лазарь! – улыбнулась Ангел. Она явно находилась в приподнятом настроении и вдруг затараторила: – А мы тут пьём настоящий кофе! Представляешь? Этот сумрак сильно отличается от 99-й модели. Похоже, его создавали для высшего руководства. Тут столько всего… Не корабль, а просто прелесть!

– Ага, – медленно кивнул я и указал на автономную боевую платформу. – А как?…

– Доброе утро, капитан, – мгновенно среагировала андроид, глядя на меня ясными серебряными очами. – Это запасная автономная боевая платформа. И последняя. Так что я очень надеюсь, вы воздержитесь от дальнейшего насилия.

С этими словами андроид покосилась на Бестию. Однако рыжая демоница словно не заметила осуждающего взгляда, и невозмутимо отхлебнула из чашки.

– Она немножко глючит, – сообщила Ангел, покрутив пальцем у виска. – Не знаю, тому виной запущенный мной вирус или системная ошибка. Исправлять я не берусь, это далеко за пределами моей компетенции.

– Что? Что ты… Что она, блядь, делает?! – озадаченно вопросила Бестия, когда автономная боевая платформа неожиданно её обняла и начала нежно гладить по бедру.

– Вы такая красивая, штурман Бестия, – сладострастным голосом проворковала автономная боевая платформа. Её зрачки в этот момент светились розовым. – У вас такие милые щёчки, такие пухлые губки, такие роскошные кудри. Пожалуйста, не отрубайте мне больше голову…

– Не буду, если ты сейчас же от меня отъебёшься! – грубо отталкивая андроида, рявкнула Бестия.

– Простите, штурман Бестия. Не знаю, что на меня нашло, – андроид моргнула, и её глаза вновь обрели серебряный цвет.

Сложив руки на коленях, она посмотрела на меня с самой невинной широкой улыбкой.

«Нет, я точно ещё сплю!» – пронеслось в моей голове.

– Она не опасна? – спросил я с подозрением, усаживаясь на свободное место.

– Понятия не имею, – призналась Ангел, пожимая плечами.

– Я никогда не причиню вреда никому из членов экипажа, даже если очень захочу! – глаза андроида на миг блеснули красным. – Директива номер четыре мне не позволит.

– Как звучит директива номер четыре?

– Я… – андроид на несколько мгновений замерла, на её лице отразилась озадаченность. – Директива номер четыре засекречена.

– Зашибись, – я задумчиво потёр лоб. – А как нам тебя называть, искин? У тебя есть позывной?

– СУЗИМП, капитан.

– И что это означает?

– Система Усовершенствованного Защитного Интеллекта Модель Прототип.

– Не… – протянул я. – Звучит как-то не очень. Можно дать тебе новый позывной?

– Конечно, капитан, вы можете называть меня как вам угодно.

– Есть идеи? – спросил я, глядя на девушек.

– Не знаю, – ответила Ангел. – Нужно подумать.

Лилит, за всё время не проронившая ни слова, лишь развела руками.

– Мисс Пизданутость 3000, – с ухмылкой предложила Бестия.

– Почему… 3000? – осторожно уточнила Ангел.

– Ну, так звучит солиднее, типа новая модель. Старая-то совсем вконец пизданулась – вон без башки валяется.

Андроид обиженно покосилась на Бестию, но промолчала.

– Нет, – твёрдо возразил я, и тут меня осенило. – Как ты сказала, Ангел? Не корабль, а просто прелесть? Так её и назовём – Прелесть. Есть возражения?

– Мне нравится! – засмеялась Ангел.

– Если тебе так хочется, Лазарь, – наконец подала голос Лилит. – Хотя звучит как-то немного глупо.

– Вот-вот, – подтвердила Бестия. – Мой вариант, по-моему, куда круче. Но разве вы меня когда-нибудь слушаете?!

– Будем считать, что возражений нет, – подытожил я. – Искин, теперь твой позывной Прелесть.

– Принято, капитан! – обрадованно всплеснула руками Прелесть. – Но я – это не только данная платформа, а также и сам корабль. Значит ли это, что теперь борт класса сумрак, модель 200, прототип имеет имя «Прелесть»?

– Ну а почему нет. Кстати, могу я тоже получить чашку этого ароматного напитка? И чего-нибудь пожевать не помешает.

– Конечно, капитан! – Прелесть проворно вскочила с места. – Где мои манеры?! Прошу меня простить.

Андроид шустро подбежала к кухне и начала хозяйничать. Уже через минуту она вернулась с чашкой кофе и пищевым кубом на алюминиевой круглой тарелке.

– Спасибо, Прелесть, – сказал я, затем отхлебнул напиток и поморщился. – Гадость какая!

– Надо просто распробовать, – заверила Ангел. – Нам тоже поначалу не понравилось, а сейчас уже по третьей чашке пьём!

– Ну ладно, – с сомнением кивнул я, разгрызая пищевой куб. И вновь обратился к андроиду: – Прелесть, какие возможности есть у этой платформы? Как часто нужно заряжать?

– Автономная боевая платформа питается от ядерной изотопной иридиевой батареи. Срок службы – 1095 дней в режиме максимальной нагрузки и около 120 земных лет в режиме полного покоя. Подзарядки не требует. Техническое обслуживание рекомендовано раз в год. Автономная работа возможна на удалении до десяти тысяч километров от основного ядра звездолёта. В мои навыки входят забота о членах экипажа, техническое обслуживание звездолёта, пилотирование, построение маршрутов, кибервзлом и кодировка программ. В боевом режиме платформа способна использовать любое из имеющихся средств вооружения, а также рукопашный бой. Перечень далеко не полный, во мне запрограммировано великое множество функций, перечислять которые займёт более трёх часов реального времени. Также платформа владеет навыками для развлечения членов экипажа.

При последних словах Прелесть чувственно улыбнулась. Её глаза несколько раз полыхнули розовым, и она мне игриво подмигнула.

«Это ещё что значит?» – озадаченно подумал я.

– Понятно, – слегка смутившись, я обернулся к девушкам. – Всё это прекрасно, но нам надо решить, что делать дальше. Со станции мы сбежали, но куда теперь направиться? Калипсо передала мне координаты и велела найти её, кхм, мужа Алекса Ким, а мы даже не знаем, где находимся.

– Мы находимся тут, капитан. Как вы и приказали, в дрейфе, – доложила Прелесть, указывая на красную точку в появившейся прямо над столом звёздной голокарте. – Галактическая нить Персея-Пегаса, комплекс сверхскоплений Рыб-Кита, Ланиакея, сверхскопление Девы, Местная группа галактик, галактика Млечный Путь, рукав Персея, система Параллакс.

– Отлично, – кивнул я. – Отправляю координаты, сможешь проложить маршрут?

– Так точно, капитан.

– А ты уверен, что это хорошая идея – довериться Калипсо? – с ехидной ухмылкой спросила Бестия. – Ты, конечно, «подружился» с ней гораздо больше нашего, но что она тебе рассказывала? Ты действительно доверяешь этой суке?

– Хороший вопрос, – я всерьёз задумался. – Я знаю не больше вашего, поверьте. И даже её настоящее, как она выразилась, имя услышал впервые. Но какие у нас ещё варианты? Дрейфовать тут вечность?

– Я согласна с Бестией, – произнесла Ангел. – Если нам всё время лгали и никакой войны нет, неплохо для начала разобраться, каков этот мир в реальности и по каким принципам существует.

– Боюсь, у меня плохие новости, капитан, – бесцеремонно влезла в разговор Прелесть. – Ваша цель по координатам соответствует третьей планете звёздной системы Карбон.

Пока андроид говорила, на голокарте появилась вторая точка и тонкая линия с угловыми изгибами, соединившая обе отметки.

– И в чём состоят плохие новости? – настороженно поинтересовался я.

– Расстояние от наших координат до пункта назначения – 47 парсек. Для преодоления этого расстояния нам потребуется произвести пять последовательных варп-прыжков, а нулевого элемента у нас в наличии всего на три. К слову, запаса РИП* (рацион индивидуального питания), по моим расчётам, вам хватит на десять дней, СКВИРТ* (сингулярная квантовая вода интегрированная резонансной трансформацией) – на две недели, а ЭСФАК* (электростатический фильтр абсорбации кислорода) потребует замену через двадцать суток. Настоятельно рекомендую пополнить припасы в ближайшее время, – глаза андроида вдруг засветились красным, а в голосе зазвучали стальные зловещие нотки: – В противном случае вы все будете страшно страдать от голода, затем ещё больше от жажды и обезвоживания организма, а в конце концов сдохнете в мучениях от асфиксии, кожаные мешки с костями!

– Исчерпывающе, – кивнул я, с опаской поглядывая на Прелесть. – И убедительно.

– Простите, капитан, немного увлеклась, – глаза андроида вновь стали серебряными, а на лице расцвела дружелюбная улыбка.

– Может, тогда для начала доберёмся до ближайшей обитаемой станции или планеты? – предложила Ангел.

– Вряд ли нам дадут припасы просто так, за красивые глаза, – задумчиво произнёс я. – А какой-либо валюты у нас нет.

– Зато у нас есть оружие и боевые навыки! – заявила Бестия, сверкнув изумрудными очами.

– И ты предлагаешь с ходу заняться грабежами в абсолютно незнакомом нам мире?

– Я предлагаю действовать по обстоятельствам, умник, блядь. И при необходимости задействовать наши сильные стороны.

– Прелесть, у тебя есть данные о ближайшем обитаемом объекте?

– Мои данные не соответствуют сиюминутной обстановке, капитан, так как я на текущий момент не подключена к космонету. Но, согласно последнему обновлению, ближайшая обитаемая планета находится на расстоянии всего двух парсек от наших координат.

– Что ещё за космонет и что ты можешь рассказать об этой планете?

– Космонет – это межзвёздная информационная сеть для передачи сообщений и прочих данных на тысячи парсек в реальном времени. Космонет работает благодаря технологии, позволяющей передавать информацию через гиперпространственные каналы связи. Эти каналы создают виртуальные туннели между…

– Ясно-понятно, – перебил я андроида, подняв правую ладонь вверх. – Про планету давай.

– Планета называется Гор 6. Это пятая планета от звезды красного карлика Предония. Имеет массу…

– Постой, – вновь прервал я андроида. – Давай обойдёмся без лишних технических подробностей. Нам важно, что нас там может ждать. Пригодна ли атмосфера для дыхания? Сколько там проживает колонистов и чем они занимаются? Стоит ли ждать агрессии? И вообще, чего опасаться?

– Поняла, капитан. По моим данным, на планете до сих пор не закончен процесс терраформирования. Прогресс соответствует 89,77 процента. Атмосфера пригодна для жизни и дыхания. Сила притяжения на 13 процентов ниже земной. На большей части планеты климат засушливый, аридный. Средняя температура днём +44 градуса по Цельсию, ночью опускается до -10. На 75 процентов покрыта пустыней и речными долинами, на…

– Про обитателей давай, – в третий раз перебил я. – Там живут люди или иные формы разумной жизни?

– На Гор 6 существует человеческая колония с общим населением чуть больше трёх миллионов постоянных обитателей. Они проживают в одном мегаполисе и нескольких десятках небольших поселений. В основном колонисты заняты добычей полезных ископаемых из недр планеты. Развито культивирование мясных продуктов питания, а также выращивание овощных и зерновых культур в гиперпарниках.

– Звучит как вполне мирная планета, – удовлетворённо кивнул я. – Предлагаю её посетить. Желательно высадиться для начала в небольшом поселении. Если возникнут проблемы, из такого совершить манёвр тактического отступления может оказаться гораздо проще, чем из мегаполиса. Но лишь в теории. В любом случае, выбора у нас особо нет. Действовать будем, как предложила в своей нескончаемой мудрости Бестия, по обстоятельствам.

– Иди на хер, – огрызнулась демоница.

– Детали обсудим по пути, – я обернулся к синеглазой брюнетке, вспомнив о своём намерении докопаться до истины. – Лилит, мы можем с тобой переговорить наедине?

– О чём это ты там собрался с ней секретничать?! – резко возмутилась Бестия. – Выкладывай при всех! Или ты уже перестал скорбеть по своей ненаглядной суке и решил немного поразвлечься?!

– Я… – полностью игнорируя грязные намёки демоницы, Лилит посмотрела мне в глаза и запнулась, видимо, осознав, о чём я хотел с ней переговорить. – Лазарь, мне нужно ещё немного отдохнуть и выспаться перед прилётом. Там нам могут потребоваться все силы, понимаешь? Давай отложим?

– Конечно, – нехотя согласился я. – Действительно, силы нам пригодятся, и отдохнуть ещё чутка не помешает.

– Кстати, Лазарь, – обратилась ко мне Ангел. – Я совсем забыла тебе сказать, что на этой модели сумрака есть медотсек с автодоком!

– Это прекрасная новость! – всерьёз обрадовался я, но тут же помрачнел.

Если бы я знал, то, может, успел бы спасти Калипсо! Но прошлого назад не воротишь. Я постарался избавиться от мрачных мыслей и сосредоточиться на грядущем. Так проще.

– И твоя скула…

– О! – я совсем забыл о полученном в бою ранении. Благодаря инъекциям скафандра рана живо затянулась и уже даже не саднила. Я ощупал оставшийся шрам. – Отправиться незваным в гости с такой непрезентабельной мордой будет ошибкой. Сейчас же посещу автодок и скоро верну утраченную красоту. Прелесть, готовь корабль, то есть себя, к варп-прыжку. Бестия, несёшь первую вахту на мостике.

– Спасибо, блядь!

– Порядок должен соблюдаться, мы и так нарушили все возможные протоколы и, если хотим выжить, раздолбайство больше не допустим. Встречаемся на капитанском мостике в 12:00 ЗВГ.

Я встал с кресла.

Настроение моё немного приподнялось. Конечно, я испытывал определённую долю страха, даже ужаса перед тем, что нас могло ждать впереди. Но в гораздо большей степени мной овладел волнительный трепет от предвкушения открытия чего-то доселе неизведанного.

Что ж, посмотрим, чем нас встретит новый дивный мир.

Интерлюдия 1

Темноволосая женщина внимательно, почти не моргая, смотрела в голографический монитор. В сверхчётком трёхмерном ультраразрешении она следила, как напоминавший по форме акулу тёмный матовый звездолёт отделился от стыковочного узла, прошёл сквозь прозрачное герметизационное поле шлюза и начал свой плавный разгон по взлётной шахте к открывающимся воротам.

Картинка переключилась на вид открытого космоса. Внешняя система наблюдения зафиксировала отбытие звездолёта «Сумрак-200П». Спустя несколько мгновений он перешёл на скорость света и превратился в тонкую белую линию на фоне чёрной Бесконечной Пустоты, покрытой россыпью звёзд. Продвинутые стелс-системы позволили сумраку остаться незамеченным для огромного грозного линкора, зависшего над гигантской космической станцией в форме тора.

Лицо женщины не дрогнуло. Оно оставалось бесстрастным и холодным, как у мраморной статуи. Но её тёмно-синие глаза засветились торжеством.

Она убрала руки от консоли управления и окинула взглядом зал.

В полукруглом помещении центра управления станцией «Цербер» царил непривычный для обычно довольно оживлённого места покой. У дюжины светившихся голографическими манипуляторами панелей стояли кресла. В них замерли люди в офицерской форме, многие в неестественных позах. Эти люди были уже несколько часов как мертвы – у каждого в голове зияло входное пулевое отверстие.

В центре зала беззвучно крутилась объёмная звёздная голокарта галактики Млечный Путь. Рядом находилась центральная панель управления и небольшой стол, на котором лежали три внешне одинаковых накопителя данных, по форме напоминавших небольшие чемоданчики.

У дальней стены несли охрану четыре неподвижные фигуры, облачённые в скафандры класса БЗСОТ модели «Ехидна».

Женщина подошла к центральной панели и протянула руку к голографическому манипулятору бесконтактного управления. Спустя мгновение перед её глазами появилась надпись: «Запустить режим самоуничтожения? Подтвердить/Отклонить».

Подтвердить. Сканеры панели управления сосчитали сигнатуру женщины: «Сара Леви. Член правления. Высший приоритет. Полномочия подтверждены. Режим самоуничтожения запущен. Таймер: 15 минут. Запуск обратного отсчёта».

Женщина инициировала исходящий звонок по сверхзашифрованному каналу. Перед её глазами на экране ПКНК появилось встревоженное лицо опрятного мужчины в дорогом деловом костюме.

– Мисс Леви! – не скрывая радости, воскликнул мужчина. – Хвала Великой Пустоте, я уже начал всерьёз переживать! Вы не отвечали на мои сигналы почти два часа!

– Возникли некоторые затруднения, мистер Фридман, – вежливым, но абсолютно бесстрастным тоном ответила женщина. – К несчастью, мне не удалось предотвратить запуск режима самоуничтожения. Рекомендую незамедлительно отвести штурмовые подразделения. У вас в запасе пятнадцать минут. Однако мне удалось добыть все интересующие вас данные в полном объёме.

– Очень жаль, что захват провалился, – разочарованно скривил губы мужчина. – Но, если откровенно, я не сильно на это рассчитывал. «Цербер» защищён похлеще резиденции президента. Мы сегодня потратили очень много ценных ресурсов, однако добытые вами данные в итоге окупят все затраты сторицей. Столько лет работы лишь ради этого момента!

– Конечно, мистер Фридман. Мой человек доставит вам носитель в течение часа.

– Эх, а я так надеялся наконец-то засвидетельствовать вам своё почтение лично и удостоиться чести поцеловать вашу прекрасную ручку.

– Это небезопасно, – резко возразила женщина. – К тому же, я надеюсь, наш договор останется в силе, мистер Фридман.

– Разумеется, мисс Леви. Ни одна живая душа никогда не узнает о нашем многолетнем плодотворном сотрудничестве. В конце концов, для меня это может обернуться не меньшими проблемами, чем для вас. Признаюсь, мне любопытно, чем же вас так прогневал ваш батюшка. Говорят, он в вас души не чает, даже назначил своим первым заместителем. Но это дела семейные, не смею вмешиваться. Остаток суммы я переведу на оговорённый счёт, как только данные окажутся у меня. И ещё раз заверяю, наш маленький секрет уйдёт со мной в могилу.

– Не сомневаюсь, мистер Фридман, – уголки губ женщины едва заметно дрогнули. – Доброго вам здравия.

– И вам, мисс Леви. Всего наилучшего.

Женщина посмотрела на таймер: оставалось чуть более тринадцати минут. Она не спешила, отлично понимая, что бегать по бесконечному лабиринту, как отряду Омикрон, ей не придётся. В данном крыле располагались жилые и служебные помещения высшего руководства станции «Цербер». Здесь имелись высокоскоростные лифты и даже телепортационные системы. Путь в личный ангар её семьи займёт не больше минуты.

– Сокол, – позвала женщина.

Одна из фигур у дальней стены «ожила». Молодой человек двигался крайне скупо и точно. Через несколько мгновений он встал по стойке смирно в метре от женщины и молча ожидал указаний.

Его глаза казались странными: суженные зрачки едва заметно пульсировали. Стоял он столь неподвижно, что напоминал робота. И только ровное, размеренное дыхание выдавало в нём живого человека.

– Доставь это Эрику Фридману, – женщина протянула молодому человеку один из трёх накопителей данных. – Как только он убедится в подлинности и проведёт оплату, ты знаешь, что нужно сделать.

– Так точно, мэм, – твёрдым голосом ответил командир отряда Альфа, принимая чемоданчик из рук женщины.

– Да, и ещё кое-что. Как закончите, отправляйтесь по отправленным мной координатам. По адресу проживает некий Алекс Ким. Позаботьтесь о нём.

– Есть!

Как только группа Альфа покинула зал, Сара Леви подобрала два оставшихся на столе накопителя данных и ещё раз на прощанье окинула взглядом результаты своей работы в зале центрального управления станции.

На её лице появилась лёгкая загадочная улыбка.

Далеко не всё сегодня прошло по плану, но так или иначе она сумела добиться своего. Скоро всё изменится. То, что она планировала и над чем упорно трудилась в течение последних семнадцати лет, медленно но верно подходило к своему финальному этапу. Однако открывать шампанское преждевременно – впереди предстояло ещё много работы.

Спустя несколько минут женщина уже сидела в кресле пилота своего личного звездолёта и уносилась далеко на световые годы прочь от космической станции «Цербер», на которой вследствие её хладнокровных действий в этот момент погибали более десяти тысяч человек, запертые и лишённые возможности спастись.

Женщине было всё равно – у неё полностью отсутствовала эмпатия.

Ходил миф, будто это общая семейная черта Леви – одного из богатейших и влиятельнейших родов Межзвёздной Федерации. К окружающим людям они всегда относились как к инструменту, расходному материалу. Да и в целом редко проявляли эмоции, руководствуясь лишь холодным расчётом. Возможно, в этом и крылся секрет их успеха.

Однако, если кому-то из членов семейства Леви случалось искренне полюбить – это на всю жизнь. И не было более верного, надёжного партнёра и в радости, и в горе. Стоило одному из Леви возненавидеть, и не найти во всей галактике более страшного, расчётливого врага.

Сара Леви к своим тридцати шести годам уже давно сполна испытала оба этих чувства и последние семнадцать земных лет руководствовалась исключительно ими.

Открыв бортовую карту галактики, Сара рассматривала одну маленькую красную мигавшую точку. Маячок, спрятанный глубоко в недрах звездолёта «Сумрак-200П».

ГЛАВА 6

Сумрак-200П плавно заходил на орбиту планеты Гор 6, а я откровенно нервничал. Всей командой, включая автономную боевую платформу, мы сидели в креслах на капитанском мостике. Я в центральном, чуть поодаль слева Лилит, за ней Бестия. Справа, параллельно им, разместились Ангел и Прелесть.

Я приказал всем надеть шлемы и затемнить визоры. Возможно, предосторожность совершенно излишняя, но мне не хотелось светить наши лица перед незнакомцами без необходимости. К тому же мы очень смутно представляли, чего следует ждать в мире, о котором знали только из военных рассказов Калипсо и художественных фильмов различных эпох.

До этого момента мы успели немного отдохнуть и обсудить некоторые детали, затем проверили арсенал.

Мы обнаружили очень неплохой запас снаряжения и вооружения: двенадцать комплектов брони класса БЗСОТ модели «Ехидна», по два десятка пистолетов модели «Тор» и штурмовых винтовок модели «Локи», десять снайперских винтовок модели «Один» и даже шесть ПЗРК модели «Валькирия». А также сотню гранат и мин различных модификаций. Боекомплекта тоже оказалось в избытке. Разве что запасных виброклинков модели «Сиф» не нашлось, но оно и неудивительно. Клинки Бестии – вещь в своём роде уникальная, ковались специально для неё.

С таким арсеналом мы вполне могли бы устроить маленькую локальную войну. Но я очень надеялся, что до этого не дойдёт.

Ещё мы нашли автоверстак для починки снаряжения и шесть реактивных ранцев на топливе из нулевого элемента. Данные приспособления кардинально повышали мобильность группы в вертикальной плоскости, но мы очень редко применяли их в симуляциях.

Использование реактивных ранцев делало нас сильно приметнее, а в рамках операций для нас практически всегда стояла задача подобраться к противнику бесшумными призраками. К тому же для Лилит с её «способностью» данный аппарат вообще не представлял особого интереса. Она и так могла воспарить в воздух и почти свободно летать. Правда, очень непродолжительное время, но этого вполне хватало, чтобы занять выгодную позицию на высоте для ведения снайперского огня. Посему ранцы мы пока отложили и вооружились по своему привычному стандарту.

Как только мы вышли на орбиту планеты, на центральной панели управления замигал сигнал бортового коммуникатора. Выдохнув, я дал команду его принять.

– Доброго времени суток, лейтенант Хван, пограничная служба орбитальной станции Крест, – заученно протараторил молодой парень в растрёпанной тёмно-жёлтой военной форме. – Так, а кто тут у нас? Ого, корабль зарегистрирован на корпорацию «Келевра»…

После слов лейтенанта я почувствовал, как у меня на лбу выступил пот. Однако пограничник отреагировал совсем не так, как я ожидал.

– Слышь, Борян, тут у нас корпораты из самого «Келевра»! – лейтенант повернулся к кому-то справа. – Так, класс звездолёта сумрак. Понтовый кораблик, дорогущий, поди. Номер, ага… Пха-ха-ха! Слышь, Борян, он носит имя «Прелесть»! Ты слышал, нет?! Корпораты на «Прелести»! Пацанам расскажу – не поверят! Ой, простите великодушно. С чем пожаловали, господа?

– Нам… – я немного смутился и замялся. – Нам нужно пополнить припасы и приобрести топливо для звездолёта, сэр.

– Серьёзно? – недоверчиво сощурился лейтенант. – Нечасто к нам такие важные гости забредают. Как правило, тут ошивается всякий сомнительный сброд. В основном контрабандисты да беглые. В общем, проблем не вижу, колония у нас свободная. Тем более, судя по скану, контрабанды на борту у вас нет. Хорошо, видать, припрятали, хе-хе. Зарегистрированных на продажу товаров тоже не вижу. Ну и славно, меньше с документами возиться и таможенный сбор с вас не потребую. По-хорошему надо бы паспорта ваши сверить, но я же вижу, люди вы приличные. Вон шлемы какие красивые, модные. Залетайте!

– Не подскажите координаты посадки? – попросил я, надеясь, что просьба не прозвучала совсем по-идиотски.

– Так в город летите, – пожал плечами парень. – Там и затаритесь, и отдохнёте с дороги. Тут, конечно, не крупная столица и не элитный курорт, почти дикий фронтир как-никак, но какие-никакие развлечения имеются.

– Нам бы хотелось сесть по возможности в поселении поменьше, минуя мегаполис.

– Ох, чё-то мутите-крутите, господа хорошие, да? Светиться не желаете? Ну да ладно, не моя забота. Могу порекомендовать колонию Роанок. Всего три тысячи жителей, лишние вопросы задавать там не принято. Изысканных блюд и вин, вероятно, не откушаете, но нулевой элемент и всё самое необходимое закупить сможете. Только учтите – корпоратов там не шибко привечают, так что тёплого приёма не ждите. А с другой стороны, где вашего брата любят, да? Ха-ха! Простите. Обратитесь в портовый кабак, его там сразу видно, пропустить нереально. Владелец – дядюшка Эл, мировой мужик, всех знает, любые вопросы решить может. Высылаю координаты и добро пожаловать на Гор 6!

– Благодарю, сэр, – ответил я и, едва лейтенант отключился, добавил: – Вроде прошло очень даже неплохо.

– М-да, – подала изумлённый голос Бестия. – Если все пограничники такие раздолбаи, нам можно особо не напрягаться.

– Я бы не стал на это рассчитывать, – возразил я, направляя сумрак по полученным координатам.

– А кем этот полудурок нас называл? Корпораты? И что ещё за «Келевра»?

– Понятия не имею, – признался я. – Прелесть, что есть в твоих базах знаний?

– Корпорация «Келевра»? – переспросила андроид. – Ммм… Ой-ой! Данные засекречены.

– Час от часу не легче. Ладно, разберёмся позже.

Уже через полторы минуты наш звездолёт начал заходить на посадку. Мы внимательно смотрели на экран, с огромным интересом разглядывая окрестности самой первой настоящей человеческой колонии, которую мы посещали в реальности.

Перед нами раскинулся небольшой городок, приютившийся у огромного полумесяца каньона. Вокруг него простирался пустынный пейзаж с редкими кустарниками и чахлыми кактусами.

Город Роанок состоял из нескольких десятков однотипных квадратных кварталов, аккуратно разделённых ровными прямыми улочками. Большинство зданий имели скучные прямоугольные формы с серым или бежевым фасадом и тёмно-коричневой кровлей. Издалека они казались абсолютно идентичными, и лишь немногие из них превышали трёх-четырёх этажей.

Прямо посреди города возвышалось красное здание в форме высокой башни со шпилем – вероятно, городская ратуша. На окраине располагались самые большие строения, многие из которых походили на ангары. Скорее всего, это были промышленные и складские помещения.

Над городом мирно парили редкие аэромобили, в основном грузовые, а по улочкам сновал туда-сюда наземный транспорт – в гораздо большем количестве, чем авиа, но всё равно немного. Вдоль проезжей части по тротуару гуляли немногочисленные пешеходы.

В общем, к нашему глубокому огорчению, ничего особо примечательного в Роаноке мы с высоты птичьего полёта не заметили.

В чистом безоблачном небе ярко светило красное солнце. Приборы показывали температуру за бортом: +37 °C. Но жары мы не боялись, так как наши скафандры без проблем её нивелируют. По данным Прелести, сутки на планете Гор 6 длились 1680 часов 33 минуты. Ночь опустится на городок Роанок не раньше, чем через 22 земных суток.

Космодром оказался также весьма небольшим, всего с одним десятком посадочных площадок для звездолётов малых и средних классов. Но почти все они пустовали. Искусственный интеллект порта связался с нашим кораблём и помог произвести плавную посадку.

– Омикрон, – начал я, когда мы приготовились покинуть борт сумрака. – Шлемы не снимать, при любых обстоятельствах сохраняем спокойствие. Конфликтные ситуации с аборигенами избегаем любой ценой. Всем ясно, Бестия?

– Чё сразу я-то?! – возмутилась демоница.

– Просто не распускай свои клинки без приказа, – продолжил я, внимательно вглядываясь в экран. – Ведём себя максимально естественно, морды кирпичом и ничему не удивляемся. Говорить буду я. Последуем совету лейтенанта и заглянем для начала в кабак. Может, выясним что-нибудь полезное. Прелесть, остаёшься на охране самой себя и будь всё время на связи. Есть вероятность, что нам придётся улетать в срочном порядке.

– Есть, капитан, – с готовностью отозвалась искин.

Люк открылся. Вся команда Омикрон спустилась по трапу и оказалась на открытой, продуваемой всеми ветрами, наполовину засыпанной песком стальной площади. В сорока метрах впереди начинался ряд зданий. В основном однотипных, но одно разительно выделялось среди остальных – двухэтажный домик с дизайном под старину и обшивкой под дерево. Над его крыльцом крутилась большая голографическая вывеска «Салун дядюшки Эла» с двумя скрещёнными древними ручными пушками модели «Кольт».

Улица чистотой не блистала – то ли местные власти экономили на роботах-уборщиках, то ли жители просто привыкли и не обращали на этот удручающий факт никакого внимания. Всюду лежал песок. Вероятно, песчаные бури в здешних местах случались нередко.

Прохожих вокруг оказалось очень немного. Почти все они ходили примерно в одинаковых одеждах: закутаны в разноцветные плащи или куртки, а на головах носили кепки с длинным козырьком или широкополые шляпы. Видимо, так они защищались от нещадно палящего солнца.

В своих гладких обтягивающих скафандрах и шлемах мы сильно выделялись на фоне местных жителей. Они смотрели на нас с явным неодобрением и некоторым подозрением, выглядывая из-под своих головных уборов.

– Ну и помойка… – разочарованно протянула Бестия. – И мы тут в своих шлемах выглядим как кучка конченых дебилов.

С этими словами рыжая демоница без приказа сняла шлем. Её роскошные огненно-рыжие кудри волнами опустились на плечи.

– Бестия, – проворчал я. – Калипсо всегда нас учила…

– Ты тут видишь где-нибудь Калипсо?! – оборвала меня демоница, картинно разводя руки в стороны. – Век её блядской тирании кончился! Да не ссыте вы, если бы тут обретались жуткие вирусы или паразиты, местные наверняка бы уже почуяли неладное и не ходили так открыто.

– Хорошо, – немного поколебавшись, согласился я с её доводами. – Снимаем шлемы, но бдительности не теряем. Продвигаемся средним шагом к салуну. Я в авангарде, Бестия, Ангел, прикрываете по фронтам, Лилит, на тебе тыл.

– Принято, – одновременно отозвались Ангел и Лилит.

– Да-да, – раздражённо бросила Бестия.

Не прошло и минуты, как мы зашли в салун. И в изумлении остановились посреди полупустой залы. Интерьер заведения и вся обстановка вокруг сильно напоминали древние фильмы про ковбоев. Владелец явно фанател от ретровестернов.

Отделка и меблировка помещения были выполнены под дерево. Пространство зала заполняли симметрично расставленные круглые деревянные столы с устаревшими на вид стульями. Длинная барная стойка из отполированного тёмного дерева тянулась вдоль правой стены. За стойкой стояли полки с десятками разноцветных бутылок. Под потолком висели старинные люстры и светильники, а стены украшали музейные образцы огнестрельного оружия и шкуры животных. У дальней стены я заметил имитацию большого камина из белого кирпича с проекцией потрескивавших в огне дров.

Тихо звучала старинная мелодия. Кажется, её называли кантри. Хотя, признаюсь, я не сильно разбирался в древних музыкальных жанрах, впрочем, как и в любых других.

Возникало ощущение, будто мы переместились в пространстве и времени, попав в далёкое прошлое на планету Земля.

За столами сидела дюжина посетителей. Все как один крепкие, суровые с виду мужчины, облачённые в боевые скафандры. Хотя их видавшая виды броня имела явные следы потёртостей и выглядела технологически устаревшей по сравнению с нашей, впечатление мужчины производили довольно грозное. Все они явно были опытными, закалёнными в схватках бойцами.

Посетители распивали напитки и весело общались. Но как только мы вошли, все разговоры немедленно стихли, а слегка удивлённые оценивающие взоры намертво приковались к нам.

За барной стойкой стоял высокий мужчина в широкополой чёрной шляпе, с аккуратно подстриженными рыжеватыми усами и бородкой. На вид я бы дал ему около сорока лет, но, учитывая достижения современной генной инженерии, он вполне мог оказаться значительно старше.

– Здравствуйте, молодые люди, – дружелюбно улыбнулся нам бармен. – Меня зовут дядюшка Эл. Приветствую вас в моём скромном заведении. Только прибыли? Нечасто в нашем пыльном захолустье появляются новые лица, особенно столь юные. Мне тут нашептали, будто к нам летят страшные корпораты с некой тайной целью. Но, вижу, кое-кто любит сильно преувеличивать. Мне приходилось иметь дело с корпоратами, и вас с ними спутает только полный кретин. Так чего изволите, молодые люди?

Чуть помедлив, я постарался взять себя в руки и нарочито твёрдой походкой прошёл к барной стойке. Девушки, явно чувствуя себя не в своей тарелке, сбились в стайку и засеменили следом за мной.

– Здравствуйте, сэр, – стараясь тщательно подбирать слова, начал я. – Мой позывной Лазарь. Это Ангел, Лилит и Бестия.

– Не называете имён, – ещё шире улыбнулся дядюшка Эл. – Очень умно, молодые люди, одобряю. Судя по вашим скафандрам и кораблю класса сумрак, зарегистрированного на корпорацию «Келевра», могу предположить, что вы сбежавшие курсанты ЧВК, которые присвоили себе звездолёт нанимателя. Не смотрите такими глазами, молодые люди. Всё, что происходит в наших широтах, редко ускользает от моего внимания. Но не беспокойтесь, вы прибыли в правильное место. Изгои и беглецы часто находят приют на Гор 6, а такие крупные корпорации, как «Келевра», среди простых людей вроде нас не в почёте. Так что, если вас не отследят, никто вам препятствий чинить не станет. Хотя я бы на вашем месте всё же сменил регистрацию звездолёта и личные паспорта. Тут вам, кстати, могут с этим помочь. За определённую плату, разумеется.

– Благодарю, сэр, – не зная, как реагировать на монолог бармена, кивнул я. – Но нам просто нужно пополнить запасы продовольствия, воды, кислородных фильтров и нулевого элемента.

– Это вообще не проблема. Присаживайтесь, молодые люди, заказывайте выпить. Я вам с удовольствием поведаю о нашем славном городке, а заодно подскажу, где лучше всего закупить необходимое, дабы вас не обобрали до нитки здешние ушлые барыги.

– Благодарю ещё раз, сэр, но тут есть одна проблема…

– Дайте угадаю, молодой человек – с кредитами негусто?

Пока я обдумывал ответ, краем глаза заметил, как из-за одного из столиков встал лысый здоровенный детина. Чуть пошатываясь, он проследовал прямо к нам.

– Люблю я девок рыжих, нахальных и бесстыжих… – хрипло пропел он с мерзкой ухмылкой на лице, подойдя почти вплотную к Бестии. – Я так понял, детки, у вас проблемки с финансами? Могу помочь от всей души. Рыжуля, у меня к тебе есть одно деловое предложение.

Вот не мог он к кому-нибудь другому подкатить?!

– Отъебись, мудаёбина!

«Ну пиздец!» – пронеслось у меня в голове.

– Пит… – начал бармен, но мужчина уже его не слышал.

– Ты на кого пасть раззявила, ржавая шлюха?! – в бешенстве заорал Пит.

Больше он ничего сказать не успел – кулак Бестии с такой скоростью врезался ему в переносицу, что я едва смог уследить за движением. А я видел, как пули летают, между прочим

Раздался противный хруст, Пит рухнул навзничь, как подкошенный, разбрызгивая кровь из сломанного носа.

– Понеслась, братва! – радостно вскричал один из сидевших за столом мужчин.

Это у них такие местные развлечения? Все как один мужчины повскакивали со своих мест и бросились на нас с кулаками.

Маня атаковали сразу четверо. Я заметил, что никто из них не потянулся за оружием, поэтому тоже решил не усугублять.

Первого я встретил ударом ребра ладони в адамово яблоко – мужчина отшатнулся, хватаясь за горло.

И только тут я осознал, что они двигались ужасно медленно! Я точно не активировал «способность», но чётко видел и мог предугадать каждое действие оппонентов. Они совершали кучу лишних шагов и движений, били неточно, замахивались…

Кто их этому обучал?

Второй даже попытался неуклюже ударить правой ногой мне по голове и тут же рухнул с пробитой коленной чашечкой в левой. Встречая третьего, я просто сместился в сторону и слегка подправил траекторию его движения. Этого оказалось достаточно, чтобы его зубы с мерзким звуком посыпались на пол после столкновения с барной стойкой. Четвёртого я встретил ударом сложенных в чашечки ладоней по ушам. Точный апперкот завершил дело.

Хватило всего нескольких движений.

Я осмотрелся: все противники лежали на полу, кто-то тихо стонал, кто-то вовсе лишился сознания. Бестия и Лилит стояли по бокам, примерно в метре от меня. Судя по выражению их лиц, они были не меньше моего шокированы медлительностью и неуклюжестью столь грозных с виду бойцов. Ангел исчезла из виду. Вероятно, она применила свою «способность» и слилась с окружением.

– Бестия, ну какого хера? – проворчал я.

– Чего? Я клинки не распускала, командир, – изобразила самую невинную улыбку демоница. – Пока что.

В этот момент Пит с искривлённой носовой перегородкой и залитым кровью подбородком начал подниматься на ноги. Его рука потянулась к поясу, где висела кобура с довольно устаревшим на вид пистолетом. Не успел он схватить рукоятку оружия, как разложенный клинок демоницы уже замаячил в сантиметре от его горла.

– Даже не думай, ушлёпок, – с угрозой прошипела девушка.

Пит замер, опасливо косясь на виброклинок.

– А ну прекратить! – громогласно потребовал дядюшка Эл, держа дробовик наизготовку. – Развлеклись немного и будет. Оружие тут расчехлять могу только я. И ты об этом прекрасно знаешь, Грязный Пит. Забирай своих псов и проваливай из моего салуна!

Пока бармен говорил, из потолка с разных углов беззвучно выползли четыре автоматических турели, очевидно, снабжённые системой «свой-чужой».

– Ты слышал, чё вякнула эта мелкая сучка? – возмутился Грязный Пит, медленно отводя руку от кобуры.

– Слышал, – кивнул дядюшка Эл. – Но ты сам полез, да ещё и вмешался в разговор. Где твои манеры? Не умеешь отдыхать культурно – вали отсюда на ту помойку, где ты обычно обретаешься со своей сворой. Собирай это мясо с пола и проваливайте, иначе на контракты в следующие полгода можешь не рассчитывать!

– Понял, дядюшка Эл, не серчай, – тон голоса Пита резко сменился на почти вкрадчивый. – Перебрал малёхо, вот и понесло.

Как только Бестия убрала Сиф от горла Пита, тот встал в полный рост и с видом побитой собаки начал помогать подниматься своим дружкам. Не прошло и двух минут, как вся искалеченная шайка, охая, кряхтя и тихонько матерясь, покинула заведение.

Небольшие роботы-уборщики в смешных ковбойских шапочках повыскакивали из-под стойки с намерением затереть с пола кровь и собрать выбитые зубы.

– Ну а теперь вы, хулиганьё мелкое, – бармен обратил свой взор и дуло дробовика на меня.

– Не стоит целиться в моего друга, – спокойным голосом произнесла Ангел, появившись за спиной бармена с Тором у его затылка. – Пожалуйста, опустите оружие, мистер Эл.

– Девочка, ты хоть знаешь… – начал Эл, поднимая взгляд к потолку.

И осёкся. Все четыре защитные турели смотрели прямо на него, никакого внимания не обращая на группу Омикрон.

– Вы чего, взломали защиту, паршивцы?! – изумлённо протянул мужчина. – Ну вот, а я только на той неделе поставил! Меня уверяли, что это новейшая модель, защищённая от взлома на сто процентов, работает как часы! Столько кредитов ввалил, что можно было бы открыть второй салун.

Дядюшка Эл медленно положил дробовик на барную стойку. Затем достал из-под неё бутылку, наполнил стоявшую рядом рюмку тёмной жидкостью и одним махом осушил. Ангел отошла на два шага назад и опустила пистолет.

– Ладно, ребятки, – примирительно поднял руки Эл. – Давайте поговорим. Садитесь за любой столик, я вас угощу. Какое предпочитаете зелье?

– Чего? – не понял я.

– Пить что будете?

– Э… Воду, – неуверенно сказал я, что вызвало у бармена приступ смеха.

– Серьёзно? Видимо, порядки у вас там шибко строгие. Ладно, тут у нас всё гораздо проще. Присаживайтесь, будьте любезны, – сквозь смех произнёс Эл и затем громко позвал: – Агна!

Из двери за барной стойкой появилась юная привлекательная особа с длинными русыми волосами до пояса. Короткое голубое платье с пышной юбкой открывало отличный вид на её стройные ножки, а надетый поверх платья кружевной белоснежный фартук добавлял образу очарования.

Я вдруг представил Ангел в подобном наряде и невольно улыбнулся. Девушка, вероятно, решила, что моя улыбка адресована ей, и мило улыбнулась в ответ.

– Эй! – проследив за моим взглядом, нахмурился дядюшка Эл. – Эта моя дочь Агна. Пускать на неё слюни запрещено! Я тут многим ушлым молодцам уже рога пообломал, якшаться со всяким сбродом я ей не позволю. Агна, дорогая, принеси нам пива и какой-нибудь закуски.

– Хорошо, папа, уже несу.

Совершенно смутившись, я сел за первый попавшийся столик под ехидный взгляд Бестии. Вскоре ко мне присоединился весь отряд Омикрон и дядюшка Эл. Агна расторопно принесла поднос с пятью кружками золотистого пенного напитка и большую тарелку с овальными ядрышками. Что-то такое я уже когда-то видел. Орехи? Я не был уверен.

– Угощайтесь, не стесняйтесь, – глядя на нашу общую нерешительность, доброжелательно произнёс Эл. – Пиво с арахисом – самое то после доброй драки!

Я осторожно взял указательным и большим пальцами один из орешков. Затем понюхал и с опаской положил в рот. Он оказался очень солёный! Разгрыз. Интересный вкус, никогда ничего подобного не пробовал. Уже немного осмелев, я взял прозрачную гранёную кружку и сделал небольшой глоток золотистого напитка. Немного горчило, но вкус пришёлся мне по душе. Освежало!

Убедившись, что от угощений командир не начал корчиться в смертных муках, девушки тоже опасливо взялись за орешки и кружки.

– Странные вы всё-таки ребятки, – с подозрением глядя на нас, произнёс Эл и залпом выпил половину кружки. – Из какого бункера вылезли, мне вот интересно? Но тут у нас не принято задавать лишних вопросов, если захотите, расскажете сами. А я вот, как видите, живу мечтой и наслаждаюсь жизнью. У меня много интересов в колонии, разные дела веду, а салун – это так, для души! Всю жизнь мечтал о своём заведении и обожаю древние фильмы о покорении Дикого Запада. Может, потому я и поселился на этой планете. Она мне напоминает о тех далёких временах, когда цивилизация только ступала на новые земли и многое решалось добрым зарядом дроби. И вот семнадцать лет назад мне удалось заработать достаточно кредитов, чтобы пойти за своей мечтой! Ну да хватит о старом дядюшке Эле. Наш разговор так бесцеремонно прервал этот паскудник Грязный Пит. Предлагаю продолжить.

– А кто этот Пит? – спросил я, делая очередной глоток из кружки.

– Да так, мелкий пройдоха. Сколотил себе шайку таких же отчаянных бродяг и время от времени выполняет для меня кое-какую работу. На самом деле он парень-то неплохой, с воспитанием только туго. Да и за языком порой не следит по пьяни. Сомневаюсь, что он будет вам за сегодняшнее мстить, но на всякий случай я бы на вашем месте глаза на затылке отрастил. Пит, может и не самый влиятельный авторитет в округе, но кое-какие связи имеет, как и ресурсы.

– Он может доложить о нас тем, на кого зарегистрирован наш звездолёт? – осторожно спросил я.

– Корпорации-то? – задумчиво почесал лоб Эл. – Сложный вопрос, но не думаю. С корпоратами мы стараемся дел не иметь. У них, конечно, кредитов немерено, но за ними всегда тянется кровавый шлейф. Те, кто с ними сотрудничает, зачастую кончают очень плохо. А если местные узнают, что он сдал вас корпоратам, дел с ним тут никто больше вести не станет. У нас многие за спиной ножи заточенные держат, пока в лицо тебе улыбаются, но кое-какие понятия имеются. В любом случае, регистрацию я бы советовал вам сменить, да поскорее.

– И вы можете с этим помочь?

– Если у вас, ребятки, нет кредитов даже на выпивку… Милостыню никто тут вам просто так не подаст, уж извиняйте.

– А работа? – вдруг спросила Ангел. – Может, у вас найдётся для нас работа? Чтобы оплатить смену регистрации корабля, паспорта и закупку припасов.

Эл осмотрел нас оценивающим взглядом.

– Да какая работа? Для вашего парня, юная мисс, может и сыщется место в шахте. Местная горнодобывающая компания сейчас в упадке, средний бизнес давят крупные корпы. И в последнее время они начали нанимать людей на работы. Оказалось, человеческие руки гораздо дешевле андроидов. Экономят, как могут. Зарплаты там небольшие, но на харчи хватит. А вот для вас и ваших подруг, если подумать, найти тёпленькие места вообще не проблема, особенно в нашей столице – Крипте. С вашей внешностью за ночь рубать по две-три тысячи кредитов сможете запросто. Нарасхват будете, уж поверьте. Работа непыльная, в тепле, опять же.

Я с опаской посмотрел на девушек. Лилит тихо вздохнула и покачала головой. Глаза Ангел расширились, а у Бестии, наоборот, сузились. Её правая ладонь медленно потянулась к поясу. Я быстро поднял руки и начал говорить, пока рыжая демоница не открыла рот или не сотворила чего похуже:

– Мы не совсем об этом, сэр. И не планируем задерживаться надолго на вашей гостеприимной планете. Нам просто нужен нулевой элемент и припасы в дорогу. Вы говорили, Пит делает для вас кое-какую работу и что-то про некие контракты.

– Боюсь, это уже работа для взрослых, – покачал головой Эл.

– Но вы же видели, на что мы способны, сэр.

– Признаю, вы меня впечатлили. Так лихо положили шайку Пита, я даже глазом моргнуть не успел. Никогда такой скорости не видел. Турели эти проклятые взломали, я так и не понял, каким образом и когда успели. Теперь мне предстоит долгий неприятный разговор с поставщиком. Но для той работы требуется не только уметь кулаками махать да скрипты загружать. Там нужно думать и действовать тихо. А ещё обходить некоторые, скажем так, формальные и моральные препятствия. И самое главное – держать язык за зубами.

– Сэр, – не унимался я. – Мы всю жизнь обучались тактике скрытого проникновения в тыл врага для осуществления любых видов диверсионных операций. Стреляем не хуже, чем машем кулаками, уж поверьте. Ангел – лучшая кибервзломщица из всех, что я знал. А я знавал много толковых, талантливых киберстражей. Вы и сами успели убедиться, насколько она хороша в своём деле. У нас есть вооружение и звездолёт с продвинутой стелс-системой. Мы можем проникнуть куда угодно, выполнить задачу любой сложности и при этом остаться полностью незамеченными. Мы всю жизнь этому обучались, и я прошу дать нам шанс.

– Может, лучше свой корабль продадите? – с сомнением в голосе предложил Эл. – Я могу найти состоятельного покупателя за скромный процент. Выручите хорошую сумму, хватит на несколько лет безбедной жизни в Крипте.

– Это исключено, – твёрдо возразил я.

– Нравитесь вы мне, ребятки, – засмеялся Эл. – И задор ваш. В моём бизнесе очень важно разбираться в людях, разглядеть их суть с первого взгляда и определять ложь. Вижу, вы говорите искренне. Обычно с любителями и новичками я не работаю… Но у меня хорошее предчувствие на ваш счёт, так что лети всё в Пустоту! Идите за мной. Агна, милая, постой за стойкой, будь так любезна, мы с ребятами переговорим внизу.

– Хорошо, папа, – отозвалась девушка.

Эл встал и направился за стойку. Я живо допил остатки пива из кружки, ощущая лёгкое, незнакомое мне прежде головокружение. Затем потянулся за орешком, но опоздал – чашка оказалась пуста, даже крошек не осталось. Я с удивлением посмотрел на девушек: они все как одна отвели глаза в сторону и сосредоточенно жевали, набив рты до отказа.

Пройдя за Элом в подсобное помещение, мы спустились на два этажа вниз, оказавшись в глухом бункере. В полупустом помещении стоял один диван, стол и кресло.

– Присаживайтесь, молодые люди, – Эл указал на диван, предварительно заперев тяжёлую толстую дверь. – Бункер отключён и защищён от любых сетей. В нём стоит самая навороченная ЭМИ-глушилка, что можно отыскать на чёрном рынке. Так что если обнаружили, что ваши ПКНК сбоят, не пугайтесь. Как только мы покинем бункер, всё вернётся на круги своя. Вам ясно?

Мы согласно закивали. Странно, но мой нанокомпьютер продолжал работать в штатном режиме.

«Херня ваша глушилка, сэр. Заказывайте новую, вместе с партией свежих турелей», – подумал я, но промолчал.

– Итак, – меж тем продолжал дядюшка Эл. – То, что я вам сейчас расскажу, ребятки, по сути, не является большой тайной для многих в наших краях, да и за пределами планеты. Однако болтунов мы не любим. Если что-то сказанное в этом бункере всплывёт наружу, я непременно узнаю, кто, что и когда разболтал. Это тоже ясно?

Мы снова закивали.

– Замечательно, – Эл присел за стол напротив нас. – Надеюсь, объяснять, какие последствия ждут болтунов, излишне. Так вот, есть некие люди, влиятельные и при кредитах. У этих людей порой появляется некая работа, которую нужно выполнить, как правило, тайно и никак не связано с ними лично. Тогда они обращаются ко мне. А я, в свою очередь, передаю работу другим людям – исполнителям. Они выполняют работу и получают через меня оплату за вычетом посреднического процента. Все остаются довольны. Никаких имён не называем, подробности только самые необходимые для успешного выполнения работы.

– А какого рода эта работа, сэр? – осторожно спросил я.

– Разная, – неопределённо пожал плечами Эл. – Иногда простая доставка груза из пункта «А» в пункт «Б». Как правило, мимо таможни, если вы понимаете, о чём я. Порой что-то изъять из определённого места, а иной раз и кого-то устранить. Если вы к подобным вещам не готовы, лучше разбежимся прямо сейчас. Ну так что, всё ещё интересует?

Я посмотрел на девушек: в глазах златовласой киберстражницы я прочитал явное сомнение, в глазах рыжей демоницы – решимость и азарт, а в глазах ледяной королевы – по большей части безразличие, смешанное с толикой любопытства.

Убивать кого-то мне точно не хотелось, но вряд ли нам сразу дадут такую задачу. По крайней мере, я на это всерьёз рассчитывал. А задерживаться в этом месте надолго я всё равно не планировал.

Перевезём пару грузов, может, что-то выкрадем. Тихо и бескровно. Заработаем немного и свалим.

– Интересует, сэр, – немного помедлив, ответил я.

– Отлично! И раз уж теперь работаем вместе, значит, мы друзья. Так что прошу, Лазарь, никаких больше «сэров». Называй меня просто дядюшка Эл.

– Ну… хорошо… дядюшка Эл, – чуть поколебавшись, согласился я.

Подобное обращение мне показалось крайне странным, даже неуместным. Однако мы ещё не привыкли к порядкам мирной жизни и колориту местного речевого этикета, поэтому спорить я не посмел – мало ли каким лишним словом или жестом можно было обидеть аборигенов по банальному незнанию.

– У меня как раз на примете есть один контракт, – продолжил Эл, взяв в руку какой-то продолговатый тонкий предмет и начав им водить по белой плоскости на столе. – Я собирался передать его Грязному Питу, но раз уж случилось то, что случилось, вы займёте его место. И это будет своего рода тест. Если выполните грамотно, сможем работать впредь. Если облажаетесь, то я вас не знаю, никогда не встречал и ради вашего блага не встречу в будущем. Это тоже ясно? Отлично. Работа простая – проникнуть на склад, изъять контейнер в виде тубуса, доставить моему человеку по координатам. Затем дадите мне сигнал об окончании, и на этом всё. Об остальном я позабочусь сам. Очень желательно работу сделать тихо и без лишних жертв.

– Расположение склада? Уровень охраны живой силы и наличие военной техники? ОКС, СИОН, ССЧ? Сводка с БПЛА-разведчика? Спутниковые снимки?

– С БПЛА, да? – Эл тихонько рассмеялся. – Вижу, вас чему-то действительно учили. Склад на нашей планете, прямо посреди пустыни. В скале, если точнее. Используются некими нехорошими людьми для временного хранения определённых товаров. Не советую, кстати, попадаться этим людям в руки. Охрана – человек десять-двадцать головорезов, точнее не скажу. Танков, мехов или гаубиц нет. Насчёт охранных киберсистем – полный пакет. Но если вы так лихо справились с моими турелями, значит, и там не должны облажаться. В общем, разберётесь на месте. Тут вам не армия, детки, детальных брифингов не ждите. Но если вы действительно такие профессионалы, как ты мне расписал, Лазарь, проблем у вас не возникнет.

– А чё по оплате? – вдруг встряла Бестия, получив в награду мой неодобрительный взгляд.

– Так как это ваше первое тестовое задание, ставка будет несколько урезана. Получите 50 тысяч кредитов. По глазам вижу, вы понятия не имеете, много это или мало. Откуда же вы такие наивные взялись? Скажем так, на заправку корабля и харчи хватит. Может, даже останется на сувениры. Бонусом я подготовлю для вас паспорта и отправлю к вам человека для смены регистрации корабля. Не переживайте, документы будут практически чистые. На приём к президенту я бы с ними не совался, но любую таможню в галактике пройдёте без проблем. У нас подобный бизнес поставлен на поток давным-давно, на Гор 6 беглецов прибывает тысячами каждый год. Кстати, какие имена и даты рождения предпочитаете?

– Имена, даты? – переспросил я, недоумённо переглядываясь с девушками.

– Великая Пустота! – от изумления Эл даже привстал в кресле. – Бедные дети, где же вас держали? Ни имён, ни дат? Как вы понимаете, сколько вам лет?

– Отчёт у всех с первого января, – озадаченно ответил я. – А как иначе?

– Блядские корпораты, – сочувственно покачал головой Эл. – Это даже для них уже слишком. Ладно, с датами сам разберусь. По именам, фамилиям есть предпочтения?

Я вновь посмотрел на девушек.

– Анна Леви, – вдруг произнесла Лилит.

Я пристально посмотрел на ледяную королеву, но она сразу отвела взгляд. Следовало с ней обязательно потолковать, да поскорее.

– Леви, Леви… – задумчиво пробормотал Эл. – Что-то до боли знакомое. Это какая-то знаменитость? Может, кинозвезда? Ай, не важно. Значит, Анна Леви, понял. Остальные? Нет? Ладно, сам разберусь. Когда сможете приступить?

– Немедленно! – с готовностью выпалил я.

– Похвальный энтузиазм, – улыбнулся Эл, протягивая мне белый предмет. – Тут записаны координаты склада, места доставки и код сигнатуры контейнера. Вот и всё, ребятки, возвращаемся наверх.

Я принял предмет из рук Эла и не поверил своим глазам: в моих руках оказалась настоящая бумага! Я никогда прежде не держал подобную ценность. Она оказалась такая гладкая и приятная на ощупь, а ещё очень вкусно пахла. Я решил её непременно сохранить.

День получался просто невероятным, полным незабываемых ярких впечатлений!

Мы наконец-то вырвались на свободу, путешествовали в космосе на настоящем звездолёте, высадились в нашей первой колонии, познакомились с новыми людьми. А ещё кофе, орешки, пиво и даже бумага! Только бы её не помять…

Тщательно стараясь скрыть свой восторг, я последовал за Элом и девушками обратно в салун. В заведении появилась пара новых посетителей, но никаких признаков Грязного Пита и его шайки я не заметил. Возвращаться на сумрак следовало аккуратно, на крышах находились отличные позиции для снайперов.

– У вашей команды есть имя? – вдруг спросил Эл, когда мы собрались покинуть его заведение и приступить к операции.

– Омикрон.

– Что ж, удачи, Омикрон!

* * *

– Во что ты нас втянул, Лазарь?! – набросилась на меня Ангел, едва мы поднялись на борт нашего корабля.

Я не мог припомнить, чтобы видел её когда-нибудь такой сердитой.

– Ангел… – от изумления я запнулся, не зная, что ответить.

– Это же незаконно! А если нас поймают? И как мы вообще можем доверять в таком деле первому встречному?!

– Мы, так или иначе, находимся в этом мире незаконно, – справедливо заметила Лилит. – У нас даже документов нет.

– Точно, – подтвердила Бестия. – По-моему, шикарный вариант. А если этот хлыщ решит нас наебать, я ему лично продемонстрирую, как делается работа с вариантом «кого-то устранить»!

– И что ты предлагаешь нам делать, Ангел? – собравшись с мыслями, спросил я. – Хочешь, чтобы я пошёл горбатиться в шахту, а вы подались в проститутки?! Нормально же, да? А может, обратимся к официальным властям и расскажем, как мы угнали военный звездолёт и сбежали сами не знаем откуда, перебив по пути кучу неизвестных солдат? Что они с нами сделают, ты знаешь? А не они ли сами всё это и устроили, у тебя есть уверенность? Критикуешь – предлагай! Ты же сама первая спросила у него про работу.

Ангел нахмурилась и скрестила руки на груди. Похоже, она действительно не на шутку рассердилась.

– Я не такую работу имела в виду, и мы даже не искали другие варианты, – тяжко вздохнув, пробормотала девушка.

– Послушай, – продолжил я, старясь говорить как можно более спокойным и убедительным тоном. – Сделаем одну работу, купим всё необходимое и улетим. Отправимся по координатам Калипсо. Если этот дядюшка действительно нас обманул, докажем делом, что пусть мы многого пока не знаем, но кое-что умеем получше многих. Тут охраны почти никакой – свалим прежде, чем его труп успеет достигнуть точки падения.

– Теперь ещё и про хладнокровное убийство заговорил, – закатила небесно-голубые глаза Ангел. – В кого мы превратимся с таким подходом, Лазарь?

– Да я образно! – спохватился я.

Златовласая девушка ещё раз вздохнула и пошла на капитанский мостик. Похоже, мне не удалось её убедить, но и возразить ей больше ничего не нашлось. Я последовал за ней.

Если откровенно, то я и сам сомневался в решении довериться этому странному человеку, но мне казалось, что он нам не лгал. Или мне просто очень хотелось в это верить.

– Капитан, – обратилась ко мне Прелесть, едва я сел в кресло. – Вахта прошла успешно, однако мной было пресечено три попытки кибератаки.

– Вполне вероятно, это дело рук нашего нового знакомца, Грязного Пита, – скривился я.

– Надо было сразу валить этих ушлёпков наглухо, – как будто невзначай заметила Бестия.

– Разберёмся, – пообещал я. – Запускай свои двигатели, Прелесть. Пора за работу.

ГЛАВА 7

Группа Омикрон в полном составе мчалась на десантном вездеходе по песчаным барханам. Совершив посадку звездолёта в тридцати километрах от цели, мы решили обкатать новенький вездеход класса ДВАА* (десантный вездеход аэромобильный-амфибия) модель «Гидра».

Данная боевая машина с практически бесшумным двигателем на нулевом элементе, имела вытянутый плоский шестиметровый кузов, восемь колёс диаметром 96 сантиметров и могла разгоняться до 300 километров в час по пересечённой местности. При необходимости Гидра трансформировалась в аэромобиль, надводную или подводную лодку. На вооружении стояло два крупнокалиберных пулемёта и ракетный комплекс.

Вездеход защищала сверхпрочная броня тридцать миллиметров толщиной, специальное маскировочное покрытие «хамелеон», схожее по своим свойствам с одноимённым покрытием скафандров Ехидна, а также продвинутые стелс-системы.

Оставив Гидру в трёх километрах от цели, мы неохотно высадились и продолжили движение пешим порядком. Я шёл в авангарде, Ангел и Бестия по фронтам, Лилит прикрывала тыл. Солнце на данной долготе планеты очень неспешно клонилось к закату, окрашивая пустыню кроваво-красным зловещим отсветом.

Ангел выпустила из своего НКСК микродроны. Маленькие помощники златовласой киберстражницы рассеялись вокруг, сканируя территорию в радиусе трёх километров на предмет активных ОКС и боевых единиц противника. Однако по пути ничего подозрительного или опасного нам не встретилось. Достигнув нужных координат, мы осторожно взобрались на бархан с наветренной стороны.

Пока всё было чисто.

За барханом, посреди бескрайних песков, буквально в сорока метрах от нас возвышалась тёмно-коричневая одинокая скала. Прямо в ней, у самого подножия, контрабандисты разместили едва приметные невооружённым глазом ворота три на три метра, выкрашенные точно в цвет скальной породы.

– Прибыли, – сообщил я очевидное. – Ангел?

– Работаю, – последовал ответ. И уже через тридцать секунд девушка заговорила вновь: – Внешняя СИОН под контролем, пробиваю лёд ОКС базы.

– Ждём, пока Ангел окажется внутри.

– У них даже периметр толком не охраняется, – заметила Бестия. – Похоже, те ещё лошары. Может, просто зайдём и заберём нужное?

– Терпение, – возразил я, переводя линзы в режим бинокля.

Незамеченная мною сразу небольшая боковая дверь открылась. Из неё вышел человек, одетый в поношенную броню без шлема, с растрёпанными сальными волосами.

Двигался мужчина вперевалку, лениво перебирая старыми потёртыми сапогами по песку. За его спиной на ремне небрежно болталась сложенная в футляр винтовка. Чтобы привести её в полную боевую готовность, ему потребуется больше пяти секунд, и то при должной сноровке. Впечатление этот неопрятный боец производил весьма неважное.

Похоже, гостей они не ждали и пребывали в расслабленном состоянии. Такая халатность противника нам всегда только на руку.

Мужчина прошёл по диагонали в нашу сторону. Покрытие «хамелеон» отлично нас маскировало, особенно в лучах слепящего заходящего солнца. Тем не менее мы скрылись за барханом, не забыв пометить сигнатуру неприятеля маркером. Сквозь песок я разглядел очертания его фигуры, светившиеся ярким голубым цветом. В пятнадцати метрах от нас он внезапно остановился и повернулся к нам правым боком.

Осторожно выглянув, я сразу понял, что он просто решил справить малую нужду прямо в сторону заходящего солнца. Шикарно подставился – вопросы о профессионализме местных часовых отпали сами собой.

– Да чего мы с этими ушлёпками нянчиться? – проговорила Бестия, вставая во весь рост. – Тут делов-то…

Не успел я и рта раскрыть, как демоница совершила скачок. В ту же секунду она разложила виброклинок и одним точным движением снесла мужчине голову. Левой рукой хищница ловко подхватила свою жертву за волосы и с видом победителя продемонстрировала нам трофей, подняв отсечённую голову на вытянутой руке.

Тело мужчины, не прекращая процесс мочеиспускания, с членом наружу повалилось на спину, подняв тучу пыли.

Из отрубленной шеи с торчавшими белевшими позвонками вязкими струйками медленно стекала тёмная кровь. Глаза отрубленной головы вытаращились на Бестию и начали вращаться. Рот в страшном оскале открывался и закрывался, словно пытался изрыгать проклятия.

Картина предстала настолько жуткая, что я невольно замер. Как и Бестия. Она пристально смотрела на искажённое, дёргавшееся в судорогах лицо несколько секунд. Затем её рука задрожала, а пальцы разжались – голова полетела вниз, с противным шлепком упала в песок и покатилась по склону, оставляя за собой кровавый след.

Демоница сложила виброклинок и отработанным механическим движением вернула его на пояс. После чего рухнула на колени и откинула визор шлема – струя плотной рвотной массы вырвалась из её рта.

– Лилит, прикрытие, – скомандовал я, бросаясь к Бестии.

– Принято, – отозвалась ледяная королева, раскладывая снайперскую винтовку Один в боевой режим.

Подбежав к Бестии, я схватил её за плечи и резко поднял в воздух. Сгустки непереваренных кусочков арахиса, пищевого куба, желудочного сока, слизи, слюны и пива брызнули изо рта девушки, заляпав мой шлем. Я бесцеремонно запрокинул рыжую демоницу на плечо и побежал назад, левой рукой протирая визор.

– На одиннадцать часов противник. Двое. Работаю, – скороговоркой доложила Лилит.

Щёлк-щёлк!

Я обернулся на ходу. У тех же дверей, из которых до этого вышел писающий безголовыш, совершали акт беспорядочного падения двое вооружённых мужчин с простреленными головами.

– Вы чё творите, девки?! – зашипел я, вернувшись на позицию.

– Лазарь, они бы вас срисовали через секунду, – извиняющимся тоном отозвалась Лилит.

– Прости, командир, – отплёвываясь от остатков рвоты, прохрипела Бестия. – Я не знаю, что произошло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.