Анатолий Ялов
Катание на подножке

ВЕТРА СВИСТ

О, графомана муки!

Как волка вой в полярной ночи, как ножка сломанной кровати,

как рой пчелиный на щеках у девы, как тонкий лёд весенней рати.

На избавление надежды нет.

И нет спасения – кто ищет?

Лишь в сладострастном исступлении, призывно, под триумфальной аркой ветер свищет.

Март 2010

МУЖСКАЯ ДРУЖБА. ВЕРСИЯ

И лоснящийся бок маслёнка,

и идущий под нож огурец,

и хрустящая корка цыплёнка,

и согласный на всё холодец…

Друзья, молчащие о друге,

чьи кружки сдвинуты навек.

На век, на миг – кто следом будет?

С румяной, молодою,

с костлявой ли, с косою –

под венец!

Март 2010

КУЛИКОВСКАЯ БИТВА

Поле Куликово ему по колено,

слоновьи стада он будет пасти,

по плечу ему любое дело,

человечество спасти – пустяки!

Приедет за ним машина

белая, с красным крестом.

Заботливы санитары,

уютен казённый дом.

Разводит руками доктор-волшебник:

«Парень совсем не псих».

Гонят его в три шеи,

и он впервые притих.

Присмотрит себе лужайку

и вместе с пушистой зайкой,

под аккомпанемент соловьёв,

прогуливать будет стайку

премиленьких муравьёв.

Доктор вздохнул устало,

шторы открыл рассвету,

больше гармонии стало

в мире с искусственным светом.

Ноябрь 2010

ЛЕВИАФАН. КОНЕЦ ДЕПРЕССИИ

Депрессии шкала – растоптанная градусника ртуть,

невидимые взору испаренья отравляют память.

Всё так серьёзно, так весомо…

И вдруг, поверх рубцов – живительный ожог,

как будто самолёт натужно

вскарабкался за тучу,

где солнца взрыв – как разъярённый пёс сторожевой,

гостям задавший взбучку.

Вдох долгожданный и внезапный

сквозь вопль ныряльщика смиренный,

сквозь безнадёжность глубины

взметнулся вверх струёй фонтана.

Прочь неизменные качели –

«коль нету дна, то нет и цели»,

и в сердце радость зазвенела!

Всё просто так, и так легко!

И, триумфатором коварным, скатившимся с горы,

прожёг, протёр заледенелое стекло

весенних почек первый дым.

С достоинством вершащие рутину,

с любовью разминающие глину,

где эти люди прежде были?

На площади, открыты взору вновь (но вовсе не обновы),

достоинство и честь – не запонки на рукавах,

не из тюрьмы – из отворённых кладовых дворцовых.

Признательность и уважение в негромких голосах

среди руин, вокруг фонтанов,

как приглашение к началу,

как близкий плеск Левиафана…

Январь 2011

БЛАГОДАРНОСТЬ БАРОНУ МЮНХАУЗЕНУ

Барон Мюнхаузен себя

за волосы извлёк с болота.

Картинка яркая

и, кажется, смешна…

А зря!

Здесь нам указан верный способ,

как средь трясин известных истин

свой путь к свободе проложить.

Один рождён «служить науке»,

иной – «беречь очаг семьи»,

иль «верность дружбе» жизнью доказать,

иль «повести на подвиг рать»…

А ты, сказав себе

«я был рождён», и – «я родился»,

добавишь строчку в этот список?

Ведь на экзамене на школьном

один есть правильный ответ…

А как же тот, предложенный бароном,

и позабытый с детских лет?

Январь 2011

КОЛЫБЕЛЬНАЯ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ

Овечья изгородь домов обшарпанных,

зимние сумерки затыкают рекламам рты,

несвязная речь водкой ошпаренных,

волчьи оскалы проступают из темноты.

Из-под савана окон, глухо зашторенных,

свечи зовущей не смеет пробиться знак.

Из-под колёс лимузинов верноподданных

хозяйским жестом взмывает грязи шмат.

Из-под повязок, кровью пропитанных,

с лакейской угодливостью сочится лютый мрак.

Отцы и матери,

когда были маленькими,

о чём мечтали вы,

для себя открывая мир?

лёгкой поступью за калитку выскользнуть,

согреваясь тяжестью хлеба тёплого,

и в компании ангела доброго

за край света за счастьем махнуть?

Горечь. Отчаяние.

Тихо. Ровное дыхание.

Сон глубокий.

Где-то пчёлы, запах мёда.

Где-то солнце, ветер тёплый.

Где-то клевер, белый, нежный.

Где-то парус белоснежный.

Помечтай и ты, мой друг.

Любовью подгоняемый безбрежной,

неспешно аист замыкает круг.

Январь 2011

НЕЗАВЕРШЁННАЯ ПОПЫТКА БЕГСТВА

Искры, звёзды, барабаны,

старосветские шаманы,

златом полные карманы.

И захмелевшими руками,

нетленные неся стаканы

над покосившейся конечностью стола,

и вздыбленным глазам не веря,

медузой мерзкого объятья

пружину помыслов сжимая,

как зверя пряча под кроватью,

до совершенства доведя

искусство зрелое – не слышать ничего!

Сквозь возражение, рывком,

сквозь толщу развлечений просочилась

разоблачённая слеза,

без приговора – сразу к исполнению скатилась:

это – я!

Предательство змеи, лишённой яда.

Июнь 2011

ОЛОВЯННЫЙ СОЛДАТИК. ДЕТСКАЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.