Светлана Гороховская
Лжи лихие виражи

Часть первая

Глава 1

Все советские девочки мечтали выйти замуж, Лиза Михайлова возвела сие желание в апофеоз. И чем сильнее жизнь чинила ей препятствия, тем сильнее упорствовала она в своём устремлении.

Обычная девочка из среднестатистической интеллигентной семьи, она точно знала, чего хочет, но понятия не имела, как этого достичь. Поэтому просто цепляла своими клешнями каждого, кто проходил, пролетал или проползал мимо, и держала намертво. В процессе уже разбираясь, годится ли данная особь мужского пола на почётную роль мужа и отца её будущего ребёнка. Какими конкретно качествами должен обладать потенциальный кандидат, представляла ещё меньше. Уважение в матримониальных отношениях в её представлении сводилось к терпению, любовь – к радости физической близости.

Школьные увлечения Лизы выливались слезами, институтский короткий роман так и остался за стенами альма-матер. На работе отношения заводить она стеснялась, поэтому особо ни к кому не присматривалась.

К двадцати шести годам вместо статуса замужней дамы Лиза достигла перманентного состояния фрустрации одиночества. Будучи от природы интровертированной, она превратилась в этакую мину замедленного действия. Никто даже не догадывался, что в этой флегме бушуют нешуточные страсти. Со временем нереализованное желания разрывали её изнутри, толкая на необдуманные поступки. Волны печали всё чаще притягивали в её жизнь случайных персонажей, которые уходили так же стремительно, как и появлялись, оставляя кроме горечи разочарования, мысли о собственной непривлекательности и несправедливости судьбы. С удивительным упрямством наступала она на одни и те же грабли. Не имея возможности ни с кем поделиться, все больше замыкалась в себе, накладывая одну на другую тугие спирали обид. Но возродившись, как птенец феникса из сгоревшего дотла гнезда, с новыми силами кидалась в очередную пучину отношений.

Она знакомилась в транспорте и в магазине, на пляже и в автомастерской, не переставая надеяться на встречу с тем единственным, от которого ёкнут бабочки в животе. Как понять, что бабочки те самые, Лиза представляла весьма смутно. Потому что про любовь читала в основном у Ремарка или Мопассана, а те сантиментов не разводили, возводя любовь до глагола. Когда в продаже появился Стивен Кинг, Лиза с упоением погрузилась в ужастики. А подобное, как известно, притягивает подобное.

Постепенно её собственная жизнь превратилась в один сплошной ужастик – нелюбимая работа, на которую она ходила ради денег, жизнь с многочисленными родственниками, которые раздражали, и отсутствие друга, которому можно было бы на всё это безобразие пожаловаться. Она готова была ухватиться за чёрта лысого, помани он в своё болото.

Дойдя до крайней точки отчаяния, Лиза согласилась начать отношения с продавцом из обувного магазина, простым деревенским парнем Костиком, не в добрый час продиктовала она номер своего телефона. Болезненно худой, с вытянутым лошадиным лицом и эльфийскими ушами – не о таком друге она мечтала, орошая ночами подушку. Но он так мило помог надеть, а потом нежно застегнул на ноге сапог, что Лиза согласилась сходить с ним в кино. После прогулки в парке Костик осмелел и с завидным энтузиазмом рассказывал о себе. Лизе не было особо интересно, из какой он деревни, она не рассматривала его кандидатуру всерьёз, так только время провести, пока не подвернётся кто-то более стоящий. И дело даже не во внешней привлекательности, и не в отсутствии финансов, в первую очередь раздражали манеры кавалера. Но лучше с таким, чем дома куковать.

Костик тем временем разливался соловьём и намекал на серьёзность своих намерений, обнимая в подъезде.

Однажды он пригласил Лизу в кафе. Ей заказал капучино, себе чёрный кофе с минералкой. Ну, конечно, именно так пьют кофе в лучших домах Парижа. Неуклюже разлив воду, он принялся промокать лужу на столе бумажными салфетками, мол, не стоит тревожить из-за такого пустяка официанта. Когда на них стали оборачиваться, вдруг заявил, что он секретный агент, а продавцом работает для создания правдоподобной легенды. Лизе следовало уже тогда бежать, ломая пятки. Но нет, сбежать ведь проще всего, но как-то не по-человечески, за три недели она даже немного привыкла к его ушам. Деньги и сама заработает, не в этом счастье, а с мужем можно кофе и дома попить. Да ещё и выдумщик какой, истории всякие выдумывает – заслушаешься. Вот Лиза и заслушалась, пока их не застукала около лифта мама. Лиза опасалась, что всё будет гораздо хуже. Но мама лукаво улыбнулась и неожиданно пригласила Костика к ним на чай с пряниками. Костик с видимым удовольствием согласился.

Лиза вдруг вспомнила, как мама в детстве распугивала мальчишек, она приглашала их всех домой. Мол, сидите, играйте, общайтесь, а я как раз стану за вами присматривать. Лиза перечить матери не решалась, а когда сообразила, что мальчишкам в двенадцать-тринадцать лет неловко сидеть под присмотром школьного завуча, было уже поздно. В провожатые к Лизе с тех пор никто не набивался. Зато сейчас она попыталась воззвать мать к здравому смыслу, заикнулась о том, что ещё не готова представить кавалера семье. Ада Борисовна успокоила, мол, отец ещё в институте, а Эмма с семейством гостят у родителей мужа.

Костик так явно старался понравится Лизиной маме, что она сдалась, надеясь, что на сегодня сюрпризы закончились. Мама пребывала в благодушном настроении, развлекала его школьными байками, и Лиза расслабилась. Как оказалось, слишком рано. выпив третью чашку, Костик заявил, что любит Лизу и готов жениться, хоть вот прямо сейчас. Хорошо, что при вопросе о месте их знакомства и планах на проживание, зазвонил телефон, и мама отвлеклась. Как только она вышла из кухни, Костик на правах законного жениха попросил Лизу одолжить ему денег до следующей получки. Лиза растерялась, однако, чтобы не привлекать мамино внимание, решила всё же одолжить, заранее, впрочем, понимая, что долг он ей простит.

После этого случая Лизин энтузиазм поугас, она несколько раз игнорировала звонки «жениха», втайне надеясь, что ему надоест навязываться, и он, наконец, отстанет. Но от Костика не так-то просто оказалось избавиться, через неделю он позвонил на домашний. Трубку взяла мама, и Лиза уже приготовилась послать его в закат, но не смогла, тот давил на жалость.

– Лизонька, наконец-то я до тебя дозвонился. У меня завтра день рождения, и я хочу пригласить тебя в гости, – затараторил он. – Пожалуйста, у меня никого-никого нет в этом городе. Приходи вечером в магазин, и мы вместе пойдём ко мне.

Слово «нет» следует учиться говорить с детства. В силу мягкого характера и жёсткого воспитания этой наукой она так и не овладела. У неё же нет других важных планов на завтра, поэтому она пойдёт на день рождения к Костику, ей не трудно, а человеку приятно. Не зная вкусы и предпочтения Костика, Лиза купила ему в подарок ви́ски. Если бы она только знала, чем это обернётся!

Когда Лиза подходила к магазину, увидела, что он разговаривает с цыганкой. Смуглая полная женщина в цветастой юбке, розовой вязаной кофте и красным платком с бахромой, обмотанным вокруг головы, притягивала взгляд. Она вспомнила, рассказанную матерью историю, когда ту в студенчестве обворовала цыганка на рынке, сняв бабушкины украшения. Вдруг, и эта такая же, заберёт сейчас у Костика последнее. Лиза достала телефон. Женщина, вероятно, уловив намерение, так взглянула, что у Лизы сдавило виски́. Она притормозила, опасаясь подойти ближе, но та быстро ушла. А Костик, заметив Лизу, шагнул ей навстречу:

– Привет! Это моя мама, она вчера приехала специально, чтобы меня поздравить, а сегодня уже обратно. Подожди минутку, я только переоденусь.

Какое счастье, что не придётся знакомиться с неприятной женщиной.

Похоже, в однокомнатной съёмной квартире гостила не только мама, но и весь табор. Грязно-желтый оргалит закидан коврами и дорожками, диван не застелен, шторы отсутствуют. Костик сварил макароны с сосисками. Лиза любила сосиски, но праздничное меню представляла себе как-то иначе. Он порезал консервированный огурец, выставил майонез. От майонеза Лиза отказалась. Они ели молча перед телевизором, виски Костик не предложил. Лиза радовалась, потому что крепкий алкоголь не любила. После чая с крыжовниковым вареньем Костик повалил Лизу на диван. Она, конечно, предвидела такое развитие событий, но особого восторга не испытала. Хорошо, хоть события Костик не торопил, нежно гладил и медленно раздевал. Лиза закрыла глаза, стараясь понять, нравится ей с ним или лучше прекратить, пока не поздно. Как вдруг почувствовала его пальцы на своей шее. Распахнула глаза и ужаснулась, его злому сосредоточенному взгляду. Когда дёрнулась, он только сильнее сдавил.

Боль и паника сковал Лизу, вдруг осознавшую, что всё это не понарошку. Хорошо, вовремя хватило ума понять, если она хочет дожить до рассвета, следует молчать и, по возможности, не шевелиться.

Скрыть страх в первые минуты не получилось. Костик припечатал её к дивану всем телом, а каждое шевеление воспринимал как попытку к бегству. От ужаса Лиза закрыла глаза. Всё, привет, доигралась! Сейчас он задушит её в чужой квартире, завернёт в старый грязный ковёр и вынесет на помойку. Интересно, как он психиатра прошёл при трудоустройстве, по нём же психушка плачет! А вот по Лизе точно никто плакать не будет. Нет, Оля будет. Воспоминания о племяннице придало сил, ей ведь без Лизы тоже не сладко придётся. Из передавленного горла вырвался вздох, который Костик принял за храп.

– Смотри! Смотри на меня! Не спать!

Она обрадовалась, что осталась в белье, когда он снова начал елозить всем телом. Лиза в постели с маньяком, сцена вторая. Самоирония успокаивала слабо.

– Я хочу тебя! Я так долго этого ждал!

– Давай отдохнём, просто полежим немного, – она вспомнила, что с маньяками лучше всего ласково.

– Нет, я покажу тебе, на что способен!

– Я хочу пить. И я очень устала.

– Потерпи!

– Просто воды, – Лизе удалось чуть привстать.

– Ладно, сейчас принесу.

Костик притащил воду в литровой эмалированной кружке.

– Из-под крана пить нельзя, это тебе не в деревне!

Хорошая новость, смерть от микробов ей не грозит. Лиза глотнула и поморщилась, комнатной температуры вода воняла тиной. Костик, прищурившись, внимательно наблюдал. Не желая вызвать очередной приступ гнева, Лиза сделала вид, что пьёт.

– Я сейчас, – он двинулся в сторону туалета.

Она быстро вылила оставшуюся воду в горшок с засохшей геранью и потянулась за бутылкой виски, стоящей рядом с телевизором. Вылила в кружку две трети, бутылку сунула под диван. Достала из валяющейся тут же на полу сумочки парфюм и принялась демонстративно себя опрыскивать.

– Фу, чего это ты устроила тут газовую атаку, разве тебе не известно, что слишком много духов – дурной тон! – Ага, садист-эстет!

Костик плюхнулся на диван. Лиза пожала плечами и криво улыбнулась, преодолев брезгливость, села к нему на колени.

– Ну, и нафига ты так надухарилась! – он чихнул.

Лиза повернулась и взяла со стола кружку с вииски, делая вид, что собирается отхлебнуть.

– Дай мне тоже! – глотнув, он поморщился: – Не понял!

– Так распробуй получше, чувствуешь запах тухлятины? – она придвинулась ближе.

Костик открыл было рот, чтобы возразить, а Лиза влила в него ещё виски. Поняв, что его обманули, он заревел и попытался подняться, но Лиза только плотнее прижалась к нему.

– Что ты, милый, мы же не выпили за знакомство!

– Сначала надо дело сделать, а потом напиваться.

– Для куража! – она наклонила кружку, закрывающую практически всё лицо, делая вид, что тоже пьёт.

Костины зрачки заметно расширились, губы дрожали.

– Потом, – проблеял он.

– Давай, последний глоточек! – Лиза мягко прислонила кружку к его губам.

Он её не отталкивал, но и не предпринимал попытки взять её в свои руки, Лиза опять влила в него очередную порцию, надеясь, что от выпитого он подобреет и передумает её душить. Ну, или, наоборот, озвереет и тогда… Неожиданно вспомнила про валяющуюся под диваном полупустую бутылку, какое никакое, а всё-таки оружие.

Пока Костик не вышел из состояния ступора, она поднялась и надела платье. Он тоже поднялся, Лиза на шаг отступила. Тогда Костик почесал за ухом, взял со стола кружку с виски и приложился, жадно глотая. Допив, вытер губы тыльной стороной ладони, поднял с пола брюки, достал из кармана карамельку, потянул за концы, намереваясь развернуть, и… рухнул на диван, брякнувшись затылком о деревянный подлокотник.

Лиза охнула, прикрыла рот ладошкой и уставилась на него, силясь услышать дыхание. Громкий хрюкающий храп дошёл до её сознания раньше, чем мысль о внезапной кончине психопата. Колготки с первого раза надеть не получилось, она сунула босые ноги в узкие неудобные туфли, колготки и бюстгальтер запихала в маленькую дамскую сумочку, сгребла в охапку тонкий плащ и выскочила, захлопнув за собой дверь. Уже сбегая по лестнице, вспомнила, что машину оставила около дома. Примостив на толстую чугунную батарею сумочку, с колотящимся сердцем искала сотовый. Черный кружевной бюстгальтер выпал к ногам поднимающейся по лестнице старушки.

– Ша…, тьфу! – прошамкала беззубым ртом та.

Стараясь не реагировать, радуясь найденному телефону, Лиза отыскала номер такси, пальцы попадали по нужным кнопкам с третьего раза.

– Свободных машин нет, ожидайте в течении часа! – отчеканила оператор.

Конечно, она дождётся, куда деваться. Автобусы, вероятнее всего, уже не ходят, а если и остался последний на маршруте, прождать его можно бесконечно долго, а потом всё равно топать пешком до дома. Осень в этом году тёплая и Лиза, практически всё время сидящая за рулём, не предполагала, что к ночи может подняться промозглый ветер. Она жалела, что выскочила на улицу, в такое время вряд ли, кто пройдёт.

Спустя полчаса, сидя на скамейке, в темноте, колготки она всё-таки натянула.

Глава 2

Учитывая печальный опыт, знакомиться с кем-попало на улице Лиза больше не желала. Прочитав где-то, что все цивилизованные люди уже знакомятся по интернету, она завела страничку на сайте знакомств. По крайней мере, переписываясь с человеком можно узнать его получше. А учитывая цены на услуги провайдера, малоимущие слои населения отсекутся автоматически.

Она выбрала никнейм Tarantula, на аватарку прицепила фото ярко-синего пушистого паука, хотя сама анкеты без фото не рассматривала принципиально. Если кто-нибудь понравится, можно будет выслать фото на почту.

Побродив несколько дней в виртуальном мире, Лиза поняла, что и здесь есть свои минусы. Времени на поиск партнёра тратится уйма, впрочем, как и денег и не факт, что на свидание явится именно такой человек, который смотрел на тебя с экрана.

На почве поиска женихов в офисе Лиза сблизилась с Ириной, разведённой матерью двоих детей. Будучи на десяток лет старше Лизы, она охотно передавала опыт. Лиза интересовалась, где можно подцепить парня и как его потом удержать, но делила информацию надвое, учитывая три развода в анамнезе Ирины. Изредка рассказывала о собственных неудачных связях.

Недавно Ирина услышала, что в городе открылся клуб «кому за тридцать» и настойчиво звала Лизу составить ей компанию. В то время как увлечённая новым способом знакомства по интернету, теперь уже Лиза делилась опытом, расхваливая преимущества виртуального общения. Но у Иры не было ни компьютера, ни мозгов, чтобы воспользоваться советами коллеги, и она продолжала настаивать на танцах для взрослых.

– Хватит уже испытывать судьбу, – шептала Ирина, наклонившись к Лизиному столу. – По интернету одни придурки знакомятся.

– Я, по-твоему, дура?

– Нет, ты слишком умная, мужчинам это не нравится. Я имею в виду, что на сайтах знакомств нет нормальных мужиков.

– А где они есть?

– Да, нигде уже!

– А зачем ты тогда ищешь?

– Ну, Лиза, скучно же одной век куковать. Давай на танцы сходим, а?

– Мне ещё нет тридцати. Наверное, меня туда не пустят.

– Да, ну, что ты! Туда всех пропускают, – не поняла шутку Ирина. – Там в основном молодёжь и тусуется. А тех, кому за тридцать, наоборот, мало.

– Жаль.

– Но потанцевать-то мы можем? Если сидеть дома…

– Ага, к тушке лежачей страсть не прильнёт.

– И долго вы будете ещё шушукаться? Работа сама себя не сделает! – загремела из своего кабинета начальница. – Елизавета, зайди ко мне!

Картинно закатив глаза Лиза пошла на зов.

– Слушаю вас, Раиса Александровна.

– Ты прекрасно знаешь, что я на тебя рассчитываю! Воспитываю тебя на своё место, с главврачом уже говорила. А ты вместо того, чтобы правильно себя вести, с этой сплетничаешь!

Лиза молчала, уставившись в пол. Она не совсем понимала, какая связь между работой и сплетнями. К работе претензии есть? Нет. Начальница ей может ещё и подруг выбирать будет?

– Значит так, ещё раз услышу, что ты с Ириной шушукаешься, я с тобой дружить перестану. И давай уже, хватит голодовать! Пора остепениться, хватит в девках сидеть. Должность подразумевает, знаешь ли. Тут такая ответственность, а у тебя одни гульки на уме. И с этой прожжённой разведёнкой чтобы больше не тёрлась! Давай быстренько замуж и ребёночка, я уж, так и быть, годика три ещё подожду, пока ты из декрета выйдешь. И передам тебе дело с чистой душой. Надеюсь, ты меня услышала?

– Услышала. Разрешите идти?

Раиса Александровна великодушно кивнула.

– Да, уж, – бормотала Лиза, вернувшись за свой стол. – Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь!

– Что, достала барскими замашками? – посочувствовала Ирина.

Вот, Ира красотой не блещет, зато успела побывать замужем целых три раза. Её сын в этом году закончил школу, дочка ходит в один детский садик вместе с Лизиной младшей племянницей, а сама она снова находится в активном поиске спутника жизни. Среднего роста, с хорошо сохранившейся фигурой, чуть широковатыми бёдрами и смешным детским хвостиком на затылке, она пользуется повышенным мужским вниманием. В отличие от Лизы.

Умом Лиза понимала, что вполне симпатичная. И даже в своём прежнем, несколько пухлом образе. Теперь она уже три месяца активно худела и весьма преуспела в этом. Отражение в зеркале радовало, а отношение мужчин почему-то не менялось.

Закрадывалась мысль, что количество и качество потенциальных женихов никак не зависит от веса и формы носа. А от чего тогда? И машина у Лизы есть для мобильности, и мозги для поддержания беседы, нет только чего-то главного, стержень отсутствует. Хотя мама как раз считала Лизу упёртой. А она не такая, просто у неё обязательно должна быть цель, то, ради чего стоит жить. Институт она закончила для папы, карьеру делала для мамы, теперь можно она для себя что-нибудь сделает? Например, выйдет замуж и родит ребёнка. Она же ничем не хуже мамы или Эммы, они же вышли замуж. Только мама задавила отца и терроризировала домашних своей безапелляционностью, а Эмма старалась во всём угодить мужу. Лизу такие варианты отношений не устраивали даже теоретически, она мечтала найти золотую середину.

– Может, ещё подумаешь насчёт танцев? – подмигнула Ирина, усаживаясь в Лизину машину вечером после работы.

– Не хочу, сегодня с новым кавалером встречаюсь, – поделилась Лиза в надежде, что та отстанет с уговорами.

– Как тебе только не страшно? Ты же их совсем не знаешь.

– А на танцах знакомиться не страшно? Ты же при знакомстве тоже не просишь паспорт и трудовую книжку.

– Я бы лучше медкарту попросила, – улыбнулась Ирина.

Лиза порадовалась, что её любимое место около дома свободно. Взлетела на седьмой этаж по лестнице, потому что физические упражнения весьма полезны для фигуры.

Дома воняло горелым луком, теперь одежда пропахнет.

– Ну, мам, можно я мультики посмотрю? – нудила восьмилетняя Злата.

– Нельзя, ты еще стих не выучила!

– Мне надоело-о-о!

– Уйди, не путайся под ногами!

Злата с плачем выскочила из кухни.

– Чего ты девчонку драконишь?

– Нельзя запускать учёбу.

Господи, кто бы говорил, сама еле-еле до восьмого класса дотянула!

– Попросила бы лучше помочь тебе ужин приготовить. Чего ты её вечно отпихиваешь? Сама ты уже в восемь лет обеды на всю семью готовила.

– Там без вариантов – или обед, или с тобой нянчиться!

– Так она тебе и с Олюшкой не особо помогает.

– Иди отсюда, Лизка, говоришь под горячую руку, обожглась из-за тебя! Заведи своих и командуй, с этими я уж как-нибудь сама разберусь.

Конечно, разберётся она! Такой гвалт вечно стоит, хоть беруши втыкай. Это ещё Захара не видно, а то бы уже весь дом на ушах стоял. Гуляет, наверное. Вечно до темноты носится. Но сейчас и хорошо, что его нет, Лиза хоть соберётся спокойно.

Зайдя в свою комнату, она увидела сидящую на разложенном диване Олю. Прислонившись спиной к стене малышка старательно выводила в альбоме разноцветные фигурки.

– Приветики!

К четырём годам она не только вполне прилично выговаривала пресловутую «р», но иногда выдавала на удивление разумные замечания.

– Рисуй-рисуй, не отвлекайся! – Лиза заметила Олину попытку собрать разбросанные фломастеры. – Я пойду гулять.

– А я?

– В другой раз, малышка, обязательно пойдём с тобой. Я сегодня иду на свидание.

Оля потёрла розовым карандашом у виска. Лиза улыбнулась, надеясь, что этот жест не указывает на опрометчивость её поступка. Наскоро облившись прохладной водой, Лиза сменила строгий черный костюм на модные брюки клёш, стилизованные под коричневые джинсы, и натянула ни разу не выгулянную водолазку. Она уже поправляла макияж, когда раздался звонок от нового виртуального знакомого Олега.

– Привет, выходи, я под твоим домом.

– Бегу!

Надев удобные туфли без каблуков Лиза понеслась навстречу очередному потенциальному счастью.

На этот раз кавалер оказался с автомобилем, и галантно пригласил покататься. Она бы, правда, предпочитала посидеть в кафе, но самой как-то сразу предлагать не удобно.

– Привет, куда поедем?

Усаживаясь в машину Лиза успела отметить, что парень среднего роста, нормального телосложения и не урод. Очень надеялась, что и не дурак.

– Поедем пока, прокатимся, там видно будет.

– Здорово!

Однако что-то пошло не так. Не успели они выехать на трассу, у Олега зазвонил телефон.

– Алло! Говори быстрей, я за рулём! – он сосредоточенно выслушал собеседника. – Понял. Сейчас буду. Спасибо!

Найдя удобное место для разворота, Олег повернул обратно. Лиза напряглась в ожидании объяснений.

– Извини. Я живу в своём доме. Сейчас сосед позвонил, сказал, собаки забор свалили и убежали. Носятся, район кошмарят, надо ехать ловить. В другой раз встретимся, я позвоню, – кинул он, высаживая оторопевшую Лизу около подъезда.

Самое короткое свидание в её жизни. За это время даже Захар не успел с гулянки вернуться. Зато Олюшка, свернувшись калачиком, заснула в обнимку с альбомом. Переодевшись в домашний костюм, Лиза легла рядом. Настроение испорчено, вечер тоже, делать ничего не хотелось. Плакать тоже не хотелось. Ну, всякие ситуации у людей, наверное, случаются, но это уже – полный бред! Неужели она настолько отвратительна, что парень решил не тратить на неё вечер, обидно. Лиза подвинулась ближе к племяннице, обняла её сзади и уткнулась носом в сладкую детскую макушку. Завтра всё будет лучше, чем вчера!

Но до этого завтра ещё дожить надо, а сон всё не шёл. Лиза включила компьютер и открыла сайт знакомств. Аватарка Олега мигала. Вот же собака серая, да, и пошёл ты! Горело одно непрочитанное сообщение от пользователя под ником Харуки Мураками, сорокалетнего, женатого, жителя Хабаровска.

«Привет, поболтаем?»

«Можно»

«Почему не спишь?»

«Колыбельную спеть некому»

«Давай я?»

«Споёте мне песню ветра?»

«О, ты знакома с Мураками? Респект!»

«Не с писателем, исключительно с его творчеством»

«И как?»

«До Ремарка ему далеко, слог не возбуждает. Но познакомиться с восточным менталитетом любопытно»

Они переписывались до четырёх часов. Обсуждали творчество классиков и современных авторов. Наконец, Лиза сообщила, что пора закругляться.

«Пообещай, что завтра вернёшься!»

«Есть такая вероятность»

«И называй меня, пожалуйста, на ты»

«Не могу. Из уважения к старшим – Харуки за пятьдесят»

«Мне чуть меньше»

«И зовут тебя?… Скажите, как же вас зовут?»

«Не хочу»

«Хоть соври»

«Врать противно»

«Ага, «Харуки» это подтверждает»

«Но ты же по паспорту тоже не Tarantula! Ладно, называй меня, например, просто Руки?»

«Давай лучше я стану называть тебя Ухи»

«Почему Ухи?»

«Короче»

«Как насчёт Мухи?»

«Принято»

Отлично, первая нормальная Муха в её виртуальной паутине! Жаль, живёт далеко. И женат.

Глава 3

После очередного дурацкого и унизительного знакомства с Олегом Лиза дала Ирине обещание подумать над предложением всё-таки сходить на дискотеку. Как ни странно, поддержал эту идею и Муха, мотивируя это тем, что желает женского счастья для своей виртуальной подруги.

«Но я же тогда перестану с тобой общаться?»

«Когда, тогда?»

«Когда замуж выйду»

«Ты думаешь, что замужество – конечная цель человека?»

«По крайней мере, для женщины»

«Замуж – не напасть, лишь бы замужем не пропасть! Слышала?»

«Муха, по-моему, ты просто сгущаешь краски. По одному твоему неудавшемуся браку нельзя судить обо всем человечестве. Есть же счастливые семьи»

Вместо ответа он прислал грустный смайлик. По поводу неудавшегося брака Лиза придумала сама, Муха ей ничего про свою семью не рассказывал. Зато она радостно вываливала ему не только про свою личную жизнь, но и про маму с папой, и про Эмму, и про племянников. Всё, что накопилось на душе за двадцать шесть лет, тем и плакалась недосягаемому, поэтому такому милому другу. Муха всегда отвечал на длинные сообщения и, если она просила, выдавал советы и рекомендации. Со своей, мужской точки зрения.

К пятнице Лизин запал относительно посещения дискотеки прошёл. Очень не хотелось выходить из зоны комфорта. Куда лучше сидеть с чаем перед компьютером. В случае приемлемого варианта знакомства, вынести свою тушку в машину, а при самом удачном раскладе – переместиться в кафе. Летом можно и по улицам прогуляться, но конец октября, как ни крути, к длительным прогулкам не располагает. Ведь для того, чтобы выставить себя в выгодном свете необходимо красиво одеться. Одновременно тепло и красиво получалось, однако, не очень.

Уходя с работы, она сказала Ирине, что пока ещё окончательно не созрела. Но жизнь полна сюрпризов и, к сожалению, не всегда приятных.

– Давай ужинать, я котлеток нажарила! – заворковала Эмма из кухни, когда Лиза вернулась домой.

Наверное, попросит свозить куда-нибудь, как обычно. Родители оплатили больше половины стоимости машины с тем условием, что она будет беспрекословно возить их по первому требованию. В основном требовала мама и Эмма, мужчины обычно стеснялись. Эмма за руль садиться боится, а Антону их родители помогать не собирались. Лиза же очень любила гонять на машине, чувствовала себя уверенной на дороге, и всей душой прикипела к Зяблику, часто вспоминая их первую встречу.

Выбирали машину все вместе. Мама настаивала на серой Висте, Лизе понравилась алая Хонда Цивик.

– Очень вызывающе, я против! – припечатала Ада Борисовна.

– Но дочка же водить будет, не ты. Поддерживаю, берём Хонду. Красная-прекрасная, как зяблик кардинал.

– Большое спасибо, папочка! – кинулась к нему на шею Лиза, когда мать передала свой паспорт на оформление.

Это, наверное, был первый и последний раз на Лизиной памяти, когда отец посмел перечить матери.

В основном Лиза с удовольствием возила родственников по требованию. Исключения составляли случаи, когда она в это же время собиралась на свидания. Сегодня свидание ей не светит, можно и свозить сестру. Лиза ждала, когда та озвучит просьбу. Но Эмма, накормив её куриными котлетами с картофельным пюре, подозрительно молчала, предлагать сама Лиза не собиралась. Поблагодарив за ужин, она настроилась отправиться в очередное виртуальное плавание по просторам интернета с целью обнаружения новых интересных кавалеров.

Для начала перекинется несколькими фразами с Мухой.

Ткнув не глядя кнопку запуска, Лиза уселась поудобнее. Не дождавшись приветственной надписи, она наклонилась к системному блоку и застыла, стараясь осмыслить увиденное. Передняя панель вмята вовнутрь, снизу крышка отошла от боковой стенки. При нажатии на кнопку запуска, компьютер не реагировал.

В их доме только один человек способен сделать такое. Но общаться с ним напрямую Лиза не пожелала и отправилась разбираться с Эммой. Теперь понятно, откуда такая забота с ужином!

– Эм, ты знала, видела, да?

– Ты о чём? – теперь сестра кормила мужа и малышку Олю.

– О том, что Захар поломал мой компьютер!

– Он же не специально, – встала на защиту сына Эмма.

– А может, это вообще не он? – вставил свои пять копеек Антон.

– Кто тогда? Ты? Злата? Может быть мама с папой в футбол в моей комнате играли?

– Нет, это Захар, – подтвердила Оля.

– Тебя вообще не спрашивают, малявка! – прикрикнул на неё Антон.

– А тебя тут кто-нибудь спрашивает? – Лиза вставала в стойку, когда кто-нибудь обижал любимую племянницу.

– Что за шум, а драки нет? – появился в дверях кухни отец.

– Захар отпинал мой компьютер, теперь он не включается. А Эмма его защищает!

– Да, я-то что! Не защищаю я. Просто у Захарки не получилось его включить, и он его пнул. От злости. Случайно.

– Пнул? Случайно?!

– У мальчика переходный возраст. Нервный он. Куда уж тебе бездетной понять!

– Жаба! – Лиза в слезах рванула из кухни.

– Девочки, не ссорьтесь! – Только мамы и не хватало!

– Если бы мы так поступили в детстве с твоим имуществом, мама, ты бы нас…

– Прибила бы, точно! Но сейчас время другое.

– А компьютер мне ремонтировать кто будет? – обернулась Лиза на Антона.

– Не надо меня гипнотизировать. Нас в этом месяце вообще премии лишили.

– Лузер!

– Сама!… – выплюнул зло Антон, но Эмма больно ткнула его в бок локтем.

– Тоша, лучше и правда, поговори с сыном. По крайней мере пусть научится признавать свои ошибки. А то знаешь, что он выдумал? Сказал, что какая-то тётенька около школы подговорила его сломать компьютер Лизы, представляешь? За пятьсот рублей! – шептала Эмма на ухо мужу, когда все вышли из кухни.

– Почему ты думаешь, что это неправда? Деньги показал?

– Нет, – соврала Эмма.

Лиза хлопнула дверью своей комнаты, чуть не зашибив семенившую за ней Олю.

– Господи, детка, как ты меня напугала!

– Я к тебе! – заявила племянница, карабкаясь на диван.

– Я уже поняла. Сама бы с удовольствием от них сбежала, да некуда.

– Давай читать!

Удивительный ребёнок, совершенно не похожий на родных брата и сестру. Захар и Злата в Антона пошли, белобрысые и худые. У Эммы волосы тёмно-русые, сама она нормального телосложения, правда, с несколько широковатыми плечами. Девчушка же у них пухленькая с румяными щечками и угольными кудряшками. Учитывая, что ни чёрных, ни кучерявых в их семье отродясь не было, Антон невзлюбил дочку с самого момента рождения, видимо, подозревая жену в измене. Насколько знала Лиза, Эмму ни в чём таком упрекнуть невозможно, потому обидно за ребёнка вдвойне.

Эмма тоже не питала к младшей дочурке особо тёплых эмоций. Возможно, по той же причине, боялась лишний раз вызывать подозрения мужа. Видя, что и Лиза, и бабушка с дедушкой с удовольствием возятся с Олей, Эмма свела общение с ней до минимума. Гулял с ней тоже, в основном, дед. Если восьмилетней Злате доверить сестру ещё опасались по причине нежного возраста, то безответственному двенадцатилетнему Захару никому бы и в голову не пришло поручить маленькую Олю.

Участие Антона в жизни дочери, не принимая в расчет, факт зачатия, свелось в выборе странного имени – Оливия. Бабушка активно возмущалась, но Эмма встала на сторону мужа, только бы он улыбался. По итогу, с Лизиной подачи девочку дома все называли Олей.

В своё время Эмма после восьмого класса отправилась осваивать азы кулинарного искусства. Сразу после окончания техникума вышла замуж за рабочего столовой, где проходила практику, и после этого толком не вылезала из декретов, потом и вовсе уволилась. Лиза не сильно удивится, если сестрица вместо того, чтобы искать работу, в скором времени озаботится четвёртым ребёнком.

Ожидая Олю, Лиза поудобнее устроилась на диване.

– Тебе помочь?

– Нет!

Малышка из последних сил тащила целую стопку сказок. Бухнула их на диван и понеслась обратно за одной-единственной, вероятно оброненной по дороге. Не забыв прикрыть за собой дверь, Оля сунула Лизе в руки яркое издание с толстыми страницами для самых маленьких.

– Читай эту!

– Царевна-лягушка. Очень символично: куда идти, где встать, чтоб стрелу королевича поймать?

Читала она долго и с выражением. И в конце концов Оля задремала. Поломка компьютера и отсутствие возможности пожаловаться Мухе на домашних, утвердила Лизу в решении на дискотеку всё-таки пойти. Она позвонила Ирине.

Последний раз Лиза посещала танцы, ещё будучи школьницей. Помнила, как мама пару раз любезно отпустила её со старшей подругой в военное училище. Подруга имела твёрдую цель – выйти замуж за морского офицера. Собственно, замуж та вышла, как и планировала. В то время, как Лиза на всю жизнь запомнила, как глупо себя чувствовала среди танцующих, и как курсанты не обращали на неё никакого внимания. Подруга же приклеила на лицо улыбку и стреляла по сторонам глазками, у Лизы так никогда не получалось. И до сих пор не получается. Ну, не умеет она улыбаться напоказ. Как и носить нарядные вещи.

В начале девяностых уже разрешили ходить в старших классах не в форме. Всем, кроме Лизы. Она, по настоянию матери, так и выряжалась до конца в неудобное коричневое платье. А перетянутая вечно тугим поясом школьного фартука, вообще чувствовала себя неуклюжей Чебурашкой. Ещё Эмма подзюкивала, что она, мол, отходила до конца в форме и не умерла. Лиза вязала крючком ажурные воротнички, хотя бы этим немного отличаясь от остальных, что, впрочем, не слишком примиряло её с вселенской несправедливостью.

Руководило ли матерью нежелание выслушивать замечания директора относительно внешнего вида дочери или в семье не хватало денег, уже не важно. Важно только перманентное чувство обиды на мать и ощущение собственной ущербности. Когда девочки ходили в модных лосинах и белых тапочках, она донашивала потрёпанные платья старшей сестры и старые сумки матери. Начав самостоятельно зарабатывать, Лиза, покупала или шила себе только удобную и качественную одежду, выбирала красивую обувь. Да, в последнее время она избавилась от лишних килограммов, однако незакрытый детский гештальт периодически напоминал о себе обидным чувством неуклюжести.

Собираясь на дискотеку Лиза критически осмотрела свой гардероб, придя к выводу, что всё это не подходит для танцев совершенно. Брючные костюмы и строгие платья годились для работы, но никак не для привлечения к себе мужского внимания. Джинсы для прогулок тоже не особо хотелось надевать. Немного подумав, Лиза расчехлила швейную машинку и отрезала добрую треть от своего лучшего рабочего шерстяного платья. Открытые ноги здорово отвлекали внимание от строгого верха.

– Не жалко платье уродовать? И с чем ты это теперь наденешь? – поинтересовалась мама.

Очень хотелось сказать, что с трусами, но в последний момент Лиза решила не затевать очередной скандал, испортив себе при этом настроение. Пробормотав нечто нечленораздельное, закрылась в своей комнате. Туфлями на высоком каблуке Лиза так и не обзавелась, зато вспомнила про сапоги на шпильке, которые до этого некуда было надеть. Они идеально подошли к новому мини-платью. Кроме того, Лиза надеялась, что смотреть всё же станут на ноги, а не на сапоги.

Расчесывая перед зеркалом густые волосы, удовлетворённо отметила, что отрасли они уже ниже талии. Мама длинные волосы осуждала, всегда постригалась коротко сама и настаивая на такой же причёске для своих дочерей. У Эммы дальше каре дело не шло. А вот Лиза невзирая на вечную критику, ещё в институте начала отращивать волосы. Правда, что с ними делать дальше не знала, поэтому всегда убирала назад, вначале шпильками, а когда в продаже появились удобные «крабы», поднимала волосы на макушку.

Собираясь на дискотеку, Лиза неожиданно для самой себя решила волосы распустить и завить щипцами в крупные локоны. Уставшая от ожидания Ирина названивала каждые десять минут.

– Все лучшие столики займут, пока ты копаешься!

– Зачем мне лучший столик с некрасивой причёской!

В довершение образа Лиза накрасила ресницы так, что с трудом поднимала веки. Она не узнала себя в зеркале, но результат её понравился.

– Красивая! – восхищённо развела руками Оля.

Радостная, что добилась нужного эффекта, Лиза поцеловала племянницу и двинулась навстречу новым приключениям. Очень хотелось верить, что для неё сегодняшняя ночь станет волшебной.

Глава 4

Старое двухэтажное здание, по всей видимости, относится к памятникам архитектуры. Хозяева решили соответствовать стилю и, не имея возможности изменить внешний вид, назвали заведение просто – Клуб «У Вождя». Дух советских времён чувствовался сразу после открытия двери в ветхое помещение. Ремонт, похоже, в последний раз здесь делали ещё при том самом вожде. Зато цены за входной билет радовали, даже при небольшой зарплате вполне реально ездить сюда хоть каждые выходные. Спиртное и закуски разрешалось проносить с собой, поэтому многие радостно входили с полными пакетами, планируя незатейливо скоротать вечерок. Компании, занимающие в тёплое время года скверы и пляжи, перебирались под крышу, не сказать, кстати, что тёплую. Поэтому с платьем Лиза угадала. Ирина тоже выглядела отлично. Сохранившая стройность фигуры, вечно молодящаяся, она, наоборот, собрала волосы в кокетливый пучок, туфли на высоких каблуках удлиняли ноги. Пышная короткая юбка в крупный горох делала её похожей на куклу.

Раздевшись в гардеробе, они поднялись на второй этаж. На входе проверяла билеты дама в чёрном платье с черными губами и длинными распущенными волосами, очень напоминающая ведьму.

Громадное помещение, потолки метров десять, с лепниной. Грязные, с облупленной штукатуркой стены, темные шторы с оборванными петлями. По периметру, вплотную друг к другу тулились старые столы на железных ножках, окружённые узкими лавками. В старом деревянном полу, выкрашенном в мрачный темно-коричневый цвет, зияли дыры. Каблуки проваливались в широкие щели, поэтому приходилось всё время смотреть под ноги, а хотелось – по сторонам.

Бармен в высокой черной шляпе ловко откупоривал бутылки и дежурно улыбался гостям. На барной стойке красовалась настоящая тыква, вычищенная с вырезанными глазами и свечой внутри. В зале царила атмосфера таинственности и загадочности.

– Сегодня же Хэллоуин! – вспомнила Лиза.

– А призраки будут?

– Ага, сломавшие шею на этом дырявом полу.

– Да, уж, обстановочка позорненькая. Хотя смотри-ка, публику это не слишком волнует, – Ирина поставила на стол предусмотрительно захваченную с собой бутылку шампанского и два пластиковых стакана.

– Я за рулем, – напомнила Лиза.

– Сделай хотя бы вид, что пьешь. А может, глоточек, для настроения?

– Не надо, я уж пьянею без вина.

Девушки быстро освоились, звучала, в основном, российская попса из девяностых. Спустя полчаса уже и кавалеры на вечер нашлись, Сергей и Лёха. В конце концов они ведь именно за этим сюда пришли. В обществе Сергея Ирина выглядела довольной. А Лизе не нравился прилепившийся к ней деревенский парень Лёха, невысокого роста с некрасивым узким лбом. Пообщавшись с ним в течении получаса, Лиза сделала вывод, что Лёха застрял примерно в середине эволюционного развития.

За это время он успел сообщить, что приехал в город на заработки, что сам из далекого посёлка, где у него остались мама, папа и двухкомнатная квартира. Лизу не интересовала его квартира, а ухаживания раздражали. Умом она понимала, что не все обязаны быть красавцами, что с лица воду не пить. И уж тем более, совершенно необязательно видеть в каждом кавалере потенциального жениха. Можно же просто приятно провести время, потанцевать и посмеяться.

Но смеяться Лизе хотелось только над самой собой за то, что позволила вытащить себя в это убогое заведение с такими же убогими кавалерами.

– Эй, красавица, вашей маме зять не нужен?

Вот только горячих кавказских парней не хватало!

– Не было печали, хачики примчали! – буркнула Ирина.

– Эй, не видишь, девушка занята! – промямлил Лёха, стараясь прикрыть собой Лизу.

– Тобой что ли, малявка? – парень оттеснил Лёху и представился. – Я Рустам!

Пятясь, Лёха упал. Сергей, усиленно до этого делающий вид, что занят Ириной, всё-таки поспешил на помощь односельчанину.

– Ребята, в чём дело? Эй, отпусти нашу девушку!

– Отпусти, придурок! – вырывалась Лиза.

– Слушай, зачем так грубо? – Откуда-то из темноты выступили Рустамовы соплеменники. – Мы же просто познакомиться хотим.

– Не хочу я с вами знакомиться!

– А нам как раз тебя и не хватает, красавица!

Товарищ Рустама, обхватив Лизу за талию и настойчиво тащил к их столику. Развязная полуголая девица отплясывала твист прямо среди тарелок.

– Иди к нам! – пьяно орала она, не переставая двигаться в такт музыке.

– Отпустите! – пискнула Лиза в панике.

Ирина в ужасе вцепилась в Сергея, Лёха маячил рядом. Вокруг них уже собирались люди, но не из желания заступаться за незнакомку, а исключительно из жажды бесплатного зрелища. Гости города явно считали себя хозяевами жизни.

– Девушку отпусти! – неожиданно прогремело над ухом.

Лиза, почувствовав, что её больше никто не удерживает, слишком резко дёрнулась, споткнулась и точно упала бы, не подхвати её вовремя сильные руки.

Высокий, широкоплечий, немного располневший мужчина, лет около пятидесяти немного дольше приличного задержал её в мягких тёплых объятиях. Короткая стрижка и пытливый взгляд никак не вязались с милыми ямочками на гладко выбритых щеках. Такой огромный, как медведь, Лиза на секунду почувствовала себя маленькой девочкой.

– Потанцуешь со мной? – Она согласно кивнула. – Расходимся, отдыхаем, чего замерли! – бросил он в толпу. – Как зовут красавицу?

– Эльза! – зачем-то брякнула она.

– Герман! Будем знакомы. Одна?

– С приятельницей.

– Замужем?

– Зачем бы я тогда сюда пришла?

– Разные у людей мотивы. Как маленькая, в самом деле! – улыбнулся Герман.

– Мне уже много лет!

– А ума всё нет. Молчи лучше, – он нежно прижал её к груди. – Просто танцуй. Можешь, не думать? – Лиза отрицательно покачала головой.

Она не могла. Она думала всегда, сколько себя помнила, столько и думала. За себя и за других. Мысли, прошенные и непрошенные, всю жизнь мешали ей жить. Думала о прошлом и о будущем, о настоящем думалось плохо. Настоящее всегда казалось ей скучным и безрадостным. Жизнь её никчёмная, счастья нет, она уродина, не заслуживающая простого женского счастья. Она живёт до сих пор с деспотичной матерью, в перенаселённой квартире, у неё нет друзей, нет любимого человека, работу свою она терпеть не может. Любимый Зяблик ей безраздельно не принадлежит, как и Олюшка. Ничего у неё нет своего, она неудачница! Самое время поплакать.

– Эй, посмотри на меня! – Лиза послушно подняла голову.

Чуть круглое, располагающее лицо, прямой нос, чувственные губы и глаза, не то синие, не то серые. На миг показалось, что Герман сканирует её, как будто видит и слышит насквозь. Он нежно погладил её по растрепавшемся волосам. Господи, как же приятно, какой он мужественный и нежный! И совсем даже не старый. Вот, опять начинается, человек просто пригласил потанцевать, а она уже представила себя около ЗАГСа в окружении счастливых родственников. Как же можно не думать, когда оно само думается?

– Ты замороченная, детка.

– В чём?

– В мыслях.

– Вы умеете читать мысли?

– У тебя на лбу всё написано. Твоя проблема в том, что ты не умеешь жить в моменте, только здесь и сейчас.

– Этому можно научиться?

– Можно, в принципе, и зайца научить курить.

– Ничего нет невозможного для человека с интеллектом! – подхватила Лиза. —Это мой любимый фильм!

– Не сомневаюсь.

– Почему?

– Ты похожа на Мымру. Где-то в глубине тебя зреет шикарная женщина, нужен толчок.

– Откуда вы знаете?

– Готов поспорить, что на работу ты ходишь не с голой попой.

– Эй, потише на поворотах!

– У тебя взгляд не соответствует внешнему виду. Ты очень привлекательная, но сама этого не чувствуешь. Нарядилась ярко, но тебе в этом некомфортно. Хочешь привлечь внимание к своему телу, но при этом мечтаешь запасть человеку в душу.

– Тоже мне телепат, про многих девушек можно сказать почти то же самое.

– Но немногие из них решаться на подобный эксперимент.

– Какой?

– Видно, что это место тебе не по нраву, но ты готова приходить сюда снова и снова в надежде встретить своего единственного.

– Дурацкая затея?

– Конечно, сперва надо определиться с тем, кто тебе нужен, а потом продумать, где такого можно найти. Если тебе нужен секс на раз, ты пришла по адресу. Но ты же пришла за женихом?

– А вы?

– У меня тут кое-какие дела. А кроме того, я прихожу сюда отдыхать от семьи.

Зачем такая семья, от которой хочется отдыхать, Лиза не понимала. Однако перечить спасителю постеснялась.

– Лиза, куда ты пропала, мы уже хотим уехать отсюда, – Ирина бесцеремонно дёргала её за рукав. Лиза с тоской взглянула на Германа.

– Она сейчас! – Герман произнёс это таким тоном, что дважды повторять не пришлось, Ирину сдуло с танцпола. – Приходи завтра. Только одна, без подруги.

Уходить не хотелось. Вообще отлипать от Германа не хотелось. Но повода остаться она не находила, а он не пытался её задержать. Не предлагал, не уговаривал, но и выпускать из объятий не торопился, дразнил: то прижимался, то немного отдалялся и с любопытством её рассматривал. Когда это показалось совсем уж неловким, Лиза окончательно попрощалась.

– Лиза, мы едем в гости к мальчикам, они пригласили, – Ирина поджидала у выхода из зала.

– Счастливо отдохнуть!

– В смысле? Они нас вдвоём пригласили!

– Я не хочу. Устала с непривычки, на каблуках. Я поеду домой.

– Лизонька, мы едем к нам! – объявил подошедший Сергей.

– Рада за вас, ребята. Хорошо отдохнуть!

– А ты?

– Я домой, баиньки.

– Может, хоть довезешь?

– Ну, вы друзья, совсем обнаглели! Уж как-нибудь сами.

Случись это до встречи с Германом, она бы не только отвезла, но и осталась, посчитав за счастье. Пусть хоть плохонькие, всё лучше, чем одной дома грызть от тоски ногти. И Лёха стал бы очередным экземпляром её и так уже обширной коллекции «не тех». Сойдёт один такой на следующей остановке, уступая место вновь вошедшему. Просто очередной эпизод. Накопилось их за Лизину жизнь уже столько, впору мемуары писать.

Глава 5

Назавтра Лизу разбудила эсэмэска.

«Зря ты не поехала. Я осталась у Сергея, он классный. Лёха расстроился. Они зовут нас обеих в кино».

На что она ответила, что сегодня не может, сестра попросила посидеть с племянницей.

– Привет!

Дверь распахнулась, Олюшка живо вскарабкалась на диван.

– Привет, малышка! Как спалось?

– Не помню. Мама и Злата идут в кино.

– Вдвоём?

– Нет, с мужчинами.

Лиза встала с дивана и отвернулась к балкону, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Ни папу, ни брата Оля не любила и даже не пыталась этого скрыть.

– Может, и тебя с собой возьмут?

– Нет, они со мной возиться не хотят.

– Это ты сама придумала?

– Мама сказала, что я всё кино до конца не высижу.

– А ты высидишь?

– Если ты со мной пойдёшь! – захлопала густыми черными ресничками Оля.

– Ишь, хитрюга! А давай пойдём в кукольный театр?

– Давай! Мы поедем на Зяблике, как королевы?

– Нет, как принцессы!

Как только за семейством сестры закрылась дверь, Лиза позвонила в театр и узнала, что первый спектакль начинается в двенадцать. Отлично, значит, она не будет скучать целый день дома, считая часы до встречи с Германом. А прекрасно проведёт день с любимой племянницей.

Театр представлял ростовых кукол. В её детстве такого не было, куклами трясли из-за ширмы. Всё представление про доброго доктора Айболита Оля держалась молодцом, выдержала до конца, ни разу не закапризничала. Они сидели в первом ряду, на самых крайних местах. Радуясь, что она никому не мешает, Лиза развалилась поудобнее. Интересные куклы, отличная игра актёров вначале завораживали, но спустя полчаса, она, угревшись в толстом свитере, закрыла глаза и, скорее всего, всхрапнула, потому что Оля возмущенно толкнула её в бок. В борьбе со сном Лиза победить не смогла, сказывалось ночная гулянка, но она изо всех сил старалась больше не храпеть.

– Олюшка, какая ты молодец, так хорошо сидела до самого конца!

– Я не для тебя сидела, а для себя!

– Понравился спектакль?

– Очень, особенно Чи-чи! Смотри, она с детками фотается! И Айболит тоже!

– Давай тоже сфотографируемся?

– Ура! – Оля радостно побежала к позирующим артистам.

– Мы с папой первые подошли! – заявил серьёзный мальчик лет шести, с носом-пятачком и маленькими тёмными гла́зками.

Оля скривилась, но из кадра вышла.

– Да, ладно, Стасик, пусть бы девочка сфотографировалась первая.

– Это не честно! – заявил мальчик, а его папа неловко улыбнулся Лизе.

К неприятному удивлению Лизы, папа Стасика оказался «классным» Сергеем», проведенной ночью с которым хвасталась Ира. Он тоже узнал её. Причём не сразу, а когда фотограф велел смотреть в объектив и улыбаться. Лиза не сдержалась, и рассмеялась. На лице Сергея пронеслась целая гамма эмоций. Джинсы, свитер, собранные в пучок волосы – не удивительно, что он не сразу признал её.

Всякое бывает, воскресных пап полно, тем временем уговаривала себя Лиза. Хорошо, что не бросает сына, принимает участие в его воспитании. Подумаешь, Ирина ведь тоже разведена. Лиза с Олей стояли рядом, ожидая своей очереди на съёмку. За ними уже выстроились другие дети. Оля бойко рассказывала чьей-то бабушке, какие сцены из спектакля ей понравились больше всего.

Видя, что Сергей поднялся, Лиза шагнула ближе, но тут Стасик заорал:

– Мама, мама, иди скорее, сфотографируйся с нами!

Женщина, тащившая из гардероба верхнюю одежду для всего семейства, тут же бросила её на диванчик и кинулась на зов. Лиза сразу поняла, что Сергей у них вовсе даже не воскресный, а самый настоящий, действующий папа. Действующий только, к сожалению, не всегда в интересах семьи. Такие отношения Лизу не устроили бы, в принципе. Не может быть, чтобы муж гулял, а жена о этом даже не догадывалась. О том, что Герман женат она в этот момент удачно «забыла».

– Лиза, ну, что ты уснула? – Оля тащила её к освободившимся декорациям.

Они сфотографировались, оделись и вышли на улицу. Ветер стих, солнышко пригрело, пахло морем, домой идти совершенно не хотелось. Вероятно, ей удалось передать своё настроение Оле, потому что та потянула в противоположную от машины сторону:

– Пойдем смотреть кораблики!

Оля гордо вышагивала по парапету, держась за Лизину руку, и болтала без умолку. Радовало, что она почти ничего не спрашивала. Корабли, зашедшие сегодня в бухту Золотого рога, чайки и голуби, люди – её интересовало всё в равной степени сильно.

– Смотри, вон честный мальчик со своими мамой и папой!

Мама Стасика, чуть полноватая, миловидная, с искусственными кудряшками до плеч, что-то рассказывала мужу, отчаянно жестикулируя. По мнению Лизы, она была симпатичнее Ирины и явно моложе. Лиза жалела эту незнакомую женщину и одновременно сочувствовала Ирине, которая наверняка не в курсе семейного статуса нового ухажера. И что теперь делать? Должна ли она выдать чужую тайну?

– Мы были в кукольном театре и фотались с обезьянкой. И с Айболитом, – с порога сообщила радостная Оля.

– Ух ты! – вышла из своей комнаты бабушка. – И ты хорошо себя вела? Тебе понравилось?

– Да!

– Что-то с Захаром и Златой ты не разу не ходила в театр! – Эмма принялась раздевать дочку.

– Извини, а я что, обязана?

– С Оливией тебя тоже никто не заставляет возиться!

– Это вместо спасибо?

– А за что, спасибо-то? Твоё повышенное внимание к мало́й настраивает Злату и Захара против неё же!

– Я не поняла, ты мне запрещаешь с ней общаться? – наклонилась Лиза, стягивая сапог.

– Моя Лиза! – вырвавшаяся от матери, Оля повисла у неё на шее.

– Да кто тебе запрещает, два сапога – пара, да оба на левую ногу!

– Жаба она и есть! – Лиза шагнула в свою комнату.

– Девочки, не ссорьтесь! – вмешалась мама.

Лиза не испытывала абсолютно никаких чувств к старшим племянникам и не считала своим долгом демонстрировать фальшивую любовь. А с маленькой Олюшкой у них сразу возникла взаимная симпатия. Лиза не любила чужих посторонних детей и не относилась к тем женщинам, которые, заметив любого младенца, начинали картинно визжать и сюсюкать. Но когда в их доме появился новый ребёнок с торчащими чёрными волосёнками, она первая потянула к племяннице руки. Олюшка подросла и ответила Лизе взаимностью. Она старалась проводить всё время в тёткиной комнате. Причём, не имело значения, была та дома или нет. Связь возникала на глубоком духовном уровне, и чем сильнее терроризировали их родители, тем сильнее Лиза с Олей привязывались друг к другу.

– Не обижайся на маму, она просто устала.

– Ты опять уйдёшь на танцы?

– Уйду.

– Тогда я буду охранять твой диван!

– Охраняй. А от кого?

– От злых разбойников!

– Договорились!

Лиза улыбнулась, потом вспомнила поломанный Захаром компьютер, на ремонт которого, кроме денег надо время и ещё неплохо было бы знать, где в городе есть подобные мастерские.

Но с другой стороны, если бы Лиза вчера зависла на сайте, не познакомилась бы с Германом. Стоил ли Герман поломанного компьютера – сложный вопрос. Впервые мужчина вызвал в ней уважение. Даже отец не вызывал в ней этого чувства. Бесспорно, отец умный, воспитанный, интеллигентный. Но желает она себе такого же мужа? Нет, нет и нет! Павел Алексеевич – рохля и подкаблучник, к которому в семье не прислушиваются. У них всем и всегда руководила мама. В молодости, наверное, потому, что так ей было проще добиться послушания дочерей. По ходу семейной жизни выяснилось, что и мужу проще подчиняться, чем спорить. Только спустя лет тридцать, когда амбиций и энергии уже поубавилось, Ада Борисовна и сама была не против, иметь рядом надёжное плечо. А поздно уж! Мужей следует воспитывать с самого начала семейной жизни. Ну, или выбирать заранее подходящих. Это кому как больше нравится.

Герман удивительно отличался от её предыдущих кавалеров, кроме возраста и поразительной честности относительно семейного положения, симпатичной внешностью и бесспорным интеллектом. Лиза ещё не знала, что он намерен ей предложить, но уже намечтала, как он станет приглашать её в разные удивительные места и вести долгие интеллектуальные беседы. Ради общения с ним, она готова пожертвовать мечтой о семье и ребенке. По крайней мере, сейчас.

Но компьютер отремонтировать всё-таки стоит. Потому что любовь любовью, но выговариваться кому-то надо. И как она только жила раньше без Мухи?

Итак, стандартный набор – мини, каблуки, накрученные на щипцы локоны – и скромница она опять превратилась в красавицу. Поскольку о времени они не договаривались, Лиза постаралась прийти попозже, не к самому открытию. Герман время не уточнил, она постеснялась спросить. Вряд ли он обычно приходит вместе с основной массой гостей. Глупо, если она придёт и будет его ждать. Хотя, можно незаметно смешаться с толпой и потанцевать, никто же не станет хватать её за руки и спрашивать, с кем она явилась. Так она и сделала, пришла и смешалась с толпой, решив обнаружить себя как можно позже.

Спустя пару минут, как Лиза появилась на танцполе, вокруг неё уже выплясывал смешной мужичонка лет сорока с небольшим брюшком. Обратила бы она на него внимание в другое время? Возможно, да. Он при любом раскладе симпатичнее вчерашнего Лёхи.

– Лиза! – Сергей крутанул её за талию, едва не сбив с ног.

– А говорила, не пойдёшь! – капризно протянула из-за его плеча Ирина.

– Передумала. Зачем я тебе, у тебя кавалер есть.

– А мне? Привет, Лиза!

– О, я вижу вся компания в сборе. Ну, привет, Лёха! Мне без тебя так плохо, – пошутила Лиза.

– Можно с тобой потанцевать? – Сергей оккупировал её. – Ириш, потанцуй с Лёхой разок, пожалуйста! Не обидишься?

Как будто той оставили выбор. Похоже, Ира всё же обиделась, но её мнение Сергея интересовало сейчас меньше всего.

– Лизок, пользуясь моментом, хочу попросить тебя об одолжении.

– Хочешь – попроси!

– Можешь, сделать вид, что не видела меня утром в театре?

– С одним условием, – Лиза остановилась и заглянула ему в глаза. – Ты не только сделаешь вид, что не видишь меня, но и убедишь в этом Лёху!

– Почему?

– Было, может, но прошло, понимаешь? – процитировала Лиза строчку из популярной песни.

Сергей с открытым ртом смотрел, как она лавирует между танцующими.

На душе сделалось противно, вдруг показалось, что все мужчины лгуны. Только кому-то удаётся успешно маскироваться, а кто-то случайно попадается. Некоторые и вовсе не скрывают своих похождений. Интересно, отчего это зависит и можно ли сделать так, чтобы твой муж не гулял? Верить очень хотелось, теперь дело за малым – найти жениха, который впоследствии станет верным мужем.

Это не просто заинтересовать постройневшей фигуркой и пушистыми локонами. Попробуй добиться каждого следующего свидания, а тут –замуж! Что-то из области фантастики. Да, с таким настроением только по клубам ходить, женихов искать! Притворятся у Лизы всегда получалось плохо. Отвратительное настроение открывалось окружающим кислой физиономией. «У тебя всё хорошо, доченька? Может, случилось, что?» Подобные вопросы родителей бесили неимоверно. Больше всего в такие минуты хотелось, чтобы её оставили в покое. Но об этом тесной квартире Лиза могла только мечтать.

Она ведь приехала сегодня в хорошем расположении духа, планируя провести время в обществе интересного мужчины. Так нет же, нарисовался этот лживый Сергей со своим противным другом, и хорошее настроение сменилось печалькой. Приехали из своей деревни, и как с цепи сорвались. Сергей вон даже жениться успел. А квартиру, видимо, с Лёхой вместе снимает так, на всякий случай. Собственно, не её это собачье дело, у каждого свой путь, и свои представления о жизни.

– Привет! – Лиза обернулась.

– Вы меня напугали!

– Прости, я не специально, – улыбнулся Герман. – Поехали?

– Куда?

– Покажу тебе ночной город. Хочешь?

– Хочу.

Они оделись и вышли улицу.

– Лиз, ты куда?

– К машине, – она даже не заметила, что он уже не идёт за ней. – Или мы пешком пойдём?

– Я думал, на моей поедем, – Герман подошёл к золотистому Лэнд Крузеру. – Ты не говорила, что за рулём.

– Вы не спрашивали.

– Красивая птичка!

– Зяблик. Я бы не хотела тут машину бросать.

– Отлично, тогда я еду за тобой до твоего дома, ты паркуешься, заодно я смотрю, где ты живёшь. Дальше едем на моей. Как план?

– Принимается.

Лиза оставила машину на своём любимом месте, Герман открыл перед ней дверь джипа и подал руку.

– Куда поедем?

– Я думала, вы катаете?

– А хочешь, ты меня покатай?

– Да вы что!

– Не хочешь или боишься?

– Боюсь, это же целый дом на колёсах! Габариты совсем другие.

– Да, ночью машин не много. Или хочешь, поедем за город?

– Очень хочу! – у Лизы от восторга загорелись глаза.

– Лиз, что-то я тебя раньше в Клубе не видел, – то ли спросил, то ли констатировал Герман, уступая ей место за рулём.

– Откуда вы знаете?

– Я бы тебя запомнил.

– Что меня Лизой зовут.

Герман расхохотался.

– Я не знал, Эльза – Лиз. А как тебя зовут?

– Елизавета.

– Так что насчёт Клуба?

– Я вчера пришла в первый раз.

– Ну, и как тебе?

– Убого.

Герман опять развеселился, Лиза насупилась.

– Вы со мной не согласны? Или вы хотите сказать, что вложили в него кучу денег?

– Нет, всё верно. У меня мастерская по ремонту автомобилей. А Клуб так… Я просто помог людям раскрутиться.

– Хорошо раскрутились. У вас, кажется, в городе нет конкурентов?

– Ночных клубов полно.

– Ну, вы сравнили! Ценник там в разы выше.

– И публика?

– Каждому своё.

– А тебе? Хочешь, сходим как-нибудь?

– Нет! Ни за что! Я была один раз, ещё в институте. Больше не хочу.

– Чего так? Обстановка не понравилась?

– Не понравилась. Школьники поголовно, стоят, трясутся, верёвки с потолка какие-то свисают, грохот, как будто кувалдой по башке бьют. Я вообще шум не люблю.

– Музыку не слушаешь?

– Нет.

– Совсем?

– В машине шансон играет иногда, дома не слушаю.

– Так я не понял, а где ты с парнями знакомишься? Или хочешь сказать, что не знакомишься?

– Знакомлюсь. Иногда по интернету.

– Ну, и как?

– По-разному.

– Наверное, не очень, раз в клуб пришла?

– Коллега давно вытаскивала.

– Подсадила бы её на интернет!

– Не её вариант. Во-первых, у неё дома компьютера нет. Во-вторых, она не верит, что в интернете можно найти нормального парня.

– А ты веришь?

– Везде люди разные. И в интернете, честные есть и в реале врут сплошь и рядом.

– Тебе, вероятно, одни вруны попадаются?

– Нет, в основном, уроды и неудачники, – сама от себя не ожидала такого выпада Лиза.

– О, как! А зачем ты с такими знакомишься?

– Они сами со мной знакомятся. Ладно, я догадываюсь, что дело во мне, – поймала она внимательный взгляд Германа.

– Да, Лизок, всё от неуверенности. Хочешь, по берегу прогуляемся.

– Жалко, что не лето, разуться не вариант. Как и на каблуках топать по песку.

– Давай, я понесу тебя на руках? Да, ладно, шучу, расслабься! По дорожкам пойдём.

Въезжая на пляжную парковку, Лиза вспомнила, что летом тут стоял шлагбаум, а за проезд взимали мзду. В осенних прогулках есть свои прелести. С одной стороны, на пляже осенью, да ещё и ночью, они были одни. С другой, чуть сойдя с торгового пятачка, они оказались в кромешной темноте. На заколоченных летних базах отдыха кое-где горели одинокие лампочки, направленые на внутренний двор, а не на подъездные дорожки.

– Тебе не страшно?

– С вами нет.

– А меня ты не боишься? Ведь ты меня совсем не знаешь, а поехала в глушь. Вдруг, я маньяк? – Лиза вздрогнула, вспомнив Костика, но отпустить локоть Германа не решилась.

– Значит, мой хладный труп найдут весной на берегу. Ничему меня жизнь не учит.

– Были прецеденты?

– Были.

– Всё закончилось хорошо?

– Хорошо. Но, к сожалению, не закончилось. Он знает, где я живу и уже два раза караулил около дома.

– Боишься?

– Да, нет! Чего мне бояться днём среди людей. Ну, то есть когда я возвращаюсь с работы ещё достаточно людно. А как увидел, что у меня есть машина, снова возбудился.

– Ты доверчивая.

– Ага, было у неё доверие к миру и отдельным его представителям. Несмотря на то, что представители уходили, доверие оставалось.

– Ой, уморила!

– Это не я, а Виктория Токарева. Точно с меня писала, – пробормотала она уже себе под нос.

Они гуляли почти часа два, пока Лиза окончательно не продрогла. Потом Герман посадил её в машину, включил печку и повёз в сторону города. В первом же попавшемся пит-стопе купил себе крепкого кофе, а Лизе сладкого чаю с лимоном и влил в стакан несколько капель коньяку.

– Попробуй, может ещё сахару попросить?

– Божественно! Вкуснее в жизни ничего не пила.

– Спасибо, девушка! – кивнул Герман баристе и закрыл окно.

До Лизиного дома они ехали молча. Лиза наслаждалась чаем.

– Опять занырнёшь в виртуальный мир? – спросил Герман, помогая ей выйти из машины, точнее просто спустил на руках.

– К сожалению, племянник отпинал мой компьютер. Не знаю, где у нас ремонтные мастерские.

– Выходит, я твоему племяннику обязан знакомством?

– Можно и так сказать.

– Может, ему мячик подарить?

– Лучше ремня дать!

– А что, родители не справляются? – Лиза отрицательно покачала головой. – Давай, я заберу твой компьютер и починю?

– Если вам не сложно, – Лизе уже казалось, что она в сказку попала.

– А за это ты со мной сходишь в кино. Или в цирк?

– Цирка мне вполне хватает в жизни.

– Вот Мымра она и есть!

– А в кино схожу с вами и за просто так, с преогромным удовольствием.

– Не любишь цирк?

– В детстве почему-то не особо любила.

– Интересно, когда закончилось твоё цирковое детство? Там сейчас фееричная программа. А мне одному скучно.

Лиза замялась.

– Ладно, Лизок, начнём с кино. Цирк гастролирует ещё недели две, дозревай.

Герман поднялся с ней в лифте на этаж. Когда двери открылись, выглянул в коридор, убедившись, что там никого нет, вежливо поцеловал в щёку.

– До послезавтра!

Прежде, чем Лиза успела ответить, нажал кнопку первого этажа.

Полночи Лиза не находила себе места. Она вспомнила, что они не обменялись телефонами. И что теперь делать? Он узнает её номер по телефонному справочнику? Но для этого надо знать фамилию и номер квартиры. Или этот симпатичный взрослый дядька оказался обычным динамо? Жаль, он ей очень понравился. И даже странно, что не приставал. И компьютер, как назло, поломался, Муха бы подсказал выход.

Глава 6

Понедельник не задался с самого утра. Лиза проспала и опоздала на работу. Всего на десять минут, но Раиса Александровна, как назло, заметила и устроила выволочку на глазах у собравшихся по Лизину душу посетителей. Ирина сидела надутая, разговаривала через губу, а завхоз устроил настоящий скандал за то, что Лиза попросила его забрать требуемую справку после обеда.

– Сделай Ивану Ильичу справку сейчас и зайди ко мне! – прекратила спор Раиса Александровна.

Лиза требование выполнила и постучала в кабинет, собираясь с мыслями. Если она опять будет выговаривать за опоздание, Лиза начнёт отгавкиваться, потому что надоело молчать. Она всегда, когда надо было, и после работы задерживалась и в обед работала. Второй раз в жизни опоздала, что её за это расстрелять теперь? А одолжение сотрудникам она и так всегда делает, выдаёт документы сразу, а не в течении трёх дней, как положено по трудовому законодательству. Просто у неё на утро было запланировано более важное дело, заполнение табеля для бухгалтерии. И вообще…

– Заходи, Елизавета, у нас с тобой будет серьёзный разговор.

– Знаете, Раиса Александровна, – решила начать с нападения Лиза, – я считаю, что можно было не выговаривать мне при всех, я ведь всегда стараюсь идти людям навстречу и опоздала…

– Возможно, в твоих словах есть доля истины, но я, знаешь ли, надеялась поговорить с тобой до начала рабочего дня, пока ещё девочки не пришли.

– Позвонили бы, сказали, я бы раньше приехала.

– Раньше я сама не знала, мне Ксюша только что сказала.

– О чём?

Собственно, Лиза не особо интересовалась больничными сплетнями, и что там сегодня сказала секретарша главврача ей тоже, по большому счёту, до фонаря. Начальница замолчала, и Лиза решила, что та ушла глубоко в себя, потеряв нить разговора. Но она ошибалась, Раиса Александровна собиралась с духом.

– В пятницу вечером в приёмную позвонил некто и сообщил, что у нас работает ВИЧ-инфицированный.

– Да вы что?!

– Представь себе. И это ты, Лиза!

– Что?!

– Хватит чтокать! – тут Раису Александровну прорвало. – Ясно же, что ты ведешь разгульную личную жизнь, и твои неразборчивые связи отрицательно сказываются не только на твоей репутации, но и, как оказалось, опасны для окружающих.

– Да, как вы!..

– А вот так! Сейчас ты пойдёшь, сдашь кровь на ВИЧ, поняла? Я договорилась в лаборатории. Взяла грех на душу, сказала, что ты зубы в подворотне лечила, а сама попросить стесняешься. Зиновию Семёновичу Ксюша обещала не говорить. Но сама понимаешь, я на чужой роток не могу накинуть платок. Ну, и, конечно же, если слова доброжелателя подтвердятся, мы с тобой распрощаемся.

– Какой ужас!

– Да, мне тоже будет тебя не хватать, я так на тебя рассчитывала!

– Я про гнусную клевету…

– Всё, Лиза, свободна. Пока не придут результаты, сиди тише травы, ниже воды. Ну, ты поняла.

Лиза кивнула и выскочила из кабинета.

Она бегом бежала по коридорам, не обращая внимания на удивлённые лица персонала. Это она могла не помнить всех в лицо, а работники уж точно знают в лицо кадровика, который оформлял их приём на работу. Лизины подопечные – работники административно-хозяйственной части, не только знали её в лицо, но и в основной своей массе симпатизировали ей. Она отвечала им взаимностью, ни разу не пожалела, что работает с людьми неквалифицированными, а порой и малограмотными. Сейчас десятки глаз провожали её, сочувствуя неизвестному горю, которое в полной мере читалось на её покрасневшем лице. Сердце колотилось, дыхание сбилось, она плюхнулась на скамейку под дверью лаборатории, не обращая внимание на желающих расстаться с несколькими миллилитрами собственной крови. Стараясь унять выступающие слёзы, она вспоминала, следует ли сей анализ сдавать на голодный желудок, и считается ли стакан сладкого кофе приёмом пищи?

– Лиза, заходи, – медсестра выглянула из кабинета. – Да, не бойся ты, всё будет в лучшем виде. Закатай рукав, поработай кулачком. Я попрошу, чтобы послезавтра сделали. Сама зайдёшь или принести?

– Сама. Спасибо, Гуля!

Ага, пусть принесёт в кабинет при всех и ещё озвучит результаты. Разговаривая с Раисой Александровной, Лиза была твёрдо уверена, что всё это ложь и поклёп, происки врагов. А что, если начальница сама всё это придумала и просто решила опозорить Лизу и перестраховаться? Или выгнать её, а просто так не за что. Нет, ерунда какая-то. Ведь Лиза с таким же успехом может пойти и сделать независимую экспертизу. Если память ей не изменяет, инфекция проявляется месяца через три после контакта с больным. С кем она вступала в контакт в течении полугода?

Господи, случился у неё один незащищённый секс. Она вспомнила, как и с кем это было. Телефон парня, конечно, остался, но вот желание общаться пропало. Не после секса, конечно. С этим как раз у них было всё в порядке, даже не без приятностей. Но вот оказался он игроманом, мог не только зарплату в игровых автоматах оставить, но и вещи закладывал. Нет, нормальный, в смысле здоровья, парень. Хочется верить. Точно, это Костик-извращенец стукнул, больше некому. До полноценного контакта дело у них не дошло, вот он и мстит.

Ни на какие расспросы и уговоры в отделе поделиться, чтобы облегчить душу, Лиза не поддалась и когда отнесла табель в бухгалтерию, спустилась в аптечный киоск на первом этаже и купила валериану в таблетках и настойку пустырника. Она жевала таблетки, запивая их разбавленным пустырником, и к обеду почувствовала, что засыпает. И как теперь за руль садиться в таком состоянии?

После работы домой отчаянно не хотелось. Фальшиво-озабоченные её самочувствием лица родителей даже представить страшно. И ещё она третий день боролась с желанием набить морду недорослю, сломавшему её компьютер. Она купила всё в том же аптечном киоске бутылку минеральной воды и поехала, минуя основную трассу, на тот самый пляж, где так приятно провела вчера время в компании Германа.

Окидывая пустынный берег, вдоль которого казалось так приятно гулять вчера, Лиза подумала, что одной находиться тут достаточно жутко. На парковке стояла ещё одна машина, без пассажиров. Справившись со страхом, она всё-таки вышла из машины. Оказалось, что страх – это полбеды, порывы холодного ветра с бухты напомнили, что она совершенно не подготовилась к пешей прогулке. Осеннее пальтишко в ноябре носить можно, только передвигаясь в машине. Лиза полезла обратно в салон, включила печку и заплакала. Никто её не любит, никому она не нужна, родители бесят, друзей нет! Один друг у неё всё же есть, только он очень маленький, точнее она, Олюшка. Лиза нисколько не сомневалась, что отношения с племянницей сохранятся на многие годы, но подыхает от одиночества-то она сейчас и никак не может ждать добрых лет пятнадцать, пока та подрастёт и, хотя бы частично, поймёт непутёвую тётку.

Лиза так самозабвенно рыдала, что уже не видела ни моря, ни заката. С таким же успехом можно было припарковаться около дома и плакать сколько захочется. Отсюда минут сорок домой возвращаться, а голова ватная и перед глазами круги. Лиза в ужасе замерла от громкого стука. Она не заметила, как два человека подошли к двери Зяблика. Машина, стоящая поодаль от её собственной, никуда не делась. Лиза подумала, что мужчины как раз из неё и нажала клавишу, стекло поползло вниз.

– Закурить не найдётся?

Лиза почувствовала мерзкий запах перегара и застарелой мочи, потом грудь как будто сдавило обручем. Открыв рот глядела, как тот, что постарше, протягивает к ней руку. Кажется, она забыла нажать на тормоз, рванув рычаг переключения скоростей. Бичи отскочили, один при этом упал. Но это она уже, слава богу, видела в большое зеркало заднего вида.

Дома Лизу ждало всё то, что она так ненавидела: чрезмерное любопытство родителей, шум и крики сестринского семейства и душившее одиночество. Она даже хотела отказаться от чтения сказок на ночь Оле. Но глядя в её грустные глазенки, поняла, что той тоже тоскливо и никому дела до неё нет. Дежурную сказку на ночь дедушка ей прочитал и теперь смотрел новости, бабушка болтала в кухне по телефону, старшие брат и сестра всецело заняли внимание родителей, а Оля сидела в Лизиной комнате и молча перебирала книжки со сказками. А если бы Лиза не пришла, ребёнок бы так и сидел полночи, предоставленный сам себе?

– Ты хотя бы ужинала?

– Да.

– А чаю хочешь?

– Хочу.

– Сейчас принесу и почитаем. Может, мы тебя саму уже научим читать?

– Можно.

Оля знала почти все буквы. Но чтобы научить читать, нужно больше терпения. Куда проще открыть знакомую сказку и шпарить, особо не вдумываясь в слова. А почему это должно быть её заботой? У Оли есть родители, в конце концов. Да, сотрясать воздух можно сколько угодно, но читать племянницу всё-таки придется учить, если она не хочет ждать ещё почти три года до школы. Правда есть слабая надежда на бабушку с дедушкой. Ну, или мечтать, что Оля откроет однажды знакомую книжку и начнёт читать. А ещё лучше, не знакомую.

Лиза принесла на подносе чай и вазочку с овсяным печеньем. В одну кружку налила чёрный с сахаром, в другую добавила молока, установила на диван маленький раскладной столик. Оля отложила книжку и вгрызлась в печенье. Лиза отхлебнула, обожглась и пошла в душ.

– А хочешь, я тебе почитаю? – серьёзно спросила Оля, когда она вернулась.

– Очень хочу!

Лиза легла в постель, Оля принялась читать сказку про Царевну Несмеяну. Конечно, чуда не случилось, и она просто пересказывала сказку по памяти. Но Лизу это вполне устраивало, после трудного дня очень хотелось спать. Сквозь сон слышала, как Оля щелкнула выключателем настенного бра и умостилась рядом. Ну, и ладушки.

– Спокойной ночи, малышка!

На следующий день, возвращаясь после работы, Лиза увидела во дворе знакомый золотистый джип. Только бы не кинуться ему навстречу в переизбытке чувств, следует хотя бы выглядеть разумной. Герман подошёл, когда она включила сигнализацию.

– Привет, Лизок!

– Здравствуйте! А я думала…

– Что я не взял у тебя номер телефона, и поэтому не приеду?

– Что-то в этом роде.

– Пошли за компьютером.

– Ко мне домой?

– Ну, хочешь, сама тащи системник сюда.

– Да, я совсем не это хотела сказать. А то, что не уверена, есть ли у нас ужин, но чаем-то я вас точно напою.

Герман как-то странно улыбнулся и двинулся к подъезду.

В прихожую, как назло, вышел папа.

– Привет, пап! Познакомься, это…

– Служба по ремонту компьютеров! Налаживаем сервис, заманиваем клиентов, если звонит женщина, выезжаем сами.

– Проходите, пожалуйста, компьютер стоит в спальне дочери! – Павел Алексеевич любезно распахнул дверь в Лизину комнату.

– В спальне, я думаю, ремонтировать не с руки. Пыль и не известно, что там, и насколько это затянется.

– Так вы только забрать? Не беспокойтесь, я сам вам вынесу.

– Благодарю, – Герман обратно завязал шнурок на правом ботинке. – Если вас не затруднит, можно мне ещё клавиатуру забрать?

– Не вопрос, – папа уже отключил провода. – Мышь?

– У меня своя.

– А ты куда? – удивился папа, когда Лиза вышла вслед за Германом.

– На свидание!

– Мы случайно встретились у подъезда, – пояснил он, видя недоумение на лице Павла Алексеевича.

– Какой позор! – закрыла Лиза лицо руками, когда они спускались в лифте.

– Всё нормально, Лизок, я сам ещё не готов к знакомству с твоими родителями.

А что, когда-нибудь подготовитесь, хотела спросить она, но они уже спустились, а внизу стояли соседи и она промолчала. Открыла и придержала дверь подъезда, взяв в руки клавиатуру.

– А, вот и ты! А я смотрю, машина стоит, успела, значит, приехать вперёд меня, – Костик тащил оторопевшую Лизу в сторону, потому что желающих зайти и выйти из подъезда в это время полно.

– Зачем ты опять пришёл? Я же тебе сказала, что не хочу с тобой встречаться.

– А я обещал твоей маме, что женюсь на тебе.

– Спасибо, не надо!

Лиза видела, как Герман поставил системный блок в джип и только потом направился обратно в сторону выясняющей отношения парочки.

– Эй, проблемы?

– Иди отсюда, дядя, сами разберёмся!

– Лизок, это твой душитель?

Лиза стыдливо кивнула.

– Ладно, парень, просто иди и навсегда забудь сюда дорогу, понял? Никому не нужны неприятности. Но если ты хочешь физической сатисфакции, я готов.

И тут Лиза вспомнила. Да, ладно, больше реально некому, других таких придурков не случалось до этого в её жизни.

– Ах, ты гад! – она замахнулась и хрястнула Костика по голове клавиатурой, половина кнопок посыпались на асфальт. – Сволочь позорная! Думаешь, я не знаю, что это ты в больницу звонил?

– Никуда я не звонил. Ты что, ненормальная?

– Сам ты, садист ненормальный! – Лиза вошла в раж.

Она лупила его обломками клавиатуры, а когда в руке остался шнур с кусочком пластмассы, стукнула Костика кулаком в ухо. Не специально, куда попала, туда и стукнула. Нельзя сказать, чтобы Костик стоял столбом. Он просто не сразу понял, что вообще происходит, а потом изворачивался, как мог. Он ожидал нападения со стороны здорового взрослого дядьки, но никак не от мелкой, по сравнению с ним, Лизы. Собственно, не понятно почему, он не кинулся наутёк сразу. В конце концов, Герман вмешался, он сгрёб Лизу в охапку, лишив её возможности двигаться, и обернулся к Костику:

– У тебя есть ровно минута, потом я её отпускаю.

Тот ошарашено смотрел на Германа, не понимая, шутка ли это, но на всякий случай попятился.

– Беги, парень! – крикнул десятилетний Ванька с третьего этажа.

– Мы ещё встретимся! – прохрипел Костик и побежал, под хохот дворовой ребятни и неодобрительное шушуканье стариков на лавочке.

Герман усадил Лизу на заднее сиденье и примостился рядом, повернувшись вполоборота наблюдал, лукаво улыбаясь.

– Да, я сама не знаю… А он… он позвонил в больницу, сказал такое…

– Лизок, не надо рассказывать, если не хочешь.

Заметив слёзы на раскрасневшихся щеках, Герман обнял Лизу. Она уткнулась ему в грудь, а рукой уцепилась за локоть, как будто он собирался сбежать, и зарыдала в полный голос. Он достал из кармана большой носовой платок и заставил высморкаться. Хорошо, хоть задние стёкла в машине тонированные, соседи Лизиной истерики не видели.

– Рядом с нами остаются те люди, которых мы заслуживаем. А неприятные эпизоды случаются у каждого. Ты слишком зависишь от чужого мнения, Лизок. Каждый раз, прежде чем принять решение, спроси себя, зачем оно тебе надо. Зачем тебе надо терпеть начальника-самодура или опостылевшего любовника, тиранию родителей или друзей, злоупотребляющих твоей добротой?

– Ох, Герман…

– Не надо ничего отвечать, просто запомни. И пользуйся всякий раз, став перед выбором.

Она подняла к нему лицо, неожиданно он начал её целовать, медленно и нежно. Лоб, нос, щеки, глаза, иногда чуть касался губ, но не задерживался на них долго. Лиза вместо успокоения почувствовала желание. Она выгнулась, подставляя его губам чувствительное горло. Он неожиданно остановился и посмотрел ей в глаза.

– Мы едем в кино, – он не спрашивал, просто напомнил о договорённости. – И кстати, давай обменяемся телефонами.

– Я согласна, ваш сто́ит гораздо дороже.

– Да, легко! – Герман рассмеялся, доставая телефон. – Держи!

– Мне приятно, но я пошутила.

– Вот на комедию и пойдём, – подытожил Герман, пересаживаясь за руль.

Комедии в сегодняшнем репертуаре не было, только боевик или фентези. Ни то, ни другое Лиза не любила. Они остановились на мультфильме, как раз вышло продолжение Шрека. Герман взял билеты на места для поцелуев, самое большое ведро попкорна и два стакана с кока-колой.

– Тут мы никому не помешаем, – он поставил ведро Лизе на колени, и периодически захватывал пальцами солёную воздушную кукурузу.

Лиза благодарила за выбор, считая, что он делает ей одолжение. Однако, выяснилось, что Герман тоже большой любитель мультфильмов. После сеанса они немного прокатились по городу, вспоминая самое смешное. Потом он довёз её до дома, и опять поднялся на этаж.

– Огромное спасибо за вечер! – теперь уже она, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в щёку.

Глава 7

Назавтра, ближе к вечеру, Лиза забрала результат анализа и торжественно положила его на стол Раисе Александровне.

– Отрицательный!

– Не обольщайся, повторишь через три месяца.

И это вместо извинений. Ну, и чёрт с тобой! Это же, в конце концов, нормальная забота о собственном здоровье. Она сделает следующий анализ не для начальницы, а для себя, для собственного успокоения.

Ирина вдруг проявила интерес к её частым переговорам с Раисой Александровной. Лиза вежливо ответила, что это не её тайна. Если начальница до сих пор никому не растрезвонила, опасаться на сей счёт уже не стоит.

Она ехала домой в отличном настроении. Герман прислал эсэмэску.

«Компьютер обещали отремонтировать на следующей неделе»

«Большое спасибо!»

«Вчерашний персонаж больше не доставал?»

«Нет, кому хочется с психической связываться)))»

«Точно. Всё ещё не теряю надежды отвести тебя в цирк»

«Можно подумать»

«Как ты смотришь на то, чтобы прокатиться завтра вечером?»

«С удовольствием»

«Тогда не ужинай. И права захвати. Будешь меня катать»

А сегодня Лиза решила поужинать моментальной овсянкой из пакетика и чаем с сухариками. Отнесла еду в свою комнату, предусмотрительно налив вторую чашку заранее. Оля не заставила себя долго ждать.

– Смотри, что у меня есть?

– Ух, ты, книжный каталог! И где ты его взяла?

– Бабушка достала из почтового ящика вместе с бесплатной газетой и приготовила выбросить.

– Выпишем тебе новые волшебные сказки?

– Вообще-то, тут много чего интересного!

– У бабушки с дедушкой столько книг, читай не хочу! Но вот эти «Три шага к себе» я бы взяла.

– И карты.

– Будем играть? У нас же есть.

– Нет, гадать!

– Ты будешь гадать?

– Нет, гадать будешь ты. А я буду картинки рассматривать. Смотри, какие красивые!

– Ну, если ты настаиваешь.

Так Лиза приобрела первую в своей жизни колоду карт таро.

На следующий день Герман уже ждал около дома, когда она вернулась с работы. Он вышел из машины ей навстречу и протянул горшок: невысокий компактный кустик с вертикальными резными побегами, на которых проклёвывались бутончики. В доме у них комнатные растения почему-то не приживались. И она, и мама несколько раз пытались выращивать цветы, но как-то не сложилось. Эмме вечно было не до того. Мамину азалию кто-то сглазил, а её фиалки, видите ли, «отпугивают женихов». Лиза мечтала, если она когда-нибудь будет жить отдельно, обязательно устроит зелёный уголок. Заставленные подоконники ей не слишком-то нравились, а вот этажерки, подвесные кашпо или напольные вазоны здорово освежают интерьер.

– Это шлюмбергера, на удачу! Она не переносит прямого солнечного света, поставь в полутень. Пока будет цвести, лучше не двигать и обильно поливать. Отцветёт, можешь пересадить и опрыскивай иногда.

– Прелестно! Огромное спасибо!

– На здоровье! То есть, на удачу. С этим цветком связаны некоторые приятные приметы.

– Ух, ты! И какие же?

– Например, если он зацветёт в первой половине декабря, следующий год сулит много положительных эмоций.

– Ой, а он скоро уже зацветёт, – заметали Лиза с сожалением, – это значит…

–…что вскоре цветовода ожидает приятное знакомство.

– С вами?

Герман замялся, Лиза пожалела, что брякнула, не подумав.

– Отнесу его домой. Я быстро.

– Только не надо переодеваться.

– Так я же после работы, не нарядная.

– Мне нравится, эдакая деловая колбаса!

Лиза позвонила в дверь, вытащить ключ с горшком в руках не получилось. Дверь открыла мама.

– О, снова-здорово – декабрист притащила! И этот пропадёт, вот увидишь. Ещё и с бутонами. Декабрист должен цвести в декабре, а раньше – быть беде!

– Мама, ну, зачем ты заранее нагнетаешь!

– Это не я, это люди так говорят.

– Зачем беду кликать?

– Да, у тебя всё не слава богу! Не вздумай ставить на кухне, там и так развернуться негде.

– Лиза, можно я отнесу на твой комод? – протянула ручки к горшку Оля.

– Спасибо, родная! – Лиза наклонилась, поцеловала племянницу и, передавая цветок, шепнула на ушко: – Я гулять, пока!

– Можно, я тебя подожду?

– Я не знаю, когда вернусь.

– Тогда я лягу тебя ждать! – Лиза улыбнулась и погладила тугие чёрные кудряшки.

Когда она спустилась, Герман уже сидел на пассажирском сидении, кивком предлагая занять место водителя. Сегодня она чувствовала себя за рулём крупногабаритного джипа гораздо увереннее, Герман велел двигаться в сторону набережной. В здании кинотеатра недавно открылось кафе «Узала». Лиза его уже видела, но всё не решалась зайти, боялась, что сингапурская кухня окажется ей не по карману.

Про дамплинги она до этого только слышала. Герман попросил ассорти, чтобы попробовать все. Лиза пришла в восторг, когда перед ней поставили дымящуюся бамбуковую корзиночку с разными видами: круглыми, овальными, в виде тюльпанов, корабликов и рыбок. Оказалось, для каждой начинки своя форма и едят их палочками. Лизе пришлось сжевать несколько терпких имбирных брусочков, прежде, чем она освоила эту науку.

Герман решил, что ему больше остальных понравились с крабовым мясом, Лиза предпочла со свининой. От десерта она категорически отказалась, запихивая в рот уже явно лишний кусочек теста с мясом. Герман всё-таки заказал пирожное, очень похожее на Птичье молоко. Запивали зеленым чаем, от кофе Герман отговорил, заявив, что варят его здесь отвратительно.

После ужина они медитировали на смотровой площадке, наслаждаясь видом Золотого Рога и мечтая, каждый о своём. Высаживая Лизу около дома, напомнил про цирк, причём предложил поехать вместе с Оливией. Наверное, потому что про племянницу Лиза прожужжала ему все уши.

Герман уже грезился ей волшебным принцем. В сказках, к сожалению, на этом обычно всё и заканчивалось. А ведь интересно, как они там жили дальше, в ладу и согласии? Некстати вспоминались мамины слова, что продолжительный радостный смех обычно заканчивается слезами. И хотя Лиза старалась не смеяться, мамины слова периодически вспоминала. А ведь так всё хорошо начиналось, и она уже размечталась, что они станут жить с Германом счастливо и, по возможности, долго, родят своего ребенка, а для полноты ощущений ещё и Олю к себе заберут.

Вопреки её опасениям, поход в цирк всё-таки состоялся. Правда, не обошлось без некрасивой сцены со стороны Эммы, которая предлагала и старших детей с собой взять. Лиза сначала пыталась отбрыкиваться, мол, один билет в цирк стоит целого её рабочего дня, не говоря уже о попкорне, сладкой вате, коктейлях, мигающих ушках и светящихся волшебных палочках, на которые так падки маленькие зрители. Потом она уточнила, что это свидание, и что она идёт не одна, и что совершенно некрасиво навязывать чужих детей новому знакомому. Тогда Эмма вспылила, чтобы она и Олю с собой не брала, раз это доставляет Лизе столько хлопот. Но тут уже Олюшка разревелась в полный голос, что случалось с ней крайне редко, и Эмма махнула на них рукой. Впрочем, ничего нового.

Всю дорогу Лиза старалась избавиться от неприятного осадка, оставленного домашними. Оля болтала с Германом, просунув мордашку между передними сидениями. Лиза периодически заставляла её сесть на место, но спустя пару минут та опять высовывалась с очередным «почему» или «расскажите». Лиза мысленно благодарила Германа, что он не привлекает к беседе её. И ещё за то, что озаботился билетами заранее, причем не абы какими, а самыми лучшими, и им не пришлось стоять в длинной очереди. Они сидели в четвёртом ряду прямо по центру.

Ещё на входе, около ларька со всякими светящимися штуковинами, Оля замерла над ярким браслетом. Лиза хотела хоть за него сама заплатить, но Герман не позволил, сказав, что сегодня они – его гостьи.

Он терпеливо объяснял Олюшке, что в антракте они обязательно купят что-нибудь перекусить, а идти в зал, где выступают живые артисты, с едой некрасиво. Потому, что они тоже могут быть голодными и чужое чавканье станет их отвлекать, особенно животных. Оля терпеливо ждала зверей, хотя Лиза по детству помнила, что их обычно показывают во втором отделении. Она отметила, что само здание цирка с её последнего посещения лет пятнадцать назад ничуть не изменилось, ремонт не делался, старые деревянные откидные стулья шатались, дорожки между рядами протёрлись до дыр. Зато гастролёры постарались на славу: закрыли убогую арену привезёнными коврами, украсили декорациями, в яме сидели живые музыканты. А уж от нарядов кордебалета Лиза глаз не могла оторвать. Впрочем, как и многие пришедшие родители, особенно папы. Каждый раз после акробатических этюдов или клоунских сценок, на арене отплясывали полуголые девицы, яркие, блестящие и светящиеся бикини которых переливались в свете софитов.

Герман радовался, что его очаровательные спутницы получают удовольствие от действа.

В антракте он повёл их в буфет. Оля заказала «Картошку» с молочным коктейлем, Лиза – эклер с кофе, Герман взял себе два «Школьных» с чаем. В итоге, второе пирожное Оля помогала ему доесть, отдав взамен слишком сладкую «Картошку». После представления они сфотографировались с осликом и попугаем, Лиза забрала себе талончик на получение фотографий. Потом они поехали гулять на набережную, но утомившаяся от переизбытка эмоций Оля по дороге заснула, и они сидели в машине, любуясь видом моря и болтая о пустяках.

Впечатление от поездки подпортила тётка, стоящая на остановке. Они как раз застряли в пробке и проезжали мимо. Вдруг женщина во всем чёрном вперила в их машину злобный взгляд, Лизу аж в жар бросило. Однако успела заметить, что та делает в их сторону еле заметные движения пальцами. Но рассматривать в упор сама постеснялась, привлекать внимание Германа, тем более не хотела. Порадовалась только, что за тонировкой сзади не видно Олюшку.

Лиза ни о чём заранее племянницу не просила, просто вылетело из головы, и была ей безмерно признательна, когда Оля дома взахлёб рассказывала о представлении, хвасталась браслетом, а на вопрос о Лизином ухажере пожала плечами и сказала: «Не знаю, дядя как дядя, большой и добрый».

Через несколько дней Герман без предупреждения привёз ей отремонтированный компьютер. То есть, позвонил уже от подъезда. После этого они опять немного покатались, попили кофе из пит-стопа и Герман пригласил Лизу в пятницу в Клуб. Она огорчилась, с ним ей больше всего нравилось проводить время наедине. Но с Германом в Клубе, в любом случае лучше, чем дома одной. Хотя после того, как он вернул ей компьютер, одинокой она себя уже не чувствовала, навёрстывала упущенное с Мухой, который уже опасался, что пропала подруга насовсем.

Лиза красочно описывала знакомство с Германом: какой он чудесный и замечательный, щедрый и внимательный, искренне недоумевая, что он в ней нашёл. Муха радовался за неё, иногда, впрочем, беззлобно подшучивая.

Глава 8

В пятницу Герман заехал за Лизой на такси. Хотелось, наконец-то, выпить с ней на брудершафт и отвезти в свою берлогу. В свои двадцать шесть эта девчонка напоминала школьницу, что наивной мордашкой, что тонкой фигуркой. Даже не верится, что была когда-то пампушкой. Лиза превзошла его ожидания. Хорошо это или плохо, пока не понял, решил только одно – он будет её добиваться. Если для этого потребуется развестись, он готов, пусть не сейчас, чуть позже. Всё равно ничего от этого уже не изменится, он не передумает. Но и торопиться не стоит, следует все продумать до мелочей, она нужна ему на всю жизнь, поэтому он не имеет права на ошибку.

Герман видел, что Лиза благодарна любому вниманию, тем приятнее её удивлять. Как удачно с утра он поссорился с Оксаной. Не то, чтобы сознательно, как-то само собой вышло. Возможно, в любой другой день его поза выглядела бы глупо, но в день рождения он имеет право на особое к себе отношение. Зато сейчас не надо ничего выдумывать, и он отметит свой праздник с понравившейся девушкой. Ему не стыдно. В конце концов, сына они вырастили, и не его вина в том, что Вадик оболтус. Он не обязан всю жизнь подтирать ему сопли.

К сожалению, сохранить день рождения втайне не получилось. Про это помнил весь обслуживающий персонал, включая билетёршу. Каждый считал своим долгом поздравить лично. Когда сели за столик, подскочил администратор.

– С днём рождения, Герман Эдуардович! – он убрал табличку с надписью: «Стол заказан», поставив вместо неё бутылку Советского шампанского, два бокала и коробку «Птичьего молока».

– Спасибо, Боря!

– Я подумал, что ты любишь полусладкое, – Герман сорвал мюзле.

– Вы поставили меня в неловкое положение, могли бы сказать заранее! – Лиза выглядела растерянной.

– Да, брось ты, Лизок. Если бы я предупредит тебя заранее, ты бы ломала голову в поисках подарка. Мучилась бы, согласись. На дорогой подарок денег у тебя всё равно нет, а что меня по-настоящему порадует, ты не знаешь.

– А что вас порадует?

– Давай выпьем и пойдём танцевать, а я пока подумаю.

Господи, как же он её хочет! Но ничего, не мальчик уже, подождёт, тем сладостнее будет долгожданная ночь любви. Герман скорее тискал, чем вёл Лизу в танце, чувствовалось, как она вся дрожит. Медленная композиция закончилась, а они всё ещё стояли на танцполе, прижавшись друг к другу. Он нюхал её волосы, она уткнулась носом в его грудь и мило сопела. Остановись мгновенье, ты прекрасно!

Ощутив неладное, Герман поднял голову.

– Вадик?

– Батя, прости, мама очень просила, решила сделать тебе приятное!

В беззубой улыбке угадывалась фальшь. Герман выпустил Лизу и, пряча раздражение в нахмуренном взгляде, повернулся к жене.

– Рад тебя видеть! – процедил он.

– Геронька, ты меня ведь сам приглашал, когда-то, помнишь? Вот решила сделать тебе сюрприз. Мне показалось, что ты обиделся утром…

– Сюрприз удался. Выглядишь потрясающе!

Что-то он не видел раньше этого уродского платья с позорными блёстками, некрасиво подчеркивающего обвисшие бока. Причёска как у барана. Впрочем, это её дело, как одеваться и завиваться. Бесит только, что Оксана сама прекрасно понимает, как ей всё это не идёт. Разукрасилась зачем-то, как шалава. Пауза затянулась. И как теперь поступить? Говорить, что только познакомился с Лизой, он не станет, однозначно. Но и представлять её подругой пока не готов, не самое лучшее место для выяснения отношений.

– Познакомься, Оксан, это Лиза…

– Моя подруга! – Вадик подхватил Лизу под руку.

– Очень приятно, Оксана Николаевна!

– Мне тоже очень приятно! – не ожидавшая такого пердимонокля Лиза так и осталась стоять с открытым ртом.

– Ребята, я уже решил тут все вопросы, – взял себя в руки Герман, – поэтому предлагаю отпраздновать мой день рождения в кафе. Возражений нет? Вадик, позвони, пожалуйста, в «Мельницу».

Ишь ты, шустрый какой! Герман прекрасно знал, что его сын не пропускает ни одной юбки, но в данном случае это сыграло ему на руку.

– Или, хочешь, останемся? – спросил Герман, ведя жену к выходу.

– Не хочу, Геронька, тут обстановка какая-то…

– Какая?

Герман обернулся, с неудовольствием отметив, что Вадик так и продолжает обнимать Лизу за талию.

– Развратная.

– С чего ты взяла?

– Я так чувствую.

Чувствует она! Интересно, это она почувствовала, что именно сегодня стоит припереться сюда, чтобы окончательно испортить ему день рождения или сынок надоумил? И почему они так долго не идут, мог бы и по ходу в ресторан звонить.

Герман не стал заморачиваться с вызовом такси, договорившись с одним из ожидающих у входа бомбилой. В кафе их уже ждал накрытый стол, с общими порциями салатов и холодных закусок. Русская кухня, интерьер в деревенском стиле, нарисованные на стенах поля и огромное деревянное мельничное колесо посередине. В «Мельнице» Герман чувствовал себя свободно, потому что бывал здесь достаточно часто и персонал знал его в лицо.

В зале большая компания праздновала свадьбу, свободных столиков больше не было. Ради них явно сделали исключение.

– Так, дамы, что будете пить?

– Шампанское, – попросила Оксана Николаевна.

– Лиза?

Вадик, по мнению Германа, сильно переигрывал.

– Водку попробую.

Вот те на, водку она попробует! Уж не напиться ли ты собралась, Лизок? С чего вдруг? Скорее всего, тоже расстроилась. Герман планировал свернуть день рождения как можно скорее и отослать родственников домой. И Лизу, конечно, тоже, для вида.

Оксана Николаевна сказала первый тост. Герман пил шампанское, Вадик поддержал Лизу и выпил водки. Они немного посидели, Вадик пытался выяснить рабочие моменты по ремонту, изображая из себя жутко делового. А после сказал тост, пожелал отцу здоровья и процветания. Спасибо, что обошлось без счастья в личной жизни! Получилось коряво, но похоже, сам Вадик этого не замечал, Лиза и подавно. Она сидела с отсутствующим взглядом.

– Пошли плясать!

Вадик утащил Лизу в хоровод чужой свадьбы, Герман следил за ними в открытую. Да, уж, красиво танцевать Вадик не умеет, но похоже сам себя считает неотразимым. Лиза на высоченных каблуках старалась не отставать. Надо же, какие кренделя выплясывают, но вместе они не смотрятся. И почему его сын такого маленького роста? Герман понимал, что Вадик комплексует по этому поводу, поэтому частенько закрывал глаза на многие его косяки. Только сейчас сообразил, что Вадик всего на год младше Лизы. Ну, и что из этого? Лиза никогда не делала проблему из-за их разницы в возрасте, по крайней мере, внешне неловкости не выказывала. И Герману она не кажется глупой. Инфантильной немного, возможно, особенно, в области личных отношений. Но как она уделала придурка клавиатурой, горячая штучка!

Герман вспомнил, как начинался их роман с Оксаной. Она явилась инициатором близости, потом забеременела, доложила родителям. Те заставили жениться. Добившись своего, инициативу больше не проявляла. А после родов и вовсе потеряла интерес к этой стороне супружеских отношений, переключив всё внимание на сына. В открытую конфронтацию не шла, периодически делая мужу одолжение. Со временем Германа такое отношение к себе и вовсе перестало возбуждать. Они могла месяцами не прикасаться друг к другу в постели. Дежурный поцелуй в щёку утром и вечером после работы, вот и вся любовь. Когда у Германа появились свободные деньги, он иногда оплачивал профессиональную любовь. Пару раз и в Клубе знакомился с женщинами. С замужними, поэтому обходилось без взаимных претензий. Иногда, впрочем, Оксана вспоминала про мужа, в основном, перед очередной просьбой выделить ей крупную сумму на женские хотелки.

– И куда это молодые подевались? – спросила она.

Действительно подозрительно, они с Оксаной уже и потанцевать успели, а тех всё нет. Что-то пошло не так.

– Я посмотрю, – поднялся Герман.

Он нашел сладкую парочку за углом, перед дверью в техническое помещение. Они так самозабвенно целовались, что не заметили его. Герман вернулся к жене.

– Ну, что там?

– Обжимаются! – зло выплюнул он.

– Ну, что ты, Геронька, дело молодое! Поехали и мы домой, а?

Герман вызвал такси, отправил Вадику эсэмэску, что они с матерью уехали. Видеть их не хотелось. Хотелось напиться. Герман забрал оставшуюся водку с собой.

Но напиться Оксана не позволила. Сняв дурацкое платье, отправилась в душ. Потом села к мужу на колени, забрала из рук рюмку и поцеловала в шею. Он с интересом ждал продолжения. Пуговицы на его рубашке она тоже расстегнула сама.

Герман уже собирался в мастерскую, когда явился Вадик.

– Ну, и как? – спросил Герман.

А что он ещё мог сказать? Как ты, мелкий гадёныш, посмел увести мою девушку! Об этом надо было раньше думать. А ещё лучше, заявить прямо.

– Ну, ничё такая, расшевелилась по ходу. Жаркая штучка. Похоже, голодная была, – противно хихикнул он.

– Познакомился с родителями?

– Не, домой не пригласила, сказала мама строгая. Упражнялись в её машине. Тесновато, – зевнул Вадик и пошел в свою комнату.

– Ты на работу собираешься?

– Так нет же, суббота. К тому же, я хочу спать.

Убойный аргумент. Если ты не хочешь похерить дело, у тебя нет фиксированных выходных. Радуйся, если есть клиенты. Герман неоднократно старался донести эту прописную истину до сына. Безрезультатно, Вадик только периодически закатывал истерики, что отец платит ему незаслуженно мало. Вот именно – незаслуженно!

Проверив, что все рабочие при деле, Герман закрылся в офисе. Включил чайник и сел к столу, собираясь с мыслями. Можно, конечно, сделать вид, что всё идёт, как задумано. Ну уж, нет! Он тоже имеет право на счастье, а мелкому оболтусу всё равно, с кем спать. Он отправил Лизе эсэмэску.

«Не обижайся, у меня не было другого выхода»

Только бы ответила. Тогда ещё не всё потеряно. И прилетело:

«Понимаю»

«Я знаю про вас с Вадиком»

«Осуждаете?»

«Рад за вас»

Ну, и дурак! А что, он должен был закатить ей истерику? На каком основании он мог требовать он неё верности? Она ведь не подозревает о его далеко идущих планах. А так, со стороны – ну, подумаешь, погуляли пару раз. Даже не целовались толком. Если сейчас спугнуть, её потом не достать из панциря. Лиза из тех тихонь, которые назло могут наворотить великих дел. Или великих бед, это уже, как получится. Они ведь в любом случае могут остаться пока друзьями, а со временем он обязательно что-нибудь придумает.

Звонок вывел Германа из задумчивости. Номер незнакомый.

– Ну, привет, Герман Маруха! Как жизнь молодая? – скрипел незнакомый голос, скорее всего принадлежащий женщине.

– Спасибо, регулярно! Вы кто?

– Не узнал? Видать, богатой буду.

– С кем я разговариваю? Назовитесь!

– Сегодня это не важно.

– Что вам надо?

– Чтобы ты перестал сношаться с Лизкой-потаскушкой!

– Иначе, что?

– Жизнь твоя превратится в ад!

Глава 9

Почти весь последний месяц Лиза жила, как в дне сурка. Работа – дом и вечное ожидание Вадика. Он не звонил сам и терпеть не мог, когда звонила она. Сразу предупредил, что много работает, поэтому встречаться они смогут не часто. Собственно, свиданиями их встречи назвать было трудно. Они пересекались в Клубе, потом занимались сексом в машине. Почти никогда не отходили от этой схемы. Иногда, впрочем, встреча в Клубе опускалась. Лиза просто должна была забрать его из дома. Причём освобождался Вадик не раньше девяти или десяти часов вечера. Хоть в пятницу, хоть в субботу. По будням они не встречались, Вадик говорил, что устаёт на работе.

Лиза поначалу ждала, когда же изменится формат их встреч, когда он начнёт водить её в кино, кафе или театр, как это раньше делал Герман. Но он не водил.

В сравнении с Германом Вадик проигрывал по всем параметрам. Поговорить с ним совершенно не о чем, книг он со школы не читал, в театр не ходил. Они смотрели разные фильмы, вообще на жизнь смотрели по-разному. Лизины родители поженились в своё время спустя три недели знакомства, поэтому она считала, если люди встречаются уже почти месяц, стоит хотя бы поговорить о дальнейшем развитии отношений. Что у них отношения, Лиза не сомневалась. Потому что Вадик объявлялся регулярно и даже в самый ответственный момент шептал: «Люблю».

Уже две недели Лиза изучала Таро и зороастрийский гороскоп. В отношении Вадика карты выпадали какие-то странные и противоречивые. Он имел к ней определённый интерес, в то же время семёрка мечей говорила о скрытых и не совсем честных намерениях. В другой раз выпала карта, намекающая на возможное создание семьи. Тогда Лиза совсем уже запуталась, потому что Вадик сказал, что у него нет для этого материальной базы. Хорошо, что она спросила не в лоб, а только чисто гипотетически.

Изучение тотема Змеи помогало найти объяснение его нелогичным поступкам, странному поведению.

Люди, родившиеся в год Змеи, самоуверенные и яркие.

Лиза не прочувствовала его обаяния, наверное, потому, что познакомилась сначала с Германом, а на его фоне Вадик выглядит маленькой белой молью.

Их не интересует чужое мнение о собственной персоне.

Верно, про отсутствие зуба говорить бесполезно. Эта дырка делает Вадика похожим на настоящего хулигана. И одевается он неряшливо, в отличие от аккуратного Германа.

Змея стремится блистать, очаровывать и интриговать.

Точно, при первом знакомстве хвостом крутил не хуже павлина. Сейчас, наверное, не видит в этом практического смысла. Насчёт интриг Лиза ничего сказать не могла, но хочется верить, что Вадик не такой.

Змеи мстительны и коварны, нередко разрушают чужие семьи.

Нет, вот это точно не про него, для него семья святое. Маму лишний раз расстраивать не хочет, вон как вписался за отца на день рождения, с чего всё и началось.

Влюбившись один раз, они способны многим пожертвовать ради любимой женщины.

Интересно, Лиза не чувствовала себя любимой с Вадиком. Хотя возможно, что страсть для мужчины и есть любовь. И если она хочет выйти за него замуж, надо постараться доказать, какая она незаменимая. А как?

Во-первых, перестать сравнивать его с Германом. Вполне возможно, он это чувствует. Во-вторых, показать Вадику, что она готова ждать его столько, сколько нужно. В-третьих, надо показать, какая она рукодельница. Вот, точно – надо связать ему на новый год свитер! Этим она не только сделает ему сюрприз, но и наконец-то займёт своё время. Всё лучше, чем метаться по комнате из угла в угол и каждые пять минут терзать карты. Лиза понимала, что так она ничему не научится, но поделать с собой ничего не могла.

Идея связанного подарка окрылила. Лизе нужна была цель, и она её себе придумала.

Назавтра же заехала в магазин и купила пряжу, в Союзпечати купила журнал. После ужина сразу же села за работу. Тут же примчалась Оля. Предвидев такой вариант, Лиза выдала той спицы и моточек старой пряжи, набрала петли и показала, как вязать лицевые и изнаночные. Изнаночные у Оли получались плохо, но она не жаловалась, а закусив губу пробовала снова и снова. Вот и отлично, на вечер ей занятия хватит. И почему она раньше не сообразила, до нового года осталось не так уж много времени. Конечно, себе она за неделю как-то тунику состряпала. Но то была простая вязка и толстые спицы, с подарком же хотелось заморочиться. Полистав журнал, Лиза отмела все модели, ка на подходящие по стилю. Он всегда в спортивном костюме, какие ему косы или олени! Тут нужна простая вязка, какая-нибудь пышная резинка, желательно, с горлом. Горло на молнии как раз покажет уровень её мастерства. Лиза так увлеклась, что не заметила, как Оля заснула прямо со спицами в руках. Она аккуратно перенесла её в комнату к родителям, а сама возилась в азарте до трёх утра.

Назавтра повторилась та же история. И послезавтра.

Она думала о Вадике исключительно в контексте подарка. В интернет, тем более, не выходила. Когда Лиза клевала носом на работе, мечтая вечером закончить спинку, позвонил Вадик с предложением сходить на выходных в кино. Конечно же, она согласилась. Ничего, ещё есть время, она всё успеет. Ну, надо же, как только она перестала о нём страдать пригласил в кино! Пообещал заехать сам и согласился на комедию. Подобные уступки говорят о любви лучше тысячи слов.

В субботу, однако, выяснилось, что планы у Вадика поменялись, придётся поработать подольше. Но кино не отменяется, просто ей придётся самой заехать за ним.

Она попросила у мамы шубу, в её коротеньком полушубке удобно было сидеть за рулём, для кино он показался слишком непрезентабельным. Счастливая и нарядная Лиза вышла из дома гораздо раньше запланированного времени. Мечтая, как она, такая красивая, заедет в кафе по дороге и выпьет чашечку хорошего кофе, вывела Зяблика со двора. Мечты-мечты! Хлопок, и Лиза оказалась с проколотым колесом во дворе соседнего дома в маминой дорогой шубе. Мысль пойти переодеться отогнала как неконструктивную. Во-первых, это займёт время, во-вторых, она встала прямо посреди двора. Мимо проехали уже две машины, водители возмущенно сигналили и с удивлением рассматривали женщину в шубе с домкратом и балонником в руках. Попробовала снять шубу, но обжигающий декабрьский ветер заставил её передумать, просто надо поаккуратнее.

Пока доставала из багажника запасное колесо, всё же уделалась. Но она разрешила себе подумать об этом после. Сейчас самое главное – вовремя успеть на свидание. Сил провернуть балонник не хватило. Как же противно и унизительно просить о помощи, но они же семья, как постоянно повторяла мама и Лиза позвонила домой.

– Мам, я проколола колесо. Можешь позвать Антона?

– Они с Эммой уже ушли.

– Позови тогда папу, у меня ничего не получается!

– Сейчас. Но очень сомневаюсь, что он поможет.

– Почему?

Но мама уже передала трубку.

– Да? – папин голос звучал настороженно.

– Папуль, я проколола колесо, ты можешь мне помочь?

– Лиз, ты же знаешь, я всегда на твоей стороне, всегда рад помочь, но я не умею водить машину…

– Я не прошу тебя водить, я прошу тебя помочь поменять колесо!

– Я не умею.

– Я тебя научу! У меня просто не хватает сил ключ провернуть.

– А ты ногой попробуй, тебя же учил дядя Толя, помнишь, когда мы в лес ездили?

– Да, папа, спасибо, я попробую! – она отключилась и вытерла слёзы.

Не хватало ещё размазать тушь. Дядя Толя учил! Но тогда в лесу, шесть лет назад, она была в трико и кроссовках. И меняла колесо чужой машины ради развлечения. А теперь ей двадцать шесть, и она собралась в кино с парнем. И ей обидно до слёз, что никто не может ей помочь. Не просить же проезжающих мимо водителей, все едут по своим делам. Да, у неё просто язык не повернётся. Вадик, как назло, не брал трубку, хотя вызов шёл. Вечно у него все не слава богу, вот Герман уже давно бы примчался, наверное.

Так, долой малодушны мысли, она сильная, она сама справится!

Ещё эти сапоги на высоких каблуках и тонкой скользкой подошве. Она всё-таки попробовала давить ногой. Безрезультатно, нога соскальзывала с ключа. Ага, давай ещё каблук оторвём! Но если долго мучиться, что-нибудь получится: Лиза обмотала баллонный ключ тряпкой, которой вытирала стёкла, и наконец, победила сильно затянутую гайку. И тут зазвонил телефон. На экране высветилось: «Дом». Ура, папа пожалел дочурку. А вот и не угадала, звонила мама:

– Лиза, ты что, в моей шубе с машиной возишься?!

Наконец, непокорные гайки побеждены, и Лиза на всех парах рванула к любимому. Трубку он всё ещё не снимал. Может, у него тоже случилось что-то непредвиденное? Она ждала Вадика около подъезда, оттирала руки снегом с помощью всё той же тряпки и злилась на него за непунктуальность. Очень хотелось пить, но отъехать в магазин она не решалась. Он опаздывал уже на полчаса, вот-вот должен выйти. Нехорошо получится, если её не будет на месте. Она подождала ещё немного, а потом ещё немного. На комедию они уже точно не успевают. Может, он вообще забыл про свидание? А она размечталась, что теперь у них всё будет по-человечески! Постепенно злость, уступила место накопившейся за последнюю неделю усталости. Лиза опустила кресло и задремала. Вздрогнула от хлопнувшей двери.

– Привет, котёнок! Прости, я тоже задремал, случайно. Хорошо, батя разбудил. Поехали?

Только сейчас Лиза обратила внимание, что проспала сорок минут. В итоге, вместо семи вечера, к кинотеатру они подъехали в одиннадцать. Сеанс начинался через полчаса, очередь из желающих посмотреть нашумевший боевик выстроилась до двери. Боевики Лиза не любила. Впрочем, как и необязательных кавалеров. Вадик жался к ней и развлекал пошлыми анекдотами. Лиза посчитала, что в глубине души он искренне раскаивается.

Билеты Вадик купил самые дешёвые, а попкорн и вовсе не предложил. На самом деле попкорна Лиза не хотела, её всё ещё мучала жажда. Но попросить купить его она постеснялась, а сама не хотела, боясь обидеть. Поэтому нашла оптимальный выход из положения: зашла в туалет и попила из-под крана. Зато в зал они зашли в первых рядах. Вадик предложил занять места в середине, но их вскоре попросили пересесть. Они перебрались на первые попавшиеся свободные места. Выключили свет, но люди продолжали пребывать. Худшие Лизины ожидания оправдались, им опять пришлось пересаживаться. В конце концов, их оставили в покое, хотя сидели они не на своих местах. Это не имело уже никакого значения, она толком ничего не видела. Перед ней сел огромный мужик со всклокоченной шевелюрой.

Да, вообще фильм Лизе не показался, ни сюжета, ни идеи она так и не поняла. Убийства, перемешанные с сексуальными сценами – скукотища. В середине сеанса она заснула.

Когда сели в машину, Вадик предложил разъехаться по домам, то есть она должна была сначала отвезти его. Сегодня Лиза не сопротивлялась, эмоций хватило с лихвой. Вот такое вот кино! И как тут не сравнивать с Германом? Реально задумаешься о матримониальных отношениях апельсинки, только цитрусом в данной ситуации ей представлялся Германа.

Глава 10

– Вадик, вставай на работу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.