# Дочь Тьмы

Денис Keller

В волшебном мире, скрытом под завесой тайны и мрачных предзнаменований, родится легенда, предвестие грозящей угрозы. Человек, вышедший из тьмы, осуждает Паладию на забвение. В сердце Ризы горят огоньки волнений. Ее отец – король долины Ив, ведущий страну чередой войн и переговоров. Однако на Ризу ложится бремя разгребать последствия, оставленные за его стопами. В мире, где теней достаточно, Риза ищет ответы на свои вопросы, игнорируя пророчества и мрачные предсказания.

Денис Keller Иллюстратор

© Денис Keller, 2024

© Денис Keller, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0062-2773-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Часть 1

Между народами Паладии иногда всплывают разногласия: их взгляды на мир сильно отличаются. Однако, есть нечто, в чем они едины – боязнь теней. Никто не знает, откуда появились эти твари, источники разнятся. Люди полагают, что после смерти ангел Люксилина – их покровитель – очищает души от скверны, чтобы забрать к себе на небеса. Вся та злоба, что копилась годами, уходит под землю, где принимает облик тени. Стимы почитают Творца – первый механизм, появившийся на Серной Пустоши. Он создает их совершенными, а все излишки выбрасывает, из отходов и рождаются проклятые сущности. Эльфы утверждают: все это происки злых колдунов. По этой же причине они воевали с темными сородичами, и те, как бы странно это не звучало, разделяли мнение собратьев по поводу магии. Только темные эльфы считают, что тени – спятившие адепты Ночи. Слишком ярые фанаты, ослепленные тайнами Сумеречного леса. Гномы составили такую легенду: когда-то Вечный Холод, что укрывает их родные горы, проникал до самой глубины пещер. Там невозможно было жить, пока не появился Огонь Негасимый. Он растопил лед, дал их предкам кров, изгнанный мороз и стал тем, что остальные народы зовут «тень». Чудища не имеют ни земли, ни иерархии, ни рода, ни племени, они не без гордости говорят, что мрачные твари их бывшие собратья, загнобленные другими народами. Возможно, кто-то уже нашел истину, а может нет ее вовсе, только в одном сходятся жители волшебного мира – откуда бы оно не пришло, нету в тенях ничего доброго, созданы они только чтобы разрушать. Правда, есть у тварей одна слабость – боязнь света, будь то солнце, свеча, фонарь, кристалл, факел или еще какой прибор. Риза никогда не видела живых теней, только последствия столкновения с ними. С детства ее обучал однорукий вояка, бывший полководец имел неосторожность ухватить врага, правая кисть почернела, покрылась волдырями, вещество начало растекаться по венам. Все происходило в течении нескольких часов, чтобы спасти его целители отрезали руку до локтя, но даже спустя много лет она временами кровоточила. – Принцесса, запомните одно, – говорил он после рассказа. – наши враги не обычные тени, они лишь отдаленно похожи на силуэты. За собой эти твари тянут черный шлейф из дыма, к нему ни в коем случае нельзя прикасаться. Девушка долго не могла понять, о чем говорит учитель, пока сама не увидела этого. Одним летним утром незадолго до рассвета она услышала голос за окном. Он принадлежал женщине, называл ее по имени и приговаривал такие вещи, которые даже самые близкие друзья не знали. Неожиданно спокойный разговор сменился криком. В порыве эмоций Риза выбежала на улицу и очутилась одна в темноте. Шлейф был заметен сразу – он темнее самой ночи, растекался медленно, подобно туману. Тонкие нити тянулись вверх, качаясь на ветру, выжидая жертву. Все, чего касались отростки, начинало увядать – деревья, трава, даже столетние стены замка покрывались трещинами. Следов было очень много, обычно тени появлялись в одиночку. Эмоции затихли, уступив место страху. В один миг из черноты выпрыгнула высокая фигура, ее очертания напоминали человека, но не имели ни лица, ни одежды, ни пальцев – края силуэта попросту расплывались. Оно оказалось у ног юной принцессы, потянуло к ней свои отростки. Еще секунда и ее тело сгниет, а душу сущности заберут с собой, а может съедят или обратят в какую-то гадость. Но тень остановилась. Существо подняло голову, словно прислушиваясь, вокруг царила тишина. Оно протянуло руки в направлении часовни (такие стояли у каждого замка) и устремилось туда. Следом кинулись сотни подобных тварей, и это был идеальный момент для побега. Однако в голову постучалась другая мысль: «что-то отвлекло их от жертвы, и это нечто будет хуже миллиарда теней». Принцесса кинулась за ними, стараясь не подбегать слишком близко, перепрыгивая черные сгустки, падая и снова вставая. Когда она добралась до места существа не обращали на посторонних внимания – они окружили здание, склонив головы. Часовня представляла из себя подобие огромной беседки. По поверьям людей общаться с ангелом можно было только в открытом помещении, по этой же причине на ночь все посетители святого места уходили. Каждый шаг давался с большим трудом – было сложно найти место, куда не доставало черное нечто. Под кованной крышей стояли два силуэта. – Я его уничтожу, чего бы мне это не стоило! – Первый сделал жест рукой, словно пытался сотворить заклинание, но его силы были на исходе. – Ты не доживешь до дня его восхождения! – Вторая фигура подскочила к первой, после чего резко оттолкнула ее от себя и каким-то невообразимым образом растворилась во тьме. Первые лучи солнца коснулись земли. Они были слишком ничтожными, чтобы их заметил человеческий глаз, но тени почувствовали приближение света. В одно мгновение ока они исчезли, шлейф начинал растворяться, словно мир пришел в норму и все произошедшее оказалось сном. Только вот какая штука – прямо как с рукой того вояки – отголоски этого дня еще долго будут терзать земли Паладии. Риза подбежала к незнакомцу, который пытался разогнать мрак. Его лицо и шея были покрыты странными символами, внешне он походил на человека, лишь кровь была какой-то необычно темной, отсвечивала зеленым светом. Тело было холодным, но дыхание присутствовало – едва уловимое, все из-за раны между ребер. Девушка вспомнила, что ей говорил придворный лекарь о подобного рода травмах – рану срочно закрыть, чтобы туда не попадал воздух. Не имея ничего подходящего дочь короля просто зажала ее руками и стала ждать, пока придут паломники. Так прошла минута, другая, они казались невероятно долгими. Похоже, люди не спешили на службу, а когда придут будет слишком поздно. И она единственная может спасти его, но в то же время абсолютно бессильна, ведь необходимых знаний нету. Вдохи становились прерывистее, рука, закрывавшая рану, дрожала. Внезапно за спиной раздался голос. «Лишь бы не те сущности снова» – подумалось принцессе. – Ты действительно хочешь спасти незнакомое существо, зачем? Возможно, это его судьба – умереть здесь и сегодня, бесповоротно покинуть мир живых. – Тени пришли сюда за чем-то, а он пытался уничтожить это. Пожалуйста, позовите на помощь… – Мне не нужно звать, я и сам могу помочь. Не пойми как она оказалась в стороне, над раненым нависло странное существо. В память врезались большие глаза с золотистой радужкой, плащ из вороньих перьев и неестественно длинные пальцы. Он снял одно из перьев, приложил его к ране и муки больного тотчас облегчились. – Теперь будет жить? – С надеждой спросила Риза. – Сил ему не хватает, чтобы поправиться. – Ответил человек-ворон. – Вампиры, в отличие от зомби, очень тяжело переносят ранения. – Вампир?! Но раз уж я взялась его спасать… Об этих существах девушка слышала лишь в легендах, ведь ходить в Запретный лес, где обитала всякая нежить, людям запрещалось. В телах упырей тек яд, он поддерживал тело в рабочем состоянии и не давал ему стареть, взамен требуя крови. Словно прочитав ее мысли персона в черном плаще ухватила за руку, занесла над ней свои когтистые пальцы. – Учти, как только отпущу беги со всех ног – когда проснется может напасть. – Предупредил он, после чего острие впилось в запястье. У вампиров была одна страшная особенность – их клыки подобно когтям филина хватали свою жертву, впивались в кожу, причиняли адскую боль, и все это дочь короля прочувствовала на себе. По щекам потекли слезы, кричать у нее никогда не получалось. Тело накрыла слабость – оно и не удивительно, жажда этого существа была огромной. Человек-ворон помог высвободиться из мертвой хватки, борец с тенями открыл глаза. Обратившись птицей целитель исчез, а принцесса со всех ног побежала обратно во дворец. Ее качало из стороны в сторону, голос в голове истошно вопил «зачем ты это сделала?!», однако вспоминая сборище темных сущностей девушка понимала, что вряд ли кто-то из поданных короля сможет одолеть такое войско. Появилось непреодолимое желание вернуться в постель, упасть на подушку и уснуть крепким сном. Усталость накатила подобно волнам Лазурного моря в дни прилива. Не разбирая дороги девушка налетела на фигуру в золотом платье, та начала что-то кричать, на что Риза отмахнулась рукой, не до того было. И как только тело упало на перину в покои ворвалась служанка. – Ах, принцесса, вы еще спите? Безобразие, вам нужно быть в обеденном зале через час! – Подумаешь, на обед опоздаю, отец злиться не будет. – Сегодня вы встречаете важных гостей – представители всех царств соберутся. – Настаивала на своем гувернантка, ухватив воспитанницу за руку. Она потащила дочь короля в ванную, где уже ждала теплая вода, спать захотелось еще больше. Представители шести земель проводили собрание раз в год, по очереди встречаясь в землях каждого. Пять лет назад принцессе удалось уговорить королевскую свиту оставить ее в покое, хотя двенадцать – вполне подходящий возраст для выхода в свет. На этот раз выкрутиться не получилось. Приготовления продолжались: отмыли, причесали, нацепили корону, одели в традиционный наряд. Он состоял из белых штанов и темно-синего верха, украшенного гербом семьи, иногда казалось, что со стены сорвали гобелен, а потом просто подвязали его поясом. – Не переживайте, миледи, на совете присутствует по одному представителю каждой земли, вы лишь посидите на завтраке, поприветствуете всех, покажите свое гостеприимство и уйдете. – Попыталась сгладить момент прислуга. Входить в зал пришлось через черный ход, так как у парадного ждали гости. Перед столом уже стоял король – темноволосый мужчина средних лет, наряженный в тот же костюм-гобелен, с мечем на поясе. Его пальцы украшали драгоценные перстни – подарок гномов, золотую корону венчали сапфиры. Символ власти дочери был не таким знаковым – всего лишь бронзовый обруч, местами покрытый позолотой. – Опаздываешь. – Подметил отец, осматривая ее с головы до ног. – Нельзя заставлять гостей ждать. – Прости, меня мучили дурные сны, я плохо спала. – Слегка склонив голову девушка почувствовала, как правитель прижал ее к себе. – Твое ребячество греет мне душу, но возраст уже не тот. Постарайся вести себя достойно. Представители долины Ив стали перед столом, слугам подали знак и они открыли двери. Глашатый стоял у входа и представлял каждого. – Господин Зеон, представитель Серной долины. С характерным треском шестеренок появился стим. Эти странные создания работали от нескольких источников питания, основным считался паровой двигатель. Все тело состояло из серебристого металла, секрет создания которого знал только Творец, причесок у механизмов не было – они не нуждались в роскоши и считали, что их изначально создали идеальными. Одежда так же была чистой формальностью, и ее научились использовать с толком. Из всех народов Паладии только гномы могли примерить на себя подобную одежонку – тяжелая броня, состоящая из множества слоев. Где заканчивался наряд и начиналось тело? Сложно было понять. Зеон откланялся и стал по правую сторону от двери, вообще в этикете предпочитали все ставить справа, будь то гость, символ власти или вилка на столе. Было очень неудобно соблюдать все тонкости, если ты был левшой. – Королева Уна, король Зельдабур, их дочери Хельга и Ханаар – избранники Негасимого Огня. Гномы были не намного ниже людей, зато в разы сильнее. Родители нарядились в доспехи, дочери предпочли красивые платья для официального приема. Хорошо, что из всей свиты пришли только самые близкие родственники, потому что следующими заявились эльфы. – Сансай Ваниэль, его жена Лазурина, сыновья… Титул эльфа означал «избранник солнца», но к нему еще можно было привыкнуть. А вот что всегда причиняло неудобства, так это трепетное отношение лесных жителей к своей семье. Короли имели обычай – дальним родственникам давать высокие должности, города под командование, но не считать за членов династии. Ваниэль же всегда брал с собой семью – детей, внуков, дядек, тетек, кузенов, кузин, мужей десятиюродных сестер, внучатых племянников и таких дальних родных, что для них даже названий не придумали. Среди прочих дочь короля отметила Азеркину – троюродную сестру в золотом платье, та тоже заприметила нахалку, на лице промелькнул злобный оскал. – Представитель Вечного Союза Разак. Легкий запах гнильцы пронесся по залу, когда порог переступил зомби. Стоит отметить, он сильно отличался от простых воинов Запретного леса – не позволял себе ходить с открытыми ранами, ломаными костями в грязной одежде. Пусть большинство гниющих трупов выглядели как беспризорники с мечами, главный советник правителя был статусом повыше и не желал уподобляться собратьям. – Луназир Аргедон, его жена Мелисса и сын Сумериэль. Избранник луны – так называли правителя темных эльфов. Вопреки тому, что писали в сказках, внешне они почти не отличались от лесных, разве что кожа была немного светлее из-за ночной жизни. По достижению совершеннолетия любой эльф мог перейти с одного племени в другое, если хотел заниматься темной магией или наоборот вести мирную жизнь, почитая природу. Это правило не касалось детей правителей, особенно если те были единственными наследниками. Мелисса – вторая дочь Ваниэля, была выдана замуж в качестве мирного договора и насильно обращена во тьму. Толи назло родителям, толи по какому чуду, а через пару месяцев королева освоилась и теперь даже смотреть на бывшую родню не желала. – Король Георг, его дочь Риза. – Наконец-то представление закончилось, начались приветствия. Все эти формальные фразы вроде «давно не виделись», «для нас это большая честь», «да благословит наши переговоры сам…» – в общем на них отвечали не задумываясь. Так и проговорили минут пять, после чего сели за стол. Обычно принцесса сидела около своего отца, но в тот день между ними расположились пятеро персон, девушке не повезло оказаться около стима. Постоянный шум механизма напрягал ее, уставший мозг отказывался понимать, что эта груда железа живет. Принесли еду, с другого края стола – там расположились отпрыски лесных эльфов – раздался тонкий голосок. – Ваше Величество, мне очень приятно увидеть вашу дочь, но где же королева? – О, вся моя Империя знает. – Не скрывая ответил король. – Мой отец поженил нас, а через год после его смерти мы развелись. Галия была хорошей женой, только смотреть на нее было противно. К сожалению новый муж убил ее, да примет Люксилина эту праведную душу! Разговоры ни о чем продолжились, чередуясь с первым, вторым и десертом. Пытаться услышать что-то важное было бесполезно – все деловые вопросы обсуждались за закрытыми дверьми. – Юная леди, – как можно вежливее заговорил Зеон, – если меня не подводят знания этикета, ложку следует держать правой рукой. – Что-то я не голодна. – Ответила Риза, отложив столовый прибор. А спустя пару минут просто плохой завтрак превратился в кошмар – как-то угораздило принцессу попасть в поле зрение зомби, и теперь тот пристально наблюдал за ней. Учитывая тот факт, что представители его вида питались мясом разумных существ, чтобы продлить свою жизнь, (в отличии от вампиров, которые могли пить кровь хоть эльфа, хоть человека, хоть зверя) стоило избегать встреч с Разаком. По окончанию обеда гостям предложили прогуляться по замку, осмотреть окрестности. Собрание продолжалось до самого обеда, так что времени у правящих семей было предостаточно. Воспользовавшись моментом принцесса поспешила обратно в постель, но тут ее перехватила парочка эльфов. – Мы с кузиной поспорили, что я тебя за волосы ухвачу, – как можно осторожнее начал Сумериэль, – но поскольку хватать особо нечего, придется провести битву. – А я в этом споре не участвовала, и пачкать руки не собираюсь. Эльф не стал слушать отговорок. Он просто вручил кузине корону, а сам подбежал к хозяйке замка и не промахнулся врезал прямо в глаз, так что синяк еще две недели не сходил. Полусонная девушка что-то проворчала, на внятные слова не оставалось сил. Она попыталась занести руку, и тут сын избранника луны ухватил ее за запястье. Адская боль вернулась, усталость как рукой сняло. Оскалившись от неприятных ощущений, дочь короля долины Ив ухватила его за шиворот другой рукой, и толкнула к окну, которое как раз открыли на проветривание. Однако в последний момент Риза опомнилась и поспешила на помощь кузине, которая успела ухватить двоюродного брата за рукав. Вместе они вытащили парня, теперь он казался еще бледнее. – Я расскажу родителям, они вам войну объявят! – Давай, говори, а заодно припомни о споре со своей сестрой. – Понимая, что сейчас она либо уснет, либо обдаст гостей потоком брани, правительница вернулась в свою комнату и наконец-то смогла нормально отоспаться. Вечером гости уехали, горожанам объявили о продлении торгового договора с гномами, стим ушел чем-то недовольный, а Сумериэль пытался уговорить родителей устроить несколько нападений на границы, но его просьбы ни к чему не привели. Закончив с официальной работой Георг велел привести дочь, и кто бы сомневался, что она придет в помятой одежде, зевая на ходу. Свечи догорали, следовало бы сменить их, тени заполонили зал, гудевший от шума пару часов назад. Это были не те сущности, которых приравнивали к черным силуэтам, а самые обычные темные участки. Приглушенный свет успокаивал, настраивая на разговор по душам. – Как тебе первая дипломатическая миссия? – Ужасно скучно, и немного страшно. Столетние эльфы, неуязвимые машины, бессмертные некроманты и мы – просто люди, наверно самые слабые существа после чудищ. – Договорив принцесса сняла корону, виски неприятно покалывали от долгого ношения украшения. – Наша сила не столь явна, и все же соседи считаются с мнением долины Ив. Знаешь, почему? Мы – потомки ангелов, многие из них пали, обратившись в людей, только Люксилина осталась в своем первозданном облике. Наш народ утратил крылья и светлый нимб – защиту от теней, только одно осталось – магия света. Она способна восстанавливать разрушенные земли, мы исцеление для всей Паладии, без наших знаний враги постепенно разрушат мир. – А если противников будет много, соберутся сотнями тогда… – Этого не случалось уже десять лет и никогда не случиться. – Прервал отец. – Что же заставило их собраться вместе ранее? У теней есть разум? Они планируют что-то нехорошее? – Мы отвлеклись. Касательно твоего первого появления, Снасай острова Жизни хотел бы видеть тебя среди дипломатов на своих землях. Я знаю, правила кажутся тягостью, но помимо официальных встреч существует целый мир – разные народы, их традиции, культура. Этот тон говорил сам за себя – отец уже принял решение, он был настроен обучить свою дочь тонкостям правления, да и по закону старшие наследники должны были помогать правителю. К сожалению был только один способ избежать очередного ужина, полного формальных фраз и странных обычаев. – Я и сама долго размышляла над этим и пришла к выводу: наша страна и так переполнена дипломатией, а будущий правитель должен думать в первую очередь о своих, а не о чужих. Король Георг, как ваша дочь и ученица легендарного воина, прошу вас, – говоря это она стала на колено, – посвятить меня в рыцари. – Это очень серьезное решение. Понимаешь, что тебе придется покинуть замок и пока не отслужишь год не вернешься? – Да, таково мое решение. – Ну что же, Риза из королевского рода, именем нашей хранительницы Люксилины нарекаю тебя рыцарем. – Не без тени сомнений он достал меч и поочередно коснулся ее плеч. Георг недолюбливал свою жену, как бы она не старалась угодить ему, но в день рождения дочери что-то в его сердце екнуло. Она была его семьей – не навязанной, не формальной, а кровной, с детства ходила по пятам, постоянно просила совета. Он поклялся, что позволит ей идти своей дорогой, ведь больше всего на свете боялся стать таким же как его предшественник. Перед тем как выпроводить родную кровинку из дому правитель отдал ей свой медальон – с ним окружающие всегда могли распознать в девушке принцессу и не навредить ей ненароком, к тому же в армии присмотрят, да и сама она, посмотрев на украшение, вспомнит отца.

## Часть 2

Рыцари в империи занимали особое место. Исполняя свой долг они не могли покинуть родных земель, так же как и отказать в помощи – в их обязанности входили поимка преступников, поиск похищенных вещей, патрулирование границ и встречи с представителями других королевств. Благородные воины и воительницы все время путешествовали с одного места в другое – все же по рангу они стояли ниже лордов, герцогов и графов. У каждого отряда был свой командир. – Броню надеть и без вопросов! – Закричала Луазира. – Она тяжелая, ходить невозможно! – Возмущалась ее новая подчиненная. – Рыцари всегда носят тяжелые доспехи, только такие не пробьет вражеское оружие, и то иногда не защищает. Разве твой наставник не обучал подобным тонкостям? – Только верховой езде и владению мечем, к тому же он однорукий. Спор длился долго, остановить его было непросто. Опытный командир не собиралась отчитываться перед королем за смерть его единственной дочери, а та в свою очередь не могла представить, как можно работать в одежде, которая весит больше тебя. Сошлись они на кольчуге – вариант не самый прочный и тяжелый. Насчет меча спорить не пришлось: король выдал экземпляр из оружейной, с ним расставаться принцесса не желала. Ночевала девушка уже в палатке, а утро встречала у костра. Были там выходцы из простого народа, хотя и отпрысков знатных людей немало. Подобная жизнь поражала своей новизной и в то же время узнаваемостью: истории учителя оживали. Запах каши, смех товарищей, тренировки с такой силой, что искры с мечей слетали! Скучать не было времени, лишь вечером удавалось немного отдохнуть. Отходя подальше от шумных вояк девушка садилась на траву и читала книги, которые взяла из замка. Справочники по магии и прочие учебники не представляли особого интереса, а вот поэзия помогала отдохнуть, успокоиться и заснуть в два раза быстрее. Утро начиналось с тренировки, потом – завтрак, затем исполнение долга. Здесь то принцесса поняла, что старый друг отца обучил ее лишь основам, да и сражаться с двурукими противниками намного сложнее. Мало того, соперники умудрялись ставить подножки, наступать на ноги и всячески мухлевать. Никто и не говорил, что настоящие враги будут биться честно. – Позорище королевской семьи! – Заявил Альпон. Он был сыном графа и скорее всего, в его роду были далекие родственники короля. Именно это отличало графов от герцогов. Своим мечом юноша разорвал кольчугу и оцарапал горло. Заметив это, капитан отряда наказала обоих, вместо завтрака они должны были расчесать лошадей, накормить, напоить, почистить подковы. Третьим в эту кампанию затесался Сарам – тоже из благородного рода, и на вид вроде человек, но отец его был гномом, и каким-то чудом все об этом узнавали. – Ты тоже с нами, уродец? – Будущий граф не подбирал слов. – А вас за что? – Спросил он у новенькой, игнорируя выскочку. – Подрались. Дисциплину нарушаем, или что-то вроде того. – Переложив чистку копыт на паренька, дочь короля взялась за грабли, отвлечься от запаха было непросто. – Тебя ведь Риза зовут? Меня Сарам. – Слышала, те, кто помоложе, тебя недолюбливают, а старшие не трогают. – Ты понимаешь, верно? – Нелепо улыбнувшись отшутился юноша. – Только вот за что столь знатную даму оскорбляют? – О, это долгая история. Начать стоит с того, что в генеалогии нашего рода было только три развода – в начале времен королева развелась с неверным мужем, затем король с женой, которая убила его дядю, а мой отец… Без весомой на то причины, просто потому, что захотел. По законам долины Ив потомки династии должны оставаться с правителем, вот и я осталась. За мной присматривала няня, иногда называла ее мамой, придворные знают, а остальные думают, что она действительно моя мать. – Тем не менее ты единственная наследница, – новый знакомый наблюдал за тем, как девушка убирает, и сам хихикал от своих слов. – Будешь править после своего отца, ничего с этим не поделать. И стоило записываться в рыцари, уж лучше бы в дипломаты. – Я не понимаю дипломатии. Собрания проходят всегда, даже во время войн, два противника сидят друг напротив друга и обещают, что не будут убивать тех-то или разрушать того-то, в итоге никто не держит слово. Может в этом и есть какой-то толк, но только не по мне подобные спектакли. – В любом случае придется, нельзя строить королевство на крови. Паренек слово в слово повторил слова няни, услышав их впервые будущая королева разозлилась, теперь уже не была так категорично настроена. Толи из-за кучи навоза под боком, толи из-за смешков Сарама ответом на замечание стала легкая улыбка. Рыцари пожали друг другу руки и продолжили отбывать наказание. Луазира сжалилась над троицей и позволила им перекусить, но не переодеться – так и ходили целый день. После полудня они и еще двое опытных воинов направились в городок Стальгейм. На первый взгляд – лысая долина, никогда не дает богатого урожая, ближайшая река в полудне пути. На самом деле под ней спрятана огромная сеть пещер, где есть и руда, и вода и дорога в земли гномов – один из двух способов добраться в горы. На жителей обрушилась страшная напасть: неизвестный похищал их по ночам, а на утро выбрасывал обглоданные кости к порогу графского дома. Убийцу назвали «каннибал», никто не знал его расы, пола, внешности, мотивов. Только то, что работает эта тварь по ночам. Старшие уже сделали основную часть работы – отловили подозреваемых, молодым доверили их стеречь. Первый человек преклонных лет, нелюдимый и чокнутый жил на краю города. Каждого встречного покрывал матом, родных не было, питался в основном грибами с подземелья. Противная личность – ничего не сказать, его бы с радостью повесили, даже если бы мужчина оказался невиновен. Вторая сестра солдата, что служил здешнему графу. Юнец погиб во время разборок с бандитами, так что у нее был мотив убивать, но чтобы пожирать трупы? – А почему все уверенны, что он их ест? – Резко спросил полугном. – Может, просто режет ножом и выбрасывает, а то что люди назвали каннибалом, это не факт. – Говорят, раны такие, словно зубами кто впивался. Старые рыцари умеют подмечать подобные детали, не то что вы, неучи! – Крикнул Альпон. – А ты не подлизывайся, негодник, лучше бы сам научился, а потом уже говори! Очередная ссора. Благо в этот раз оружие осталось нетронутым, в ход пошли кулаки. Старик изрядно похохотал над стражами порядка, хватаясь за свой ссохшийся живот, а потом еще добавил, плюнув им под ноги: – Э, какие идиоты, как вас земля таких носит? Новобранцы засмущались и разошлись по углам. Они приглядывались к двум другим подозреваемым, и каждый пытался вычислить преступника. Третий пьяница случайно подвернулся под руку. Скорее всего, его поймали чтобы проспался и народ не тревожил, вскоре должны были отпустить. Четвертый являлся чудищем. И по сей день лесные эльфы использовали тотемных животных для своей магии, только вот современные жители Острова Жизни никогда не убивали их, собирая шерсть, рога или зубы. Старое поколение имело обычай снять шкуру, раздобыть череп, и все это нацепить на себя, пройдя при этом кучу ритуалов. Эти заклинания стали причиной слияния с животными, породив нечто неизвестное Паладии, названное «чудовище» или «чудище», так же сами остроухие прозвали тварей «чудовеями». Полагали, будто вместо духа животного на помощь таким магам приходили тени, от чего представители этой расы были ужасно уродливы и не особо умны. К слову, никто с ними особо не общался, чтобы узнать, правда ли это. Сей представитель вида напоминал что-то среднее между тигром и козой. Рога у него были обломаны до основания, зубы острые, одежда рваная, из десяти шкур сшитая. Только вот ходить нормально подозреваемый не мог, и все время опирался на палку. – Погляди, ну как такой может быть маньяком? Он жалкая хромая тварь! – размышлял сын графа. – Согласна, его посадили только потому, что родился чудищем, давай отпустим. – В кое-то веки принцесса сошлась во мнении со своим недругом. – Да вы что, с ума сошли? Нам же строго-настрого запретили… – Говорить с виновниками, а он и не виноват ни в чем. – Умные вещи, королевская байстрючка, отпустим-ка мы его, а деда укокошим, гляди, как руки потирает – сожрать нас хочет. – Насчет убийства я не согласна. В общем, решили схитрить. Капитан просила выпустить пьяницу, вот чудище переодели, а на гуляку накинули одежду из шкур. Сказали, найти своих и бежать – второй раз поймают, точно голову отсекут, сдали вахту и как ни в чем не бывало пошли в лагерь ужинать и спать. Риза спала с другими девушками в общем шатре. Она поудобнее легла в своей постели, раскрыла книжку на закладке и принялась читать. Том был необычным – от безумного поэта, одержимого страхом перед тенями. Говорю вам, глупцы, что наступит тот год, Когда к вашим дверям дитя Тьмы придет, Будет смертным рожден, но от тени зачат, Солнца свет победит, мир развеет он в прах. Ты молись, как монах, и гляди, не греши, Чтобы душу свою в Судный День спасти. Книга закрылась с громким хлопком. Сердце застучало как бешеное. Ах, ведь его считали автором ужасов, мастером пуганий, просто развлечением… Но что Риза видела в тот день? Сущности кланялись, тьма укрывала беглянку, а был ли у нее младенец в руках? Этого свидетельница уже не помнила. – Тише, не стоит переживать. Вампир пытался ее остановить, он не помер, а значит и ту барышню остановит, это его проблемы… – Успокаивала себя девушка, уснуть получилось с большим трудом. А очнулась она от лязга ножей. Руки и ноги были привязаны к доске, шатер исчез вместо него сырое подземелье, над головой висят куски мяса, кровь капает на лицо. Отвратительный медный привкус растекается во рту, вместо крика к горлу подкатывает тошнота. Веревки крепкие, даже повернуться невозможно. Дочь короля молит Люксилину, чтобы та дала ей возможность закричать, снять напряжение, но вместо этого кричит кто-то другой, парень. – Твое мясо слишком сладкое, какая досада! Фигура в накидке из шкур подходит ко второй жертве. Это были животные, люди, или эльфы? В полумраке невозможно различить, лишь свет кристаллов хоть как-то сопротивляется темноте. – Еще одна добрая душа пришла в себя. А ты какая будешь на вкус? Это лицо того самого чудища, что обреченно смотрело в окно. Он все еще опирается на палку, при этом сжимая в другой окровавленный нож. С губ стекает пена, глаза пронзают тело, измеряют его, ищут подходящее место. В один миг страх отступает – бояться стоит лишь тогда, когда избежать смерти возможно. – Ну попробуй, тебе никогда ничего кроме гнилых трупов жрать не доведется! – Наконец-то получается закричать. Какое облегчение! – Пусть ангелы простят меня за милосердие, я отрежу твою голову без сожалений! В этот же миг в затылок чудища прилетает камень. Тот оборачивается и видит незваного гостя, обнажает клыки и на удивление быстро бросается вдогонку. Палка служит вместо третьей ноги, куда пропали те скованность и немощность? Где-то там, в лабиринте темных коридоров, раздаются крики, вопли, после чего полугном выбегает обратно и развязывает пленницу. – Говорил же, нельзя этому уроду доверять. Он вас выкрал из лагеря и хотел сожрать! – Не сейчас, скорее, освободим Альпона. Каким бы гадом он не был, бросать рыцаря в подобной передряге не хотелось. Они были товарищами и поклялись в бою становиться ближе братьев с сестрами. Каннибал отрезал от его руки кусок плоти, освободившись от пут сын графа ухватился за больное место и расплакался. – Я истекаю кровью, о, ангелы небесные, умираю! – Замолчи, не сдох же еще! Вспомнив наставления придворного лекаря девушка попросила друга отвлечь внимание, а сама крепко-накрепко перевязала рану. Беготня в пещере продолжалась, тем временем вторая повязка была наложена на плече, чтобы прижать раненую руку к груди. – Это поможет на пару часов, если потом не снять ты потеряешь конечность. – Эй, а нельзя было найти что-то более полезное?! – Я не целитель, лишь основы знаю. Пошли, выберемся от сюда, Сарам не сможет отвлекать его вечно. Выход из подземелья найти было непросто. Оказалось, это была заброшенная шахта, часть указателей стерлась, а временами из-за соседних углов раздавался грохот и вопль товарища. – Я тебя сырым сожру, когда поймаю, чертов мальчишка! – Вопил убийца. Хорошо что гномы от природы были выносливыми и быстрыми. Спустя какое-то время парочка добралась до первого фонаря. Их придумали стимы и никому не давали, но для подземелий сделали исключение, ведь свет нужен был круглосуточно. Это значило, что по данной местности ходят люди, тут Риза и оставила раненого. – Дальше дорогу найдешь, сообщи остальным, чтобы шли на помощь. А мы позаботимся о том, чтобы этот псих тебя не догнал. Сын графа не стал возражать. Принцесса кинулась обратно, теперь искать дорогу было проще. Она наткнулась на друга-полугнома, который уже подустал и получил парочку ранений. Чудище зажало его в угол, наслаждаясь моментом оно медленно подходило к жертве. В тот момент страхи и последствия пришлось откинуть в сторону, действовать надо было быстро. Подбежав со спины девушка выхватила нож и засадила его между лопаток каннибала, тот издал хрип, начал кашлять кровью, но решил не отпускать врагов живыми – на последнем вздохе заколдовал кристаллы и все они полопались, знакомый шепот вернулся. – Тени! – Хором закричали друзья. Они ухватились за руки и побежали оттуда, как маленькие дети. Выбежав на свет упали да так и сидели там, молча глядя друг на друга, вздрагивая от малейшего колыхания внутри лампы. В таком состоянии их и нашли рыцари, провинившихся отвели в лагерь, с каждым поговорили отдельно. – Альпон говорит, отпустить пленника была твоя идея. – Заявила Луазира, хорошо что она пришла после того, как принцесса поспала и поела. – Наша общая. Мне так жаль, я хотела спасти его, потому что чудищ обычно вешают без разбирательств… Не хотела, чтобы погиб невиновный. Капитан опустилась на колени и взяла подчиненную за руки. На них оставалась высохшая кровь, заметив ее девушка отвернулась, старшая заставила посмотреть в глаза и не отводить взгляда. – Нельзя точно узнать, виноват кто-то или нет. Иногда лжецы говорят, не краснея, а обычные граждане поливают грязью так, что удушить хочется. Но раз уж мы ловим убийцу, а не какого-то там воришку, лучше убить невиновного, чем отпустить виноватого. Люксилина примет чистые души, нечестивые, почувствовав свою безнаказанность, продолжат творить зло. С годами ты научишься отличать вымысел от правды, и даже тогда будешь ошибаться. А теперь, раз уж отоспались, все дружно собирать вещи – убийца был найден в заброшенной шахте, точнее то, что от него осталось, мы выдвигаемся через час. В тот день дочь короля написала письмо и отправила его голубем. Пользоваться магией девушка не умела, а перехвата не боялась – было бы там что-то настолько важное, чтобы за ним охотились. «Дорогой отец! Спешу тебе сообщить, сегодня я успешно выполнила свое первое задание. Все пошло не совсем так, как планировалось, была небольшая стычка, и мне многое пришлось понять о добре из зле, но главное, я учусь быть рыцарем, и к концу службы с радостью расскажу о сотнях своих подвигов. Надеюсь, ты не сильно скучаешь за мной. Знаю, у тебя много работы, так что вряд ли напишешь мне в ответ, хорошо что некоторые вещи не нуждаются в словах.» Следующий месяц дался легче. Вопиющих случаев не было, к ранним подъемам и странствиям новенькие привыкли, пещера пожирателя трупов стала забываться, как дурной сон. Теперь самое страшное, что могло случиться с Ризой – патрулирование. Однажды гуляя по городу она с товарищами разделилась и зайдя в малолюдный район нашла там брошь. Изделие не было похоже на поделки мастеров империи – острые углы, по форме как астра, выполнено в черном цвете, покрытое серебром. Свою находку воительница показала другу. – Ух ты, настоящая драгоценность. Ее можно дорого продать! – Ты что! Вернуть надо, мы же люди чести. – Ага, конечно. – Протянул он с ноткой разочарования. В лагерь ничего кроме писем не передавали, жалование у всех одинаковое, а порой так хочется выпить эля или поесть что-то помимо каши. – Только вот хозяин явно не человек, тут море неподалеку и леса эльфов, владельцем может оказаться кто угодно. – Это ничего не меняет. Вещицу потеряли в землях моего отца, значит мы, стражи порядка в долине Ив, несем за это ответственность. Как же выяснить, какой народ создал цветок? – Точно не гномы. Отец показывал изделия из подгорных кузниц, там очень много тонких узоров и деталей, лишь настоящий кузнец может быть настолько терпеливым, чтобы выковать их все. – Отлично, не гномы, не люди, скорее всего нежить тоже отпадает – им цветы не по нраву. Отправлюсь-ка я в лагерь и спрошу других, может кто еще что-то подскажет. – А как же дежурство? – Прикрой меня! Только на полдороге девушка передумала. Тот городок, где они остановились, был излюбленным местом туристов, из-за чего на каждой улице стояли таверны, а в центре – посольства. Заметив человека с гербом короля стимы потащили принцессу в свое, внутри ничего не было, лишь парочка стульев для гостей, сами механизмы не нуждались в отдыхе. – Пришли, все-таки. Опаздываете на тридцать секунд! – Возмущался некто, похожий на Зеона, но раз не узнал то скорее всего был не он. – Да, у меня к вам одно дело, это не займет много времени. – Надеюсь. Наш корабль потерпел крушение, вы обязаны предоставить новый, чем быстрее тем лучше. Скрип шестерней стал громче. Ризе стало интересно, что это значит: поменялось настроение, или что-то сломалось? Возможно, почитать учебники было не такой уж плохой идеей. – Ваш Творец не научил делать корабли? – Осторожно спросила принцесса. – Омерзительно! Наши корабли работают без гребцов, они в десять раз быстрее любого другого судна, в вашей жалкой империи не построить такого совершенства! – Теперь он точно разозлился, из клапанов на шее вылетел сгусток сероватого дыма. – Почему послы долины Ив столь бестактны, вас бы стоило… – Будет вам корабль, обещаю. Прямо сейчас пойду в порт и улажу это. А теперь будьте добры, помогите мне, и разойдемся мирно. – И как же я могу быть полез-з-з-зен? – Механизм начал заедать, наверно крайняя степень раздражения, или злобы, точно ничего хорошего. – Скажите, никто из ваших не терял брошь? – СТИМЫ НЕ НОСЯТ УКРАШЕНИЙ! – Завопил посол так, что бедняга чуть не оглохла. Выбегая с посольства дочь короля заметила, как туда вбегает Луазира. Она поспешила к порту, где показала свой медальон и потребовала снабдить механизмы кораблями. Поиски хозяина броши продолжались. На очереди посольство лесных эльфов. На их родине – Острове Жизни – зима никогда не наступала благодаря особому заклинанию, его же остроухие использовали чтобы оградить небольшое строение на берегу империи. Осенью это еще не сильно бросалось в глаза, а вот зимой под куполом все цвело и благоухало. – Простите, я ищу хозяина одной потерянной вещи, не могли бы вы мне помочь? – Что за вещица? – Спросил стражник. – Вот. – Девушка показала украшение, тот осмотрел его и брезгливо одернул руку, однако ответил вежливо. – Такое носят темные эльфы, кристаллы с острыми углами – аналоги света в Сумеречном лесу. – Благодарю. Собираясь уходить дочь короля столкнулась с фигурой, идущей к воротам. Послышалась знакомая ругань, эльфийка в золотых доспехах вскочила на ноги, обнажила клинок, кончики ее ушей покраснели, лицо искривила злоба. – Мерзкая челядь, как ты смеешь у меня под ногами путаться? Я кузина сансая, стража, схватите ее! Подчиненным пришлось выполнить приказ. Азеркина поспешно удалилась, наверняка она узнала принцессу, ведь стоило той показать свой медальон, как ее тут же отпустили, еще и прощения попросили – все же они были на территории людей, а не наоборот. И вот стражница добралась до обители темных эльфов. Оказалось, они не имели своего здания, так как Сумеречный лес граничил с городом. Навстречу вышла женщина в красных одеяниях, на поясе болтались кинжалы. На ее стороне не было солнечного света, вместо него сияли кристаллы разных форм, цветов и размеров. Они прятались в траве, деревьях, на крышах домов, поблескивали и манили. Вовсе не та «бездна тьмы», о которой рассказывали прислуги. – Ах, мое чудесное украшение! Пришлось обыскать весь храм, а оказалось, брошь потерялась на площади. Ну-ка подойди, щедро награжу за находку. – Простите, рыцарям нельзя ступать на чужие земли, когда они на службе. Ведьма задумалась. Она медленно подошла к границе, походка наверняка впечатлила бы какого-то паренька – легкая и уверенная. – Чтобы говорить такое, нужно точно знать, где твой дом. – Глупости, мой дом – долина Ив, я тут родилась и выросла, как и мои предки, и буду править после отца. – Тут уверенность начала пропадать. – Если не здесь, то где же еще? – Наша обитель там, где сердце лежит. Изгнав из него человека однажды, навсегда его потеряешь, передай мое предсказание королю. – Одним ловким движением чародейка выхватила свою вещицу и пропала, вот и к магии проснулся у принцессы интерес.

## Часть 3

Рассвет в землях долины Ив обычный, что делает его незабываемым. Стимы не видят первых лучей солнца за туманом, в Сумеречном лесу не бывает дня, гномы не смотрят на небо – либо под землей либо под покровом метели, Остров Жизни ослепит каждого, кто увидит солнце в первый час восхода, в Запретном лесу наблюдать за этим некому. Так было в книгах написано. Никогда еще они так не увлекали принцессу, жаль только, что иллюстраций не было. От каждой страницы исходили тепло или холод, запах травы, голос певца… Рыцари не разделяли этих интересов, они считали подобное рвение ненужным. Хорошо жилось воинам в родных землях, а чужие – источник проблем. Кто там их повстречает с распростертыми объятиями? А здесь все почитают. – Риза, ты всю ночь так просидела? Девушка отложила текст. Свеча уже почти догорела, шатер заполнил дневной свет, никого в постели не было, только Луазира стояла с недовольным видом. – Похоже что да. Простите, сейчас же оденусь и на сбор… – Можешь не спешить, завтрак все равно пропустишь. Такое повторялось не первый раз. Командира легкомысленность достала, к тому же безрассудство будущей королевы – беда для всего королевства. Чтобы проучить подчиненную опытная воительница взяла ее, а заодно и двух товарищей и отправила на кладбище посреди ночи. Местные поговаривали, чудище какое-то там завелось, стоит ли говорить, что некроманты на войну с людьми не нарывались, и подобным не занимались? Либо выдумки, либо пьяницы, в любом случае ночевка должна была преподать урок. Троица отправилась вечером, без ужина. Взяли три масляных лампы, оружие, прихватили немного хлеба и в полной темноте ступили на кладбищенскую землю. – Благодарю, ваше Высочество, нет для меня большей радости, чем просидеть ночь на кладбище в окружении двух идиотов. – Альпон окинул взглядом территорию, ища уголок поуютнее чтобы проспать там до утра. – Мне очень жаль, каждый должен отвечать за свои проступки сам. – И что же ты будешь делать на троне, когда от каждого решения будет зависеть судьба Империи? – Раздражение сменилось шоком. До будущего графа дошло, что это вовсе не шутка. – Я никогда не думала, отец – вся моя семья, если он умрет… – Останешься одна против пяти королевств, в ответе за миллионы человеческих жизней. Тебе не помогут ни советники, ни рыцари, ни аристократы, о, Люксилина, наш дом разорвут на части! – Довольно! – Вмешался Сарам. – Мы сюда не веселиться пришли. Уже вторую неделю кто-то убивает домашних животных и пугает детей, угроза реальна, кто-то должен с ней разобраться. – Отлично, вы разбирайтесь, а я на заслуженный отдых. Рыцарь ушел, остальные пошли в обход. Девушка выглядела расстроенной, не хотела смотреть другу в глаза. Полугном подумал, и решил как-то отвлечь ее. – Кем бы не было это существо, теней оно не боится. – Они появляются во тьме, но тьма не всегда хранит в себе врагов. Может, мы ищем такого же человека с фонарем, или очень везучего или… Действительно какая-то магия замешана. – Эй, смотри! Внимание патрульных привлекли следы крови и ошметки овечьей шерсти. Пока что страдали только фермеры, людей чудище не трогало. Даже днем ходить на кладбище боялись, а зря – не дойдя и до середины они нашли разрытую могилу. Паренек набрался смелости, положил лампу, стал на колени. Вытерев рукой засохшую кровь с землей Сарам прочитал эпитафию. – Эту девочку похоронили незадолго до того, как началась шумиха. Копать могилу рискованно: чудовище может напасть, устроим засаду, будем дежурить по очереди. Рано или поздно оно вылезет за новой жертвой. Отыскав более-менее надежное укрытие за камнями рыцари уселись поудобнее и начали ждать. Один из них взял лук, другая следила за фонарем. Сперва они шарахались от каждого шороха, потом поиграли в карты, обсудили последние новости в роте, от души посмеялись. – Кстати, а зачем ты пошел в рыцари? – Вдруг спросила принцесса. – Тебе ли не знать наших законов? Титул не может унаследовать чужак, я вроде выше гномов, но немного ниже людей, вот и получается что новым герцогом не стану. Рыцарство – моя единственная дорога. – То есть по завершению службы ты останешься на своем посту? – Не совсем. Пойду служить на границу с гномами – возможно, судьба такая. – Насчет своей я не уверенна. Мне с рождения говорили, что быть королевой – важнейшее задание, многие готовы из кожи вон лезть, чтобы занять должность правителя, а не могут. Отец показал мне, что значит править, это не то будущее, я бегу от него, и от того часа, когда король умрет. – Мы всегда боимся того, к чему не готовы. Когда время придет, страх отступит. Альпон не прав – как минимум один союзник у тебя будет всегда. Обнявшись они поменялись местами. Время тянулось чертовски медленно, сперва Сарам уснул, затем и его спутница начала засыпать. Ее усыпляла странная песня, похожая на колыбельную. Чарующий голос был тихим и таким нежным! Забывалось кладбище, угроза отступала на задний план. Пронзительный крик ворона нарушил покой, принцесса открыла глаза. Фонарь почти угас, товарищ и не думал просыпаться. Подлив масла девушка отогнала какую-то мелочь – вроде тень, но не очень опасную. За спиной что-то стукнулось о могильный камень. Чудовище пробудилось и уже вылезло из могилы. Тощее тело в грязном белом платье, золотые локоны, слегка растрепанные, розовощекое лицо, ясные голубые глаза. Словно маленькая девочка потерялась, лишь одно выдавало в ней нечисть – клыки. Нет, не те, которыми обладали вампиры – эти закругленные, подвижные, как у насекомого. Вместо звуков чудовище издавало стрекотание, заметив огонь оно ринулось на патрульных. Риза натянула тетиву, выстрелила – стрела пролетела мимо, девочка напрыгнула на нее. Хватка была сильной, почти каменной, на крики напарницы полугном никак не реагировал – спал. Вложив всю силу в удар ногой, рыцарь отшвырнула монстра, маленькое тело с глухим стуком ударилось об оградку. Используя бесценные секунды, девушка ухватила меч. Был только один способ убить нечистую силу – отсечь голову. Оружие рассекло воздух, сломало тонкую шею. В тот же миг все стало приходить в норму: тело высохло, волосы побледнели, половина выпала. Изо рта покойницы выполз огромный жук. Преодолев отвращение, принцесса раздавила его и завернула в кусок бумаги. Разобравшись с врагом подруга принялась будить спящего, тот проснулся не сразу, а увидев труп едва не закричал. – Я конечно знал, что после смерти одержимые приходят в норму, но чтобы так… Словно мы могилу раскопали и поглумились над трупом. – Да эта тварь орала громче ошпаренного, у меня чуть сердце в пятки не ушло! Как можно было проспать такое?! – Не знаю, слышал голос. Отец рассказывал мне сказку, как когда-то в детстве. – Мне колыбельную пела женщина, тени были здесь. Парочка снова посмотрела на труп. Не сговариваясь они положили тело в яму и закопали ее. Приглядевшись к камню Сарам заметил следы от ногтей, такие глубокие, каких ни один зверь оставить не мог. – Почему ты проснулась, а я нет? – Спросил он, ощупывая горло. Если бы эта тварь до них добралась, трупов было бы трое. – Меня ворон разбудил. Просто случайность. – Вороны не самая приятная случайность, мать говорила они… – Хэй, идиоты, что вы здесь натворили? Альпон вернулся к товарищам, так как его фонарь почти угас. Он был слегка пьян (наверняка упрятал бутылку вина), пошатывался. Окинув взглядом могилу паренек начал плести какую-то ересь про линчевание и бесчестие. Первой среагировала Риза – отвесила ему затрещину, затем ее друг намекнул, что за пьянство тоже полагается наказание. В итоге троица сказала, что задание выполнила, не вдаваясь в подробности. Через два дня они должны были уйти, в городе воцарились мир и покой. Рыцари веселились, гуляли – отдыхали перед долгими походами и новыми заданиями. Риза же не хотела оставлять дело незавершенным. Тени пугали ее все больше. Девушка решила нанести визит родителям погибшей, разговор предстоял не из легких. Ее встретили фермеры. Многодетная семья, живущая в большом доме, пускай и скромно. Мать предпочла уйти в работу, она не желала вспоминать о потере, отец сказал коротко: – Мэри умерла от болезни, если для ее упокоения было необходимо потревожить могилу – мы не в обиде на слуг короля. У фермеров много работы, оставьте нас. Однако, не все были такими молчаливыми. Один из детей подбежал к принцессе, взял за руку и попросил сохранить его слова в тайне. Он отвел девушку в небольшой домик из сена и палок – в таких малыши часто играли – прогнал от туда братьев и сестер, закрыл вход досками. – Послушайте, мисс, Мэри убили. За несколько дней до ее смерти приходил кто-то в черной мантии, он предлагал детям угощения, кроме нее никто брать не стал. У той конфеты вкус был как у древесных жуков – так она сказала, а к вечеру уже лежала в постели. В тот же день Сарам упомянул, что в трактир его не пустили – нежить направлялась в королевский замок, их лидер там остановился. Жаловался товарищ, что мертвецы совсем стыд потеряли – сами не пьют, другим не дают, выгнать бы их к чертовой матери. Риза сомневалась, перед ней было два варианта. Чужаков следовало навестить – однозначно, вопрос в том, как это сделать. Надеть ли корону и потребовать аудиенции, или же лучше прийти как рыцарь в шлеме? Взвесив все за и против девушка выбрала второй вариант – в случае неудачи короля никто обвинять не станет. Итак, за пару часов до захода солнца воительница ворвалась в трактир, хозяин, уловив ее взгляд, отошел в сторону. Девушка направилась к лестнице, из неоткуда перед ней появился Разак. – Господин отдыхает, никто не смеет его тревожить. – А он как смеет убивать детей на наших землях? – Шлем был непривычен, неудобен, тяжел. По крайней мере под ним голос звучал увереннее. – Вы себе слишком многое позволяете! Некроманты хотят попросить у короля помощи, зачем нам портить с ним отношения? Зомби обошел незваную гостью, ухватил за руку и потащил к выходу. Девушка оттолкнула его, стала как вкопанная, достала из кармана свою находку. – Не сомневайтесь, уйду, только заберите свое колдовство поганое. – С этими словами она вручила советнику огромного жука. – Еще раз за подобным поймаю – отрежу голову вашему правителю, вслед за кладбищенскими упырями. В тот же вечер принцесса написала еще одно письмо. На этот раз она даже чувствовала гордость – ее разговоры со отцом приносили пользу. «Обойдусь без приветствий, так как дело срочное. В городе, где наш отряд работал, объявился некий маг в черной накидке. Он дал дочери фермера странное угощение, после чего та заболела и умерла. Ее восставший труп тревожил жителей, к счастью тело было маленьким, оно не могло выломать дверь или завалить взрослого человека, но что если в следующий раз восстанет кто-то больше? В этом же городе остановились некроманты, к тебе направляются. Будь внимателен, твоя дочь Риза.» На этот раз письмо отправили гонцом, попросили внимательно за ним следить. Это встревожило капитана, но ни слова из девушки она вытянуть не смогла. Даже товарищи не прознали о той встрече, полугном лишь догадывался. Прошло еще несколько месяцев, охоту на нежить никто не объявлял, а вот за головы чудищ назначили награду. Воительница негодовала от такого поворота событий, хоть и соглашалась насчет угрозы безродных. Она осторожно расспросила Альпона, ведь тот получал новости от своих родителей. – Да, они были на собрании и одними из первых услышали приказ короля Георга, он показал им огромного жука, который стал причиной воскрешения мертвых. – Очевидно же, кто за этим стоит! – А вот и нет, только идиоты вроде тебя обвинят во всем некромантов. Используя насекомых, мертвых подымают чудища, чей тотем – жуки. Сын графа не отставал со своими издевками, и это еще не самое худшее. Всего за месяц до возвращения принцесса потеряла подарок отца – он лежал у кровати, а на утро попросту исчез. Признаваться в таком не хотелось. Что подумает капитан, а отец, а этот выскочка Альпон? Вор должен был находиться неподалеку, девушка даже броню оставила в шатре – быстренько оделась и в таверну. Трактирщик навел на перекупщика, тот сказал, что парень с подобным украшением объявился, только продавать его не стал. Догадался старый барыга, кто с ним разговаривает, и сообщил куда подался негодник – в резиденцию лесных эльфов. Там Ризу уже поджидали. Стража схватила чужачку, которая без приглашения сунулась на их территорию, словам они не верили, а медальона не было. Виновницу бросили в темницу, чтобы доправить на Остров Жизни и там судить – какое-то слишком суровое наказание для случайного прохожего. Все прояснилось, когда чужачку пришла навестить Азеркина, даже в подземелье ее доспехи сохраняли ослепительный золотой свет. – Да что на тебя нашло, жить надоело?! Мой отец тебя казнит, когда узнает, что ты украла мою вещь и посадила меня в темницу. – Что, какой отец? Прости, я слышала, в рыцари идут оборванцы, вряд ли их жалкие предки представляют угрозу для эльфийского народа. Если же ты говоришь о короле, его дочь сейчас находиться в замке, впрочем, как и всю свою жизнь – ошивается в коридорах, играет со слугами. Видели ее только раз на приеме, да и забыли, подрастет выдадут замуж за какого-нибудь барона, вот он и будет править. Помахав рукой на прощание, кузина сансая ушла, приставив стражника к принцессе. Девушка долго просидела в тишине, размышляя над сказанным: отец никому не сказал, что она ушла в рыцари, поданные наследницу ни во что не ставили. Возможно, воительница в золотых доспехах врала – до конца веков будет обижаться за испорченное платье – тогда почему кроме отряда рыцарей никто ее не узнавал? – Разве не этого стоило ожидать? – Поглядывая в потолок спросила она. – Сама с собой разговариваешь, чокнутая. – Ответил страж. – Ну раз это просто сумасшедшая, быть может отпустишь ее? – Этот сладкий голос показался знакомым. На плече эльфа легли руки с кроваво-красным маникюром, он в миг покраснел и застеснялся, как мальчишка. – Селиция, я не могу ослушаться приказа. Азеркина мне голову отрубит, ты же знаешь. – Мы сохраним это в тайне. – настаивала на своем ведьма. Темная прижала к себе светлого собрата, вторую руку спрятала за спину. – И не надейся меня зачаровать, больше не ведусь на это. – Очень жаль, ты был хорошим любовником. Острое лезвие полоснуло по горлу быстрее молнии. Брезгливо вытерев о юбку руки, темная эльфийка достала из его кармана медальон и вернула принцессе, после чего вернулась к телу, забрала ключи и открыла замок. – Так всегда бывает с влюбленными, лишь кровная любовь сохраниться навека. – Это слова ребенка, Риза. – Так, словно та была ее дочерью, ответила ведьма. – Детям нужна защита, и лишь в роду могут они ее получить. Только вот когда разлюбит тот, кто любить должен, тот, кто любит не по долгу, станет твоим утешением. Он был для меня игрушкой, а истинная любовь она меняет, и ты поймешь, люди учатся быстрее эльфов, у них и времени-то особо нет. После всего этого Селиция еще и отвела девушку к лагерю, попросив больше не терять амулет. Так же колдунья, словно прочитав мысли спутницы, посоветовала ей не пренебрегать дипломатией – уж она-о обеспечит юной правительнице несколько полезных союзов. Ничего боле на рыцарской службе не случилось, спустя год и два дня после своего отбытия дочь короля возвратилась домой. Она подумывала о новых землях, странствиях и встречах со старыми друзьями, к сожалению дворец не мог долго находиться в тишине и покое.

## Часть 4

Раньше были хорошие деньки. Принцесса росла в окружении прислуги, играла, веселилась, а перед сном к ней всегда приходил отец. Однажды девушка побежала в сад за тенями, очарованная странным голосом. С тех самых пор Риза пыталась все вернуть – уйти подальше от обязанностей королевы, скрываясь в отряде рыцарей, вернуться, когда король по ней соскучится, и уговорить не затягивать в политику. Но чем сильнее она пыталась убежать, тем мощнее затягивало болото. Замок уже не был прежним: его окружили поданные с вилами и факелами, чтобы пробраться внутрь пришлось воспользоваться тайным ходом. Гостью встретил однорукий вояка. – Ваше Высочество, не вините себя в случившемся. – Успокоил он бывшую ученицу. – Народ бунтует из-за теней. Они оскверняют тела, вселяются в мертвых, никто не знает, откуда снова вылезут. Людям нужны ответы, они не собираются ждать. – Неужели стоять тут день и ночь с оружием, осаждая неприступную крепость, лучше? – Не знаю, не знаю, во всяком случае провизии нам хватит на месяц, к тому времени решение должно быть найдено. Воительница старалась держаться в стороне от этой неразберихи. В целом жизнь ее стала прежней – жила в замке, никуда особо не выходила, слуги, знавшие ее с детства, все еще были рады услужить. Никаких послов – в такие моменты они боялись навещать долину Ив. Да и что мог один человек сделать против толпы? С другой стороны это «счастье» тянуло за собой проблемы для короля – самого близкого родственника, люди продолжали страдать от набегов. Апогей наступил в день, когда осаждающее пробрались в замок. Войско правителя давило опытом и умением, ополчение – числом. Даже тени держались в стороне от той битвы, и без них хватало крови. Узнав о том, что повстанцы добрались до тронного зала, рыцарь ухватила меч, позабыв о броне, и кинулась спасать своего отца. Увы, она опоздала – короля тяжело ранили, какой-то селюк-бородач занес над ним вилы. – Остановись, безумец! Династия ведет род от сына Люксилины, проливая нашу кровь ты оскорбляешь ангела! – Человек замер. – Шо буде хуже одержимых? Пусть робять нам житие без смертей, иль не нужон нам такой король! Было трудно не смотреть на истекающего кровью правителя, еще труднее опустить свой меч. Ему нужна была помощь целителя, хоть чуть-чуть времени – тогда потомок ангелов пойдет на поправку. – Я улажу эту проблему, дайте мне семь дней. Поверьте, одну такую тварь уже убила. – Слыхал о том, рыцари сказывали. Сему дней, будем ждати. Вот так Георг оказался в постели, вся прислуга замка собралась вокруг него, принцесса же временно взяла на себя обязанности. Она даже не могла навестить больного, ведь время поджимало. План был прост, а другой и не сработал бы. Отследить кулитьстов с их проклятыми жуками было невозможно, но покойники всегда восставали через несколько дней после смерти. На кладбище должны были дежурить стражи, которые не нуждались в отдыхе. Отыскав писаря девушка велела ему отправить письмо лидеру стимов – их механизмы отлично справились бы с этой работенкой. Ответ пришел быстро, они согласны были помочь, лишь один вопрос оставался неулаженным – оплата. Они остались вдвоем в огромном зале, свечи прогоняли силуэты, делали говорящих всего лишь песчинками, темными пятнами. Риза сидела на троне Георга, он был слишком велик, голубь в изголовье, как казалось девушке, был готов упасть ей на голову. – Предложите им достойную – помогут, нет – станут на сторону завоевателей. – Сказал советник, перечитав письмо. – Завоевателей?! Как так, у нас перемирие со всеми… – Темные эльфы чувствуют слабость, они готовятся к битве, гномы, позвольте мне заметить, тоже напали бы, не разделяй нас море. – Хорошо хоть нежить занята. Будем решать проблемы по мере их поступления. Итак, что бы такого дать жителям Серного острова, чтобы они точно согласились нам помочь? – Этого никто не знает. Золото им не нужно, украшения тем более, оружие и броню других рас не используют, работают на пару и растворе серы. Долго думала принцесса, советник терпеливо ждал. Луна плыла по небу, свечи выгорали в огарки, тишину нарушали только сверчки за окном. В один миг правительница вскочила, рванула в библиотеку. Там она отыскала несколько книг о нужной расе и до самого утра изучала их. Наконец-то Риза нашла ответ. «О, дети Творца, будьте любезны, окажите свою помощь! Нам известно, что броня ваша особенна, с недавних пор начали вы туда ртуть добавлять, чтобы в бою боялись враги. На наших землях есть шахта киновари, она будет отдана вам в награду за помощь». Она не знала, одобрит ли отец такое решение, зато стимов ресурсы заинтересовали. Все равно кроме термометров ртуть нигде особо не использовали, а в Серной долине сего вещества было мало. Спустя три дня механизмы стали на вахту, и любого мертвеца убивали в тот же миг, как он из земли появлялся. Не знали машины ни усталости, ни жалости, стало жить в империи спокойно и вновь народ вернулся к мирной жизни. Теперь беда на границы перекинулась. Народ успокоился, но король все еще лежал в постели. Вот это дело уж было по принцессе – надев кольчугу она лично повела туда отряд рыцарей, оставив указы советнику. Простые вояки ее уважали – наслышаны были о службе и страх немного поутих – по крайней мере свои же не растерзают. Добрались они до места с запозданием. Эльфы уже начали наступление. Те, кто еще год назад подписывали перемирие, теперь разграбили деревню и пели панихиды в честь еще живого короля. Увидев все это правительница тяжело вздохнула и сказала: – Так и знала, к черту дипломатию! Имперцы кинулись в бой. Лучники уступали эльфийским, зато тяжеловесам не было равных. Своими мечами рыцари рубали всех, а те, что были на конях, пробегали вражеские ряды вдоль и поперек, оставляя за собой урожай из срубленных голов. Темные заклинания нейтрализовала светлая магия, но стоило быть осторожным – как только армия вытеснила остроухих к Сумеречному лесу, преимущество перешло на их сторону. Людей накрыла слепота, некоторые воины в панике бросали оружие и забивались в углы, боясь не пойми чего. Кому-то помогала молитва, кому-то амулеты, кто-то получил под ребро заточку, пока пытался совладать с собой. Риза старалась не выделяться из толпы, Сумериэль таким качеством не отличался. Он носил броню покрытую серебром, держался позади войска. Пробиваясь через врагов девушка двинулась к нему, как вдруг из-за дерева на нее выскочил вражеский воин. Меч пронзил его насквозь и тут же застрял. Вытаскивать не было времени, пришлось хватать оружие врага. Странная вещь, похожая на саблю с зазубринами, покрытая непонятными надписями, всячески старалась избавиться от новой хозяйки. Из лезвия летели искры, ручка раскалялась, времени оставалось все меньше. Недолго думая Риза наскочила на принца темных, она отсекла пояс с оружием, после чего саблю пришлось выбросить. Драка пошла уже в рукопашную, как и раньше эльф повалил ее на землю, на этот раз впечатав лицом в твердь. – Раненый и то лучше бы справился. – С насмешкой заметил парень, он ухватил ее за шиворот и немного поднял, позволяя вдохнуть. Сын правителей думал, а стоит ли ему сохранить жизнь ценной пленнице, или же добить ее. – А ты еще не дорос войны развязывать. – Резким поворотом соперница сбила юношу с ног. Не теряя времени он ударил ее в ключицу, чуть дальше от того места, где заканчивалась кольчуга. Перчатки были снабжены небольшими шипами, они мигом покрылись кровью, в тот же момент принцесса ухватила его за волосы, потянула на себя и врезала кулаком в подбородок. На несколько секунд оба успокоились, отходя от противной боли, а тогда вновь сцепились. Краем глаза Риза отыскала кристалл, тот от битв потрескался. Она оттолкнула парня, отломила кусок и засадила чуть выше пятки – там где обувь переходила в броню, уж от этой боли Сумериэль взвыл как волк, а девчонка уже тащила его к группе своих воинов, постепенно к ним стягивались и другие, люди отступали с земель темных эльфов. Маги возвели перед лесом барьер – на ночь должен был защитить от незваных гостей. Небольшая группа воинов с пленником возвращались в столицу, темного эльфа связали еще и мешок на голову накинули – чтобы говорил поменьше. – Пока король не поправиться поживешь у нас, будешь убегать – посажу на цепь. – Предупредила принцесса, ее злости не было предела – так в наглую впереться на чужую землю, перебить кучу мирного народу и все лишь потому, что кому-то захотелось пожить в долине Ив. По возвращению дочери выпала возможность поговорить с отцом. Тот уже чувствовал себя лучше, и через четыре дня обещал вернуться на трон. – Вот и хорошо, без тебя империя не будет прежней. – Слышал, ты отдала стимам шахту у берега Лазурного моря. Не самое лучшее решение, хотя для первого опыта правления неплохо. Учиться тебе надо больше, необходимого времени может уже и нет. – Похоже, проведя несколько дней в полусонном бреду, Георг задумался о вечных вопросах. – Времени будет уйма, когда ты вернешься. Король – сердце империи, мы все ждем твоего выздоровления. Не прошло и дня, как посланник жителей Сумеречного леса объявился на порог. Стража не хотела его пускать, однако юноша проскочил мимо них – проворный малец. Он произнес пламенную речь, просил вернуть принца, обещал любую награду, и получил отказ. Не успели его выгнать, как и сам Сумериэль поднял шум, требуя аудиенции у правителя. – Отец болен, нечего его беспокоить. Тебе лекаря дали, еду, покои – многовато чести для пленника, на что еще жаловаться? – Позволь мне отправить письмо родителям, иначе толку от того, что я здесь сижу? – Юноша вскочил с кровати и тут же сел обратно – рана была не глубокой, но наступать на ногу было неприятно. Риза тоже страдала от недавней стычки, однако ее проблему скрывали бинты. – Они уже знают, даже гонца своего отправили, пусть сами явятся и объяснят свое поведение, или уже мы на вас войной пойдем. – Это была моя затея, только моя! – Принц не на шутку перепугался. Люди были единственными соседями, которых действительно боялись темные эльфы, ведь только те могли напасть сразу, не преодолевая моря. – Из принципа решил перебить маленьких детей и крестьян? Что тебе такого люди сделали?! – Дело не в них, а в тени. Проклятое отродье уже обрело жизнь, оно растет на этих землях и приносит несчастья всем вокруг. Мальчика надо убить, пока он не вырос и не принес еще больше разрушений, ради блага многих… – … жизни нескольких невиновных ничтожны. Говоришь как капитан нашего отряда, только рыцари до последнего стараются избежать жертв, ты же идешь напролом. – Значит веришь, про темного мессию? Принцесса села рядом, стража осталась под дверями. – Я не только верю, мне довелось видеть его рождение. Только вот в чем загвоздка: мессию оберегают, думаешь, те мальчишки, что бегают на окраине города, могут быть предвестниками конца света? Да его мать вампира убила, чтобы дитя защитить, и после этого отпустит бегать под носом у ассасинов? – Вряд ли. – Вот и получается, что ты убил кучу невиновных впустую. Можешь не считать человеческие жизни равными эльфийским, но за свои поступки придется ответить. Вечер приближался, надо было рану перевязывать, ложиться спать – правители свой день начинали рано. Темный эльф окликнул ее, когда девушка уже переступила порог. – А еще я хотел извиниться при случае. Знаю, ты помогла нашей ведьме, это заслуживает уважения. Не прощаешь за это, так прости хоть за ту стычку, благородство в тебе точно есть. – Твоему освобождению это не поможет, но если на душе станет легче – прощаю. В ту ночь сон совершенно не хотел идти. Назойливая мысль поселилась в голове, она ятрила душу хуже незажившей раны. Мессия рожден, в эту ужасную ночь, когда ее отец болен, а народ страдает от набегов оживших трупов, мальчишка растет, набирается сил. Он еще даже меч в руках держать не может, а уже успел принести столько бед. На утро приехали Аргедон и Мелисса, стоит отдать должное – не побоялись, слуг с собой взяли всего пятеро и оружие оставили у входа, как того требовали правила. Риза принимала их в тронном зале, стараясь смотреть на правителей, а не на голубя над троном. – Принцесса, мы от всей души просим вас простить нашего сына. Он молод и порой допускает оплошности. Наше королевство готово выплатить помощь пострадавшим, уверена, ваш отец… – Начала королева, но на этом слове ее прервали. – Я задаюсь вопросом, что случилось, если бы он прорвал нашу границу? Вы бы отдали землю, просто так, или же сделали бы вид, что не замечаете проделок сына? – Смеете нас обвинять?! – Луназир темных эльфов потянулся туда, где обычно был клинок, сделал глубокий вдох, после чего заговорил более вежливо. – От нас много судеб зависит, лучше следить за языком. – За сыном надо было следить, чтобы он поменьше играл в солдатиков. Впрочем, перекрыть старые убийства может предотвращение новых, а в наших землях, сами знаете, трупы встают, одержимые насекомыми. Незадолго до смерти одна из жертв контактировала с существом в накидке, тот дал ей какую-то гадость, что и стало причиной смерти. Отыщите след этих тварей, изничтожьте их – когда мертвые перестанут тревожить живых, долг будет уплачен. – Тьма знает то, чего мы сами о себе не ведаем, никому не скрыться от ее взора. – С гордостью ответила мать Сумериэля. – Мы принесем вам голову культиста в обмен на жизнь нашего сына. – Хорошо, что мы договорились. Не беспокойтесь: хоть он и пленник, но все же принц, и условия соответствующее. План был хорошим, но так и не воплотился до конца. Вернувшись на трон король освободил темного эльфа, к тому времени о культе были собраны крупицы информации, сотрудничество прекратилось. Только с Сумеречным лесом разобрались, беда пришла из Запретного. Нежить без предупреждения наслала мор на целый город. Естественно, их выгнали, некоторых даже упокоили, только вот болезнь не отступала, Риза уговорила отца поручить это дело ей.

## Часть 5

***

Болезнь уложила всех жителей в городе, целители были бессильны. Магическая природа не позволяла крестьянам выздороветь, в следствии того, что причину хвори изгнали, заклятие ослабло, люди погибали долго и мучительно. Бледные и холодные они жаловались на жар, скидывали с себя одеяла, затем впадали в беспробудный сон, несли бредни и погибали. Был только один способ прекратить это. В дни, когда ангелы пали, Люксилина единственная сохранила свою чистоту, но обрела телесное обличие для помощи заблудившимся собратьям. Сын ее земной стал основателем династии королей, из-за чего власть могла перейти от правителя к потомку, но никак не к супругу. После своей смерти богиня велела вырезать ей сердце, его обладатель мог снять любое проклятие и отогнать свою гибель. Этот артефакт нынче лежал на чаше весов, которую держала статуя ангела в главном храме долины Ив, другая рука сжимала пламенный меч, лишь потомок покровительницы мог взять талисман. Риза сделала это, хоть отец и сомневался, верховный священник затаил обиду на принцессу за столь опрометчивый поступок. В какой момент все пошло не по плану? Сердце света висело кулоном у нее на шее, второй кулон пришлось спрятать под одежду. Отряд рыцарей успешно прибыл в деревню, благословение коснулось каждого жителя, начали поступать сообщения об улучшении ситуации. А тогда на их лагерь напали чудища всех мастей. Их было слишком много, большую часть солдат сразу перебили, остальным накинули мешки на голову и повели в неизвестном направлении. Пленников заточили в темницу человеческого замка, девушка была уверенна в этом, так как на кирпичах оставались старые пометины ее пра-пра-пра бабки, которая занималась постройкой поселений и укреплением границ. На утро одного из них повели на допрос, и так сделали с каждым, никого не приводили, лишь крики раздавались. Пришла очередь воительницы повидаться с палачом, он навсегда запомнился. Кожа покрыта чешуей, глаза неподвижны, на руках три пальца, черные когти. Полуящер, не иначе, а голос человеческий, спокойный как у друга за чашкой эля. Она стояла на коленях, со связанными за спиной руками, он сел рядом на камень, и заговорил, искривляясь в улыбке. – Вам нравиться наш замок? Чувствуйте себя как дома! – А ты не привыкай, дома у чудовищ отродясь не было, что вам понадобилось на наших землях? – Паладия – вот наша обитель, мессия покажет истину жалким народам, которые посмели делить общую землю, он соединит всех в царстве теней! Кто присягнет на верность ему и Порочной Матери с нами станет править миром. – Ящер вскочил на ноги, глаза пленницы начали привыкать к темноте. Тут было много теней – они сидели под стенами, но не нападали, наблюдали. – Смерть придет за этим дрянным мальчишкой и вырвет его сердце! – Много таких заявлений слышало чудище, только решимости такой ни у кого не было. Нет, не пустая угроза и не крик отчаяния, воительница знала, о чем говорит. Он отошел подальше к какому-то столу позади нее, зашуршали, зазвенели цепи, заскрипели старинные механизмы. Принцесса хотела повернуться, если бы не тени! Их силуэты приближались каждый раз, когда она закрывала глаза, и отползали назад под пристальным взором. – Ты говоришь о ком-то конкретном? – Кто пытался задушить его при рождении, жив, Люксилиной клянусь, я видела, как тот вампир открыл глаза цел и невредим. Он придет и закончит начатое. – Вампир? – Что-то тяжелое рухнуло на пол. – Пророчество велело ему погибнуть в день рождения избранного. – Хреновое оказалось пророчество, может и ваш избранник… – Замолчи… Заткнись! Тень не может умереть! Над головой просвистел кнут, он врезался в спину с такой силой, что тело вздрогнуло, одним резким рывком дочь короля поднялась на ноги и тут же упала от второго удара. Одежда мигом прилипла к спине, пыточную наполнил запах крови. На голову легли чешуйчатые пальцы, они сомкнулись на лбу, впиваясь в череп. – В день, когда Терас займет свой трон, твою душу призовут из небытия, чтобы узреть его величие, до тех пор мрак будет терзать ее, ломать снова и снова. Девушку отшвырнули к стене, тени расступились. Удары продолжились. Никто из них не собирался касаться девушки, ведь это означало быструю смерть. Ящер продолжал орудовать кнутом, Риза закрыла глаза, вспомнила летние ночи на балконе с отцом, они читали сказки под светом свечи, было так тепло… – Остановись, немедленно! Она не должна умереть! – К тому моменту, как некая женщина произнесла эти слова, дочь короля лежала в полусознании, видать они подумали, что воительница уже вовсе не в себе, если кто-то беспокоился о ее жизни. – Госпожа, вам виднее, и все же позвольте узнать своему слуге: в каких целях? – Сердце света лишь член династии может из храма забрать, пока мой сын мал амулет могут украсть, нам нужна эта кровь, чтобы провести ритуал. – Перережьте ей горло, соберите столько, сколько потребуется. – Рано. Это должно случиться в ночь затмения, до тех пор девчонка будет жить. Дальше снова темница. Риза не помнит, сколько времени там пришлось провести. Первые ночи она спала неподвижно, затем раны начали заживать, стало легче. Еды давали мало, и ту черствую, заплесневевшую. Немного придя в себя воительница обнаружила, что у подземелий свой надсмотрщик – вполне живой человек, а не чудище. Он не любил грязи, несмотря на свою работу, так что раз в пару дней выгонял всех пленников в затопленную часть замка, где вода была ледяной. Еще там часто плавали дохлые крысы, иногда нога могла наступить на чьи-то кости. Пленники надолго не задерживались. Их приводили, уводили, изредка оставляли на пару ночей – самых крепких. Некоторые вновь появлялись здесь как хозяева, ходили и погоняли кнутом остальных. Ей на затылке ящер начертил какую-то пентаграмму и надсмотрщики не трогали. Каждый вечер перед сном рыцари читали молитвы, все как один просили Люксилину спасти их, вытащить от сюда. Ах, если бы здесь было Сердце света, но оно лежало в шкатулке у Порочной Матери, а там, где они томились, не было ничего божественного, только тени и тьма. Да, тени. Они хватали самых слабых, терзали их на глазах остальных. У надсмотрщиков зрелище вызывало смех, трупы подолгу лежали в камере. Однажды Риза попыталась убить надзирателя – когда тот снова выгнал их в ледяную воду забрала от туда камень и вонзила прямо в горло. Чудище померло, да вот только на его место пришла другая – эта любила хватать за волосы и окунать на несколько минут, а если кто жаловался остригала налысо. И принцесса попала под ее нож, когда попыталась найти выход под водой. Та тварь не трогала ее, пока руки не ухватились за решетку. Один рывок, другой – бесполезно, через водосток не сбежать, и как только дочь короля осознала это, надсмотрщица схватила жертву. Спустя неделю последние силы покинули воительницу. Затмение приближалось – в их камере было маленькое окошко, ночь за окном становилась все больше, значит осень наступила. Пол года – не меньше, шесть месяцев в заточении. – Лишь об одном теперь молю: чтоб отец не печалился обо мне. Черный силуэт и над нею навис. В попытке защититься дочь короля закрыла лицо рукой, ладони коснулись мягкие перья, в мгновение ока они обернулись пальцами. – И вот мы снова встретились, прошло так много времени. Скажи, принцесса долины Ив, знаешь ли ты, кто стоит перед тобой? – Вы тот целитель, что спас жизнь вампиру в проклятую ночь два года назад. – Его спасение было твоим желанием, а я лишь помог его исполнить. В конце концов, как может отец упустить шанс спасти своих детей? Пленение измучило разум, однако способность мыслить все еще сохранилась. Риза еще раз осмотрела человека-ворона, его накидку из черных перьев, нечеловеческие глаза… Наконец-то до нее дошло, почему друг-полугном так беспокоился из-за странных видений, почему незнакомец знал, как спасти вампира, почему он разбудил ее тогда на кладбище. – Понимаешь, кто в долгу перед тобой? И я выплачиваю его сполна – даю шанс бежать, но на большее не рассчитывай. Тут все смердит чудищами: стены, вода, еда, люди. Мои дети чуют дух врага, они жаждут крови сектантов. С его накидки упало перо, оно коснулось головы, отметина на затылке исчезла, а вместе с ней и покровитель нежити, тюремная дверь слетела с петель, в голове начало проясняться. Пошатываясь Риза вышла в коридор – никого, обычно их уводили вправо, поэтому пошла влево – там была лестница, каждый шаг давался с трудом. Не тени, нет, какая-то странная магия удерживала ее здесь. Умереть и попасть в царство ангелов было куда приятнее, чем выходить на свободу, добираться до замка и слушать причитания отца о безответственности. Хотя, его облегченный взгляд и объятия были достойной наградой. – Некроманты атакуют! – Закричал ящер за дверью. – Как, Георг изгнал их из королевства! – Это не важно, спасите ребенка. Те двое разбежались по разным углам. Перед принцессой появился выбор: идти за одним з них, бежать к парадному ходу или же к крылу прислуги, где в нормальных замках располагались комнаты и складские помещения. Воительница выбрала третий вариант, ведь армия как правило наступала на главный вход. Дочь короля добралась до кухни – там окно было достаточно большим, чтобы вылезти. Она уже подошла к витражному стеклу, положила руку на ручку как вдруг по спине пробежался мороз. По ту сторону окна кто-то стоял, и он так же тянулся к ручке. Рыцарь задержала дыхание, витражи скрывали силуэт. От его прикосновения стекло стало ледяным, прижавшись к красно-желтым узорам беглянка ощутила нечто необычное, будто невидимка пытался впиться в нее и парализовать, лишь толстый слой стекла защитил от проклятого взгляда. Маленький шаг назад и еще один и еще. Существо прислушивается, увереннее хватается за ручку, окно со скрипом открывается. Из соседнего впрыгивает фигура с ребенком на руках. Он кидается за ней, позабыв о первой жертве, путь свободен. Риза вылазит на улицу, несколько секунд смотрит им вслед. Уже вдали лунный свет падает на них, знакомые рисунки на лице и шее, темные волосы, собранные в хвост, бледная кожа. Луну закрывает тень, сущности пользуются моментом, хватают Порочную с ее дитям и уносят прочь, лишь сердце света остается лежать у ног преследователя – к нему тени не коснутся. Ризе тоже пора бежать, пока вампир не вспомнил, за кем гнался. Так она добирается до первой хижины, но не стучит – вдруг там тоже живут союзники культистов? Дочь короля успокаивается лишь тогда, когда находит лагерь рыцарей, им еще можно доверять. На нее смотрят со страхом – словно орду чудищ увидали. Капитан, узнав бывшую подчиненную, разгоняет зевак и отводит ее в свой шатер, предварительно осветив лицо факелом. За те полгода это первая ночь проведенная в неком подобии постели. – Риза, это правда ты? – Принцесса откладывает завтрак в сторону, встает из-за стола не оборачиваясь. Она снимает кулон, что все это время хранила под одеждой, и бросает его на стол. – Я потеряла сердце света и попала в плен. Такая не достойна стать королевой. Ты в праве наказать меня как сочтешь нужным, но нашей кровной связи ничто не разорвет. Теперь она оборачивается, готовая ко всему, только не к слезам. Ее отец плачет, кидается к ней, обнимает, в его взгляде нету злобы, скорее вина. – Артефакт вернули, а вот ты… Никто не надеялся увидеть тебя живой. О, Люксилина, это самый желанный подарок в такой радостный день! Мне нужно столько сказать, услышать, только времени сейчас нет. Стражи ворвались посреди торжества, сообщили о прибытии рыцарей. Удивительно, никто не приглашал их, да и сами воины не особо одобряли причину праздника. Десяток людей в доспехах и грязных сапогах вбежал внутрь, оттолкнув слуг. Все как один вопили на перебой «она жива»! – Не хочу говорить о плохом, и так много натерпелась. Раз сегодня праздник, так давай повеселимся! Детская улыбка окончательно растопила сердце правителя. Несомненно, ни двойники, ни тени, ни мертвые не могли так радоваться. Это была его дочь, она вернулась в тот миг, когда даже он сам потерял надежду. – Прикажу твоей няне принести парадный наряд, она поможет с приготовлениями. Как закончишь приходи в обеденный зал – без тебя не продолжим, обещаю. Гувернантка пришла через пару минут с тем самым платьем-гобеленом. В то время, как ее воспитанница переодевалась, женщина увидела шрамы на ее спине и чуть не упала в обморок. Ризе пришлось приводить старушку в чувство, успокаивать, а затем еще расспрашивать, что за торжество у них во дворце. – Вас считали мертвой, миледи. Поговаривали, что исцелив людей вы стали жертвой разбойников и погибли. Вижу, пришлось вам многое выстрадать, так возрадуйтесь: народ дочь Георга считает героем, достойным короны. Нынче никто за вас плохого словца не молвит, все о добродетели будут вспоминать. – Замечательно, – с ноткой сарказма подметила девушка, – как была наследницей, так ею и осталась. Так скажи же наконец, по какому поводу гулянье? – Вы должны понимать, госпожа, король остался один. Господин Георг дал слово, теперь уже поздно что-то менять. – Отец сказал, сердце вернули, кто, некроматны? – И это вам ведомо. Союз возобновлен, благо Разак большего не потребовал. Представляете, если бы люди платили дань золотом или того хуже… – Не надо о плохом, принеси мою корону, гости ждут. Она вошла в обеденный зал с высоко поднятой головой, как подобает хозяйке дворца. Перед глазами замаячили белые пятна – флаги, скатерти, наряды, ковры. Все в белом цвете, что могло значить только одно – свадьбу. Слуга провел девушку к месту у отцовского, прогнав какого-то барона, принес бокал, налил туда вина. Тем временем Риза посмотрела на невесту, а не слишком ли молоды были дочери гномов для замужества? Но в подвенечном платье была не гномиха. Ее шею как и уши украшали золотые украшения, фату расшили позолоченными нитями, на ней изобразили феникса – любимую птицу Азеркины. Та глядела на падчерицу взволнованно, впрочем, как и родной отец – гуляния были в самом разгаре, а их причиной стала пропажа наследницы. Они ждали скандала, на крайний случай молчания или слез, а дождались четырех слов. – Мои поздравления, счастья молодым!

## Часть 6

***

«Я снова нахожусь в полумраке темницы, мертвый надзиратель хватает за руку и тянет куда-то. Лучше не сопротивляться – последний раз это заняло много времени, в итоге оказалось, что поспать удалось всего два часа. Ящер толкает меня в затопленную часть замка и я падаю все глубже, холодная вода больше не чувствуется, тело начинает гореть. Такое чувство, будто меня откинули в начало жизни или вообще в никуда. Всюду жуткие скульптуры из костей и мяса, оно содрогается, как один живой организм. Вдали бродят человеческие силуэты с размытыми контурами, некоторые напоминают черных скелетов, другие – бесформенные сгустки. С потолка падает блеклая фигура, кажется, фермерша. На нее тут же слетается десяток теней, они впиваются в бессмертную душу так, словно это тленное тело, и пожирают с отвратительным звуком. Просыпаюсь с одной мыслью „больше никогда не засыпать“. Если это и есть мир теней, то, во что превратиться Паладия, когда пророчество свершится… Нет, такого не может быть. Всего лишь фантазии, Риза, страх и воображение родили то место, наводненное сущностями. Просто кошмар.» Зал казался пустым, когда в нем обедали только трое. Из огромного стола использовалась лишь малая часть, каждому члену семьи принесли любимые яства и напитки, стража стояла у входа – их разделяло всего несколько метров, однако здесь они казались километрами. Так было спроектировано помещение – правитель должен ощущать себя выше всех. – Выглядите неважно. Что стряслось с моей королевой и ненаглядной дочерью? За те пару месяцев, что они жили в одном дворце, Азеркина уже устала от выходок падчерицы. Да, когда кузен сказал, что Георг ищет невесту, она первой откликнулась, но кто мог знать, что принцесса жива? То подножку поставит, то корону украдет, а то и вовсе дверь закроет, а отец ее диву дается: куда жена запропастилась на пол дня? Говорила эльфийка ему и не раз, откуда ноги у бед растут, только слушать ее муж не желал. Списывал все на случайности, а когда и признавал шалости, отвечал что пройдет со временем. – Мой король, в моем недуге никто не виноват, уже несколько дней мною слабость овладевает, голова идет кругом, клонит в сон. Заболела видать. – Так что же ты молчишь, я тотчас прикажу лучшим целителям королевства осмотреть тебя! – Не стоит, я не вашей крови, чтобы обо мне так печиться. – Глупости! Ты теперь часть нашей семьи, и твое здоровье волнует меня не меньше, чем судьба Ризы. Это было очевидно, хоть брак и являлся политическим. Падчерица слегка нахмурила брови, окинула взглядом обоих и вернулась к трапезе – никогда прежде отец не называл никого семьей, кроме родной кровинки. – Если позволите, после трапезы я вернусь в покои, не хочу потерять сознание на приеме. Правитель кивнул. Как бы ни старалась его дочь отвертеться в последнее время, ей увильнуть от обязанностей не удавалось. Король действительно заволновался о будущем долины Ив, теперь Риза была обязана сидеть с ним, выслушивать поданных и подписывать бумаги. Когда он спросил, что беспокоит девушку, воительница помолчала несколько секунд, и лишь потом ответила: – Ночные кошмары. Во снах я возвращаюсь в темницу, вижу чудовищ, затопленные коридоры… Иногда даже проваливаюсь в мир чудищ, там нету света, нету выхода, только голодные тени и громкие крики. Удивительно. В плену происходящее не сильно волновало рыцаря, в своем разуме находила она приют и защиту, а как только вырвалась события начали догонять. Кандалы, ужасная еда, ледяные ванны, крысы, кнут и прочие прелести заключения возвращались, украшенные фантазиями и смутными образами. Во сне нельзя было закрыть глаза, невозможно проснуться или убежать, да и смысла нет – все равно когда в следующий раз уснешь окажешься в том же месте. В каком-то роде заточение собственное оказалось хуже того, что предшествовало ему. Георг собирался что-то сказать, его прервал гонец. Паренек упал на колени и доложил, что некто очень настойчиво требует аудиенции. – Пускай подождет, после обеда я продолжу принимать людей. – Господин, он не простой житель империи. Это священник из главного храма Люкслины, не пристало ему ждать. – Хорошо, но раз я уважаю его, пусть и ко мне проявит уважение и будет краток. Перед ними оказался молодой парень с налысо остриженными волосами. Его ряса закрывала тело, не давая рассмотреть фигуры или каких-то особых примет, что делало гостя похожим на сотни других монахов, шею украшал крест с крыльями голубя – символ архангелов, обычные люди имели право носить простой, украшенный лишь одним пером. – Ваше величество, я прослужил в храме нашей богини пять лет, за эти годы помог многим одержимым и сделал немало добра. Три дня назад пресвятейшая явилась ко мне и говорила, братья и сестры тому свидетели. «Монг, сын мой, за твою добродетель удостою я тебя великой чести. Быть тебе мужем принцессы долины Ив, и править с нею. Станешь ты тем исцелением, о котором молила несчастная, а она твоей связью со мною» – весь монастырь знает, так и было. Вот и пришел за обещанным. Королевская семья была шокирована таким заявлением. С другой стороны, ложь в рядах священников, к тому же о Люксилине, каралась жестоко и не стражами, а самими ангелами. – Отец, ты же не станешь слушать этого… Мы даже не знакомы. – Не ты ли молила святую деву, исцелить тебя? Мне дана власть избавить от дурных сновидений. – Тогда сделай это бескорыстно, как полагается монаху, к слову, обет безбрачия никто не отменял. – Он действует лишь на службе, я могу отречься от титула священнослужителя, ради того дара, что мне преподнесла святая. – Я не вещь, чтобы меня дарили, не бывать этому, слышишь?! – Не выдержав принцесса вскочила из-за стола и обнажила свой меч. К счастью или нет драка закончилась быстро – священник поставил магический щит, а затем одним заклятием обратил меч в прах. Георг извинялся за случившееся, списывал все на болезнь дочери. Он велел Монгу остаться при дворе, а Ризу отправил на родину жены к лесным эльфам. Друиды жили веками, они обладали мудростью не одного поколения. Уж эти-то мудрецы могли научить молодую девушку уму-разуму. Азеркина такое решение поддержала и лично написала письмо кузену, падчерица же была только рада убраться подальше от жениха, который появился нежданно-негаданно. Воительнице предстояло первое плаванье. Три острова – Серный, Жизни и Вечной Мерзлоты – были разделены Лазурным морем. Вечером они нагрузили корабль и отчалили, не боясь теней. – Не волнуйтесь, миледи, вы все плаванье проспите, к утру уже будем на месте. Однако, Риза так и не смогла уснуть. На закате со дна моря поднимались лазурные огоньки размером со светлячков. Их происхождение было столь же загадочно, как у оживших силуэтов: кто-то полагал, что это добрые тени, другие видели в них души утонувших моряков или тех, кого не приняли боги, третьи считали отголосками заклинания предков, четвертые – каким-то газом или испарением. Как бы то ни было, а волшебные огни отгоняли темноту, они же окрашивали воды в лазурный цвет по ночам. И как матросы могли проспать такое зрелище?! Маленькие звездочки танцевали на поверхности, словно в небесах, некоторые из них подлетали выше. Одна даже приземлилась в ладоши принцессы. Девушка долго глядела на него – огонек без тепла и звука, просто маленький кусочек света, размышляла, можно ли его положить в банку, спрятать от солнца в трюме? Но когда первые лучи коснулись глади моря воительница почувствовала, как огонек вырывается. Она отпустила его обратно, и тот пропал в бездне вод, вместо того чтобы исчезнуть под беспощадными лучами. Этому существу тьма была необходима, как воздух, видать от сюда пошло выражение «без ночи не бывает дня, а без темноты – света», ведь было что-то прекрасное в этом времени суток, что-то кроме страха. Остров Жизни так же врезался в память. Прислуга в шутку говорила что дом эльфов – тот же лес, только домов там меньше. Они ошибались – сие место было действительно живым. Все – дороги, жилища, магазины, мосты – было растениями. Нет, не сделано из них, природа сама подстраивалась под остроухих, создавала причудливой формы арки и кровлю из листьев. На сцене театра эльфов часто изображали в одеянии из травы – тоже ложь. Они любили наносить изображения листьев зверей и птиц на свои одежды, но ткань делали из шелка, а траву оставляли зверям на пропитание. Представители расы сильно разнились, единственное, что было общим – уши. Цвета кожи – оранжевый, голубоватый, золотистый, медный – все те, что были в природе. Оттенки осенней листвы и весенних цветов, у некоторых от рождения тело покрывали родимые пятна, что скорее походили на татуировки, чем на родинки. Такими дарами их обделило божество, Азеркина же была на четверть человеком увы, именно эти гены сделали ее кожу бежевой, хотя на спине (падчерица видела это, когда помогала мачехе выбрать наряд) присутствовали бабочки, подобные отметинам сородичей. Сами эльфы делились на дриад, фей, охотников, жрецов и множество других. Отличались они как родом деятельности, так и внешностью. Вообще внешность их вопрос довольно спорный – рождался ребенок определенного цвета кожи, с отметинами, а потом решал посвятить жизнь охоте или магии к примеру. В зависимости от его выбора отметины начинали меняться, а на теле проявлялись все новые и новые черты, характерные для той или иной группы. Так что тело остроухого – зеркало его жизни, может рассказать об увлечениях, успехах и неудачах. Это все рассказал гостье друид. Он не был похож на человеческого священника – жил среди обычных сородичей, ходил проводить ритуалы к реке. Никто не ограничивал доступ к святыням ни днем ни ночью, разве что чужаков к ним не пускали. Мудрец был рад и накормить, и ночлег дать – этим он хоть как-то напоминал того священнослужителя. Из ритуальных вещей был только клык вепря – тотемного животного – никаких крестов или сосудов со святой водой. – А зачем нам отягощать себя символами веры, Лань и так знает, кто ей служит. – Почему именно Лань? – Интересная история. В начале времен все живое обитало на большом острове, позднее появились механизмы, гномы ушли в горы. А мы… Нас выгнали люди, пришлось бежать в море. Наш народ высадился на незнакомом берегу после скитаний – в те времена еще не было ни парусов, ни компасов, от берега отплывали только рыбаки и то недалеко. Природа приняла образ лани, она явилась голодным и уставшим существам, называвшими себя благородными. Сущность попросила быть нас хорошими гостями на ее острове, не есть и не пить без разрешения, ни одного цветочка не срывать. Три дня бродили эльфы по землям обетованным, полными живности и снеди, но ничего не могли взять, тогда снова явилась нам Лань и сказала, что испытание пройдено. С тех пор остров Жизни стал нашей землей, теперь мы тут хозяева, сей дар каждый эльф ценит по достоинству. – Как же темные, они не очень-то хотят захватить ваши земли, им долина Ив больше по душе. И на это старик ответил без обид и криков, спокойно, глядя на ясное небо. – Они вернулись на свою родину, где жили вместе с людьми. Пришлось делить территорию, судьбу решали покровители: Тьма и Люксилина. То, что они называют Тьмой, забрало себе Сумеречный лес, однако и по сей день не довольны наши собратья такой дележкой. – А кузина сансая? Она добровольно вышла замуж за моего отца, теперь живет среди людей, а сюда только по праздникам приезжает. Сказав это, принцесса занервничала. Отец четко сказал: во время следующего визита он заберет ее и исполнит волю архангела, но друид не стал вспоминать о том, хотя должен был воспитывать и наставлять. Он отложил сей разговор на другой день. Время шло. На этой земле кошмары не беспокоили девушку, она много прочитала об эльфах и даже стала немного понимать их язык, дети с радостью слушали ее рыцарские истории, поправляя чужестранку когда она путала слова. Дома Риза засыпала часами, здесь всего за пару минут, в воздухе витал аромат цветов, хоть со временем замечать его путник переставал, благодать, которую источали травы, оставалась надолго. Не хотелось воевать, кричать, спорить. Воины острова Жизни учились преодолевать этот барьер когда надо, во время осад враги становились вялыми, а хозяева сохраняли трезвый рассудок и оберегали дом. Еда здесь тоже удивляла, а ведь во дворец короля Георга поставляли лучшие продукты со всей Империи! Некоторые травы могли расти только тут и увядали, когда их пытались вывезти. Среди них леденящая язык мята, слегка островатый цветок в форме звезды, огромные синие плоды с фиолетовой начинкой (их название девушка не могла выговорить, но на вкус они были как клубника с арбузом). Так же довелось попробовать немало блюд, где травы смешивали таким образом, что лишь лучшие кулинары могли определить, какие ингредиенты были использованы. И вот подошел день солнцестояния. Сансай торжественно объявил, что его кузина приедет завтра утром. Риза со своим наставником направилась к берегу моря, и как он помнил, что она рассказывала об огнях в первый день своего прибытия? Они сели под тенью лозы на небольшом бережку, куда ни глянь вокруг – лазурные огоньки пляшут, танцуют над водой. Сии движения трудно назвать бездумной пляской, скорее четко вымеренным танцем – еще одно чудо природы. – И теперь вы должны сказать мне, что принцесса обязана исполнить волю покровительницы, выйти замуж, что священник – лучший вариант. – Протянула воительница, тяжело вздыхая, возвращаясь мыслями домой. – Отчасти так и есть. Мы обязаны слушать своих защитников, горе тем, кто без покровителя останется – будет слоняться проклятый, подобно чудищам. – Ответил друид, его пальцы касались подлетающих огоньков, словно гладили их. – Когда ветер несет корабль, глупо плыть против него, даже если дорога ведет к скалам. – То же самое, сказанное красивыми словами. – Но капитан корабля может попытаться обплыть скалы, используя тот же ветер. В этом деле главное – осторожность. – Что вы имеете в виду? Наставник вложил светлячка в ладошку девушки, поглядел на ее любопытное личико и слегка улыбнулся. Жаль, что люди так быстро уходят, таких очень редко можно встретить на свете, что им все интересно и свое и чужое, при том без злого умысла. – У прошлого сансая было сорок детей, нынешний правитель последним родился. Никто никогда не воспринимал его как наследника, и все же учили, как полагается. Сам он смирился с такой судьбой, думал лишь о том, как бы найти свое место в жизни, так шли столетия, что для эльфа немного. Кто-то заключал брак с чужаками, их отстраняли от власти, несколько умерли – куда же без этого? – другие отказались от обязанностей в угоду собственным семьям. В день смерти правителя Ваниэль остался один и взошел на престол, бывало и такое, что его тетки вдовами становились, не успев даже месяца в браке пожить – травили мужей, подстраивали их смерти. Ведь не только темные эльфы бывают жестоки. И ты прими свою судьбу, а как фатальный рок глаза свои сомкнет – действуй. Лишь об одном прошу – не убивай, отошли его в монастырь, опозорь, убеди отступиться. Ни одна цель ни стоит жизни человека, тем более святого. – Не ожидала от вас такого. Что-же, вскоре мне возвращаться в империю, буду скучать за этим местом – там мои кошмары возвратятся. – Послушай, их больше не будет. Тот плен – мертвое воспоминание, он будет жить лишь если ты ему дашь сил. Подумай, разве нет у тебя других моментов, которым ты готова отдать свою память? – Есть этот остров, игры с отцом из далекого детства и, – вновь вспомнился образ спасенного ею вампира. Это был первый отчаянный поступок, тот раз, когда от нее что-то зависело и когда доброту впервые испытала судьба. – еще одно… – Не говори, если не хочешь, просто приди сегодня во дворец. Твоя семья ждет, они скучают. Принцесса явилась в самый разгар торжества. Сансай уж было хотел позвать за ней, ведь помимо гуляний было много важных дел, с кузиной он повидался да и отплывать корабли должны были скоро – некогда королям ночевать у соседей. – Уважаемый Ваниэль, леди Лазурина, народ острова Жизни, благодарю вас за гостеприимство. За то время, что я у вас провела, мое сердце успокоилось. Мне очень приятно знать, что между нашими народами царит мир, ведь подымать меч на такое чудо природы отвратительно. Ваши поданные научили меня принятию, показали судьбу. Если отцу так угодно, я стану женой Монга, пускай у наших покровителей не будет повода для печали. – Мудрые слова, воистину, я поражен работой ваших друидов. – Всегда рад помочь зятю, Георг. К тому же вскоре наши связи станут прочнее чем раньше, приятно знать, что твоя дочь подобно тебе тянется к нашей культуре. Прошу, позволь мне первому сообщить народу. – Ваш замок, вам и сообщать. – Народы долины Ив и острова Жизни, верные поданные, дорогие друзья! Не пройдет и года, как замок империи наполнит детский смех – мою кузину не терзают недуги, она ждет ребенка. Одна секунда тишины. За этот миг тысяча и одна мысль пронеслась у Ризы в голове. Слишком много острых скал было в том море, и разделяли они то, что должно быть неделимо – отца с дочерью. Сможет ли она обплыть их все, если и штурвалом-то управлять не умеет? Эти размышления накрыл звон хрустальных бокалов. Большинство свиты двора принадлежало к семье сансая и все они были рады за молодую пару. Крики, поздравления, завывания, песни – воистину, эльфы умели веселиться, хоть на их праздниках алкоголя не наливали. Принцессе пришлось сесть слева от правителя, она старалась глядеть на эльфа-короля, избранника солнца, на его необычную корону из золота и изумрудов, похожую на настоящее дерево, на красивый потолок. Что угодно, только не эта женщина – оставь ее без присмотра и все королевство разнесет.

## Часть 7

Корабль отчалил так резко, что пассажиры чуть не повылетали за борт, лишь опытные моряки остались стоять на ногах – им еще судно вести. Азеркина ушла в каюту, она тяжело переносила укачивания и однообразные водные пейзажи, Георг обещал посидеть с женой, но перед этим решил поговорить с дочерью. – Ты должна понимать, такова воля Люксилины, мы не можем противиться ей, но если твой жених допустит хоть одну ошибку, я тут же снесу ему голову на законных основаниях. – Интересно, а твой отец оправдывался, когда вы с матерью поженились? – Нет, он воспринял это как должное. Как видишь, браки по расчету ни к чему хорошему не приводят, многие члены королевских семей через это проходили, держись. – Ну, а как иначе, принцесса я или нет? – Улыбка убедила правителя оставить ее в покое. Теперь вопрос стал ребром: как избавиться от жениха так, чтобы никто на нее не подумал? Сохранить свою репутацию, при этом не становясь женой священника. Для отмены свадьбы было множество причин, среди них измена, предательство родины и увлечение запретными искусствами казались самыми весомыми. Долго думала девушка, вот уж и огоньки вспорхнули над водой, а большинство людей уснуло. Как вдруг краем уха она уловила странный звук – толи шорох, толи шаги. Неужели, в трюме завелись крысы? Риза решила проверить. Она достала меч, подошла к массивной двери, ухватилась за ручку. Та открылась медленно с протяжным скрипом, запах сырости и прокисшего вина вырвался наружу. Снизу плеск волн заглушал странные звуки, запасные тросы, ящики с неизвестным содержимым и вещи пассажиров формировали лабиринт. «Лишь бы тут не появились тени» – с этой мыслью девушка двинулась дальше, внимательно изучая каждый уголок. Конечно, на море их еще никто не видел, но если рождение мессии сделало сущности сильнее, все могло измениться. Ей не хотелось быть первой жертвой. На пол грохнулся шлем – кажется, один из ящиков слегка прогнил – когда девушка подошла к нему, странный звук повторился за спиной. Не успела она обернуться, как фигура в темном одеянии сбила с ног, у правого уха пролетел клинок. Принцесса повернулась на бок, нападающий тут же прижал ее к полу, не давая возможности врываться. И тут корабль снова качнуло. Старый эльф в бухте был прав – шторм приближался. Незваный гость отлетел на несколько метров, и вскочил на ноги так, словно был кошкой или каким-то невиданным зверем. Он начал подходить к сопернице не теряя осторожности, судно шатало из стороны в сторону. Риза спряталась за ящиками, меч пришлось оставить. Она протиснулась в щель между грузами, обошла врага, пока тот пытался догнать. На какое-то время они вновь потеряли друг друга из виду. Маленькими шагами, придерживаясь за стену, воительница двигалась туда, где, как она думала, находился враг. В один миг ее осенила идея, но было уже поздно – ассасин спрыгнул с верхних ящиков и занес клинок над жертвой. В это самое мгновение корабль снова занесло, трос порвался и ящики полетели на соперников. Пришлось отложить драку и ухватиться за груз, иначе раздавило бы обоих. С каждой минутой устоять на ногах становилось все труднее, наконец-то нападающий удосужился что-то сказать. – Мы должны одновременно отпустить и отбежать, иначе оба погибнем. – Он старался казаться спокойным, но не мог скрывать раздражения. – Ты отойдешь, и меня убьешь, нет, спасибо, лучше вместе. – Не трону, слово даю, только и ты поклянись, что обо мне никому не скажешь. Очередная волна убедила бывших врагов помириться. На счет «три» они отпустили груз и разбежались в разные стороны, а уже через секунду незнакомец стоял около нее. На этот раз кинжал висел на поясе. – Тебя послали за мной… или за отцом? – Сомнений в том, что наемник их знал, не было – темные эльфы отлично выполняли свою работу. – Не за человеком. – Коротко ответил тот, не желая посвящать в свои дела чужачку. – Если речь идет о моей мачехе Азеркине, она конечно не подарок, но в обиду ее не дам – это будет пятно на репутации короля. В следующий раз когда увижу, прибью. – Ты меня? Да ведь только что чуть с жизнью не распрощалась! Думаешь, ты настолько непобедимая? – А ты считаешь себя настолько непобедимым, чтобы противостоять экипажу и охране в одиночку? – Моя цель – ее кузен, один из сыновей сансая. Он был отправлен с вами тайно в политических целях, его нужно убить до прибытия. – Если смогу добраться до него, ты поможешь мне? Один раз вроде бы сработало. – Интересно, кто перешел дорогу принцессе, да еще так, что простые стражи с ним не справятся? – Так что, согласен? – До рассвета дам тебе время, хочешь поиграть в мою игру – попробуй, не справишься сам возьмусь за дело, завтра ты меня уже не увидишь. – В случае успеха как мне найти тебя? – Сам найду, отродье человеческое. Убийца пропал, даже оружия не оставил. Риза тоже выбралась из трюма и направилась к каютам – ей еще предстояло найти этого принца. Что девушка знала точно? Он был эльфом, если бы еще слуги мачехи не наряжались как короли! Предполагаемых целей было пятеро, убивать лишних не хотелось. Первый отпал, когда Азеркину затошнило – побежал, склонив голову, называл «моя королева». Второй сам подошел к дочери короля и спросил, не нужно ли чего-то – он служил семье избранника солнца, и ей теперь мог прислуживать. – Спасибо, мне ничего не нужно, кажется, какой-то принц звал слуг. Как его там… Еще имя такое причудливое. – Эрзамель, да? О, духи природы, он мне голову оторвет, если не приду! Так слуга побежал выполнять свои обязанности, а девушка узнала имя и комнату жертвы. Дальше оружие – меч слишком тяжело спрятать, в ядах нужно разбираться, да и где их найдешь на корабле? Третье, что пришло в голову – кухонный нож. Пришлось залезть в помещение через открытое окно. От покачиваний посуда в ящиках звенела, кромешную тьму освещали несколько огоньков – они залетели из-за борта. Когда девушка отыскала оружие поменьше, огонек сел на ее руку, приятное тепло разлилось от запястья к плечу. – Возможно, я поступаю не правильно, но жертвовать своей жизнью ради него не буду! – Воительница оттолкнула сгусток света и вернулась на палубу. Шторм усиливался. Соленая вода вперемешку с пеной доставала до щиколотки, а ведь это был корабль, а не лодка! Поднялся ветер, он заглушал все вокруг, огоньки терялись в пене, большинство нырнули под воду – видать не по нраву им волнения Лазурного моря. Добравшись до кают Риза тихо постучалась в нужную дверь. Заспанный эльф подошел к окошку, что-то спросил на своем языке, а когда услышал имя гостьи попытался ответить так, чтобы она поняла. – Я… спать… до утра… не беспокоить. – Азеркине снова плохо, тебя зовет. – На ходу сочинила дочь короля. Хоть что-то, не так уж важно, проверить принц все равно не сможет. Спустя пару минут юноша вышел, и тут же в него вонзился нож. Второй рукой принцесса зажала ему рот, этот паршивец умудрился ее укусить! Несколько секунд он вырывался так, словно был дикой лошадью, затем ударил ее под ребра и упал, истекая кровью. Воительница помнила со времен своей службы – тела очень тяжелые, их трудно перетаскивать. Проще всего ухватить за ноги, так она и сделала. Хорошо что в ту ночь все прятались от непогоды. Метр за метром Риза тащила юношу по палубе, самое трудное – перекинуть через борт. Когда тело упало произошло то, что не на шутку напугало новоиспеченную убийцу. Вода засветилась голубоватым свечением, из нее выпорхнул огонек, он рванул вперед, стремясь догнать корабль, но утонул в волнах – еще не умел летать, как птенец. В вое ветра послышался крик, тот самый, который так рьяно старалась удержать наследница империи. Нож отправился следом, рука в перчатке с шипами ухватила запястье. – Могло быть и лучше. Если от удара ножом не умер, захлебнется. Идем, разберемся поскорее с твоей проблемой, я не люблю должников. Он потащил ее на склад, и там принцесса рассказала о своей проблеме. Она постоянно упоминала, как важно устранить жениха таким образом, чтобы никто не заподозрил ни ее ни отца. На все это ассасин лишь улыбался – так, словно дети ему стишки читали. – У этой загадки простое решение – темная магия. Нужно наслать болезнь, тогда он умрет и на то «будет воля архангела» как вы это говорите. – И ты владеешь магией тьмы? – Конечно, не так как жрицы или те чертовы культисты, но с порчей на смерть справлюсь. Мне нужно знать имя. – Монг. Наемник отошел подальше, достал из кармана небольшую коробку, из нее взял пчелиный воск, слепил куклу человека, на ней кинжалом нацарапал четыре буквы, начал что-то шептать на неизвестном языке. Затем завернул куклу в сырую плоть (не хотелось думать, с кого ассасин снимал скальп, кожа явно была не животного происхождения), спрятал обратно в сумку. – Надо же, а что это за язык, откуда такие ингредиенты, как быстро сработает, а можно как-то нейтрализовать? – О, Тьма всемогущая, не приставай ко мне с расспросами! Заклинания темной магии всегда читаются на эльфийском, они не переводятся, этому учат в чертогах ночи, я тебе в учителя не нанимался. И снова исчез, паршивец – как он умудрялся так быстро находить лазейки? Ризе пришлось вернуться в спальню, перебороть любопытство и уснуть. Разбудили ее утром и вместе с остальными выстроили в ряд около того места, куда уводили кровавые следы. Азеркина стояла напротив них, ее глаза покраснели от плача, Георг придерживал жену, умолял не волноваться. Дочь короля подошла к ним, только сейчас она поняла, что не переоделась, на ее наряде осталась кровь, руки за спиной тряслись от волнения, отец подошел, посмотрел в глаза. Тогда там не было ни любви, ни поддержки – только злость и желание покарать виновника. – Где ты была сегодня ночью? – Перед сном прогулялась на палубе, там был сильный шторм, я почти сразу вернулась. – Рука медленно тянулась к поясу, где рыцари носили небольшие ножички – ими и мясо можно было разделать, и перерезать веревку и защититься от зверя. – Это ты сделала, дрянная девчонка, хочешь, чтобы мой ребенок умер, чудовище! – Азеркина! Я не позволю тебе оскорблять Ризу… Пока ее вина не доказана, справедливость не терпит спешки. Если ты действительно спала, почему твоя одежда в крови?! – Это кошмары, они вернулись. Во сне я увидела чудище, хотела порезать его ножом, в итоге порезала себя. Поскорее бы исцелиться… В доказательство девушка показала порезанную руку, кровь все еще бежала, слуга не смог сказать, видел ли он рану на руке госпожи – слишком быстро все случилось. Мачеха продолжала требовать наказания. Обыскать каюту, допросить с пытками, что угодно, лишь бы расправиться с ней. Только вот король не желал этого слушать. Толи он знал правду, и боялся найти подтверждение, толи действительно доверял дочери, а избежать наказания удалось. По прибытию во дворец семью сразила еще одна новость – монах из храма Люксилины тяжело заболел и ни один лекарь не мог ему помочь. Риза видела, как он умирал – кашлял кровью, задыхался, корчился от судорог, молил архангела спасти его. С самых пеленок ей твердили, что нет ничего сильнее слов ангелов, что одно их касание исцелит достойных. И тут было два ответа, один из них точно правильный: либо Монг врал и не был избранником, либо магия тьмы была сильнее. Когда тело выносили из замка наследница уже определилась: она не склонит голову, как советовали друиды, пускай по этому пути ступают другие, за свою судьбу девушке предстояло бороться, а необходимое оружие лежало в чертогах ночи.

## Часть 8

В чертоги ночи чужаков не пускали, зато около школы темной магии была открыта библиотека, туда мог попасть любой желающий и почти все книги были на эльфийском. Ризе пришлось расспрашивать посетителей, как читаются буквы и что означают слова. Бывало такое, что за день она записывала около полусотни новых фраз, иногда дни проходили впустую. Тем временем король полагал, что его дочь уехала в монастырь, чтобы не привлекать к себе внимания после смерти жениха. Назревала война с гномами – правитель долины Ив украл у них секрет изготовления брони, что привело королеву подгорного народа в ярость. В любой момент Ризу могли вызвать в столицу, чтобы заменить отца или отправить в поход как остальных рыцарей, и как она доберется туда за пару дней, если чертоги находились в глубине Сумеречного леса, думать не хотелось. В один из таких напряженных дней девушка вновь вошла в библиотеку, достала книгу, которую недавно переводила, и обнаружила там записку. Стража не позволяла выносить экземпляры за стены, так что воительница начала переписывать все необходимое к тому же на родном языке. Видимо, рыцарь забыла пометки или использовала их как закладку. Не откажите в помощи. Здесь спрятан том истории Паладии, его содержимое может изменить судьбу всего мира! Оригинал был написан на эльфийском, далеко не все представители других рас изучают этот язык, мне и самому он с трудом дается. Готов заплатить вам за работу. Ответ был написан на другой стороне листа и так же спрятан в книгу. «Основы магии тьмы» вряд ли пригодились бы современным эльфам, так что и прочитать кто-то другой это послание не мог. «Лучшим вариантом будет встретиться в определенное время и поискать вместе. Библиотека подобна лабиринту, тут много закрытых проходов и спрятанных дверей». Ночевала гостья неподалеку, под открытым небом. Осень приближалась лениво, не расщедрилась еще на холодные ветра, а сидеть в таверне и привлекать к себе внимание… кому оно надо? К тому же Сумеречный лес обладал своими флорой и фауной, наблюдение за ними стоило спанья под деревом. Дневной свет сюда не попадал, его заменяли разноцветные кристаллы. Они же меняли свою яркость, что позволяло определить время суток. Большинство растений, переживших холода и даже ядовитые испарения на острове стимов, не могли прожить без солнца. Им на замену приходили другие – они напитывались светом волшебных камней и сами начинали сиять. Шерсть животных обладала похожим свойством, несмотря на это, среди кучи светящихся объектов прятались они хорошо. «Увы, наша встреча все усложнит. Времена нынче не спокойные». – Ответ лежал в нужном месте следующим утром. «Дело ваше. Начните поиск с тех секций, где все расположено по хронологии, если ваша книга – летопись она должна лежать там. Высматривайте на обложке слово «Паладия», его написание очень похоже на современные языки». Сама исследовательница решила взять задачу посложнее – спуститься в подземелье, где было много древних и забытых коридоров. Стены и полы там украшали грибы, отдающее легким светом, и все же она взяла с собой пару свечей. До вечера дочь короля отыскала лишь след той книги – нужная секция была закрыта на магические замки. Об этом она написала вторую записку и положила ее там же. «Мне доступ к подземельям закрыт, у стражников предвзятое отношение. Как выглядит замок?» «Магический, это точно. На нем круг с какими-то символами, мне знаком только один – алхимическое обозначение мандрагоры, в «Основах» написано, что такие замки открываются, когда загорятся все.» Возвращаясь на место своего ночлега, принцесса поймала себя на мысли, что ответа ждет, сия странная история ее заинтересовала. Едва проснувшись она побежала в библиотеку, думала, встретит того, кто ей пишет. Бесполезно – письмо было, автор уже ушел. «Это замок алхимика, его открывают двенадцать элексиров. Каждый из них весьма непрост в приготовлении, если ошибиться – заклятие уничтожит вас. Готовить зелья придется самостоятельно, ведь создавая что-то мы оставляем на нем свой отпечаток, хотим того или нет, я помогу с рецептами». С тех самых пор Риза нашла себе учителя, пусть сперва она надеялась изучить заклятия, а теперь перешла на зельеваренье. Остро ощущалась нехватка прямого общения – в случае ошибки ждать ответа приходилось целый день, иногда из-за этого зелья взрывались, будоража жителей городка. «Вот и получилось первое зелье. Когда я вылила его на нужный символ, он загорелся, и ничего страшного не произошло. Еще одиннадцать рецептов, это не так уж много. Что меня действительно пугает, так это шепот по ту сторону двери. Я знаю, так разговаривают тени, а если они уничтожили все содержимое секции?» – Это был первый раз, когда принцесса отошла от расспросов о теории и практике, добавила немного личных переживаний. Действительно, тени – то немногое, что пугало всех, будь ты крестьянином или королем, бессмертным механизмом или тленным человеком. «Вам доводилось встречаться с тенями и выжить, это большая удача. Их голоса принимают личину самых близких людей, а вместе с тем узнают все секреты, что вы рассказывали друзьям и родственникам. Есть только одна особенность – сущности никогда не разговаривают от лица живых. Когда я был адептом, мне пришлось оборвать связи с семьей. Иногда в кромешной тьме я слышал новые голоса, и в то же время очень знакомые. Это значило, что очередной родственник скончался, за что голоса и называют вестниками смерти». «А вы проходили обучение в одиночку, потому что голоса навещают только наедине. Интересно, где же вы учились? Однажды мы с другом выслеживали чудовище на кладбище, когда наша команда уснула, голоса пробрались в наши сны, где мы были одни.» Далее шла страница с новым рецептом, и советами, где можно достать необходимые ингредиенты. Риза пыталась узнать, с кем она разговаривает, но ожидание в библиотеке ничего не дало. Стражники уже и не помнили, кто входил и выходил в течении дня, а гостей, которых не пускали в подземелья, было около тысячи – всех не проверишь. Оставалось только ждать новой весточки. «Сосредоточьтесь на обучении, вы ведь тоже пришли сюда в одиночку. Наверняка ваша семья не хочет, чтобы вы занимались магией тьмы, так что сохраним наши секреты при себе.» – гласила очередная записка. «Я здесь не одна. В моем окружении множество книг, они расскажут все, не тая секретов, только нужно понять их язык. Родные не разделяют увлечения тьмой, это правда, они посчитали бы это проявлением неуважения, но их любовь и моя судьба – два совершенно разных мира, они не должны пересекаться». Они – интересно кто? Кроме отца разве был кто-то, действительно дорогой для принцессы? Ее няня, возможно, учитель однорукий, парочка друзей из рыцарского отряда и то с натяжкой. Работа продолжалась. Второе и третье зелье дались проще, а вот с четвертым было много проблем. Мало того, мирные договора с гномами уже были разорваны, к счастью пока что король не созывал воинов. Вся надежда была на сходку правителей Паладии, а до нее оставалось несколько месяцев, до того дня война развязана не будет, и все же волнение давало о себе знать. «Все необходимые знания вы получили, скорее всего, мешают причины от меня не зависящие. Из-за задержки в несколько секунд все может испортиться, скажите, что вас отвлекает?» – А это был первый раз, когда не она, а собеседник осмелился спросить о чем-то личном. «В последние несколько лет мы с отцом стали отдаляться друг от друга. Если война начнется, он пойдет туда как полководец, а я… Скорее всего, как воин в совершенно другом отряде на другом конце света. Меня терзают сомнения, стоит ли побыть с ним, попробовать что-то вернуть? В любом случае второй раз вернуться сюда не получится.» И ответ действительно поразил девушку. Подчерк собеседника слегка скакал, хотя раньше он сохранял спокойствие. «Держитесь дороги знаний, идите по ней до конца. Однажды передо мной стоял этот выбор, и как бы я не пытался вернуться, последовать примеру родных и заняться чем-то привычным, запретные книги все равно манили меня. Многие люди могут утолить жажду знаний, отстранившись от источника на некоторое время, но у вас этого не получится.» В этих словах, какими бы странными они не были, сохранилась капля истины. Король давно уже мечтал, чтобы его дочь стала советником и начала бы помогать ему писать законы, отправилась управлять небольшим городком и набираться опыта – так делали наследники из поколения в поколение. Иногда она подумывала, «а что будет, если я соглашусь играть по их правилам, просто потерплю немного, привыкну, и тогда вернется то время» (и сама не знала, что имела ввиду под «тем временем», проблемы всегда ждали за углом). И чем дольше она пыталась жить во дворце по правилам элиты, тем сильнее была жажда к познанию мира за его границами. «Тогда, прошу вас, будьте моим другом, потому что когда кто-то идет по этому пути без сопровождения, каждый встречный норовит вставить палки в колеса». С того дня в сообщениях «вы» сменилось на «ты». Оказалось, с этой личностью можно было о многом поговорить. Будь то история о голубых огоньках над водой, жестоком каннибале или загадочном пророчестве. Да и спросить можно было о чем угодно – алхимия, магия, тактика, политика – он знал ответы на многие вопросы и всегда расписывал их до мелочей. К середине осени половина работы была сделана – уже шесть знаков горели, и пока что ни одной ошибки. На очереди было седьмое зелье, в тот раз Риза написала еще одну строчку под рядом вопросов. «Мне бы очень хотелось встретиться с тобой, когда замок будет открыт мы найдем нужную книгу, разойдемся и больше не спишемся. У меня есть друзья, но с ними никогда не обсудишь таких вещей. Многие вопросы, которые мучили меня годами, теперь нашли ответы, благодаря тебе.» «В свое время я тоже искал их, находил, и вопросов становилось все больше. И сейчас много таких, о которых большая часть Паладии даже не задумывается. Некоторые из них тоже нашли ответ благодаря тебе, не думал, что кто-то еще способен меня чему-то научить.» Предпоследнее зелье было готово к концу осени. Георг созывал рыцарей, но дочь правителя решила немного подождать. Она сильно рисковала, однако и оставить своего друга без помощи не могла. Он тоже спешил – какие-то дела в связи с грядущим конфликтом. Из-за этой спешки никак не получалось закончить последнего варева, тогда Риза решила схитрить. Она откроет замок силой – защиты почти не осталось, как и времени. Лишь бы все это не оказалось напрасным, и та чертова книга таки лежала бы на своем месте! С оружием внутрь не пускали, пришлось использовать те заклинания, которые наследница выучила за полгода. Первое, второе, третье – бесполезно, как с гуся вода. Четвертое – дверь вздрогнула, но не открылась. Повторив его несколько раз принцесса чуть не упала – от недостатка магической энергии голова начала кружиться – зато замок упал на пол, а заместо двери появился бесконечный темный коридор. Пошатываясь она зажигает свечу, медленно идет мимо полок. В голове вихрем вздымаются слова, их перевод и произношение зачем-то… Половина корешков стерта, все пахнет сыростью, а если название было испорчено, и его невозможно прочитать? А если книга сгнила в сыром помещении? Нет, она цела, и не заметить первую историю Паладии трудно. Ее обложка сделана из золота, а страницы – из меди. Они потемнели, однако не заржавели и не рассыпались, как бумажные. Слова очень древние, даже старые эльфы не помнят тех наречий, на каких она написана. За спиной раздается шепот – казалось бы, голос незнакомый, но именно он пел ей первую колыбельную. – Риза, не делай этого. – Умоляет Галия. – Тот человек чудовище, он хочет разлучить мать с ребенком. Ты должна знать, какой это грех, как себя чувствуешь без матери. Одна рука хватает фолиант, вторая все еще держит свечу. Рукопись слишком тяжелая, она неподвижно лежит, не замечая попыток поднять ее. – Семья должна быть вместе, и мы тоже будем. – Голос становится все ближе. – Никаких чужаков, и тебе не придется называть матерью эту выскочку Азеркину. – Странное чувство появляется в затылке, свет отгоняет их, но над его куполом уже нависла угроза. – Кем бы он не был, я ему доверяю, а тени никогда не скажут правды! Швырнув свечу впереди себя, Риза ненадолго отгоняет врагов. Она хватает книгу и несется к бледно-сиреневому сиянию в том коридоре, что лежит по ту сторону двери. Позади нет никаких звуков, и все же разум чувствует – оно плывет, словно призрак, витает в воздухе. Беглянка приземляется в луч света с громким грохотом. Сверху бежит стража, девушка запихивает книгу в сумку и прячется в другом коридоре. Эльфы, заметив открытую дверь, что-то говорят на своем языке. Со всей тарабарщины принцесса понимает лишь одно: в старой секции лежит клинок, и он для темных что-то вроде сердца света – реликвия. Ну и ладно, больно нужны ей чужие артефакты, будто прошлого раза не хватало. Находку дочь короля положила на то место, где лежали «Основы магии тьмы», ту книгу просто спрятала под стол – никто и не заметит. Теперь ее друг точно найдет то, что искал, если оно спрятано в той книге. Осталось только одно незаконченное дело, и девушка хочет разобраться с ним, ведь другого шанса уже не будет. Она садиться за ближайший стол для письма, берет пергамент, перо и чернильницу. Рука выводит слова, разум особо не задумывается над смыслом. «Я пишу это поскольку знаю, что больше не встретимся. Мы знакомы слишком хорошо, чтобы просить тебя раскрыть свою личность, и о себе говорить нет смысла – если тебе это не надо, никогда не пойдешь искать. Просто знай, что под твоим пером моя душа нашла покой, была бы у нас возможность сесть в тишине, никуда не спешить, и обсудить все те тайны, что остались неразгаданными…» – Риза! – Чья-то рука оттащила ее от стула. Принцесса поспешно прикрыла письмо рукой. Это был ее товарищ полугном. – Как ты меня нашел? – Догадывался, ты еще в годы нашей службы помогала темным, и проявляла интерес к чужакам. Сейчас не важно, король хочет видеть тебя, скоро все королевство перевернет вверх дном! – Хорошо, иду я, только дай книгу на место поставлю… – Времени вообще нет, от обещал головы посносить градоправителям, если ты не придешь, а среди них мой отец.

## Часть 9

– Отец, я отлучилась ненадолго, весть о том, что ты меня ищешь дошла не сразу… – Главное, что моя семья теперь тут. – Ох и не любила она такого настроения короля. Если его не интересовало, где дочь шаталась и почему не приехала сразу, значит дело было серьезное. Не дожидаясь, пока девушка спросит, правитель продолжил. – Королева гомов объявила нас личными врагами, пускай она не нападет в день переговоров, до того момента все мы в опасности. – Почему бы тебе просто не вернуть ту формулу, зачем империи понадобилась броня в мирное время? Георг отложил очередной указ и перевел взгляд на дочь. На ее запястье остался синяк от крепкой хватки полугнома, а на лбу красовалась шишка – видимо, врезалась в дверной проем, когда бежала, такое уже случалось. Он знал, что наследница трона могла быть ответственной, внимательной, строгой, когда надо. Вопрос только в том, как долго принцесса держала эту роль, и смогла бы держаться в строе на протяжении многих лет. – Риза ты… Не очень опытная правительница, иногда приходиться жертвовать чем-то ради великой цели. Стимы уже давно угрожают лесным эльфам, а они не просто союзники, теперь мы одна семья. – Так значит формулы у тебя уже нет, отдал ее родственникам Азеркины? Тогда пусть подгорный народ им войну объявит, не думаю, что наша новая семья прибежит защищать границы долины Ив. – Правду говоришь, людям не выстоять в этой войне, а гномы наверняка помогут механизмам. Я тоже думал над этим, очень долго, и план уже был готов, только вот обстоятельства так сложились… Не получится у меня поехать в этом году на переговоры, лекари от твоей мачехи не отходят, оставлять свою жену в такой момент, как можно? В тот миг что-то заволновалось в душе рыцаря. Нет, смерть эльфийки была бы ей только в радость, но вот к ребенку вроде как сестра испытывала жалость. Странствия по Паладии ни раз заставляли задуматься: а так ли много у нее друзей, готовы ли стать за Ризу горой те, ради кого она рискует жизнью? Для лесных эльфов младенец не будет родным, они воспринимают его как печать, подтверждение брака (хотя как показала практика, даже дети не спасают династии от разводов), мать… Что-то подсказывало девушке, что та женщина видит в нем лишь инструмент – шанс когда-то стать королевой и править государством через родную кровь. Для отца он будет частичкой души, но сможет ли он все время быть рядом? На этот вопрос дочь короля уже знала ответ, поэтому смягчила тон и уняла свой гнев. – Оставайся, уверенна, совет поймет. В конце концов у большинства из них тоже есть семьи, я могу поехать вместо тебя, один раз получилось усидеть на троне. – На тебя можно рассчитывать? – Положив руку на личную печать спросил правитель. – Я не подведу вас, мой король. – Став на колено, как и подобает рыцарям имперской гвардии, заверила воительница. – Тогда слушай внимательно: наш остров состоит из трех королевств. Сумеречный лес – территория эльфов, с ними мы все еще держим союз, долина Ив – наши земли, Запретный лес – угодья некромантов. Если последние присоединятся к нам в войне, ни один флот не сможет незаметно причалить к берегам, даже птица не пролетит! В открытую о таком на мирных переговорах говорить нельзя, придется встречаться тайно, избегая старейшин совета. – Нет никакой надежды, что мы уладим этот конфликт? Может, стоит поговорить с сансаем, и уговорить его вернуть эту трижды проклятую формулу? – А заодно и убить всех кузнецов в двух королевствах, ведь гномы не станут проверять, кто узнал секрет, а кто нет. Эта идея – лишь одна из немногих, все они приводят к жертвам и войне в конечном счете. Самым лучшим вариантом будет союз: на наши земли никто не сунется, весь флот пойдет на самую слабую часть, отделенную от троицы островом. Я не могу влиять на решения Ваниэля, но нападение с двух сторон – совсем другое дело. Либо он разберется со стимами, и тогда пойдет на компромисс, либо потерпит поражение, такова жизнь. – И все же мое мнение остается неизменным. Лучше было бы вообще в этот конфликт не влезать, будто своих проблем не хватает. Диалог прервала старая нянька. Она вбежала, упала королю в ноги и начала что-то несвязно бормотать. Риза попыталась успокоить старушку и та еле-еле выдавила из себя, что ребенок вот-вот появиться на свет. Троица кинулась к покоям Азеркины, падчерице пришлось остаться у двери. Мачеха, хоть и находилась в полубреду, заметив ее начала извергать проклятия, и чтобы не накалять обстановку отец велел оставить их. Вбежал лекарь, а тогда еще двое, и еще четверо – словно со всего королевства сбежались. Тем временем девушка заметила недобрый знак – сущность в шубе, покрытой снегом. Он появился на несколько секунд перед глазами, с громким криком затолкал что-то в мешок, а тогда исчез. По ту сторону роженица продолжала кричать и проклинать мир, на чем свет стоит. Сарам рассказывал о нем – старик Мороз. Это существо обитало в горах Фростена, оно некогда не заходило в пещеры, так как их оберегал Негасимый Огонь, зато любило слоняться по снегу. Считалось, что если непослушные дети выбегут без присмотра родителей в стужу, Мороз украдет их души, положит в мешок и заберет с собой, а тела превратит в сосульки и оставит лежать под сугробами. Ученые-механизмы полагали, что Мороза как сущности нет, а придумали его потому, что в древние времена множество отпрысков гномов терялись и замерзали насмерть в горах. Получается, Уна каким-то образом установила контакт с этим духом, и решила отомстить врагу за кражу. Впрочем, каким бы жутким он не был, старик все еще оставался призраком, а темные маги умели вступать с ними в схватку и побеждали почти в половине случаев. Чтобы провернуть такой ритуал не достаточно было знать имя соперника, для его вызова требовалось приготовить специальный отвар, выйти из тела и сражаться на равных. К счастью первые заклятия темной магии придумывались в бытовых условиях и многие ингредиенты были доступны в современности. Забежав на кухню Риза закрыла дверь, вода в котле уже кипела – видимо няня готовила себе похлебку, но так и не успела добавить овощей. Из-под потолка девушка достала курицу, отрубила у нее пару лап, затем залезла в коморку и достала от туда полынь – простой народ отгонял ею крыс и моль, а алхимики называли «травой мертвецов». Третьей составляющей варева была мандрагора – ее испарения помогали войти в транс. Зелье было не самым простым, однако по сравнению с некоторыми другими рецептами еще сносным. Смешав все воедино принцесса начала шептать заклятие, поглубже вдыхая едкий дым. Сперва организм сопротивлялся, легкие сжимались, глаза слезились, но девушка не сдавалась, со временем дыхание стало замедляться, а затем и вовсе слышаться со стороны, как в детстве, когда малышка спала сбоку от отца. Открыв глаза рыцарь обнаружила, что стоит посреди зала, где давно уже не было огня. Снег вперемешку со льдом, инеем и морозными узорами прятал рунические символы на колоннах, пол представлял из себя решетку. Где-то там, под тоннами льда, лежал слой почерневших, давно остывших углей. Возможно, когда-то кланы гномов проводили тут собрания, до того, как вошли в пещеры. Сущность стоит в дальнем углу, он снимает шубу, как любой человек, вошедший в свой дом. Под нею оказывается скелет, кости которого состоят из острых сосулек. Зубы белые, тело прозрачное, волосы из снега, а глаза переливаются всеми холодными цветами. Вместо одежды броня – та самая, гномья, зачарованная рунами. – Эй, отморозок, верни мне краденное, живо! Мороз оборачивается и что-то говорит. От его слов вокруг вздымается метель, разобрать речь невозможно, только смех в конце услышать. Буря успокаивается так же быстро, как началась, вора нигде не видно. И тут с потолка осыпаются сосульки. Не те, что их дети втыкают в нос снеговику – этим больше сотни лет, они высотой в трех людей будут. Край одной из них цепляет щеку, оставляя царапину, и это при том, что тело похоже на мутную жижу с легким зеленоватым свечением. Справа слышится крик ребенка, вперемешку с ним вопит мачеха. Происходящее теряет реальность. Ухватив свой кинжал девушка бросается на вопль, лезвие попадает между ребер чудовища, его кости тут же покрываются острыми шипами, руны на броне зажигаются. Скелет открывает рот, зубы противно скрипят, оттолкнув его Риза бросается к мешку, из сотни огоньков один тянется к ней, рыцарь хватает его, за ее шиворот цепляются холодные, подобные иглам, пальцы. – И не старайся, я тебе его не отдам! – Порвав плече своего наряда (надо было одеться в броню, перед тем как совершать странствие), соперница отбегает так далеко, как может, падает лицом в снег, прижимает к себе огонек и шепчет обратное заклинание. Снег скрипит под его шагами, лицо окутывает пар. В дверь стучится стража. Еще пару минут назад испарения из котла казались теплыми, теперь они обжигающее. Принцесса смотрит на свои руки – одежда порвана, а огонька нет, как так? Однако, думать стоит о другом – какой-то паренек кричит, что на кухне заперся колдун, и надобно его повесить. – Да будет Люксилина свидетелем, это черная магия оскверняет наш дворец! Хорошо, что кухня располагалась на первом этаже. Наученная рыцарскими походами, воительница выскочила в окно, зашла через черный ход, накинула поверх рванной одежды мантию, вытерла кровь и вернулась к покоям мачехи. Дверь открылась, за спиной отца Риза увидела спящую Азеркину – кто-то из целителей дал ей снотворное, а на руках у Георга лежал младенец, завернутый в пеленки с золотой окантовкой. – Познакомься, это Юриан – твой брат. – Очень приятно, сэр. – Наследница выдавила из себя улыбку, они с мальчонкой успели повидаться еще до того, как это сделали мать с отцом. – Роды у королевы были тяжелыми, мы уж было думали, он мертвым родился, но после нескольких попыток все-таки начал дышать, хвала архангелам! Я озолочу каждого, кто боролся за жизнь моего крохи! – Заявил правитель. – А теперь позовите священника, пусть осмотрит принца и вынесет свой вердикт. О, Риза хорошо знала эти фокусы-покусы. Сама она, к счастью, никогда не участвовала в подобных ритуалах, но от знакомых-полукровок была наслышана. Когда в семье, где по наследству передавалась власть и целые земли, рождался ребенок от смешанного брака, его обязательно проверяли на принадлежность к той или иной расе, от этого зависела судьба малыша. В Паладии закон был един для всех: возглавить страну может только та раса, которая правит из покон веков. По этой причине Сарама отстранили от права наследия, отправили служить рыцарем, из-за этого волновались многие короли, устраивая политические союзы. Бывало так, что среди десяти-пятнадцати детей никто не мог претендовать на трон, и тогда борьба начиналась между дальними родственниками. – Госпожа, вы волнуетесь? – Спросила няня. – Если мальчик человеком родился, на трон будет уже два претендента. – Как бы там ни было, я не причиню зла брату – он моя семья. – Не сомневаюсь, миледи, а вот ваша мачеха. И простым слугам понятно, что она сделает все, чтобы именно ее отпрыск взошел на трон. – Коронация нового правителя не только радость, если кто-то взял корону, значит прежний ее хозяин умер. Мой отец еще много лет проживет, а в последние его дни пусть народ выберет более достойного из нас. Они последовали за королем, уже через пару минут к ним вышел священник и вернул новорожденного. Слуга ангелов сделал запись в семейной книге – там были все потомки династии с их датами рождения, вступления на престол, изгнания, смерти и прочего. – Милорд, должен сообщить вам что Юриан был рожден с эльфийскими ушами, однако в руках его ветка дерева из Вечного леса не расцвела. Как вы знаете, все дети светлых эльфов с самого рождения способны оживлять растения, вне зависимости от того, кем был второй родитель. По сему делаю заключение: хоть ушами он похож на свою мать, по крови ваш сын человек, и не принадлежит к династии сансая. Вердикт удивил всех, но только не старшую сестру. Какая-то ее часть подсказывала, что так оно и будет.

## Часть 10

Ночка выдалась беспокойной. Снегопад замедлял передвижение, кучер винил в этом триклятую магию гномов, игнорируя тот факт, что на улице зима хозяйничала. Ризу клонило в сон, но каждый раз, когда она прислонялась головой к подушке, корона начинала давить в виски. – Почему нельзя надеть ее после того, как мы прибудем на место? – Спросила дочь короля. – А вдруг на дороге встретим других советников? Миледи, вам нужно держаться на высоте при любых обстоятельствах! – Отвечал королевский писарь. Он был послан Георгом в помощь дочери, хотя от швабры, с примотанными к ней пером и бумагой, было бы больше толку. – Попробуй тут сохранить достоинство, вся Паладия считает нас причиной войны! Люксилина свидетель, я очищу имя отца и тогда они посмотрят на нас с уважением. Они прибыли с небольшим запозданием, даже механизмы и эльфы, жившие на отдельных островах, уже были на месте. В этом году собрание проходило в Сумеречном лесу, за те несколько месяцев, что принцесса провела во дворце, он сильно изменился. Кристаллы поменяли цвета на беловато-синие, внутри появились чудные узоры, растения скинули листву, теперь под корой можно было заметить прожилки, по которым текло фосфорное вещество. К сожалению метель и важные дела не позволяли долго любоваться красотой. Слуги провели их к тронному залу, у дверей стоял Сумериэль, он тщетно уговаривал стражей открыть дверь. Рядом с эльфом стал писарь, дочь короля показала печать, ее пропустили. – Не честно, почему ей можно? – Негодовал юноша. – Наш правитель временно передал свои полномочия дочери, сам он остался в замке с сыном. Печать каждому дана одна, и на совет больше шести не войдет. – Поделился своими знаниями наставник. – Жаль, Георг мудрый король, от него на переговорах толку было бы больше. – Это был Разак, он стоял у окна и подошел, заметив последних прибывших. – Разве вы не должны быть там? – Удивленно спросил писарь. – Помниться, на всех переговорах с королем документы подписывали. – Замещал главу Вечного союза, я ведь его главный советник и по стечению обстоятельств товарищ. Тем временем Риза села на свое место. Никто не отчитывал за опоздание и не задавал вопросов, почему как и кого заменили. Одна печать в одни руки – этого было достаточно. Обсуждение продолжилось, словно ничего и не произошло, темные эльфы отчитывались об уничтоженных чудовищах, кто-то спорил с ними. Принцесса окинула зал взглядом и заметила, что угрюмого Разака там не было. На месте зомби седел тот, кого она видела только раз в жизни – вампир, тело которого было покрыто письменами. С одной стороны, это можно было использовать, чтобы уговорить его помочь, с другой поговаривали, что если упырю понравится вкус крови, он может и сожрать. Дела шли одно за другим. Отчет об уничтожении организации разбойников (не так весело, как звучит, они орудовали в землях эльфов, люди вообще ничего не знали о шайке), какие-то технологии по строению кораблей, и раз уж речь зашла о том, чтобы поделиться новыми достижениями, властительница Подгорного королевства решила вставить слово. – Я вернусь к своим требованиям. Правители долины Ив, верните нам формулу стали, тогда кровопролития удастся избежать. – Уна предпочитала носить не корону, а шлем, украшенный руническими письменами. Казалось, она готова хоть сейчас вскочить и отрубить голову, тем не менее королева старалась избежать жертв. – Именно с этой целью мы одолжили вашу сталь. Возможно, кража не самый лучший поступок, но как иначе, если под угрозой стоит земля вечной весны? – Этот прием писарь назвал «поцелуем лжеца»*, единственное, что подходило к данной ситуации. – Хочешь сказать, это мы броню украли? Да как ты смеешь! – Лесной эльф вскочил из-за стола, подошел к имперке, потянулся за мечем, только вот беда – оружие сдавали при входе. – Ваших имен не называла, держите себя в руках. – Отодвинувшись от него ответила девушка. – И незачем так орать. Сансаю пришлось сесть на место, и пусть негодует сколько хочет – начинать войну с тремя народами сразу не рискнет. – Виновники будут наказаны, все до единого! – Заявила гномиха. – Я дам вам неделю на то, чтобы вернуть краденное, иначе быть войне! Дальше была та часть, которую наследница ненавидела больше всего. И дураку было понятно, что отступаться правительница не намерена, возможно, чтобы унять чувство совести, другие пробовали отговорить ее, уладить конфликт. Закончилось это тем, что уже гномиха разозлилась, она покинула зал. – Пожалуй, мы поддержим Уну. – Обчислив все возможные варианты за несколько секунд выдал Зеон. – Уши оторву тебе, погань. – Рука, снабженная шипами (изъять их из тела было невозможно) просвистела над головой Ваниэля, стим пригрозил пальцем сансаю, тот не спешил дерзить в ответ. – Придет еще время. Как только остальные разошлись, к принцессе подошел темный эльф. Он сказал, что их союз останется в силе, последователи тьмы готовы помогать в грядущей войне. Поблагодарив его девушка кинулась прочь из зала – метель утихла, правители спешили разъехаться. Ей надо было догнать некроманта и как можно скорее. – Куда ушли эти из Запретного леса? – Налетела рыцарь на своего писаря. – По тому коридору пошли. – На автомате ответил тот. Дочь короля побежала в указанном направлении, затем одна мысль догнала ее. Обернувшись, несостоявшаяся дипломтака спросила у наставника: – Как зовут лидера нежити? – Седига. – Кинул он в след. Представители Вечного союза спорили со стражами. Те не могли найти оружия, из-за чего Разак обещал всех линчевать. Риза замедлила шаг, стала с боку от спорящих, попыталась выровнять дыхание, правая рука непроизвольно сжала левое запястье, будто тот шрам снова начал болеть. – Се-ди-га, нам нужно поговорить до вашего отъезда. – Пленники из темниц сбегают, люди пристают. О, когда же эта эра закончиться! – Выхватив у стража свой меч Разак повесил его на пояс. – Нет времени решать чужие проблемы. – А время позже приехать к нам с визитом будет? Пожалуйста, дело срочное. – У нас свои порядки действуют, нельзя просто так сесть и поболтать. – Лицо зомби искривилось от злобы. По сравнению с этим негодование мачехи было мелочью, она хоть просто ненавидела, а этот прям горел желанием изничтожить. – Если срочно сделаем исключение. – Возможно, из-за того, что другие лидеры сейчас толпились во дворе замка, а может в меру каких-то познаний он принял решение выслушать принцессу. – Вам виднее. – Уняв свой гнев ответил товарищ. – Миледи, надеюсь эти переговоры с вампирами обойдутся без травм. Они отошли к лестнице, которая вела в подземелья. Времени было мало – в любой миг кто-то мог прийти, будь то слуга или правитель. – На наши земли война надвигается, вы сами видели. Нужно действовать сообща, долина Ив и Сумеречный лес будут держать оборону, есть ли такая вероятность, что вы поможете нам? – Войны смертных не волнуют нас. Мы поможем, только взамен потребуем плату – за каждый месяц тридцать человек отдавать. – Зачем? – А вы действительно хотите знать это? – Хочу. – опустив взгляд в пол сказала дочь Георга. – Прежде чем принять решение, нужно все взвесить. – Зомби питаются человеческой плотью, ее не так то просто достать. Распря предполагает большие затраты, живые помогут содержать войско, а души мертвых его пополнят. Принимайте решение сейчас, у меня много дел. – Дайте мне минуту. Отец был прав – без жертв не обойтись. Такого решения король не одобрит, скорее всего перестанет доверять Ризе, или даже отправит в темницу… С другой сам советовал любой ценой договориться – если гномы высадятся у берегов Запретного леса, или более того, заключат союз с нежитью, погибнет куда больше людей, а преступников в тюрьмах много – никто не поведет невиновных на смерть. – Хорошо, долина Ив принимает ваши условия. – Тогда составим договор. Седига позвал советника, тот подошел к подоконнику, положил на него лист бумаги и достал тонкую железную палочку, край которой раскалил заклинанием. Видать, они давно хотели заключить подобную сделку, пробежавшись по бумажке взглядом принцесса убедилась, что все так, как говорил лидер нежити. Первым свою подпись поставил вампир, раскаленное железо оставило черный след, однако не подожгло бумаги – кажется, эту технологию они украли у стимов. Взяв то странное устройство девушка посмотрела на бумагу, в тот же миг замерла, парализованная озарением. Эти буквы выглядели знакомыми. Завитки на С, наклон в правую сторону… Сомнений не оставалось. Сознание отчаянно рвалось куда-то в прошлое, слова уже вертелись на языке, куча вопросов одновременно. Рыцарь усмирила их реальностью – одно лишнее высказывание и сделка сорвется. Она так же поставила свою подпись, бегло посмотрела на лицо вампира, стало только хуже. Он догадался, ничего удивительно, ведь они много писем друг другу отправили. Тоже собирался что-то сказать, но воительница и слушать не желала – не хватало ей еще отчитываться перед Разаком, и слушать насмешки обоих. Вернув документ рыцарь вернулась к писарю, все произошло так быстро, оно и к лучшему. – Госпожа, вы выполнили поручение отца? – Перед ним и отчитаюсь, скажи, тут есть балкон? Мне надо подышать свежим воздухом, после таких-то переговоров. – Конечно, на втором этаже. Приказать слугам приготовить вам комнату, или отправимся домой? – Переждем ночь здесь, иди, скажи. Спровадив наставника девушка пошла на балкон, ноги ее не держали. На щеках заблестели слезы толи от отчаяния, толи от боли. Из кармана она достала записку – так и носила с собой, без возможности найти получателя. На улице было темно и холодно, тени могли напасть в любой момент, но совсем не те мысли волновали принцессу. Вновь перечитав письмо наследница рода Люксилины прошептала: – Сама виновата, ты знаешь, что не живые не могут любить, забудь об этом и о тех ночах, когда трепетно ждала ответа. Только хуже сделаешь, а пострадает целая империя. Записка была разорвана и брошена в снегу, игнорируя тени, шаги в замке, расспросы писаря и неприятное покалывание в кистях от холода девушка направилась в гостевую комнату. Не успела она упасть на кровать, как в дверь постучали. – Риза, родители сказали мне, мы вместе воевать будем. – Это правда, а что тебя не устраивает? – Просто неожиданно как-то. Твоя мачеха из лесных эльфов, а ты ее кузена в грязь втоптала, еще и альянсы с нами устраиваете. Как твой отец умудрился одновременно… – Не продолжай, я и сама иногда в шоке от его поступков. У меня брат родился, слышал? Теперь от Азеркины не отвяжешься, даже если захочешь. – Она настолько любит твоего отца? – Они сели на кровать, принцесса сняла корону и отшвырнула ее на стол, эльф улыбнулся. – Какая к черту любовь? Сам знаешь эти династические браки – просто показуха. – Не всегда. Много лет назад, когда моему отцу еще века не было, он был темным рыцарем – самым лучшим воином во всей армии. Что? – девушка расхохоталась. – Разве не видно? – По тебе не особо. – Ладно, как знаешь, но твоя ненаглядная эльфиечка влюбилась в него по уши. Прям как в книжке: воительница ордена золотого феникса, рыцарь тьмы, идеальная любовь. А вот нет – он полюбил мою мать, и когда исполнился век должен был жениться, угадай, кого выбрал? – Уж не эту истеричку. – Верно. Азеркина клялась отомстить ему, рыдала, кричала. Тогда это звучало как смешной анекдот, у кузины сансая были деньги, но не власть – собственная свита на дух не переносила. Теперь у нее есть титул, наследник, можно сказать, она потенциальная королева, и если эта красотка взойдет на трон, плохо будет всем. – И чем я могу помочь? Пообещать взять ношу на себя? Так это само собой разумеется, никуда не деться от судьбы. Хотел эльф еще что-то сказать. Кого-то убить, сводного брата или мачеху – не важно. Заниматься интригами в собственной семье Риза не собиралась, она поблагодарила принца за гостеприимство, поклонилась и выставила за дверь, на душу снова накатила печаль, улыбки и след простыл. Не переодеваясь девушка упала на кровать, да так и уснула, хоть во снах можно было сбежать от проблем.

## Часть 11

***

Поле боя озарила яркая вспышка, на секунду вся битва замерла. Со стороны людских укреплений, словно древнее проклятие, слетела золотая птица феникс. Ее броня слепила каждого, кто осмелился поглядеть, движения были быстрыми и точными. Тонкие стрелы пронзали уязвимые места в броне, мертвые гномы падали штабелями. – Погляди, Разак, на острове Жизни целый орден Фениксов, вот кто действительно заслужил право носить золотую броню. – Королева империи знает толк в стрельбе. – Отвечал Седиге товарищ. – Но как по мне нет ничего лучше старой доброй булавы. Зомби кинулся на врагов не скрывая улыбки, впрочем, его оружие цепляло и людей – кто же станет разбираться на таком большом ратном поле? Возможно, сплетни о том, что живые трупы нападают на всех без разбору, правдивы? Друг точно знал, это не так. Много лет назад в долине Ив жил один крестьянин. Он свято верил в доброту и благочестие рыцарей, все детство провел изучая владение оружием, верховую езду. В конце концов юнца зачислили в армию, там он и провел десяток лет, надеясь что когда-то ему позволят сесть на коня и назвать себя сэром. Приближалась война за остров – эльфы уплыли, нежить осталась. Люди вознамерились уничтожить их города, чтобы единолично владеть самой большой территорией в Паладии. Их отряд был атакован высшими духами, половина воинов пала. О том, чтобы забрать тела товарищей, никто и не подумал. Разака ждало воскрешение в виде зомби, он сохранял сознание, что удавалось единицам, при этом был обязан служить некроманту, поднявшему его. Рабство продлилось полвека, а со дня освобождения прошло еще больше лет. То поколение людей давно ушло, однако живой труп все еще испытывал к ним злобу. – Значит имперскую армию ведет Азеркина? – Седиге не нужно было кидаться на мечи, он вполне неплохо обходился магией. – На нашей стороне да, к эльфам отправили ее падчерицу. Говорят, у эльфийки был конфликт с луназиром, вот король и решил отослать ее подальше от Сумеречного леса. – Не переводя дыхания выкрикнул советник. Гном рассек ему левую руку, в ответ на это зомби вырвал кусок плоти прямиком из черепа нападавшего, рана тут же затянулась, даже шрама не осталось. – Передай Георгу, что договор не с его женой был подписан. Если люди будут гнать Подгорный народ через наши земли, его дочери придется приехать в столицу и подписать второй. – Как пожелаете. – Твой отец совсем спятил, посылать мечника на поле битвы со стимами? Они же арбалеты ходячие, расстреляют только так. – Негодовал Сумериэль. Их войска только что встретились. В тот самом портовом городе, где когда-то потеряла украшение темная ведьма. Небо укрыли серые тучи – явный знак приближения кораблей механизмов. Эти твари могли драться часами, пока ртуть не кончится. – Скажу тебе по секрету: отец не думал, что стимы нападут, они должны были плыть к эльфам, вместо этого Зеон решил помочь гномам и раздавить «жалкие мешки с мясом». Возможно, из-за шахты киновари… Они владели ею пару лет. – Ты же понимаешь, что если механизмы доберутся до источника питания, они никогда не уйдут? – Естественно, поэтому мой отряд рыцарей взорвет все к чертям, к слову селитрой, которую изобрел их Творец. Сарам, Альпон, за мной, остальные помогут эльфам. – Госпожа Азеркина, вы – потрясающий стрелок. – Не стану обольщаться комплиментами от гнилого трупа, что тебе надо? – Гномы отступили, пользуясь передышкой королева хотела написать письмо мужу, возможно, он уже простил ее. – С недавних пор наши народы помогают друг другу, не без помощи вашей падчерицы, этот мир очень нестабилен, одна ошибка и события прошлого повторятся. Эльфийка слушала одним ухом. Перед глазами снова и снова проносилась картина: Георг кричит на дочь, негодуя от подписанного договора, она набирается смелости обвинить негодницу в связи с нежитью, но никаких доказательств не находится. Писарь подтверждает – союз чисто политический, ни о каких тайных учениях и интрижках речи не идет. Разъяренный король заставляет ее, кузину избранника солнца, воина Золотого Феникса, извиниться перед той, которая отдала жизни соотечественников некромантам. Обоих отправляют воевать, сын остается один в чужом дворце, где сторонники принцессы могут его отравить или удушить. – Правитель – человек чести, в юношестве был рыцарем, управлял городом у столицы и ни разу не был пойман на взятке. Не сомневайтесь, союзу быть. – Откиньте формальности, миледи, всем известно, что за малейшую помощь нежити людей казнят, а дипломатия у нас складывается только потому, что народ не хочет видеть свои могилы разоренными. У меня к вам будет просьба, думаю, мы оба выиграем от этой сделки. Предмет обсуждения истинная леди предпочла сохранить в тайне. Она обещала подумать над предложением, и посоветовала собеседнику ехать завтра утром – чтобы не опередить почтового голубя. Оставшись наедине с собой остроухая взялась за письмо: ссоры ссорами, а известия надо докладывать. Король Георг! Спешу сообщить вам первой: армия гномов была откинута к границе. За те пару недель, что я провела на войне, успела соскучиться за сыном, надеюсь, вскоре снова наступит мирное время и мне не придется уезжать из дома. Чтобы поскорее настал этот час вы должны отправить свою дочь на переговоры в столицу нежити. Только второй договор позволит нам пройти по их земле и выгнать полуросликов обратно в горы. Еще раз прошу прощения за оскорбления, нанесенные принцессе, ее сердце чисто, а помыслы направлены лишь на благие дела. Доверьтесь же и вы Ризе, ни одно чудовище не опорочит доброго имени нашего рода! Пусть Разак забудет о своем предложении и подавиться им. Когда выбор стоит между сомнительным миром и властью в королевстве, решение очевидно. Троица выбежала из шахты. Альпон был самым ловким, поэтому ему выпала честь поджечь фитиль. Искра побежала по паутинке из пропитанных спиртом веревок, одна за другой взрывчатки срабатывали, все рушилось. Шум смог заглушить только скрежет шестерней – отряд стимов приближался. – Их вдвое больше, нам повезло, разведчики. – выпалил сын графа. – Повезло? Да они нас уничтожат! – Негодовал полугном. – Нужно продержаться, крепитесь, рыцари! – С этим криком неудержимая воительница достала свой меч и кинулась на механизмы. Из их рук мигом полетели стрелы, Риза прикрылась щитом. Большая часть застряла в основании, некоторые просвистели над головой. Заряды быстро закончились – они не могли носить много внутри тела, а запасные припасы разведчикам не выдавали. Теперь троица кинулась в рукопашную – были хоть какие-то шансы. Механизмы обнажили кинжалы, которыми орудовали не хуже, чем пальцами. Сараму пришлось полегче – его тяжелая броня все вынесла, ударом молота он сломал одного стима, второй и третий тщетно пытались попасть в слабое место. Альпон сражался алебардой, она ударяла о корпус и отскакивала, юноша заметил щель между листами металла, но чтобы добраться туда, нужно было разбежаться. – Принцесска, прикрой! Дочери короля тоже несладко пришлось. Ее уже впечатали в землю два раза, на третий она прошептала небольшое заклятие, меч раскалился и пробил железо. На кольчугу полилась черная жидкость – смесь непонятного масла с Серного острова и ртути. Запах стоял ужасный, а тут еще двое на подходе. Став перед ними девушка отвлекла внимание, механизмы сразу отметили легкую броню и возможность ее пробить. Они накинулись на жертву, используя множество клинков, те вращались с молниеносной скоростью, пару раз что-то сильно ударилось о ребра. Просвистела алебарда – один из них попросту развалился, второй продолжал наступление. Меч отбивал какие-то удары, но стим был терпелив. Дождавшись момента он засадил нож точно между ребер, рана тут же начала печь из-за ртутной жидкости на одежде. Друзья оглушили последнего робота, один из них, кажется, полугном, поймал принцессу и положил ее на траву. Когда Георг увидел свою дочь, его душу сковал холод. Она лежала в госпитале бледная, как мел, у раны края были покрыты черной гадостью, которая прикипела к ним и просвечивалась даже через бинты. Стимы отступили – им нужно было вернуться на родной остров и пополнить запасы топлива, войска получили передышку. В тот миг королю стало по-настоящему страшно, он видел Ризу другой… Совсем не веселой, и даже не хмурой, как бывало когда он ее огорчал. Девушка выглядела мертвой. Не слабой, не раненой, не больной – словно дышащий труп. Целители заверяли, что больная сможет выздороветь, но из-за отравления еще долго будет ослаблена. До этой встречи правитель не верил, что дети могут умереть раньше родителей, теперь мысли о кончине и престолонаследии снова заполнили голову. Несомненно, наследница была достойна короны. С того самого дня, как она покинула дворец и пошла служить в рыцари, чтобы откосить от дипломатических визитов до сегодняшнего момента девушка поменялась. Больше никаких жалоб отцу, ревности, истерик. Для народа какая-то там родственница короля превратилась в реального персонажа, более того героя. И теперь, когда воспитание принесло свои плоды, правитель задумался: а готов ли он к такой дочери, или все еще хочет поиграть с ребенком? – Моя дорогая, ты должна понять, это для твоей безопасности… – Начал говорить Георг и тут же заткнулся. Это так он планирует отговорить Ризу от участия в войне? – Да, я сам отправил тебя в гущу битвы, но это было наказание. Вообще ты принесешь больше пользы… – Уже лучше, но слишком прямо. Не согласиться, будет с трудом дышать, а все равно попрется воевать, просто чтобы доказать, что еще может держать меч в руках. – Ради твоего брата, пока Азеркина воюет, вы ведь толком не виделись… В точку. Мать Юриана всячески прогоняла сводную сестру от младенца. Это лучшее, что он может сделать как отец – уберечь старшего ребенка от гибели, а младшему подарить надежного друга. Решено! Когда дочь проснется, он скажет ей, что брат скучает по матери, и убедит остаться во дворце, пока рана не затянется. Хотя бы на пару месяцев это сработает. – Ваше Величество, вам послание от королевы. Гонец вручил небольшой свиток. Перечитав его, правитель засомневался. Эльфийка просила, чтобы он отправил принцессу в качестве посланника в земли нежити, чтобы подписать еще один договор, а ведь он от первого едва не поседел. Ну уж нет, такая дипломатия похуже ратного поля, лучше сжечь это письмо, не дай Люксилина наследница его обнаружит – тогда даже сотрясение вселенной ее не остановит.

## Часть 12

Ноющая боль под ребром все еще не прошла. Преодолев желание поваляться в постели, Риза позвала служанку. Старушка пришла через пару минут, с собой она принесла наряд-гобелен. Тот день был очень важным. Маленькому принцу исполнился год, а это значило, что он должен был стать под защиту Люксилины и войти в список официальных наследников трона. Азеркина оставалась на войне – гномы отступали и снова возвращались, без второй сделки их невозможно было выгнать. Традиционно в обряде участвовала мать, но в связи с тяжелым положением ее подменяла сестра. Девушка стерпела горячую воду в ванной, долгое расчесывание и даже согласилась надеть тяжелую мантию с накидкой – обряд проходил в храме, где не было стен. Брату пришлось хуже – его нарядили в несколько одежонок, так что малыш не мог пошевелиться. Рано утром королевская семья выехала из замка. Наблюдая за пролетающими деревьями девушка задала вопрос: – Почему его посвящают в последователи архангелов? Эльфы поклоняются Лани и Тьме, а если он не захочет? – Мне же сказали, и ты это слышала – он человеком родился, а все люди потомки ангелов, правда? Юриан посмотрел на взрослых, открыл рот, сказал что-то невнятное и продолжил вырываться. Ему не нравилось тихо сидеть на руках, особенно в тесной одежде. А ведь двадцать лет назад принцессу так же зачислили в ряды династии, не спросив разрешения, дети не могут сказать «нет». Ей захотелось спросить «а можно ли считать отступников предателями», «можно подождать с этим, предоставить выбор повзрослевшему человеку?», девушка посмотрела на правителя, но вслух сказала только три слова. – Рада за него. Нет, не стоило поступать так опрометчиво. Как бы сильно отец не любил своих детей, закон стоял превыше чувств. К тому же, зачем начинать неприятный разговор, когда знаешь ответ «сколько лет так поступали, никто не жаловался». Троица прибыла к девяти часам, погода была солнечной. Храм окружили жители долины Ив, кто-то приехал с другого края империи, чтобы поглядеть на принца. Под громкие крики толпы семья последовала за священником, он провел их в зал с резным куполом, пол замело снегом. – Дети света, благословленные Люксилиной, сегодня мы собрались здесь, чтобы принять еще одну душу в свои ряды. Пусть ангелы возьмут маленького Юриана под свои крылья, наполнят голову мудростью, а сердце – милосердием. – Начал свою речь священнослужитель. Риза тоже была под опекой, эти самые существа отыскали ей жениха, позволили родиться мессии теней в их же храме, допустили гибель ее матери. Возможно, предки ведали что-то, неизвестное смертным, может кара была милосердием, одно наследница знала точно – защищать ребенка будут стражи, родные, значит не так они полагаются на высшие силы. Сморщенная рука легла на лоб, брат продолжил вырываться, воительница второй рукой осторожно обняла его, не давая махать руками. Началось чтение молитвы, купол засверкал божественным сиянием. Принц успокоился, увлеченно наблюдал за этим – магия света, чарующее зрелище. В один миг на ребенка налетело множество маленьких искр, а тогда старик выкрикнул последнее слово и свет угас. По окончанию ритуала малышу повесили крест на шею, сводная сестра такой же потеряла в тринадцать, может четырнадцать лет. Вот и все, а шуму-то было, и парадную одежду надевать пришлось. На обратном пути мальчик разбушевался с новой силой, чтобы успокоить его по прибытию домой принцесса взяла одну из книг, что мачеха привезла с родины, там было много картинок и сказок. Тем временем другая нянька (гувернантке Ризы давно было пора на пенсию) переодела принца, воительница выпроводила ее, брата усадила на колени и открыла первую попавшуюся сказку. – Сад желаний, смотри, какая красивая роза, черная… Ты же не понимаешь эльфийский, я переведу. Итак, в одной далекой стране жила была девушка, прекраснее которой не было на свете. Однажды ее заметил волшебник, и тут же влюбился, он предложил красавице жить в роскошном дворце с садом, балконами и большой-большой сокровищницей. «Не будешь ни в чем знать отказа» – пообещал жених. Девушка приняла приглашение и не пожалела. Ей были подарены самые яркие платья, дорогие украшения, волшебные животные. Но больше всего полюбился жене волшебника сад – каждый день в нем расцветали всевозможные цветы, их хозяйка поместья вплетала в волосы и собирала чудные букеты. И рос среди них необычный цветок. На первый взгляд – роза, окрашенная в черный, на самом деле ядоцвет. Его запах манил, а отвар из лепестков был способен любому подарить настоящее счастье. «Дай мне этот цветок» – попросила девушка. Муж отказал. «Он слишком опасен, но ты можешь приходить и любоваться» – сказал алхимик. С тех пор позабыла девушка про все дела. Каждый день приходила она к тому растению, садилась на вечнозеленую траву и глядела. Алхимик оставался непреклонен, тогда красавица попросила помощи у природы, и та сжалилась над просящей. «Я дам тебе шанс прикоснуться к цветку, ощутить его бархатистые лепестки, но не больше» – Пообещала царица жизни. В тот же день сад накрыл дождь, затем пришел холод. Растения покрылись тонким слоем льда, он спрятал острые шипы. Жена волшебника прикоснулась к цветку, на лице засияла улыбка. «И как же я раньше жила без тебя, о, волшебный цветок! Не хочу отпускать тебя, не хочу делить ни с мужем, ни с самой жизнью!» – и сказав это сорвала ядоцвет, разбила ледяные оковы. Шипы укололи ладонь, девушка упала замертво, но улыбка с ее лица не сходила. Увидев это волшебник призвал саму Смерть. Спросил он женщину с косой: «За что забрала ты любовь мою?», на то получил ответ «Было твоей жене дано все, чего она пожелает, и лишь один цветок нетронутым остался. Могла она и глядеть на него, и коснуться, да только всего этого было мало, и чтобы завладеть им девушка кинулась в мои объятия». Юриан спал, свернувшись калачиком на коленях сестры. Осторожно подняв его Риза отнесла малыша в кроватку, укрыла и пожелала сладких снов. Выйдя из детской дочь короля столкнулась с мачехой, та сразу же прижала ее к стене и чуть не перерезала горло кинжалом. – Что ты забыла в комнате моего сына? – Даже броню не сняла, кровь окрасила золото в рубиновый цвет. – Уложила спать, пока мать шаталась черт знает где! – Падчерица попробовала убрать нож из-за чего лезвие полоснуло по руке. – Уважение прояви, перед тобой королева. – Вы бы не гордились так, госпожа. Отец свой супружеский долг исполнил, больше он к вам не притронется, с эльфами лесными войну развязал, вы же здесь по этому поводу? Позаботьтесь лучше о своем ненаглядном сыночке, другой семьи у вас не будет. – Ваше Величество! Ваше Высочество! – Стражи растащили их и забрали у Азеркины оружие. Принцесса воспользовалась моментом, чтобы улизнуть. – Моему кузену войну объявили, это правда? – Оставив в покое негодницу эльфийка накинулась на слуг. – Таков приказ короля, миледи. Стимы три отряда наших воинов убили, их останки развесели на кольях, а сансай не удосужился даже одного отряда послать. – Но ведь он сам воюет! – Луназир тоже на войне, он родного сына отправил, чтобы тот прогнал врагов и похоронил останки союзников. – И как же мой муженек не поймет, все это подстава. Они хотят втереться в доверие, долина Ив погрязла во тьме, нечисть рвет ее на части, как свою подстилку. – Осмелитесь сказать такое господину Георгу, лишитесь головы. – Предупредил страж. – О, не беспокойся, с ним я еще поговорю. Войдя в детскую остроухая закрыла дверь. Она упала на колени у колыбели сына, коснулась крохотного носика. Хвала всем силам природы, мальчик дышал. В малом обеденном зале – обычно там трапезничали слуги – Ризу ждал сюрприз. Альпон и Сарам расселись на лавке, по требованию им принесли мясо, вино, колбасы – пол кладовой опустошили. Рыцарь села между полугномом и сыном графа, вид первого ошарашил подругу. – Дружище, а где же твой глаз? – Да так, выбил один полурослик. Называл нашу семью предателями, потому что мы отказались прятать армию гномов. А я считаю – где родился, там твой дом, с кем вырос – те твоя семья. А твоя-то рана как? – Зажила… ну почти. Отец все пытается удержать меня в замке, уже душно в этих стенах. – Ты серьезно? – Благородный рыцарь подавился вином, как последний пьяница. – Так ведь из-за тебя то мы и не можем выгнать гномов! Их этот лидер, упырь проклятый, говорит что договор с другими не подпишет, только с тобой. – Эх, будь она неладна, эта дипломатия. Каждый раз, как пытаюсь все наладить, только хуже получается. – Согласен, я бы на твоем месте уже десять договоров подписал, еще бы обокрал соседей и выпросил бы себе красивую эльфийку в помощницы. – Да в твоем случае хотя бы хорька, и тот убежал бы. Товарищи обменялись оплеухами, Риза насчет хорька согласилась. За несколько минут ее облили вином и одарили фингалом, Сараму расцарапали руку вилкой, Альпон потирал ушибленный бок. Отдышавшись друзья залились смехом – после года разлуки наконец-то собраться вместе! – Паладины, войска ордена гуляний и проблем, могу ли я рассчитывать на вас? Есть такое дело, о котором даже король не должен знать. – Еще как! – Отошлите мое письмо тому вампиру, я в свою очередь попытаюсь улизнуть из дворца. Тут уж стало не до шуток. Товарищи переглянулись, первым отошел полугном. Нет, их подруга не могла строить козней против отца. – Попробуем помочь, вряд ли за нами будут следить. Только будь осторожной – однажды король не простит. Поблагодарив воинов девушка понеслась в свою комнату. Дрожа от волнения она выхватила чернильницу и перо, достала бумагу. Сложнее всего было успокоиться, ведь малейшее неверное движение и чернила растекутся. «Если того требуют обстоятельства, мы встретимся. Как будущая королева я сделаю все, чтобы защитить свою империю. Теперь хочу попросить как друга, мне очень нужно поговорить о вещах, которые не обсуждаются на моей родине. Надеюсь, у вас найдется несколько свободных минут.» Когда-то записки лежали в книгах, эта была запечатана ее личной печатью. Друзья пообещали не открывать, ушли поздно вечером, вместе с отрядом рыцарей. Теперь Ризе предстояло найти способ улизнуть со дворца, упрашивать отца было бесполезно, оставался только побег.

## Часть 13

Надевать доспехи, даже самые простые – дело долгое и трудное. Из всевозможных шлемов, кирас, лат и щитов Риза носила только кольчугу, стальные сапоги и перчатки, но даже их пришлось оставить в сундуке. – Предки правили империей с начала времен, и ты справишься. – Поглядев в зеркало сказала девушка. – Просто не смотри ему в глаза, все обойдется. Обычные штаны с кожаным ремнем и кофта с длинными рукавами, еще несколько минут кривляний перед зеркалом – надо было упрятать медальон. Принцесса выходит из своих покоев, за ней следуют стражи – приказ отца. Наследница говорит, что хочет провести время с братом, через пару минут слуга сообщает: Азеркина ужинает с Георгом, у нее есть около получаса. Воительница заходит в детскую, прогоняет няньку, прикрывает дверь. Юриан просыпается, смотрит на нее, готовый закричать. – Братишка, не бойся. Мне очень-очень нужно уйти, давай сохраним этот секрет, ладно? Когда сестра дала ему с полки деревянную лошадку принц успокоился. Кроха с интересом наблюдал, как девушка открыла окно и осторожно залезла на тонкий выступ. Помахав мальчишке рукой, дочь короля двинулась дальше. Через пару минут вбежала нянька, она закрыла окно и сказала «безответственная», что бы не значило это слово. Беглянка маленькими шагами двигалась по выступу. Стены замка были надежными, но стоило оступиться и ты упадешь. Сады вокруг дворца станут могилой, если только не упасть в озеро, из всех вариантов самый безопасный. – Разве она не с братом? – Да нет же, не выходила. – Найдите, его Величество нам головы отрубит! С одной стороны, стражей жалко – не должны люди страдать за ее выходки, с другой от переговоров зависит исход войны, судьба королевства. Империя дороже короля, семьи, невиновных – простая истина, которой учат с детства. Легкий ветерок подымается наверх мощным порывом, еще секунда и он свистит в ушах, затем тело охватывает ледяная вода – хорошо что в начале зимы не замерзает. Одежда тянет на дно, руки хватаются за корень ивы. На берегу холод наступает с новой силой, можно почувствовать, как дрожат под кожей кости, словно в сказке. Стиснув зубы девушка идет в казармы, стучит в знакомую дверь. Однорукий вояка открывает – большую часть времени он сидит дома, времена войн и обучений остались позади. – Миледи, что вам угодно? – Мне нужна сухая одежда и поприличнее. Тут вопрос дипломатический, надо решать. – И ваш отец, конечно же, одобрил это решение? Некоторые люди способны видеть насквозь. Бывший рыцарь был не из таких, однако за годы обучения принцессы неоднократно был свидетелем ее споров, побегов, негодований. – Одобрит, когда мы выгоним гномов и сделаем еще один шаг для окончания войны. – С огнем играете. Однажды вы натворите таких дел, за какие ваш отец не простит. Побурчал наставник да согласился. Дал свою старую одежду, вышитую, парадную, подвязал поясом и представил друзьям как новобранца. Попросил, чтобы подбросили ее до земель нежити, молодые ему поверили, так и покинула принцесса дворец. Запретный лес получил сове название не просто так. Чтобы дойти до столицы следовало отыскать провожатого – шаг в сторону и неприкаянные души разорвут тебя. При воительнице оставался медальон династии, немного денег и обед, отданный учителем. В таверне на границе часто появлялся беспокойный дух по имени Мория. Судя по ее зачарованным доспехам, принадлежала к армии некромантов, а не просто без дела слонялась. Странница подошла к полупрозрачному силуэту, уж лучше это чем зомби-каннибал или голодный вампир. – Мне нужна помощь. – Сказала она, протягивая деньги. – Интересно, что же людям от нас понадобилось? – Спросила баньши, не спеша брать оплату. – Проведите меня к Седиге, нам нужно поговорить. – Тебя к нашему повелителю? Если умереть хочешь, можем найти менее болезненный способ. Вместо ответа принцесса показала свой медальон. Возможно, какие-то ремесленники с другого края Паладии не знали, что значит герб империи, но воины точно должны были. Поглядев на него бестелесная задумалась, однако улыбка с лица не пропала. – Продала души людей ради мира, наслышана о тебе. Допустим, до резиденции дойдешь, а там несколько легионов воинов, они не пропустят. Раз в пять лет мертвецы терпят гостей, сцепив зубы, вот через год и попробуй. – А ты научи как надо, чтобы не трогали. Если гномов не выгнать, война никогда не закончится. – Поглядим, какая из тебя ученица. – Тон голоса резко поменялся, жаль что собеседница не умела читать мысли, да и на поиски другого спутника не было времени. После наступления темноты они подошли к границе. Гнилой труп пробурчал что-то, можно было разобрать слова «запрет», «узнает», «всех нас». Баньши ответила: хозяйке Северных болот лучше знать, зомби заткнулся. – В Запретном лесу живет множество тварей, не все они слушают некромантов. Кого тут только не встретишь, всех не пересчитать. В основном зомби, призраки, вампиры, реже скелеты. У каждого существа своя иерархия, тебе не нужно в ней разбираться, а вот что важно запомнить: у неживых тут только четыре дороги. Самые низкие духи – неосознанные. У них нет сознания, могут слоняться сами по себе или находиться в услужении. Таких тварей легко обдурить, но если какой маг одарил своих рабов чутьем охотника, ни одной живой душе не скрыться. – А от них помогают обереги? – Да, только от низших и помогают. Хоть какая-то польза от этих ваших крестов, камней или что там люди используют. – Верно… – Унимая волнение ответила гостья. По обе стороны дороги загорались разноцветные огни. Страдчие или потерчие, так их называли – души новорожденных, нежеланных детей, что шатались по свету неприкаянными. Их свет мог завести в болото или на край обрыва, поэтому Риза старалась следовать только за большим силуэтом, с которым разговаривала. – Иногда мертвечина возвращает сознание, а с ним и знания, полученные при жизни. Они могут быть свободными, если какой-то некромант не покорит, однако большая часть добровольно идет в услужение, ну или их заранее подымают с такой целью, тогда поднятый обязан служить. – Зачем кому-то идти в рабство? – После смерти отвергнутые не могут оставаться на прежнем месте. Они чувствуют зов нашего покровителя, идут сюда, как эти огни, а в Запретном лесу правила другие, жизнь другая. Не зная этих правил слабые станут жертвой сильных, а чтобы силу найти, надо быть ближе к тем, кто эти самые правила знают. На службе у хозяев особо хорошие солдаты могут получить артефакт, заклинание, в конце концов пищу. Не так-то просто найти хорошее место, если у тебя есть мозги. За своего господина они стоят горой, никакие пытки не отпугнут. Хозяева это та нежить, которая состоит в Вечном союзе. Если ты Седигу видела, Разака тоже должна была повстречать. Помимо них есть еще одиннадцать: на каждый город свой, мои угодья у границы, поэтому и встретились в таверне. Многое довелось узнать посланнице. Оказалось, существовал один артефакт, способный усыпить стражу – рука славы. Баньши обещала поискать такую, а на ночь призвала низших духов, чтобы те оберегали ее место упокоения. Бестелесные существа восстанавливали энергию при помощи медитаций, поглощая энергию, в таком состоянии они не реагировали на крики и шум, словно крепко спали. Так Риза осталась сидеть одна в окружении призраков, к тому же в темноте – не любила Мория огонь. Стражи гостьи не трогали, но от этого спокойнее не становилось. Как можно было уснуть на шершавой траве, в холоде и непонятном тумане?! Стало понятно, почему рыцари отрядами ходили к соседям на переговоры. Принцесса закрыла глаза и запретила себе открывать их, осматриваться от каждого шороха. Безмозглых трупов духи отпугнут, высшие не посмеют перейти дорогу равной себе, по крайней мере до встречи дочь короля под защитой. А если переговоры сорвутся? Тогда придется возвращаться той же дорогой, так что лучше запомнить каждый поворот. Вдогонку кинется отряд гнилых мертвецов, или каких-то скелетов. «Нет, даже не думай. Он твой друг, друзья так не поступают, даже когда ссорятся.» – собственные мысли вызывали улыбку. Друзья называют друг друга на «вы» – странно, представители двух королевств, чужие друг другу, на «ты» общаются – еще страннее. – Он дал мне конфету со вкусом жуков… – Тонкий детский голосок вытянул из странного состояния – толи дремы, толи глубоких размышлений. Чтобы вспомнить, пригодилось всего несколько секунд – такие вещи трудно забыть. Они никогда не виделись, но сильно повлияли на судьбы друг друга. Жертва культистов и рыцари короля Георга – их разборка на кладбище была первым серьезным заданием. – Где ты, почему не на небе, с ангелами? Позади привидений на ветке терновника встрепенулась белая голубка. Прозрачный силуэт обернулся, однако нападать не стал – не его территория. Немного подумав девушка подошла к краю круга, птица заговорила человеческим голосом. – Вампир запросит высокую цену, ее нельзя уплатить. Нам нужно лишь немного времени, один раз выгнать подгорных, так говорит Небесная Мать. Еще одно имя Люксилины, его использовали только монахи и души под ее защитой. – Обещаю, я найду чем уплатить долг, только как мне войти во дворец, переполненный нежитью? – Следуй за мной. Птица полетела вглубь леса, за ней оставались светлые пылинки, Риза вырвалась из круга, побежала следом. С каждой ветки что-то слетало – толи вороны, толи призраки, толи листья, земля отсвечивала, как на кладбище, ползучий бурьян цеплялся за обувь. Спустя несколько минут птица замедлилась, они стояли посреди поляны с огромным деревом. Голубка сидела на одной из ветвей, принцесса пробиралась к ней через бурьяны. – Ты послужишь будущей королеве после смерти, принеси последнюю жертву, и архангел примет тебя. С кем разговаривала птица? Став у дерева рыцарь ужаснулась – там болтался тот самый крестьянин, что был отцом погибшей девочки. Вороны выклевали глаза, со рта стекала гниль, рваная одежда покрылась грязью, задубела – болотные испарения грели землю, но не верхушки леса. – Возьмите мою правицу, госпожа, то будет вам в защиту. – Прохрипел мертвец. – Святые угодники, что вы забыли в Запретном лесу, почему висите здесь? – Тени забрали моих детей, то я один остался, не было се другого пути. – Только самоубийство? Да как так можно, о, Пресвятейшая, прости ему этот грех! Висельник улыбнулся, его лицо стало еще более отвратительным, кусок кожи отвалился, обнажая череп и челюсть. – То вы так говорите, бо не знаете. Когда потеряете усе то мо и поймете, я б то раньше не стал висеть так ото. Риза достала кинжал, думала, придется рубить несколько раз, что вызывало моральное неудобство, однако рука отпала с первого, странница спрятала находку в дорожную сумку и подалась назад, пожелав напоследок висельнику отыскать свет. В первых же кустах пришлось прятаться, причем мгновенно – где-то рядом взлетела стая птиц, просвистела коса. – Кто тут моих покойников забирает, меня рабов лишает? У, попадись, чертов вор, все кости вырву! Еще один баньши, на его броне преобладали шипы. Призрак размахивал своей косой и вопил так, что земля содрогалась. Изо всех щелей вылетали твари – гули, скелеты, зомби, духи и прочий сброд. Хозяин обочины Самоубийц приказал искать вора, принести ему тело – чтоб в ряды зомби стало, и душу – чтобы в цепи заточить. Затаив дыхание девушка поползла к лагерю. Приходилось ей и в болото нырять, и дыхание задерживать, в конце концов один упырь догнал ее, только была беглянка уже около Мории, тут то призванные ею духи сцепились с незваными гостями. – Мы опять за границу будем воевать? – Спросил дух. – Отдай мне воровку, или я тебя… – Не кричи, слышу. Дела мне до тебя нет, а воровка твоя – принцесса долины Ив, она здесь с дипломатической миссией. – И по какому такому праву эта дипломатия забирает моего мертвеца? – Да уймись ты, люди нежить не подымают. – Только монахи знают, как экзорцизмом заниматься, это Люксилина душу к себе призвала. – Вмешалась Риза, за что поймала неодобрительный взгляд обоих. – Разак приказал не пускать чужих в Запретный лес. – Уже спокойнее добавил властитель земель самоубийц. – Он такой же представитель союза, как и мы с тобой. Хочешь пожаловаться? Давай, посмотрим, кто быстрее до столицы дойдет! На том они разошлись, хотя живой спутнице долго пришлось выслушивать жалобы. Во всем этом был только один плюс – запястье висельника. Воры зажигали свечи в руках славы, чтобы парализовать жителей дома, так же магия работала на стражей, будь они хоть скелетами хоть вампирами. А чтобы сократить путь Мория пошла через Альдегар – город вампиров. С местными ее сосед не очень ладил, к ней кровопийцы относились более лояльно. Земли укрывал гранит, высокие сооружения, венчанные надгробиями. По словам баньши, они так же уходили на много метров под землю. Тут жили не просто упыри, а тысячелетнее существа, вампиры, прожившее триста или пятьсот лет не могли мечтать даже об уголке на окраине, город можно было пересечь за день если быстро идти, после захода солнца встречаться с его жителями не рекомендовалось. Опаздывая парочка спряталась в магическом кругу на одной из улиц. Первые тени упали на крыши и понеслось – со всех окон вылетали мыши, собираясь в черные облака, с дверей выбегали существа, похожие на людей, их доспехи были древнее самой жизни. До рассвета им предстояло перебежать двое соседских владений и налететь на империю… – У нас ведь перемирие, так чем же они теперь питаются? – Седига предлагал рабов, не стали брать. На гномов охотятся, не ради победы, а для азарта. – Прошептала призрак. Переждав, пока хозяева покинут имения, путники двинулись дальше. Порой Мория хватала Ризу и швыряла то за угол, то в кучу снега (тут болот было меньше, и тепла соответственно тоже). Подходили к ней вампиры и спрашивали – не видала ли человека заблудшего. – Нет, не видела, да и нельзя на них нападать – перемирие. – За одного никто воевать не будет. До того момента, как добрались они до Ревенкровла – города, названного в честь замка, а заодно и столице Запретного леса – все тело покрывали синяки. Принцессе хотелось поскорее вернуться домой, скучные полянки и безобидные леса показались такими желанными, но впереди оставалось еще одно дело – переговоры. – Благодарю тебя, страж Северной границы, еще выпадет мне шанс тебе отплатить. – И не вспоминай. – Ответила наставница. – Хоть чему-то и научила, а исход переговоров от тебя зависит.

## Часть 14

Не только принцесса долины Ив пришла на переговоры. Под дверями стоял Ваниэль со своей свитой, а напротив него – Хельга, в окружении подгорных воинов. Девушка решила обойти их, хоть отец и держал союз с лесными эльфами – и тот и другая ее недолюбливали. К воротам подлетели призраки, они открыли их и пригласили гостей войти, дочь короля поспешила догнать дипломатов, но тут между ней и посланниками появился Разак. – С вами о встрече не договаривались, будьте любезны, вернуться домой. – За натянутой вежливостью чувствовалась злоба. – Мы союзники, вы даже гномов пустили. – В таком же тоне ответила собеседница. – Они пришли как полагается со свитой, в парадном, поклонились советнику, попросили аудиенции. А вы явились в таком старье, что даже в мои времена такого не носили, и теперь ни с того ни с сего требуете почтения. – Ох, и не люблю же я дипломатию. Дай мне сил, Люксилина. – Говоря это, наследница трона держала за спиной свечу. Она быстро зажгла фитиль огнивом и вытянула руку славы перед собой, Разак тут же замер, как статуя. Его тело было парализовано, но глаза наполнялись злобой как живые. Пройдя мимо него девушка не удержалась, и швырнула в ходячего трупа свою мантию. – Положи где-нибудь, и не наглей. – Мимовольно проскочила улыбка, не каждый день получается досадить недоброжелателям. В замке не было излишеств – гобелены в древних символах встречались у дверей, шторы служили способом убрать солнечный свет, пол без ковров из белого мрамора, стены – из черного, подсвечники с острыми краями, двери в три раза тяжелее обычных. За одной из таких девушка обнаружила стол, на нем валялись блюда с остатками человечины – должно быть обеденный зал для зомби. Запах гнили доводил до тошноты, за второй дверью, которую удалось открыть – клетки, в них те самые рабы из империи, заметив человека осужденные кинулись на колени, начали молиться и вопить. Надзиратели были замечены не сразу. Шестеро бугаев-зомби стояли под стеной, один даже тянул руки к двери, да так и замер из-за свечки. С третьего раза нашлась нужная дверь – у нее витали приведения, а по ту сторону кто-то оживленно беседовал. Руку славы пришлось спрятать – чтобы не нервировать никого, стражи оказались умнее Разака и заметив медальон династии обещали пропустить. Один из них прошел сквозь стену (духи без доспехов могли себе такое позволить) через несколько секунд загробный голос объявил: – Леди Риза Конзекрейт из долины Ив прибыла. Ответа посланница не расслышала, на секунду сердце замерло, а тогда двери отворились. Поправив корону, которой не было (дело привычки) дочь Георга вошла в огромный зал, тут уж работники не скупились на украшения, каждый уголок можно было рассматривать часами. Окна с витражами, сюжеты на них могли знать только создатели, потолок резной, в узорах преобладали вороны, тонкие линии и терновник. По центру стол и стулья – не мрамор, а дуб, но такой темный, каких не найдешь во всей империи. Седига сидел перед большим окном, по обе стороны были стражи, гномиха и эльф так же взяли с собой по двое помощников, они не участвовали в переговорах, лишь охраняли, однако в замке Георга и таких «спутников» к столу не допускали. – Снасай Ваниэль, принцесса Хельга, глава Вечного союза Седига, я приветствую вас и надеюсь, что эти переговоры будут удачными. – Говорить заранее заготовленные слова, продиктованные этикетом, оказалось не так-то просто в одиночку. Во время первой встречи гостей принимал отец, на душе было легче, у эльфов с ней всегда были рыцари, здесь же девушка была одна, она не могла видеть своего лица, но была уверенна, что даже измученные баньши выглядели лучше. Слуги предоставили место около гномов – злая ирония. Житель острова Жизни продолжил, словно ничего не случилось. – Если вы помогаете людям, то и нам должны. Стимы разнесли столицу, отравили воду, чтобы их остановить нужно сражаться без устали день и ночь. – С вами никаких сделок не заключали. Раз уж представитель людей здесь, давайте у нее спросим. – Ваша кузина приходится мне мачехой, и слепому очевидно, какие у нас отношения, только вот когда нас атаковали машины смерти вы не удосужились помочь. А как насчет темных эльфов, они тоже союзники, с ними вы не спешите перемирие налаживать. – за эти слова злиться будет больше Азеркина, чем отец. – На вашем острове живет три народа, мы сражаемся один на один. – Сами начали войну, теперь не жалуйтесь. На последующие вопросы Риза не отвечала. Она не хотела доказывать что-то гномам, так как не любила повторять дважды, и про подосланного эльфа решила не говорить – место было не подходящее. Прошло несколько мучительных минут, прежде чем разговор перешел на гномов. – Вам не стоит переживать об этом, мать готова заключить перемирие и отвести войска, формула стали вернулась в наши кузницы, а воевать с нежитью себе дороже. Ваниэль побледнел, теперь загнанных в угол тут было двое. Не важно, шпионами ли или какой хитростью подгорный народ вышел из игры. – И вы тоже, миледи, пришли не по адресу. – заявил вампир. – Пока не наладите отношения с людьми, мои воины ваших к кораблям не пустят, будут они сидеть на границе до конца времен. – Договоримся. Стимы в своей ярости ужасны, с такими союзниками топор надо держать наготове. Еще одна неприятная тема – нежить могла отогнать стимов, но за это требовала высокую плату. Сердце света, артефакт целого народа нельзя отдавать ни за какую цену. Воительница обещала подумать над предложением, в надежде поменять товар. В общем переговоры продлились три часа. Все это время наследница людского рода пыталась молчать. Хельге удалось уговорить некромантов пропустить к верфи раненых, чтобы те отбыли домой, ее дипломатический талант был куда полезнее жалких попыток Ризы не разозлить эльфа. По окончанию гостям отвели три комнаты, так как за окном смеркалось. Скелет отвел принцессу к ее покоям и посоветовал не выходить в коридор, но не успела она прикрыть дверь, как Ваниэль ворвался и прижал провинившуюся к стене. – Кто тебе позволил сюда соваться? Я сегодня же отправлю письмо твоему отцу, пусть поставит на место, или разведется с моей кузиной. – И пожалуйста, один раз уже было, только Юриана вы не тронете – он как и я человек, по закону останется с правителем. Лезвие кинжала просвистело над головой, полоснуло по плечу. Не дожидаясь второго удара девушка ухватила эльфа за ухо и оттолкнула в сторону, тот кажется, задумался о последствиях, спрятал оружие, сделал глубокий вдох. – Без тебя разберемся, хвала великой Лани, королевой такой негодяйке не стать. Ушел. С тяжелым вздохом рыцарь закрыла дверь, упала на кровать. Гостевые комнаты выглядели уютнее остального замка, и все же ей казалось, что это место прихлопнет всех живых до рассвета. – Черти бы побрали к теням забрали все это… – Сказала девушка, закрывая лицо руками. – И дипломатию, и мачеху, обязанности у меня на все нервов не хватит. Как же короли справляются, как будешь ты, братишка, держать репутацию перед всеми? Наш род не благословлен Люксилиной, мы прокляты, прокляты! Пытаясь успокоиться Риза уставилась в потолок, но бездонная тьма мрамора еще больше напрягала. Слова утихли, превратились в мысли, завертелись в голове. Они подталкивали к краю очень медленно и уверенно в то же время. Однажды весною маленькая принцесса подбежала к своему отцу – хотела поиграть. Он сидел на троне, рядом стоял флакон капель от головной боли и бокал. Поглядев на нее правитель швырнул кубок в сторону, взял девочку на руки, туман в его глазах отступил… На время. Теперь намерения были более чем ясны. Георг устал, дочь была отрадой, помогала забыться, а сейчас сводный брат спасал ее из омута бед и несчастий. В этом нет ничего плохого, однако бегать к нему каждый раз, как душа заболит неправильно. Вместо того, чтобы тешиться чужим счастьем, надо держаться за свое, если бы только… Стук в дверь. Тело стало свинцовым за несколько минут, вставать не хотелось. – Кто там? – Спросила Риза, в надежде уснуть. – Миледи, вы хотели поговорить, сейчас у меня есть возможность сделать это неофициально. Седига. Даже самые глубокие уголки сознания боялись вспомнить это имя, а он сам пришел. Одним рывком девушка вскочила с кровати и открыла дверь, левая рука от таких активных движений заныла противной болью. – Кто на вас напал?! – Не ваши воины. – Успокоила наследница империи. – Эльфы, иногда у нас возникают мелкие ссоры. – Дело ведь не только в этом. – Нет, причина в недавнем торжестве. Уже слышали, моего брата освятили и причислили к ряду официальных преемников трона. Просто священник сказал, Юриан человеком родился, значит должен был стать под защиту Люксилины, ему не дали выбора и мне никто не давал. – Да уж, долгой будет беседа. В дверях о таком не говорят. Он сел на стул около кровати, она – на край. Эта мебель из наичернейшего дуба не вызывала доверия, к тому же держать спину ровно три часа – дело не из приятных. Взгляд Седиги зачаровывал, успокаивал, была бы возможность поглядеть на него немного дольше. – Последнее время меня терзает чувство неизбежности. Нашей семье от рождения говорят: вы рождены править, это великая честь, сама Люксилина вознесет лучших правителей на небо, где станут они архангелами. Даже у крестьян есть выбор, куда пойти работать и как жить, а мне как приговор. Что если человек просто не рожден для короны, от меня ждут политических союзов, дипломатии, верности ангелам, и ожидания разрывают на части. – Родители дают детям свой путь, так как для них он наиболее понятен и проверен, приходит время и мы сворачиваем с этой дороги на собственную, нет ничего плохого в поисках своей жизни. – Если я найду не ту жизнь, подведу отца, мачеха подхватит, сторонники ее – разорвут на части. Каким бы сильным не был человек, против толпы ему не выстоять. Слезы впервые за долгое время. А всего-то одна мысль о том, что король назовет ее чужой. Единственный в мире родной человек, нет, уже не единственный… Хотя если он отвернется, и брат следом. – Династия похожа на яблоню. – Вдруг добавляет воительница. – Пока яблоки растут на ней, их оберегает ангел-хранитель, а если хоть одно упадет вниз – там будет орда голодных червей, они годами точат корни, никак не могут уничтожить дерево, а вот павший плод с радостью съедят. – Этот мир не так жесток, как тебе кажется. – Он сидит рядом, держа ее за руку. Толи вампиры настолько быстрые, толи она очень невнимательна. – Я могу рассказать одну историю со своего опыта. – Сегодня у нас достаточно времени, можно не спешить. – Тогда слушай: много лет назад этими землями правил дух, мой учитель. После его уничтожения я стал во главе Вечного союза, ко мне пришел один пророк и сказал, что в день рождения темного мессии придет моя окончательная смерть. Тот старик умер через полвека – ничтожно мало, по меркам вампиров. Он ушел на покой, а слова надолго засели в голове. Сперва не хотелось думать о конце, потом пришло смирение и разумная мысль. Моя смерть была предрешена, но что насчет ребенка? Погибну ли я один, или заберу с собой чуму Паладии? И вот настал час, когда тени преклонились пред проклятым дитям. Наша схватка закончилась ранением, ей удалось скрыться, пришло забвение как вдруг в меня вдохнули новую жизнь. Клянусь небесными светилами, предсказатель перевернулся в гробу, увидав такой поворот, и когда я понял, что судьба больше не влияет на мое существование, мне стало интересно что будет дальше. Каждый день и секунда, решение, даже ошибка – невероятное чувство. Столетия провести в ожидании рока, и наконец-то облегчение. Я знаю, кто подарил мне этот шанс. Его рука сжимает запястье, не так сильно, как в тот раз. Седига вытирает кровь с плеча, хоть глаза и горят каким-то звериным огнем, вид алой жидкости не сводит с ума, как какого-то бестолкового упыря из крестьянских страшилок. – Не моя заслуга, основы первой помощи не самый полезный навык. Тебя спас человек в черной накидке из вороньих перьев, он знал как, лечить. – Это был мой покровитель, он сотворил Запретный лес, вдохнул душу в каждый уголок. – Мне бы не хотелось его обижать, но земли нежити полны непонятного, жуткого. Там рабы, тут черные стены, я знаю, вы нашли на родине что-то прекрасное, увы, людям не дано такого увидеть. – Почему же? Просто закрой глаза. Вампир ведет ее к балкону маленькими шагами. Глаза закрыты, а образ все еще остается в голове. Его чарующий взгляд, загадочные символы на теле, завораживающий голос, хищная улыбка. Не встречаться взглядами – глупая затея, сердце стучит очень быстро, оно не станет скрывать. – Погляди, Риза, дочь короля Георга, вот тот самый мир, покоривший мою душу. Многие существа распрощались с жизнью, очарованные красотой запретного. Сверху мертвые земли обрели совершенно другой вид. Местами поблескивали кучки снега, черные коряги на их фоне сплетались в паутину, над болотом витали крохотные зеленые огонечки, земля источала покой. Тощие ветки тянулись к луне, ее бледный лик серебрил остатки листьев, духи цепями звенели во тьме, а время стерло свои границы. – Знаешь, а когда тебе не нужно спешить, можно осмотреться и многое заметить. Я бы хотела навестить Ревенкровл еще раз, если выпадет такая возможность. – Приятно слышать, давай сохраним наш разговор в тайне. Завтра ты вернешься в империю, на какое-то время война прекратиться и у вас наступит покой. Мысли сплелись со снами. Когда она успела дойти до постели, как уснула, почему больше не боялась жуткого замка? Возможно, страх вызывал не сам лес, а тот груз, который теперь упал с плеч? «Не придумывай, признайся хотя бы самой себе. Когда он рядом, тебе не страшно, и на мир, чужой, неизведанный, посмотрела его глазами». – Сказать это в голове было непросто, а как освободить свои чувства?

## Часть 15

Рыцари разгульного стола!

– Ты хоть понимаешь, что с наследницей трона могут сделать во время войны, тем более если она странствует в одиночку? Король пришел в ярость, узнав о пропаже дочери. Сейчас в тронном зале было полно народу, но его это не волновало. Никто не смел вставить слова, даже Азеркина держала свое злорадство при себе, а вот Риза сохраняла уверенность, хотя раньше в подобных ситуациях старалась смотреть в пол и почти сразу просила прощения. – Некроманты хотели забрать сердце света, мне удалось отговорить их, ты поэтому так зол? За несколькими словами стояла целая история. Утром принцесса не могла найти себе места, терзаемая вопросом «что может заменить легендарный артефакт?», а тогда ее осенило. Ни что, а зачем. Для чего нежити понадобилось вместилище светлой магии? Подобная вещица может нанести непоправимый вред Запретному лесу, так же как вода из их странного источника отравит все живое в долине Ив. Тени! Седига хотел поймать их, а культистам для пророчества было необходимо заполучить талисман. Только отобрать эту вещицу у статуи не мог никто, кроме прямых потомков Люксилины, а таких в Паладии осталось трое. Если сердце останется в храме, даже уничтожив весь род людской мессия до него не доберется, а на чужбине всегда есть шанс наткнуться на вора или предателя. – Дело не в сделке, хотя за твою выходку на переговорах тоже стоит отчитать. Стимы и гномы ищут слабые места, а ты шляешься одна по болотам и лесам, разве так должна себя вести будущая королева? – Нет, но ведь ты не отпустил бы… Георг подошел к дочери, было видно, что он плохо спал последнее две недели. Гнев, переживания, страх смешались воедино, однако и радости от встречи нашлось место в сердце. Девушка знала, что в такие моменты лучше не перечить – через пару дней можно будет извиниться и все наладится. – Риза Конзекрейт, скажи мне, кто твой правитель, кому служит империя? – Тебе. – Тихо ответила она. – Скажи, как полагается, кто правит долиной Ив? – Вы, король Георг, избранник Люксилины. – Став на колени, как это делали рыцари, повторила дочь. – Именно. И как исполнитель власти я приговариваю тебя к заточению – до конца лета посидишь во дворце, а если осмелишься уйти казню твоего учителя, друзей-рыцарей, слуг каждого, кто поможет, ясно?! – Как вам будет угодно. Хотел он еще что-то сказать, но посланник гномов прервал дискуссию. Хельга просила аудиенции, пришла со стражей. Тем не менее, ей удалось убедить имперцев пропустить вооруженных воинов и начать внеплановые переговоры. Провинившуюся выставили за дверь, да и сама она не желала больше спорить с отцом. Пользуясь тем, что мачеха сейчас сидит в тронном зале, воительница пошла к своему брату. В детской царил хаос. Всюду валялись игрушки, Юриан сидел около комода и вытаскивал от туда вещи, несчастная служанка пыталась отобрать у него рубашку, а мальчишка, отпустив ее, умудрялся вытянуть еще две. – Миледи, как хорошо, что вы пришли. Мне нужно принести еду принцу, а его ни на минуту нельзя оставить! – Ступай, я с радостью посижу с ним. Откланявшись нянька вышла. Взяв деревянную лошадку сестра села рядом с проказником, не было похоже на то, что его кто-то собирался наказать за устроенный беспорядок. – А знаешь ли ты, какие грандиозные турниры наш отец устраивает? Рыцари со всех уголков империи стекаются сюда, чтобы побороться за место в совете короля, славу и почет. Если за год правителю приглянешься останешься в совете навсегда. Юриан ничего не понял, по крайней мере, так показалось Ризе. Мальчик смотрел на нее взглядом, полным удивления, а тогда взял вторую лошадку и посадил на нее солдатика. – Да, они седлают коней, становятся друг на против друга и бегу-у-у-ут, выбивая соперника из седла. – С этими словами первая лошадь понеслась, едва касаясь пола, она столкнулась со второй, тогда рыцари-человечки упали, принцесса ухватила одного из них. – Дальше бой продолжается на мечах. Опередив старшую младший схватил тонкую палочку, вооружил своего воина и началось новое сражение. Малыш был ловким, похоже, ему рыцарство нравилось куда больше бумаг. Две победы из трех – неплохой результат. Интересно, стал бы он так же проворно махать деревянным мечем, или настоящим? От железного слишком много крови, убивать врагов всегда трудно но… С каким же удовольствием юные графы, принцы, лорды и герцога хватаются за оружие, как гордо говорят, что уничтожат самого страшного врага, как ждут первой охоты и первого боя. Враги представляют из себя образы, книжных персонажей, они не живые, не чувствуют боли да и вообще ничего, а их родные с друзьями словно боги – они хорошие, значит их не тронут, никогда не умрут, никогда не проиграют. Эти размышления прервала гувернантка. Она попросила принцессу покинуть детскую, так как госпожа могла влепить ей оплеуху за нарушение приказа. Уже не такая грустная девушка вернулась в свою комнату, где обнаружила, что у окна сидит ворон с привязанной к лапке запиской. «Сердце света оберегай от теней, ты права, это долг вашей династии, не мой.» «Ты можешь кое-что сделать. Выгоним чудищ прочь, тогда они никогда не увидят желанного, мессия хоть и полутень, а года ему отмеряны человеческие, ни для эльфов, ни для нежити его изгнание не покажется долгим, а для меня будет честью сражаться на одном поле, пока время позволяет». Это была третья версия записки. В первой не подумав принцесса написала «будет честью оказаться рядом», во второй заканчивалось «до последнего удара сердца», что было слишком очевидно и бредово для такого письма. За ужином король порадовал целым рядом новостей. Он ехал на переговоры с Уной в царство гномов, за главную оставлял Азеркину, а еще подумывал о прекращении союза с нежитью – война близилась к концу. Уже утром его карета отбыла, последующая неделя превратилась в ад. Все началось с поучений. Мачеха постоянно напоминала падчерице, как та должна держать спину, говорить, какой ложкой есть и как кланяться всяким гостям. Было такое чувство, словно девушка вернулась в детство, где вместо мантии за ней таскались воспитатели. Потом брат мачехи прибыл, пришлось поклониться ему, извиниться за оскорбление семьи и прислуживать три дня подряд. То вино поднести, то плащ подать, и слова против сказать было нельзя – Георг разрешил Азеркине наказывать, как та посчитает нужным, только не физически, ведь шрамов у воительницы было предостаточно. Так на четвертый день пришлось прибираться в покоях, среди прочего хлама нашлась одна любопытная книжка, написанная эльфом. Давно уже Ризе не доводилось читать на эльфийском, к тому же это был фолиант истории, написанный еще до появления темных. «… объявился паладин. Был он добр и к эльфам и к людям, гонял нечисть всякую, но никто не знал, кем был тот воин. Толи человек, толи лесной житель – никогда не снимал шлема. Сама Люксилина захотела раскрыть эту тайну, и приказала сыну своему устроить турнир. И сражались рыцари три дня, а как вышел загадочный воин победителем приказала Причистейшая: сними свой шлем, поцелуй мне руку, и получи награду свою. Попросил незнакомец лишь об одном: чтобы и его семье дали землю, где был бы он королем, ровно как сын архангела среди людей, но богиня все требовала, чтобы тот показал лицо, тогда рыцарь пожелал остаться анонимом. На утро взял воитель лодку, собрал тех, кого братьями и сестрами называл, и уплыл восвояси. С тех пор никто не видел защитника, но простые люди в честь него назвали остров, а затем и весь мир – Паладия, и по сей день проводятся состязания, где каждый может стать победителем, вне зависимости от рода.» Гномы – догадалась девушка. У них тоже проводились турниры, хотя сам подгорный народ обнаружили во времена развития кораблестроения. Ведь раньше лодки были маленькими, не могли вместить в себя много пищи и проплыть больше пары километров, к тому же сами полурослики о себе писали, что предки их нашли суровую землю, но другой не было, так что и поселились там. Значит, после нескольких дней, а то и недель странствий они отыскали тот самый остров. – Почему мои вещи все еще не собраны, или ты хочешь, чтобы я до завтра остался?! – Эльф зашел в комнату незаметно, из него получился бы отличный убийца. – Лучше сами соберите, а то гляди пропадет чего. – И что ты мои книги смотришь? – Читаю. На эльфийском языке не только ушастые разговаривают. Вручив удивленному юноше книгу наследница ушла прочь. Утром не только самокоронованный принц уехал, сестрица его тоже покинула дворец – какие-то дела политические, будь они не ладны. Ризе приказали из дому не выходить, а она-то только этого и ждала. Взяла с башни три десятка голубей и разослала приглашения. Величаю я себя королевой хмельного вина да кривого меча. А кто оспорить сие хочет, пускай в замок придет и правоту докажет. Ану-ка кто мне бросит вызов? Чтобы скоротать время на службе, новобранцы основывали свои мини-ордена. Для каждого был символ, кодекс, условные знаки. Своим талисманом товарищи принцессы избрали соленые бублики – так и носили их все эти годы. Туда же со временем присоединились друзья друзей и того тридцать один человек. Уже на закате они приехали, слугам было приказано вынести всевозможные яства да выпивку, и началась большая гулянка. За право стать королем Разгульных сражались ежеминутно. То кубками, то вилками, то кулаками, то палками. Несчастная прислуга не в силах была остановить это нашествие, что ни миг то разбитое окно или тарелка, на просьбы вразумиться лишь один ответ: «дело чести и достоинства!», пьянка продолжалась до рассвета. – А что вы тут забыли, господин всемогущий? – Спросила виновница торжества, заметив Сумериэля. – Хэй, да ты ничего не знаешь, он мой второй глаз спас. – Вступился Сарам. – На войне с нами был, так пусть и выпьет. Даже Альпон с темным эльфом был на ты. Рассказали товарищи как тот, позабыв свои звания и титулы, с простыми вояками бросился сражаться, отогнал стимов до самого берега. Это была первая гулянка будущего избранника луны, так что троица поддавалась ему в различных конкурсах. Последнее сражение за титул короля-самодура проходило на флагштоках, а вместо арены был тронный зал. Гуляки собрались вокруг, расселись на полу, разливая пиво и вино. В центр поля вышла Риза, она сняла флаг, висевший над троном. – Ну-ка давай, последний поединок. – Только потом не жалуйся на ссадины и синяки. – Выскочив перед ней предупредил эльф. Битва была ожесточенной, но совсем не той, что в былые времена. Никаких больше тяжелых ран, прокленов и угроз. Когда «меч-кладенец» сбил девушку с ног, она лишь улыбнулась, а как их битва перешла на стол, и темный эльф упал, смеялись уже оба. В конце концов остроухий приставил край деревянной палки к горлу. – Признаю свое поражение. Слуги, корону ему! Собрали сей венец славы из битой посуды и клея. Затем началась последняя гулянка – в честь провозглашения нового короля. Рассевшись на подоконнике четверо товарищей разделили бутылку самого древнего вина, лежавшего в погребе не меньше трех сотен лет. – Никогда бы не подумал, что люди так развлекаются. Если бы мой отец узнал… – Ты посиди тут до завтра, будет примерно то, о чем говоришь. – Заверила принцесса. – Да уж, а ведь сам Георг в дни своего служения тоже отдыхал с друзьями, как и мои мать с отцом. «Молодецкая дурь» так они это называли. – Добавил Альпон. – Мои родители готовы подождать, пока я одумаюсь, лет сто может сто десять, но потом – только учеба и правление, никаких гулянок. – Мне бы и двух сотен не хватило, так что ждать правителю долины Ив придется долго. Юноша посмотрел на нее так, словно это не шутка была, а какое-то издевательство. – Ты же понимаешь, что не проживешь столько. Компания замолчала. Обычно люди не сильно задумывались о смерти, однако во время войны эти мысли участились. И правда, казалось, только вчера они устроили первую гулянку, а сегодня Сарам служил пограничником, Альпон стал графом, заняв место родителей, Риза обзавелась братом. – Жизнь наша коротка, это правда. – Нарушила молчанку девушка. – Так давайте проживем ее для своих мечтаний, а не чьих-то ожиданий. – Тост! – Завопил полугном. – Тост! – Подхватил выскочка-граф. Король Георг и королева Азеркина домой вернулись вместе. Еще издалека было видно: с замком что-то не так. Столетние витражи поразбивали, запасы выпивки высушили, ошметки мебели валялись на улице. Словно банда диких разбойников отгуляла тут свадьбу, поминки и день Рождения в одночасье. Дочь правителя стояла у ворот, держа брата на руках. Отец подошел к ней, но так ничего и не сказал – все еще не отошел от шока. – И нечего на меня так смотреть. – Спокойно ответила рыцарь. – Мачеха была за главную, она ушла из замка, а я что могла сделать? Бандиты перелезли через стены и были таковы, не в моих правах погоню устраивать. – Думаешь, я не понимаю, что здесь произошло? Эх, молодежь, могли бы хоть убрать за собой… – Иза! – Сказал тонкий голосок. – Ю… Юриан? Ты… – Иза! – Повторил мальчик, обнимая сестру. – О, Люксилина, это ведь его первое слово! Поверить не могу, я чуть не пропустил этого! – И правда, до этого он только пищал. – Поглядев на малыша сказала принцесса. – Интересно, а каким было мое первое слово? – Аила, так ты свою мать в детстве называла. На радостях король позабыл о разгроме – слуги за дополнительную плату приберутся так, что дворец будет сверкать как новенький. Семья направилась в детскую, ведь если принц сказал первое, скоро будет и второе и третье и десятое слово.

## Часть 16

Чудищ выгнали к концу весны. Сперва гномы помирились с людьми, чуть позже с эльфами. Совместными усилиями они разгромили флот стимов и добились победы, союзы с нежитью и темными постепенно сходили на нет. Все это время Риза оставалась во дворце, такие важные вещи проходили мимо! О ходе войн приходилось узнавать из писем. Иногда их передавали товарищи, порой прилетали вороны. Каждый раз, когда большая черная птица стучала в окно, сердце начинало биться быстрее. Седига писал о преследованиях, присылал карты, просил подмогу. Принцесса могла отослать парочку рыцарей, подсказать верный путь, порой ей казалось, этого слишком мало, но он каждый раз присылал новое. Победил, отогнал, проиграл, но выжил. Всех чудовищ загнали на корабли и уплыли те в далекие края, где никто и никогда не видал суши. Страшный шторм разделил преследователей, когда погода утихомирилась зверье пропало из виду. Об этом говорилось в последнем письме, с того самого дня, как та черная птица улетела с ответом, воительница не знала покоя. Они вернутся. Каждый день просыпалась дочь короля с этой мыслью. Вестей больше не было, младший брат не радовал, на козни мачехи падчерица не реагировала. Однажды Георг подошел к ней и сказал, что наказание больше не действует. – Скоро начнется турнир, дорогая, представители всех королевств приедут сюда, чтобы сражаться за честь и почет. Ты будешь записываться? – Да! – Словно воспрянув ото сна ответила дочь. – Быть великому сражению, а тогда еще большему празднику! На самом деле тревога никуда не пропала, однако стоило ли нервировать отца? Он не сильно-то верил в пророчество, предпочитал жить настоящим, а не возможным прошлым. Во дворце началась возня: устанавливали трибуны на улице, готовили покои для знатных гостей и шатры для участников, закупали еду, приглашали новых слуг. Помощь в организаторских вопросах была необходима, к тому же это помогало отвлечься, хотя проблема никуда не пропадала. До начала турнира оставалась неделя, а двор уже гудел от народа. Эльфы, гномы, люди – все веселились, позабыв вражду. Особо ярых фанатиков войн оставляли дома, наконец-то воцарился мир, такой желанный и радостный. Риза вызвалась помочь повару – спуститься в подвал и проверить запасы вина, подходя к винтовой лестнице она услышала чей-то крик. – Сгинь, нечиста сила! – В голосе чувствовался акцент простолюдина, наверно один из тех новеньких помощников. Паренек так дрожал, что едва выговаривал слова. – Когда я хочу есть, никакие кресты не помогут. – Второй голос принадлежал женщине. Принцесса не спешила кидаться на помощь, сперва она обнажила меч и выглянула из-за угла. Человек стоял ближе к ней, и если бы сразу кинуться в бой… Бедняга мог бы получить оплеуху в лучшем случае. Нападавшей была вампирша, доспехи скрывали почти все тело, только бледное лицо и острые клыки выдавали чужачку. Оценив ситуацию дочь короля оттолкнула паренька и замахнулась на врага. Меч с громким скрежетом оцарапал стену, прислужник медленно отполз, встал на ноги и побежал прочь, соперница посмотрела голодными глазами. Голубую радужку заслонила серая пелена, даже бешеные волки не были столь кровожадными. – Я осушу тебя, как бокал с вином. – Мечтательно протянула мертвая. – Ты на колени падешь перед королем и будешь наказана. – Холодно ответила рыцарь. Они сцепились не в самой приятной стычке. К счастью голодные вампиры теряли не только рассудок, но и внимательность, иначе Риза не смогла бы увернуться от ударов. Несколько раз ее впечатывали в стену, стальная перчатка легла на шею, почти что душа, в глазах потемнело, вторая рука ухватила факел… Пламя обожгло волосы и половину лица. С громким воплем вампирша отскочила, тут-то ее поймали стражи, связали и повели к Георгу. Наследница пошла следом, меч спрятала только у входа в тронный зал. Провинившуюся поставили на колени, помещение наполнил запах гнилой плоти вперемешку с паленым. – О, Люксилина, что случилось? – Эта тварь напала на человека! – Закричала дочь. – Казнить ее за такое надо! – Воспользоваться праздником, гостеприимством, напасть на моих поданных… Согласен, за такое по закону голову отрубают. Вампиршу потащили на плаху, следуя за ней принцесса заметила других. Они тоже носили доспехи с изображением ворона, один из них куда-то побежал, расталкивая людей. Толпа быстро окружила эшафот, палач неохотно пошел переодеваться. В свободное от работы время он ходил по ярмарке и пробовал всякие вкусности, а тут на тебе – весь аппетит испортили. – Остановитесь! – От этого голоса все внутри сжалось, глаза забегали по толпе. Седига вышел к королю. На нем тоже было что-то вроде парадного наряда (намного лучше платья-гобелена или того вычурного костюма, в который нарядили Юриана). На мантии было красивое украшение из костей, на руках два перстня с черным и красным камнем, в короне с помощью двух больших изумрудов были изображены песочные часы, внутри них постоянно крутился, извивался зеленоватый дым, словно те были живыми. – Лидия не может нести ответственности за свои поступки. Ее разум затмила жажда, мы прибыли сюда вчера и попросили вас, как хозяина торжества, обеспечить нас всем необходимым, и вы дали слово, владыка долины Ив. – Действительно, я велел фермеру привести скот, но они задержались в дороге. – Теперь правитель почувствовал себя виноватым. – К тому же благодаря вашей дочери никто не пострадал, так по какому праву вы решили обнажить клинок и начать новую ссору? – Закон у нас такой. – Неуверенность вновь пропала. – На этот раз она его нарушила по моей вине, так уж и быть, отпущу, но в следующий… – Я лично отрублю ей голову, если замечу. Ризе не хотелось спорить со своим другом, ожидаемо, он посмотрел на нее с осуждением, однако оставлять безнаказанной ту девчонку она тоже не хотела. Пускай, это лишь предупреждение, если вампирша не будет позволять себе лишнего, ничего плохого не случится. – Да будет так. – Правитель мертвецов согласился на условия, Лидию отправили в шатер и к вечеру от ее ожогов не осталось даже шрамов. На следующий день воительница, надев свою любимую броню, направилась на тренировочное поле, следом за ней, уже не спотыкаясь, бежал младший брат. Он выпросил у отца деревянный меч почти с себя ростом и теперь весело размахивал им, вопя что-то вроде боевого клича. – Уил! – С этим криком мальчонка больно стукнул сестру. – Маловат ты еще для турнира, погляди, даже до моего меча не достанешь. – Потирая ушибленное место сказала старшая. – Вот подрастешь, тогда тебя отдадут на обучение, года три будешь палкой махать и манекены бить, и лишь потом сможешь сражаться с другими детьми. – Чтобы овладеть мечем нужно много времени. Юриан с удивлением посмотрел на Ризу. Она замерла, щеки покрылись румянцем, мальчик сказал бы «не буей», как он обычно отвечал тем, кто плохо себя чувствовал, но тот странный человек, что вошел в шатер, его припугнул. Принц никогда не видел таких бледных лордов, и не знал, что от людей может исходить холод. – Народное ополчение за пару дней подготовили, годы практики нужны для победы. – Говоря это, девушка смотрела на братца, малыш успокаивал ее, хотя сейчас волновался не меньше. – А ты сможешь подготовить меня для участия в турнире? – Вы… ты разве не маг? – В том то и дело. Обычно Разак участвует, но в последнее время он только и думает, что о гномьей крови, неразумно посылать такого сражаться с рыцарями. – Что же, для участия много знать не надо. Погоди, верну брата мачехе, и начнем. Еще год назад младенец с рук не слазил, теперь когда сестренка взяла его и понесла прочь, мальчик начал вырываться и капризничать. Едва став на ноги он больше не захотел быть фигуркой, которую все носят, боясь уронить. – Иза, не буей. – Пожелал кроха девушке, когда та отдала его матери. – Тебе не здоровиться, или из-за очередной пакости так нервничаешь? – Поинтересовалась Азеркина. – Да так, боюсь, чтобы нам сражаться не пришлось, а то пораню, а отец расстроится. – Одарив женщину холодным взглядом ответила падчерица. Только нотаций ей сейчас не хватало. Никогда еще не доводилось Ризе выступать в роли учителя, тем более для тысячелетнего вампира. Как правило тренировки начинались с деревянными мечами – они и весят меньше, и поранить не могут, однако для взрослых таких не делали, пришлось брать те, что были для турнира – затупленные. Тренироваться ушли в лес неподалеку от замка, чтобы другие не мешали. Для начала нужно было показать основные позиции. Все приходилось делать наоборот. Теперь принцесса поняла, что чувствовал ее учитель, пытаясь объяснить как стать, если ты нападаешь левой рукой, а щит держишь правой. Однако, она не пыталась скрыть свои ошибки и сделать вид, будто так и было задумано. – Нет, это не так делается, просто мне правой рукой непривычно. – Признавалась девушка. На второй день Седиге удалось выиграть три боя – ровно половину. Он давно наблюдал за сражениями, знал много теории, а научиться применять ее на практике было не очень сложно. – Отлично, только одна проблемка. – Держась за дерево сказала дочь короля. – Ты мечем так махаешь, словно убить меня хочешь, а на турнире так не положено. Возможно, это стиль боя Разака, тогда ясно, за что его дисквалифицировали три года подряд. – У нас почти любое дело носит практическое применение. Соревнования проходят не по-настоящему, не выкладываться на полную специально как-то непривычно. – Ты говоришь в точности как Зеон, поэтому стимы и не участвовали в турнирах. И все же в войне вы им не помогали, значит что-то отличает нежить от механизмов. – Отличий много. Стимы – неживые куски металла, в них вдохнули жизнь, нам ее вернули, просто в другой форме. Они никогда не знали, что такое чувствовать, переживать, бояться… Некроманты знают, хоть многие и пытаются забыть о своей прошлой жизни, Владыка Вечности велел нам поддерживать баланс, а не рушить его во благо еще большей машины. – Он не похож на других покровителей, помогает всем, вне зависимости от их веры. – Вспомнилось, как человек-ворон дважды выручал ее. – Только когда не обойтись без его помощи. Ужасное озарение ударило в голову. Той ночью принцесса была среди пленных, отмеченная проклятым знаком. Алесса хотела принести ее в жертву, а кровь отдать своему сыну, чтобы тот смог украсть сердце света, и она молилась, просила архангела помочь, но Люксилина не отозвалась. А если без помощи ворона было не обойтись… – Она и не собиралась мне помогать. – Вырвались последнее слова. Меч выпал из рук, вернулись голоса надзирателей и пленных того ужасного места. – Тебе доводилось видеть его, кроме нашей первой встречи? – Дважды. – Отстраненно ответила девушка. – В первый раз через год где-то, мы ловили на кладбище одно чудовище, он разбудил меня когда тварь вылезла из склепа. Принцесса сделала несколько шагов в сторону замка. Ей захотелось рассказать об этом отцу, сказать прямо в лицо «кому ты служишь? Она твою родную дочь обрекла на смерть!», затем пролетела еще одна мысль, совершенно глупая и детская, будто наследница трона была маленькой девочкой. «Ангелы специально меня там держали, чтобы ты женился на этой самодовольной эльфийке, и она стала хозяйкой в нашем доме!». Седига не дал ей этого сделать. Толи понимал намерения, толи просто уловил переживания. Вампир ухватил подругу, посмотрел в глаза и спросил очень четко без капли эмоций. – Что было в третий раз? – Кто-то из вас наслал на город болезни, помнишь? Мне было поручено доставить сердце света людям, исцелить их, но чудища схватили и взяли в плен. Они хотели принести жертву Терасу, его безумная мать не давала меня убить. Я молила ангела – своего ангела, которой была вверена с самого детства и служила каждый день своего существования. – Тут на глазах проступили слезы, от каждого воспоминания. Молитвы, витражи и статуи Люксилины смешались с криками в пыточных, сладкий запах ладана и ледяная вода, пречистейший облик и отвратительные шрамы. – Ей было угодно, чтобы мой отец женился, а убедить его в этом могла лишь пропажа наследницы. Что-же, на то была воля нашего покровителя, больше никто моим будущим распоряжаться не будет, надеюсь к Юриану судьба окажется менее жестока. – Что не убило, сделает сильнее, пусть сила эта сокрушит врагов, кто выдержал свой путь, не пав при этом на колени, в историю бессмертным воином войдет. Это начало поэмы, ее написал Заган – мой дядя, мы не разговаривали с ним после моего обращения и не поговорим больше, но талант у этого смертного был непревзойденный. – Искусство всегда успокаивает меня, будь то поэзия, музыка или картины. – Улыбаясь болезненной улыбкой протянула принцесса. – Я с нетерпением буду ждать, когда мы снова встретимся, хотя наверняка это будет еще одна война или катастрофа, тогда будет не до разговоров. И все же они повстречались до турнира еще пару раз. Первый случай произошел поздно вечером за день до соревнований. Прогуливаясь по замку падчерица заметила свою мачеху, хотя обычно она сидела на советах с королем, и едва ли не вырывала право решить все за него. Правитель созвал совет, причем настолько важный, что жену выставил за дверь. Впрочем, дела эльфийки не сильно волновали воительницу. Тем утром она дочитала чудесную книгу «Баллада о Белле», и теперь хотела передать ее другу. Седига, к счастью, отдыхал в своих покоях, но вид у вампира был неважный. Дочь короля помнила этот взгляд, одним словом голод. – Разве отец не дал вам животных, чтобы утолить жажду? – Этого мало. Не переживай, воинам хватило, а существа вроде меня могут совладать с собой. Как только девушка положила книгу на стол в комнату вбежал стражник. Заметив принцессу он замер, и все же смог выдавить из себя пару слов. – Миледи, вам лучше отправиться в свою комнату. Господин Седига, король Георг зовет вас и других лидеров на собрание. – Буду через пару минут, а теперь убирайся! С умным видом юноша вышел в коридор, а уже за дверью побежал как сумасшедший. По глазам трудно было сказать. Возможно, ему и удавалось держать голод под контролем, да и пара дней для нежити не существенны, однако принимать здравые решения в таком состоянии было непросто. – Погодите, я найду чем вам помочь. – Нельзя заставлять короля ждать, должно быть что-то важное случилось. – Случиться. – Преграждая путь перебила наследница. – Если вы на него нападете. Не хочу сказать ничего дурного, однако некоторые вещи нам не подвластны. – И что же вы предлагаете, леди Конзекрейт? – Если вы в таком состоянии одолжите… – как можно деликатнее предложила воительница, – мою кровь. Уже не в первые. – Процедура не из приятных. – Бывало и хуже. Можете принять предложение, или лишиться головы из-за одного косого взгляда, сами решайте. Вампир прошел мимо, дверь с громким хлопком закрылась, уже через секунду он стоял перед ней, крепко ухватив за плечи. – Лучше вам не дергаться, можете пораниться. Риза закрыла глаза, так было легче. Несколько секунд ничего не происходило, а тогда резкая боль, неприятный писк в ушах. Из этой стальной хватки вырваться было невозможно, каждое мгновение казалось вечностью. Душу словно поместили в другой мир – она не чувствовала, как сила покидает тело, со временем и боль отступила, накатила слабость, сонливость, холодок пробежался по шее. Вкус крови на губах… довольно необычно, чего-чего, а вот такого воительница не ожидала. Очнулась принцесса в своей спальне, как туда добралась не помнила. От малейшего движения шея болела, пришлось соврать, что простудилась, и отказаться от участия в турнире. После нескольких дней постельного режима недомогание прошло, нянька все спрашивала, не проклял ли кто, к счастью от нее легко можно было отделаться. И последняя встреча состоялась после турнира, когда представители других королевств уже разъезжались. Лидия побрезговала кровью животных и снова напала на человека, на этот раз ее поймала Азеркина, но Георг приказал отдать провинившуюся Ризе. Они поднялись на балкон, откуда открывался вид на полуопустевшую площадь. Там еще оставались темные эльфы и нежить собирала вещи – они отбывали последними. Эльфийка сразу заметила фигуру в серебряной кольчуге, супруг поймал ее взгляд. – Помниться мне, ты говорила что моя дочь слишком легкомысленна и слаба духом для короны. Так погляди же, как она исполняет свой долг. Ни говоря ни слова девушка подняла вампиршу за волосы, ее руки были закованы в кандалы, сопротивляться не было возможности. Клинок взметнул в небо, подобно стальной птице, перерезал горло и плавно опустился. Оттолкнув от себя труп принцесса кинула голову к балкону, какой-то юноша подбежал к телу, он проклинал наследницу и хотел было кинуться вдогонку, но Седига остановил паренька.

## Часть 17

«Мне нравится твое любопытство, дитя. В „Повести прошлого века“ есть все, что тебе хочется знать. Эта книга была написана пять сотен лет назад, она запрещена в империи, мой экземпляр потерялся полвека назад, возможно, в старых библиотеках осталась еще одна.» Так заканчивалось письмо Седиги. Девушка уже привыкла к своему новому прозвищу, хотя для человека двадцать четыре это довольно-таки много, в сравнении с жизнью вампира она и правда ребенок. Было ли разумно спрашивать об этом сейчас, когда война закончилась и союз с нежитью распался? Наверно нет. Что может быть хуже для долины Ив, чем принцесса, которая интересуется историей раскола ихнего острова? Азеркина будет злорадствовать, ей только повод нужен, чтобы избавиться от падчерицы. Разаку понравится такой расклад, еще и рассмеется – с каких это пор жалкие людишки заинтересованы в их величественной истории. Ох уж эти враги, надо к ним привыкать смолоду – чем ближе к короне, тем их больше. «Возможно, этой весною мы встретимся. Уверена, ты помнишь строчки из той книги наизусть, словно в зеркало смотрю.» Маленький кусочек пергамента (за эти несколько лет она привыкла носить с собой письменные принадлежности, вести всегда приходили неожиданно) отправился на лапку ворона. – Риза, ты поймала птичку! Дай, дай! – Юриан выбежал на балкон. К счастью, без нянек, ему было почти пять так что нечего всем дворцом за мальчиком бегать. – Нельзя, это почтовая птица. – Черные крылья встрепенулись, посланник улетел прочь. – А кому письмо? – Секрет. Давай ты никому об этом не расскажешь, а я возьму тебя с собой в лес, и никаких стражей. – Обещаешь? – Обещаю. Они пожали руки. Эльфийская кровь давала о себе знать, хоть он и был человеком. Брат любил природу, красоту цветов и волшебство трав, при этом не переносил компании. Принц хотел сам все узнать – что ядовитое, что нет, каких цветов бывают плоды на деревьях, где можно найти то или иное растение. Отец поощрял такое поведение, и все же давал нескольких стражников в помощь гувернантке, Азеркина созывала чуть ли не всех воинов империи, лишь бы какой демон не поранил ее дитятка. Одно падчерица могла сказать точно: как бы она не призирала мачеху, сколько бы раз они не ссорились, любовь эльфийки к сыну была достойна уважения. С королем у королевы были чисто деловые отношения, раньше они пытались что-то отыграть на публику, теперь и того не делали. Даже Ваниэль несколько раз ссорился с кузиной (хотя те стычки были далеки от войны), но Юриан – золотой ребенок, на него рука воина феникса не подымится. В тот миг маленький мальчик выглядел взрослым. Детские обещания самые серьезные, ведь малыши еще верят в такие вещи как совесть, проведение, возмездие. Конечно, они не называют это так – слишком сложные слова. Просто мораль воспринимается детьми как нечто живое, взрослые словом «клянусь» лишь предают серьезный тон словам. Взрослость брата быстро испарилась, когда их отыскали слуги. К пятилетию сына Георг хотел написать семейный портрет, каждый день к ним во дворец приходил художник и понемногу рисовал картину. Холст был громадным, мастер – неторопливым, все четверо стояли на протяжении часа. На самом деле положение Юриана было не самым трудным. По крайней мере он не стоял перед мачехой, которая со злобой сжимала плече, но для ребенка ничего не деланье было хуже любого наказания. А портрет-то хотелось. Целый коридор перед тронным залом заполняли картины предков, там было еще много свободного места, каждый день сотни простолюдинов приходили к правителю и видели пустые стены, а могли бы смотреть на него! Час прошел как три. Принцесса погружалась в свои мысли, заканчивала какие-то духовные дела. «Стоит ли оплатить разбитое окно вместо товарища в таверне?», «попросить приготовить на ужин мясо, или овощи?» – столько мелочей, такие моменты просто созданы, чтобы с ними разобраться. – На сегодня хватит. – Заявил художник. Юриан поспешил на кухню, мать следом, Георг придержал дочь за руку, они подождали, пока все разойдутся. – Ты все еще не нашла себе жениха? – Обычно он спрашивал это в шутку, но сегодня какие-то странные нотки появились в голосе. – В нашем мире много красивых и умных кандидатов. Эльфы, пускай и темные, гномы раз уж тебе нравятся воины, в конце концов рыцари – они тебя уважают. – Эльфы сотни лет живут, пап, ему та свадьба на два дня, а мне – на всю жизнь. Гномы… Все еще побаиваются, а рыцари мне как братья, чего только с ними не прошли. – Как можно веселее пыталась ответить девушка. Она не хотела рассказывать о том, что заставляло ее сердце биться быстрее. – Пойми, не только меня волнует твое будущее. Народ беспокоится: королева взойдет на трон, а наследников не останется. – Пусть брат будет после меня, не зря же он родился в королевской семье. – Ты неисправима, Риза. Хотя, есть ли у меня право тебя поучать? Сам же выгнал твою мать со дворца, (на время, скоро увидимся, дорогая) как только представилась возможность. – Понимаю. – Это слово далось тяжело. Конечно, нельзя было винить отца в случившемся. Он не знал, кто и какие заговоры плетет за спиной, и ненависти к Галии никогда не испытывал. – Я хотел подарить тебе кое-что. Идем, думаю сейчас подходящее время. Давно наследница не бывала в покоях отца. Стены из дубовых панелей, потолок – из березы, красивая люстра, на которой рядом со свечами сидели ангелы и драконы, окна на первый взгляд обычные, на самом деле стекло позолочено, свет в комнате слегка желтоватый, даже зимой как в середине лета. – Эти ангелы помогали мне уснуть, когда кошмары снились. Сны всегда приходили разные. Рычащие монстры, бесшумные отравители, тень с мечем, змеи… Девочке сказали «мамы больше нет», никто не объяснял кто и как, вот воображение и дорисовывало детали. – Ты уже взрослая для кошмаров. Король достал шкатулку со своего стола. Там лежала печать и сердечные капли – последние два года постоянные спутники. Среди прочего поблескивал необычный камень, не просто драгоценность, а настоящее чудо. – Когда я был юным рыцарем, ходил в походы. Под этим самым замком наши ребята – ты их видела, графы соседних городов – обнаружили город вампиров. Они были в спячке многие века, но в любой момент могли проснуться. Нам пришлось самим разбудить их и сразиться. Среди прочих был один полководец, называли его Орион Затмение. Как карающая длань врывался на поле боя, рубил врагов своим мечем. В изголовье оружия был тот самый камень на вид и ощупь как свежая капля крови, наши священники сказали, в нем нет никакой магии, а сам упырь считал, что вся сила в этой драгоценности. – Почему ты сам его не используешь, зачем хотел передать именно мне? – Сперва мне хотелось оставить себе, но сила… Для этого камня она в упрямстве и решимости, второго у меня хоть отбавляй, а первого не достает. Кровавый самоцвет – так сама для себя назвала его Риза, камень уже чувствовался своим. Загадочные переливы, холодное прикосновение, подобное капле воды, мистический блеск… Разак, ты видишь это?! Только попробуй теперь пискнуть, что род людской слаб пред нежитью! – Благодарю тебя, отец. – Девушка кинулась на шею и обняла так, словно ей было лет десять. Они простояли так несколько минут. Эти минуты были как раньше, то самое, что казалось таким недосягаемым. В отличном настроении сестра направилась к брату – как и обещала, вывела в лес погулять. Домой мальчик вернулся с огромным букетом цветов, большинство из них успокаивали нервы, снимали головные боли. Придержав принца, принцесса взяла из пестрого разнообразия один цветок, и велела отдать его правителю. – Сердцу помогает. – Пояснила девушка. – А Чудда уже забрала его сердце? Очень странное слово. Впрочем, дети часто говорят привычные всем слова на свой лад, но вот это Чуддо – что оно такое? – Она приходит ночью, обещает забрать мое сердце и отдать кому-то, не помню имя. – Признался брат. Это был первый раз, когда он упомянул о той сущности, через пару недель все разговоры были о том странном нечто. Чудда ломала его игрушки, стягивала одеяло, щипала, пыталась затащить под кровать. Стражи не раз врывались в комнату принца, когда он кричал по ночам, но никого не находили. Лекарь сказал, у малыша разыгралось воображение. В каком-то смысле это было логично. Вот Юриан был младенцем, все вокруг него бегали, защищали. Теперь наследник подрос, самые страшные года (обычно дети умирали от болезней именно в первые пять лет жизни) остались позади, внимания поубавилось. Однако Риза не могла прогнать дурного предчувствия. Сперва она хотела написать об этом Седиге, но почти сразу передумала. Как же будет смеяться лидер Вечного союза, пускай и ее друг, когда узнает, что девушка затеяла охоту на монстра из-под кровати. Был еще вариант – поискать в библиотеке темных эльфов. Туда она и направилась, пообещав брату (прошу, не уходи, ты же рыцарь!), что мама и папа защитят. Там нашлась такая желанная книга «Повести прошлого века», только времени читать не было. Отыскалось пять справочников о духах, сущностях и фантомах, пробежавшись по заголовкам двух из них дочь короля не нашла ничего похожего, а когда приступала к третьему гонец явился. Георг просил дочь вернуться. В последнее время его сын все больше и больше боялся Чудды, по ночам просыпался с криком, звал сестру. Он написал две строчки в конце, и это окончательно убедило принцессу. «Ты знаешь» – да, она знает, каково это, и лекарство тоже должна помнить. Если малыша что-то встревожило, у его кровати должен кто-то уснуть, девушка не знала, как работает эта магия, но ей помогало. И вот она лежала на полу. Перед сном Юриан спросил: – Тебе не страшно лежать у нее на пути? – Пусть она боится. – Засыпая ответила сестра. В полночь глаза открылись широко, как у совы. Тело сковал подозрительно знакомый холод. На ночь в спальнях оставляли несколько свечей, чтобы отгонять теней, в ту ночь их погасил сквозняк – по крайней мере, больше никто не мог – все до единой. Над кроваткой возвышалась фигура в накидке, из-под нее выглядывали грязные волосы и руки, покрытые черными венами. Пожелтевшие ногти больше напоминали когти, они медленно тянулись к горлу жертвы. – Вон от моего брата, к чертям проваливай! С этим криком без оружия и четкого плана девушка накинулась на Чудду. Существо издало пронзительный писк внутри ее головы, а тогда исчезло – растворилось, словно дым. Надолго ли? Риза ничего не успела сказать, принц проснулся. – Чудда… Здесь Чудда! Перепуганный мальчонка выбежал в коридор. Где были стражники? Спали, как убитые. Сердце больно кольнуло – Чуддо значило чудище, они умели усыплять и всегда нападали с темных углов. Девушка кинулась следом, но когда вышла в коридор беглеца и след простыл – ото всюду темнота, где-то ветер завывает, эхо детских ножек далеко-далеко. Он должен быть где-то там, в этих бесконечных ходах. Пошел к матери, или к отцу… Это не важно, их комнаты рядом. Нужно догнать Юриана, эти двое единственные в замке не спят. Шаги затихли, появились другие. Стучат туфли, шуршит мантия. Оно вернулось, Риза чувствует у себя на затылке стеклянный взгляд, и даже улыбку, хотя как такое возможно? Оборачивается – фигура в тенях исчезает, перед этим поманив к себе. – Юриан, иди ко мне! – Единственное, что сейчас пришло в голову. Еще два поворота, лестница. Ах, как же долго, почти что бесконечно! Мальчик посмотрел на нее, щеки мокрые от слез. Словно наваждение ушло – взгляд прояснился, брат сделал шаг навстречу, а тогда снова замер. – Иди, ну же, я защищу тебя. Он отрицательно помотал головой, закрыл руками лицо, а тогда эта тварь прошла насквозь, и обрела тело в тот же миг. Каждый уголок ее мантии, наполненное черной кровью тело, стеклянные глаза, желтые ногти – все это только что было внутри Ризы, от чего тошнота подступила к горлу. Чудда кинулась к мальчику с небывалой скоростью, в последний момент принцесса успела ухватить ее. Троица понеслась по бездонной пропасти, как в тех кошмарах, было там предостаточно всякой гадости. Боль и страдания, все что когда-либо ранило Паладию, собралось здесь. Давно пережитое прошлое хватало за руки и ноги, тянуло, рвало, вопили, молили и проклинали сотни голосов. Воительница продолжала повторять «к черту вас, к черту», держась за странствующую сущность. В конце концов та отпихнула девушку ногой, сознание покинуло тело, как бы сильно защитница не сопротивлялась. Глаза оставались открытыми, руки и ноги – неподвижными, мысли все еще плыли в голове, но как-то отстраненно, словно мозг потерял связь со всем остальным. Сколько времени прошло? Неизвестно, прямо как в той темнице, из такого кошмарного состояния дочь короля вырвал крик. Она с трудом открыла глаза и обнаружила, что лежит перед огромным порталом, откуда тени попадали в их мир. Точки входа были разными, выход только один. Эта мысль пришла из вне, словно Риза стала одним целым с отвратным миром силуэтов. По ту сторону портала (похожего чем-то на зеркало) поблескивали солнечные лучи, и тут еще одна волна озарения, посланная чужим измерением словно издевка. Мессия придет, и день больше не настанет. Юриан лежал на алтаре, рядом с ним еще один мальчишка на пару лет старше. Между ними с кинжалом в одной руке и магической сферой в другой стояла она, теперь отпечаток теней пропал, и воительница узнала Чудду. Алесса. Будь она проклята, эта ненормальная! Произносила последние (судя по интонации) слова, готовилась нанести удар. Принцесса не могла этого допустить, она вскочила со своего места и рванула вперед, пошатываясь от неприятной боли в спине и коленях. Лезвие ударилось о камень, брат лежал на руках. Она двигалась к порталу. Не бежала, скорее ковыляла, и все же достаточно быстро, чтобы Чудда ее не догнала. А может той ведьме просто не нужно было забирать с собой мальчишку – больше нет. Он сказал «Иза», как в первый раз. Он сказал «я буею», держась за живот. Они вышли у парадных ворот. Девушка упала на колени, рубашка мальчика была пропитана кровью, мир вокруг начал оживать, просыпаться. Сперва прибежала какая-то служанка, завопила, упала в обморок, тогда страж – хотел атаковать, но узнав принцессу побежал звать короля, через пару минут толпа из прислуги окружила их, никто не осмеливался подойти. – Ты, грязная крыса, что ты сделала с моим сыном? Отталкивая всех, Азеркина пробивалась к своему мальчику. Он был весь в крови, а эта плутовка даже не пыталась ничего скрыть! Мать вырвала ребенка из рук соперницы, на что Юриан отреагировал пронзительным криком. Слишком резко, по самому больному месту. – Георг, если ты ее сейчас же не нака… Принцесса встала с колен, ухватила ее за волосы. Она посмотрела мачехе в глаза и сказала так, что всех присутствующих охватил ужас: – Я лично вырву сердце тому, кто это сделал. В том, что наследница не приложила к травмам малыша руку, не осталось сомнений.

## Часть 18

«Дети, не ходите по ночи гулять, ведьма зла по вас приде, може и у дим зайде, не ложитесь, дети, спать!». Эту песню напевали отпрыски империи. На долину Ив спустились не самые приятные времена – все началось с покушения на принца, потом некая сущность повадилась убивать других детей. Тела находили повсюду – улицы, подворотни, свинарники, чердаки, подвалы… Будто люди вернулись в те времена, когда не умели добывать огонь, и тени могли растерзать любого в собственной постели. Король Георг развязал руки священникам: они могли задержать, допросить, а тогда наказать любым способом вплоть до сожжения. Самое страшное – дети продолжали уходить в поля пасти животных, носить старшим дрова и хворост. У крестьян было так много работы, что взрослые не могли переделать ее в одиночку, приходилось рисковать. Еще до восхода солнца площади озаряло пламя инквизиции. Людей будили крики, запах горелой плоти и удушливый смог – окна больше никто не открывал. Риза побывала на одной такой казни – к эшафоту вели блондинку, но не старуху. Говорили, раз у нее волосы белые, она точно меняет облик, а разбираться никто и не хотел, что там у нее дети, семья, и что она десять лет работала в госпитале. «Лучше убить сотни невиновных, чем сохранить жизнь одному виноватому» – всплыли слова капитана со времен рыцарской службы. Кожа обвиняемой слезла в один миг, а тело еще долго билось в конвульсиях. Крики толпы смешались – восторг и ужас, ликование и плач. Из-за горизонта взлетела стая ворон, они затерялись в черном дыму, этот шлейф простоит над городами два года, жители привыкнут к нему и не вспомнят, что когда-то было иначе. – Я уж не знаю, кто убил больше: ведьма-потрошитель или инквизиция. – Сказала принцесса одному парню из толпы. – Они ее зловят скоро, не пройде и году. – Ответил тот таким тоном, словно только что увидел кукольное представление. Для себя рыцарь решила использовать более реальные способы, и не верить всяким сплетням. К сожалению никто не хотел слушать их с братом, и тогда она поклялась отцу, что найдет доказательства и покончит с этой тварью. Наследница мола бы доверить друзьям поимку преступницы, тем более что многие из них были членами династий, но ранить маленького Юриана – за такую дерзость Алесса поплатиться жизнью, никакие перевоплощения не спасут проклятую. Тела убитых отвозили в дома гробовщиков. Те хранили их в специальных подвалах перед погребением, туда и наведалась искательница правды. Рабочие поворчали, но за плату пустили внутрь – там стоял запах сырости и разложения. Три трупа, двое из них – жертвы ведьмы. Первое тело было так изуродовано, что ни пола, ни возраста определить было невозможно. Кости торчали во все стороны, внутренности лежали рядом (те работнички небрежно кинули их в кучу). Оставалось только гадать, найдут ли родители без вести пропавшего. Второе принадлежало девочке. Ребра раскрыты, как ракушка устрицы, содержимое не тронуто – убийцу спугнул проходящий мимо стражник. По словам патрульного, ребенок еще умудрился позвать на помощь, хотя ничего уже не поделать. А если можно было? Если бы она была там… Нет, не достаточно знаний, и все же глядя на еще живого просто сказать «ничего нельзя сделать»… – Прости, малышка, теперь и правда нельзя. Убедившись, что никого в подвале больше нет, девушка решилась на более детальный осмотр тела. Сперва руки – правая была сжата в кулак, но там ничего не было, левая в синяках и чем-то красном, липком. Варенье. В ране тоже ничего – ни обрывков одежды, ни оружия (не стоит обманывать себя, культиска убивает когтями). И тут – проблеск, что-то сверкнуло в свете свечи. Оно находилось в горле, теперь провалилось туда, где раньше был желудок. Маленький кусочек золотой цепочки, покрытый слюнями и кровью. Такая находка говорила о многом. Алесса была из знатного рода, даже купцы не носили на себе золота – серебро в лучшем случае. Был еще вариант с воровством, но быстро отпал – воры золото продают, не носят. Риза позвала гробовщика, троих его работников, жену и сына. Она приказала им засвидетельствовать, что цепочка была найдена именно в теле погибшей, а не подброшена. Все подписались под ее письмом, оно отправилось к отцу на рассвете. Однако, больше удача не улыбалась. Осмотры других тел не давали новой информации, к тому же занимали много времени. Как пособница теней, мать мессии могла перемещаться во тьме, гоняться за ней бессмысленно. Тогда принцесса задалась вопросом: для чего убивать остальных, если кровь члена династии получена? Ведь как-то терпела все эти годы ведьма, не вампир, в конце концов. Значит, убийства были необходимы с оккультной целью, причем именно детей. А где можно было отыскать информацию обо всех ритуалах? В библиотеке темных эльфов! Как и ожидалось, книг было много. Даже если ограничить поиск литературой, связанной с тенями и жертвами детей-людей (хотя не факт, что именно для теней это делалось, а человека не мог заменить гном или эльф), на то, чтобы осмотреть полки, ушло много времени. – Кого я вижу. Риза, мне к экзамену надо готовиться, и то тут меньше времени сижу! – Ты знаешь, что за беспредел у нас твориться, я пытаюсь вычислить убийцу прежде, чем инквизиция изничтожит все население долины Ив. – Девушка не была настроена на разговоры, отложив «Заговоры потустороннего» она ухватилась за «Магия костей: ритуалы и обряды». – Тогда тебе поможет вот это. – Черные руны для начинающих?! Бредовая затея… – Вовсе нет. Там есть один став называется «сеть». Рисуешь его, в центр ставишь вещь искомого, через три дня он приходит к тебе. Темные эльфы используют амулет, чтобы не оставлять духовного следа на жертвах, но другие народы, даже чудища, этим не владеют. Гордости юноши не было предела. Это вызвало улыбку, даже в такой жуткой ситуации. Иногда ответ так прост, и не нужно ничего усложнять. – У меня есть вещь, точнее обрывок вещи. Встречу ведьму острым кинжалом и вырву ее поганое сердце! – Ты же в курсе, что для этого нужно знать темную магию, хотя бы немного… – Знаю, и из тела выходила, и зелья варила. Чего только не сделаешь, пока родители не смотрят. Сумериэль был удивлен, однако не шокирован. Скорее это был приятный сюрприз, что кто-то помимо темных эльфов и гномов интересуется столь изысканной магией. Он так же посоветовал девушке отыскать что-то для защиты от врага, ведь одно дело – выманить, другое – поймать. – Она не тень, только кукла в руках темных силуэтов. А вот ее сын – наполовину. – Не тень, говоришь? Тогда все не так плохо. Понимаю, я не выгляжу как специалист, да и по экзаменам у меня сплошные тройки, но может прислушаешься к моим советам? – Рыцари Разгульного Стола своих уважают. – Вместо ответа сказала девушка. Вообще репутация эльфа была сомнительной. То он подрался с ней, то чуть не начал войну, затем помог в другой войне, отрезал косы одной из кузин (увы, не Азеркине). С другой стороны, даже будучи заносчивым пареньком, Сумериэль являлся наследником дара луназира, а они, дети правителей, учились у своих предков как никто другой. В конце концов ты все равно станешь королем или королевой, так уж лучше быть готовым, чем потом разорить свой дом, привести родной народ к гибели. – Нас часто путали с теми культистами, не мудрено, что несколько книг в этой библиотеке посвящено им. Некоторые существа, вне зависимости от расы, могут вступать в сговор с тенями. Они получают способность перемещаться в темноте, менять облик на более устрашающий, могут говорить на неведомом языке, не страдают от контакта с миром сумерек. Только одно условие – за использование своих сил надо платить убийствами, если ты хочешь обратиться нужно убить кого-то. Возможно, твоя «ведьма» собирает силы, чтобы при удобном случае сменить облик без жертвоприношения. Насколько я понял, она помешана на своем сыне и всей этой бредней с концом света. – Но в чем смысл? Если ты можешь стать полутенью просто совершив ритуал, для чего им мессия? – Не знаю. Обычно таких детей убивали при рождении, кстати, одну такую прикончил брат твоего деда, второго – моя бабушка. Однако, стоит предположить, что ему не нужно будет приносить жертв, как полутени, а так же боятся света дня – как обычной тени. Вместе они разработали план. Хотя, черт подери, нет ничего противнее, чем допускать к плану своей мести кого-то другого. Закончив с приготовлениями воительница вернулась домой, где собралась проводить ритуал. Но вот что странно – из сумки вместе с черновиками выпала книга «Повести прошлого века». Зря Сумериэль это сделал – кто-то из них точно получит от библиотекаря нагоняй. Руны были начерчены кровью, золотая цепочка легла в центр, оставалось только ждать. Прошло десять секунд, в дверь постучались. – Кто там? Дочь короля вскочила, сердце забилось как бешенное. Теперь реальность ее догнала – вспомнилось, что бывает с темными магами-людьми (к эльфам волшебникам имперцы относились сносно), а в такие-то времена с огоньком да пламенем. – Госпожа, его Величество Георг желает вас видеть. – Я приду через минуту. Ноги подкосились, в голове загудело. Кто-то уже увидел ее чары и доложил отцу? Может, это была сама Люксилина… Нет, она не явилась им когда брата ранили и во времена рождения мессии тоже, тогда кто? Зачем? У покоев короля девушку встретил Сарам, обменявшись приветствиями друзья заметили и правителя. Его волосы слегка поредели и изрядно поседели, корона стала казаться больше, лицо покрылось морщинами. Риза поймала себя на мысли, что это должно было происходить постепенно, но для нее все случилось в один момент – папа повзрослел, он уходил от нее, словно песок сквозь пальцы, все меньше они виделись и времени оставалось немного. – С Азеркиной я уже поговорил, теперь твоя очередь. Сама знаешь, времена нынче нелегкие, старые враги вспоминают о раздорах, союзники больше заботятся о себе. Дочь королевы Уны Хельга – да благословит ее причестейшая – предложила нам выход, чтобы избежать очередной стычки с гномами. Она давно уже влюблена в Сарама, но по обычаям гномов принцесса не может выйти замуж не за королевскую кровь, так что мы скажем, что он наш родственник и устроим этот союз. – Интересно, как Хельга додумалась до такого? – Ханаар помогла. – Признался полугном. – Ты скажешь, что я твой троюродный брат, остальное – дело слуг и писарей. – И ты вот так просто отречешься от семьи, а эта Хельга она хоть нравится тебе? – Эх, Риза, я на свете живу не для того, чтобы влюбляться. Если мой брак принесет пользу его Величеству, я буду счастлив. – Ладно, только не жалуйся на нее потом, даже по пьяне – сам выбрал свою судьбу. Что мне сказать правительнице Подгорных? – Что его мать – моя кузина, она, конечно, по линии матери, а та не из династии, но по факту то родная кровь. Звать ее Алесса. – Как? – Если на новость о браке дочь отреагировала немного удивленно, от этого у нее чуть глаза на лоб не полезли. – Почему я никогда ее не видела?! – Потому что выдали замуж еще передо мной и отправили в далекое графство. Она состоит в совете, но лично не присутствует – только письмами. – Отлично. А твоя кузина случаем не носит золотой цепочки, которую потеряла в подворотне? Сарам отступил назад. Он почувствовал, что между членами семьи назревает конфликт, да еще какой. – Откуда мне знать? У знатных дам много всякой белиберды, не все ходят в рыцарском наряде. – Лучше узнай, потому что золотая цепь была найдена во рту одной из жертв, я же писала тебе письма! – Риза, – рука легла на голову и потрепала волосы так, словно ей было лет десять. Обычно это вызывало улыбку, сейчас только злость. – я доверяю тебе, но священникам больше. Понимаешь, многие люди еще не поверили, что ты спасла брата, а не ранила, теперь мне нужно сказать им «убейте мою кузину, так сказала дочь»? Из-за одной золотой цепочки и странного видения никто не станет сжигать на костре члена династии, даже дальнего родственника. – Тогда обыщи ее поместье, доказательства найдутся! У нее должен быть сын – Терас, и следы теней в замке и еще… Да много чего можно найти! – Хорошо, я прикажу своим людям все проверить, дай им месяц – до тех пор чтобы ни слова о ней, ладно? Этот союз очень важен, для всей долины Ив, ради народа, потерпи, даже если она тебе не приятна. – Убийца будет наказан, отец, а невиновные – под защитой. – Процитировала девушка начало одной из молитв. Она направилась в свою комнату, полная уверенности. Король следом не пошел – скорее всего, разговор продолжится утром. Заперев дверь принцесса написала письмо. «Алесса здесь, все это время она сидела в своем замке, чудища ушли, мессия остался. Убей его – это твоя судьба, моя же разобраться с матерью. Она сама придет, и уж поверь, ведьма-потрошитель долго не протянет.» Пускай слишком самоуверенно, пусть немного непонятно, он должен знать. Только вот как отправить послание – голубей в земли нежити не засылают. Ответ нашелся сам собой. Черный ворон постучался в окно – не посыльный, на лапке ничего не было. Птица взяла послание в когти и улетела, даже не привязывая письмо. – Если мы увиделись, Владыка, смерть ходит рядом. Кто-то из нас – она или я – будет лежать в могиле. – Прошептала наследница вслед улетающему посланнику.

## Часть 19

***

Призраков тоже можно пытать, хоть они и бестелесные существа. Немногие маги умеют издеваться над духом, да и сами они не особо податливы, однако Разак не маг, он воин и нет никого ближе к лидеру Вечного союза, кому бы вампир доверил свои дела и самые важные поручения. – Я же велел тебе ловить всех почтовых воронов! – Кричит зомби, хватая ее за белоснежные волосы. Мория начинает задыхаться несмотря на то, что не дышит уже сотню лет. Будто ее ноги снова шагнули с табуретки, а тело безвольно повисло на петле. – Помилуйте, не могу же я за всеми птицами Паладии уследить. Она все еще находится в подчинении, даже будучи членом союза и опытной повелительницей нежити. Душа самоубийцы в рабстве у того, кто ее поднял – закон такой, Владыка записал. Разак и сам был вещью в руках учителя, пока того не убил Седига, но у бестелесной не хватало духу (как бы глупо в ее случае не звучало) чтобы противостоять. – Эта птичка принесла очень недобрые вести, худшие! Из-за них правитель Запретного леса отправился на переговоры, а меня оставил за главного. – Разве это плохо? – Девушка вырвалась из стальной хватки, упала на колени и не подымая глаз продолжила разговор. – Вы ведь станете главой союза после его окончательной смерти, должны были еще семь лет назад… – Именно, что должен. Оракул предрек: в день рождения мессии умрешь, Седига этот день знал и мне сказал, он не мог ошибиться, даже печать свою оставил тем вечером. А на рассвете вернулся – не сказать, что я не рад за друга, но все же – почти невредим стоял у границы. «Ангел бескрылый явился». Этот ангел хочет всю власть к своим рукам прибрать, такая же как ее мачеха, и отец. Люди, эльфы – все они тянуться к короне в мире живых, а эта нацелилась на загробное царство. – Риза? Да она только и думает, что о брате и старом отце. Была бы как Азеркина, убила бы мальчишку и короля долины Ив отравила бы. – Принцесса из рода Конзеркрейт подобна мумии – вся гниль спрятана внутри, ее зараза пробралась в самое сердце нашего мира, и если ты пропустишь хотя бы еще одну весточку, отыщу себе раба получше – несчастных невест хоть пруд пруди, они нечем не хуже тебя. Сказав все, о чем думал, зомби ушел. Удушье еще около часа преследовало баньши, прежде чем ее тело снова стало неуязвимым к физическому миру. Ей предстояло принять одну из сторон в этом конфликте. Первая давала гарантии на выживание, вторая – призрачный шанс на свободу. У Георга было много общего с дочерью, порой они даже мыслили одинаково. Взвесив все за и против правитель решил объявить о свадьбе после собрания, чтобы Уна не ворчала, Риза так же отложила свою месть. У нее был план, но детали еще нужно было доработать. Слуги показали покои, остальные гости размещались на разных этажах, оно и к лучшему. В замке империи гостевое крыло было одно, стимы жаловались, лесные эльфы пару раз ссорились с темными, но перестраивать ради них замок никто не собирался. Король позвал к себе слугу – послать весточку жене и сыну, принцесса пошла гулять по замку в поисках Сумериэля. Юноша сидел во внутреннем дворе, пытался что-то наколдовать. Иногда он бросал взгляд на балкон, рыцарь догадалась – там была спальня родителей. – Я принесла книгу, ты должен вернуть ее в библиотеку. – Прежде чем сказать, воительница помахала ему рукой, темных эльфов лучше не заставать врасплох. – Хоть пару страниц прочитала? – Всю. Дважды. Там много интересного написано, только захочет ли кто-нибудь слушать? – Расскажи мне, все равно надо отвлечься. С этими переговорами каждый год столько мороки, хорошо что в этот раз родители никуда не ехали и я могу отдохнуть. В этом Сумериэль был мастером. Четыре года подряд править королевством без помощи советников и доверенных лиц короля. К слову, вполне сносно, без баловства и безответственности. – Мне бы твою выносливость. Ну слушай: о тенях в книге ничего не написано, словно кто вырвал страницы из первоначального варианта, начинается история с появлением живых существ. Первым появился ангел, но ему было одиноко на земле. Создал себе подобных крылатых существ и дал им небо, затем сотворил эльфов – им во владения землю и все, что на ней росло. Животным подарил отдельный остров, там обитали только самые редкие звери. На третьем острове жизнь спрятал во льдах, на четвертом – не оставил никакой жизни. И каждая земля существовала со своими жителями по своим законам. Однако в один день ангелы возгордились. Они-то были бессмертными, умели летать, могли защитить любого от тени. За свою работу воины света стали требовать непомерную плату, чем прогневили своего прародителя. Злоба охватила творца, за свою дерзость лишились они и перьев, и вечной жизни, лишь Люксилина осталась нетронутой, ведь была она первой и самой любимой дочерью. Теперь гордецы должны были делить дом с эльфами, которых вчера призирали. Первый ангел отрекся от своих творений. Его крылья почернели, лик изменился, ушел творец вдаль, создал там источник с мертвой водой, отравил владения свои и жил в одиночестве веками. Иногда доносилось до него эхо войны или крики раздора, тогда насылал бывший ангел болезни и смерть на провинившихся. Однажды в те земли подалась эльфийка – дочь торговца. Отец ее недавно умер и девушка хотела узнать, что же стало с близким после смерти. «Сама как считаешь, куда он мог податься?» – вопросом на вопрос ответил Владыка Вечности. В ответ странница показала песочные часы. Верхняя часть – жизнь земная, нижняя – небесная. Сказала: бытие наше как работа, исполняем на этой земле свой долг. Когда песок закончиться, начнется пребывание в мире без боли и нужды – как желанный отдых после дня в поле, истечет песок вновь – часы перевернуться и так по кругу. Эльфийка открыла ему глаза. Владыку перестали волновать войны, ссоры детей больше не разочаровывали, он отыскал для себя высшую цель, и пообещал создать такое место, если торговка станет его посланницей. Так была рождена баньши Гелена – основательница Вечного союза. – Это объясняет почему нежить поклоняется ворону. Возможно, в следующей жизни я буду твоим братом, тогда даже тени не посмеют на меня напасть. – Хорошо, что ты вспомнил об этом. По поводу Юриана… мне нужна помощь. – Все же решилась. – Неуверенность сменилась радостью. – Ну давай, имя внешность место проживания, принесу голову этой Лессы. – Алессы. Нет, с ней справлюсь сама, – наследница перешла на шепот – все произойдет сегодня вечером, я повторю ритуал и эта гадина приползет к моей двери, меня будут считать злодейкой. Пройдет неделька-вторая прежде чем люди поймут – угрозы нет. До тех пор мне придется пожить вне дворца, а от сюда просто так не сбежать. – Чтобы я в покушении на жизнь играл последнюю роль?! Как так… – Видимо это много значило для принца. Больше всего родители боялись, что их единственное дитятко уйдет к светлым сородичам. – Я могу дать тебе еще одно поручение, если не испугаешься. Завтра вечером вырвешь ей сердце и отнесешь моему отцу, расскажешь как есть, король долины Ив должен узнать первым. – Уже лучше. Значит мы заключим договор? – Если так надо, только давай быстрее. – На крови, другого не приму. Впрочем, побудь ты рыцарем хотя бы год, и эти два слова – на крови – не звучали так угрожающе. Ну подумаешь, маленький порез, возможно, поболит денек другой. Это тебе не колотая рана и не сломанное ребро, жить можно. Так под вечер двое наследников поклялись друг другу помочь с аферой. Сразу же после этого пошел снег, заговорщики разбежались. Что-то в новом плане начинало складываться. Утром всех пригласили на завтрак, после должны были начаться переговоры. Георг ушел, оставив стражей под дверями, Риза подождала пару минут, сказала, что ее попросили взять перчатки, охранники пропустили. Девушка беглым взглядом окинула комнату, нашла любимую шкатулку короля (ту самую, с печатью и каплями, она пустовала) и положила на крышку письмо. Закончив с этим наследница поспешила к остальным – ну не могли же представители разных королевств просто так поесть вместе. После нее пришли лесные эльфы, не последняя – значит не опоздавшая. Прошла неприятная церемония с представлениями всех и вся, поклонами и так далее. Глашатый объявил представителей долины Ив: – Король Георг и принцесса Риза Конзекрейт, кузина его Величества Алесса, ее сын Сарам. Эта тварь стояла слева от отца, и хорошо. Трудно было держать себя в руках. «Не сейчас, еще рано, сама придет» – повторяла про себя воительница. С трудом она села за стол и поела – кто знает, когда еще выпадет возможность подкрепиться. А насчет того, что мать мессии явится, сомнений не возникало. В тот раз ведьма-потрошитель пришла. Стояла под дверью, спящая слышала ее дыхание. Слуга чудовищ хотела использовать магию, но тут ее заметил страж и сказал, что гостевые комнаты находятся в другом крыле. Риза хотела убить ее, однако передумала – в тот же миг казнили бы виновницу. Да, отец любил дочь, да, одна смерть – капля в океане, только вот теперь был Юриан и Азеркина постоянно подливала масла в огонь. Вот так уговорит Георга, и голова с плеч, а когда эмоции пройдут наследник будет один. – Госпожа Уна, я бы хотел обсудить с вами один вопрос до начала переговоров, он никак не касается войн и перемирий, и если вы не против… – Говорите, день сегодня хороший и настроение у меня отличное. – Ответила гномиха, Хельга хотела взять мать за руку, но вместо этого ухватила отца. Риза задумалась, если бы у нее была мать, была бы она ближе к дочери, чем правитель, или это только у Подгорного народа так? – Мой двоюродный племянник Сарам хотел бы сделать предложение вашей дочери, если это не противоречит законам. – Сын Алессы, я правильно поняла? А не та ли это графиня, что отравила своего мужа и родила не пойми от кого? У нас в роду бастардов казнят при рождении, это позор! – спокойствие сменилось гневом, Хельга закрыла лицо руками и осознав, что сделала, попыталась сесть ровно. Возможно, дочери Георга следовало общаться с ней, а не с рыцарями, нашла бы себе подружку… В любом случае, было слишком поздно налаживать отношения. – Позвольте мне держать ответ за свои поступки. – Знатная дама опередила своего кузена. – Ребенок родился через пару месяцев после смерти мужа, обо мне поползли недобрые сплетни. Я скрывала это, миледи, сына объявила мертвым, чтобы злые языки не говорили дурного, и не раскрыла бы этой тайны, не влюбись бы он. – Я должна верить словам отравительницы?! – И моим тоже. – Риза встала из-за стола. – Сарам приезжал к нам в детстве и служил в одном отряде со мной, но его нянька всегда просила держать язык за зубами. Уна поверила. Она дала согласие на помолвку, завтра полугном со своей свитой должен был отплыть на дальние острова, устроить гуляния со всеми традициями. Жаль, что подруга не увидит этой свадьбы и не произнесет тост, однако о сотне растерзанных детей забывать тоже нельзя. После завтрака лидеры направились в другой зал, чтобы провести заседание. Алесса уже куда-то ушла, а ведь на рассвете два дня назад дочь Георга провела ритуал! Она должна была попасть в свою комнату как можно скорее. Не замечая никого рыцарь кинулась в дальний коридор, как вдруг кто-то ухватил ее и оттолкнул к стене. – Что ты задумала? – Знакомый голос, от него по телу бегали мурашки. – Я написала в двух словах. Не хочу ждать, пока та ведьма убьет еще кого-то, снова нападет на Юриана или воспитает разрушителя мира. Прикончу ее и дело с концом. Седига отвел ее в темный угол, хватка ослабла. Тут не было окон, только блеклые кристаллы, ни тени, ни люди не могли их услышать. – Мне понятны твои намерения, дитя, но нельзя так просто сделать то, к чему другие идут годами. Мир подобен паутине: одно действие приводит к сотне последствий. Пока мать мессии жива, через нее можно отыскать ребенка, а смерть культистки может привести к тому, что мальчика спрячут. – Рано или поздно он придет, хотя бы чтобы отомстить. Нельзя ждать конца света когда-то в будущем, люди страдают уже сейчас! Она рванулась вперед, холодная рука вновь крепко ухватила за запястье. Хватка совы – чем сильнее вырываешься, тем крепче держит. Спустя мгновение вампир стоял напротив нее. – Тогда Терас убьет тебя, пойми же, простому рыцарю не тягаться с порождением Тьмы! Смерть тех детей не доставляет мне удовольствия, но чтобы выиграть войну битву надо проиграть. – Я знаю. Вы со своим покровителем бережете наш мир, даете жизни смысл. – «Значит, прочитала „Повесть“?» «Да, уже дважды» – прочитали они во взглядах друг друга. – При всем моем уважении к другим религиям, вашим делам и планам… Вы не остановите меня, даже Владыка ваш, мы постоянно страдаем от чувства неизбежности, пускай и Алесса почувствует ее вкус. – Если бы дело было только в планах… – Господин, – протянул слуга-зомби – собрание начинается, не заставляйте себя ждать. Естественно, люди не обладали сверхскоростью, но на те несколько секунд хватка Седиги ослабла, и принцесса воспользовалась этим. Она убежала в лабиринт коридоров, а ловить девушку не было времени. – Нам не стоит спешить, конец сей встречи сулит много проблем.

## Часть 20

Она проснулась под корнями дерева, тело затекло, ноги болели. Кровь засохла на одежде, холодный ветер продувал до костей. Постепенно мозг начал вспоминать все, что случилось вчера. Труп Алессы лежит на полу. Растерзана, точь-в-точь как жертвы. Принцесса в шоке: как у нее получилось сотворить такое зверство? Верный охотничий ножик торчит из ребер, его вытаскивает союзник. – Самое время бежать. – Говорит Сумериэль. Он выводит девушку из замка по тайным ходам, дальше Риза идет сама. Пошатываясь, отмахиваясь от голосов беглянка находит убежище от снега где-то в Сумеречном лесу. И что делать дальше? Куда идти? Лес нужно срочно покинуть, там будут искать в первую очередь, потом долина Ив, лесные эльфы выдадут. Остается только один вариант – граница Запретного леса. В темноте дочь короля отыскала караван, попросилась – приютили. Преодолев мерзость спутница украла одежду спасителей, оставив вместо нее украшения – пусть будет компенсация. Лишь подарок отца – кровавый самоцвет – остался лежать в кармане. На рассвете рыцарь покинула кочевников, так от кибитки к кибитке за пять дней добралась до нужного места. Стены уже были увешаны ее рисунками, о поступке принцессы гудела вся Паладия. Как и ожидалось «убила невинную, она и есть ведьма!». Деньги закончились, трактирщик за просто так не работал. Риза уговорила его пустить на ночлег за то, что почистит конюшни – не самая легкая работа, зато никого не увидишь и тебя не увидят. Работая до полуночи изгнанница размышляла надо всем, постепенно аффект уходил, сменяясь осознанием. Ее ищут все, отец считает тварью, друзья в лучшем случае умалишенной. Придется побыть здесь как минимум месяц, тогда люди поймут, ведь убитых больше не будет. А вдруг не поймут? Скажут, что она прекратила убивать, потому что раскрыли. Раньше такие мысли в голову не стучались. – Терпи, терпи. Этот мир тебя не сломит, ты его на колени поставишь. – Пыталась успокоить себя воительница. Дверь отворилась с громким хлопком, тяжелые шаги, шарканье. Нет, не трактирщик, и не страж. Обернувшись девушка замечает зомби – раны и легкая одежда выдают. Гнилой труп медленно приближается к ней, тянет свои руки, сквозь плоть проглядываются кости. Оружия нет, только метла. Риза шагает вперед, живой труп останавливается. С каких это пор они боятся травм? – Кто ты такой? Разак подослал? – Мория хозяйка, звать слуг, мы искать Риза, вести ее на болота. Неосознанный, или слабоосознанный – не опасен. Если баньши захотела видеть живой, труп ее не тронет. К тому же замок нежити, даже холодный, лучше ночевки под открытым небом или пристальным взглядом любителей сплетен. Таким образом за семь дней со дворца темных эльфов беглянка перекочевала через империю к границе нежити, а от туда – в пограничный город. Замок уступал по габаритам королевским, скорее напоминал особняк богатого человека, даже без титула. Хозяйка поместья встретила гостью в маленькой гостиной, где – хвала Люксилине – горел камин. Мебель была твердой, с потолка нависали шипы, но принцесса не жаловалась – за последнее время это казалось верхом удобства. – Вы уже знаете, что меня разыскивает вся королевская семья? – Начала с главного. – Семья, стража, священники, инквизиция. Не беспокойся, тут никто не найдет, поживи, пока все не уляжется. Уверенна, Георг еще отблагодарит меня за спасение его кровинки. Все еще не верилось, что наконец-то удалось найти приют. У этой медали должна была быть обратная сторона, и она нашлась. Жизнь неживых сильно отличалась от того, к чему привыкла наследница. Завтрак, обед и ужин – настоящее испытание. Мория, ее гостья и несколько слуг собирались за столом, рабы приносили пищу. Для человека нашли какие-то продукты, не самые вкусные, но вполне съедобные, а вот нежити полагались другие яства. Духи могли поглощать энергию – как альтернатива медитации. Выглядело блюдо странно, как сфера гадалки, в целом сносно. С зомби ситуация поворачивалась в другую сторону – сырая плоть, никак не обработанная и ничем не приправленная. Они ели мясо, разбрызгивая кровь, когда-то ужин был живым человеком, гномом или эльфом. Отвратное зрелище сопровождалось запахом гниения, однако на третий день Риза привыкла, старалась не смотреть на других. Заняться в замке было нечем – половина дверей закрыта, еще часть окутана какими-то клубами дыма, кто его знает, что за гадость? Большую часть дня мертвецы проводили за работой, только вот ей никакой не поручали. Оставалась лишь одна отдушина – библиотека. Самая маленькая из тех, что когда-либо видела принцесса. Правда, цена этого места была не в размере, а в происхождении книг – некоторые из них пережили не одно поколение эльфов. Легенды, предания, исторические романы, словари – на любой вкус. Особый интерес девушка проявила к томам темной магии, как давно она не развивала своего таланта! Пару раз приходил Разак. Представитель Вечного союза допрашивал слугу, требовал от баньши поймать и прикончить убийцу Алессы. Однажды гостья спряталась за шторами, в тот день она окончательно убедилась, что Мория помогает ей не из-за зомби. – Почему ты служишь ему, разве вы, из союза, не стоите наравне? – По иерархии да, по факту он меня воскресил. Ошибка молодости – жених бросил у алтаря, повесилась, восстала из могилы. Скольких таких повидала за годы существования, дураков всегда хватает. – Ну хотя бы тот предатель получил по заслугам. Представляю, как он орал, когда мертвая невеста пришла по прогнившую душонку! – Все не так было. Разак забрал служить, личные мотивы не волновали. Среди первых поднятых им, я была самой сильной и осознанной – гнев не дал забыться, только поэтому мне посчастливилось стать слугой, а не пешкой в многочисленный войнах. Иногда после медитации я задаюсь вопросом: как умер тот негодяй, и в кого переродился? Эти мысли никогда не дадут покоя, они же источник моей силы. – Меня тоже мучают плохие воспоминания, но на них некогда отвлекаться – сама видишь, как весело жить при дворе короля. Со дня того разговора жизнь наладилась, хозяйка земель подобрела, а с ней и поместье стало светлее. Каждое утро принцесса шла на завтрак, глядела в свою тарелку и не обращала внимания на других. Затем прогулка – небольшой круг до ворот и обратно, если только Разака не было поблизости. Со свежими мыслями девушка уходила в библиотеку, погружалась в изучение книг. На столе лежала толстая стопка заметок, у камина Риза сидела до обеда. После второго приема пищи теория сменялась практикой. Рыцарь не хотела полностью переходить на магию, старалась изучать зачарования для оружия или бытовые заклинания, к сожалению даже ножа не было при себе, а попросить у баньши было стыдно. Вечером баня. Вопреки сказкам о «вонючих гнилых трупах» осознанные мертвецы следили за своей гигиеной, но ванн не любили. Дело в том, что тела зомби часто подвергались травмам, при этом сохраняя способность к передвижению. Ванна способствовала раскисанию и гниению, в то время как в бане можно было быстро обмыться. Вторым лидером Вечного союза стал зомби, при нем строились современные города. Горн был первым и последним из пятерых, кто принадлежал к гнилым трупам, он давно уже ушел, а традиция осталась. После купания можно было отправиться в свои покои (точнее, комнату, не такая уж и большая). Перед гостьей стоял выбор: уснуть в тишине или насладиться ночью. Иногда она сразу засыпала, порой выходила на балкон – любоваться одним и тем же пейзажем. Снег уже сошел, но положение беглянки не менялось – убийца, в розыске. Хотя нет, недавно Георг добавил – привести живой или мертвой. – О, Люксилина, я ничего дурного не сделала! Прошу, дай отцу знать, пусть он простит меня! – Не сдержав эмоций от увиденной листовки закричала дочь. За дверью что-то рухнуло. Очередной зомби или дух услышал ее крики? Да и ладно – будто им есть какое дело до этого, как говорила хозяйка особняка, дураков хватает. Принцесса вышла в коридор, пробурчала извинения, глядя в темноту – все же королевское воспитание давало о себе знать. Несколько секунд тишина висела в воздухе, а тогда она краем глаза заметила знакомую фигуру и вмиг побледнела. – Так вот что пыталась донести Мория… Они глядели друг на друга, не осмеливаясь чего-либо сказать. Значит баньши пригласила его, и постаралась намекнуть так, чтобы не нарушить запрет Разака. Впрочем, это вполне мог быть ее план – дать своим хозяевам шанс заключить новый договор с долиной Ив. Риза решилась заговорить первой, в конце концов из любой ситуации можно выйти с достоинством. – Если мое пребывание на ваших землях мешает, позвольте собрать вещи, и… – Ты даже не представляешь, как я рад видеть тебя здесь невредимой, дитя. Он не дал ей договорить, шагнул на встречу и обнял. Объятия дарили лишь холод, но девушка не хотела, чтобы это заканчивалось. По щекам покатились слезы, впервые со дня бегства она почувствовала себя как дома. – Как можно было вот так взять и сбежать, не прихватив с собой даже оружия? Рука касается щеки, сердце замирает. Дочь короля смотрит на него в испуге, делает шаг назад. Перед глазами проносится первая встреча, мертвая хватка клыков, те легенды о кровопийцах и не только – сами некроманты писали в своих же трактатах. – Даже родной отец не верит, он за мою голову назначил награду. – Мы знакомы несколько лет, стоит ли боятся друг друга? – Никогда прежде не доводилось видеть не живых существ разочарованными. И как на мертвом лице могли проступить живые эмоции? – Прошу прощения за эти слова, но их твой учитель записал. Вампирам не ведома ни дружба, ни радость – только жажда наполняет их жизнь. Сказав это, Риза закрыла глаза. Ей стало страшно от собственных слов. Руки товарища легли на плечи, как в день турнира. Он прошептал на ухо: – Чистая правда, меня ослепила жажда, но отнюдь не крови. Губы коснулись шеи, никакой боли. По телу пробежалась приятная дрожь, хватка ослабла. Принцесса открыла глаза, Седига придерживал ее и не мог сдержать улыбки. – Позволь мне подарить покой твоей душе, ведь ты моей за столько лет впервые дала почувствовать любовь. Это было то, о чем никогда не говорили ни отец, ни мать. Одно дело, любить младшего братика, няньку, отца, совсем другое – влюбится. Первое чувство подобно очагу, второе – огромному пламени. В его порыве рыцарь касается губ своего возлюбленного, и знакомое ощущение возвращается. В день состязаний она теряла сознание и привкус крови появился во рту, то была ее собственная кровь. Он позволяет целовать неумело, не хочет разрывать поцелуй, пока язык не касается клыков – может поранится. Тогда вампир бережно отстраняет от себя гостью особняка, его рука медленно спускается и подхватывает наследницу империи, тем временем она снова вовлекает в поцелуй. На этот раз осторожнее, Седига направляет ее, неспешно, терпеливо. В третий раз девушка уже справляется сама, от едва ощутимых прикосновений губ глаза загораются неистовой искрой. – Ты быстро учишься, но боюсь на этот раз дело поцелуем не ограничится. Несколько шагов и они уже у кровати, Риза смотрит на него глазами любопытного ребенка, даже пуговицы не может расстегнуть от волнения. Но главное – больше нет страха, формальностей, скованности, только страсть. Снять с нее одежду куда проще – всего один узелок на шее и рубашка соскальзывает. Проведясь рукой по спине он чувствует шрамы – воистину ангел, его бескрылый спаситель, они отдали свои крылья во имя греха, она пожертвовала связью с Люксилиной восемь лет назад, спасая ему жизнь, даже не зная об этом. Воительница долго возится с его одеждой, но им, к счастью, некуда спешить. Вампир возвращается к шее, а тогда спускается ниже, покрывая тело поцелуями. Принцесса вздрагивает от каждого прикосновения, издает едва слышные стоны. Поцелуи заканчиваются чуть выше пупка – она справилась быстрее, чем предполагалось. Девушка хочет спросить что-то, но стесняется, щеки покрылись румянцем. Парень очаровывает ее взглядом. «О таких вещах не спрашивают, ими просто наслаждаются» – говорит он мысленно, после чего впивается в губы. Тело дернулось от резкого движения, капля страха упала в океан сладострастия. Живот сковала боль, жгучая и острая одновременно. Он крепче прижал к себе возлюбленную, не давая закричать. Девушка поцарапала его, уже через мгновение боль обоих ушла. Каждое движение взывало новую волну удовольствия. Одна часть души ликовала, поддавалась. Тело изгибалось, позволяя касаться самых сокровенных мест. Другая половина кричала – о предательстве, о том, что каждый миг, проведенный с ним, отравляет саму сущность человека. Седига прижал ее к кровати, глаза сияли ярче луны на небе. От быстрого темпа и холодных губ голова шла кругом. – Не отпускай… – Прошептала воительница, тело расслабилось от удовольствия, движения замедлялись. – Никогда. – Ответил вампир, спустя каких-то пару минут они лежали рядом, прижимаясь друг к другу.

## Часть 21

Пробуждение не всегда бывает приятным. В болезни, плену, во время войны – не хочется открывать глаза. Однако то утро было еще хуже: чувствовалась ломота в костях, жар, а внутри тело сковывал холод. Виски неприятно пульсировали, в глазах двоилось. Через пару минут стало легче, но боль вернется. О да, она будет возвращаться каждый раз, с поцелуями, объятиями, даже во время длительной прогулки. Потому что вампиры – порождение смерти, живым существам они приносят лишь страдания. Когда взгляд прояснился, Риза посмотрела на Седигу. Поговаривали, что эти существа всегда бодрствуют, на самом деле их организм нуждается в отдыхе, пусть и спит нечисть меньше людей. Загадочные узоры спускались по шее, покрывали всю грудь. Таких не было в древних книгах, скорее всего, они имели магическую природу. – Жизнь и смерть соединяются тонкой перегородкой, но связь эту ничто не в силах разорвать. Одно без другого потеряет смысл. Вдруг его рука ухватила любопытную девушку. Принцесса посмотрела в сверкающее нечеловеческим блеском глаза, здесь и сейчас она могла позволить себе утонуть в них, насладиться моментом. Можно было стерпеть любую боль ради этого. – Ты не жалеешь о своем поступке? – Злость пропала, осталось лишь спокойствие. – Нет, у меня есть шанс быть счастливой… – Со мной? – Да! Я двадцать с лишним лет – это почти вся моя жизнь – искала родственную душу, кого-то, кто может понять и для кого моя помощь будет полезной. – Почти. Значит, когда-то была счастлива? – Давным-давно. Еще когда мама жила во дворце. Потом королева покинула замок, была выдана замуж за знатного человека, иногда она приезжала ко мне, но наследницу трона не пустят «в гости». Каждый раз Галия говорила «не плачь, я еще вернусь», однажды после ее визита гонец сообщил о смерти. Надеюсь, в следующей жизни она не познает предательства. – А ты готова отказаться от этого? Пойми, счастье Запретного леса не похоже на людское, это очень тернистая дорога, дитя. – Рыцари дорог не боятся, влюбленные не замечают терн. Спустя три дня они снова встретились. На этот раз в библиотеке, вживую. По спине пробежались мурашки, когда холодная рука бережно легла на плече. «Зачарование» упало на столик. Страница восемьдесят семь – список символов для мечей и копий. – Было бы у меня оружие, я бы наложила на него заклинание сумеречного света – самое эффективное против теней. – А еще одно из сложнейших. Чтобы его освоить, нужно перечитать немало книг. – Так ведь это восхитительно! Вместе они отыскали необходимую литературу. Заниматься практикой в чьем-то обществе – даже верного друга – было непросто, с другой стороны, разве в битве будет кто-то отворачиваться или давать фору? Пришлось бороться со стеснением, выслушивать долгие рассказы и детальные разборы каждой ошибки, переделывать снова и снова. Седига не успокаивал, не злился, во время обучения он больше походил на статую или механизм. Естественно, он уезжал по делам на несколько дней, и тогда следовало хорошенько поработать над каждой проблемой, если во время следующего урока неправильных действий было меньше, время уходило не зря. В один летний день вампир, отчитав ученицу по полной, добавил «а оружие выбрала правильно» и с тех пор хорошее начало перевешивать плохое. К середине лета Риза умела зачаровывать не только меч, а вообще любое оружие из арсенала рыцаря, и помимо сумеречного света знала семь различный заклинаний. – Спасибо. – Вместо долгой благодарственной речи сказала принцесса. Все же капля злости за бесконечные причитания оставалась, а ругаться не хотелось. В другой раз они сидели на балконе и поочередно читали поэму. В тот день Седига вернулся с какой-то важной встречи, на нем снова была та корона с загадочными камнями, в которых вечно клубился зеленый дым. – Интересно, что за мастер сотворил такое чудо? – Подарок Владыки первому лидеру Вечного союза. Мой учитель хотел бы забрать ее с собой в могилу, к счастью от призраков после смерти ничего не остается в физическом мире. – А какой же творец создал столь чарующий взгляд, разум, наполненный чувствами, и сердце, поглощенное знаниями? На этот вопрос ответа не было. Сказать, что это ворон постарался? Не совсем правда, ведь вампир задолго до своего обращения обладал такими чертами, родители? Он и не помнил их, спустя столько лет. – У меня тоже есть нечто особенное. – Нарушила тишину принцесса. – Я называю это «кровавый самоцвет» – подарок отца. Воительница достала из небольшого кармашка камень, размером с ноготок. Все это время – в бегах, бедности, чужом замке она хранила драгоценность и никому не отдавала. Взгляд товарища выдавал удивление, хотя ничего вроде «это редчайший дар» не сказал. Попросил одолжить камушек ненадолго, принцесса согласилась. Через два дня Риза гуляла по владениям баньши, местные духи уже знали ее и не трогали. Девушка отыскала то самое место, что проглядывалось с балкона – небольшой берег у болота, на котором росли деревья с ветками, подобными чудным узорам. Там же плясали загадочные зеленые огоньки, поймать бы одного и поселить у себя в комнате – их свет успокаивал, сразу клонило в сон. Рука потянулась к краю, где над водой плясали светлячки, в один миг Седига одернул ее. – Ты не поймаешь, они заведут тебя в топь, и тогда навеки окажешься в рабстве. – Прости, увлеклась. – Больше не подходи к болоту. Веками мои предшественники поливали эту землю кровью от ненужных жертв, сейчас трясины и пропасти изголодались по душам. Впрочем, тебе недолго осталось – я был в долине Ив, через пару недель сможешь вернуться. – Что?! Как? После всего… – Слова закончились. Вот уже восемь лет ее сердце разрывалось между любовью к семье и тягой к родственной душе. – Король Георг просил меня посмотреть в мир мертвых, спрашивал, жива ли его дочь. Я сказал, что жива, упустив некоторые подробности. Королева Азеркина потребовала уладить эту ошибку, он же выгнал ее с тронного зала и попросил меня разыскать пропажу. Если я вернусь через пару дней с тобой это вызовет подозрения, так что придется подождать. Отправишься в таверну на границе, через пару часов после моего отъезда. – Надеюсь, когда-то он примет и поймет. Буду скучать за тобой. Он ухватил ее за затылок, прижал к губам, подарил нежный поцелуй. Его возлюбленная была подобна фениксу – испытывала боль, и все же возрождалась, чтобы вновь подарить частичку своей жизни. Когда они отстранились друг от друга, на безымянном пальце левой руки принцессы блестело золотое кольцо с кроваво-красным самоцветом. – Как ты успел? – Хотел сделать сюрприз. Береги его – будешь носить и чувствовать где я, что со мной. – Еще одно зачарование? – Возможно. Этот вопрос остался без ответа, да и не нуждалась в нем Риза – главное, что работало. Ведь в тот день Седига уехал, а легкий холодок на ладони остался, словно они держались за руки и сидели где-то под засохшим деревом в тот миг. Отправится в таверну пришлось без сопровождения – в кои то веки мнение случайных свидетелей могло стать фатальным. Распустят слухи, что она и правда ведьма – Георг не выдержит, казнит или сошлет в монастырь. Все, что могла сделать Мория – пожелать удачи. Пытаясь избежать одного капкана наследница попала в другой. Не успела девушка постучать в дверь пограничного кабака, как ее ухватила огромная фигура и потащила куда-то. Человек в черном или не человек? Существо источало запах гниения, не стоило даже пробовать укусить – зомби не чувствуют боли, а плоть переносит болезни. Спустя несколько минут – граница была не очень обитаема – ее притащили в лес. К счастью, не Запретный, обычный. Они все еще находились на части империи. – Ты зашла слишком далеко, пора нам распрощаться. – Разак? – Этот голос можно было узнать из тысячи. – Что я тебе сделала? – Ничего не успела и не успеешь. С этими словами похититель кинул жертву в охотничью яму, после чего ушел. Деревянные колья впились в ступню и локоть – могло быть хуже. На дне валялось несколько скелетов животных – давно охотники не навещали этого места. Первым делом Риза вытащила кол из локтя – осталась не очень глубокая рана, затем она, закусив губу чтобы не кричать, осмотрелась и попыталась сесть. Со ступней дело обстояло хуже – почти насквозь. Пока что никакой боли, но это лишь состояние аффекта – быстро пройдет. Не теряя бесценных секунд рыцарь ухватилась за кол и потянула. Игнорировать кровь, которая лилась фонтаном, было трудно, деревяшка двигалась очень медленно, словно вросла в ногу. Наконец-то инородное тело оказалось на земле, лужа крови быстро увеличивалась. Девушка сняла пояс и крепко перетянула ступню. Постепенно кровотечение затихало, на смену ему пришла ноющая боль. Она растеклась по всей ноге, парализовала, рана на локте казалась не такой серьезной. Знакомый писк в ушах, сознание потихоньку отключалось, взгляд упал на красный камень. – Лишь бы ты этого не почувствовал… Я выберусь от сюда… Скоро… А Разак только что нажил себе врага. Сумеречный свет не наносил вреда, хоть и выглядел эффектно. Только тени пугались этого заклинания, ну и еще суеверные крестьяне. С последних сил воительница запустила луч фиолетового цвета, и тот едва не достал до небес, угас спустя несколько секунд. Окончательно прощаясь с реальным миром дочь короля услышала чьи-то голоса. – Говорю тоби, таму маг, эльфийска погань! – Не зря то мисце кинули. Принцесса пришла в себя под соломенной крышей. Медальона с ней больше не было, однако крестьяне узнавали воительницу. Маленький мальчик, уловив ее взгляд, что-то крикнул и позвал старших. Он был похож на Юриана, только принц бегал быстрее. – Вам вже добре? – Спросила тощая, как метла, женщина. – Благодарю, намного лучше чем на дне ямы. И как вы не побоялись приютить меня? – Люди говорят, ведьма, та вы не можете буть ею. Моего малого сына убили в тот час, когда вы были с отцом. Ходив он до меня уви сне и говорил «мати, больше нет старухи злой». Там провела принцесса еще два дня, пока не смогла становиться на ногу, пускай опираясь на палку. Крестьяне кормили кашей, дети пели веселые песни. Старший брат отца семейства работал шутом при дворе, говорил мужчина, что может дать весточку, но воительница настаивала – сама найдет дорогу. В сопровождении ремесленника рыцарь добралась до таверны, села за стол и стала дожидаться Седигу. С трудом удалось ей выпроводить спасителя за дверь – не стоило поданным видеть ее с нежитью.

## Часть 22

Дочь короля скучала по своей комнате, и все же за три дня лежать в кровати ей надоело. Она была бы рада прогуляться по замку, но отец запрещал – пока нога не заживет. Георг все еще не мог понять, как же разбойникам удалось заманить беглую воительницу в ловушку, Разак тоже не оценил шутки. – Почему же ты не сказала правду? – Спросил он, оставшись наедине со своей жертвой. Хороший способ избавиться от зомби, или по крайней мере разрушить доверительные отношения. Только вот зачем при этом порочить прекрасное чувство любви, зачем показывать свою слабость, когда за плечами сотни битв? Рыцарь нашла ответ получше. Она рассказала байку о внезапном нападении бандитов, а потом поинтересовалась, как зомби так быстро добрался до границы, и на кого оставил столицу. Ответа не последовало, да ей он и не нужен – это вопрос для Седиги. Почему верный друг не выполняет порученные ему обязанности, как так внезапно оказывается рядом? – Убить тебя не получиться. – Не без чувства гордости за проделанный фокус заявила соперница. – А вот уничтожить… Пожалуй, с этим сам справишься. Тогда враг не мог напасть, сейчас получил бы отпор – на столике блестел кинжал, правитель долины Ив лично вернул оружие дочери. Этот маленький кусок железа стал погибелью для настоящей ведьмы – при обыске замка Алессы нашлись доказательства. Он пронзит еще не одно сердце недоброжелателя. Перед глазами пролетели картинки, которые так старательно прятала память – растерзанное тело потрошительницы, и те дети во владениях гробовщика. – Еще минута и я с ума сойду. Знаешь, нога не так сильно болит, как вчера, пойду-ка хоть в окно посмотрю. – Госпожа, за ваш нрав король меня отчитает. – Обычно хозяева своих слуг за такое наказывали, но к старой няне наследница была добра при любых обстоятельствах. – Вы бы могли помочь королевству с одним делом, даже не вставая с постели. – Интересно, это какая такая проблема решается ничего не деланием?! – Ваш брат, миледи, с ним нужно поговорить. Принц с пяти лет должен учиться, но какие истерики он устраивает! Ни рыцари, ни слуги, ни советники, ни его Величество не могут уговорить сесть за парту. – Что же Азеркина не объяснит своему ненаглядному ребенку элементарных вещей? Уж лучше бы мачеха поучала свое чадо, чем их семью. Король целыми днями выслушивал просьбы казнить старшую наследницу, Риза – негодования по поводу будущего страны с такой королевой. – Не мне судить о поступках династии, и все же позвольте сказать: с воспитанием брата вы справляетесь куда лучше. – Ладно, приведи его сюда. Они с Юрианом не виделись несколько месяцев. Георг смирился с убийством и побегом, однако подпускать двоих детей друг к другу побаивался. За это время малыш сильно изменился – похоже, мать приучила его расчесываться по утрам, теперь заостренные ушки забавно торчали из-под аккуратно уложенной прически, вырос почти на голову, а на поясе висел деревянный меч. – Так, так, вижу, ты уже начал тренироваться. – У лучшего рыцаря королевства! – Гордо демонстрируя свое оружие заявил брат. – А как насчет школы? – Мне это не интересно. – Отведя взгляд в сторону ответил пацаненок. – Если я хочу что-то узнать о травах, приказываю слугам и они мне читают. А ты хочешь меня наругать, как отец? – Обнять хочу, мы так давно не виделись! Положив меч на столик принц сделал два шага на встречу, остановился, еще раз посмотрел на сестру, а тогда с разбегу бросился в объятия. Не самые приятные чувства – рана на локте почти зажила, однако напомнила о себе, когда ее зацепили. И все же принцесса обрадовалась – ноющих ран еще много будет, а младший брат только один. – Они хотят, чтобы я целыми днями сидел в классе, а тебе почему-то можно уходить из дворца, и ходить в походы, и драться на настоящих мечах… – Потому что мое обучение уже закончено. Я знаю, как написать письмо папе, если что-то случиться, как посчитать деньги и не растратить всю казну, и не смотря на это есть еще много вещей, которые можно выучить в книгах, и ради них сидеть целый день за столом не жалко. – Мы в любом случае когда-то станем королем и королевой, так мама говорит. Для этого нам не надо сдавать экзамены, у поданных нет другого варианта. – Отстранившись от сестры Юриан скрестил руки на груди, его взгляд один-в-один повторял недовольное выражение лица Азеркины, но не вызывал отвращения. – У нас в королевстве существует один весенний праздник – в честь воскресения Люксилины, уже доводилось в нем участвовать? – Да! Такие вкусные лепешки пекут крестьяне, а танцующее дети наводняют улицы, это единственная ночь, когда нет теней, и мы можем ловить светлячков, не спать до самого рассвета! – А еще малыши поют песни. Кстати, их тоже учат в школе. Я все еще помню одну, хотя уже несколько лет провожу праздник в походах, драках и бегах. Говорил один малец, от ангела родился, Был любимцем мол небес, с пернатыми водился, Вот прошел осенний дождь от леса до калитки, Всем детишкам весело, лишь он промок до нитки. – Эй, ты специально это выдумала, дразнишься! – Негодовал паренек. – Вовсе нет, у этой песни три куплета, ее даже крестьянские дети знают. Вообще, в ней поется о первом короле, ведь и он когда-то был ребенком, а потом стал олицетворением чистоты и порядка, наставником для предков. Ты бы знал об этом, если бы ходил в школу. У этого разговора не было идеального результата – принц часто сбегал с уроков, отказывался делать домашнее задания и спорил с учителями, но по крайней мере начал на них ходить. Когда рана окончательно зажила Риза пообещала, что порой будет наведываться на занятия, в отличии от родителей старшая сестра имела возможность отложить свои дела, так что пришлось ходить чаще. Раз в неделю она сидела около учителя, и наблюдала за маленьким сорванцом. Иногда они вместе делали упражнения, тогда принцесса давала несколько подсказок и садилась за свои книги. Они были на эльфийском, так что брат не понимал их смысла (он и на родном языке только-только научился читать). Как оказалось, дочь Георга была той еще поклонницей фолиантов – в библиотеке похожих книг не нашлось. Очень редко – может два или три раза за месяц – малыш замечал почтовых голубей. Сестра отсылала их ночью, а ответ всегда приносили вороны. В один день Юриан поел раньше остальных и, оставив семью обсуждать лазутчиков (он не знал, что это за слово, было похоже на название блюда или насекомого), побежал в покои Ризы, ведь они договорились вместе прочитать книжку. На подоконнике сидела большая ворона, у нее был острый клюв, глаза как черные бусины, а лапы похожи на древнее оружие. К одной из них была привязана записка, как только незваный гость подошел к посланнице, птица расправила крылья и угрожающе каркнула. – Я не боюсь тебя! – Дрожащим голосом пискнул мальчик. Он достал свой меч, стал в оборонительную позу, как показывал наставник. Левая рука потянулась к записке, крылья смокнулись над головой, как купол, клюв нацелился в голову, но застрял в мече. Кое-как принц отвязал послание и вытолкнул птицу на улицу, закрыв окно. Тварь еще долго билась в стекло, если Риза оставила лазейку для чудовища, значит она ждала этого письма. Там было много непонятных слов, очень непривычный подчерк, дочитать не получилось – хозяйка комнаты вернулась. Брат поспешно спрятал лист пергамента в ящик стола, сел на стул и развернул книгу. Правда, сестра все равно раскрыла обман. Как она сама сказала, дети плохо умели лгать. На удивление ни криков, ни ссоры не последовало, только просьба ничего не говорить отцу о воронах. Юриан дал слово и о неприятностях все забыли. Однажды принцесса зашла в пустующий тронный зал, и к своему удивлению обнаружила там брата. Мальчик сидел на отцовском троне и отдавал приказы статуе голубя, стража по ту сторону двери казалось не замечала этого, да и он слишком увлекся игрой. Пользуясь возможностью девушка подкралась к фантазеру и ущипнула за бок, тот едва не упал с трона. – Прошлого советника отца за подобную выходку казнили, но я никому не скажу, если ты пойдешь спать. – Ну и ладно, посижу у мамы в комнате. Пробегая мимо охраны, Юриан заметил гостя – графа. Поклонившись ему принц пробормотал «приветствую, теперь все ясно» и убежал прочь. Альпон подозвал к себе служанку – маленькую, в потрепанной серой одежде, перепуганную – наверно новенькую – и приказал принести вина. Хоть он и клялся что «никогда не приютит эту проклятую ведьму в своем замке», за подругой скучал. В конце концов, полугнома он уже не видел, многие сослуживцы погибли на войне, а некоторые норовили вставить палки в колеса, так с кем еще он мог по-дружески побеседовать? – Твоя мачеха точно не испортит нам день? – Задал он вопрос прямо с порога. – Нет, она своему кузену помогает решать какие-то споры, все-таки земли лесных эльфов – ее родина. Так что мои козни Азеркину мало волнуют, по крайней мере пока. – Что насчет Сарама? Не планируешь навестить его, поздравить? – Усевшись на трон эльфийки продолжил разговор рыцарь. Риза восседала на месте брата (возможно, собственное было слишком неудобным). – Отец не отпустит. Особо одаренные крестьяне все еще верят, будто бы я – ведьма, ее второе воплощение или пособница. Даже смерть Алессы не смогла убедить их, хорошо хоть пограничные оказались умнее. – Ты была близко к казни… – положив руку на край подлокотника протянул товарищ. – И все равно умудрилась выкрутиться! – Пальцы соскочили с края и взлетели вверх, граф от всей души расхохотался. – Вот тут ты ошибаешься, дружище. Боюсь, я влипла так, что сама Люксилина мне уже не поможет. – Если даже для тебя эта проблема кажется серьезной… Веселье испарилось. Сослуживец пристально посмотрел на подругу, удивление смешалось со страхом. Рассказывал ему полугном, как отыскал принцессу в библиотеке темных эльфов, да и Сумиреэль говорил, что она была одной из немногих людей, которые умели читать на эльфийском. Так что, получается правда – ведьма? Возможно, не убийца тех детей… Хотя убила же то чудовище, похожее на ребенка. В любом случае колдунам человеческого рода дорога одна – на костер. – Я не могу тебе о ней рассказать, просто поверь. Дверь отворилась. Прислужница маленькими шажочками подошла к трону, на подносе стояло открытое вино и две кружки. Альпон успокоился – им не пришлось продолжать этот напряженный разговор. – Кто тебя во дворец пустил, тупица? Разве не знаешь, что вино надо открывать в присутствии гостей? – Прошу прощения, господин, я лишь хотела облегчить вам… – Что-то внутри Ризы екнуло, услышав голос служанки, но лица ее не было видно за мешковатой накидкой. – Повезло, что у меня сегодня хорошее настроение. Убирайся от сюда, немедленно, иначе вываляю в грязи и утоплю в болоте! – Рука гостя уже потянулась к мечу. Служанка поняла намек. Она оставила поднос на столе и удалилась, не отрывая взгляда от пола. Отпрыск древнего рода налил себе бокал красного, поглядел в рубиновую бездну и с отвращением отвернулся. – Поганый сорт, но с дороги и бодяга сойдет.