Клайв Магнус
Рэббит-Джон. Ловля на живца

Глава 1

24 апреля 2014 года в шесть часов утра охотник по имени Хенрик Кох на всех парах шёл к лесному водопаду, время от времени нервно подкручивая чёрные с проседью усы. Тирольская шляпа со значком-украшением в виде летящей утки напоминала корабль, упорно стремящийся к цели.

– Я должен раскрыть эту тайну, – бормотал настойчивый зверобой под приглушённый скрип коричневых резиновых сапог.

Справа по ходу несла воды неторопливая река, которая через пятьсот метров с шумом упадёт с крутой горы; по левую руку нехотя шевелил листвой высокоствольный пахучий лес; двухколейная глинозёмная дорожка стрелой вела к обрыву.

Голубоватый туман помалу рассеивался, открывая безлюдные окрестности.

– С волком понятно, но кто второй?

На краю каменистого обрыва Хенрик Кох ухватил ружьё правой рукой, пригнулся, вцепился пытливым взглядом в грунт и забубнил:

– Вот они – следы крупного волка и другого зверя. Я думаю, что это росомаха. Но откуда она взялась? Стоп! А это что за отпечаток? – егерь воткнул нос в землю. – Медведь в Шварцвальде?! Этого не может быть: в моём лесу царствуют дикие кабаны, но не косолапые мишки!

Много лет благодушные туристы устраивали у водопада аппетитные пикники и подвижные игры, но слухи о загадочном крупном звере отпугнули их.

Охотник поднял голову и заметил на высокой раскидистой ветке неподвижно сидящего ворона, который пристально наблюдал за суетой человека в тёмно-зелёной тирольской шляпе.

– Кыш! – Хенрик озорно взмахнул полусогнутой рукой и скрипуче засмеялся. Но чернокрылый не шелохнулся, даже глазом не моргнул. – Больной, наверное…

Следопыт подскочил к краю обрыва, старательно вытянул шею и увидел…

– Корни выползли наружу, спускаться опасно, торчит выступ. Сколько лет брожу, а этого не замечал.

Охотник порылся в походном полевом рюкзаке и достал добротную верёвку в палец толщиной. Один конец Хенрик Кох обвязал вокруг дерева, другой спустил к выпученным корням и закинул ружьё за спину.

И начал спускаться.

Ворон спорхнул с ветки и устремился к водопаду. Мгновение, и пернатый исчез за стеной падающей воды! Охотник не заметил этого, потому что повернулся спиной, седлая верёвку.

Хенрик Кох лез вниз, упираясь в выпученные корни. Летели мелкие камешки, а сизая пыль взлетала и уносилась прочь.

Наконец охотник достиг едва заметного скального выступа.

– Вижу вбитые колья, – Хенрик Кох как будто начитывал речь на диктофон. – Их поставили специально? Но для чего, с какой целью? Интересно… А эта тропинка ведёт прямо за водяную стену. Такое случается, но я не думал, что увижу подобное. Я направляюсь вглубь. Что там впереди? Пещера?

Хенрик взял ружьё в руки, снял с предохранителя и держал перед собой.

– Так… Выступ расширяется, я спокойно иду, на меня брызгает вода… А это что такое? Похоже на подземный ход, странное место! Ладно, я пошёл…

Хенрик Кох так и не смог пройти через портал: он услышал хлёсткое рычание и почувствовал шквалистый удар в грудь. Охотник не успел рассмотреть, кто именно толкнул его, – он упал навзничь, и его накрыла падающая вода. А потом Хенрика приняла в безразличные объятия река. Однако за мгновение до этого указательный палец невольно нажал на спусковой крючок, и прогремел сухой выстрел.

Ворон-разведчик уселся на подоконник открытого окна нашего с Бертрамом детективного агентства.

– Рэббит-Джон, поспеши к порталу!

– Что случилось?

– Нападение на медведя-хранителя!

Мы не на шутку встревожились.

– Кто напал на него?!

– Двуногий с ружьём собирался пройти через портал и выстрелил, когда хранитель встал на пути!

– Медведь ранен?!

– В плечо!

– Ты в полиции был?!

– Только что от Берни! Полицейские спешат к месту происшествия и просили позвать тебя!

– А что с двуногим?!

– Упал в реку! Берни ждёт на станции!

Сердце забилось часто-часто, во рту стало сухо, и зачесалось за ушами.

До портала путь не близкий. Я понял задумку главного полицейского Энималвилля – поехать на поезде. Состав, который должен был отправиться в обычный рейс до побережья и дальше в Рэт-Сити, стоял на запасном пути.

Я мчался со скоростью звездолёта, а Бертрам ещё быстрее. Мы увидели локомотив без вагонов и платформ, у колёс нетерпеливо топтались полицейские псы во главе с медведем Берни, верховным стражем порядка славного города Энималвилль. Завидев меня, псы принялись призывно махать лапами.

– Забирайся! – рявкнул Берни и указал на открытую дверь.

Мы заскочили в пахнущую кожей кабину, отчего стало тесно, поприветствовали машиниста и его помощника – крупных длинношёрстных псов бурого окраса. Локомотив мягко тронулся, мгновенно набрал скорость и рванул вперёд.

– А где же вагоны? – я вцепился в блестящую ручку, чтобы не вжаться в стенку.

– Отцепили, без них локомотив пойдёт быстрее.

– Он никогда так не мчался!

– Потому что пассажиров нет.

Мы оказались у портала через двадцать минут, я и не знал, что поезд может развивать сумасшедшую скорость.

На земле лежал медведь и зажимал лапой влажное от крови плечо, рядом сидел Бертрам.

– Убери лапу, дай взглянуть.

Полицейские сгрудились и внимательно наблюдали за происходящим.

Во̀рон внимательно осмотрел рану.

– Что видно? – спросил медведь слабым голосом.

– Спешу тебя обрадовать, приятель, в лапе пуля!

– Большая?

– Узнаем когда достанем.

– Ты собираешься вытащить её?

– Нельзя оставлять посторонний предмет в плече, надо извлечь его как можно быстрее!

– Мне ничего не мешает! – медведь зажал рану.

– Двуногие всегда достают пули, для этого у них есть врачи-хирурги.

– Так то люди – они слабы и беспомощны!

– Зверей это тоже касается.

– Льюис, – произнёс другой медведь-хранитель, – пусть во̀рон вытащит пулю. Он знает, о чём говорит.

– Потерпишь? – спросил Бертрам.

– Давай быстрее!..

Ворон погрузил клюв в рану и начал осторожно нащупывать пулю. У этих пернатых не самые длинные носы, но не было времени искать нужный размер.

Медведь громко сопел, его массивные лапы мелко дрожали, а светло-карие глаза вращались с быстротой полёта береговушки – он чувствовал нестерпимую боль. Сначала мужественный Льюис тяжело кряхтел, а потом перешёл к жалобным стонам.

Наконец Бертрам осторожно вытянул полукруглый металлический предмет и бросил на траву.

– Зализывай рану.

Медведь принялся работать языком. Лизнув пять раз, он закрыл глаза и запрокинул лохматую бурую голову.

– Что с тобой?! – завопил встревоженный напарник. – Очнись!

– Потерял сознание, – сказал во̀рон. – Тебе придётся зализывать рану друга, чтобы она не загноилась и быстрее затянулась.

Полицейские по очереди рассматривали пулю, крутили в лапах и недовольно качали головами, потом передали Берни.

– Что думаешь по этому поводу, кролик-сыщик? – спросил меня мишка.

Я повернулся к ворону-разведчику.

– Как выглядел двуногий?

Пернатый думал недолго.

– Усы с проседью, ружьё, сапоги и зелёная тирольская охотничья шляпа.

– Особые приметы есть?

– На шляпе изображение летящей утки.

Я повернулся к Берни.

– Он добрался до нас.

– Кто?

– Хенрик Кох, охотник.

– Как ты узнал?

– По значку на шляпе. Про него рассказывал Рыжий Полоскун, а ты знаешь, что у меня отличная память. Охотник наткнулся на посредников, когда они принимали посылки от Эмиля. Енот отвлёк незваного гостя и увёл в сторону, на том тогда всё и закончилось.

– Но он не успокоился! – бурчал полицейский.

Льюис пришёл в себя. Раненый продолжал лежать на земле не открывая глаз, но внимательно слушал разговор: его забавные круглые ушки непрестанно двигались.

– Этот двуногий никому ничего не должен рассказать, – произнёс Берни, – иначе в наш мир заявятся люди.

– Он упал в реку, – сообщил ворон-разведчик. – В ближайшее время он точно ничего не расскажет.

– Это плохо! – покачал головой Бертрам. – Нельзя так обращаться с живыми существами.

– А как бы ты поступил?! – напирал медведь-хранитель. – Прилетел во̀рон и сообщил, что двуногий заходит в портал, ничего не оставалось, как обороняться!

Собравшиеся мрачно молчали.

– Что будет, если люди узнают про портал? – пробурчал полицейский пёс Джордан.

Неприятные ответы птичками понеслись со всех сторон.

– Они срубят деревья и продадут!

– Выловят рыбу!

– Построят дурно пахнущие заводы!

– Завалят мусором землю!

– А мы?!

– Если нас не перебьют, то прогонят в горы или пустыню!

– Нам будет нечего есть!

– Нечего будет пить!

– Негде будет жить!

– И противостоять мы не сможем, – горестно произнёс Бертрам.

– Почему?!

– У двуногих могучее оружие, а у нас только лапы, клювы и клыки.

Ещё одно тревожное известие прилетело через неделю: наши посредники в мире людей – волк Рудольф и росомаха Глютон – бесследно исчезли.

Глава 2

Мы собрались в кабинете Берни. Собачий запах заполнил пространство комнаты, к нему робко присоединился одинокий росомаший дух. Полицейские псы мрачно глядели на нас с Бертрамом, а росомаха Глюк в отчаянии мотал головой и повторял излюбленную фразу: «Рычать – не молчать!»

– А разведчики прилетели? – спросил я.

Волка и росомаху обычно сопровождали два во̀рона – Амадиу и Ламмерт.

– Тоже пропали.

– Когда это случилось? – спросил Бертрам.

– Вчера. Медведи-хранители сообщили, что ни во̀роны, ни посредники не вернулись.

Напомню, что мы, разумные звери, говорим на человеческом языке, живём в городках и носим одежду. Мы обитаем в параллельном мире, куда можно пройти только через портал, спрятанный за водопадом. В стране людей, из которой мы ушли много лет назад, у нас есть друг – Эмиль Шварцман. Наши посредники передают ему золото, которое мы набираем в ручье, а молодой человек меняет его на деньги и делает покупки. Эмиль дружит с Дагмар Краузе – девушкой, которая точно знает, чего хочет.

Астронавты с планеты Глориана построили для нас электростанцию, рельсовую дорогу и большой магазин.

Постороннему невозможно проникнуть в наш мир. Портал тщательно охраняется медведями-хранителями, а это серьёзные звери, которые чуют тебя на огромном расстоянии и могут надолго оглушить ударом лапы.

Никто не имеет права выходить за портал, это строжайше запрещено. Только назначенные Советом Зверей посредники могут пользоваться проходом, и ещё во̀роны, которые изучают мир людей и докладывают о том, что в нём происходит.

Теперь обитатели нашей страны обеспокоились тем, что случилось. Новость разнеслась по отдалённым уголкам, её обсуждали в городках, посёлках, на морском побережье и в лесах. Птицы разлетелись по окрестностям и рассказали о беде. Весть об исчезновении посредников дошла даже до Рэт-Сити – города крыс, они сочувствовали и переживали.

Совет Зверей решил поручить это дело нам с Бертрамом.

– Вы бывали в мире людей, знакомы с Эмилем и вам будет проще выяснить, что произошло, – сказал пёс Энди, главный в Совете.

– Так и поступим, – кивнул я. – Есть опасения, что волка и росомаху могли перехватить по пути домой.

– Вот это и надо разнюхать, – произнёс Бертрам. – Я полечу к Эмилю и подробно расспрошу о том, где и как он расстался с Рудольфом и Глютоном.

– Я иду с тобой! – я вскочил на лапы.

– Нет, – отрезал во̀рон. – Я сделаю это быстрее, всё-таки я птица, а у нас каждая минута на счету. Так что прости, Рэббит-Джон.

Очень хотелось повидаться с Эмилем, но я вынужден был признать, что мой пернатый друг прав.

Полицейские псы вышли на улицу, чтобы проводить во̀рона. Вирджил облизнулся ему вслед, Ленард помахал лапой, Джордан покачал головой, а Милфорд вытер слезу.

И только Глюк вдохнул резкий порыв душистого ветерка, мрачно сдвинул брови и угрожающе произнёс:

– Когда найдём злодеев, я лично их накажу, рычать – не молчать.

Глава 3

Помятый, обессиленный и удручённый Бертрам вернулся быстро. Во̀рон постучал чёрным клювом в прямоугольное окно кабинета Берни и дождался, когда мишка распахнёт створки.

– Ты всё выяснил и вернулся! – обрадовался полицейский пёс Вирджил. – Ну, рассказывай!

Бертрам спорхнул на стол Берни. Он всегда так делает – опускается на крышку и вышагивает туда-сюда: говорит, что так легче думается. На этот раз во̀рон не двинулся с места.

– Что случилось, Бертрам?! – воскликнул я.

Впервые я видел своего друга в таком подавленном состоянии. Что же произошло там, за порталом, если во̀рон забыл о стойких привычках?

– Рассказывай, Бертрам… – ласково протянул Берни. – Хочешь крекер? Ванильный, запах так и ласкает ноздри, это тебя успокоит.

Но во̀рон отказался. Медведь долго держал перед его лицом пакет с любимыми сладостями, но впустую.

– Он не будет, Берни, – сказал я. – Уплетай крекеры сам.

– Ладно, – пожал плечами мишка, и хрустящие печеньки водопадом посыпались в огромную пасть.

Бертрам начал рассказ.

– Я прошёл сквозь портал, осмотрелся и полетел в сторону Франбурга, но через триста метров на меня напал кречет.

– Дикий? – уточнил сосредоточенный Глюк.

– Ручной, обученный охоте на птиц.

Полицейские переглянулись.

– Как ты узнал? Ну-ка, рассказывай обо всём подробно!

Бертрам продолжал:

– Я летел и увидел свою тень на траве.

– И что? – поморщился я. – Что это нам даёт?

– Я заметил ещё одну тень!

– Чью? – протянул Милфорд.

– Птицы, которая падала на меня, выставив лапы для удара.

– А ты?!

– Когда птица приблизилась ко мне вплотную, я отпрянул и оторвался.

Полицейские дружно выдохнули и захлопали в лапы, отчего по комнате поплыли пыльные кораблики.

– Молодец! Избежал трагической гибели!

– Но потом этот кречет начал гоняться за мной! – продолжал ворон.

– А ты?!

– Я принялся уворачиваться, но он не отставал. И я заметил…

Мы затаили дыхание и ждали, что скажет Бертрам, но он молчал.

– Так что ты заметил, дружище? – спросил я.

– Я увидел обножки на лапах кречета.

– Это что такое? – сдвинул брови Ленард.

– … кожаные колечки. Это означает, что птица приручённая и подготовленная к охоте.

– И как ты выкрутился?

– Я полетел прямо на водопад, разогнался как следует, сложил крылья и проскочил сквозь воду. Меня чуть не смыло в реку, но я умудрился проскользнуть.

– А хищник? – спросил я.

– Он полетал минуту, понял, что его добыча исчезла, а потом птицу позвали.

– Как?! – полицейские насторожились.

– Кто-то крикнул «ау», и кречет послушно улетел прочь.

– Это был двуногий? – спросил Берни.

– Да, человек.

Собравшиеся молчали, пытаясь осмыслить то, что услышали от Бертрама.

– Значит, хищника напустил на тебя двуногий.

– Выходит, так…

– Но зачем ему охотиться на во̀рона?

– Действительно, зачем? – поддержал меня полицейский пёс Джордан. – Насколько я помню по звериной школе, с помощью кречетов человек охотится на уток, он же не питается во̀ронами. Или двуногий так оголодал, что решил закусить тобой?

– Конечно нет, – согласился Бертрам.

– Тогда в чём дело? – развёл лапами Берни.

– Вот это и надо выяснить.

В связи с внезапно нахлынувшими неприятностями Совет Зверей разрешил мне пройти через портал на разведку.

– Как думаете, парни, мне пойти в одежде или снять её? Я не буду привлекать внимание в рубашке и комбинезоне?

– Ночью никто не заметит, в одежде ты или в шёрстке, – облизнул нижнюю губу Вирджил.

– Все привыкли к твоему симпатичному комбинезону, медведи-хранители примут тебя за постороннего кролика и не пропустят, – добавил Милфорд.

– Шутите.

– Так что будь собой, – снисходительно протянул Ленард.

Честно говоря, я привык к одежде и без неё чувствовал себя неуютно. Но иногда, для пользы дела, мне приходилось оставлять её в уголке.

Я пошёл ночью, свято помня о том, что мой друг чуть не стал жертвой ловчей птицы. Бертрам и росомаха Глюк остались у портала в компании медведей-хранителей дожидаться моего возвращения. Во̀рон хотел отправиться со мной, но я запретил.

– Я понаблюдаю за тобой сверху!

– Нет, Бертрам, ты должен остаться дома, не хочу рисковать твоей жизнью.

Глюк поддержал меня.

– Рэббит-Джон прав, ворон. Тебе уже досталось от хищника, хватит приключений, рычать – не молчать!

Кроме сов, ночью почти никто не охотится, да и человек мало что увидит в темноте, поэтому я нисколько не опасался, что меня кто-нибудь заметит.

Я был осторожен: вместо того, чтобы спускаться к реке по верёвочной лестнице, я полез наверх по каменистому откосу. Белый остроконечный месяц скромно жался в уголке антрацитового неба, ветер стих, и запах сочной травы ласкал ноздри.

Пройдя по выступу вдоль падающей воды, я миновал водопад, прислушался, хотя мало что услышишь при таком грохоте, огляделся и полез вверх по крутому склону.

Обнажённые корни вековых деревьев покрылись непробиваемой коркой и увеличились в размерах, что не мешало мне пробираться наверх.

Через полчаса я оказался у реки, которую питал водопад, а потом осторожно зашагал вдоль берега. В случае опасности придётся прыгать в воду, хотя я всегда старался избегать этого.

Я обследовал берег реки и внезапно наткнулся на птичьи перья, разбросанные по траве. При нарождающейся луне мало что видно, поэтому после недолгих колебаний я осторожно собрал их и положил в карман синего комбинезона. Надо показать находку Бертраму, пусть выскажет своё мнение.

И внезапно замер.

По глазам пробежал отблеск и заставил меня зажмуриться, это лунный свет отразился от стекла. Сияние тут же исчезло.

За мной следили с помощью оптического прибора. Я упал в траву и прислушался, говорили двуногие.

– Мне кажется, что я заметил движение.

– Что это было? Птица? Зверь?

– Пока не знаю…

Я понял, что пора убираться. Прижав уши к спине, я пополз обратно, но неожиданно услышал:

– Спускай Геркулеса.

И команду:

– Ищи!

Я вскочил на лапы и бросился к водопаду. Потом оглянулся и увидел, что за мной, уткнувшись мордой в землю, бежит чёрная поджарая собака с острыми стоячими ушами. Я удвоил скорость, но пёс заметил меня, залаял и прибавил ходу.

Я добрался до крутого склона, когда неотступный преследователь настиг меня, его горячее дыхание обдало жаром мои нежные ушки. Ещё секунда, и я окажусь в его власти.

С разгона я заскочил на склон, развернулся и прыгнул прямо на пса.

Я вспомнил старый проверенный трюк, которым воспользовался енот Рыжий Полоскун, когда беднягу закружила стая бездомных собак и пришлось отбиваться от свирепого вожака.

Я вцепился зубами в собачий нос. Мой преследователь жалобно заскулил и попытался отпихнуть меня передним лапами. Я разжал челюсти, и пёс сбежал с места битвы, а я снова помчался в обход, опасаясь, что люди всполошатся и бросятся за мной. Вряд ли у них получится, потому что собака не возьмёт след после укуса, но меня беспокоило то, что двуногие заметили мой силуэт в полночной тьме. Как это у них получилось?

Я вернулся домой прежним способом: прошёл через портал и оказался в объятиях Глюка и Бертрама, медведи-хранители стояли неподалёку.

– Ты вернулся! Живой и невредимый!

– Мне повезло, – сказал я. – Теперь слушайте: там, за деревьями, в засаде сидят двуногие, с ними собака по кличке Геркулес, люди пустили пса по моему следу.

– Заметили тебя ночью?! – удивился Глюк. – Они что – видят в темноте, как и мы?! Я удивлён, рычать – не молчать!

– Меня это тоже тревожит, – произнёс медведь-хранитель. – До сих пор только звери имели такой дар.

– И ещё! – я полез в карманы. – Кое-что обнаружил, но рассмотрим это при свете дня, а не луны.

Мы проболтали до рассвета, а когда красные лучи коснулись бескрайнего горизонта, принялись рассматривать ночную находку.

Медведям-хранителям стало по-настоящему интересно.

– Что это?

– Птичьи перья. Сначала я нашёл один разбросанный пучок, потом второй.

– Перья воронов, – провозгласил уверенный в себе Глюк.

– Двух, – отметил Бертрам. – Это наши посредники Амадиу и Ламмерт.

– Рычать – не молчать, – согласился полицейский-росомаха. – А самих воронов ты видел?

Я покачал головой.

– К сожалению, нет. Но надеюсь, что они живы.

– Я тоже… – мрачно произнёс Бертрам. – Есть у меня одна идея, как пробраться в мир людей без ущерба для здоровья, но для этого надо слетать к единственному морю в мире зверей. Туда, где мы познакомились с глорианцами.

И мой пернатый друг отправился в путешествие.

Когда он достиг морского берега, ворона окружили поморники – птицы бурого окраса, с белой грудкой, чёрными с жёлтым пёрышками на голове и тонкими ножками. Симпатяги!

– Привет, Бертрам! Добро пожаловать на побережье! У тебя дело или развлечение?

– Мне нужны орланы.

– Хотите полетать наперегонки?

– Давно мечтаю об этом.

– Сейчас пригласим, и можете гоняться сколько душе угодно.

Вскоре пять орланов опустились на камни.

Ворон невольно залюбовался воздушными хищниками, их сильными телами и мощными лапами с острыми когтями загнутой формы. Янтарно-жёлтые глаза смотрели внимательно, в полёте клиновидный белый хвост раскрывался, а когда птица садилась – аккуратно складывался.

– Добрый день, Бертрам! – произнёс самый крупный орлан. – Я Себастьян. Нам сказали, что ты хочешь устроить птичьи гонки?

– Именно, – кивнул Бертрам, – но не здесь.

– А где же?

– За порталом.

– Ого! – удивился орлан. – Но туда никого не пускают.

– Вас пустят.

– Это как же?

– Я пошутил насчёт гонок. Если честно, нам нужна ваша помощь.

– Вам?

– Мне.

– И какая же?

– Прикрыть меня.

– Чем? Крыльями или хвостом?

Смешно.

– Мне необходимо слетать в город Франбург.

– А мы при чём?

– Я не могу пройти, там караулят двуногие.

– Откуда ты знаешь?

– Их видел Рэббит-Джон, а на меня напал кречет.

– И чем орланы могут помочь?

– Вы сильнее кречетов, надо отогнать их, чтобы я мог спокойно добраться до Франбурга.

Себастьян думал бесконечно долго, его сородичи терпеливо ждали.

Орлан повернулся к Бертраму.

– Нет.

– Что?! – не понял ворон.

– Мы не хотим связываться с двуногими.

– Почему?

– Пропали волк, росомаха и два твоих сородича, это не шутки, так что наш ответ – нет.

В разговор вступил молодой орлан. Скоро его окрас станет таким же ярким, как у Себастьяна, а клюв из тёмно-серого превратится в жёлтый.

– А что нужно сделать, Бертрам?

– Когда я полечу в город Франбург, на меня набросится кречет, надо его прогнать.

– И всё? – молодой орлан повернулся к Себастьяну. – Мы же справимся! Орланы тяжелее, летают выше, бьют сильнее. Почему ты отказываешь Бертраму?

Ворон осмелился продолжить разговор.

– Друзья! Нам необходимо выяснить, что именно происходит, а потом подумаем, как это остановить. Грядёт битва, но пусть она будет там, за порталом, чем на нашей земле. Если мы не остановим двуногих, это действительно случится, и тогда неизвестно, чем всё закончится. Больше всего надо опасаться мне. Вы будете сражаться с кречетами, а я должен лететь к людям. Я – главная мишень для двуногих. Мне нужно во что бы то ни стало добраться до Эмиля.

– Хорошо, мы летим с тобой.

Глава 4

Вылазку назначили на на ранний час следующего дня. Бертрам утверждал, что в такое время двуногие спят и просыпаются, когда солнце поднимается над горизонтом.

Вечером мы навестили Раймонда.

– Привет, филин!

– Рэббит-Джон! Бертрам!

– Как дела в космосе? Глорианцы летят к нам?

– Не знаю.

– Надо срочно вызвать их. Мы думаем, что они смогут нам помочь.

– Найти Рудольфа, Глютона и во̀ронов?

– Нет. Нам угрожают двуногие.

– А что не так?

– Они сторожат снаружи, натравливают кречетов и собак.

– Да вы что!

– А нам надо встретиться с Эмилем, это важно.

– Хорошо, я сегодня подам сигнал.

– И настойчивей, пожалуйста.

– Разумеется. А когда вы собираетесь за портал?

– Завтра утром.

– А кречеты?

– Ими займутся орланы.

– Тяжёлая артиллерия? – обрадовался Раймонд. – Помощь нужна?

– Ты поможешь, если вызовешь астронавтов.

– Я сказал: сделаю это сегодня. Стемнеет – подам сигнал. Вам точно не понадобится помощь?

Я вспоминал, как филин-астроном Раймонд построил дом на окраине, купил телескоп, начал наблюдать за звёздами, заметил приближение звездолёта, встретил астронавтов в Энималвилле и стал отвечать за связь с Глорианой. Мы нередко обращались к нему за помощью, и добрый Раймонд не отказывал. При необходимости он посылал сигнал звездопроходцам, и те вылетали к нам. Сейчас как раз такой случай.

Когда на землю опустилась ночь, в небо полетели мощные вспышки.

Утром следующего дня Бертрам и пятеро орланов прошли сквозь портал, что привело в полный восторг золотоглазых птиц. Они ловили клювами серебристые брызги воды, трогали крыльями падающие струи, подставляли головы прохладной влаге.

– Ребята, не отвлекайтесь!

Река, берег и лес просматривались до горизонта. Я услышал шорох крыльев: рядом сел Бертрам, а с ним пять орланов.

– Ребята, прячьтесь за деревья, чтобы вас никто не заметил.

Те перепорхнули за шершавые стволы. Орлан заметная птица, и надо соблюдать осторожность.

– Ты готов, Бертрам? – спросил я.

– Пора.

– Удачи тебе. И привет Эмилю!

Я повернулся к орланам.

– Парни, приготовьтесь, Бертрам вылетает! Кто первый будет страховать его?

Себастьян помахал широким крылом.

– Все полетим.

– Будьте наготове.

Бертрам помчался по направлению к Франбургу, позади летели орланы.

Через триста метров из леса выскочил кречет – и прямо на Бертрама. Он поравнялся с вороном и собирался сбить его, но подоспел Себастьян. Кречет не выдержал напора, крылья хищника безвольно распахнулись и он завертелся штопором.

Из-за деревьев раздался выстрел.

Бертрама отбросило в сторону, он поджал левое крыло и начал падать.

Моё сердце оборвалось, в грудь ударила невыносимая тяжесть.

– Бертрам!

Прогремел другой выстрел, на это раз по орланам. Птицы мгновенно взмыли в воздух и оказались вне досягаемости для дроби. Затем они развернулись и полетели к убежищу.

– Как же так?! – причитал я.

– Прости, Рэббит-Джон! Мы спасли твоего друга от кречета, но не от двуногих.

Глава 5

Я с ужасом наблюдал за тем, как Бертрам падал в реку. Я бросился было спасать его, но меня удержали орланы.

– Куда, Рэббит-Джон! Ты не успеешь добежать!

Я не отвечал, из моих глаз текли горестные слёзы. Бедный Бертрам!

Из леса вышел двуногий с чёрной собакой, в руках он держал ружьё.

Человек осмотрелся, подошёл к реке и поглядел на воду. Пёс побегал вдоль берега, а потом вернулся к хозяину, тот потрепал его за ухом и позвал за собой.

– У них собака, – произнёс молодой орлан, чем удержал меня от необдуманного поступка.

– Надо возвращаться домой, – сказал Себастьян.

– Нет! – воскликнул я. – Сейчас этого делать нельзя!

– Почему?!

– Мы как на ладони! Двуногие увидят нас и раскроют портал!

– А когда мы сможем это сделать?!

– Когда стемнеет!

Внезапно к реке подъехал огромный чёрный автомобиль с крупными колёсами, мы видели такие во Франбурге, когда расследовали дело о Трубе.

Из машины вышел человек в военной форме. Высокий, плотный, с короткой стрижкой-ёжиком, он вёл себя как большой начальник. Двуногие с собакой угодливо подошли, и они начали неспешную беседу. Мы не слышали ни слова, но насторожились. Что делают люди у водопада? О чём они разговаривают?

Двуногие жестикулировали и бросали взгляды на гору с падающей водой, создавалось впечатление, что они тычут пальцами в меня. Военный с ёжиком на голове достал мощный современный бинокль.

– Прячьтесь! – крикнул я орланам.

– Что?!

– Скройтесь! Нас раскрыли! Двуногие знают про нас!

Орланы молчали, они не могли поверить. Столько лет мы жили счастливо, а теперь над нашим миром нависла такая угроза, что и представить страшно.

Мы просидели у реки до темноты, а потом вернулись домой. Нас ожидали медведь Берни, полицейские псы и медведи-хранители.

– Ты не похож на себя, Рэббит-Джон!

Я рассказал о происшествии у реки, полицейские помрачнели – они жалели Бертрама.

– Возможно, всё не так плохо, – пожал плечами Глюк. – Я надеюсь, что наш друг жив. Вороны умеют плавать? Вне всяких сомнений, рычать – не молчать!

– В точку, – поддержали росомаху медведи-хранители, – мы думаем, всё обойдётся.

После этих слов у меня на душе полегчало.

– Ты считаешь, что Рудольф, Глютон и вороны исчезли не просто так? – дёрнул чёрным носом Берни. – Двуногие не случайно появились у реки?

– Пусть Совет решает, что делать.

Утром в кабинете Берни собрались уважаемые звери. Двенадцать представителей расселись по стульям, седомордый пёс Энди занял место во главе стола, а мишка-полицейский скромно держался у дверей.

– Наш мир под угрозой, – произнёс Энди. – Наступит время, и двуногие пройдут сквозь портал.

– Надо прекратить отношения с внешним миром, не выходить в страну двуногих ни при каких условиях, – настаивал кабан Эберхард.

– Что ещё? – спросил Энди.

– Усилить охрану на подступах, – подал голос Берни. – Двоих медведей недостаточно, нужны ещё десять.

– Корбиниан, – Энди обратился к старому ворону. – Как велика угроза от двуногих?

– Если они придут с оружием, мы ничего не сможем поделать, потому что клыки и когти не помогут.

Мы угрюмо молчали.

– Плохо дело, – произнёс сурок Реджинальд. – А если двуногие придут без оружия?

– Тоже ничего хорошего. Люди упрямы и не откажутся от навязчивой мысли завладеть нашим миром, их будет больше с каждым разом.

– Но мы можем прогнать их.

– Они придут снова.

– Что делать?

– Просить помощи.

– У кого?

– У глорианцев. Они двуногие и должны знать, как бороться с им подобными.

– Раймонд вызвал их, – сказал я. – Осталось дождаться прибытия звездолёта.

– Сколько времени астронавты будут лететь к нам?

Я пожал плечами.

– Два месяца, если не повезёт – два с половиной.

Молчание, окутанное тревогой.

– Долго. Столько времени жить в неведении, – вздохнул Энди.

– А если глорианцы не остановят людей из внешнего мира? Вдруг не справятся? – настаивал Реджинальд.

– Но что-то подскажут! – воскликнул я.

– Не надо полагаться только на астронавтов. Что мы сами сможем сделать, чтобы противостоять двуногим? – произнёс Берни.

– Будем готовиться к битве. Медведи, волки, росомахи, собаки, рыси – призовём всех, – заявил Энди.

– Нам понадобятся вороны! – предложил я.

– Зачем?

– Необходимо послать их во внешний мир, чтобы узнать, сколько двуногих придёт к порталу, и какое оружие у них будет.

– А их не постигнет участь Амадиу и Ламмерта?

– Если они будут знать, чего опасаться, то ничего не случится.

– Будем надеяться… Что ещё?

– Вы забыли про кое-кого, – произнёс Ульрих.

Все уставились на чёрную крысу.

– Поясни, – попросил Готтлиб, ушастая сова.

– Моих сородичей, – ответил Ульрих. – Они плавают, взбираются на деревья, ловко прыгают, больно кусают. Крысы незаметны и не издают такого сильного запаха, как медведи.

Берни нисколько не обиделся на замечание Ульриха. Что есть, то есть. В конце концов, все звери разные.

И это не плохо.

– А кто будет командовать войсками? – послышался голос беркута Рикардо.

У Совета Зверей не было разногласий по этому поводу —избрали Энди, и он не стал спорить. Бывший полицейский, детектив, взрослый пёс, его опыт и умения пригодятся, на роль командующего он подходил как нельзя лучше. Хотели назначить Берни, но тот напомнил зверям, что в тревожное время у полиции много хлопот.

Совет послал в Рэт-Сити береговушку с письмом от Ульриха, он призывал сородичей собрать отряд и явиться к порталу.

Крысы не заставили себя долго ждать.

Через пять дней, когда поезд подошёл к самому охраняемому месту, то есть к проходу во внешний мир, из вагонов потёк чёрный ручеёк. Крысы построились в шеренги, отрядом командовал Волдо.

Этого отважного крысака мы с Бертрамом знали хорошо, оставалось познакомить его с нашим командиром.

Волдо понял, кто главный, когда увидел нас: Энди стоял впереди всех, его чёрные глаза внимательно рассматривали гостей.

– Я Волдо, командую отрядом крыс.

– Я Энди, руковожу объединёнными войсками. Сколько бойцов ты привёл с собой?

– Триста особей. Все сильные, выносливые и хорошо обученные.

– Прекрасно!

– У нас есть просьба!

– Какая?

– Прошу пройти со мной…

Энди и Волдо подошли к составу, на платформе стояли объёмистые мешки.

– Что это?

– Это то, чем мы будем питаться, – зёрна пшеницы.

– Ого, предусмотрительные ребята, здорово придумали! Как вы погрузили это на платформу?

– Мы принесли пустые мешки и постепенно наполнили зерном, осталось спустить их на землю.

– Мы поможем.

Медведи-хранители выгрузили мешки с платформы и занесли в сторожку.

– Здесь ваша еда в безопасности. Дождик зерно не намочит, и никто посторонний его не возьмёт.

– Это хорошо. Нам дождь не страшен, но зерно его боится.

Настал момент для меня подойти и поздороваться.

– Волдо!

– Рэббит-Джон!

Кролик и крыса обнялись, как старые друзья.

– Видишь, теперь мы приехали к вам в гости, – восклицал Волдо, – к сожалению, повод не радостный.

– Здесь ты прав.

– А где Бертрам? Я хочу поздороваться с ним.

По моему грустному виду Волдо понял, что случилась беда.

– Он пропал…

– Как это произошло?

– Бертрам отправился во внешний мир, чтобы встретиться с Эмилем, но двуногие подстрелили его.

– Так может, он жив!

Я покачал головой.

– Хочется верить, но надежды нет. Себастьян видел, как подбитый Бертрам упал в реку, но не смог ему помочь, потому что сам попал под обстрел, еле крылья унёс. Мы не знаем, где ворон сейчас.

– Да, не повезло.

Я боялся слова «война». Бертрам такого наговорил про мир людей, что я две ночи не спал.

– Вы слышали о том, что пропали Рудольф и Глютон?

– Конечно. У нас маленький мир, и новости разносятся быстро.

– Чтобы начать поиски, мне надо проникнуть сквозь портал, а там двуногие, кречеты и собаки.

– Послушай, Рэббит-Джон. Я понимаю, что Рудольф и Глютон большая потеря, но война с двуногими – это не шутка. Сначала мы должны заняться обороной. Одно дело потерять друзей, и другое дело – потерять мир.

– Да, но…

– Рэббит-Джон! Любая крыса из моего отряда без оглядки поможет тебе, но в нужный момент. Давай закончим одно дело и начнём другое. Я чувствую, что волк с росомахой живы и здоровы, да и Бертрам объявится. Нам надо затаиться, а когда двуногие потеряют к нам интерес, ты пойдёшь выручать Рудольфа и Глютона.

– Мне нужен Бертрам, – не слушая Волдо, повторял я, – мне нужен ворон.

К нам подскочил полицейский пёс Джордан.

– Раймонд пропал!

Глава 6

Бертрам упал в воду, и течение понесло его.

– Не сегодня, приятель! – услышал поверженный сыщик сквозь спутанное сознание и почувствовал, что его тянут из воды, а потом несут по воздуху.

Вскоре он ощутил мягкую поверхность травяного покрова и приоткрыл левый глаз. Мутная картинка не позволяла ворону разобрать, кто перед ним, затем взгляд прояснился.

– Раймонд… – произнёс Бертрам слабым голосом.

– Молчи, ворон! Дай-ка я осмотрю тебя. Так… Две дробинки в крыле и одна в груди – легко отделался. Потерпи, я буду их вытаскивать.

У филинов клюв крючком. Раймонд принялся выковыривать дробинки сначала из груди, потом из крыла. Бертрам чувствовал боль, но терпел, как и подобает настоящему ворону.

– Всё?!

– Я закончил, тебе следует поспать.

– Надо сказать Рэббит-Джону, что я жив!

– Ты с ума сошёл! Двуногие с ружьями закрыли путь!

– Кролик будет переживать!

– Я постараюсь сообщить ему в ближайшее время. Когда твой друг узнает, что с тобой всё в порядке, он обрадуется. Найду, где тебя спрятать, и полечу к Рэббит-Джону.

– Мне нужно к Эмилю!..

– Забудь! Сначала надо вылечиться, а потом двигаться дальше!

– Как ты прошёл сквозь портал?..

Раймонд засмеялся.

– Великий сыщик забыл, что совы летают бесшумно, а в темноте видят не хуже, чем вы днём. Я подал сигнал астронавтам, а потом прошмыгнул мимо медведей-хранителей, они ухом не повели.

– Если Совет Зверей узнает…

– У меня уважительная причина – я спасал тебя. А теперь скажи: мы команда!

– Отвяжись…

– Нет, говори: «мы команда», я не отстану от тебя!

– Ладно, мы команда.

– Вот и хорошо.

– Ты куда меня перенёс?

– На другой берег реки, а теперь спи.

Когда Бертрам проснулся, он попытался пошевелить опухшим крылом, но боль не давала.

– Не ворочается…

– Дробь в мягких тканях не шутка. Хорошо, что кость цела, тебе повезло. Можно сказать – родился в рубашке. Хотя какая у воронов рубашка.

– Ты встретился с Рэббит-Джоном?

– Не смог. Тебя пока нельзя оставлять одного. Есть хочешь?

– Я бы не отказался.

– Мышку скушаешь?

– Вкусную?

– Рыжую!

Вкусняшка томилась у Раймонда в зобе, он поймал её и ждал пробуждения Бертрама.

– Рыжий Полоскун… – произнёс ворон.

– Что? – не понял Раймонд.

– Помнишь енота?

– Конечно!

– Когда Рыжий Полоскун попал в мир людей, он как раз оказался в этом месте и питался полёвками.

Бертрам покряхтел и встал на лапы.

– Что ты делаешь! – ужаснулся Раймонд.

– У меня болит в груди и в крыле, но стоять могу. Слушай, как нам добраться до Эмиля? У нас нет времени дожидаться, пока я поправлюсь.

– Я полечу, а ты должен выздоравливать! Где он живёт? Называй адрес.

– Гейнештрассе, 1148. Комната Эмиля – с обратной стороны дома на первом этаже. Спроси у него, где сейчас Рудольф и Глютон.

– Сначала я накормлю тебя досыта.

– Плохо то, что астронавты приземлятся, а тебя нет на месте.

– Я помогу тебе и вернусь. Не думаю, что звездолёт долетит до нас за пару дней – два месяца, не раньше. Лучше приляг, я принесу ещё мышку.

Раймонд прислушался и уловил писк. Голова развернулась на сто восемьдесят градусов, и филин полетел на звук.

Два рыжих грызуна с чёрными полосками на спинках и белыми животами беспокойно гонялись по кругу. Они наталкивались друг на друга, разбегались, вставали на задние лапки и пищали.

Раймонд не обратил внимания на то, что мыши сидят в садке, а ещё он не заметил натянутую сетку. Пернатый астроном зацепился за неё и завяз. Филин начал вырываться, но вместо этого запутывался ещё больше. В конце концов сеть обвила его с лап до головы, и Раймонд упал на землю.

Не дождавшись друга, Бертрам начал беспокоиться. Он вглядывался в ту сторону, куда умчался Раймонд, и внезапно услышал голоса двуногих.

Показался взрослый мужчина в костюме защитного цвета и резиновых сапогах, он носил короткую стрижку, над глазами торчали густые растрёпанные брови, человек почёсывал курносый нос и хмурился.

Старшего сопровождал подросток. Ветерок шевелил длинные русые волосы, трепал чёлку и выставлял напоказ серые улыбчивые глаза. Мальчик зевал, прикрывая чумазой ладошкой ряд неровных зубов.

– Проверим наши ловушки, Николас, посмотрим, кто попался.

Ворон сидел в кустах и боялся высунуться. Охотники прошли мимо Бертрама, а когда люди отошли на приличное расстояние, он вылез и поковылял следом, волоча раненое крыло по земле.

– Смотри-ка, сова! – воскликнул подросток, когда парочка добрела до ловушки с несчастным Раймондом. – Наконец-то нам повезло!

Взрослый обрадовался.

– Кругленькую сумму в триста пятьдесят евро мы, считай, заработали.

Они подхватили ничего не понимающего Раймонда и начали распутывать сетку. Астроном напоминал большую конфету, которую вытаскивают из обёртки.

Когда Бертрам увидел, что филин попал в плен, то едва не закричал от горя, а потом каркнул:

– Кусай их!

Двуногие в испуге обернулись.

– Ты слышал? – спросил подростка взрослый.

– Да…

– Как думаешь, что это?

– Не знаю… Кто-то крикнул «кусай их!» Голос странный, как в мультфильме…

Раймонд словно очнулся. Он вспомнил про клюв и когти, а потому начал царапаться и клеваться.

Но оказалось, что двуногие опытные охотники в перчатках, они обладали хорошей реакцией и оберегали лица от птицы, которой вздумалось клеваться.

Раймонда затолкали в круглую металлическую клетку и заперли дверку.

– Всё! Проверим другие ловушки и поедем в магазин.

Бертрам полагал, что филин вырвется и улетит, но оказалось, что от людей не просто отделаться. Раймонду нельзя помочь, если не знаешь, куда его увезли. Двуногие наверняка приехали на автомобиле, а лететь за ними с раненым крылом задача невыполнимая.

И Бертрам сделал то, что на первый взгляд покажется глупостью.

Он вышел из-за дерева и сел на открытом пространстве.

Надо, чтобы тебя тоже забрали. Лучше всего притвориться говорящим вороном, тогда тобой точно заинтересуются, наверняка найдётся покупатель на такую птицу. Повторяешь за человеком то, что он произносит, и все думают, что ты умеешь болтать. Этот план сработает, сомнений нет.

Бертрам надеялся, что двуногие вернутся тем же путём, что пришли в лес, но время шло, а они не показывались. Если люди пройдут другой тропой, Раймонда он больше не увидит.

Ворон заволновался и заковылял по следам двуногих. Внезапно лапы стали заплетаться, опухшее крыло потяжелело, и рана в груди дала о себе знать.

Двуногие исчезли!

Стоп! Ты же детектив, рассуждай! Где находится автомобиль? На дороге. Значит, надо искать шоссе.

Бертрам вспомнил рассказ Рыжего Полоскуна: тот оказался в воде, выплыл на берег реки, прошёл через лес и добрался до проезжей части.

Ворон развернулся и поспешил в нужном направлении, он помогал себе здоровым крылом, и это придавало сил.

Послышались звуки проносящихся машин – Бертрам шёл правильным путём. Вскоре он выскочил из леса, точнее – выпал.

Никакого автомобиля ни справа, ни слева.

Бертрам мотал головой и размышлял, куда повернуть.

Победило «право».

Ворон припустил, насколько хватало сил, каждый птичий шажок давался с трудом.

Наконец он увидел грузовой автомобильчик, в открытый кузов которого двуногие ставили клетку с Раймондом.

Затем они сели в кабину и завели двигатель.

Не успел. Сейчас его друг уедет в неизвестном направлении и пропадёт навсегда.

Грузовичок развернулся и приготовился к выезду на дорогу, но в этот момент автомобили замелькали один за другим, и двуногим пришлось ждать, пока освободится проезжая часть.

Бертрам понял, что это единственная возможность добраться до Раймонда.

Едва сдвинувшись с места, грузовичок резко затормозил, на капоте сидел ворон и громко каркал.

– Что за вернисаж? – вскрикнул взрослый двуногий, нажимая на педаль тормоза.

– Это ворон! – удивился подросток. – Как он здесь оказался?!

Бертрам запрыгнул на капот ценой неимоверных усилий, превозмогая невыносимую боль.

Взрослый двуногий вышел из машины и начал присматриваться.

– Действительно, ворон…

– Действительно, ворон, – повторил Бертрам.

Человек застыл на месте. Он уставился на птицу и хлопал глазами.

– Что случилось? – подросток высунулся из окна.

– Мне кажется, что этот ворон говорящий…

– Мне кажется, что этот ворон говорящий, – это сказал Бертрам.

– В каком смысле «говорящий»? – не понял подросток.

– В каком смысле «говорящий»?

– Он повторяет всё, что мы говорим! – воскликнул взрослый двуногий.

– Он повторяет всё, что мы говорим! – мгновенно отозвался ворон.

– Он пересмешник?

– Он пересмешник?

– Вроде того…

– Вроде того.

– Слушай, он будет стоить кучу денег!

– Слушай, он будет стоить кучу денег.

– Конечно! Берём его с собой!

– Конечно, берём его с собой.

Двуногий приблизился к Бертраму и собирался взять его в руки, но…

– У него крыло опухшее, и волочится.

– У него крыло опухшее, подстрелено.

Ворон понял, что ляпнул лишнего, и прикусил свой маленький язычок.

– Ты сказал «подстрелено»?

Это Бертрам не стал повторять.

– Я сказал «волочится»!

– Но я услышал «подстрелено!

– Тебе показалось.

– Тогда кто это произнёс?

– Не знаю…

Взрослый двуногий осторожно подхватил Бертрама и пошёл в кабину.

– Какой крупный ворон!

– Какой крупный ворон!

– Держи его на руках, только осторожно.

– Держи его на руках, только осторожно.

Страшно предположить, чем всё закончится.

Глава 7

Охотники привезли Раймонда и Бертрама в зоомагазин. Клетку с совой подхватил взрослый двуногий, а ворона взял на руки младший.

Магазин находился на первом уровне двухэтажного здания. Яркая вывеска гласила: «ЗООстрана». Бертраму бросилась в глаза внушительных размеров фотография забавной собачки справа от двери. Слева хозяева магазина водрузили картинку с канарейкой – она восседала на жёрдочке, склонив голову набок. Стеклянную входную дверь азартно раскрасили цветами радуги.

Вдоль стен расположились многоярусные полки с товарами для домашних питомцев: консервы, сухие корма, бульоны, витамины, добавки, лекарства, воротники, попоны, наполнители, игрушки, бантики, заколки, духи, переноски, коврики, миски, кормушки, поводки, ошейники, клетки, аквариумы… короче говоря, список на десять листов.

В центре зала выставили для продажи клетки со зверушками: котятами, щенками, черепашками, крысами, а также хорьками, белками, попугаями, бурундуками, белыми мышами, морскими свинками, ежами и кроликом-альбиносом с красными глазами.

К ним присоединились насупившийся филин и подбитый говорящий ворон.

– Почему он волочит крыло? – спросил взрослый двуногий, принимая Бертрама из рук юного напарника.

– Почему он волочит крыло? – повторил пернатый шутник.

– Хватит, ворон, кончай эту игру.

– Хватит, ворон, кончай эту игру.

– Да заткнись ты!

– Да заткнись ты.

– Слушай, надоел уже!

– Слушай, надоел уже.

Взрослый замолчал, Бертрам тоже.

– Ему нужен ветеринар, я вижу ранки и кровь, – заметил мальчик.

– Ему нужен ветеринар, я вижу ранки и кровь.

Двуногий ничего не ответил на бесчинство пернатого, но позвонил доктору.

– Анна! Мы нашли говорящего ворона! Ему повредили грудь и крыло, но болтает черноклювый без умолку.

– Сейчас приеду…

Раймонда поместили в новенькую клетку, поставили мисочку с водой и насыпали корм, но Бертрам от пищи отказался.

Приехала девушка по имени Анна – улыбчивая барышня, с курносым носиком, полными губками и озорной чёлкой белокурых волос.

– Принимай больного, Анна.

– Так, посмотрим… Под крылом две ранки… Похоже, что в него попали дробью, но самих дробинок я не вижу. На груди ранка, но угрозы жизни нет. Курт, я забираю его в клинику на пару дней: надо снять воспаление и обработать раны.

На прощание ворон и Раймонд обменялись взглядами. В глазах совы читалось: я буду скучать, Бертрам незаметно ответил: не волнуйся, я скоро вернусь.

Лечебница размещалась на первом этаже и состояла из трёх комнат: приёмной, перевязочной и операционной. Помещения блистали ослепительной чистотой и пахли лекарствами.

– Кого привезла, Анна? – спросил молодой человек в белом халате, с серьгой в левом ухе и веснушками на носу. Высокий, темноволосый, с глубокими залысинами, доктор носил крупные квадратные очки с оправой чёрного цвета.

– Позвонили Миллеры. Они нашли ворона с раненым крылом и попросили подлечить. Утверждают, что он говорящий.

– Вроде пересмешника?

– В точку.

Анна уложила Бертрама на белоснежный стол, отвела крыло в сторону и начала лазить в раны тонким металлическим щупом. Чернокрылый сыщик не шевелился. Глупые птицы в таком положении начинают дёргаться, отбиваться от людей, но наш ворон прекрасно понимал, что чем быстрее он оправится, тем быстрее увидит Эмиля.

– Как дела? – полюбопытствовал молодой человек.

Девушка пожала плечами.

– Ничего не понимаю, Густав. Раны глубокие, а дроби нет! Сама она выпасть не могла. Кто-то вытащил, но кто?

– Спроси у ворона.

– Смеёшься? Миллеры сказали, что он говорящий, но почему-то сейчас он молчит.

– Не хочет.

Бертрам вовремя вспомнил, что по-хорошему надо поддержать весёлую игру, и начал механически повторять.

– Не хочет.

Девушка и молодой человек рассмеялись.

– Вот он и заговорил.

– Вот он и заговорил.

– Скажи ещё что-нибудь!

– Скажи ещё что-нибудь.

– Вот молодец!

– Вот молодец.

– Хороший ворон!

– Хороший ворон.

Анна смыла засохшую кровь, промыла раны, нанесла мазь и оставила Бертрама наедине с собственными мыслями.

Крыло заживёт через неделю, это понятно, но терять время нельзя – надо придумать, как встретиться с Эмилем.

Когда девушка в очередной раз зашла в перевязочную, она услышала:

– Анна, надо поговорить…

– Давай поговорим, – задумчиво произнесла девушка.

Внезапно она изменилась в лице, потому что до неё дошло, что ворон никого не передразнивал, а задал вопрос сам! Она отскочила, в ужасе уставилась на Бертрама, а ворон, пошатываясь, с трудом поднялся на лапы. Чёрный глаз не мигая смотрел на Анну.

– Что происходит?! – воскликнула девушка.

– Не пугайся, мы просто поговорим.

– Кто ты?!

– Я ворон, который умеет разговаривать.

Анна замотала головой.

– Нет! Нет! Нет! Вороны не способны делать это, они передразнивают – повторяют то, что услышали от людей!

– Анна, успокойся, возьми стул и сядь.

Девушка накрепко заткнула уши.

– Нет! Этого не может быть!

Она пятилась от стола, пока не упёрлась поясницей в подоконник.

В комнату заглянул молодой человек с серьгой.

– Чего шумишь, доктор? С тобой всё в порядке?

Девушка закивала.

– Всё хорошо…

Густав удалился.

– Анна, ещё раз прошу тебя: сядь на стул и послушай меня, – настаивал Бертрам.

Но девушка не двигалась. Губы пытались шевельнуться, но безуспешно. Наконец она:

1. Оторвалась от подоконника,

2. Сделала шажок вперёд,

3. Убедилась что:

а) под ногами не вспыхнул пол.

б) её не поразила молния,

в) рядом не взорвалась бомба,

…и осторожно обошла стол. Анна зашла с одного бока, потом с другого, залезла под крышку – видимо, искала провода, передатчики, микрофоны и прочие инструменты, которые могли помочь неизвестному шутнику превратить обыкновенного ворона в неисправимого болтуна.

Бертрам наблюдал за перемещениями девушки и не говорил ни слова. Анна водила руками в воздухе в надежде найти невидимые нити, чёлка взмокла, а пухлые губки приняли плаксивое выражение. Ничего не обнаружив, девушка сползла на пол и застыла без движения.

– Ты успокоилась? – спросил Бертрам.

– А-а-а! – вскрикнула бедняжка.

– Анна, умоляю: сядь и послушай.

Фройляйн обессиленно плюхнулась на стул.

– Кто ты?!

– Повторяю, я – ворон, и я умею разговаривать. Меня зовут Бертрам, и мне нужна помощь. Сначала скажи, в каком городе мы находимся. Дело в том, что меня везли на машине, а местности я не знаю. И ещё я хочу спросить: у тебя большая зарплата?

– А на какой вопрос мне отвечать?!

– Давай по порядку.

– Мы находимся в Больфахе! И зарплата у меня небольшая, но на жизнь хватает! Почему спрашиваешь?!

– Мне нужно попасть во Франбург. Ты знаешь, где это?

– Зачем?!

– Я хочу встретиться с Эмилем Шварцманом.

– А кто он?!

– Друг. Мы отблагодарим за помощь, у Эмиля есть деньги, и он заплатит за хлопоты, я попрошу его.

– Этот парень тебя послушает?

– Как миленький. И ещё: надо выкупить Раймонда.

– Кто это?

– Филин. Миллеры поймали его сеткой и собираются продать за триста пятьдесят.

– Возможно, его уже купили.

Бертрам вздохнул.

– Тогда всё пропало.

Наступила гнетущая тишина.

– Хорошо, я постараюсь всё уладить.

– Замечательно…

Она взяла телефон и набрала номер Миллеров.

– Курт! У тебя появилась сова!

– Филин. Я его продаю.

– Как?!

– Покупатель стоит передо мной и достаёт деньги из кошелька.

– Курт! Не делай этого!

– Почему?

– Пришло новое ветеринарное правило: сов нужно осмотреть и выдать документ, что нет болезней!

– Каких болезней?

– Разных! Скажи покупателю, чтобы он зашёл через два дня. Кстати, сколько стоит эта птичка?

– Триста пятьдесят!

– Завтра утром я приеду, осмотрю филина и поставлю все печати.

Заминка на том конце.

– Сделай это как можно быстрее! Как там наш говорящий ворон?

– Я обработала раны, птичка соблюдает покой. Неделя лечения как минимум.

Разговор закончился, Анна повернулась к Бертраму.

– Когда нужно ехать во Франбург?

– Чем скорее, тем лучше.

Девушка стремглав выскочила в комнату, где скучал молодой человек с серьгой в ухе.

– Слушай, Густав, у нас есть пациенты на сегодня?

– Говорящий ворон последний.

– Можно мне отлучиться до конца рабочего дня? В другой раз я подежурю за тебя.

Густав мрачно взглянул на часы.

– Срочное дело?

– Неотложное.

– Тогда беги.

– Спасибо, ты настоящий друг! – Анна чмокнула молодого человека в щёку. – А серьги тебе лучше не носить.

Красный как рубин автомобиль Анны появился во Франбурге через два часа, расстояния между немецкими городками небольшие.

Бертрам сидел на месте пассажира и командовал:

– Едем прямо. Через три квартала повернём направо. Снова прямо. Через два квартала налево. Прямо. Подъезжаем… Перед нами нужный дом, здесь живут Шварцманы.

Анна не верила ушам: ворон точно знал, куда ехать. Она порывалась спросить у Бертрама, кто он такой, но чувствовала, что ответ будет прежним: «я ворон, и я умею разговаривать». Но всё же Анна поинтересовалась:

– Ты точно ворон?

– Я не оборотень, не заколдованный принц, не волшебник, а настоящий ворон. В отличие от других, я – говорящий. Мы с Раймондом попали в трудное положение, поэтому пришлось признаться тебе. Но прошу, никому ни слова.

– Хорошо, Бертрам, как скажешь. Слушай, у дома стоят две полицейские машины. Твой друг Эмиль, случаем, не преступник?

– Мне это не нравится, – произнёс ворон, – узнай, что происходит.

Анна, оглядываясь по сторонам, вышла из машины, осторожно подошла к двери и позвонила.

Открыл двухметровый здоровяк в костюме и красном галстуке.

– Я инспектор Кляйн, слушаю вас!

– Добрый вечер, я хочу увидеть Эмиля Шварцмана.

Мужчина внимательно посмотрел на Анну и произнёс:

– Проходите…

Девушка зашла в дом и увидела, что он полон гостей в штатском и в полицейской форме. За столом в гостиной сидел моложавый печальный мужчина, а рядом стояла миловидная женщина с заплаканными глазами.

– Эта девушка спрашивает Эмиля.

Фрау обеспокоенно подскочила к Анне, а мужчина вышел из-за стола.

– Я Маргарета – мама Эмиля! Вы что-то знаете?! Как вас зовут?!

– А я – Фальберт!

– Очень приятно, меня зовут Анна… Только я ничего не знаю, потому что пять минут назад приехала из Больфаха, чтобы повидать вашего сына.

К девушке приблизился человек маленького роста в костюме с галстуком синего цвета с розовой полоской.

– Добрый день, я инспектор Гросс. Что вы знаете?

– Да что случилось?! – воскликнула Анна.

– Эмиль пропал, – произнёс верзила Кляйн. – Мы думаем, что его похитили.

– Как?! – недоумевала девушка. – Почему пропал?! Что я скажу Бертраму?!

Полицейские стали наседать на барышню:

– Фройляйн, немедленно скажите, кто такой Бертрам. Судя по всему, он знакомый Эмиля, и мы хотим расспросить его. А вдруг этот парень видел Шварцмана-младшего последним .

Анна растерялась. Что, интересно, скажут полицейские, когда узнают, что Бертрам ворон?

В разговор вмешался Фальберт.

– Позвольте, я побеседую с гостьей с глазу на глаз и помогу ей собраться с мыслями. Мы выйдем на свежий воздух?

Полицейские не возражали.

Фальберт вывел Анну на улицу.

– Где сейчас Бертрам?

– В машине… Так вы его знаете? – Анна вытаращила глаза.

– Это наш знакомый ворон.

– Он разговаривает по-человечьи.

Фальберт кивнул.

– Никому об этом не рассказывайте.

– Бертрам сказал мне то же самое. Ворон болен, его ранили.

– Как это произошло? – встревожился Фальберт.

– По нему стреляли из дробовика.

– Бедный Бертрам…

– А что случилось с вашим сыном?

– Пять дней назад он не вернулся домой, телефон не отвечает, грузовичок исчез. А самое странное, что ни одна живая душа не звонит насчёт выкупа – гробовое молчание! Когда бедняга Бертрам попал к вам?

– Сегодня. Я ничего не знала про ворона, пока не позвонили Миллеры и не сообщили, что он волочит крыло и грудь в крови. А Бертрам попросил отвезти его к Эмилю и сказал, что это важно.

Фальберт кивнул.

– Можно, я поговорю с ним?

– Нет проблем.

Ювелир заглянул в машину.

– Привет, дружище, как ты?

– Привет, Фальберт. У нас беда – пропали Рудольф и Глютон. И мне кажется, что исчезновение Эмиля из той же кормушки. Фальберт, выкупи, пожалуйста, Раймонда.

– Кто это?

– Это наш друг, филин. Раймонд вытащил меня из реки, пошёл за едой и попал в ловушку.

– Сколько за него просят?

– Триста пятьдесят. Я рассчитывал, что Эмиль даст деньги, но услышал про беду. Извини, но окно-то открыто.

– Я помогу спасти Раймонда, не волнуйся.

– Спасибо, Фальберт. А мы начнём своё расследование.

– Это тебе спасибо, Бертрам. Извини, я не могу тебя забрать – не хочу, чтобы видели посторонние. Хотя с инспекторами Гроссом и Кляйном ты знаком.

– Передавай полицейским пламенный привет!

– Шутник! До встречи при хороших обстоятельствах!

– Всего доброго, Фальберт!

Ювелир выдал Анне тройную сумму, чтобы заплатить за Раймонда, и добавил денег в благодарность, не забыв про визитную карточку.

– Что дальше, Ворон-Который-Умеет-Разговаривать? – насмешливо спросила Анна.

– Надо найти ещё одного человека.

– Кто это?

– Дагмар Краузе. Но сначала выручим Раймонда.

Глава 8

– Я не продам тебе филина, Анна, у меня на него есть покупатель!

– Курт, ты поймаешь ещё одного!

– Впервые в жизни нам попался такой замечательный экземпляр!

– Курт, возьми триста пятьдесят евро, и я забираю Раймонда.

Астроном услышал своё имя и повернул голову на любимые сто восемьдесят градусов.

– Кого?! – удивился Курт. – Ты дала ему кличку?!

Анна поняла, что сболтнула лишнего, и прикусила розовый язычок.

– Курт, бери деньги и отдай мне сову!

– Нет, я обещал покупателю, не хочу, чтобы говорили, что я обманщик!

– Что ты имеешь в виду?!

– Когда обещаешь одному, а продаёшь другому!

– Хочешь сказать, у тебя это впервые? Передай тому человеку, что филин заболел – надышался выхлопных газов.

Раймонд поперхнулся, когда услышал эти слова.

– Чушь!

– Четыреста!

– Отстань от меня! Репутация дороже!

– Четыреста пятьдесят!

Курт жалобно застонал.

– Пятьсот!

Деньги мгновенно исчезли в кармане охотника, а клетка с Раймондом перекочевала к Анне. Она развернулась и побежала из магазина. Главное, чтобы Курт не передумал.

– Эй! А с вороном-то что?!

Бертрам отдыхал в прохладной квартире Анны. Когда девушка приехала домой и затащила клетку с совой на третий этаж, она облегчённо выдохнула. Мимо прошла соседка – пожилая седоволосая фрау в круглых позолоченных очках и с изящной старомодной сумочкой в руках. Она дружески улыбнулась и кивнула в качестве приветствия.

– Бертрам, у меня получилось!

– Раймонд! – обрадованно воскликнул ворон, когда увидел закадычного друга.

– Ура! – завопил в ответ счастливый астроном. – Минутку! – он покосился на обессиленную Анну. – Вы что – общаетесь?!

– Пришлось… – вздохнул Бертрам. – Я во всём признался девушке, больше нам некому довериться. К слову сказать, даже Дагмар понятия не имеет, что мы с успехом разговариваем по-человечески.

– Это кто? – ещё больше округлил глаза Раймонд.

– Мы рассказывали про неё.

– Не помню.

– Потом поговорим.

Подоконник в комнате девушки ломился от горшков с цветами, некоторые просили влаги. На стене красочным калейдоскопом расположились фотографии маленьких собачек, милых котят и рыженьких морских свинок.

– Надо искать эту Дагмар Краузе или нет?! – спросила Анна.

– Разумеется! У тебя есть интернет?!

Девушка распахнула рот от удивления.

– Вы знаете про Всемирную паутину?!

Раймонд благоразумно промолчал, а Бертрам продолжал болтать с деловитым видом.

– Двадцать первый век, между прочим. Включай компьютер – и поехали.

Анна пожала плечами и аккуратно открыла ноутбук.

– Говорите, что делать.

– Войди в сеть.

– Вошла.

– Ищи: Дагмар Краузе.

– Ищу… Ого, их в сети девять штук!

– Ищи ту, что живёт в Гусенбахе.

Анна внимательно просмотрела иконки.

– Есть такая…

– Заходи на её страницу.

– Зашла. Слушайте, нам повезло, она сейчас на связи… Что написать?

– Пиши: Дагмар, это Бертрам.

Девушка повернулась к ворону.

– И ты думаешь, она поверит, что ворон общается с нею в сети?

Бертрам поднял глаза к потолку.

– Думаю, что не поверит, но про меня надо сообщить.

– Хорошо. Доверь это мне, ладно?

– Как скажешь.

– Что-то я волнуюсь, как первокурсник перед экзаменом, даже голова заболела.

Солнце зашло за хмурую тучку, в комнате стало темнее, Анна начала тыкать в клавиатуру тонкими дрожащими пальцами.

Анна Хаген

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.