# Дочь его врага

Дина Данич

- Тебе ведь нужны деньги, Лера?

Вздрагиваю и ежусь от неприятного, липкого взгляда.

- Нужны, - обреченно киваю, вспоминая заключение врача.

- Ты их получишь. Гораздо больше, чем заплатят за ночь даже такой красивой девушке, как ты.

- И что я должна буду делать? - по спине ползёт мороз от страшных догадок.

- Очаровать одного мужчину. Сделать так, чтобы он оставил тебя рядом и полностью доверился. Чтобы влюбился в тебя.

- А потом?

- Когда придёт время, узнаешь, - жестко отвечает незнакомец. - Не волнуйся, все деньги получишь вперед. Потому что если ты обманешь…

Договаривать ему не надо. Все и так ясно без слов.

Я попала в беду и стала пешкой в чужой игре, где ставкой оказалась не только моя жизнь, но и жизнь малыша у меня под сердцем…

## Пролог


Смотрю в любимые глаза и не верю. Не верю, что все, что это конец. Что больше я не увижу в них тепла.

Не увижу любви…

В груди болит. За меня. За нашу любовь. За нашего малыша, о котором просто не успела рассказать. Неужели это и правда финал?!

– Я все знаю, Лера, – рубит Дамир, ставит окончательную точку, подтверждая мои страхи. – Ни к чему больше притворяться.

Он нависает надо мной, лишая возможности сбежать. Да я бы и не смогла – куда мне идти? Темный взгляд давит, обжигает такой ненавистью, что просто невозможно проигнорировать.

Мой любимый мужчина ненавидит меня. Рядом с ним сейчас опасно. Он словно зверь, готовый растерзать свою добычу. Только шевельнись, и нападет. А ведь еще совсем недавно мы были так счастливы, улыбались, любили друг друга.

– Я больше не нужна тебе? – тихо спрашиваю, пересиливая собственный страх.

– Не нужна? – Дамир хрипло смеется. Вот только смех этот наполнен черной яростью. Он режет без ножа. – Нет, Лера. Ты нужна. Очень нужна.

– Но ты же сказал… что все знаешь…

Его широкая ладонь ложится на мою шею, вынуждая поднять голову выше. Сколько раз он вот так держал меня? Целовал мою кожу, прикусывал, а затем зализывал, чтобы после снова поцеловать.

Сколько раз я отдавалась ему без остатка, невзирая на то, что пришла к нему не по своей воле, что должна была выполнить дурацкое задание ради денег на лечение.

Я полюбила его всем сердцем. Дамир стал для меня целым миром, Вселенной, в которой я растворилась. Идеальным мужчиной, с которым я была так счастлива все эти дни.

– Знаю. Именно поэтому я никуда тебя не отпущу.

– Но я не понимаю…

– Ты – дочь моего врага, Светлячок. Дочь того, кто убил мою сестру. Мою Малику.

Растерянно моргаю, не понимая, как такое может быть.

– Нет, ты ошибаешься, – качаю головой, но ладонь на шее тут же сжимается, лишая меня возможности полноценно дышать. – У меня… нет отца…

– К чему эта ложь? Вы с ним отлично повеселились, когда придумали этот план, правда? – цедит Асадов. Он весь буквально пропитан тьмой и злостью. И совершенно не слышит, не контролирует себя.

– Нет никакого плана, – хриплю, цепляюсь за его ладонь, пытаясь разжать пальцы. Только после этого Дамир все же чуть ослабляет хватку.

Он цинично смеется. Скалится. И я совершенно не узнаю его в этот момент. Он безумен. Я не знаю, откуда любимый взял этот бред, не понимаю. Но если заговорил про Малику… Его боль за погибшую сестру так велика, что вряд ли я смогу переубедить Дамира.

А значит, он уже вынес мне приговор…

– Дамир, я клянусь, что ничего такого не было! – умоляюще смотрю на него. – Пожалуйста! Поверь!

– Ты знаешь, что он с ней сделал? Что устроил моей маленькой сестренке, которой не было даже восемнадцати?! – ревет Асадов. – Знаешь?!

– Нет…

– Кровь за кровь, Лера… Я долго этого ждал. Пришел момент расплаты…

Его голос пропитан болью и ненавистью. Сейчас он не в себе, мне не достучаться до него.

– Пожалуйста, отпусти меня.

– К папаше ублюдку? – скалится он. – Не волнуйся, я дам ему шанс спасти свою дочь. Шанс, который он отнял у моих родителей. Но захочет ли он тебя спасать…

– Дамир, я же люблю тебя! – с отчаянием говорю. – У нас же…

Но я не успеваю договорить.

– Заткнись, Лера. Вы хорошо все придумали, просчитали наперед. Но кое в чем ошиблись – не только у твоего папаши есть нужные связи. Я долго ждал, когда смогу наконец отомстить. И ты мне в этом поможешь. Собирайся.

– Куда? – испуганно спрашиваю. – Ты убьешь меня? Пожалуйста! Не надо! Я беременна! От тебя!

Но в ответ на мое признание Дамир лишь сильнее мрачнеет.

– Хватит лжи. Не унижайся еще сильнее. И нет, Лера, я не убью тебя. Но твой отец заплатит за то, что сделал…


## 1 Лера


Позади лязгает дверь, и до меня в полной мере доходит, что все, пути назад нет. Я здесь, в закрытом поселке, куда так просто не попасть. Собираюсь пойти и продать себя, как товар на рынке.

Хотя почему собираюсь? Уже. Уже продала…

– Шевелись, давай, – звучит грозный окрик позади, еще и тычок в спину прилетает. Я едва успеваю удержать равновесие.

– Тише ты, – шикает другой охранник. – Товар попортишь, потом нам же и огребать.

– Да кто там заметит, – лениво отмахивается первый.

– Этот Демон заметит!

Невольно вздрагиваю, понимаю что речь идет о моем клиенте. Мужчине, к которому меня и ведут.

Дыхание перехватывает, и кажется, что воздух внезапно закончился, а новый вдох сделать просто не получается.

Голоса звучат глухо, будто сквозь пелену.

Только не это. Только не сейчас! Приступ… Боже, пожалуйста, дай мне сил!

Жмурюсь, пытаясь собрать остатки сил, чтобы не грохнуться в обморок прямо здесь.

– Эй, ты чего? – рявкает рядом один из охранников, и это действует отрезвляюще.

Наконец, получается вдохнуть, и я жадно хватаю ртом воздух.

– Ты вообще нормальная? Не смей тут кони двинуть!

Он еще что-то говорит, но я не слушаю. В ушах звенит, а в голове только одна мысль – я должна продержаться. Должна пройти до конца. Должна справиться с заданием!

Мы идем все дальше. Вокруг все такое серое, такое одинаковое и мрачное.

Хотя место обязывает. Особое закрытое поселение, куда просто так не попасть, если верить Анфисе, женщине, которая и устроила меня на эту работу.

Когда, наконец, добираемся до нужной двери, и мне сообщают, что пришли, даже не верится.

Глядя на гладкую стальную поверхность, мне становится до одури страшно. Что я знаю о том человеке, по ту сторону?

Только имя. Дамир Асадов.

А еще я должна сделать все, чтобы он позволил быть рядом, как можно дольше. Чтобы подпустил близко, влюбился, увлекся всерьез.

Противно ли мне от того, что предстоит делать? Очень. Но цена вопроса куда выше, чем моя гордость.

Я смогу. Я переживу. Я выстою.

Мантра, которую повторяю всю дорогу с того момента, как села в машину, приехавшую за мной.

Я мысленно веду обратный отсчет. Пытаюсь воскресить в памяти все детали и наставления, что получила перед тем, как войти в здание.

Я не шпионка и не умею притворяться. Но мне придется этому научиться прямо здесь и сейчас. Иначе…

Стоп. Об этом нельзя думать. Клиент не должен видеть затравленный взгляд. Он – мужчина. А значит, точно так же реагирует на женское тело, как и другие. И я должна использовать это в своих целях. Точка.

– Вперед, – охранник делает приглашающий жест. Затем нетерпеливо подталкивает в спину. – Давай, не заставляй его ждать.

Почему-то в голову приходит мысль, что вот точно так же отправляли на съедение хищным зверям рабов, которых держали в неволе. Идиотское сравнение, но этого достаточно, чтобы я снова стала терять самообладание.

Стоит мне сделать пару шагов, как оказываюсь на пороге комнаты. Вполне себе прилично обставленной, с ремонтом.

Я настолько сильно нервничаю, что упускаю из виду хозяина этой берлоги.

Вздрагиваю, когда встречаюсь с ним взглядом. Он сидит на кресле, широко расставив ноги. Расслабленный. Лениво скользит по мне взглядом, и я робко улыбаюсь вместо приветствия.

– Как зовут? – спрашивает он спустя долгие секунды ожидания.

Его голос низкий, хрипловатый. Я бы сказала красивый, если бы не обстоятельства.

– Лера, – тихо отвечаю, стараясь не дрожать и выглядеть уверенно.

Дамир задумчиво кивает. Он выглядит по-мужски красиво. На нем обычная одежда – легкий джемпер и джинсы. Я мало что знаю про то место, где нахожусь. Почему оно едва ли не секретное и кто именно здесь находится. Мне доверили лишь крохи информации, сказав, что остальное меня не касается. И сейчас я судорожно пытаюсь понять – кто же передо мной? Чего мне ждать?

Дамир усаживается поудобнее и, подперев рукой лицо, приказывает:

– Раздевайся, Лера…


## 2 Лера

Я медлю. Умом понимаю – надо отыгрывать роль. Нужно поднять руки и расстегнуть пальто. Но вместо этого стою и смотрю на Дамира.

– Передумала? – хрипло спрашивает он.

Это слово стегает словно кнут. Отрезвляет, заставляет выбраться из собственной скорлупы.

– Простите, – виновато улыбаюсь и, поставив сумку на пол, медленно прикасаюсь к пуговицам на пальто. Во взгляде клиента нет бешеной похоти или какой-то сальности. Он вообще кажется не очень-то заинтересованным в том, что происходит. И это, надо сказать, немного успокаивает. Проходя инструктаж я чего только не наслушалась. Пришлось потом успокоительные пить даже.

Но либо мужчина умеет себя контролировать, либо у него есть потребности более специфические.

Платье, в которое меня нарядили, настолько откровенное, что еще больше подчеркнуть, для чего я здесь, просто невозможно. Разве что совсем голой остаться.

Но даже когда я остаюсь только в нем, Дамир продолжает лениво смотреть на меня, и все. Его взгляд молчаливо блуждает по моему телу, не дает расслабиться ни на мгновение.

– Дальше.

Короткий приказ, который хоть и звучит иным тоном, все равно является именно им.

Моя задача – соблазнить его. Заставить хотеть меня снова и снова. Беда в том, что опыта у меня нет. Вообще. Никакого.

Когда Анфиса спросила:

– Надеюсь, не девственница? – я испуганно мотнула головой, потому что иначе она бы выгнала меня. А мне нужны были деньги и срочно.

– Смазливая, свежая, трогательная, – добавила она тогда, задумчиво разглядывая меня со всех сторон. – На таких тоже есть любители.

А спустя пару дней я узнала, что меня выбрали. Вот только задача у меня была не просто удовлетворить клиента, а кое-что посерьезнее. Правда, и деньги тоже были совсем другие. Так что больше не пришлось бы возвращаться к Анфисе.

Конечно, я согласилась. Заткнула совесть и гордость, сказала “да”.

И теперь стараюсь улыбнуться, как можно соблазнительнее расстегнуть молнию, а затем снять платье.

От белья, надетого на мне, одно название – все на виду. Даже оберткой не назвать. Только в этот момент взгляд Дамира чуть меняется.

– Подойди.

Ноги словно ватные. Но ослушаться – нельзя. Делаю шаг, еще один. На каблуках выглядеть грациозно нужно уметь.

Я не умею. Нет во мне той выдержки, что так необходима.

– Ближе, Лера, – как-то устало добавляет мужчина. В его голосе мне чудится надежда, что он не отморозок, что хотя меня и предупредили, что отказывать я не права не имею, ничего непоправимого со мной не случится.

Точнее, как… Случится, но…

Первое прикосновение заставляет замереть. Его ладонь ложится мне на бедро, и я даже вдохнуть не могу полноценно. Что теперь? Что мне делать?!

Но Дамир не торопится. Медленно проводит пальцами выше, словно решает, стоит ли продолжать.

А затем поднимает взгляд и смотрит мне в глаза.

– У тебя красивые губы.

Нервно сглатываю и улыбаюсь. Это намек? Пока я раздумываю, мужчина отталкивает меня, сам поднимается на ноги и оказывается позади меня.

Он так близко, что я чувствую жар его тела, от чего кожу начинает покалывать. От страха? Или…

Дамир уверенно сгребает волосы и убирает их на одну сторону, проводит пальцами по шее, будто гладит, ласкает. Зачем? Ведь он же должен просто взять то, за что заплатили. Или нет?

Широкая ладонь ложится мне на живот, я вздрагиваю и невольно втягивают тот.

– Тш-ш, – раздается совсем рядом. – Ты чего такая пугливая? М?

Мне срочно надо как-то объяснить свою реакцию. Нельзя провалить задание. Анфиса так и сказала – клиент высшего уровня. Такого нельзя расстраивать, такому нельзя отказывать.

– Я… – договорить не выходит. Раздается резкий стук в дверь. А затем повторяется снова.

Судя по реакции Дамира он недоволен.

– В ванную иди, – бросает через плечо, а сам направляется к двери.

Растерянно оглядываюсь и только тут замечаю неприметную дверь в углу. Толкаю ту и оказываюсь в просторной ванной комнате. Я настолько растеряна, что не догадываюсь прикрыть за собой дверь, поэтому слышу обрывки фраз:

– Семен требует тебя.

– Я занят, – это Дамир. Судя по голосу недоволен тем, что нас прервали.

– Знаю. Но Семен сказал, это срочно. Ты ведь понимаешь, Демон, тебя бы не побеспокоили просто так.

– Жди.

Хлопает дверь. Шагов неслышно, но буквально сразу в ванную входит Дамир. Я же запоздало понимаю, что сейчас все и закончится. И с одной стороны я очень рада, что не придется через все это проходить, а с другой – деньги-то мне заплатили…

– Мне нужно уйти, – хмуро говорит мужчина. – Можешь пока принять ванну, подготовиться.

– А долго ждать? – робко спрашиваю, теряясь под его мрачным взглядом. Что если его злость найдет выход, и он в итоге сорвется на мне? Выдержу ли я его напор? Он такой огромный, а я по сравнению с ним…

– Постараюсь поскорее, – ухмыляется он многозначительно. – Не волнуйся, без работы не останешься.

Его слова больно обжигают, но я не должна показывать этого. Дамир уходит, а я остаюсь одна. И только звук закрывающегося замка заставляет вздрогнуть.

Я все жду, что он вот-вот вернется. Но проходит время, а мужчины все нет. Все же принимаю душ. Хоть я и готовилась к поездке, но решаю не пренебрегать советом Дамира. Может, у него заскок на водных процедурах, и так он будет спокойнее и добрее?

Но даже когда я заканчиваю, он не возвращается.

Окон в комнате нет, так что я весьма смутно представляю сколько сейчас времени – телефон у меня отобрали, а часов я не ношу.

От нечего делать обхожу комнату, осматриваюсь. Все жду, что щелкнет замок, и дверь откроется.

А устав ждать, забираюсь на постель, решив, что в любом случае окажусь на ней, и устроившись поудобнее, пытаюсь хоть немного “отрепетировать” в мыслях линию поведения с клиентом. Сама не замечаю, как засыпаю. Зато просыпаюсь в темноте. И не одна…


## 3 Дамир

Стоит войти в комнату, как тут же попадаю под пристальный взгляд Семена.

– Недоволен, – констатирует он. Я лишь веду плечом, выдавая свое настроение.

Знает ведь старый лис, что у меня женщина, и все равно дернул.

– Ну, ничего. Сейчас подобреешь, – усмехается многозначительно. – Садись.

Молча усаживаюсь напротив главного вора в законе, который держит здесь всех в кулаке.

– Да не хмурься, Демон. У меня хорошие новости.

Едва заметно морщусь от прозвища, которым меня тут одарили. До сих пор слух режет. Но если посудить, после того, что пришлось сделать, звучит заслуженно.

Вейхман выжидающе смотрит. Глупо. Ждет, что начну спрашивать. К чему? Все равно все расскажет сам.

– Я тебе обещал помочь достать Басманова. Весточка пришла. По твоему делу.

Струна внутри натягивается. Наконец-то.

– Ближе к делу, – скупо роняю, с трудом удерживая в узде эмоции.

– Ты искал слабое место Гриши. Оно у него есть. Дочь. Молодая совсем.

– Имя.

Вейхман отвечать не торопится. Молчит, сука. Знает, что нервы мои на кулак наматывает. Но без него я не получу информацию.

– Скажи, ты уверен в том, что задумал? Девочке едва восемнадцать стукнуло.

– Моя сестра и до семнадцати не дожила, – цежу, все же срываясь. Прикрываю глаза, душа на корню ту черную ненависть, что готова выплеснуться.

Этот яд слишком долго живет во мне. Слишком я сросся с идеей мести ублюдку, который вынес приговор моей младшей сестрёнке.

– Справедливо. Но разве она виновата в том, что сделал отец?

– А Малика?! Она была виновата, что у нее такая фамилия? – рычу в ответ.

Семен понимающе кивает.

– Твое право. Однако знай, что месть не облегчит твоей боли, сынок, – выдает он с какой-то тоской, что ли. – Но я дал слово помочь – я помогу.

– А конкретнее?

– Скоро сможешь уехать.

– Не шутишь?

– Какие шутки, Дамир? Ты помог мне. Просьбу выполнил, старика уважил. Я в долгу перед тобой. Совет одобрил. Получишь и свободу, и папку со всей информацией про дочь Басманова.

Впервые за долгие месяцы я, наконец, вижу свет в конце тоннеля. Когда Амиран буквально в последний момент успел остановить меня от ошибки, я плохо соображал. Ревел от боли, узнав, что близкий друг мою сестру и порешил.

Тварь, посмевшая подстроить все так, что я и правда повелся, заплатил сполна. Но и я вынужден был отправиться на суд смотрящих. А точнее, даже на два. И если после первого я был уверен, что за Козыря меня закроют надолго, то вот на втором понял, что дела в Совете давно идут не так, как многие думают. Зреют большие перемены. Поэтому не стал упрямиться, когда Феликс, один из смотрящих, предложил какое-то время поддерживать определенного рода легенду, намекнув, что именно здесь, за воротами закрытого поселка “Зоряны” есть тот, кто поможет мне отомстить за смерть моей Малики.

Потому что ублюдок, совершивший это с моей сестренкой, забрался слишком высоко. Я не один год пытался добраться до него, но все безрезультатно. Последняя попытка закончилась двухнедельной комой. Когда же пришел в себя, то увидел Феликса.

– Хватит, Дамир, – сказал он тогда. – Успокойся. Дальше – только гранит и ограда. Оно тебе надо?

Даже понимая, что не жилец, упрямо мотнул головой.

– Не время еще, парень. Услышь меня.

Тогда я не понял, о чем речь. Да и сейчас не уверен, что понимаю в полной мере. Но я готов пойти до конца и добраться до ублюдка. Он заплатит. Заплатит сполна.

Так что для всех, в том числе и моих друзей, я вроде как мотаю срок за убийство. И только узкий круг лиц знает настоящий расклад. А мне пришлось набраться терпения.

– Спасибо, – говорю, а самого штормит. В башке бьется только одна мысль – наконец-то доберусь. Вырежу. Растопчу. Заставлю пройти по всем кругам ада.

Вейхман кивает так, словно он делает огромное одолжение мне. Старый лис.

– Уважь старика, посиди со мной. Знаю, тебя там девочка молодая ждет, но куда она денется из твоей берлоги?

Понимаю, просто так бы просить он не стал. Значит, что-то и правда важное. Поэтому киваю, соглашаясь.

Следующие несколько часов разговор и правда выходит серьезный. Даже правая рука Семена – Егор – присоединяется. В итоге возвращаюсь я, когда прилично за полночь.

Настроение уже не то. Я даже забываю, что меня ждет заказанная девочка. Подарок от Казаева.

Меня встречает непривычная тишина. Полумрак не мешает видеть – уже привык разбирать даже в темноте что к чему. Быстрым взглядом осматриваюсь по сторонам – но все на своих местах. Неужели не трогала ничего?

Саму девчонку нахожу на постели. Лежит, свернувшись в клубок, словно котенок какой-то.

И утихшее желание вновь набирает обороты…


4 Дамир

Вернувшись из душа, медленно стягиваю покрывало со спящей девушки. Она лишь тихо вздыхает, ежится, но по-прежнему спит. Ее кожа настолько светлая, словно фарфоровая. И сейчас в полумраке даже кажется, что светится.

Прозрачное белье не оставляет места для воображения. Все, что надо, на виду. Просто бери и пользуй.

Но что-то в ней не дает просто разбудить, дернуть, поставить на четвереньки и просто отыметь.

Словно странное чувство, будто она – другая. Хотя о чем я? Все они не такие, когда приходят за деньги. Все успешно играют свой роль, послушно выполняют прихоти, а затем исчезают из моей жизни, так и оставаясь безымянными эпизодами.

Эту же зовут Лера.

Зачем я спросил? Нарушил свое же правило с порога.

Рассматривая девушку, вспоминаю свои ощущения, когда она вошла в комнату.

Я циник до мозга костей. После смерти сестры меня мало что может тронуть.

Пожалуй, Карина была единственным исключением. Надеюсь, у них с Рустамом все хорошо. Как и с их сыном Эмилем. И я еще собираюсь повидаться с ними не раз, когда освобожусь.

А случится это уже скоро…

Предвкушение от новости Семена будоражит. Я так долго этого ждал, что не грех и отметить. Особенно, учитывая, что у меня всегда было повышенное либидо и трахаться для меня так же важно, как дышать. А здесь… Здесь в этом смысле не забалуешь. И сегодня я намерен как следует оторваться с этой красоткой.

Кожа у Леры нежная, мягкая. Она чуть дергается, когда кладу ладонь на живот, разворачивается и сонно потягивается. Ресницы трепещут, а дыхание становится прерывистым.

В первое мгновение она растерянно смотрит на меня, дергается, и только потом напрягается, очевидно, вспоминая, где она.

И с кем.

– Простите, я заснула, – бормочет, глядя на меня своими огромными глазами. Хочется думать, что чистыми и наивными. Но я не настолько верю в чудеса.

Будь это так, девчонка не оказалась бы подо мной за весьма внушительную сумму.

Что-то в ее поведении настораживает. То ли она очень хорошо играет роль недотроги, то ли и правда такая. Хотя, скорее всего, недавно в этом бизнесе и пока еще не стерся тот самый флер, что бывает у молоденьких девушек.

Лера, кажется, хочет что-то сказать, но мне не до разговоров. Ее тело – шикарно. И его хочется трогать, пробовать.

Женщины у меня не было прилично, так что сейчас не до сантиментов. Белье – к черту. Купит новое. Лера тихо ойкает, когда оказывается абсолютно голой. Все эти невнятные тряпки теперь ни к чему – обертку я заценил. Пора переходить к делу.

Тем более, что девушка и правда очень ладная. Красивая грудь, удобно ложащаяся в ладонь, тонкая талия и крутые бедра.

Лера покорно раздвигает ноги, позволяя мне занять более удобное положение. Она уже влажная. Не сильно, но достаточно, чтобы понимать, что происходящее ей не противно. Хотя мне должно быть плевать по большому счету. Она отрабатывает свои деньги.

Но почему-то с ней привычная логика дает сбой. Может, дело в этих ее блядски красивых глазах – словно олененок загнанный дикий зверем. Смотрит и смотрит. Губы чуть приоткрыты, грудь вздымается, а сама вся напряжена словно струна.

Ну, не успокаивать же шлюху? Неужели я у нее первый клиент?

– Расслабься, – говорю, пробую проникнуть в нее пальцами. Лера послушно кивает и раздвигает ноги шире.

Узко. Горячо.

Настолько, что крышняк сносить начинает. Контроль уже трещит, и желание спустить пар, чтобы после уже растянуть удовольствие, долбит все сильнее.

Да и к чему тянуть? Все оплачено.

Но отвлечься приходится – как бы ни дурманило башку, резинка должна быть. Даже этого хватает, чтобы Лера снова напряглась.

Однако мне уже плевать – стоит так, что даже больно. Раскрываю ее сильнее и наконец-то оказываюсь в ней.

Правда, с трудом.

Лера выгибается и сжимает меня так, что дальше не двинуться.

В ее глазах слезы, а пальцы комкают простыню. Нехорошее подозрение шевелится где-то на задворках мыслей. Да нет, ну, не может быть.

Выхожу из нее и охереваю.

Кровь.

Смотрю на девчонку, которую теперь язык не поворачивается назвать шлюхой. Она лежит с закрытыми глазами. Часто дышит, но не пытается отстраниться или сбежать. И какая-то странная обреченность во всем этом ее образе.

– Стоило оно того? – спрашиваю. Мне должно быть по херу на ее продолбанную невинность. Будь это кто-то другой, я бы вряд ли остановился. Но с этой девчонкой что-то не так. Словно реакция на нее особенная. Меня давно не трогают чужие слезы. Особенно женские.

А ее эта покорность словно наждачкой по нервам. Никакого желания продолжать.

– Я… Я могу дальше! – испуганно проговаривает она, распахивая свои необычные глаза. – Пожалуйста! Не выгоняйте!

В ее голосе столько паники, что я невольно задаюсь вопросом – неужели такая неопытная девочка готова продавать свое тело? Почему? Зачем?

– Почему не предупредила? Хозяйка твоя знала, когда отправляла, что опыта у тебя нет?

Глаза у девочнки становится еще больше, а страха в них прибавляется.

– Нет… Пожалуйста, не надо жаловаться. Я сделаю все, что скажете…

Меня разбирает злость. Да, блядь, ради чего так унижаться? Ради пачки бабла?

– То есть ты знала, на что шла?

– Д-да…

– И то, что отказывать нельзя, м? Готова отсосать или в задницу дать?

Девочка бледнеет, но все же кивает. А я злюсь. Черт, мне должно быть наплевать. Какого ляда я парюсь из-за какой-то девки, которая сама выбрала свой путь? Но почему-то меня конкретно подбешивает это ее упорное желание стать шалавой.

– Вот как, значит…. – звереет во мне что-то. – Ну, давай, покажи, что умеешь! – выплевываю и усаживаюсь поудобнее.


## 5 Лера

– Я жду, Лера.

Жестокие слова подгоняют, не давая хоть немного успокоиться. Между ног до сих пор тянет. Я же знала, что так будет. Чего ждать от мужчины, который купил мое тело? Нежности в свой первый раз?

Знала, что здесь будет происходить. Но все равно пришла. Потому что выхода не было.

И теперь он явно не в настроении из-за того, что не получил желаемое. Вспоминаю слова Анфисы, что нельзя злить этого клиента, что должна сделать все, как надо. А еще что кричать и пытаться выбраться бесполезно – если и вытащат охранники, так сами по кругу пустят. Поэтому вариант у меня только один – ублажать Дамира до потери пульса.

– А лучше сделай так, чтобы он вымотался и заснул, будь ласковой и не спорь самое главное.

Я очень стараюсь выглядеть покорной. Стараюсь не показывать свой страх и боль, которая исполосовала меня в первый момент.

О том, какой грязной я себя ощущаю, даже думать нельзя.

Все потом. Когда все закончится. Когда я получу обещанное.

Дамир спускает ноги на пол, разваливается поудобнее, недвусмысленно намекая, что именно я должна сделать.

Тело плохо слушается. Оно против того, что происходит. Но я стараюсь улыбнуться и, как могу грациозно, спускаюсь на пол.

Коленям жестко и неудобно. Но это все мелочи по сравнению с тем, что мне предстоит как-то управиться с огромным членом. Опыта у меня нет. Совсем. Только в теории и то… Анфисе я, конечно же, уверенно заявила, что все могу и знаю как. В тот момент я не думала о том, как буду выкручиваться. Лишь тряслась, чтобы все прошло успешно и она взяла меня на этот заказ.

– Ну? Или сосать ты тоже не умеешь? – грубо подгоняет клиент. Нервно сглатываю и снова пытаюсь улыбнуться.

Не спорить. Это Анфиса повторила раз сто. Поэтому я не спорю. Не огрызаюсь. Кладу ладонь на член и пробую провести по нему вверх-вниз.

Я не уверена, что делаю все, как надо. Но стараюсь быть нежной, не сжимать, не царапать.

– Сильнее сожми, – требовательно произносит Дамир. – Рот открой.

Послушно выполняю все, что он говорит. Сердце гулко стучит, руки подрагивают, а сама я малодушно прикрываю глаза.

– На меня смотри, – еще один приказ. Стоит мне выполнить его, как встречаюсь с темным взглядом и проваливаюсь в его черноту. Черты лица мужчины искажаются, и теперь он выглядит еще более устрашающе. Асадов кладет большой палец мне на губы, проводит им несколько раз, а затем тяжело выдыхает.

– Охуенный рот, Лера. Сосала раньше?

Я не решаюсь врать. Да и к чему? Ясно же, что и сам догадается. Тем более, что невинности он меня уже лишил. Так что мотаю головой и жду вспышки злости. Может, ругани. Но вместо этого в его глазах появляется странный блеск. Будто он даже рад этому.

– Хорошо, тогда самое время попробовать. Шире рот.

Я все жду, что Дамир станет грубым, просто возьмет то, за что заплачено. Но он почему-то действует мягко, хоть и настойчиво. Толкается вперед, отчего я закашливаюсь.

– Носом дыши. Спокойнее. Давай, девочка, у тебя получится.

Странно, но его слова немного успокаивают. Возможно, потому что идя сюда, я готовилась к худшему. У меня выходит немного расслабиться, и я даже подстраиваюсь под его темп. Хотя при особенно глубоких точках все равно захлебываюсь и рвано дышу, стоит Дамиру отстраниться.

Сейчас кажется, его зрачки похожи на огромные тоннели. Будто и нет радужки в его глазах. Он выглядит безумным. Но при этом ведет себя довольно сдержанно, и только тяжелое дыхание и крепкая хватка в волосах выдает состояние мужчины.

– Расслабь горло. Хочу попробовать тебя до конца.

Я честно стараюсь. Плохо понимаю, о чем речь, но я так хочу, чтобы меня не выгнали, чтобы у меня был хоть один шанс выполнить задание, что готова терпеть все неудобства.

Которые кажутся какими-то бесконечными.

Пока сидела у Анфисы, одна из девчонок решила поделиться со мной секретами, узнав, что я первый раз. Так вот она сказала, чтобы отсасывать было проще, нужно расслабиться и самой словить кайф. Тогда клиент будет особенно доволен. Но я не понимаю, как это возможно. Единственная мысль в моей голове – скорее бы это закончилось. Потому что я чувствую себя резиновой куклой, которую пользуют.

Все заканчивается неожиданно – Дамир покидает мой рот и… кончает мне на грудь. Даже на лицо попадает немного. Я тяжело дышу и не знаю, как на это реагировать. Он с какой-то странной одержимостью смотрит на свое семя на моей коже, зачем-то проводит пальцами, размазывая его, а затем и вовсе кладет пальцы мне на губы.

– Оближи.

Я не смею ослушаться приказа. На вкус… не противно. Необычно, да. Но если учесть всю ситуацию, то меня начинает немного мутить. Мысленно отмечаю, что хотя бы один этап я прошла, начинаю оседать, пока перед глазами немного плывет.

Я не теряю сознание, но определенно дезориентирована в пространстве. И Дамир тут же реагирует – подхватывает меня и дергает наверх.

– Мы не закончили, Светлячок…


## 6 Лера

В себя приводит вода. Хорошо хоть не холодная. Моргаю, стараясь собрать мысли в кучу и понять, как я здесь оказалась.

Мы с Дамиром стоим очень близко, хотя места в душевой кабине предостаточно. И так странно смотрится наш контраст – он такой загорелый, смуглый, и я – бледная, маленькая рядом с ним.

Его широкие ладони скользят по моим плечам, задевают грудь, смывают следы его оргазма, а я стою и позволяю делать все, что он захочет.

В голове только один вопрос сейчас – что дальше? Дать в задницу? Это он озвучивал?

Такого опыта я очень боюсь. Но облажаться и не справиться я боюсь куда больше. Поэтому морально готовлюсь.

– Когда ты ела в последний раз?

– Утром, – отвечаю, нервно сглатывая. Асадов тяжело вздыхает и неодобрительно хмыкает. Я бы подумала, что он успокоился и больше не станет меня трогать, но чувствую бедром его твердый член.

Снова. Как так?!

Мы встречаемся взглядами, и становится не по себе от того, как цепко мужчина смотрит на меня. Словно в голову пытается залезть. А я снова вспоминаю наставления Анфисы:

– Обязательно улыбайся. Клиенты любят послушных и тех, кто всегда доволен. Не показывай недовольства, Лера.

Растягиваю губы в улыбке. Надеюсь, выглядит не очень наигранно.

– Понравилось?

Этот вопрос вводит меня в ступор. Разве ему важно это? Или он спрашивает, чтобы убедиться, что он обалдеть какой мачо? Про это Анфиса тоже упоминала.

– Да, – тихо отвечаю, следуя ее советам.

Тут же мужская рука оказывается у меня между ног и бесцеремонно вторгается в меня, от чего не успеваю проконтролировать собственную реакцию и дергаюсь, пытаясь отстраниться.

– Никогда не лги мне, Лера, – требовательно произносит Дамир. – Поняла?

Киваю, выдыхая, как только он убирает свои пальцы.

Я все жду какого-то подвоха. Но он берет гель для душа и начинает меня мыть. Это очень странно – ощущать чужие руки на своем теле. Я покорно стою, позволяю все это и жду. Не понимаю для чего – я же помылась совсем недавно. Но вопросы задавать не рискую.

Когда пальцы проходят по ягодицам, и скользят между ними, невольно напрягаюсь. Умом все понимаю, но реакцию тела не успеваю сдержать.

– Трахалась здесь? – спрашивает, слегка надавливая на вход.

– Нет…

– Но готова. – Это даже не звучит как вопрос. Что ж, я знала куда шла. И должна по идее сказать, что, конечно, как скажешь и спросить еще, как встать или по ходу дела подстроиться. Но все, на что меня хватает – обреченно кивнуть.

Смотреть в глаза Дамиру в этот момент я боюсь. Не хочу провоцировать зверя. Но он сам вынуждает это сделать – приподнимает мое лицо и снова вглядывается. Так, словно ищет ответ на какой-то вопрос.

– Мне нравится драть в задницу. Грубо, жестко. Но я дам тебе последний шанс ответить правду – готова к такому? Прямо сейчас.

Его глаза словно магнит. Не понимаю, как он это делает, но я словно под гипнозом. Теряю всякую волю, поддаюсь тому давлению и требованиям, что он транслирует, просто глядя на меня.

– Н-нет, – едва слышно шепчу. И тут же жмурюсь, понимая, что не уследила, что совершила ошибку, отказав клиенту.

А дальше случается странное – он меня целует. Впервые. Я почему-то была уверена, что после минета побрезгует, раз до этого не поцеловал ни разу.

Я очень стараюсь подстроиться, ответить, не показаться совершенной неумехой. Но напор мужчины сбивает.

Он буквально вгрызается в мой рот. Целует так, словно трахает. Даже моего скудного опыта хватает, чтобы понять это.

Колени подгибаются, а внутри появляется странное томление. Дышать становится все сложнее, и я хватаюсь за его огромные плечи, пытаясь удержаться на ногах, не сдаться, не упасть.

Ладонь ложится мне на затылок, не давая ни единой возможности отстраниться. А его язык буквально трахает мой рот, совсем член недавно.

Но все это происходит с такой страстью и желанием, что я не успеваю расслабиться. Только держаться, чтобы окончательно не утонуть в эмоциях, которые захлестывают с головой.

– Неплохо, – выдает Дамир, когда отстраняется и оглядывает мои губы. – Ты способная ученица.

Моргаю непонимающе. Он, что, выходит, учил меня? Стыдно признаться, но это был мой первый настоящий поцелуй. И если он это понял, как понял и про остальной опыт, то… То выгонит меня?

– Пожалуйста… Не выгоняйте меня… – шепчу. Это так жалко унижаться и просить. Но каков выбор? За воротами меня ждет приговор.

– Так нравится быть шлюхой?

Больно ли это слышать? Конечно. Мне никогда не отмыться от этой грязи. Ни за что. Моя душа уже продана, как и тело. Но я твердо знаю – оно того стоит. Я должна спасти. Должна все выполнить.

– Это мой выбор, – тихо отвечаю, отводя взгляд. – Если вы останетесь недовольны, меня накажут. Пожалуйста, не рассказывайте, что я… ущербная. Я научусь. Обещаю.

Дамир молчит очень долго. Я даже не надеюсь на ответ.

– Ущербная… – с какой-то странной интонацией протягивает он. – Хорошо, Светлячок. Я не верну тебя хозяйке раньше положенного срока. Даже обучу тому, что тебе пригодится потом с другими клиентами, – как-то зло добавляет после. А затем выключает воду и выходит из душевой кабины.


## 7 Дамир

Я ее поцеловал. На хера?

Никогда не занимался этим с продажными бабами, и вот выплыло откуда не ждали.

Вся такая покорная. Трясётся, но при этом соглашается на все. А потом? Что будет делать потом с той грязью, в которой выкупается? Впрочем с какого меня вообще волнует состояние начинающей шлюхи? Ее купили для меня. Я могу взять своё по полной и просто выбросить. Забыть.

Но уже сейчас понимаю, что это не сработает.

Почему? Может, дело в ее чистоте? Хотя мало ли я встречал вот таких нетронутых девушек?

Приходится признать, что да. Мало.

Чтобы не только телом, но и душой. Тело это всего лишь набор отверстий. А вот в мозгах…

От одного воспоминания каким взглядом Лера смотрела, пока трахал ее рот, внутри будто крутым кипятком обдает, а в паху приятно тянет.

Никогда не заглядывался на целок. Мороки с ними много, да и не для разового траха такие экземпляры.

А теперь вот сижу и прокручиваю каждый ее взгляд, кайфуя от того, что до меня никто не трахал ее, не целовал. На кой мне это? Разве что потешить своё эго. Отношения меня не интересуют – у меня другие приоритеты сейчас. Нужно довести дело Малики до конца, взять ублюдка за жабры и провести через личный ад.

Так что связываться с этой Лерой неразумно и недальновидно. Куда логичнее отправить ее обратно к мамке – пусть подберут ей другого клиента, который, если повезёт, тоже отнесётся к ней без особой жестокости.

Но где-то на этой мысли меня тормозит и клинит. Странная, нехарактерная злость поднимается, стоит только подумать, что кто-то другой будет лапать ее грудь, врезаться между стройных ног или ставить на колени, чтобы загнать член поглубже.

Ради чего? Ради чего оставлять ее, если меня уже начинает подрывать при мысли о ее будущих клиентах?

Рустам бы не одобрил. Сразу бы сказал, избавиться от зависимости. Хотя какая зависимость от проходной девки? Может, все дело в новизне ощущений да отсутствии траха последние пару месяцев? И какого черта с ней я не могу отпустить свои желания в полной мере? Почему сдерживаю порывы, словно… Блядь, словно боюсь напугать. И ведь все это происходит неосознанно, на уровне инстинктов.

Разве было со мной такое хоть раз? Нет! Брал и трахал шлюх до полного изнеможения. Пользовал, платил и выставлял за дверь.

А с ней не могу…

Мои мысли прерывает Лера. Приоткрывает дверь и робко выглядывает. Словно ждёт, что здесь таится опасность. Глупая девочка. Ты уже в клетке со зверем.

Ты уже стала его добычей.

Мне достаточно одного ее взгляда, чтобы чаша весов склонилась в пользу не самого лучшего решения.

Но по херу. Я хочу ее. До зубного скрежета хочу снова оказаться в ней. Трахнуть как следует, чтобы выбросить из башки напрочь все ненужные мысли.

Хочу утолить голод, который дурманит мозг. А подобного допускать нельзя.

Хочу воплотить все картинки, уже промелькнувшие в голове. Этот нежный цветочек выйдет отсюда, набравшись такого опыта, что ещё долго будет делиться со своими коллегами по профессии. А я… Я займусь тем, к чему шёл так долго.

– Я взяла полотенце, – наконец, произносит Лера.

– Иди сюда, – киваю на кровать.

Девушка осторожно подходит. Садится на край, словно прилежная ученица. Мне даже не нужно к ней прикасаться, чтобы почувствовать, как сильно она напряжена.

Я почти определяюсь с тем, как именно трахнуть в этот раз, как вдруг ее желудок издает негромкий звук. Лера краснеет и втягивает голову в плечи, а мои планы идут на хер.

Потому что, ну, как вот иметь ее и знать, что она голодная?

– Аллергия на продукты есть?

Светлячок испуганно вскидывает взгляд и кивает.

– Мёд и морепродукты.

Криво ухмыляюсь. Она тушуется, даже кажется сжимается под моим взглядом.

Вот вроде поставил ее на место. Все правильно. А почему-то от этой ее зашуганности тошно становится. Будто это я ее запугал настолько, что она боится сознаться, что хочет есть.

Иду к двери и три раза стучу. Охрана приходит оперативно. Впрочем, как и всегда.

– Ужин принеси на двоих.

Тот кивает и уходит. Все это только видимость комфорта, и не отменяет того, что я взаперти уже который месяц, потому что у кого-то там в Совете гребаный план и мне приходится подыгрывать ему.

Вздыхаю и сажусь обратно в кресло, чтобы не провоцировать пока собственное либидо.

Как же не хватает простого окна. Простого, сука, окна, в которое можно посмотреть…


## 8 Лера

Нам и правда приносят ужин. Я опасливо кошусь в сторону Асадова, но тот едва притрагивается к тому, что на тарелке.

– Ешь, не стесняйся, – приказывает он.

Я не спорю. Просто выполняю. Еда, кстати, оказывается вполне вкусной.

Пока ем, чувствую на себе изучающий взгляд. Понимаю, что ужин – только короткая отсрочка. Дальше Дамир наверняка захочет продолжить. Я в шоке с такого темперамента и уже начинаю подозревать, что возможно он что-то употребляет для этого. Успела услышать кое-что об этом от других девочек Анфисы.

– Закончила? – резко вздрагиваю и поднимаю взгляд от тарелки.

– Да, спасибо. Было очень вкусно. Поднос нужно куда-то отнести?

В ответ получаю кривую ухмылку, после чего мужчина сам забирает его и, снова постучав в дверь, отдает охраннику.

Я же сижу и покорно жду, что будет дальше.

Дамир оказывается передо мной и, поддев пальцем подбородок, вынуждает посмотреть ему в глаза.

– Готова, Светлячок? – я лишь робко улыбаюсь. Понимаю, что на самом деле ему не нужен мой ответ. Все оплачено сполна. – Тогда забирайся подальше.

Я устраиваюсь на постели повыше. Послушно ложусь, даже ноги чуть раздвигаю и смотрю в потолок.

Сейчас, после еды, мне, если честно, хочется спать. Но для моего “хочу” не время и не место. Поэтому терпеливо жду. А когда ощущаю легкое прикосновение к лодыжке, вздрагиваю от неожиданности.

Дамир ведет пальцами все выше, переходит на внутреннюю поверхность бедра, встает коленями так, что расталкивает мои ноги еще шире.

Он не говорит ни слова, но, поймав мой взгляд, не отпускает тот. А я завороженно смотрю и никак не могу отвернуться. Что-то есть в нем притягательное.

Мрачный, неразговорчивый. Широкоплечий. Он будто контролирует меня и мое тело.

Его пальцы достигают промежности и довольно настойчиво гладят там. То, то он не торопится, а наоборот, делает все нарочито медленно, будоражит. Я все жду, что Асадов сорвется, но нет. И это ожидание почему-то подстегивает странные ощущения.

Прикосновения не вызывают неприятия. Наверное, все дело в том, что Дамир не ведет себя наплевательски. Не торопится. Он будто знает, что все получит и так, и потому не старается ускорить процесс.

Мне казалось, что мужчинам важен результат. Но сейчас я начинаю сомневаться. Анфиса предупреждала, что клиент должен думать, что тебе тоже с ним хорошо. Есть индивиды, которые кайфуют, когда партнерше плохо. Но в основном, мужики хотят знать, что даже продажные девушки их искренне хотят.

Может, дело в этом?

– Шире ноги, – приказывает Дамир. Медленно подчиняюсь, раскрываясь для него. Теперь его взгляд опускается туда, где двигаются его пальцы. Легкий дискомфорт сходит на нет, а вместо него появляются приятные ощущения.

Я уже расслабилась, когда мужчина прекращает ласки и довольно ловко разворачивает меня к себе спиной и вздергивает за бедра.

Провокационная поза. Развратная. Но я не смею возразить.

Ведь все оплачено. Зажмуриваюсь, закусываю губу и жду.

– Расслабься, – слышу очередной приказ, но не успеваю среагировать. Только резко вдыхаю, когда его член оказывается во мне. Медленно, но верно проталкивается до конца. Легкое возбуждение тут же пропадает, но все же в этот раз ощущения куда менее болезненные.

– Порядок? – спрашивает он, замирая. Я благодарна ему и за это. Что не начал двигаться сразу, что проявил хоть немного участия.

– Да.

– Ты очень узкая, Лера. И если будешь зажиматься, будет сложно. Мне тоже.

Я правда стараюсь не напрягаться. Но это ужасно сложно, когда в тебе огромный чужой орган. Его давление чувствуется так остро, что я даже дышу по чуть-чуть.

Дамир ругается, цедит что-то невнятное и кладет пальцы на клитор.

– Давай, Светлячок, нам обоим будет хорошо, если ты расслабишься…

Это… срабатывает. Странное, глупое прозвище, которое он почему-то использует, вызывает необъяснимую реакцию. Я верю ему. Верю, что он не сделает больно. По крайней мере, специально.

– Да, вот так.

Одобрение поддерживает меня, и я окончательно перестаю зажиматься.

Ощущать каждое движение внутри очень странно. Медленно, тягуче. Но неизменно до самого конца. Так что пальцы на ногах поджимаются. А еще внутри начинает сводить от того, как точно Дамир попадает в какую-то точку внутри меня.

Он не торопится, но с каждым его движением я все больше падаю в бездну, погружаюсь в водоворот эмоций, который начинает закручиваться во мне.

Рваное дыхание, нехватка кислорода и какие-то новые ощущение – все смешивается воедино. Я не чувствую нежности – нет, мужчина даже не скрывает, что пользует мое тело. Но делает это так, что я не ощущаю себя бездушной куклой.

Он ласкает, хотя это и необязательно – он уже во мне, уже трахает так, что искры из глаз, а пальцы судорожно комкают простыню.

Он уже может делать все, что захочет, и я не остановлю, не стану возражать.

Но почему-то не пользуется этой вседозволенностью в полной мере.

Дамир холодный, словно вода в озере, но в то же время обжигающе горяч. Его темный взгляд скользит по спине, хотя я не вижу этого, но чувствую каждой клеточкой.

А следом, словно в доказательство моих же мыслей, ведет пальцами вдоль позвонков, очерчивает едва ощутимо и особенно глубоко входит, заставляя меня несдержанно стонать.

В этот краткий миг я вся для него. Вся. От макушки и до пальцев на ногах. Принадлежу душой и телом. Это всего лишь иллюзия, но именно она помогает не сойти с ума от той грязи, в которую я влезла.

Я представляю, что все это по-настоящему. Что это любимый мужчина сейчас так близок со мной. Что его надсадное, хриплое дыхание – результат не только похоти, но и чувств.

Что его нежность – не жалость к бедной девственной шлюхе, а нечто действительно настоящее.

И в этой своей фантазии я кончаю, содрогаясь и не сдерживая протяжного стона. Едва различаю, как финиширует и сам Дамир. Как с каким-то диким остервенением вколачивается в мое тело, прижимается к себе и кусает за загривок.

Словно дикий зверь, метит меня. А я… Только едва ощутимо улыбаюсь. Потому что это все так разительно отличается от той первой попытки, что произошла совсем недавно. И хотя между ног слегка саднит, я все равно чувствую себя счастливой. Всего на краткий миг, но я верю в ту сказку, что успела себе придумать.


## 9 Дамир

Девчонка вырубается почти сразу. Слабенькая, нетренированная. И я ловлю себя на мысли, что появляется неконтролируемое желание позаботиться о ней.

Зачем мне это?

Ее хрупкая фигура так и притягивает взгляд. Мы только что хорошо потрахались, но меня снова так и тянет провести по ее плечу, спуститься ниже, до самых ягодиц. Ее кожа настолько нежная и мягкая, что даже не верится.

Уверен, сейчас он мягкая и податливая, и если развернуть, раздвинуть ноги, внутри будет снова влажно и горячо.

Но вместо того, чтобы еще разок трахнуть эту куколку, отодвигаюсь, а затем и вовсе иду в душ, чтобы остыть. А с другой бабой не стал бы заморачиваться – просто поимел бы, и все.

Рядом с этой продажной недотрогой все мозги в труху превращаются.

Опасно это.

Холодная вода немного приводит в чувство. По крайней мере, похоть уже не застит глаза настолько, что все сворачивает. Лера опять свернулась на краю, словно котенок, который боится что его выбросят.

Наплевав на ненужные эмоции, подгребаю ее к себе и, накрыв нас одеялом, закрываю глаза.

А вот утро начинается не так, как я рассчитываю. Негромкий стук в дверь мгновенно вырывает из сна. Девчонка, кстати, даже не дергается. Словно и не слышит ничего. И я ей даже отчасти завидую – значит, живет в спокойных условиях.

Стоит открыть дверь, как вижу Семена. Это уже странно. Вейхман редко когда снисходит до того, чтобы самому к кому-то заявляться.

– Поговорить надо, – тихо произносит, глядя исподлобья.

Он проходит и тут же взглядом скользит в сторону постели. Вроде бы равнодушно, но я замечаю, как из-под одеяла торчит нога Леры, и мгновенно внутри что-то вскипает.

Мне должно быть по херу. Она – шлюха. Пусть и начинающая. Но меня бесит, что кто-то другой видит ее вот такой – беззащитной и сонной. Уязвимой.

– Чего хотел? – встаю, закрывая собой вид на девушку.

– Тише, – усмехается Семен. – Мне твоя дева ни к чему. Я по делу пришел. Планы поменялись.

– А конкретнее?

– Уедешь сегодня. Но в город ты не вернешься. Придется пару недель отсидеться в глуши.

– Чего? – охереваю от такого предложения. – Ты обещал! – цежу, стараясь не повышать голос. – Что, блядь, случилось?

– Ты про уважение не забывай, мальчик, – осаживает меня гость. – Я тебе слово дал. Я сдержу его. Если тебе нужно стопроцентно отомстить Басманову, то значит, сделаешь, как я скажу. Нет – можешь валить, куда хочешь. Но когда продолбаешь шанс, больше ко мне не приходи.

– Что случилось? Почему такие перемены?

– Задергался Георгий. То ли прознал что, то ли ему хвост прищемили. Появишься сейчас – спугнешь.

– Ты знаешь, что это для меня значит…

– Знаю, сынок, – кивает Семен. – Но ты так долго ждал, пара недель ничего не решит.

– Предлагаешь мне прятаться, как крысе?

– Советую поступить по-умному, – возражает он. – Тебе решать.

– А информацию? Когда я ее получу.

– Как только вернешься в город, – стискиваю зубы, понимая, что это старый лис снова обставил меня. – Если я отдам тебе ее сразу, ты не усидишь на месте. Рванешь воплощать свой план мести.

Тут он прав. Скорее всего без дела я точно сидеть не смогу.

– Выдохни, Дамир. Поедешь, отдохнешь. Наберешься сил, а там Басманов успокоится, и ты вступишь в игру.

– Как долго?

– Неделю. Может, две. Как пойдет. Мои люди будут держать с тобой связь.

– И куда ты меня сошлешь?

Семен оценивающе смотрит и кивает:

– Рад, что у тебя хватает мозгов сделать верный выбор. Есть у меня дом в соседней области. Хороший друг подогнал в свое время.

– Ну, конечно. В чужое место?

– Ты не кипишуй, – тут же добавляет, заметив мою реакцию. – Место надежное, проверенное. Я твой должник. Так что слово даю – там вы будете в безопасности.

– Мы?

Вейхман криво ухмыляется и, чуть отклонившись, снова бросает взгляд на девушку.

– Ну, тебе же надо будет там чем-то заниматься помимо того, что колоть дрова. С удобствами там не очень пока.

Шикарно. Еще и глухомань какая-то без цивилизации.

– Нет, если девчонка тебе больше не нужна, оставь тут. Мои парни давно никого не звали…

Я даже не понимаю, как выходит так, что Семен оказывается прижатым к двери, а я уже держу его за грудки.

– Что еще свое я должен отдать? Я мало тебе помогал, что ты позволяешь такие предложения кидать мне в лицо?!

Вейхман совершенно спокоен. Скалится только так, что руки чешутся стереть это с его лица.

– Ты бы успокоился, сынок. Я на твое не претендую. Не знал, что она уже твоя.

– Кто оплатил, тому и принадлежит, – весомо выдаю, отпуская Семена.

– Я же не знаю, на какой срок она у тебя.

Гонит прямо в глаза. Здесь все проходит через Вейхмана. А значит, хитрый лис спецом меня раздраконил.

– Полагаю, мы решили? – уточняет он с легкой усмешкой. – Мои люди помогут вам добраться.

Он уходит, не дожидаясь моего ответа. Впрочем он ведь и не нужен. И так все предельно ясно. Оборачиваюсь и вижу, что Лера просыпается. Она выглядит растерянно и настороженно.

– Доброе утро, – робко произносит, когда забираюсь к ней на постель. Сейчас, оставшись с ней наедине, во мне все еще бродит та тьма, которую так неосторожно потревожил Семен своим предложением. От картинок, что кто-то другой будет трахать эту малышку, все подготорает.

Какого хера? Она – моя.

– Доброе оно будет чуть позже, – хрипло произношу, проводя пальцем по ее пухлым таким соблазнительным губам. – Время тренировки, Светлячок. Давай, покажи как усвоила вчерашний урок…