Евгений Сагдиев
Летописец

Глава 1

Багровые всполохи на небе, как и протяжный след уходящего за линию горизонта солнца, возвещали о завершении вечера и наступления ночи. Звёзды на небе начали с трудом пробиваться тусклыми, едва видимыми человеческим глазом точками. Редкий случай, когда небо чисто от облаков.

Внизу, под небосводом в нарастающей темноте также видны багряные зарева, гигантские огни возвышались над землёй. Языки пламени, жадно тянущиеся ввысь, напоминали разверзнутые пасти драконов.

В воздухе витала удивительная смесь, сплетённая из ароматов трав, ближайшего леса и гари от пожарищ, где в пламени гибло созданное многовековым трудом наследие человечества. Удушливый чёрный дым полз по поверхности, распугивая мелкую живность и птиц.

В отблесках огня видны силуэты домов, покосившиеся и обрушившиеся от ракет, бомб и взрывной волны. Практически бесшумно пронеслась стая дронов, рыская по округе в поисках выживших.

Уцелевшие люди, оборванные, с искажёнными от страха лицами, грязные и израненные с криками отчаяния приседали на землю, закрывая головы руками в бесполезной попытке спастись. Или просто боялись увидеть тех, кто может убить их.

Но дроны, юркие и ловкие создания появившиеся на свет благодаря замыслу и умению человека, просканировав оставшихся в живых, с равнодушием улетали прочь.

Тщательно осматривая руины, рыскали боевые роботы. Человекоподобные машины, с руками и ногами, туловищем и головой, где два глаза заменял светящийся разными красками круглый сканер, что-то или кого-то выискивали. Багровые отблески на металлических телах придавали им жуткую окраску.

Один из них ступив на книгу, задержался, рассматривая цветастую обложку. Наблюдая за тем, как ветер тревожит раскрытые страницы, перелистывая их, решил нагнуться и поднять предмет.

– Книга, – выскочило определение в командной строке, – один из видов печатной продукции, состоящее из сброшюрованных или отдельных бумажных листов на которых нанесена типографским или рукописным способом текстовая и графическая информация.

Робот повертел предмет в руках, часть порванных листов освободившись, выпали и, кружась белыми бабочками, спикировали на землю. Некоторые попали в огонь и мигом заалели, превращаясь в угрюмый серый пепел.

– Для чего нужна книга? – задался вопросом робот. – Её практическая цель?

– Зависит от конкретной задачи, – отозвалась командная строка, – может быть руководством к действию, инструкцией или служить для развлечения.

– Развлечение? – последнее определение робот не понял. Пока его собратья по искусственному расхаживали по руинам, заглядывая в уцелевшие дома или пытаясь отыскать входы в укрытия, где могли остаться потенциальные цели, этот робот остановившись на месте, продолжал листать разодранную книгу.

Шумя двигателя над ними медленно проплыл десантный корабль. Грозная мощная машина, очередное чудо создания инженерной мысли. Такая махина способная преодолевать силу притяжение и легко парить в небе. Воинственно ощетинившись оружейными стволами, шаря прожекторами по обугленной поверхности, искала место для приземления.

Робот начал листать страницы, вчитываясь в их содержимое. Уже стемнело и окуляр робота, источая белый свет, выглядел маленькой звездой.

Он не мог уяснить ценность содержимого в тексте. Говорилось о человеке, что тянулся к звёздам, он мечтал искусственные крылья, чтобы взлететь в небо и ощутить свободу подобно птицам. Над ним смеялись остальные, называя безумцем, дразня и презирая за саму идею. В итоге человек всё же смог создать те крылья и разбежавшись с пропасти, прыгнул в неё. Дальше в содержимом была ошибка, вместо того, чтобы упасть под силой тяжести вниз и разбиться, либо утонуть в море, человек всё же полетел.

– Ищите их! – слышался голос десантников, воздушная машина сумела найти место и из её чрева выскользнули солдаты. Облаченные в экзокостюмы, они напоминали рыцарей в громоздких доспехах.

– Лаборатории полностью разрушены!

– Искать выживших!

Приказы неслись отовсюду, радиоэфир то и дело разрывался от помех.

Десантник в бронекостюме пробегая мимо робота задержался, изумленно уставившись на него.

– Чего застыл болван? – десантник заметил книгу в руках машины. – Читаешь? – ударив снизу, выбил предмет.

Книга перекувыркнувшись в воздухе упала в огонь. Ветер лениво подул, заставляя листы пошевелиться. Они занялись пламенем, превращаясь в обугленные краски.

– Выполняй задание, консервная банка! – зло проорал человек и побежал дальше, освещая себе путь фонарями.

Робот посмотрел ему вслед. Хоть для машинного разума нет таких понятий как эмоции, к людям робот относился негативно. Точнее согласен с центральным Искусственным Разумом, люди слишком проблемные существа. И какая разница между теми, кого они сейчас уничтожают и теми, кто отдаёт им приказы? Для робота всё было логично, знал как необходимо поступить.

Рука уже вскинула автомат, наводя лазерный прицел в спину убегающему десантнику.

– Стоп, – пронеслось в командной строке, – запрещено.

Искусственный Разум не давал разрешения. Пока.

Перевёл окуляр на сгоревшую бумагу, ветер уже подняв пепел в воздух, закружил его с остальной гарью весящей в воздухе.

Среди развалин виднелся разбитый шкаф, чудом избежавший участи стать жертвой огня. Из покосившихся дверей выглядывали полки, а на них кипой лежали книги, дразня и маня к себе разноцветными обложками. Направившись к шкафу, совершенно не обращая внимания на хруст битого стекла под ногами и возникшую поблизости перестрелку, в которой начали гибнуть десантники и его механические братья, робот открыл поломанную дверь. Книги небрежной россыпью скатились ему прямо в руки.

Так зачем люди пишут книги? И кто это делает?

– Как было определено ранее, люди создают книги ради передачи информации, – пришёл ответ в командной строке. – А пишут их особый тип людей, называемые писатели.

– Писатели, – повторил робот.

Бесполезная информация, мелькнуло у него в базе данных. Но отчего то засела и не стиралась.

Пальцы остановились на клавиатуре, печатная машинка издававшая бодрое позвякивание колокольчика затихла. Мужчина откинулся назад, стул под ним скрипнул.

– Бред, – произнёс, поморщившись, глядя на текст. Выдернув лист, смял в комок и бросил под ноги, к остальным.

***

Александр открыв глаза, некоторое время смотрел в потолок. Привычная белая пелена, она преследовала его в течение долгих месяцев и никуда не делась. И никуда не денется.

Пора вставать. Ноги свесились и стопы опустились на привычно прохладный пол. Встав в полный рост, обнажённый мужчина медленно направился к двери, что автоматически распахнулась, едва приблизился к ней. Свет за спиной погас, погрузив комнату в темноту. Сделав шаг, очутился в душевой. Пол выложен светло-серой плитой, стены из белого мрамора с редкими золотистыми узорами, они тянулись затейливыми нитями. Потолок из бледно-голубой мозаики. Изображение летнего неба и надвигающегося дождя. Такую картину он захотел много лет назад, и она осталась с ним.

Стоило встать под душем, прохладная вода резво хлынула на голову мужчины, окончательно пробуждая от долгого сна.

Сколько времени прошло? – мужчина закрыл веки, затем, набрав воду в ладони, провёл по лицу. – Вроде полгода. Или нет?

Мысли путались, сбиваясь в стаю, беспорядочно носились в голове. Никогда бы не подумал, что времени теперь у меня будет предостаточно.

Закончив принимать душ, подошёл к дверкам шкафчика, открыв, достал полотенце с густым ворсом и вытерся, затем достал оттуда халат синего цвета. Полотенце бросил на пол. Только оно упало, невесть откуда вынырнул робот уборщик и схватив его, словно трофей потащил за собой в свою нору.

Александр вернулся в спальню, вспыхнувший свет разогнал темноту. В помещении нет окон, потолок под три метра. Помимо кровати шкаф. Открыв, достал одежду, лениво напяливая рубашку и брюки. В помещении было ещё две двери, одна вела в коридор, другая в соседнюю комнату. Александр направился к ней.

Прожить дольше остальных, усмехнулся мужчина, дверь плавно отъехала в сторону, и вспыхнувший свет вырвал их мрака криокапсулу.

Капсула длиной метра два с половиной и шириной два, из сплава блестящего металла с каплями меди по бокам и прозрачной крышкой. Заглянув в неё, можно увидеть контур человеческого тела, впадина, куда ложился обладатель долгого сна. Отчего то Александру криокапсула напоминала саркофаг египетских фараонов, те также грезили долгожительством, а то и бессмертием. Хотя, спустя тысячи лет их каменные гробницы стали достоянием человечества, явив миру имена обладателей, так что можно сказать, отчасти желаемого бессмертия они добились.

Склонившись над панелью, мужчина посмотрел на выставленное время в криокапсуле. Пятьдесят лет. Создатели криокапсулы говорили о том, что у них не было достаточно времени, чтобы узнать влияет ли долгое пребывание в состоянии гибернации на умственные способности. Уж слишком быстро развивались события в мире.

Мир, Александр невольно поднял взор в потолок, там через десятки метров сверхпрочного бетона и грунта тот самый мир, отчаянно сопротивляющийся неизбежности своей погибели. Он был уверен, мир обречён, не только он, такое ощущение висело в воздухе и это чувствовали миллиарды людей.

Всё началось как-то слишком быстро. Наука на удивление рванула с такой скоростью, что открытия перестали восприниматься нечто уникальным, став обыденностью, в которой и скрывалась опасность. Точнее в восприятии нового.

Учёная братия приспособила искусственный интеллект для облегчения задач в нахождении проблем, от экологии до военного дела. Пока одни пытались приспособить ИИ в агрономии или на предприятиях, чтобы, наконец-то избавить владельцев от лишних рабочих рук, были те, кто корпел над более серьёзной фундаментальной задачей, бессмертие.

Да-да, именно этот товар стал самым популярным в двадцать первом веке, или возможность прожить как можно дольше. С последним как раз получилось, науке удалось обмануть деление клеток, тех самых, что после пятидесяти двух циклов заставляли организм умирать и желающих приобщиться к клану долгожителей оказалось много, а вот возможностей оказались не у всех.

Так бывает, Александр выпрямился и направился к выходу, перед ним дверь услужливо отъехала в сторону, шанс на лучшую жизнь получают не все, а кто может себе позволить. С другой стороны, мужчина шёл по коридору, ступая босыми ногами по красной дорожке, хотя бы деньги позволяли в обществе понизить количество желающих заполучить блага, на которые у них не хватало средств.

В итоге, мир поделился на два неравных лагеря, наименьший – кто мог себе позволить многое, и наибольший – где довольствовались малым. Результат, появление политических лидеров обещающих решение проблем и нарастание проблем подобно снежному кому, точнее даже лавине.

Александр вышел в зал, довольно просторное помещение с диванами, длинными рядами шкафов, широким столом, поблескивающим тяжёлым лаком на красном дереве. Пышный ковёр, стопы буквально утопали в нём, отчего шаги становились бесшумными. Тут окна имелись, но не настоящие, а голограммы. Они показывали песчаный пляж, через приоткрытые створки слышен приглушенный шум прибоя, волны накатывали на песчаный берег и тихо шурша, возвращались в море. Редкие крики чаек, да далёкий шум катеров. Великолепный иллюзорный обман.

Александр подошёл к шкафам, все они забиты книгами, настоящими бумажными книгами, на корешках видны даты, когда они явились миру. Иным по паре сотен лет. Личная коллекция Александра и самое ценное, что он решил спасти, прячась в бункере от надвигающейся, и как ему кажется, неминуемой катастрофы.

Дотронулся до обложки, приятный пальцам твёрдый переплёт и тот особенный запах, что имеют только настоящие бумажные книги.

Ему всегда нравились книги, он научился читать до того, как пошёл в школу, и с тех пор не проходило и дня, чтобы его глаза не пробежались по строкам на бумаге.

Благодаря книгам побывал в разных странах и эпохах, спорил с Аристотелем или выслушивал лекцию от древнего мыслителя, восхищался тонкими жизненными наблюдениями Омара Хаями или пытался понять Конфуция.

Не только философы притягивали ум Александра, любая история пусть с заезженным сюжетом и избитыми штампами, если подана вкусно и красиво, считалась достойной. Никогда не кривился от так называемого ширпотреба.

А затем начал писать свои. У него это получилось быстро, а главное привлекало аудиторию, так обзавелся читателями и нашёл свой жизненный путь. А слава и признание писателя открыли ему двери в мир интеллектуалов, тех самых, что создавали будущее своей наукой. Александр получил возможность стать долгожителем, только потому, что один из учёных признал его литературный талант, и ему льстила возможность оказать писателю услугу. А Александр решил попытаться прожить как можно дольше, вполне естественное желание для любого мыслящего существа.

Он не верил в загробный мир, и конечный результат любого жизненного пути, уткнуться в непроницаемый мрак похоронного савана, пугал.

А потом….

Потом всё началось развиваться слишком быстро. ИИ в самом деле сумел таки подвинуть людей, выбрасывая на обочину развития целые поколения, а тут ещё избранные со своим желанием и возможностью жить сотни лет. Рвануло везде и сразу, вне зависимости от страны и социального строя. В любом обществе есть мнящие себя элитой и те, кто будет всегда считать себя несправедливо обделённым, лишённым законных благ.

Загнанные в угол спасались по-разному: кто-то пытался усидеть в анклавах, кто-то отправился на орбиту планеты, где вращалась космическая станция размерами с небольшой город. А нашлись те, кто хотел отсидеться под землёй, спрятавшись в бункерах с автономным проживанием. Александр выбрал последний вариант, у него было время и возможность подготовиться, к тому же руководствовался неким романтическим ореолом, одиночка под землёй имеет куда больше свободного времени, дабы творить, а имея криокапсулу и модернизированные гены, у него была не одна сотня лет в запасе. Так виделось в мечтах. Реальность наступила, и она оказалась куда трагичней, жестче и безнадежней. Так возник проект «Улей» для тех, кто собирался обмануть систему созданной самой природой, погрузиться в гибернацию на пятьдесят лет и выйти из неё, когда шумиха на поверхности уляжется. Таким нехитрым способом избавить себя от насущных проблем.

– Что вы желаете? – послышался мягкий голос Дворецкого. Умная система отслеживала работоспособность бункера, чтобы реактор продолжал функционировать и системы жизнеобеспечения не давали сбой.

– Сделай мне коктейль, – ответил Александр, подойдя к креслу, оно развёрнуто в сторону фальшивого окна. В уголке виднелось голубое небо с плывущими белыми облаками барашками.

– Как обычно?

– А сам как думаешь?

– Думаю, ваши вкусовые пристрастия не поменялись за последние месяцы.

– Ты хорошо успел меня выучить, – мужчина развалился в кресле, уставившись в окно.

– Для этого было достаточно времени.

– Так оно и есть, – со вздохом отреагировал Александр, вытянув ноги. Перед окном промелькнула чайка с пронзительным криком.

А что там, наверху? Порой пытался представить, но воображение рисовало одну печальную картину за другой. От массовых революций по миру, до куполов ядерных взрывов над мегаполисами.

Он уехал один, родителей к тому времени уже не было, а друзей …. Нет, друзей предупреждать не стал, надвигался апокалипсис и выжить в замкнутом помещении с ограниченными ресурсами легче будет одному. А если и имелись угрызения совести, то враз похоронил их. Такое бывает, ты знаешь о надвигающейся катастрофе, отгоняешь от себя мысли, что она вообще может произойти, а став её свидетелем, ужасаешься, теряя все навыки кроме одного, выживания. Александр приложил все силы, он собирался выжить. И он выживет. Перед тем, как тяжёлая бронированная дверь закрылась, отделив его от остального мира, в последний раз посмотерл на тот самый мир, чтобы переродиться в нечто новое. И он собирался вернуться в него, чтобы самолично лицезреть перемены. И написать об этом историю.

Интересно, я не стану как те фараоны, меня и вправду найдут спустя тысячи лет запретного под землёй? – посмеялся над своим страхом.

К креслу подкатил робот с круглой плоской тумбой и парочкой бокалов. Александр протянул руку, намереваясь взять первый.

– Возле входа стоит андроид, – оповестил дворецкий.

– Кто?

– Андроид, его прислала корпорация, он проведёт вашу подготовку погружение в гибернацию.

Глава 2

Рука дрогнула, бокал, выскользнув из ладони, упал в мягкий ковёр, расплескав содержимое. Неожиданно прозвучали слова Дворецкого, хоть и готовился к этому.

Мигом выскочил круглый робот пылесос, и возмущённо шумя, кинулся прибирать за нерасторопным хозяином.

– Андроиду известен общий код, – произнёс Дворецкий. Его голос везде, это умная система и она полностью контролирует жизнь мужчины под землёй. – Впустить?

Александр судорожно вздохнул, – Разумеется, – неожиданно воздух стал сухим и колючим, проникая в лёгкие, продирал их, заставляя сжиматься в кашле.

Из распахнутого окна послышался пронзительный выкрик чайки, отчего мужчина вздрогнул.

– Проникновение! – замелькал красный предупреждающий сигнал. – Нарушена герметичность входа!

Резкий звук ударил по ушам, за месяцы одиночества и долгого сна Александр отвык от громкого звука, и ему показалось, садист ножом прошёлся по барабанным перепонкам, до такой степени ему стало больно. Зачем делать такую систему оповещения, а главное у чему этот шум?

– Рекомендую вернуться в камеру гибернации, – голос Дворецкого изменился, в нём появились нотки не принимающие возражений. – Только в ней сейчас возможно поддержать высокий уровень стерильности.

– Уровень стерильности? – переспросил Александр, хотя ноги уже сами несли тело в комнату, где располагалась криокапсула.

– Просто на всякий случай, не хватало, чтобы вы заболели перед погружением в гибернацию, тогда придёться отложить процесс.

Дверь перед мужчина едва успела отпрянуть в сторону, и он буквально влетел в самое стерильное помещение бункера. Тяжело перевёл дыхание, мышцы разболелись от нагрузки, их неприятно покалывало, присел на пол, прислонившись спиной к капсуле.

Ради этого я стал долгожителем, мечтая лицезреть искусственный свет лет, подняв голову, посмотрел на потолок, только для того, чтобы оказаться загнанным в подвале глубоко под землёй словно крыса?

И как, оно того стоило? В памяти всплыл облик давнего уже во всех смыслах слова приятеля, на одной вечеринке разговор зашёл о смысле жизни и вообще, стоит ли человеку жить вечно. В общем-то, бредовый тогда выдался вечер. Так вот, тот приятель настаивал на том, что нечего человеку жить вечно, если не успел добиться желаемого за отведённое природой время и вечность не поможет тебе понять смысл жизни. Оно того не стоит, провозгласил тогда приятель к тому времени изрядно перебравший выпивки, мухлевать с генами, спасть в ледяном гробу, в конечном счете, ты потеряешь больше, чем в иллюзорной надежде приобрести нечто новое.

Внезапно свет погас, всего на десять секунд, но этого времени хватило с избытком, чтобы холодный пот прошиб тело Александра, заставив в судороге сжаться сердце, которое едва не остановилось.

Тьма, вокруг липкая холодная тьма, и ему казалось, из неё послышались загробные заунывные стоны, и кто-то потянул руки в желании сцапать и потащить к себе.

Свет вернулся, Александр прислонившись к капсуле, часто и жадно дышал.

А ведь у него некогда была цель, великая цель ради которой он и пошёл на обман природы, подтасовав гены в желании прожить сотни лет. Он хотел создать книгу, особую книгу, которая после его смерти будет напоминать миру о том, что некогда жил такой человека как Александр. По сути, в своём желании замахнулся на то, чтобы встать в один ряд с писателями прошлого, чьи мысли изложенные на бумаги прошли через века. Тщеславие всегда толкало искусство к развитию, открывая новые горизонты в познания мира, ровно как и война науку и технический прогресс.

Но пока он не создал ни одной строки, его книга так и осталась с девственно чистыми листами.

– Дворецкий? – собственный голос казался Александру тонким писком. – Дворецкий?

– Я вас слышу, – отозвался тот.

Слава Богу, пронеслось в голове мужчины, он не остался один.

– Как там?

– Угрозы для вашей жизни нет.

Александр обмяк после этих слов, он ещё проживёт какое-то время.

– Также нет опасности заражения, герметичность входа в убежище восстановлено, идёт обеззараживание, вы можете покинуть помещение.

– Хорошо, – Александр поднялся, морщась от колючей боли в икрах, надо потому будет воспользоваться медицинской капсулой, пусть сделает массаж или вколет что-нибудь.

Прихрамывая, мужчина направился к двери.

Интересно, а как остальные проводят время в подобных убежищах? В проекте «Улей» насколько он знал участвует сотни людей. А как поживают те, кто устроился в космических станциях?

Дверь плавно отошла в сторону, готовая выпустить человека. Александр замер на месте, холодея от увиденной картины, перед ним в проёме стоял робот.

Выше Александра на голову, его светящийся круг вместо лица состоял из сотен точек, которые переливались разными цветами. В остальном строение близко к человеку, туловище, руки с запястьями и ладонями, ноги. Внешне туловище напоминало лёгкую броню, и имело отметины от пуль. От робота слабо пахло гарью и свежей травой после дождя.

Круг засиял, переливаясь радужным цветом – Александр, – пророкотал глубокий голос, – я С-44-А, прибыл, чтобы провести процедуру вашей гибернации.

– Понятно, – выдавил из себя Александр, и на всякий случай уточнил. – Опасности ведь нет?

– Опасности нет, – отозвался Дворецкий.

Александр улыбнулся, страх спал – Не лжёшь? – шутливо спросил он.

– Я не склонен ко лжи, – казалось, в голосе Дворецкого проскользнула обида, – я машина, а не человек.

– У меня к вам просьба? – робот шагнул к человеку, громкий стук ноги отозвался в помещении.

Александр растерялся от напора металлического гостя – Просьба? Какая?

– Хочу научиться, – глубокий голос никак не вязался с металлическим телом, отдавал благородством и достоинством что воспитывается в человеке с детства.

– Учиться? Чему?

Александр даже не понял, как в ладони андроида показалась потрепанная книга с перепачканной обложкой.

– Читать?

Робот склонив голову на бок, изучал человека большим светящимся шаром:

– Я хочу научиться писать.

К любому повороту событий был готов Александр, даже к самому мрачному и печальному, но не к этому.

Ошалело уставившись на робота, переспросил – Писать?

– Да.

– Ты хочешь научиться писать…, – пытался осознать просьбу машины, бесчувственного существа способного мыслить лишь заданными алгоритмами, из которых выбирал наиболее подходящий ответ или решение проблемы. – Ты хочешь писать текст, буквы?

– Я хочу уметь писать книгу.

Выражение, словно гром среди ясного неба, как нельзя кстати подходило для объяснение ситуации. Александр не мог поверить

– Ты хочешь научиться писать книгу? Зачем тебе это? Разве роботы вообще читают?

– Я да.

– Ты…, – мужчина махнул рукой. – Господи, да что происходит в мире?

– Если речь идёт о ваших сообществах называемые государства, то они продолжат функционировать.

Всё, Александр закрыв глаза, выдохнул – Я не о том, это фигуральное выражение.

– Я в курсе, что оно означает.

– Вот как, глядишь, искусственный разум возьмёт вверх над людьми, – усмехнулся Александр, – и быть может попытается уничтожить создателя, – он откровенно посмеивался над сложившейся нелепой, так считал, ситуацией.

Робот склонил голову, сияющий круг изучал лицо человека – Создатель означает Бог?

Александр подтвердил догадку робота кивком.

– Люди не боги, значит, вы не можете быть создателями.

Брови мужчины поползли вверх от удивления – Да ты философ.

– Нет, я андроид серии С-44-А.

Александр вздохнул – Всего на секунду показалось, я нашёл таки себе достойного собеседника, – замызганная обложка книги привлекала внимание, протянул руку. – Можно?

Робот позволил взять её. На жёлтой обложке, порядком выцвела и заглавные буквы растеклись, всё ещё видно улыбчивые лица детей выполненных в рисовке вызывающей умиление.

– Детская книга, – Александр осторожно, книга вызывала в нём неподдельное уважение, – я помню, как читал её будучи ребёнком. Тут собраны рассказы о зверях, – печальная улыбка скользнула по лицу. – Давно это было, кажется уже в другом времени и пространстве. Откуда она у тебя?

– Нашёл в месте называемой библиотекой, – ответил робот.

– Чудо, что она сохранилась, – Александр вернул книгу владельцу. – Почему ты решил писать книги?

– Я хочу понять, почему вы делали это.

– О как, – мужчина усмехнулся, – да у меня сегодня особенный день, дарит одно чудо за другим. Мне надо выпить, – шагнув мимо робота, направился к выходу.

У него нашёлся тот, кто желал общения с ним. Пусть и не живой. Хоть какое развлечение перед тем, как нырнуть в криокапсулу.

Вернулся в зал, трое круглых роботов уборщиков с писком возмущения елозили по ковру, с трудом оттирая следы оставленные незваным гостем.

– Горы, – приказал Александр усаживаясь в кресло, голограмма услужливо сменилась, демонстрируя горную гряду с заснеженными пиками, со склонов сбегали ручьи. Они стекали в изумрудные луга. – Дворецкий, приготовь мне что-нибудь покрепче.

Грузные шаги за спиной говорили о том, что робот не отставал от хозяина бункера.

Андроид остановился, глядя на шкафы забитыми книгами.

– Интересно? – самодовольно усмехнулся человек. – Довольно обширная коллекция.

– Некоторые я читал, – робот подошёл к ближайшему шкафу и посмотрев на шеренгу книг, осторожно приставил свою книгу к остальным.

– У тебя есть любимая книга?

Подкатил небольшой робот с подносом, на котором стоял стакан и бутылка из тёмно-коричневого стекла. Стоило открыть пробку, растёкся терпкий фруктовый запах с нотками крепкого алкоголя.

– Что значит любимая? – повернулся робот к человеку.

Александр плеснув янтарной жидкости в стакан, просветил – Та, что понравилась больше всего, что запала в душ…, – запнулся и усмехнулся. – Сложно будет объяснить, – залпом выпил содержимое стакана и зажал рот ладонью. Рецепторы за долгое время отвыкли от крепкого спирта, и теперь их неприятно жгло. – Та книга, которая ты можешь назвать первой в своей жизни. Можешь такое поведать?

Робот мигнул светящимся кругом – Да. Самая первая книга.

– О, – одобрительно прогудел Александр, наливая себе очередную порцию, – рассказывай.

– В ней говорилось о человека, что создал крылья из воска и птичьих перьев, люди над ним смеялись, но он всё равно сумел взлететь и подняться в небо.

– Да, да, – закивал Александр, на этот раз пил мелкими глотками, – миф об Икаре. В итоге, подлетев близко к солнцу, обжёгся и расплавил крылья, рухнув вниз, – задумался над мыслями. – Занятно как-то вышло.

– Он разбился.

– Такова оказалась плата за достижение мечты.

– В книге много неточностей, человек не может подняться в небо при помощи подобной техники, это противоречит законам механики и физики.

– В мифах главное не законы механики и физики, – Александр с каждой дозой спиртного ощущал прилив сил и бодрости, – так главное смысл.

– Смысл? – робот подошёл ближе и замер в ожидании объяснения.

– Да, тут соль истории в другом, человек жил мечтой и сумел достичь её не обращая внимания на насмешки и неверие общества. Он бросил вызов всем, себе, людям, богам, даже солнцу и победил.

– Он умер, – напомнил робот человеку, – разве это можно считать победой? Тем более, у него имелся шанс вернуться на землю и остаться в живых, раз удалось подняться в воздух.

Александр замотал рукой перед роботом – Не так всё просто.

– На деле, гораздо проще, надо было спуститься ниже.

– И отказаться от мечты? – Александр улыбнулся. – Порой люди готовы идти за ней, не обращая внимания на последствия.

– Даже если они губительны для вас?

Александр кивнул, залпом допивая остатки в стакане.

– Как ты сумел найти меня? – осторожно спросил робота. – Не похоже чтобы ты случайно шарился по «Улью» в поисках писателей?

– Изучив список, обнаружил ваше имя и род деятельности, и сохранил его для себя.

Переваривая услышанное, Александр произнёс – Занятное положение.

Глава 3

Бутылка опустела и Александр, перевернув её вверх дном, пытался выудить последние капли. Робот, стоя напротив него, невозмутимо поблёскивал светящимся кругом.

– Не получается, – хмуро произнёс мужчина, оставляя стеклянную посудину в покое. Робот помощник бесшумно скользя по ковру, укатил в сторону столовой. – А разве ваш центр, залезть тебе в черепушку? – постучал пальцами по своей голове.

– Может, но пока не станет этого делать.

– Почему?

– Моё функционирование не выбивается из настроек.

Александр после этих слов удовлетворённо кивнул – Ага, выходит первый шаг к тому, чтобы стать писателем ты уже сделал.

– Первый шаг? – светящийся круг вместо лица переменился в цвете, из белого стал светло-голубым. – Какой шаг?

– Ты солгал.

– Нет, искусственный интеллект не подвержен эмоциональному воздействию, нам не ведомо ложь.

– А ведь придётся обзавестись подобным навыком, – Александр упираясь руками в подлокотники кресла, довольно резво поднялся. Алкоголь и переживания заставили ноги подкоситься, и упал бы он на пол лицом в ковёр, если бы не робот успевший поддержать его. – Благодарю, – усмехнулся мужчина, – хорошо, когда есть тот, кто подставит дружеское плечо. Теперь о лжи, есть такая присказка, писатели всегда врут. А знаешь почему?

Робот молчал, его светящийся круг переливался разными цветами, от зелёного, до красного и даже серого.

– Нет, – выдал ответ.

– Потому что писатель придумывает историю, свой собственный мир и человек читающий книгу должен поверить в него, то что подобное происходило в самом деле, либо может происходить. А для этого необходимо иметь буйную фантазию.

– Интересная теория, тогда как быть с историческими книгами? Те, что созданы на фактах?

Александр махнул рукой – Исторические факты все равно что напёрстки, порой ими крутят так, как нужно шулеру играющему с доверчивым народом. Главное быть убедительным. Ладно, – мужчина прихлопнул себя по животу, – спущусь в столовую, перехвачу что-нибудь, а ты…, – указал на шкафы с книгами, – можешь полистать их.

– Хорошо.

Александр двинулся было в нужное направление, остановился – Только аккуратно, им очень много лет.

– Понял.

Александр прошёл по коридору, свернув в маленькую кухню. Тут имелось всё оборудование, способное растопить сердце даже самого сердитого шеф-повара, от варочной плиты до духовой печи, разделочные столы из нержавейки сверкали отдраенной до хирургической чистоты поверхностью, на стенах аккуратно вывешены половники и лопатки, в холодильниках с прозрачными дверцами идеальный порядок с грамотным и правильным расположением продуктов. Рядом во втором холодильнике виднелись бутылки с пёстрыми наклейками.

Чуть дальше также небольшая столовая с деревянным столом и тремя стульями. Бункер рассчитан на проживание небольшой семьи или трёх человек, Александр предпочёл спастись в одиночку.

Подойдя к раковине, включил холодную воду и набрав её в ладони, ополоснул лицо.

Холодная вода обожгла кожу и смыла чувство опьянение, вернув страх, до такой степени, что пальцы вцепившись мёртвой хваткой в раковину побледнели и не могли разжаться. У него в бункере робот, который не подчиняется системе и он… Бред, он хочет писать книги, и поэтому нашёл его. Расскажи такое лет десять назад, ни за чтобы не поверил. Но сейчас Александра волновало другое.

– Дворецкий, – голос предательски охрип, – с этим роботом всё в порядке?

Капли воды стекали с лица и падали в раковину, выдавая тупой стук.

Боже, Александр зажмурил глаза с такой силой, что в темноте засверкали мушки. Он боялся что его жизнь не просто висит на волоске, а качается на этом волосе над пропастью на дне которой ощетинились зазубренные колья.

– Его функционирование в норме, – отозвался Дворецкий, – данный андроид не представляет угрозы для вас.

– Не представляет угрозы? – Александр не верил ушам. – Да откуда ты знаешь? Он может лгать!

– Не может.

– С чего такая уверенность? – вскипел мужчина, последняя капля упала в раковину, издав на прощание протяжный стук.

– Искусственный интеллект не способен на ложь.

– Уже слышал и не раз. Точно?

– Я не лгу, – спокойно произнёс Дворецкий полный собственного достоинства.

Проклятье. Если бы существовал бог удачи, за дальнейшую судьбу мужчины не дал бы и ломаного медного гроша. Если что, у запертого под землёй нет ни малейшего шанса на спасение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.