Екатерина Жебрак
Интриги Тёмного Двора. Книга 2

Светлые и Тёмные земли. Траур

Гордые стяги были опущены, вместо них над древними городами реяли чёрные траурные флаги. Люди на площадях тихо переговаривались, женщины вытирали уставшие от слёз глаза.

Победа. Победа, доставшаяся огромной ценой. Ужасной ценой. Самые лучшие, самые смелые, самые отважные, ушедшие искоренять зло, не вернулись домой.

Никто.

И не останется ни могил, ни надгробий. Ибо Тёмная крепость Лонмор, средоточие сил Мара Сэахора, рухнула, провалилась, похоронив под обломками тела защитников Светлых земель.

Не вернулся никто. Даже маги Гальдин и Сантил. И всё же цель была достигнута – больше не осталось на земле Тёмных Маров, этих демонических исчадий, одним своим существованием угрожающих свободе Светлого мира.

Вот только цена была велика. Потому и реяли чёрные траурные флаги над древними городами.

Светлые земли оплакивали безвозвратную потерю.

***

Едко пахло дымом. Мутная взвесь наполняла воздух. Ветер нагонял новые и новые волны запаха и мелкого пепла. Окрестности Лонмора ещё горели.

Хэлдэрэ бросила тревожный взгляд на стоящего рядом Сэахора. Высокий, затянутый в чёрное, он недобро смотрел вдаль – насколько это было возможно в остро пахнущей пелене. Рядом стояли керы. Хэлгар был неподвижен, Алхор слегка усмехался, Ульфар же подозрительно посматривал на Охранный Камень.

– По мне так Камни работают, – проговорил шаман, указывая на огромный осколок скалы, невесть как оказавшийся посреди степи. – Но неправильно.

Сэахор покосился на Алхора.

– Донесения ещё не поступали, – он развёл руками. – Знаю лишь про всеобщий траур по Светлым землям. Все, кто отправлял к нам свои войска, теперь об этом жалеют… Думаю, надо подождать. Траур долгим не бывает.

– Надоело ждать, – процедил Сэахор. – Надо лишь проверить… – он обернулся к соратникам.

Хэлдэрэ усмехнулась.

– Я не пойду.

Сэахор приподнял бровь.

– Позвольте мне, мой Лорд, – проговорил Хэлгар.

– Хм, ну давай… – Мар обвёл взглядом кера. – Ступай, – он указал на Камень.

Хэлгар, коротко поклонившись, направился к обломку скалы. Остальные внимательно следили за его движениями.

Шаг, ещё шаг. Кер поравнялся с камнем… Алхор скользнул вслед, кинув быстрый взгляд на Ульфара. Тот тоже придвинулся к Камню. Ещё шаг… За невидимую грань. За грань Охранного Камня…

Хэлдэрэ и Сэахор замерли. А Хэлгар сделал ещё шаг… И ещё…

Он обернулся.

– Свобода, мой Лорд… – сдержанно улыбнулся кер.

…Но улыбка вдруг превратилась в жуткую гримасу… Миг, и Хэлгар безмолвно упал, как будто подкошенный. Вот только подкошенные не вытягиваются струной – или судорогой – от боли…

– Давай!

В руках степняка-шамана появился аркан. Миг, и тонкая прочная нить взвилась. Ещё миг – Алхор и Ульфар потянули Хэлгара обратно. Тело воина изогнулось, как будто сведённое судорогой. Секунда, вторая – и он выдохнул, оказавшись за гранью действия Камней. Он неподвижно лежал на земле и натужно дышал, как будто его вытащили из воды. Ульфар склонился над ним, Хэлдэрэ оказалась рядом.

– На, старший, полегче будет, – в пальцах шамана появилось какое-то снадобье.

Хэлгар послушно проглотил пилюлю. Его кожа была белой, как полотно. Хэлдэрэ наклонилась ниже, положила руку на лоб кера и тут же отдёрнула.

– Больно… – выдохнула она. – Как так…

– Какого дьявола… – прошипел Сэахор.

– Светлые ещё не успели… – развёл руками Алхор.

– Выйди.

– Повелитель? – Алхор приподнял бровь.

– Выйди за пределы Камней, – ртутные глаза вонзились в безмятежную синь. – Сейчас же.

– Как прикажет Повелитель… – кер поклонился. – Ульфар, подстрахуй…

Шаман пожал плечами и встал, оставляя Хэлгара приходить в себя. Алхор же подошёл к Камню.

– Он же всегда выходил, – вдруг нарушила молчание Хэлдэрэ. – На него не распространялось, только на нас…

Алхор, подошедший к границе Камня, как будто прикоснулся к чему-то левой рукой. Прикоснулся и отдёрнул. И обернулся на Сэахора.

– Чувствительно.

– Иди.

– Какой смысл?

Мар оскалился.

– Прямой. Не ты ли пел, что Светлые обнулят Камни после нашей так называемой гибели? – он говорил с сарказмом. – Давай, шагай.

– Увы, не могу, – светски улыбнулся Алхор. – Не обладаю такой выдержкой и безумием, как Хэлгар. Я не могу идти в боль. Граница не пропускает меня, Повелитель.

– Какого дьявола?! – Сэахор был в ярости.

Хэлдэрэ вдруг подошла к Алхору.

– Я не вижу… Где граница, – она вела рукой в воздухе, как будто пыталась нащупать что-то. – Ой! – вдруг вскрикнула она и схватилась за пальцы, как будто обожгла их. – Как больно, – выдохнула она. – Ой…

Она взглянула на кончики пальцев. Они почернели, как будто были измазаны в угле. А чернота распространялась от них дальше, растекаясь.

– Чего ждёшь! – хлестнул голос Сэахора. – Лечи!

Мара опустилась на землю. Глаза её были открыты, вот только они сейчас ничего не видели – сплошная серо-призрачная муть заполнила их. Очертания тела подëрнулись дымкой. Но странный ожог оставался непроглядно-чёрным пятном.

– Кто ж так лечит… – проворчал Ульфар.

Мгновение, и он был рядом. Толстые пальцы шамана схватили руку Мары и с силой прижали её к земле. Миг, и, повинуясь его воле, над почвой показались смутные силуэты. Они обвили стремительно чернеющую руку Мары.

Она глубоко вздохнула. Чёрный цвет стал бледнеть.

– Что ты сделал? – с трудом проговорила она, взглянув на шамана.

– Духов Земли позвал, – фыркнул тот. – Кто ж лечит демоном чары против демона? Эй, а ты чего? Покажи? – он встал и подошёл к Алхору. – Тоже, небось… А, нет?

– Я остановился раньше, – усмехнулся тот, показывая здоровую руку. – Почувствовал жжение и не стал продолжать.

– Почему тогда Хэлгара не обожгло, а ударило? – с непониманием спросила Хэлдэрэ, сидя на земле.

– Потому что он – кер, – сквозь зубы произнёс Сэахор. – А вот кто у нас Алхор… – он недобро посмотрел на него.

– Тоже кер, мой Повелитель, – поклонился тот. – Иначе я был бы обожжён так же, как и Хэлдэрэ. А я почувствовал боль – наверняка и Хэлгар чувствовал её, но пренебрёг… Я же просто не пошёл дальше. Поберëг свой чистый разум для службы, – он снова наметил поклон. – От меня, лежащего рядом с Хэлгаром, толку было бы куда меньше…

Сэахор поджал губы и обвёл взглядом присутствующих.

– Хэлдэрэ, смени облик. Попробуй выйти в эльфийском. Быстрее!

Мара вздохнула. Образ её снова задрожал…

Эльфийка получилась похожей на саму Мару. Лишь более утончённые черты, миндалевидные глаза и острые уши принадлежали Старшей расе. Она бросила взгляд на Алхора и подошла к обломку скалы.

Прикосновение к воздуху… Дальше… Дальше.

…Она упала резко и молча, как будто от подсечки. Ульфар мгновенно схватил её за руку – благо, она не ушла так далеко, как Хэлгар – и втащил её обратно, на границу Тёмных земель.

– Эй, Повелитель, помогай, – он напряжённо вгляделся в побелевшее лицо. – Мало ли… Я Маров в обличье эльфов не лечил никогда…

Сэахор коротко выругался и присел рядом с эльфийкой, вытянувшейся струной.

– Давай Духов. Демоническое всё равно нельзя.

Ульфар кивнул. И снова силуэты Духов поднялись из земли. Только на этот раз они как будто одеялом укрыли Мару в чужом облике. Одеяло становилось всё плотнее и плотнее, практически полностью скрыв силуэт за собой.

Сэахор мрачно ждал. Хэлгар всё ещё лежал на земле, тяжело дыша. Алхор задумчиво смотрел за пределы Камней.

Наконец, одеяло Духов растворилось. Облик эльфийки дрогнул. На её месте появилась Хэлдэрэ. Мара болезненно щурилась на солнце, хоть то и едва светило сквозь дымную пелену.

– Ну что ж. Поздравляю, – с сарказмом проговорил Сэахор. – Мы проиграли. Феерично проиграли.

Было тихо. Мар повернулся на Алхора. Хэлдэрэ начала подниматься, но Ульфар вдруг бесцеремонно поднял её с земли. Мара с толикой возмущения посмотрела на него. Тот ответил ухмылкой.

– Забочусь о тебе, госпожа демоница, – ехидно хмыкнул он и повернулся в сторону Алхора.

На кера пристально смотрел Лорд.

– Ответь мне на один вопрос, – голос Сэахора стал шипящим.

– Сделаю всё возможное для этого, – синеглазый кер церемонно склонил голову.

– Сделаешь, – недобро усмехнулся тот. – Непременно сделаешь… Так вот, скажи мне, Алхор… Зачем ты мне теперь нужен? – ртутные глаза расплавляли реальность. – Зачем ты нужен мне в резервации? Когда крышка захлопнулась… По твоей вине. По твоему плану… – демоническая энергия взвилась вокруг Мара. – Какой смысл сохранять твою никчёмную жизнь?!

Алхор невозмутимо смотрел в ртутные глаза. Хэлдэрэ была напряжена. Ульфар отодвинулся в сторону. Хэлгар по-прежнему лежал на земле.

За спиной Алхора была незримая грань, отделяющая Тёмные земли от Светлых. Грань, разрушающая тела тех Тёмных, что осмелились выйти из своего пристанища… А перед ним был взбешённый Мар. И расстояние вытянутой руки.

– Повелитель готов освободить меня от вечной службы? – улыбнулся Алхор. – Хм, это щедрый подарок… Я приму его с благодарностью. Жаль лишь, что с резервацией вам придётся разбираться без меня…

– Если с ней будешь разбираться ты, нас вообще прихлопнут, – скривился Сэахор. – Ты не оправдал возложенных надежд и полномочий…

– В эту войну все мы провалились, – вдруг проговорила Хэлдэрэ. – Один советник чего стоит. И мы с тобой, не заметившие магии Орина. Избавляться от Алхора – не лучшее время. Да, с искрами почти разобрались, но Камни… Я не собираюсь расхлебывать это, когда главный виновник благополучно умер. Пусть разбирается.

Сэахор с толикой удивления взглянул на неё.

– Вот как?

Хэлдэрэ пожала плечами.

– Это куда более справедливо, чем просто дать ему смерть. Кто-кто, а он точно будет мучиться, не имея возможности выйти на свободу. Пусть и платит за свою ошибку. У нас же всегда так. Это Светлые карают смертью. А мы караем жизнью…

– А я уж думал, ты его полюбила…

Хэлдэрэ фыркнула.

– Мне нечем. Сердце давно сгнило в земле.

Сэахор усмехнулся.

– Живи, – процедил он, взглянув на Алхора. – Поднимите его, – он брезгливо кивнул на тяжело дышащего Хэлгара. – Что ж, господа неудачники. Возвращаемся в Рамгар. Это эпохальное поражение стоит отпраздновать…

***

– Я восхищён, – шепнул он. – Прекрасная игра.

– Я вернула тебе один долг, – она усмехнулась. – Не всё тебе меня спасать.

Он лукаво прищурился. Но с лица Мары сошла улыбка.

– Ты показал Ульфару правую руку. А прикасался левой, – она взглянула ему в глаза.

Он ответил долгим изучающим взглядом.

– А ты наблюдательна…

– Болит?

– Весьма. Но Ульфара я не хочу посвящать.

– Разумно. Попробуем магией болот. Я когда-то умела… Вот только ты объяснишь мне, как так случилось.

– Боюсь, это ты объяснишь мне, – усмехнулся он. – Я в такие игры не играл.

Она настороженно на него посмотрела. Кер едва заметно улыбнулся. Жизнь подкидывала сюрприз за сюрпризом.

***

Эльф смотрел в потолок. В груди нестерпимо жгло. Горло перехватило. Едкий стыд душил, переполняя всё существо менестреля.

Он вспоминал. Он всё вспоминал. Все свои слова. Все свои шаги.

Всё то, как он своими руками разрушил свою жизнь.

Мары ничего не забывают, как и эльфы.

Мары не прощают. Как и керы.

Хэлдэрэ запомнит навсегда его предательство.

И керы тоже.

Впрочем, куда страшнее, что он сам не забудет и не простит самого себя. И не успокоится, пока не поймёт, что заставило его, эльфа, потерять остатки самоуважения и сделаться форменной скотиной – пусть даже под действием заклятия.

***

Золотые глаза щурились на скрытое за дымной пеленой солнце. Ноздри трепетали, втягивая острый запах пожарищ.

Свобода. Наконец-то свобода.

300 лет назад

– Вот она, Тёмная сторона, как вы привыкли нас называть, – усмехнулся Мар, глядя на собеседника.

Тот с лукавой усмешкой на губах слушал его. Синие глаза, чёрные пряди волос, меч на перевязи, дорогой камзол.

– Недурно.

– И всё? Больше тебе нечего сказать?

Тот пожал плечами.

– То же самое, что и у нас.

– Не скажи, – Мар искусственно улыбнулся, в его ртутных глазах промелькнул огонёк злости. – Здесь многое иначе. Ты увидишь это очень скоро.

– Да, у меня есть ещё пара дней погостить, – синеглазый рассматривал пейзаж за крепостной стеной. – Может, что и увижу необычного. Пока самая большая диковинка – это ты, – он повернулся к хозяину. – И твои сподручные. Как там они, керы?

– Именно так. Керы. Люди, чьи возможности стали куда выше, чем могли быть, – он усмехнулся. – Их не убить – точнее, их легко возродить. А, значит, в моих руках их бессмертие. Достойная плата за их верность. Такого на Светлой стороне точно нет, не криви душой, Алхор.

– Думаю, верность такому, как ты, и правда стоит дорого, – он выдержал ртутный взгляд. – Не думаю, что работёнка непыльная. Разбой, кровопролитие, шпионаж, грязные делишки – ведь так? И короткий поводок – их жизни в твоих руках.

– Бесконечные жизни, – Мар слегка изогнул губы в улыбке. – Разве оно того не стоит? Всего лишь кровопролитие, грязные делишки и шпионаж. Ты, например, этим и так занимаешься. Но годы идут, ты не молодеешь. Какие-то жалкие лет 20-30, и ты станешь потрёпанным, уставшим от жизни стариком. А тот же Хэлгар, помнишь его? Он не изменится. При нём будет и сноровка, и сила, и абсолютное здоровье. И долгие сотни лет жизни. Это ли не подарок?

– Славно поёшь, – Алхор усмехнулся ему в лицо. – Ради этого меня и пригласил? Вербовать? Хм, недурно. Бессмертие мне ещё не предлагали.

– Потому что никому, кроме меня, это не под силу.

Алхор приподнял бровь.

– Возможно. Но, знаешь, связываться с демонами – та ещё игрушка. Особенно таким, как я. Осадочек, знаешь ли, остался.

– Ты про свою мать? Твой отец так и не утешился?

– Нет, – Алхор светски улыбнулся. – Любил, говорит.

– Любил?! – фыркнул Мар. – Как смешно звучит.

Алхор пожал плечами.

– Тебе – возможно. Ему – нет.

– Будь осторожен. С такой-то наследственностью, – прищурился Сэахор.

– С демонической?

– Нет. Со способностью так сильно любить, – оскалился Мар. – Это проклятие похуже многих. Убийственное искажение. Ошибка природы.

– Вот как? – Алхор облокотился на каменный зубец крепости.

– Именно. Эта иллюзия мешает жить. Толкает на глупости. На самоубийственные шаги. Делает зависимым. Лишает свободы. Разве ты не слышал, как многие жизнью жертвуют ради любимых, – он выплюнул последнее слово с отвращением.

– И что в этом глупого? На твой взгляд?

– Это нарушение и здравого смысла, и инстинктов. Инстинктов выживания. А, значит, это досадная ошибка человеческой природы, – он смотрел в небо. – У эльфов с этим лучше. Они реже спотыкаются об эту глупость. Дольше сохраняют разум свободным от этих безумных чувств. Потому и королевства их куда крепче, чем людские.

– А Мары, я так полагаю, лишены этой заразы полностью? – Алхор смотрел на него с насмешливым интересом. – И керы?

– Разумеется. Что не мешает нам наслаждаться жизнью, находить развлечения и сохранять полную свободу.

– Хммм… – Алхор вдруг посмотрел на Сэахора, как будто о чём-то догадавшись.

– Что?

– Ты был влюблён? Неудачно, я так понимаю?

Глаза Мара сузились.

– Можешь не отвечать. Я всё понял, – Алхор примирительно поднял руки.

– Сомневаюсь, – сквозь зубы процедил Сэахор. – Ты придумал, а не понял.

– Даже если и так, – Алхор спокойно смотрел в нечеловеческие глаза. – Я понял главное – тема любви для тебя закрыта. Она заставила тебя когда-то страдать. Ты сделал выводы и выжег любовь калёным железом. И помогаешь с этим всем остальным. Что ж, весьма логично.

Мар неприязненно оглядел его.

– А ты умнее, чем я думал.

Тот отвесил глубокий театральный поклон.

– Это высокая похвала из уст существа, разменявшего не одну сотню лет, – усмехнулся он. – Куда теперь? Что ещё покажешь?

– Оружейную. Думаю, тебе будет интересно.

– Безусловно. Польщён. Приму как честь…

Рамгар. Жить дальше

– Хватит уже валяться, – недовольно проговорил Мар, стоя на пороге светлой комнаты. – Вставай. Дела не ждут.

Эльф медленно повернул на него голову.

– Меня уже никто не ждёт, – ответил он негромко. – После всего…

Сэахор перекосился.

– Хватит ныть. Вставай.

Эльф грустно усмехнулся и как будто с трудом сел на кровати.

– Ты не успел ничего сделать. Так что…

– Да. Не успел. Не успел сделать ничего стоящего.

– Лэнх! – рявкнул Сэахор. – Уймись. Есть проблемы посерьёзнее, – он помрачнел и прошёл в комнату, тяжело опустился в кресло. – Камни не погасли. Граница закрыта намертво. Даже Алхор выйти не смог.

Эльф непонимающе посмотрел на Лорда.

– Как?!

Тот зло фыркнул.

– Будем разбираться. Отправлю отряд магов. Как только Хэруол очнётся. А пока мы в западне… – новая гримаса исказила его лицо. – Стало хуже, чем было.

– Ты уже наказал Алхора?..

Мар кинул на него подозрительный взгляд.

– Я к тому, что он не мог предположить такое. Никто не мог, – Лэнхэллир смотрел ему в глаза. – Ни ты, ни Хэлдэ не могли подумать, что будет так…

– Ты защищаешь Алхора?!

– Я думаю, что сознательно он не вёл бы к такому концу, – менестрель сжал губы. – И что сейчас нам надо сплотиться вокруг общей беды.

– Придётся, – желчно выплюнул Сэахор. – Но о личной крепости Алхор может смело забыть. Не заслужил.

Эльф слегка пожал плечами.

– Пошли, – Лорд упруго встал. – Нам сейчас все руки нужны. И головы.

– Я не доверяю своей голове… – эльф помедлил. – Я боюсь снова…

Сэахор скривился.

– Магию Орина из тебя выудили. Твоя голова принадлежит – я надеюсь – только тебе. Так что хватит ныть.

Эльф болезненно взглянул в глаза Мара.

– Сэахор, я мог натворить много ужасных дел, – тихо произнёс он. – Моя вина куда серьёзнее вины Алхора…

Взгляд Сэахора стал уставшим.

– Лэнх, – проговорил он непривычно-спокойно, – меня окружают дураки и психи. И ещё несколько индивидов себе на уме. Мне даже поговорить не с кем, – он криво усмехнулся. – Вставай. Пошли. Забудь ты про эти искры. Тебя взяли на страхе – весьма обоснованном. Тебе есть, чего бояться. Сейчас ты в порядке, а Светлого воинства не существует. Ты не прогнёшься под заклятие, если вдруг оно снова окажется около тебя.

Эльф с болью посмотрел в ртутные глаза и встал.

– Сэахор, ты не понимаешь, – одними губами прошептал тот. – Я готов был предать тебя. Предать! – воскликнул он. – Сдать Светлым. Я готов был… – его голос сел. – На многое… Я был против Хэлдэрэ, я презирал её… Сэахор, мне нельзя быть рядом с тобой. Я… Я не доверяю себе, – он покачал головой. – Вдруг Ульфар убрал не всё? Вдруг оно затаилось? Вдруг я опять…

Мар выжидательно смотрел на эльфа.

– После такого потрясения – вряд ли. Ты теперь каждую свою мысль будешь перепроверять и взвешивать. Пошли.

Лэнхэллир болезненно улыбнулся.

– Хэлдэрэ будет меня презирать.

Лорд фыркнул.

– Она отходчивая. Если она со мной осталась – после всего, что было – она и тебя простит. А я, уж поверь, по ней прошёлся куда хлеще, чем ты, – он усмехнулся. – Проглотит и забудет. И ты забудь. Попроси прощения, если уж тебе это так важно. Она не сможет отказать – а тебе, глядишь, облегчение будет.

Эльф тяжело вздохнул.

– Я – не ты.

– Думаю, это прекрасно, – зло усмехнулся Мар. – Хватит топтаться. Пошли. Надо как-то жить дальше… И, желательно, не попереубивать их всех. А для этого мне нужен ты. Да иди ты уже!!!

***

Тёплая, пахучая, густая сила болот обволакивала повреждённые пальцы. Почерневшая кожа взахлёб впитывала зеленоватую энергию. Алхор с интересом смотрел на действо – и на ту, что его производила.

Глаза Мары были прикрыты. Её руки, зависшие над почерневшими пальцами кера, излучали вязкую, чуть пахучую магию топей. Боль утихала, слабела. Чёрный цвет становился бледнее.

Хэлдэрэ открыла глаза. Алхор смотрел на неё.

– И что? – спросила вдруг она.

– Да так… – уклончиво отозвался он. – Привиделось кое-что…

Мара вопросительно приподняла брови.

– Другой твой облик. Как будто волосы вот до сих пор, – он прикоснулся рукой к её спине в области лопаток. – Волнами. Большими. Вполне к болотам подходит…

Хэлдэрэ недовольно выдохнула.

– На болотах достаточно острого и прямого. Та же осока. Камыш, – она перекинула вперёд хвост своих тёмных волос.

– Мммм, – протянул Алхор, лукаво усмехаясь.

Мара кинула на него злой взгляд.

– Значит, я угадал. Ты такая и была?

– Кто-то стал сильно умный? – отрывисто выдохнула она, вставая. – Как ты можешь это видеть?! И почему на тебя сработали Камни? Ты же кер. Тебя должно было, как Хэлгара…

Алхор проследил за ней взглядом, рассматривая манящие изгибы.

– Почему Камни до сих пор работают – это меня волнует куда сильнее.

Хэлдэрэ обернулась.

– Ты не ответил, – призрачная вьюга взвилась в её нечеловеческих глазах.

Кер усмехнулся.

– Я – не маг. У меня нет ответа.

– Ты увидел искры магии Орина, а их никто больше не видит. Тебя обожгли Камни. Ты видишь меня… – она осеклась. – Что с тобой? Это кровь просыпается?..

Алхор пожал плечами.

– Ты помнишь свою мать? – Хэлдэрэ вернулась к нему и села напротив. – Она – дочь Мары Мириан. То ли человек, то ли…

Глаза Алхора заледенели.

– Нет, я её не помню. Она умерла почти сразу после моего рождения.

Хэлдэрэ задумчиво смотрела куда-то в сторону.

– Мириан была беременна, когда стала Марой, – негромко начала она. – Каким образом её дочь вообще смогла родиться? Ведь тело Мириан должно было погибнуть… И дитя в утробе – тоже…

Алхор пожал плечами.

– Но если это произошло, то её дочь – уже не человек. Она росла в этом подобии тела, – Мара двумя пальцами сжала собственную кожу, как будто с брезгливостью. – Значит, твоя мать должна была быть сама демоном… Алхор, ты знаешь что-то, расскажи! – Хэлдэрэ возмущённо на него посмотрела. – Тебя воспитывал отец, неужели он ничего не знал о своей жене?!

Ухмылка кера стала кривой.

– Демонам, чтобы жить, нужна живая магия. Магия из живых её носителей – почему они и охотились с такой свирепостью за местными магами. Марам, как я понимаю, это не нужно – вы ведь какая-то смесь человека и демона. А моя мать – почти демон… Она не пожелала убивать. Вот и умерла, – он развёл руками с наигранным легкомыслием. – Разве это непонятно? А я выжил благодаря живой человеческой природе отца. Она помогла моему демоническому нутру закрепиться в этом мире. И убивать магов мне не надо. Я, признаться, вообще сомневался, что во мне эта Марская часть есть – живу и живу себе…

– Да, только сознание нечитаемое, да Камни на тебя не действуют! Ну, раньше не действовали…

Алхор вновь развёл руками.

– Сэахору не нравится то, что с тобой творится, – она посмотрела ему в глаза.

– Естественно, – фыркнул кер. – Мне бы на его месте тоже не понравилось. Я бы даже такого индивида убрал… Но сейчас, так уж получается, что я нужен, – он осклабился. – И, по иронии судьбы, гарант моей жизни на данный момент – захлопнувшаяся крышка. Эти самые Камни. Пока они запирают нас здесь, Сэахор ничего со мной не сделает. Не рискнёт. А я за это время покажу ему, насколько я полезен. Ну и не буду тыкать ему в нос своими новыми, хм, особенностями…

Мара с сомнением покачала головой и обхватила себя руками за плечи.

– Что же с Камнями? Почему они не погасли…

– Время покажет, – Алхор пожал плечами. – От момента крушения Лонмора прошло всего ничего. Может, магическая буря какая-то? – он взмахнул рукой в воздухе, изображая смерч. – Я бы подождал и не порол горячку.

– Скажи это Сэахору, – Хэлдэрэ болезненно скривилась.

Кер, лукаво улыбаясь, смотрел на неё.

– И всё же, Хэлдэрэ…

– Что?

– Покажи, как это было… Волосы… – он, прищурившись, чуть отодвинулся.

Мара сжала губы. Алхор смотрел на неё с улыбкой в глубине синих глаз.

– Сэахору повезло, он это видел, – усмехнулся он. – Да и Мхэлену тоже… Эх…

Хэлдэрэ мрачно на него покосилась. А потом вздохнула…

Граница её тела подёрнулась привычной уже для Алхора дымкой. Только сейчас она была зеленоватой… Пространство качнулось. Дымка опала. На кера вновь смотрели серые глаза. Только взгляд был опасливо-дикий, а лицо обрамляли плавные изгибы тёмных густых волос длиной до лопаток.

Кер, не скрывая изумления, смотрел на неё.

– Совсем другая… Хэлдэрэ, зачем ты спрятала эту красоту?!..

– Чтобы не наступить на те же грабли, – она резко встала и подошла к зеркалу.

Губы её изогнулись в болезненной усмешке.

– Я хотела, чтобы Сэахор забыл меня – такую. Я-Мара должна была стать другой. Чтобы ничто не напоминало…

– Не напоминало о вашей связи? – Алхор подошёл к ней и встал сзади.

Зеркальная гладь равнодушно отразила его образ за спиной Мары. Руки кера легли на талию Хэлдэрэ.

– И о ней – тоже, – Мара опустила глаза. – Я не хотела, чтоб он думал, что я такая же, как была. Как тогда…

– Может, он относился бы к тебе лучше, видя тебя той, с которой был…

– Нет! – она вскинула глаза, глядя на него через зеркало. – Не надо мне этого. Не могу я смотреть на себя-дурочку, – она зло кивнула на отражение. – И не хочу, чтобы он снова захотел… – она осеклась.

Алхор задумчиво провёл рукой по крупной волне её волос.

– Это решаемо. Хочешь, подскажу, как его отвадить?

Мара удивлённо на него посмотрела.

– Он любит борьбу. Ломать любит.

– И что, мне не бороться? – выдохнула она.

Алхор хитро усмехнулся.

– Расскажу. Чуть позже. Мда, хорошо, что ты была не такая всё это время. Иначе мне пришлось бы завоёвывать тебя раньше. Я бы не устоял.

– Ты меня не завоёвывал, – усмехнулась она. – Ты воспользовался обстоятельствами. «Это всего лишь война», – передразнила она его. – Война кончилась, Алхор… Я не с тобой.

– Да? – усмехнулся он. – Война кончилась? Вот только мы теперь не можем и носа высунуть из нашей резервации. Считаешь, самое время гордо отвергать? Я бы не был так скоропалителен в выводах.

– Опять шантаж?

– Вообще-то это страсть, Хэлдэрэ, – он поднёс к губам её руку, так и продолжая стоять за спиной. – Тебе нравится создавать её через борьбу, шантаж, надрыв… Я не против… – его пальцы уже потянули за завязку корсета. – Меня всё устраивает… Даже та серая масса, из которой сделана твоя плоть… – он развернул её к себе.

Мара зло смотрела на него.

– Я – не Сэахор. И даже не Мхэлен, – усмехнулся он. – Не путай. И не мсти мне – я за них не в ответе. Но я могу помочь отомстить им… – его руки следовали по её телу. – Изящно и ненавязчиво…

– Врёшь, – выдохнула она.

– Зачем? Ты же не забудешь, – он поцеловал её шею. – Мне нет резона пускать пыль тебе в глаза. За слова придётся ответить. Я отвечу, не волнуйся. Я тебе не Тенна, и даже не эльф. Это они не думают, что несут…

– Алхор!..

Кер оторвался от неё и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Ну кому ты врёшь? Тебе со мной хорошо. Во всех, хм, смыслах… Я тебе не лгу и не охмуряю. В любви не клянусь. Что ещё надо для счастья? Я – не Сэахор. Мне незачем тебя обманывать. Я откровенно хочу тебя, – он, усмехаясь, притиснул Мару к себе, скользнув руками по её спине. – И только. Разве это не прекрасно?

– Это цинично, – она усмехнулась в ответ.

– Иное ты уже видела, – он прищурился. – И знаешь, чем это заканчивается. Я не претендую на твою душу и разум. Они всецело твои. А вот остальное…

Мара усмехнулась с ноткой печали, а её руки уже обвили его шею. Сухие губы приникли к его губам. Кер теснее прижал её к себе.

…В его объятиях был ошмёток демона. А в его спинном мозге была тень демона настоящего. Тень, которая рвалась наружу, вбирая, накрывая, вовлекая в себя то, что было перед ней. Вот только ошмётку как будто не становилось от этого хуже. Энергия и так щедро била из него, страстно приникая к керу. А тень жадно поглощала эту силу, становясь всё гуще, всё плотнее.

Звериное, нечеловеческое рвалось наружу. Алхор наслаждался прекрасным телом, а тень демона… Тень наслаждалась едва ли не больше… Потому что в объятиях Алхора изгибалась не простая плоть, а загустевшая, уплотнившаяся демоническая сущность.

Вполне под стать тени демона в его спинном мозге.

Обрывки записей Алхора

Неприятные новости, ещё и в изобилии. Закрытая намертво граница и мои метаморфозы. Не сказать, что я сильно рад – что тому, что другому. Это мешает мне. У меня были другие планы. Мне нужна свобода, крепость и Хэлдэрэ под боком. Допустим, последнее в моём распоряжении, но вот первых двух пунктов явно не хватает. Придётся и это разгребать.

Хм, надо выпросить крепость у границы, чтоб оттуда заняться Камнями. Вместе с Хэлдэрэ. А что, удобно. Так и сделаем.

Признаться, общество Мары оказалось мне весьма по вкусу. Самая необычная женщина из всех, которые у меня были. Лучший трофей этой войны. Вскрывать ей глотку уже не хочется. Она вовремя поумнела. Теперь осталось сделать так, чтобы наш Лорд забыл про её существование. Делить Хэлдэрэ на двоих отчего-то перехотелось.

Моё и точка.

***

Смутная тревога упрямо стучалась в сознание Мара. Он мрачно смотрел в стену. Эльф стоял у окна.

– Мне не нравится Алхор, – вдруг проговорил Лорд.

Лэнхэллир, как будто равнодушный ко всему, вдруг вздрогнул.

– Тебе? Как? Ты же ценишь его куда больше остальных…

Сэахор скривился.

– Его кровь… Она просыпается. Я не могу понять, отчего. Не сказать, что в этой войне он чаще был под магическим обстрелом, чем в прошлой. Что будит демона?! Почему он видит искры?! Почему он раз за разом уходил живым и здоровым от Орина и моего братца? – Сэахора перекосило на ненавистных именах.

Лэнх задумчиво взглянул на него.

– Хэлдэрэ.

– Что «Хэлдэрэ»? – раздражённо переспросил Сэахор.

– Она с ним. Совсем с ним… Ты же понимаешь, о чём я?.. – с давлением произнёс менестрель. – Они вместе… Война их сблизила. Предельно… А она – Мара. Может, это влияет на его силу… Но разве это плохо? – добавил эльф после небольшой паузы. – Ты веришь Алхору… Его преданности… Если он будет способен на большее – разве это не будет полезно?.. У тебя же есть керы-маги. Ну будет ещё один…

– Если в нём раскроется полноценная демоническая сила – это очень не полезно, – процедил Мар. – Это вредно. Потому что тогда, боюсь, он перестанет быть кером. И тогда я начну сомневаться в его верности. Его ничто не удержит… Значит, думаешь, это Хэлдэрэ… Связь с ней… – он прищурился. – Да уж, под заклятием она была куда удобнее. Хотя бы не гуляла с кем попало… Хм, заклятие… Уж не из-за Алхора ли оно слетело, – он сощурился, ловя мгновенное озарение. – Они помогли друг другу… Вооот оно что…

– Сэахор, ты же не… – Лэнхэллир с тревогой смотрел на него.

Мар приподнял брови.

– Никто не пострадает. Во всяком случае, не сразу. Надо проверить твою идею. И мою…

– Ты запретишь им общаться? – спросил менестрель.

Сэахор передёрнул плечами.

– Пожалуйста, будь с ней помягче, – попросил эльф, болезненно глядя на Повелителя. – Ей так тяжко далась война… Я… Я был жесток… И Тенна… А с Алхором она расцвела… Стала сильной, – в его голосе послышалась тоска. – Я за все сотни лет не смог сделать её такой – а ему хватило пары месяцев…

– Это просто заклятие слетело, – недовольно процедил Мар. – Она и была такая до заклятия. Алхор тут не при чём. Ты же не думаешь, что она его любит, – он с презрением выплюнул последнее слово.

Менестрель с сомнением пожал плечами.

– Как бы то ни было, я рад, что она в порядке, – с решимостью произнёс он. – Спавшие чары или присутствие другого мужчины – мне не важно. Главное, она стала цельной. Сильной… Прошу, не ломай её… – он с болью посмотрел в ртутные глаза.

Лорд сумрачно скривился.

– Посмотрим. Раз уж ты за неё просишь…

– Спасибо, – эльф прижал руку к груди.

Сэахор коротко кивнул и снова углубился в размышления. Эльф повернулся к окну. Лето размеренно шло к своему концу. Ещё одно лето в его бесконечной, полной ужасных ошибок, жизни.

– Пойдём, разомнёмся, – вдруг проговорил Мар, вставая с трона.

Менестрель удивлённо на него взглянул.

– Пошли, пошли… Лучшее лекарство от тоски – меч…

– Звучит двусмысленно, – улыбнулся эльф.

Мар пожал плечами и сделал красноречивый жест, указывая на выход. Лэнхэллир, не споря, двинулся вперёд. Меч так меч. Всё лучше, чем заполнившая его душу апатия.

***

–…Эээ, так не пойдёт, – рассмеялся он, с лёгкостью отбивая удар. – Кто ж так нападает, Хэлдэрэ? Это приёмы новичка!

– Как умею, так и дерусь, – зло выдохнула Мара, снова атакуя.

– Сейчас покажу тебе, как надо, – усмехнулся её противник, сверкнув синими глазами.

Он перешёл в наступление. Скрип песка под ногами и шелест стали. Шелест, закончившийся звоном, а затем глухим ударом выбитого из рук Хэлдэрэ меча.

Мара зло на него посмотрела.

– И что?! Я знаю, что ты великолепен в бою. Ты решил мне это продемонстрировать?! – выдохнула она. – И зачем?

Алхор неторопливо подошёл к упавшему оружию, наклонился, поднимая его.

– Чтобы научить тебя этому, – он протянул ей меч. – Бери. На позицию. А теперь смотри. Это делается вот так… Я напал таким образом, – кер сделал медленный замах, – а тебе надо было не идти вперёд, а уйти в сторону. Ты же понимаешь, что сил не хватит на прямое столкновение? В таких случаях уходи. Лучше измотать противника танцами с мечом, чем остаться безоружной – хорошо если живой…

– Я – Мара…

– Ну и что? – фыркнул он оскорбительно. – Забудь об этом. Тебе это мешает. Представь, что тебе надо защищать свою жизнь. По-настоящему защищать. Мало ли в мире странного. Вдруг есть места, где магия не работает? Учись. Пригодится. В конце концов, рано или поздно мы выйдем из резервации, и не всегда будет уместно показывать свою демоническую природу. Кое-где проще решить дело мечом, а не магией… – кер подмигнул. – Так вот, отходи с линии атаки и бей справа, чтобы я не мог быстро развернуться… Вот, да… Видишь, ты бы достала меня… И не сверкай глазами. Учиться надо. А я – терпеливый учитель, – он лукаво улыбнулся.

– А как сделать то, что сделал ты? Выбить меч? – Хэлдэрэ остановилась.

Кер качнул головой.

– Тебе это пока рано. Надо научиться защищаться. Потому что… – он вдруг круто развернулся, его меч стальной лентой скользнул снизу вверх.

Мара отскочила, но недостаточно быстро. Новый удар, выворачивающий запястье – и меч снова оказался на песке. А Алхор, не останавливаясь и не давая ей ни секунды, уже оказался рядом. Миг, захват – и Мара стояла спиной к Алхору, запрокинув голову и вытянувшись на носочках, вцепившись в его локоть, придушивающий её.

– Потому что – сама видишь, – закончил он начатую фразу. – Твои умения слишком недостаточны.

– Просто кое-кто слишком хорош, – раздражённо выдохнула она. – Отпусти.

– Хм, приятно, – он склонил голову, так, чтобы видеть её лицо. – Учиться надо у лучших, Хэлдэрэ. Ты владеешь мечом как обычный воин. Этого мало. Учись.

– Отпусти… – прорычала она.

– О, так ты не умеешь выбираться из таких захватов? – кер вскинул брови. – Ай-яй-яй, как нехорошо. И куда смотрел Сэахор…

Мара попыталась лягнуть его. Алхор рассмеялся.

– Не так. Совсем не так… – он убрал руку из-под её горла и резко развернул к себе, при этом шагая вперёд. – Неправильно. Я научу, как надо. А то можно оказаться вот так, у стенки, – он прижал Хэлдэрэ к камням кладки. – А это очень небезопасно, – он усмехнулся ей в лицо и наклонился, приникая к её губам.

– А в бою было бы хуже, – проговорил он, отрываясь от неё. – Враги обычно не целуют, как ты понимаешь…

– Да, врагам не до этого…

***

Сэахор зло сжал губы. Лэнхэллир тревожно взглянул на него. Они стояли у входа на арену, закрытые заклятием.

– Не стоило… Мы как будто подглядываем…

– Какая разница, – выплюнул Мар. – Здесь общая территория. Сюда мог прийти кто угодно. Мы хотя бы не помешали им, – он криво усмехнулся. – Не сорвали, хм, свидание…

– Это же просто учебный бой…

Лорд скривился.

– Между мужчиной и женщиной ничего не бывает просто, – он передразнил эльфа.

– Мы толкнули её в его объятия, – менестрель сжал губы. – Она не сама его выбрала. Ей пришлось. Не суди её строго.

Губы Мара дрогнули, складываясь в странную улыбку.

– Не буду. Пожалуй, я даже исправлю свою ошибку…

Лэнхэллир внимательно посмотрел на него.

– Не удивляйся. Я тоже умею делать выводы… – процедил он, взглянув на арену, где Алхор целовал Хэлдэрэ, прижатую к стене. – И принимать важные решения… Пошли. Нечего тут смотреть, – он круто развернулся.

– А как же меч… Бой…

– Не сейчас. Вечером Совет. Некогда…

Менестрель с сомнением проводил спину уходящего Сэахора, а потом обернулся. Хэлдэрэ и Алхор разговаривали, так и стоя у стены. А потом Мара обвила руками шею кера. На её лице была улыбка. Алхор что-то сказал ей, выпустил меч из рук и страстно обнял.

Лэнхэллир отвернулся. Подглядывать было ниже его достоинства. Он медленно пошёл по тёмной галерее прочь. Свет факелов плохо разгонял тьму, но эльфу было всё равно.

– Я сам это сделал, – едва слышно прошептал он. – Пока был под заклятием… Упустил… Отвратил…

На лбу эльфа пролегла морщина.

– Как же так… Что же делать…

***

Две тени уплотнялись, набирали силу, набирали мощь. Медленно, но неостановимо, собирая себя из осколков. Это было долго и кропотливо. Но оно делалось само.

Демоническая суть, соединённая с сознанием человека, неубиваема. Даже разбитая на тысячи фрагментов, она соберёт себя сама.

Дайте лишь время.

300 лет назад

Ветер тихо шелестел листвой деревьев, казавшейся после захода солнца безлико-чёрной.

– Познакомься, Хэлдэрэ, это Алхор, мой гость.

Сероглазая, черноволосая женщина взглянула на собеседника Лорда. Тот склонился в галантном поклоне.

– Рад знакомству, госпожа. Сэахор, я ошибся, – он взглянул на Мара. – Всё же есть тут диковинки, которых на Светлой стороне мне не встретить. Рад, что принял твоё приглашение. Такой красоты там нет, – он склонил голову, уже повернувшись к Хэлдэрэ.

Лорд усмехнулся. Мара была неподвижна, она смотрела на Алхора без тени улыбки.

– Я ненадолго покину вас. Хэлдэрэ, развлеки гостя беседой. Мне нужно перекинуться парой слов с Лэнхэллиром, которого я вижу вооон там, – Сэахор указал рукой куда-то вглубь обширного сада. – Не скучайте.

– Как скажешь… Господин Алхор, надолго ли вы к нам? – серо-призрачные глаза обернулись на него.

– Пара дней, не больше, – он светски улыбнулся, рассматривая её, одетую по-мужски. – Дела, знаете ли… Не будете ли вы так любезны показать мне это место, – он окинул рукой пространство. – Думаю, вам, как женщине, удастся это куда лучше хозяина – увы, мужчинам интереснее мечи и карты, чем красота природы…

– Тем не менее вы – мужчина – а хотите увидеть сад.

– Мне не чужда эстетика, – он накинул плащ на руку и предложил её Хэлдэрэ. – Обопритесь на меня, госпожа.

– Вы переигрываете.

– Я всего лишь чту этикет.

– Вы на Тёмной стороне. Оставьте этот пафос и ложь Светлым, – Хэлдэрэ пошла вперёд. – Сад я вам покажу. Но играть в ваши игры не буду.

Алхор усмехнулся и в несколько шагов догнал её.

– Не слишком любезно…

Нечеловеческие глаза устремились на него.

– Вы ждёте любезностей от ошмётка демона и куска человека?! Это смешно, господин Алхор. Я могу позвать кого-нибудь из эльфиек. Они будут куда лояльнее к вашим манерам.

– Променять общество хозяйки Тёмной стороны на какую-то эльфийку? О нет, я не согласен.

– Я не хозяйка, – Хэлдэрэ сжала губы. – Хозяин у Тёмной стороны один, и вы с ним знакомы. Все остальные служат ему.

– Даже вы?

Хэлдэрэ не ответила. Она шла, глядя перед собой. Чёткие черты лица, сжатые губы, невесёлый взгляд. Собранные в хвост чёрные прямые волосы. Холодная и отстранённая.

– Каково это, быть Марой? – спросил вдруг Алхор. – Не хочу вас обидеть… Моя бабка была Марой, а связи с ней не сохранилось. Более того, ходят слухи, что она погибла. Было бы ценно услышать от вас хоть немного того, что приблизило бы меня к моим корням…

Хэлдэрэ взглянула на него.

– Быть Марой… Не рекомендую. Это ловушка. А Мириан – счастливица.

– Вы считаете? Что ж, не спорю. В её жизни была любовь, было дитя. И долгая жизнь. Правда, она пережила свою дочь и мужа. Это несколько печально.

Мара усмехнулась.

– Нет. Она счастливица, потому что сумела умереть. Мы вот не можем.

Алхор удивлённо приподнял бровь.

– К чему это? Разве бессмертие – не цель?

– У Сэахора – да, наверное. У меня – нет. Но такие ошибки не исправить. Керы тоже в ловушке. Только они этого ещё не поняли. Вы же тоже станете кером, господин Алхор? – в её голосе послышалась насмешка. – Тоже бежите от уготованного срока? Такой же трус, как и все они?

– Госпожа?.. – Алхор приподнял бровь, уже не усмехаясь. – Вы сурово судите.

– Я вижу вас насквозь, – она вдруг остановилась и повернулась к нему лицом. – Ваши пороки и страсти. Вашу самовлюблённую натуру, – глаза Мары полыхали. – Привычку к безнаказанности. Гордыню. Вы – лёгкая добыча для Сэахора. Ему легко будет заполучить вас на службу. Вы не устоите перед искушением. Слишком привыкли к вседозволенности. А, став кером, вы получите ещё больше. Увы, нам придётся с вами часто видеться. Хотя мне бы этого не хотелось. Не люблю подлых и лживых людей.

– Вы знаете меня не больше пяти минут, госпожа Хэлдэрэ, – он смотрел ей в глаза.

– У вас всё на лице написано, господин Алхор. Знайте лишь, что вы пожалеете, если согласитесь на предложение Сэахора. А вы согласитесь. Что очень печально. Для меня. Моя жизнь будет отравлена ещё и вашим присутствием – вдобавок ко всем остальным керам, – призрачно-серая буря завивалась в её глазах.

– Вы бросаете мне вызов, – голос Алхора стал бархатистым.

Мара вскинула голову.

– Вы считаете?

– Именно так. Вы возмущены. Вы заранее ненавидите меня – хотя я не успел ровным счётом ничем вам навредить. Вы либо и правда хотите вражды, либо…

– Либо что?

– Либо вы без ума от меня, – Алхор осклабился. – И не в силах это сдержать. Любовь с первого взгляда – опасная штука, не задумывались об этом? Но я люблю опасности… – его взгляд стал влекущим.

– Я – Мара. Я не могу любить. Только ненавидеть. Так что делайте выводы. И не переходите мне дорогу, – она круто развернулась на каблуках.

– Вы нарушите приказ вашего Лорда?

– Он не удивится. Знает, что я не люблю таких, как вы, – проговорила Мара, удаляясь.

Алхор с усмешкой проводил её взглядом.

– Хороша…

– Ты считаешь? – за его спиной возник Сэахор. – По мне так ничего стоящего.

– А мне нравится. Характер ужасен – значит, страсть обеспечена.

– Не получится. Хэлдэрэ холодна, как лёд. Да и, к тому же, уже имеет к тебе личную неприязнь.

– Это лечится, – Алхор так и смотрел ей вслед, в глубину тёмного сада, укрытого спустившимся на землю одеялом сумерек.

Сэахор расхохотался.

– Ты так уверен в этом?

– Абсолютно.

Мар фыркнул.

– Извини, но, при всём уважении к тебе – эту крепость тебе не взять. Ты сомневаешься? Хочешь пари?

– Пари? – переспросил Алхор.

– Почему бы и нет? Не бойся, ничего предосудительного…

– Тёмный Мар предлагает мне пари, в котором не будет ничего предосудительного?! – настал черёд Алхора смеяться. – Это стоит того, чтобы узнать условия.

– А чего бы ты хотел? – прищурился Сэахор. – Может, вернуть родовой особняк и прежнюю славу рода? Я могу помочь. Если ты выиграешь пари.

– Так в чём его суть? – синие глаза Алхора стали холодны.

– Сумеешь завоевать Хэлдэрэ – я помогу тебе. Не сумеешь – станешь кером. Срок у тебя – 4 месяца.

– Четыре?! – рассмеялся Алхор. – Так много? Мне и одного хватит. Если я соглашусь.

– А разве ты ещё не сделал этого? – текучая ртуть его глаз завораживала.

– Я поразмыслю пару дней. Не люблю принимать решения впопыхах, – усмехнулся Алхор. – Чревато, понимаешь ли.

– Понимаю. Прекрасно понимаю…

Рамгар. Совет

Страшно. Опять страшно. Что ж я за трусиха такая… Но почему-то тревожно. Взгляд Сэахора, опалённые пальцы Алхора, закрывшие границу Камни… Всё пошло не так. Сэахор этого не простит. Ещё и приказал прийти пораньше на Совет. Похоже, меня ждёт персональная взбучка.

Как же я от него устала. И как хорошо, что в моей жизни есть Алхор. Страшно прикипеть к нему… А, впрочем, это уже случилось – раз уж я не воспользовалась тем шансом на свободу, который у меня был. Я не ушла, когда рухнул Лонмор – потому что поверила Алхору, его плану. Может, зря. Он-то, конечно, играет – сам об этом говорит, не скрывается. И всё же, так, как он, на меня никто никогда не смотрел. Я осталась из-за него, а не из-за его плана и обещаний помощи – как бы ни было стыдно это признавать.

Дура. Опять на те же грабли. Я уже однажды влюблялась. И это закончилось трагедией. Но Сэахор знал, что любим, и воспользовался этим. Надо сохранить эту глупость в тайне от Алхора. Я не хочу нового краха.

***

Она пришла на Совет первой – как он и приказал. Сэахор, склонив голову к плечу, внимательно оглядел её. Невысокая, аккуратно одетая. Завязки жилета плотно затянуты, лицо спокойно. Всё как обычно. И только крупные волны ещё недавно прямых длинных волос привлекали внимание.

– Вот как?

– Ты недоволен? – Мара приподняла бровь.

– Неожиданно. Забыл, знаешь ли… – он, не торопясь, рассматривал её. – А что вдруг?

– Просто так, – Хэлдэрэ пожала плечами. – Должно же хоть что-то измениться в жизни, если уж Камни предпочли запечатать нас внутри котла…

– Не самый умный путь изменений.

– На какой способна, – она слегка пожала плечами. – Камни пока не можешь вскрыть даже ты.

– Решила поязвить? – он недобро усмехнулся.

– Тебе можно, а мне нельзя? – Хэлдэрэ смотрела прямо и открыто. – Сэахор, я не служанка.

– А это ты зачем сказала? – в его голосе слышалась издёвка, смешанная с угрозой.

– А ты меня зачем так старательно пытаешься заткнуть? Тебе не нужны соратники? Тебе больше нравится ненависть от ближайшего окружения? Не самый умный способ укрепить трон, – она усмехнулась.

– Рискуешь.

– Ты? Да, согласна.

– Хэлдэрэ…

– Да, Сэахор, – Мара улыбнулась и вдруг пошла к нему.

Лорд удивлённо на неё смотрел. А Хэлдэрэ остановилась всего лишь в шаге от него.

– Как же тебе тошно… – она смотрела на него снизу вверх. – Как больно. Да? Отчаяние? Как когда-то, когда демоны лезли из всех щелей, а мы не знали, как спастись… Помнишь? – она пристально взглянула ему в глаза – с толикой печали и странного сострадания. – Помнишь, как страшно было тогда… Ты тоже тогда злился… – она вдруг прикоснулась к его щеке, лишённой щетины – Марское тело было послушно и могло создать любой облик. – Вот только тогда мы были вместе… И мне казалось, что я для тебя что-то значу, – её глаза заблестели больше обычного. – Я прощала тебе всё…

Сэахор неприязненно сощурился. А потом вдруг в его глазах мелькнул странный огонёк. Миг – и Мара вздрогнула: руки Сэахора легли на её талию.

– Тошно, ты права, – отозвался он хрипловато. – Муторно. Вокруг дураки. Да и ты – своенравная, неблагодарная.

– Под заклятием.

– Сама попросилась.

– А ты радостно согласился.

– Позаботился о тебе, видишь, – он криво усмехнулся. – Как смог.

Хэлдэрэ вздохнула. Сэахор, щурясь, смотрел на неё.

– Всё может измениться.

– Нет. Ты оскорбляешь меня.

– Говорю правду. Я тебе не менестрель, – он фыркнул. – Я воин.

– Воин, воюющий с женщиной? – она повела головой.

– С женщиной, возомнившей себя мужчиной.

– Да? Тогда зачем ты обнимаешь меня?

– Напоминаю истинное положение дел, – он усмехнулся. – И тел, – его руки притянули её к себе.

– Бессмысленно, – она прикоснулась ладонями к его груди, как будто пытаясь выставить преграду.

– Ты не проверяла.

– Я же дурочка. Зачем тебе такая? – Хэлдэрэ усмехнулась. – Один раз ты уже отказался от меня. Значит, не о чем говорить.

– Ты красива. Для женщины этого достаточно, – Сэахор скользил взглядом по её лицу, а сам плотно прижимал к себе. – А отказался… Как отказался, так и передумал…

– Ты снова оскорбил меня, – что-то дрогнуло на её лице. – И – я не передумала.

Он презрительно фыркнул.

– Ты всего лишь женщина. Смирись с этим. Тебе и так позволяется больше, чем другим. Но ты слишком многого требуешь.

– Я вообще ничего не требую. Это ты пытаешься меня к чему-то склонить.

– К чему-то? – фыркнул Мар. – Можно подумать, непонятно… Можно подумать, тебе не нравилось… – он провёл пальцами по её шее, несмотря на её попытку отодвинуться. – Ты вспоминаешь прежние времена – ну так вспоминай всё. И как ты таяла в моих руках – тоже.

– Ты был другим, – она болезненно улыбнулась.

– Ты тоже. Ты не мешала мне. Не перечила. Не лезла не в своё дело.

– Пока ты не перестал считаться со мной.

– Не начинай, – он скривился.

– Ты творил, что хотел. Любыми средствами, – Хэлдэрэ опустила голову.

– Это естественно.

– Я не согласна на такую естественность. Поэтому и ушла от тебя.

– Ушла?! – расхохотался он. – Или я дал тебе уйти? Не обманывай себя, Хэлдэрэ…

Она молча на него посмотрела. Взгляд Мары был тяжёлым.

– Думаешь, Алхор будет иным? – насмешливо продолжил Сэахор. – Это смешно. Ты для него значишь ещё меньше, чем для меня в те времена.

– От Алхора я ничего не жду. Я просто пользуюсь им – так же, как и он мною, – она подняла на него уставшие глаза.

– Вот как?

– Я сплю с ним – а он не портит мне жизнь своими доносами и кознями, – она улыбнулась как будто через силу. – Только и всего. Я очень устала, Сэахор. От меня отвернулись все – и советник, и Тенна. Ты – и подавно. Я не знала, что они под заклятием. Была в отчаянии. Вот и уступила Алхору. Прогнулась. Я всего лишь женщина, так ведь? Для женщины ведь естественно – искать защиты через постель? – её улыбка стала горькой. – У меня не было выбора. Когда-то ты был главной моей защитой и опорой… Но это было слишком давно, – она сильнее упёрлась руками в его грудь и отвернулась, собираясь вырваться из его объятий.

Но Мар не отпустил. Хэлдэрэ взглянула на него с усталым раздражением.

– Всего лишь надо прекратить дуться. И не ждать от меня ничего – как ты не ждёшь от Алхора.

– Извини, гордость не позволяет. Ты унизил меня, – она не выдержала его взгляда и опустила глаза. – И подставил. Решил за меня. А потом ещё и прошёлся по моей душе грязными сапогами, – она тяжело выдохнула, не поднимая глаз.

– Чёрт знает когда, – язвительно продолжил он. – И твоя гордость уже несколько сот лет мешает тебе просто забыть это. Думаешь, я просто так позволял Алхору играть тобой? Строить эти козни и плести интриги. Я ждал, когда же ты придёшь ко мне и попросишь – нормально попросишь – о помощи, – он зло ухмыльнулся. – Но ты не приходила. И твоя жизнь становилась хуже. А тебе или ума не хватало, или ещё чего-то, не знаю. Всего-то надо было попросить…

Хэлдэрэ подняла голову.

– Вот так, да? Брал измором? В угол загонял?! Тебе не кажется это жестоким? – её дыхание стало прерывистым.

– Давай без истерик, – он скривился.

– Я не могу без истерик, – на её глаза навернулись слёзы. – Я такая. Я всего лишь женщина. Глупая. Которой ума не хватает. И чего-то ещё. Для которой достаточно быть просто красивой. Такие, знаешь ли, плачут, – слёзы покатились по её щекам. – Ты неоправданно жесток со мной. Я как собака была верна и предана, а взамен получала только насмешки да унижение. На меня твои керы все эти годы смотрят с издёвкой. Я для них – пустое место. И это тоже сделал ты. Я не могу простить, Сэахор. Мне слишком больно быть никем при твоём дворе. Я не игрушка. И я умнее собаки, хоть и женщина, – её губы скривились в горькой усмешке. – Только ты этого никогда не заметишь, – она сильнее упёрлась руками в его грудь. – Отпусти…

Дверь тронного зала открылась. Лорд кинул мгновенный недобрый взгляд в ту сторону. Одной рукой удерживая Мару за талию, другой он властно притянул её к себе за затылок. Хэлдэрэ напряглась и попыталась отпрянуть, но Сэахор не позволил.

– Не дёргайся…

А потом склонился к ней.

…Кто-то из зашедших изумлённо выдохнул. Лорд страстно целовал Хэлдэрэ, как будто не замечая их. Мара тесно прижималась к нему, пальцы Сэахора запутались в её тёмных, непривычно-коротких волнистых волосах.

Наконец, он оторвался от неё, оставив руку на её шее, и обвёл недовольным взглядом откровенно изумлённых Алхора и Хэлгара. Дверь снова открылась. Лэнхэллир замер на пороге, шокированно глядя на Маров.

– Вы рановато…

Он взглянул на Хэлдэрэ и провёл рукой по её щеке. А затем наклонился к ней и что-то прошептал, освобождая от объятий и одновременно подталкивая её. Мара, не оборачиваясь, скользнула за его спину – туда, где была дверь в прилегающий к тронному залу кабинет.

Керы проследили за ней взглядом. А дверь тронного зала снова открылась.

– О, не ждали нас? – раздался жизнерадостный голос Хэруола. – У вас такие лица, как будто вы увидели самого Илонэра в обнимку с нашим драконом.

– Мы тут увидели кое-что повеселее… – процедил Алхор. – С возвращением…

Хэруол широко улыбнулся. Хонад приветственно кивнул. Оба кера были бледны. Они осунулись, как будто после долгой болезни. И всё же радость возвращения в мир живых была заметна и неподдельна.

Хонад медленно и глубоко поклонился Сэахору.

– Благодарю… За жизнь, – хрипловато произнёс он.

Хэруол последовал его примеру, ещё и прижав руку к сердцу. Когда же он распрямился, на его лице снова сияла широкая улыбка.

– Хм, я ошибался, когда говорил, что смерть прибавляет ума, – негромко, обращаясь к Хэлгару, проговорил Алхор. – Был не прав. Глубоко…

Старший кер не ответил. Его глаза казались запавшими и воспалёнными, он стоял неподвижно, а если и шевелился, то с крайней осторожностью.

– О, дотопали уже, – раздался ехидный голос степняка, незаметно зашедшего в тронный зал. – Я думал, вы ещё только по стеночке, по стеночке… А вы ничего так…

Хонад угрожающе посмотрел на него.

– Не косись! Я, между прочим, причастен! – заявил Ульфар, подходя ближе.

Сэахор бросил взгляд на неподвижного эльфа. Лэнх, казалось, сливался со стеной. Позади Лорда послышался шорох шагов.

– Стой здесь, – не оборачиваясь, проговорил он. – Не спускайся.

– Зачем?!

– Потом поймёшь, – усмехнулся Мар, глядя на керов. – И не перечь.

А дверь открылась вновь. Керы обернулись к вошедшему. В тронном зале стало тихо.

– Хм… – Алхор взметнул брови. – Помилования, никак, выдают…

– Тенна?! – выдохнула Хэлдэрэ за спиной Сэахора, подойдя к нему чуть ближе.

Вошедший кер сумрачно обвёл взглядом собрание. Смуглая кожа была бледна, и оттого казалась грязно-серой. Поперёк горла Тенны шла тёмная полоса шрама – того самого, унёсшего его жизнь в этом же самом тронном зале.

Сэахор усмехнулся.

– Не вижу повода удивляться, – проговорил он. – Преступления, совершённые под действием заклятия, не считаются таковыми. Или кто-то рискнёт утверждать, что справился бы? – он обвёл ртутно-текучим взглядом присутствующих.

Алхор хмыкнул. Лорд перевёл на него взгляд.

– Заклятие Орина подействовало только на эльфа и Тенну. Интересно, что в них такого, что они так уязвимы, когда остальные сохранили разум… – он картинно задумался.

Лэнхэллир окаменел. Тенна выглядел не лучше.

– Это говорит тот, чья ошибка привела нас сюда? – усмехнулся Сэахор, глядя на синеглазого кера. – Итак, раз уж все здесь… Хэлдэрэ… – он обернулся к ней и жестом, похожим на галантный, указал ей на место рядом с троном, а сам тем временем подошёл к нему и сел. – Пора вам всем узнать, чем всё закончилось, – его тон стал опасным.

Он взглянул на неподвижную, не подчинившуюся ему Мару. Мгновение, и Хэлдэрэ всё же сделала несколько шагов к его трону, встав чуть за ним с правой стороны.

Керы молча наблюдали. Взгляд Алхора был безмятежен. На Мару он не смотрел, как будто её и не существовало вовсе. Его внимание было направлено на Лорда.

– Лонмор рухнул, – Мар обвёл взглядом присутствующих. – Светлое воинство уничтожено. Орин и Мхэлен лишились тел – на время.

Хэруол просиял.

– Победа? – выдохнул он.

– Нет, – зло усмехнулся Сэахор. – Граница запеклась. Выйти не смог даже Алхор. И Хэлдэрэ в эльфийском облике – тоже. Хэлгар, ты пришёл в себя?

Старший кер был мрачен.

– Служу Владыке.

Сэахор скривился.

– Сходишь к целителям. Мне не нравится твой вид.

Хэлгар поклонился. Неглубоко – как будто преодолевая боль.

– Но как… – Хэруол вопросительно смотрел на Лорда.

– Понятия не имею. Ты назначаешься главным по этому делу, – Мар посмотрел на любимого ученика. – Возьмёшь с собой тех, кого посчитаешь необходимыми. Твоя задача – понять, что случилось. И как раскрыть границу.

На лбу мага пролегла морщина.

– Будет исполнено!

Алхор тихо фыркнул. Взгляд Сэахора стал неприязненным.

– Ты же… – он окинул Алхора взглядом. – Пока займёшься внутренними делами. Разберёшься с остатками магии Орина – коль уж только ты их видишь. Хэлдэрэ больше не в твоём подчинении – незачем. Внешняя политика твоими стараниями исчезла как вид, – он зло усмехнулся. – Так что напарник тебе не понадобится. На крепость можешь не рассчитывать – по крайней мере, пока мы не выберемся из ловушки, в которую ты нас загнал, – взгляд Сэахора был жёстким. – Да и потом – с чего бы. За ошибки надо платить.

Алхор медленно поклонился, старательно контролируя эмоции. Хэлдэрэ внимательно смотрела на него, кер же не удостаивал её взглядом.

– Тенна – восстановлен. Обвинения сняты. Лэнхэллир так же невиновен, – лицо Сэахора было непроницаемо. – Хэлгар, отдаю тебе крепость Мирас-Антол. Это важный опорный пункт. Занимайся ею и неси стражу. Хонад – ты в Рамгаре, – он кивнул в ответ на поклон кера. – Тенна – здесь же. Ульфар… – Сэахор задумчиво посмотрел на мага.

Тот поднял на него раскосые глаза.

– В Далур-Нум.

Шаман не сдержал улыбки.

– Благодарю, Повелитель… Не подведу…

– Хэруол…

– Я же в замке останусь? – в панике спросил тот.

– Пока – нет. Расквартируешься в Далур-Нуме, у Ульфара. Эта крепость как раз недалеко от одного из Камней. Дело не быстрое, полевого лагеря будет мало.

– А потом – обратно, сюда? – в голосе мага звучала надежда.

– Посмотрим.

– Спасибо, Повелитель, – выдохнул Хэруол.

– А в Илир-Гэн – никого не отправишь? – спросила Хэлдэрэ. – А в Кайрит-Дижой?

– Некого туда отправлять, – усмехнулся, не оборачиваясь к ней, Лорд. – Алхор мог получить Илир-Гэн, но, увы… А Кайрит-Дижой, эта развалюха… Это скорее развалины, а не крепость. Она никому не нужна. А строить новое не под кого. Хонад нужен здесь, Лэнхэллир тоже – на тебе целительское крыло останется, – он посмотрел на нахмурившегося эльфа. – Хэруол – я подумаю… Хэлгар и Ульфар – собирайте контингент в свои владения.

– А я?

Сэахор неторопливо обернулся к Маре.

– Как и когда-то – со мной, – он обвёл её внимательным взглядом. – Твоё место – рядом с моим троном. Открыто и заслуженно. Я не собираюсь прятать тебя.

Хэлдэрэ побледнела и бросила быстрый вороватый взгляд на безмолвствующих керов.

– Но…

– Никаких «но», – в голосе Сэахора зазвучал металл. – Совет окончен. Хэлдэрэ, пойдём. Мы не закончили, – он указал жестом на дверь кабинета, прилегающего к тронному залу.

Мара затравленно на него посмотрела.

– Да хватит тушеваться! Скромность, конечно, украшает, но кого тут стесняться? – Сэахор, приобняв её за талию, властно подтолкнул её к двери. – Кстати, если тебя кто-то будет обижать – тот же Алхор – говори мне немедля, – произнёс он довольно громко.

Дверь захлопнулась.

– Что, впал в немилость? – хмыкнул подошедший к нему степняк. – Бывает, бывает… И женщина отвернулась, и крепость обещанную отобрали, и влияние. Обидно…

Кер молча взглянул на шамана. Тот снова хмыкнул.

– А я что? Я ничего. Тихо делаю свою работу. Только и всего. А ты сам так захотел. Тебе много даётся – так и теряется много.

– Ульфар, не будь так доверчив, – вдруг хитро прищурился Алхор. –Считаешь, я что-то потерял? Я так не думаю. Никакой мороки с крепостью и никаких постоянных отношений. Всё сложилось даже лучше, чем я предполагал, – он обошёл удивлённого степняка. – А ты давай, езжай, обустраивай гнёздышко, забирай эльфийку… Мне это слишком скучно. А женщина… Знаешь… – он доверительно понизил тон, – наставлять рога Лорду – куда приятнее, чем единолично владеть старьём. Так что я в выигрыше.

Брови Ульфара взметнулись. Он удивлённо покачал головой, глядя вслед вышедшему из зала Алхору.

– Во даёт… – тихо прошептал он.

Обрывки записей Алхора

Хэлдэрэ – быстро же ты. Не врала. И правда – ты не со мной. Не ожидал. Ты меня удивила. Увы – неприятно. На мой взгляд – это некрасиво. Могу и обидеться. Превращать твою жизнь в ад Лорд только что запретил – ну ничего. Придумаю что-нибудь поизящнее. Например, верну тебя себе, а потом выброшу – изменница мне не нужна.

Но сначала, пожалуй, дам тебе шанс. Интересно посмотреть, как ты будешь врать и выкручиваться.

Но зацепило. С чего бы? Нехорошо… Очень нехорошо…

А Лорд… Недвусмысленно, конечно, действует. Как всегда. Не ценит тонкую игру. Что ж, можно и так. Но, признаюсь, зацепило. Не люблю, когда трогают моё. Ещё и так откровенно. Придётся теперь тратить время, восстанавливать репутацию. Чтоб никто не обольщался.

Немилость Лорда – временна. А вражда со мной – пожалуй, может быть вечна. Не так ли, Хэлдэрэ?

***

– Эй, потише! – Тенна возмущённо обернулся к тому, что прошёл мимо, толкнув его плечом.

– Хоть потише, хоть погромче… – оскалился тот, обернувшись.

– Алхор?..

– О, ты меня помнишь. Да неужто. А я думал, память отшибло, – кер издевательски улыбнулся, подходя к Тенне.

– Чего тебе, Алхор? – устало проговорил тот. – Хочешь драки? Оскорблён? Ну так и поделом. Хэлдэрэ одумалась. Заклятия убраны. Она вернулась в себя, как и я, как и Лэнх. Всё возвращается на круги своя. Всё приходит в порядок. В порядок, где ты не нужен, – Тенна зло улыбнулся. – Где ты – лишний. Ты и так слишком много урвал. Смирись. Ты не нужен нам. А я рад за Хэлдэрэ. Она достойна быть с Лордом. А не с тобой, – выплюнул он, смерив противника взглядом.

– Вот как? – хищно улыбнулся Алхор. – А не боишься так со мной разговаривать?..

Тенна утомлённо вздохнул.

– Ну а что ты мне сделаешь? Вызовешь на дуэль? И что?

– Ты же не сможешь отказать мне, – Алхор обходил его по кругу, открыто наслаждаясь. – Не струсишь… А, значит, я снова с удовольствием оставлю тебе новый шрам. Вдобавок к этим, – он кивнул на изуродованное лицо аттанца.

– А вот тут ты ошибся, – Тенна упёр руки в пояс.

– В чём же, позволь поинтересоваться? – Алхор с издевательским интересом взглянул на него. – Думаешь, в этот раз обойдётся без ран? Сомневаюсь.

– В этот раз обойдётся без боя.

Алхор вскинул брови.

– Ушам своим не верю. Ты струсишь?! Откажешься от моего вызова?!

Тенна молча смотрел ему в глаза.

– Да. Я не буду с тобой драться, – он пошёл вперёд, обходя Алхора.

– Трус.

– Просто ты надоел своими глупыми играми, – не оборачиваясь, проговорил Тенна. – Одно и то же сотня за сотней лет подряд. Интриги, подставы, издёвки, дуэли… Знаешь, я, когда вдруг оказался вновь живым, понял, что это смешно – вестись на весь твой фарс. Ты – такой же пустой, как и я, – аттанец всё же повернулся к молчащему врагу. – Только свою пустоту и бессмысленность жизни прикрываешь злобой и насмешками. А я не прикрываю. Я хоть в этом честнее тебя. Но ты не лучше меня и не сильнее.

Алхор усмехнулся.

– Да что ты? Что-то я не замечал твоих выдающихся успехов.

– А я замечал, что некоторые твои успехи стали таковыми просто потому, что так сложились обстоятельства, – настал черёд Тенны недобро улыбаться. – Хэлдэрэ осталась без поддержки – моей и Лэнхэллира – и ты легко её заполучил. А пока мы были рядом с ней, пока не было этой магии Орина, ты и подступиться к ней не мог. Твои победы – лживы. Пустой звук. Иначе Хэлдэрэ осталась бы с тобой даже сейчас. А она ушла к Лорду.

Глаза Алхора стали ледяными.

– Смерть сделала тебя сильнее? Умнее? Хм, сомневаюсь.

Тенна развёл руками.

– Я от тебя иного и не ожидал. А разносить сплетни про мою трусость можешь не утруждаться – ничего нового. Все и так знают, каков я. И каков ты. Я выхожу из игры, Алхор. Она скучна. Я буду просто нормальным кером. Буду служить. Успокоюсь. Обустрою жизнь. Как Хонад, – он вдруг потёр шрам на шее. – А эти прогулки по лезвию оставь себе, – он развернулся спиной к Алхору и зашагал по коридору.

Тот его не преследовал. Он стоял неподвижно, глядя то ли вслед Тенне, то ли в пустоту. Редкие служители замка, проходившие мимо, старались незаметно прошмыгнуть мимо, не привлекая внимание кера. Но ему было не до них.

Он. Сосредоточенно. Смотрел. В никуда.

***

– Зачем?! – она развернулась к нему, гневно глядя ему в глаза.

– А что не так?

– Что ты изображаешь?!

– Я только что спас тебя от Алхора, – усмехнулся Лорд. – Дал ему понять, что ты моя. Тебе не придётся спать с ним ради безопасности. Ты недовольна?

Мара осеклась.

– Или я чего-то не знаю про вас? – он приподнял бровь. – Ты расстроена?

– Нет! Но…

– Что?

– Зачем изображать… Давать повод… Целовать меня зачем?!

Сэахор рассмеялся.

– Это куда понятнее, чем долгие слова.

– Но я не хочу, чтобы…

Лорд скривился.

– Ты сама себе противоречишь. То ты хочешь не быть пустым местом для керов, то возмущаешься, что я показал тебя равной.

Хэлдэрэ шумно выдохнула.

– Сэахор, пожалуйста… Доверь мне крепость. Любую. Я там окопаюсь и буду тихо жить. Прошу тебя. И не придётся…

– Нет.

– Сэахор!

– Хэлдэрэ, – он встал и подошёл к ней, – твоё место – здесь.

– Я не буду с тобой, – она в панике попятилась.

– Невелика беда, – отмахнулся Сэахор. – Важно другое. С Алхором ты не будешь точно, – он злорадно улыбнулся. – В этом можешь не сомневаться. Ты не должна опускаться до связи с какими-то там керами. Иначе мне придётся принять меры. Ты не должна позорить меня.

Мара остановилась, глядя на него с зарождающимся гневом.

– С чего бы?!

– С того. Ты была моей. Если ты становишься ещё чьей-то – значит, этот кто-то практически равен мне. А таковых нет. Я тебя уже предупреждал. Или я – или никто, – он зло усмехнулся и сделал последний шаг, отделяющий его от неё.

Хэлдэрэ смотрела затравленным зверем.

– Слушай внимательно, Хэлдэрэ, – он навис над ней. – Никаких романов. Ни с кем. Ты – под моей защитой. Алхор уже это понял. Если не понял – я ему объясню. Он к тебе не приблизится. Да он и не собирается – ты разве не заметила? Ему плевать на тебя. А мне – нет. Ты будешь при мне. Рамгар надо приводить в порядок. Зачаровывать. Если уж Алхор считает, что ты умна – что ж, попробуем на это посмотреть. Для всех ты – моя, – он властно приподнял пальцами её подбородок. – А изменять мне, как ты понимаешь, опасно. Так что ты теперь в полной безопасности, – он зло улыбнулся. – Никто теперь не посмеет даже посмотреть на тебя как на женщину.

– Звучит двусмысленно, – она улыбнулась со смесью боли, горечи и гнева.

Сэахор окинул её раздевающим взглядом.

– Хм, ладно. Я ошибся. Смотреть – будут. Желать – будут. Подойти – не посмеют. Потому что ты – моя, – его глаза стали ртутно-текучими. – Но, так уж и быть, принуждать не буду. Станет холодно в своей кровати – придёшь. Я не прогоню, – он насмешливо скривил губы. – Приласкаю… А вот смотреть на меня с таким гневом не надо. Иначе я заподозрю нежные чувства к Алхору.

– Раньше меня сторонились, так как я была пустым местом – теперь будут сторониться, потому что твоя, – её глаза снова блестели от накативших слёз. – Какая восхитительная защита. Меня только-только керы после боевых выходов стали воспринимать как-то… Как-то уважительно…

Сэахор презрительно фыркнул.

– И сейчас будут уважительно – моя же. Ты же не стала бы с ними дружить, – он с презрением выплюнул последнее слово. – Вон, эльф в себя пришёл – дружи с ним. Могу тебе снова Тенну отдать…

Хэлдэрэ закусила губу, слёзы открыто полились из глаз.

– Этих малодушных тварей оставь себе. Мне они не нужны.

– Значит, тебе не так уж одиноко, – Сэахор развёл руками. – Займись делами. Рамгару нужна хозяйка. Будет голова занята – быстрее успокоишься. Ты слабая, Хэлдэрэ. Вечно придумываешь себе причины для страданий. А их нет, – он опять наклонился. – Ты живёшь лучше многих. Ты бессмертна. Ты ни в чём не нуждаешься. А твои беды – смешны и нелепы… Да хватит реветь! – не выдержал он. – Как Алхор это терпел?! С тобой невозможно сладить!

Мара прижала руку к лицу. Сэахор грубо взял её за плечи и встряхнул. Хэлдэрэ испуганно на него посмотрела.

– Прекрати. Сейчас же, – свистящим шёпотом проговорил он. – Не нарывайся.

Но она уже не могла остановиться. Слёзы лились градом. Лицо Сэахора исказила гримаса. Он с силой сжал её плечи, а потом резко толкнул, почти швырнул, к стене. Хэлдэрэ сползла на пол, сжавшись в комочек. Маленький рыдающий комочек.

– Невыносимая… – прошипел Сэахор. – Ничтожество… Зачем я вообще тебя Марой сделал… Не надейся, твои слёзы ничего не изменят. Всё будет, как я сказал. А попытаешься перечить – наложу новое заклятие. Другое. Будешь снова послушная. По-хорошему или по-плохому.

Раздались шаги, а затем – звук со злостью захлопнутой двери. Хэлдэрэ, рыдая, так и сидела на полу, в углу кабинета с овальным столом и высоким окном-бойницей. Демон внутри неё безмолвствовал. Душу наполняло огромное и безжалостное ничего…

***

Не вышло. Ничего не вышло. Не сработал план Алхора. Сэахор не испугался моей нежности и расположения. И истерик не испугался. Ему плевать, как я к нему отношусь. У него есть свой взгляд на мир, и точка.

Тварь. Тварина.

Я опять одна. Только теперь моя изоляция тотальна. Стоило к кому-то хоть чуть-чуть проникнуться – и всё. Всё рушится. Он отбирает любую мелочь, что мне дорога. Я теперь в глазах Алхора, да и остальных керов – перебежчица. Предпочла общество Лорда из выгоды. Противно. И мне, и – наверное – ему. Он же не поверит, что я против. Так на Тёмной стороне не делается… Тут не принуждают женщин. Вдвойне подло то, что сделал Сэахор. Мне никто не поверит. Ни за что…

И эти Камни – кто их просил перекрывать нам границу?! Теперь даже не сбежать. Я замурована заживо в этом проклятом Рамгаре… Зачем, и правда, Сэахор сделал меня Марой?! Я не для этого… Я не могу… Самой уже, что ли, искать способ развоплощения?! Сэахор считает, что это невозможно. Мхэлен и Орин утверждали эльфам обратное. А что, если они и правда что-то поняли? Может, и я пойму?

Я так больше не могу. Одно из двух – или не станет Сэахора, или меня. Другого шанса на покой нет.

Ох, лучше б он меня отпустил в приграничную крепость…

Да. Я буду искать. Иначе я сойду с ума… Хотя, кого смешу? Демоны не сходят с ума. Максимум – Сэахор налепит на меня заклятие. Может, на то и расчёт, что сломаюсь и от боли попрошу эту дрянь.

Не сломаюсь. Я буду искать способ уйти.

А Алхор… Нет, не может быть… Но… А что, если он и подстроил всё это? Его советы – показать Сэахору расположение, которое должно было отвратить его, предложение вернуть внешность, как в те времена… Если он специально это сделал?! Захотел меня «вернуть» Сэахору? Может ли быть так, или это мой воспалённый разум придумал полный бред?

Какая разница. Всё уже случилось. Я же знала, что эти отношения – ненадолго. Если бы меня бросил он сам – было бы унизительнее. А так… Будем считать, что это хоть чуть-чуть сберегает мою потрёпанную самооценку. Осталось как-то перестать рыдать – «реветь», как сказал Сэахор… Как же унизительно это звучит… Как будто я девчонка… Как будто…

Какая разница. Никому ничто не важно. Всем плевать на всех. Все думают только о себе. Ему не нравятся мои «истерики», как он любит говорить. Мне – тоже. Ему не нравлюсь я. Что ж, я полностью солидарна. Сейчас нарыдаюсь и буду продолжать жить. Вот в этих самых покоях, больше похожих уютом на тюремную камеру… Тут и побуду. Пока не вернусь в себя.

Ещё какой-то дурацкий слуга с какой-то дурацкой вазой с фруктами. Зачем мне фрукты?! Кто приказал?! Сэахор подлизывается? Зря. Бесполезно. Всё бесполезно…

Куда полезнее найти способ вырваться из этого подобия жизни. Надеюсь, моей ненависти к себе будет достаточно для этого.

Я смалодушничала – тогда.

Вот и расхлёбываю – теперь.

Умирать, оказывается, лучше достойно и по-честному. Иначе потом приходится жить – вот так. Недожизнью…

***

Два слова на клочке бумаги, сунутые неприметному слуге. Два часа ожидания. Две фигуры в памяти. И злость. Странная злость. Непонятная. Никчёмная. И всё же она была.

А часы неумолимо отсчитывали минуты.

…Тишина. Не пришла. Отказалась.

Злость кривила аристократичные черты. Ожидаемо. На Тёмной стороне слишком берегли собственную шкуру. И изменяли – легко.

***

– Ох и мерзко это было, – выдохнул Хэруол, сидя за столом в покоях Ульфара. – Возвращаться в тело…

Шаман фыркнул. Хэлгар был неподвижен – как будто ему было больно шевелиться. Алхор насмешливо смотрел на молодого мага, только что закончив непривычно-лаконичный рассказ о вылазке к Камням. Хонад косился на старшего кера.

– Будешь знать, как умирать, – назидательно заявил Ульфар и взялся за бутыль с мутно-белой жижей.

– Хм, я предпочту старое доброе вино, – Алхор подозрительно посмотрел на бутыль.

– Мы ж за победу собирались… – степняк откровенно удивился.

– Победа ещё не окончательная, – Алхор отобрал у него бутыль и поставил на стол. – Вот заглохнут Камни, и отметим. А это так, полумеры… За возвращение, – он кивнул на Хонада и Хэруола. – Хонад, наливай уже…

Драконовод сумрачно посмотрел на Алхора и откупорил тёмную бутылку. Бордовая жидкость полилась в кубки.

– Так, а госпожа демоница, я так понимаю, нас не почтит?.. – вдруг спросил Ульфар, кивнув на пустой кубок, заготовленный им.

Алхор усмехнулся.

– Только если с Лордом. Но это, я думаю, лишнее.

Хэруол непонимающе переводил взгляд с одного кера на другого.

– А при чём тут Хэлдэрэ? – спросил он, вставая со своего места вслед за остальными. – Это не для Тенны, что ли?..

– Поминали вас вчетвером, – наставительно заметил Алхор. – Мы трое и она.

– А за победу пить хотели вшестером. Но, увы, – Ульфар развёл руками. – Трофеи пить не могут, – он бросил мимолётный взгляд на Алхора, ответившего белозубой улыбкой. – И предатели – тоже. Подумаешь, заклятие… Предатель он и есть предатель.

Хэруол смотрел с недоумением.

– Эй, Хэлгар… Тааак…

Кубок с грохотом упал на стол, вино плеснуло бордовой лужей. Алхор и Хонад попытались поймать падающего военачальника, но им удалось лишь смягчить падение. Хэруол ринулся к Хэлгару.

– Чего с ним?! А он у целителя был? Это после Камней, да? Да у него ж острое облучение… Чёрт… Я думал, на керов не действует… Он же помрёт… Давайте… Кого-нибудь… Да быстрее! Я ж не целитель! И чтоб без демонического! А то ещё облучит…

***

…Птица превратилась в женщину, не успев опуститься на землю. Лёгкое заклятие Невидимости окутало её невесомым плащом. Стук в дверь – быстрый, жёсткий, требовательный. Стук – и тишина в ответ.

Никого. Поздно.

Она устало прислонилась к каменной стене. Серые глаза были пусты.

– Ушёл… Не ждал…

Она медленно отошла от двери. Заклятие растворилось, открывая её облик. Впрочем, в безлюдном коридоре это было не важно. Да и кто преградит дорогу Тёмной Маре?

…Собственно, тот единственный, кто мог это сделать, куда-то ушёл. Не разыскивая, не дожидаясь, не ища встречи. А все остальные были никем. Пустым местом.

Мара шла и не видела. Ни поклонов служителей, встречавшихся ей. Ни склонённой головы смуглого кера – невозможность смотреть в глаза так легко прикрыть правилами этикета. Ни грустной усмешки в спину и нервного потирания шрама на шее.

Она не видела ничего.

***

Слепые глаза внимательно смотрели в неподвижное лицо.

– А ты тут кому нужна? Тебя, кстати, был приказ казнить, – фыркнул Ульфар, глядя на белокурую эльфийку. – За делишки с драконами. Так что отошла бы от Хэлгара.

– Я смогу ему помочь.

– Подохнуть?

Эльфийка обернулась к шаману.

– Камни убивают вас, Тёмных. Что с демонической сутью, что без неё. Ваши, Тёмные целители, добьют его. А я не Тёмная. Я смогу.

Хэруол покачал головой.

– Надо, чтоб Лорд решал. Слишком серьёзно.

300 лет назад

– И как тебе он? – Сэахор стоял у окна.

– Какая разница? – Хэлдэрэ сидела на стуле, безучастно глядя в одну точку. – Я всё сделала, как ты и просил. Нагрубила ему.

– Разве это было сложно? Я же говорил тебе, он на тебя имеет виды. С первого дня заприметил, – усмехнулся Мар. – Он привык к доступным женщинам и лёгкой наживе. Красавец. Харизматичен, обаятелен. Ни одна не устоит. Он и тебя хочет в постель затащить. На одну ночь. Так что твой гнев обоснован. Не мог же я тебя не предупредить о его намерениях перед первым знакомством… Чтобы он тебя не очаровал с первых мгновений. Ты же у меня доверчивая. Вот я и позаботился о тебе. По старой, хм, дружбе…

Хэлдэрэ подняла на него глаза.

– Не сомневаюсь. Ты всегда на моей стороне.

Сэахор улыбнулся. Мара была по-прежнему неподвижна, что не удивительно – те, кто под заклятием, так и живут. Очень удобно – без чувств и волнений.

– О, вот ты где? – раздался насмешливый звонкий голос, и в зал влетела тонкая девушка с короткими светлыми волосами. – А я тебя везде ищу.

– Можно подумать, здесь так много мест, где я могу быть, – Сэахор приобнял её за талию. – Тарис, спокойно, – рассмеялся он, когда та прильнула к нему.

– Я пойду. Дела, – Хэлдэрэ встала, не удостоив взглядом названную Тарис.

– Очень своевременно. У нас тоже… дела… – рассмеялась та ей вслед. – Правда, дорогой?..

Хэлдэрэ вышла, захлопнув за собой дверь.

– Конечно. И очень важные… – усмехнулся он, давая Тарис волю. – Куда важнее болтовни с твоей бывшей подругой.

– Снулая рыба. И как ты с ней спал…

– С трудом, Тарис, с трудом.

– Стоило ли? Теперь не избавишься, – она расправлялась с пуговицами.

– Пусть служит. Не тебя же мне напрягать…

– Ммм, приятно слышать…

Рамгар. Крушение

Он шумно выдохнул. Густая волна злости улеглась. Расплавленный металл остывал, принимая форму. И всё же он был довольно податлив – пока.

Мар думал. Перебирал в голове заклятия. Ему нужно было что-то простое и изящное. Не столь грубое как те, прежние чары. Аккуратное, но цепкое.

А ещё ему нужно было повиновение. И смирение. И отказ от прошлого.

Ртутные глаза сощурились. Не слишком хотелось, но…

Способ был. Довольно приятный в целом. И физически, и морально. Потому что она будет против – но не сможет возразить. Потому что ломать можно не так резко, как он предпочитал. Можно надламывать. А там одно из двух – или этого хватит, или же она, поломанная, сама попросится под старое заклятие. И на Тёмных землях снова будет порядок.

Нужно лишь нарушить одно-единственное негласное правило Тёмной стороны…

– Повелитель! – в тронный зал заглянула голова Хонада. – С Хэлгаром беда.

Сэахор нахмурился и упруго встал. Раздражение снова толкнуло в голову расплавленной волной. Недоломанные когда-то вещи нужно было срочно поставить на место.

***

Тёмные волосы были убраны, несколько прядей небрежно спускались на изящную шею. Лицо Мары не выражало эмоций. Прекрасная, отстранённая, неживая, затянутая в плотную чёрную одежду. Ворот рубашки завязан почти под самое горло. Она шла по коридору крепости, как тень. Живые так не ходят.

– Хэлдэрэ, – эльф тихо окликнул её по имени.

Мара слегка замедлилась, а затем снова вернулась к прежнему темпу.

– Хэлдэ… – Лэнхэллир ускорил шаг, догоняя её.

Призрачные ветры и туманы её глаз устремились на него. У эльфа вдруг пересохло в горле.

– Хэлдэрэ… Я должен…

Она раздражённо выдохнула.

– Прости! – эльф упал на колени. – Я смертельно виноват. Я нёс чушь… Жестокую чушь… Я так не думал на самом деле… Прости, умоляю…

Мара зло отобрала у него свою руку, которую тот сжал в странном порыве.

– Изыди, эльф, – она обошла его.

– Хэлдэрэ! – менестрель вскочил. – Выслушай, прошу тебя! – он обхватил её за плечи.

Ещё одно резкое движение, и она сбросила его руки.

– Не трогай меня, – процедила она.

– Поговори со мной.

– Не о чем. Ты предал меня.

– Я был под действием заклятия! – в голосе менестреля звучала боль. – Мне стыдно признавать это. Помоги мне – я хочу понять, где моя брешь, что заставило меня… Хэлдэрэ, не суди так строго… Я на твоей стороне – всецело. Я не осуждаю тебя – ни единый шаг. Я уже просил Сэахора за тебя. Я помогу. Прошу, будь милосердна…

Мара обернулась на него.

– Просил? Сэахора? О чём? – серо-призрачные глаза устремились на него.

– Просил не ломать. Просил бережнее… – выдохнул менестрель. – Ты дорога мне. Ты – мой друг. Как и Сэахор. Я не хочу, чтобы магия Орина разрушила всё в нашей жизни…

Мара едва заметно улыбнулась. Но это была горькая улыбка.

– В нашей жизни уже всё разрушено.

– Всё может измениться, – Лэнхэллир заговорил серьёзно. – Сэахор приблизил тебя, поднял. Ты больше не ровня керам. Ты снова с ним. Всё наладится. Будет, как раньше… Хэлдэрэ?.. – он слегка отпрянул.

Мара смотрела на него, склонив голову к плечу. А её глаза… Это были глаза демона.

– Это ты ему подсказал? – тихо, свистяще спросила она. – Ты предложил поднять меня?

– Не совсем… Но это своевременно, – он справился со своими чувствами и смотрел твёрдо. – Ты достойна этого.

Губы Хэлдэрэ изогнулись в болезненной улыбке.

– Тварь ты, Лэнх. И Сэахор – тварь… – тихо произнесла она.

Менестрель поражённо смотрел на неё. А Мара, отвернувшись, уже уходила. Её спина была идеально-прямой, но Лэнху чудилось, что по коридору крепости идёт сгорбленная, сломленная, вмиг постаревшая женщина. Он тряхнул головой. Видение рассеялось. Прекрасная полудемоница с надменным взглядом шла прочь от него, отвергнув и слова извинения, и слова поддержки.

***

Алхор, небрежно облокотившись на стену, наблюдал за суетой. Почему-то ему нужно было оставаться здесь – хоть целительские дела его и интересовали слабо.

Дверь открылась.

– Наконец-то, – процедил Сэахор, взглянув на вошедшую Хэлдэрэ.

Алхор окинул её взглядом. Собранная, закрытая. Как тогда, под заклятием. Вот только глаза – слишком ледяные.

«Понимает, что теперь её будут презирать… И решилась же так открыто быть с Лордом. Впрочем, презрение не пахнет, как и деньги. Выбрала и выбрала. Имеет право. Видит выгоду. Ничего…»

– Меня задержал твой советник, – проговорила она, прежде чем Лорд успел что-то сказать. – Хм, а тут, никак, праздновали что-то, – она обвела взглядом комнату, стол с угощением и кубки с вином.

На Алхора она не посмотрела. Он же нарочито рассматривал суетящихся целителей. Ему достаточно было следить за Марой краем глаза. Увидеть дрогнувшие расстроенно ресницы было легко. Как и мимолётно возникшие и тут же исчезнувшие невесёлые складки у губ.

«Не весела. Правильно. Её счастье ненадолго. Я подскажу Лорду, что ему это невыгодно. Верну себе. А потом брошу. Потому что это было нехорошо и некрасиво…»

– Победу, госпожа демоница, – ухмыльнулся Ульфар. – Какую-никакую, а победу. Камни рано или поздно вскроем – а так хоть дурацкие эльфы не стреляют, и то приятно…

Хэлдэрэ не удостоила его взглядом – как и других керов. Она была напряжена, как пружина.

Сэахор знаком предложил Маре подойти поближе. Там, в углу комнаты, на кровати лежал Хэлгар. Рядом с ним и суетились целители. И слепая Ларэль.

Эльфийка обернулась к Маре.

– Я могу помочь ему.

Хэлдэрэ молча смотрела. Пространство вокруг неё заволокло лёгким туманом. А может, этот туман был лишь в глазах Алхора. Целители же просто попятились, отступили. Им была неприятна демоническая магия.

– Он умирает, – Хэлдэрэ взглянула на Лорда.

Тот зло усмехнулся.

– Я заметил, – с сарказмом произнёс он.

– И чего ты хочешь от меня? Дай ему умереть, а потом воткни его душу обратно в тело, – она передёрнула плечами и развернулась спиной к умирающему. – Или дай попробовать эльфийке свои чары. В худшем случае он умрёт чуть быстрее, чем сейчас. Хотя, может, это и к лучшему – ему сейчас больно вообще-то…

Сэахор взглянул ей в глаза.

– Лучше скажи, почему он умирает.

– Облучение от камней, – встрял Хэруол.

Лорд раздражённо на него покосился. Хэлдэрэ сумрачно посмотрела на едва дышащего кера.

– Он был под твоим заклятием все эти сотни лет. Камни могли распознать это как самого Мара и ударить всей мощью. А, может, дело просто в том, что они свихнулись, если они не выпускают теперь вообще никого. Проверь – отправь туда пленного какого-нибудь, вытолкни за границу. И нашего, если кто в темницах есть, из обычных людей или эльфов. И всё станет ясно – все они мрут или только кто с демоническим миром связан. Тенну вытолкни – уже чтоб точно понять. Война кончилась, времени на то, чтоб обратно этих дураков возвращать, у тебя предостаточно.

Ульфар негромко хмыкнул за её спиной. Хонад приподнял брови. Алхор едва заметно усмехнулся.

– Эк ты нас, госпожа демоница.

Хэлдэрэ не ответила. Сэахор обернулся на Ульфара.

– Ты чем-то недоволен? – Мар склонил голову к плечу, при этом положив руку на бедро Хэлдэрэ.

Та едва заметно вздрогнула. Глаза Алхора чуть сузились.

«Хм, не привыкла? А что так? Привыкай. Странный у тебя вкус, однако… Добровольно выбрать нашего Лорда…»

Ульфар молча поклонился.

– Виноват. Подзабыл, хм, что теперь так, – он кивнул на руку Лорда.

Едва заметное движение ресниц, прикрытые глаза. Алхор успевал замечать и это, хоть Мара и стояла к нему полубоком.

«Цена положения, а, Хэлдэрэ? Ты всё стеснялась со мной в сделку пойти – а с Лордом уже по накатанной… Пошла по рукам – и не надо теперь вздрагивать. Сама захотела»

– Запомни, – фыркнул Сэахор. – На будущее… Значит, говоришь, пускай умирает… – он посмотрел на Мару.

Хэлдэрэ подняла глаза. Взгляд Сэахора стал изучающим. Хрипящее дыхание Хэлгара мало занимало его. Губы Мара дрогнули, складываясь в самодовольную усмешку.

– Так гораздо лучше, – произнёс он, ослабляя завязку ворота её рубашки, так, что обнажилась ямочка между ключиц.

– Возможно, – Хэлдэрэ была неподвижна. – Я больше не нужна здесь?

– Иди… – произнёс он как будто задумчиво, скользя по её фигуре взглядом. – А я понаблюдаю за ней, – он кивнул на эльфийку, склонившуюся над Хэлгаром.

Мара кивнула и вышла. Сэахор обвёл взглядом оставшихся керов.

– Свободны, – процедил он.

Ответом ему были молчаливые поклоны.

…И всё же был отдельный взгляд. Острый, жёсткий, прямой, направленный на Алхора. Синеглазый кер усмехнулся.

– Рад исполнять приказы Владыки. Благодарен за избавление, хм, от части неприятных обязанностей…

Сэахор внимательно на него посмотрел.

– Вот как?

Алхор ещё раз поклонился.

– Владыка милостив. А я всецело верен.

***

На душе было никак. Всё, что можно было потерять, я потеряла в одночасье. Равнодушный взгляд Алхора, ещё вчера улыбавшегося мне… Он так легко отказался от меня. Даже не вздрогнул, не попытался, не пришёл… Вычеркнул меня из своей жизни – стоило только Сэахору сказать ему «фу». Или же сам подстроил всё… Как это унизительно…

Всё унизительно. И двуличие Алхора. Отстранённость Хэлгара – пока он ещё стоял на своих ногах. Насмешки Ульфара – как раньше… Глупые слова эльфа, который даже без магии Орина портит мне жизнь похлеще многих… Но эльф – это мелочи. Не о нём жалею…

Я была принята. Я была признана. Как личность, как человек, как маг, как соратник. А стала… Стала просто женщиной. Каких много. Одна из.

Память стёрлась. Все всё забыли. Керам сказали, кто я теперь. Они послушны, они запомнят. Ничего личного, просто служба.

Как больно оказалось увидеть их собрание… Обещали – со мной. Обещали помянуть. И Лонмор, и Светлых. А в итоге…

В итоге я теперь в изоляции. Меня не позовут ни на поминки, ни на праздники. Я теперь чужая. Я – игрушка Лорда. Ненужная, бесящая его игрушка. Но керам всё равно. Они служат. Они выполняют приказы. И только.

А лишний кубок, я видела, он стоял на столе… Наверное, он был для Тенны. Не для меня же. Это смешно, даже думать о таком…

Я тяжело рухнула в кресло. Всё пропало. Я снова наедине со своими бедами. Надо что-то делать, а у меня нет сил. Полное безразличие. Как когда я стала Марой.

Мне всё равно, что со мной будет. Увы, я слишком многое возомнила. На многое понадеялась. Размечталась…

А зря…

Так, а это кто? Дверь же заперта, как она открылась?!

– Сэахор?!

***

Хэлдэрэ была как будто встревожена. Мар, приподняв бровь, смотрел на неё.

– Хм, а у тебя улучшилось настроение, – он указал на фрукты на столе. – Оживаешь? Отлично.

Она передёрнула плечами и встала из кресла. Взгляд её был лихорадочным.

– Чем обязана? – она посмотрела ему в глаза.

Сэахор прищурился.

– А нужен повод для моего визита?

– Ты не заходил ко мне лет пятьсот. Обычно мы общаемся в тронном зале.

– Когда-то я заходил к тебе, – он усмехнулся.

Мара слегка побледнела. А он подошёл к ней поближе.

– Не злись на меня, – он остановился вплотную, пальцы скользнули по её щеке. – Мне тоже непросто. Власть… Она иссушает, – вторая рука ожидаемо обхватила её за талию. – Мне тяжело. Самое время забыть старое…

Хэлдэрэ подняла на него глаза.

– Может, лучше оставить всё, как есть? – тихо спросила она.

– Вернуться к тому, что есть сейчас, всегда успеется, – он уверенно расправлялся с пуговицами на её плотной одежде.

– Сэахор, я не могу так, – она говорила на удивление спокойно. – Я не Тарис. Я не настолько… страстная…

Он усмехнулся.

– В этом есть определённая прелесть. Не ломайся. Я был неправ по отношению к тебе, признаю. Готов искупить, – новая усмешка двусмысленно заиграла на его губах. – Я восстановлю твой статус перед лицом керов и народа. Не всё тебе быть игрушкой Алхора. Знала бы ты, как он над тобой смеётся, – фыркнул Сэахор. – Весьма, хм, скабрёзные шуточки у него… Так что беречь тебе нечего. Ты хотела какую-то крепость? Это слишком мелко. Ты станешь хозяйкой Рамгара. И всей страны, – ткань шумно упала на пол, а руки Сэахора коснулись рубашки Мары. – Это справедливо.

– Я раздражаю тебя, – её взгляд стал пустым.

– Нам нужно меньше пустых разговоров. Как когда-то. Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. Там или отказ, или согласие…

– Сэахор, нет. Я не буду с тобой… И место около трона мне не нужно. Пусть всё будет, как раньше, – она смотрела ему в глаза. – Я…

– Разлюбила? – фыркнул презрительно он. – Хэлдэрэ, зачем нам с тобой эти глупости? Кто в это верит? Ты женщина, такова твоя участь – быть желанной. Ты могла достаться какому-нибудь ничтожеству, а можешь достаться мне. Разве это не прекрасно? Женское счастье тем и измеряется – чьей она становится. Так что, можешь считать, ты прекрасно показала себя в этой войне… Я решил, что ты можешь стать моей…

– Сэахор, не надо… Не надо мне счастья. Просто оставь меня…

Она посмотрела на него и осеклась… В её взгляде не было гнева. Там была предрешённость. Сэахор властно заставил её приподнять подбородок, и поцеловал. Требовательно, страстно. Она не препятствовала, но и не отвечала. А его магия уже обвивала её…

– Хм, какая ты у меня холодная… Ничего, разогреем, – усмехнулся он. – Мне, понимаешь ли, обязательно необходимо самоутвердиться, – пальцы скользили по округлости груди. – Снять с тебя следы прикосновений какого-то там Алхора. Ты только моя…

Хэлдэрэ выдохнула и закрыла глаза. Она больше не сопротивлялась. Воздух уже холодил её обнажённую кожу. Сильные руки подняли её. Что будет дальше, ей было предельно ясно.

«Всё равно. Мне всё равно. Это не я. Моё тело давно сгнило. Кишки выпали… Это не я. Это демон. Мне всё равно. Пусть делает, что хочет. Ничего нового. Проходили уже это… Только б не долго… Радовать его борьбой – нет уж. Женщины – подстилки? Вот пусть так и будет. Подстилки не бывают страстными…

…Только б побыстрее…»

Обрывки записей Алхора

Хм, вот так, значит? Цепляет, не скрою. Бесит. Зря, очень зря. Не стоило пытаться унизить меня – а сделано именно это.

Ну что ж. Было – и было. Я своё получил. Хотелось бы подольше… И можно было бы рискнуть… Но… Своя шкура – целая и невредимая – дороже сомнительных выгод сего мероприятия. И чего я хотел от той, что водила дружбу с Тенной и Лэнхом? Переметнулась и глазом не моргнула.

Злобно. Надо кого-нибудь убить. Или прогуляться, подыскать грелку на ночь. Да, пожалуй.

Красивых много. На мой век хватит.

***

Айрам удивлённо слушал Лэнхэллира. Мрачный, суровый, он говорил страшные вещи. Искры, магия Орина, предательство…

– Как же так…

– Главное, чтобы этих искр не было в тебе. Я боюсь за тебя.

– Как проверить? – Айрам смотрел с ужасом.

– Надо к Ульфару.

– А если… Если я тоже под искрами… Я же мог… Другие. Я мог их передать другим. А они – дальше… Что делать, Лэнхэллир?!

Эльф тяжело вздохнул.

– Договариваться с Ульфаром. Может, удастся уговорить его сделать очищение всем жителям замка…

Айрам с сомнением нахмурился.

– Но Лорд же отправил его в Далур-Нум…

– Я поговорю с Сэахором. Мне кажется, он недооценивает эту магию Орина, – менестрель сжал губы. – Нужно как можно скорее уничтожить эту заразу. Расскажи об этом всем, – он серьёзно взглянул в глаза соратника. – Может, если они будут знать, это поможет им справиться самим… Хотя бы сопротивляться.

– Хорошо! – молодой эльф вскочил. – Лэнх, что-то ещё?..

Тот выглядел озабоченным.

– Айрам, твоя сестра… Она в замке?

Золотоволосый эльф помрачнел.

– Нет. Уехала в Далур-Нум. Бросила библиотеку на кого-то первого попавшегося.

– Может, она смогла бы помочь… Поговорить с Ульфаром, чтобы он хотя бы на несколько дней вернулся в Рамгар…

Айрам стал ещё мрачнее.

– Сомневаюсь. Она даже не здоровается со мной.

Лэнхэллир угрюмо кивнул.

– Понимаю. Что ж… В крайнем случае поговорю сам.

– Аэлинн уважает Хэлдэрэ, – Айрам как будто с трудом произнёс имя сестры. – Может, через неё?

Лэнх горько улыбнулся.

– Увы, для этого мне пришлось бы поговорить с Хэлдэрэ. А она, как и Аэлинн, не желает со мной ни здороваться, ни разговаривать.

Айрам с состраданием посмотрел на него.

– Не может простить? Но ты же не виноват, это же заклятие!

Менестрель развёл руками.

– Увы, мой друг, увы… Я не понимаю, что происходит в голове Хэлдэрэ. Бессмертных не лечит даже время. Но всё же я надеюсь…

– Забудет. Я уверен, забудет, – горячо закивал Айрам. – Она же была человеком, а люди забывают. Она остынет и простит. Тем более, что теперь она не с Алхором. Он больше не будет лить отраву в её душу. Она вспомнит, кто поддерживал её всегда, – он указал на собеседника. – Всё образуется, я уверен…

Лэнхэллир грустно улыбнулся.

– Спасибо, дорогой друг… Я ценю твою доброту.

Тот поклонился.

…Эльф остался в одиночестве. Ему предстояло сделать многое. Убедить Сэахора в важности снятия искр. Позаботиться обо всех, кто стал по его вине носителем этой чудовищной магии. И, самое главное – вернуть своё доброе имя.

А это – непросто.

***

…А может, и правда? Смириться? Согласиться на то, что мне предлагается? Я же хотела этого – когда-то. Уже не хочу. Но… Мои желания сбываются всегда невовремя. Когда уже поздно.

Сэахор ушёл. Довольный и злой. Он всегда злой, это его нормальное состояние. Сейчас он свою злость утолил об меня. Я уже и забыла, каково это, быть с ним в постели. Предпочла бы и не вспоминать… Ну да он не спрашивал.

Может, и правда? Хватит кочевряжиться. Я всего лишь женщина. Существо второго сорта. Придаток к мужчине. Средство доставления мужчине всяческого удовольствия. Не больше.

Только почему-то хочется опрокинуть на себя ушат с кипятком. Смыть его прикосновения. Сжечь их… Можно даже вместе с кожей. Новая нарастёт. Я ж не человек. Я кусок демона…

Потом. Всё потом. Сейчас нет сил ни на что. Он вытрепал и моё тело, и мою душу. В забытьё. Мне надо в забытьё. Лет так на сто…

300 лет назад

– Хм, как настроение?

Алхор поднял на него взгляд безмятежных синих глаз, оторвавшись на мгновение от монотонной заточки лезвия клинка.

– Готовлюсь.

– К чему же? – Сэахор сел напротив.

– К службе, – усмехнулся тот. – Сегодня же выходит срок пари. А я его бездарно проиграл.

– С кем не бывает, – Мар развёл руками. – Признаться, я рад. Хотя бы тому, что ты станешь кером и приобретёшь гораздо больше, чем мог бы себе представить. Разум мог отговаривать тебя от этого решения. Но я же знаю, что оно куда выгоднее обычной, скоротечной человеческой жизни.

Алхор внимательно посмотрел на него.

– И что же ты мне поручишь?

– О, тебе достанется нечто особенное. То, к чему у тебя есть все данные. Цепкий ум, манеры, изощрённость… Интриги, переговоры, соглашения – это будет твоим поприщем. Что скажешь?

– Знакомо, – он пожал плечами. – Кстати, не поведаешь, что изменится с момента, как я стану кером? Насколько потеряется человеческая суть? Ощущения там, восприятие?

– За это не беспокойся, – Сэахор махнул рукой. – Зрение станет острее, как и другие органы чувств. Тело – выносливее. Ты ничего не потеряешь. А, вспомнил. Детей у тебя не будет. Никогда. Нет, нет, ты не так понял, – рассмеялся Сэахор, увидев вскинутые брови Алхора. – Женщины будут – и в изобилии. Не в последнюю очередь по той причине, что ночи с тобой не принесут им никаких последующих проблем вроде детей, – Мар брезгливо скривился. – Род твой всё равно угас, особняк в чужих руках, честь попрана – так что и эта плата не столь уж велика.

– Забавно, – хмыкнул Алхор.

– Пойдём, – Сэахор встал. – Всё готово. Трое суток пролежишь без сознания, а очнёшься сверх-существом, – он похлопал его по плечу. – Кстати, – он понизил голос, как будто в доверительной беседе, – став кером, ты вполне сможешь вернуть и особняк, и имя… Со временем, конечно. Когда освоишься и завоюешь положение – и здесь, и там, у Светлых. Так что ты вообще ничего не потерял, – Сэахор подмигнул. – Да, придётся это делать самому, а не получить от меня в дар. Но, думаю, тебе понравится. Месть сладка…

Алхор задумчиво посмотрел на Мара.

– Вот как? Ну что ж… Мне это подходит. А неудачное пари… Пожалуй, я доведу его до конца, даже если срок давности и вышел. Для себя самого. Ты ею не дорожишь, насколько я понял. Ревновать не будешь.

Лорд усмехнулся с ноткой превосходства.

– Какой смысл? Самооценку поправить? Хэлдэрэ не та, кто этому поспособствует.

– Нееет, – протянул насмешливо Алхор. – Дело не в самооценке. Дело в мести.

Сэахор усмехнулся.

– Понимаю тебя. И не смею препятствовать. Даже пожелаю удачи. Думаю, если ты добьёшься её расположения, твой последующий удар будет сокрушителен.

– Более чем, – синие глаза стали непривычно-пусты. – Из-за неё я становлюсь кером. Так что её ждёт дорогая расплата.

– И каким же образом? Разобьёшь её сердце? Так его нет, иначе бы поддалась тебе.

Алхор насмешливо улыбнулся.

– Это куда страшнее, Сэахор. Сначала я ей это сердце создам. А уже потом разобью.

Мар уважительно закивал.

– Жестоко. Мне нравится. Но, всё же, шансы мизерны.

– Создать сердце такой, как Мара?

– И это тоже.

– Ну что ж. Не получится подарить ей сердце, чтоб его разбить – буду просто ломать её жизнь. Всего-то. У меня впереди – вечность. Как и у неё. Она заплатит сполна.

– Золотые слова… Пошли. Пора начинать превращение. Вечность пора пригласить в твою жизнь. А там мсти, кому захочешь.

Рамгар. Сохранить себя

Снова песок арены под ногами, снова кружение в странном танце. Вот только противники смотрят друг на друга слегка иначе… Нотка презрительного высокомерия в ртутных глазах – да странный огонёк в глубине обманчиво-безмятежной сини…

Сэахор атаковал, Алхор увернулся, отступив вправо и нанося собственный удар. Это движение было предсказуемо… Предсказуемо отбито. Как и следующий шаг. А вот этого удара, наискось снизу, Мар почему-то не предвидел. Пришлось уже ему отпрыгивать. Самодовольная усмешка на лице Лорда превратилась в недовольную – он не любил уворачиваться, он любил бить.

…Чем и занялся. Удары посыпались на Алхора. Он уворачивался, отбивал – отбивал куда чаще, чем стоило. Странная злость просилась наружу, не позволяя привычно увернуться.

– Уже придумал что-нибудь? – Сэахор вдруг сбавил темп.

Алхор пожал плечами – насколько это было возможным в бою.

– Задание пока не слишком ясно для меня. Я ожидал, что моей задачей будут Камни…

– Ты – не маг, – сталь зло ударила о сталь.

Кер усмехнулся.

– Разумеется… Да и, магия – это скучно, как по мне, – он тонко улыбнулся. – Мне бы не хотелось владеть этим странным умением. Ульфар и Хэруол – маги, но они пока ничего сказать не могут. Смею надеяться, что их исследования могли дать мне почву для размышлений…

– Ты уже надеялся, – фыркнул Лорд, нанося удар за ударом.

– Как и все мы, Повелитель, как и все… – тот слегка улыбнулся. – Я думаю, разгадка на поверхности.

– Считаешь остальных дураками?

– Считаю, что они не туда смотрят.

– Куда смотрел ты?

– В будущее, мой Лорд. И продолжаю смотреть в него, – синие глаза сверкнули. – Я люблю свободу. Светлые бросили мне вызов. А ещё я хочу крепость. У меня есть резон разобраться с Камнями. Репутация, опять же, пострадала… Я бы с удовольствием отправился в составе группы Хэруола к Камням… А с искрами и их последствиями разберётся тот же эльф. Ему это, хм, знакомо изнутри… Да и Хэлдэрэ…

Глаза Сэахора сузились.

– Что?

– Отвыкнет от моего присутствия. Быстрее привыкнет, хм, к тебе, – усмехнулся Алхор. – Это, конечно, не самая приятная перспектива, но что поделаешь… Хэлдэрэ такова… – он изящно увернулся от странно-грубого удара.

– Какова? – вопрос звучал отрывисто.

– Прикипает, – усмехнулся Алхор. – Готова быть рядом. Прилипчива. Её много… Поэтому и прошу Повелителя отослать меня – чтобы она быстрее меня забыла и усвоила новые правила игры.

– Тебя она уже позабыла, как страшный сон. Даже не спрашивает. Ты ей не нужен. А я – не ты. Ко мне не прилипнет, – Сэахор едва заметно помрачнел.

Алхор изобразил подобие поклона.

– Безусловно. Я вот не справился… Нет, точнее, я справился, она была полностью управляема и готова к плодотворной службе… Но цена… Пришлось дать ей прилипнуть. Думаю, Повелитель найдёт другой способ. Уверен в этом, – он отбивал удары, ставшие как будто вялыми и неточными. – Раз уж она так быстро отвыкла от меня.

Сэахор, казалось, резко задумался о чём-то другом. Бой перестал занимать всё его сознание.

– Надеюсь, хотя бы в постели она не расстроила? – вдруг усмехнулся Алхор. – Я постарался… Научить…

Мар криво усмехнулся.

– Незаметно. Как была бревном, так бревном и осталась. Раньше и то лучше была.

– Что есть, мой Повелитель… Не скрою, я рад, что это теперь не моя задача, – Алхор белозубо улыбнулся и напал. – Сложная она. Тоскливая и нудная. Непросто с такой…

Сэахор подозрительно на него покосился.

– Ты расхваливал её ум.

Алхор начал кружить вокруг Мара.

– Не спорю. Ум есть. Но, чтобы она его включила, пришлось сначала завоевать её, хм, глубокое расположение. Спасти пару раз… Хотя, видят боги, я готов был ей самой вскрыть горло – как и приказывал Лорд, – он коротко склонил голову, обходя Сэахора по кругу. – Но она довольно наивна. Потому и поверила. Прониклась и стала доверять. И выполнять приказы. Очень удобно. Но трудоёмко. Я ожидал, что Камнями мы с ней вместе и займёмся… Но Повелителю виднее, – он снова поклонился.

Сэахор атаковал. Алхор уклонился. Новый удар в повороте – и звон стали. И уже Алхор перешёл в наступление. Чёрные волосы упали на лоб от резкого движения.

– Признаться, я удивился, зачем она тебе в новом, хм, статусе…

Лорд фыркнул, отбивая атаку кера и делая ленивый выпад.

– Чтоб никто не зарился. И чтоб она утихомирилась.

Алхор картинно вздёрнул брови.

– Утихомирилась? – переспросил он. – Прониклась, получив давно желаемое? Успокоилась, добившись места рядом с тобой? Хм, шикарный подарок к окончанию войны…

– Возможно, – уклончиво отозвался Лорд. – Будет мне полезнее, когда под рукой. А не справится – утихомирится по другой причине…

– По какой же? – приподнял бровь Алхор, отступая и вынуждая Сэахора раз за разом наносить удары в пустоту.

– Сломанные буйными не бывают, – усмешка Мара была злой. – Не справится – сломать не долго.

Кер изобразил вежливое удивление и ударил снизу. Сэахор выжидательно взглянул на него, отбив атаку. Но Алхор молчал, как будто полностью увлёкшись боем.

Сэахор скривился.

– Ты не согласен? – он не выдержал затянувшейся паузы.

– Я иначе это вижу, – Алхор светски улыбнулся, обводя меч противника.

– Говори.

Алхор вопросительно и вместе с тем насмешливо посмотрел на Мара. Тот нетерпеливо сощурился.

– Как прикажет Повелитель… Сломанные – уязвимы для искушения. Как эльф, как Тенна. Заклятие Орина легко взяло их. Они и так были надломлены, выбиты. А тут – оно. Сломанную Хэлдэрэ придётся тщательно охранять. Чтобы враждебная магия не смогла добраться до неё и сделать твоим врагом. Увы, сломанные обычно ненавидят сломавших, – его глаза странно сверкнули. – Шаткая комбинация…

– У меня нет ни сил, ни желания, делать то, что делал ты, – презрительно выплюнул Сэахор. – Обойдусь без её прилипчивости.

– Да, ломать то, что прилипло, очень неудобно… – улыбнулся Алхор. – Повелитель, так я могу отбыть к Камням? Дабы, хм, не мешаться под ногами… Думаю, так легче будет справиться с Хэлдэрэ – или сломать, или всё же приучить к рукам… При мне это будет сложнее. Пусть она почувствует себя беззащитной. Пусть поймёт, что меня нет, я не спасу, не помогу, опереться не на кого – я же такую иллюзию создал в её голове… Пусть забудет… Это поможет ей развернуться к тебе, Повелитель. Ну или сломаться, коль уж ты готов оберегать её от вражеских чар, – новая улыбка легла на аристократичные черты.

Сэахор мрачно взглянул на него, отступая на шаг и опуская меч.

– Собирайся. Вылетаешь сегодня же. Хэруол уже там.

Обрывки записей Алхора

Очень интересно. Не всё так просто в этой истории. Сэахор мутит – и проговаривается. Похоже, Хэлдэрэ ещё не представляет, в какой переплёт попала. Неправильный выбор – он такой. Чреват последствиями.

Собой я доволен. Сбил с Лорда спесь. Пускай выбирает теперь – тем более, что оба варианта ему однозначно не по душе. Посмотрим, на сколько его хватит. Нет, ничего личного… Мне всё равно… Но я не согласен отказаться от своих планов. Не особо хочется к Камням, но что поделаешь. Надо уйти с глаз Лорда. Да и внушить, что мне плевать на Мару – тоже. Чтобы он не вздумал пытаться мною управлять через неё. Вот ещё. Играть – так до конца.

А Хэлдэрэ… Может, она и довольна новым положением у трона Лорда. Может. Раз уж она не ответила и не пришла. А я – не доволен. Так что придётся ей спуститься оттуда, куда успела подняться.

От меня ещё никто не уходил. Мне никто не изменял. И у меня никто не отбивал. Думаю продолжать в том же духе.

***

Дух отходил. Покидал измученное болью тело. Хотя бы на время – уйти. Пока воля Сэахора не вернула его обратно.

Мгновения свободы… Мгновения тишины… Вот только…

– Возвращайся… Здесь светит солнце… Скоро осень… Листья будут падать… Возвращайся, мой господин…

Этот голос… Дух останавливался, мешкая. Голос баюкал, успокаивал. Тело выдыхало. Боль растворялась – боль, раздирающая всё его существо. Прохладные волны накатывали, оставляя за собой чистоту – как море смывает следы на песке…

Следы… Песок… Море…

Память острой иглой прошила мозг. Нельзя. Вспоминать – нельзя. Надо забыть. Забыть. Быстрее.

Пусть она замолчит. Волны должны уйти. Уйти, иначе он вспомнит… А это… Это слишком…

– Просыпайся, мой господин. Твоё время не пришло. Ты жив. Просыпайся…

Мягкие ладони на его лбу… Мягкие. Почти как те, другие… Он берёг её, ту… От тяжёлой работы. От тягот. От страхов.

От одного не сберёг. От смерти.

Он рванул, рванул наружу… Бесполезно. Тело уже держало его Дух. Тогда вперёд. Завладеть своим телом. Он должен заставить её замолчать. Чтобы не вспомнить и всё остальное…

– Господин, господин мой… Как больно… Позволь, я заберу хоть немного…

Упал. Он упал, так и не дойдя до цели. Его тело так и лежало неподвижным, а Дух упал. Потому что рвущая его боль вдруг ушла. Как ветер уносит предрассветный туман. Ты помнишь, что он был – но он в прошлом… Как страшный сон, который забывается с облегчением, хоть и остаётся смутной угрозой в мозгу. Как…

– Просыпайся, господин. Возвращайся. Пожалуйста… Пока меня не успели казнить… Я хочу знать, что всё хорошо. Что ты выжил… Вернись, господин. Прошу тебя… Я хочу умереть спокойной…

Сердце дёрнулось в груди, как будто вспомнив, что такое – биться. Горло перехватило. Ещё одна смерть – на пороге…

– Прости меня, мой господин… – голос был грустным. – Я так хотела помочь тебе… Это так низко для целителя… Я должна быть милосердна ко всем, а я… А мне… Мне жалко тебя. Хотя ты человек. Ты кер. Ты Тёмный…

Тяжкий вздох. Мягкая ладонь легла на его грудь.

– Прости, мой господин… Я плохая. Я неправильная эльфийка. Я помогаю тебе и из-за себя тоже. Мне бы быть около тебя… Спокойно с тобой. Хоть ты и человек. Хоть и кер. Нельзя так эльфийкам. Я как Аэлинн почти… Но уже не важно. Мне чуть-чуть осталось. Не успею услышать твой голос. А он красивый… А я же даже не знаю, как ты выглядишь… А они казнят… За драконов… Я виновата… И тебе не помогла.

Он почувствовал прикосновение. Только уже не ладони. К его боку прижалось что-то… Кто-то. Маленький и беззащитный.

Нет.

Маленькая и беззащитная.

Казнят… Её казнят… Она умрёт. Как и та, другая…

Дух рванул в тело. Ту он любил. Эту – нет. Но…

Но так нельзя.

***

– Чего пожаловал? – скрипуче протянул Ульфар, глядя, как Алхор спрыгивает с седла дракона.

– Как невежливо, – фыркнул кер, отдавая поводья слуге.

Извечная ухмылка, синие глаза, чёрная прядь волос, упавшая на них. Подтянутый, тренированный, в идеально подогнанной под него одежде из дорогих плотных тканей и кожи. Полная противоположность расслабленному степняку, любящему мешковатые свободные одеяния из простого льна, и отнюдь не отличающемуся строгой воинской выправкой. Скорее уж наоборот. Ульфар был сытым домашним котом, которому частенько перепадало сметаны. Но и мышей ловить он умел. И его раскосые глаза смотрели, как обычно, с хитрецой, а руки тонули в широких рукавах. Вот только что там было, в этих рукавах – амулеты, стальные метательные иглы или ещё что-то, никто не знал. Потому что там бывало что угодно из перечисленного. А то и поболе.

– Прибыл по приказу Лорда. Буду помогать вам, магам, разобраться с Камнями.

Ульфар удивлённо сжал губы.

– А ты тут каким боком?

– Я тут умом, – ухмыльнулся Алхор, подходя ближе. – Как всегда. Так, где мои покои?

– Во ты наглый… – шаман в восхищении покачал головой. – Тебе, поди, и служанку под бочок надо? И мяса с хлебом?

Алхор приподнял бровь.

– Как нехорошо быть жадным, Ульфар. Была бы у меня крепость, я бы тебя встретил куда хлебосольнее, – насмешливо произнёс он. – Давай, не жмоться. Не сам платишь. Не убудет.

– Да ладно тебе… Я ж так… Ради красного словца… – протянул лысый кер, ухмыляясь. – Пошли, поселю тебя где-нибудь…

– С красивым видом из окна, – надменно заявил Алхор.

Ульфар удивлённо на него взглянул.

– Очень. Очень…

– Очень красивым?

– Очень. Очень наглый. Ты.

Алхор фыркнул, как будто Ульфар сказал нечто, само собой разумеющееся.

– Куда-нибудь на закат. Во, там как раз Камень. Мне подойдёт. А то любоваться на эту степь придётся. А для этого надо быть ценителем, – он наметил насмешливый поклон в сторону степняка. – А я дилетант. Я буду смотреть на этот кусок скалы, закрывший нам выход на волю, и на закат…

– А я-то думал, ты работать приехал, – хохотнул Ульфар, подходя вместе с гостем к лестнице, ведущей с посадочной площадки вниз в крепость. – А ты на закат смотреть… А что, в Рамгаре закаты плохие? Чего там не смотрел?

– Там, помимо закатов, имеются неприятные рожи, – улыбнулся неприязненно Алхор. – Поэтому я убедил Лорда, что мне срочно надо сюда.

– Это кто ж? – Ульфар обернулся на него в темноте спуска. – Тенна и эльф?

– Да-да, и мноооогие другие… – Алхор спускался следом.

– Госпожа демоница? – хмыкнул шаман. – Эк как она тебя лихо. Ррраз, и всё.

Алхор фыркнул.

– Так и задумывалось. Мне она не нужна, вот ещё.

Шаман недоверчиво скривился.

– Думаешь, я просто так за ней всю войну хвостиком ходил? – фыркнул Алхор. – У меня, вообще-то, приказ был.

– Ходить хвостиком?

– Нет, – скабрёзно ухмыльнулся Алхор. – Втереться в доверие, и, буде она захочет предать, попытается переметнуться к Светлым – прирезать на месте. А вы все вообразили, поди, что я влюблён? – расхохотался кер. – Вот так дела! Хм, приму как комплимент моей актёрской игре. Ульфар, видел бы ты себя! – Алхор хохотал, глядя на шокированного степняка, остолбеневшего посреди коридора.

– А постель? Ты с ней спал вообще?!

– Ну конечно! Чего б не попробовать, если даётся, – самодовольно усмехнулся тот. – Но Лорд был прав – ничего особенного.

Ульфар поражённо покачал головой.

– А я поверил… Так уж ты на неё смотрел…

Алхор смерил его презрительным взглядом.

– Эх ты! Нельзя быть таким наивным. Запомни, люди не меняются. Меняются роли и маски. А верить роли – смешно. И челюсть с пола подбери…

***

Сэахор придирчиво рассматривал её. Снова запакованная по самое горло в плотную одежду, снова забранные на затылок волосы. И пустые спокойные глаза.

Всё правильно. Так и должно быть.

Вот только…

Злобными червяками роют ходы в мозгу мерзкие мысли.

– Садись, – он указал ей на стул.

Мара, не прекословя, села. В кабинете было довольно светло. Раннее утро наполняло его острыми, как пики, лучами. Лэнхэллир привычно стоял около окна. Взгляд менестреля, обращённый на Хэлдэрэ, был печален.

– Лэнх, – Сэахор знаком предложил эльфу присоединиться к ним.

Тот молча подчинился.

Воцарилась тишина. Советник и бывшая Левая рука молчали, глядя в пустоту. Сэахор зло скривился.

– Молчите? – прошипел он.

Хэлдэрэ спокойно взглянула на него.

– А не надо? – её тон был нейтрален. – Ты – хозяин здесь. Скажешь говорить – заговорим.

Серые глаза немигающе смотрели на него. Демонам это легко и естественно.

– Тебя три дня никто не видел. Где была?

– Спала.

Мар изумлённо и при этом неприязненно покосился на неё. Менестрель смотрел на Мару настороженно.

– Три дня подряд?!

– Магия позволяет отключать ум. Чтобы сохранить хотя бы его остатки…

Сэахор презрительно фыркнул.

– Лэнх, ты справляешься с целительским крылом? – он обернулся к эльфу.

– По мере возможности. Хотя это и не моё призвание – управлять, – он вздохнул. – Меня больше тревожит…

– Целители достаточно организованы, чтобы управлять ими не было необходимости, – проговорила Мара, глядя куда-то между Сэахором и Лэнхэллиром. – Это легко, Лэнх. Привыкнешь быстро.

Эльф грустно на неё посмотрел.

– Привыкать к чужой ненависти сложнее, ты права. Особенно к беспочвенной…

– Я прекрасно тебя понимаю… Ты даже не представляешь, насколько… – она улыбнулась.

Улыбнулась хищно, недобро. На лбу эльфа пролегла морщина.

– Хэлдэрэ? – Сэахор приподнял бровь.

– Я сказала что-то не то? – серо-призрачные глаза смотрели на него. – Я и правда понимаю его. Это чистая правда. Я проживала это на своей шкуре. И целительским крылом я руководила. Это не сложно.

Её руки спокойно лежали на столе. Ни одного лишнего движения. Ни одного дрогнувшего мускула.

– Ты становишься похожа на Хэлгара, – заметил Лэнхэллир.

– Надеюсь, я хотя бы красивее.

…Сэахор смотрел внимательно. Пустые глаза. Злые слова. Ровные интонации. Не сломалась – пока. Закрылась. Пытается спасти. Спасти хоть что-то.

Он откинулся на спинку стула. Доломать или приручить? Её взгляд неприятен. Остановившийся серый взгляд. Мёртвый.

Да, именно. Взгляд мертвеца.

– Сэахор, нам надо разобраться с искрами, – эльф тревожно смотрел на него. – Они опасны. Но Ульфара ты отправил в Далур-Нум. Надо вернуть его…

– Незачем, – отмахнулся Сэахор. – Хэлдэрэ – займёшься.

– Я их не вижу. Это к Алхору, – равнодушно ответила она.

– Он уехал к Камням. Ни секунды, кстати, не сожалея, что без тебя, – Сэахор позволил себе усмешку. – Слышала бы ты, как он радовался, что я снял с него обязанность руководить тобой…

– Естественно. Он всего лишь кер. Ещё и мой давний недоброжелатель, – она говорила абсолютно без эмоций. – Я тоже не сожалею.

– Ой ли? Кажется, недавно ты показывала иное, – он выжидательно на неё смотрел.

– Разве? – неживой взгляд снова ввинчивался в его череп.

– Позабыла? – он презрительно усмехнулся и кивнул в угол.

В тот самый угол, где несколько дней назад она рыдала, как деревенская девка.

– А, ты об этом… Да, было. Я слабая, ты абсолютно прав. Меня легко сломать, – она не отводила глаз. – Тебе – или ещё кому-то. Кто знает мои болевые точки и имеет власть. Это очень просто… Почти как управлять целительским крылом…

Менестрель со смутным ужасом смотрел на Мару.

– Хэлдэрэ… Ты в порядке?

– Да. В полном. Разве не видно?..

Она впервые за разговор повернулась к Лэнху. Эльф отпрянул.

– Нет, – тихо отозвался он. – Не видно… Сэахор, ей нужна помощь… Может, это тоже что-то от Орина?..

– Нет, Лэнх. Это от Сэахора. Всё под контролем. Он уже всё сделал…

Мара говорила без насмешки. Без тени эмоций. Как говорящая кукла.

– Хэлдэрэ, переигрываешь, – скривился Лорд. – Веди себя естественнее.

Она, задумчиво склонив голову к плечу, посмотрела на него.

– Не знаю, как это.

– Как с Алхором, – Сэахор чуть запрокинул черноволосую голову.

Мара приподняла бровь.

– Я общалась с тобой недавно – как с ним. Тут, – она кивнула на угол кабинета. – Мне продолжить?

Сэахор зло скривился.

– Ты рискуешь, – прошипел он, подавшись вперёд.

– Прикажи, я исправлюсь. Что мне сделать? Отдаться прямо здесь? Соблазнить эльфа? Тебя? Что сделать, Сэахор? Я готова. Мне всё равно, – она вдруг расстегнула верхнюю пуговицу рубашки.

– Прекрати, – досадливо выплюнул Мар. – Если ты думаешь, что такое поведение отвратит меня – ты ошибаешься. Лучше прекращай ломаться и веди себя как обычно.

– Ты бьёшь меня, если я веду себя как обычно…

Лэнхэллир в ужасе взглянул на Сэахора.

– Не ври. Я не бил.

– Ты швырнул меня об стену, – она говорила, как и прежде, ровно. – А через несколько часов взял силой. И намерен это продолжать. Я не знаю, как вести себя, Сэахор. Скажи мне. Я сделаю. Мне всё равно, что происходит с этим телом. Распоряжайся, – она пожала плечами.

Мар обернулся к эльфу. Голубые глаза того были расширены в неподдельном ужасе.

– Она переигрывает. Преувеличивает, – с давлением проговорил Мар.

Хэлдэрэ не возразила. Она только улыбнулась – как будто себе, опустив глаза.

Менестрель переводил взгляд с Лорда на неё, как будто не веря в происходящее.

– Сэахор, зачем? Зачем – так… – еле слышно произнёс эльф.

Мар зло выдохнул.

– Какая разница?! Да и вообще, разве ж это – силой? Она не противилась – значит, согласна.

– Для женщины это нормально – Сэахор мне так сказал, – она посмотрела на эльфа. – Так что успокойся.

Хэлдэрэ повернулась к Лорду.

– Выдай мне задания. Ты говорил, мне будет, чем занять голову. Я готова.

– Прекрати… Прекрати изображать мученицу… – Сэахор встал, с грохотом отшвырнув стул, и навис над столом. – Ничего такого не было!

Мара подняла голову. Её лицо было задумчиво.

– Я плохая актриса… Что мне изобразить, подскажи? Не могу придумать. Я готова, только скажи.

– Хватит. Рисоваться, – его шёпот был леденящим.

– Сэахор, прости, я прилагаю все усилия, но получается только это…

– Хэлдэрэ. Я тебя по рукам пущу… Прекращай!

Стало тихо. Глаза Мары заблестели от накативших слёз.

– Ясно. Когда?

… Грохот был оглушительный. Мощная дубовая столешница треснула посередине, раздробился, упав, канделябр, выточенный из цельного камня. Мара сжалась и закрыла глаза. Эльф же вскочил, глядя на Сэахора так, будто видел перед собой не его, а какое-то чудовище.

– Убирайтесь! Оба! Вон отсюда!

Грохот повторился. Дубовый стол развалился надвое.

Хэлдэрэ, обратившись птицей, вылетела в окно. А менестрель, замерев, остался стоять перед Маром.

– Уходи, Лэнх, – прорычал Сэахор.

– Нет, – эльф смотрел непривычно-твёрдо. – И ты знаешь, почему. Ты нарушил слово.

– Не стоит верить Хэлдэрэ, – он зло улыбнулся. – Она играет.

– Она не умеет притворяться. Ты сломал её! Она бы не смогла придумать такое!

– И что?! Кто ты такой, эльф, чтобы указывать мне?! – тонкие губы презрительно скривились.

– Никто. Очевидно, никто, – Лэнхэллир горько улыбнулся. – Если слово, данное мне, ничего не значит для тебя – это говорит лишь о том, что для тебя я никто.

Мар шумно выдохнул.

– Помнится, ещё вчера ты сам еле воспринимал мир. А уже сегодня защищаешь её. Не слишком ли быстро?!

– Похоже, всё и случилось, пока я был не в себе. Сначала – под заклятием, а потом – под его последствиями, – на лбу менестреля пролегла морщина. – Но разве это освобождает тебя от обязательств держать данное слово?! Ты клялся, что на Тёмной стороне такого нет. Что здесь порядок. Что нет насилия – как и у эльфов. Я поверил тебе, встал под твои знамёна… А ты – Хэлдэрэ… Ближайшего соратника… – он покачал головой.

– Меня не устраивает, Лэнх, что она предпочитает мне Алхора, – улыбка Мара была привычно-злой. – Она или ничья, или моя. Вот увидишь – день-два, и она привыкнет. Успокоится. И ты поймёшь, что она просто женщина. Истеричная, взбалмошная. И только. Она примет это положение дел и будет довольна. Она же хотела быть со мной – тогда, давно. Это потом была, хм, неприятная ситуация… Сейчас я сделал то, чего она хотела давно. Но она же не может просто так принять это… Лэнх?

– Хватит лгать, – тихо произнёс менестрель.

Сэахор прищурился.

– Я больше не могу быть твоим советником, – он смотрел твёрдо в ртутные глаза. – Я подаю в отставку. Моя честь мне дороже. Я не хочу, чтобы Хэлдэрэ считала меня причастным к этому насилию. А предотвратить его я не могу. Я вынужден уйти с должности, – он склонил пепельноволосую голову. – Могу убраться в какую-нибудь дальнюю крепость. Если, конечно, останусь живым, – голубые глаза смотрели ровно. – Если нет – так даже лучше. Позор лучше всего смывается кровью.

Лицо Мара исказила гримаса.

– Вот так? Ты готов пожертвовать многосотлетней дружбой из-за какой-то девки?! Из-за подстилки?!

Эльф вздрогнул.

– Для тебя она – девка. Для меня – недостижимый идеал. Я теперь ничтожество в её глазах. В своих – тоже. Но остаться рядом с тобой, примкнуть к её гонителю – выше моих сил. Прости, Сэахор.

Лорд нахмурился.

– Чего? Что ты имеешь ввиду?! Какой такой идеал?! И ты туда же?! Мало мне Алхора, который от её вида слюни пускал…

Менестрель выпрямился.

– Увы. Что есть – то есть. Я не оскорблял её честь знаками внимания. Эльфы терпеливы – может, даже слишком. Я был ей другом, боясь надеяться на большее… Выбери она тебя добровольно – я бы понял… Принял… Был бы рад за вас. Но то, что случилось – мне как нож по сердцу.

Сэахор потрясённо покачал головой. Поднял упавший стул и тяжело сел.

– Безумие какое-то… А сказать ты не мог? Я бы давно ей намекнул на тебя… Вы, эльфы, так загадочно ухаживаете за женщинами, что этого даже я не понял…

Лэнхэллир пожал плечами.

– Сядь уже. Давай поговорим… Женщина не стоит разрушенной дружбы.

– А нарушенное слово?

– Всему есть причины. Хэлдэрэ нужна мне управляемой. Поэтому пришлось поступить так, – он смотрел исподлобья. – Она была когда-то моей. Нас поссорила глупость. Это не было насилием в том плане, как это понял ты. А её вялые возражения – это просто её нерешительность и страх. Она не противилась.

– Я видел её, Сэахор. Что бы ты ни сделал – ты надругался над ней. Над телом или душой, не важно…

Мар задумчиво посмотрел на эльфа.

– А под заклятием Орина ты вёл себя иначе. Обвинял её в измене. Доносил на неё и Алхора. Тебе не кажется, что голубые искры показали твои истинные чувства? И они не благие. Ты не любишь её. Ты ненавидишь.

Эльф вздрогнул.

– Магия Орина легла на моё болевое место – на чувства, которые я давил в себе эти сотни лет. Признаю, глубинная моя суть могла досадовать на неё. Она могла позавидовать тому, кого избрала недостижимая для меня женщина… Это стало моей брешью. Я понимаю это теперь. Но это обо мне. Ты же не был под магией Орина – и всё же причинил ей такую боль, – голубые глаза смотрели с печалью и осуждением. – Знаешь, мне – когда я в сознании – всё равно, с кем она. Лишь бы улыбалась. А моё восхищение ею слишком далеко от человеческого понимания любви. Иначе она давно бы всё поняла, – вздохнул он. – Я был просто её другом.

Сэахор смотрел на него мрачно.

– Вот и дружи. Она нужна мне управляемой. Внушай полезные мысли, разговаривай. Помоги ей забыть Алхора.

Эльф резко покачал головой.

– Она не вещь. И я не должен говорить плохо о том, кто ей дорог. Я был бы больше счастлив, если бы она была с ним, коль уж таково её решение.

Брови Мара вздёрнулись.

– Мне не нужно, чтобы его магия просыпалась. Или ты, или я – другие собеседники ей не понадобятся.

– Она презирает нас обоих. А магия… Есть вещи, которые невозможно остановить. Демонический прорыв тоже когда-то просто начался… И остановить его не получилось. Но зато ты обрёл бессмертие. Если магия Алхора откроется, ты найдёшь, что сделать, – эльф смотрел прямо.

Сэахор зло усмехнулся.

– Ты готов доверить её Алхору? Алхору, который нагло пользуется ею? Хороши же твои чувства к ней… Ты хочешь свой идеал отдать первому подонку Тёмной стороны… Думаешь, он что-то к ней испытывает? Да ничего. Он действует по моему приказу. Он просто сумел очаровать её и привязать к себе – потому что я так ему приказал, – Сэахор был в ярости. – Только и всего.

– Но зачем?! – эльф в ужасе посмотрел на него. – Это же… Это разобьёт ей сердце…

– Так было надо. Во время войны, – коротко ответил Мар. – Так что Алхору она не достанется. А вот ты, так уж и быть, можешь сыграть роль героя в её глазах – скажешь, что убедил меня отстать от неё, – он фыркнул. – Она оценит. Она легко ведётся на благородство, – он выплюнул это слово.

– Я не буду лгать ей, – эльф сжал губы.

– А почему лгать? Это правда. Заслужишь снова её доверие, вновь станешь другом – если уж твои чувства столь высоки, – он едва заметно усмехнулся.

Лэнхэллир устало посмотрел на Лорда.

– Мне непросто будет заслужить её доверие вновь. И здесь недопустимо принуждение и обман. Ты признал её при всех – равной себе. Вот и дай ей это на самом деле. Не кривись. Ты виноват перед ней. И я виноват. Нельзя делать её врагом.

– И что ты предлагаешь?! – Сэахор был искренне возмущён. – Просить прощения?! – Мар проговорил это с брезгливостью.

– Дай ей свободу, – эльф не отводил взгляда.

– Чччего?!

– Пусть она сама выбирает, где быть. Куда отправиться. С кем быть. Чем заняться. Куда приложить свои таланты. Она не игрушка. А слова ничего не изменят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.