Мария Ода
Мертвая душа

Пролог

Их задачей было проникнуть в храм на вражеской территории и выкрасть редкий свиток, что гарантировал победу армии Грэ́йах. О его истинной силе знали лишь старейшие монахи храма, которые сейчас томились где-то глубоко в темницах замка Черных Стен.

– Где же ты, прелесть моя? – прошептал мужчина.

На вид ему было лет сорок пять, и облачен он был в багрово-черную военную форму – признак того, что солдат принадлежал к армии Касуса́хан.

– Я тебя чувствую…

Он прикрыл глаза и втянул носом воздух. Проникнуть сюда – лишь половина дела, а вот вернуться обратно… Мужчина держал ладонь на рукояти меча на случай, если их обнаружат. Но пока что все было тихо.

По легендам, свиток хранился в шкатулке на вершине храма, а этажей в нем было десять. И на каждом, если верить рассказам монахов, незваных гостей ждали различные ловушки и опасности. Но в легенды он не верил, ведь для большинства людей и сам был мифом.

«Однако же все меня зовут, когда случается беда,» – подумал солдат, ехидно фыркнув. Он повернулся к своему напарнику, который также тихо шагал рядом, и прошептал:

– Будь осторожнее… Нас могут найти в любой момент, и тогда никакая форма не спасет.

Дни были далеко не теплые, конец декабря, вдалеке виднелись тучи, что предвещали страшную бурю. Нарастающий ветер нес то ли снег, то ли пепел сгоревшего леса.

– Быть осторожнее? – усмехнулся напарник, и эхо подхватило его голос, разнося далеко вокруг. – Ты знаешь меня, Готлиб… Хоть кто-то пасть свою откроет, и я немедленно вонжу туда свой меч!

Небрежную щетину на его подбородке покрывали крупицы золы. Вся верхняя часть его лица была скрыта шлемом. На виду оставались лишь обветренные растрескавшиеся губы

– Я помню, что ты любитель в драки лезть, Варнер, – усмехнулся Готлиб. – Но мне, знаешь ли, не хочется тратить силы на всяких подонков, даже если я уделаю их одним мизинец левой ноги! Я один из самых сильных. И обаятельных.

На последних словах мужчина провел ладонью по своей щеке, довольно усмехнулся и поправил капюшон. Шлемы он не любил, а вот ткань была и приятна на ощупь, и комфортна.

– Тебе может и мизинца хватит, но свои силы ты всегда ставишь выше наших, – подметил его напарник.

Оба остановились. Варнер посмотрел на своего друга, и на миг повисла тишина, нарушенная гулким звериным стоном умирающего оленя. Ветер что-то заманчиво шептал на самое ухо, а гнилой запах заплесневелых стен заставлял мурашки бегать по коже. Глеб ничего не ответил, и они продолжили путь

– Напомни мне, что, когда мы найдем свиток, – спустя пару минут рассмеялся Варнер. – И разбогатеем, что мне стоит уехать из этого помойного ведра под названием Гио́на.

Гиона город небольшой. На севере его укрывал от ледяных ветров огромный холм, на юге – надежно защищала горная гряда, на западе располагались безграничные унылые поля, а на востоке – выжженные земли. Пейзаж совсем не привлекательный: мрачные леса, скалистые пляжи и вулканы – только часть того, что скрывалось на окружающих город землях. Местные жители были очень бедны и умирали от вспыхивающих тут и там эпидемий, а правительство, как и следовало ожидать, просто плевало на своих граждан.

– И почему эти крысы там живут? Что им, родная мозоль не дает покоя? – Варнер рассмеялся и сплюнул.

Бугорок, куда угодил плевок, задрожал, рассыпался, и из него показалась когтистая черная лапа, которой они не заметили.

– Люди боятся неизвестности, поэтому и сидят в своих норах, не решаясь носу из них показать, – проговорил Гилмор, смахивая с руки прилипшую паутину. – Да даже если всю округу разрушит землетрясение, они вернутся и найдут способ отстроить свою драгоценную Гиону.

Готлиб заметил, что стало как-то тихо: ни ветра, ни говора солдат в лагере, словно храм накрыли куполом, не пропускающим звуки.

«Не нравится мне это,» – подумал мужчина, нахмурившись. Торчащие в стороны светло-каштановые волосы с проблескивающей в них сединой мешали и лезли в глаза, отчего Готлиб ворчал.

«Неудачное обличие выбрал, старик, да еще и обросший. Хорошо хоть бороды нет.»

– Какой смысл? Гиона – город-кладбище, туда приходят, чтобы поскорее сдохнуть, – пробурчал Варнер и поморщился, приподнимая губу и обнажая желтые больные зубы. – Чертовы психопаты, знали, что Грэйах не уступит! Так зачем пошли?! Послушали бы короля, и тогда ничего этого не было!

Под ногами скрипели доски моста, с которых осыпалась то ли пыль, то ли мелкий зернистый снег.

– Идиоты, самолюбцы… что б им всем кол засадили по самые легкие!

Спустя несколько минут они, наконец, добрались до самой высокой башни. Но дверь оказалась заперта, а на замке висела печать с магическими рунами.

– Хм-м-м, – промычал Готлиб, прищурившись.

Он снял капюшон, разбросав по плечам длинные пряди с серебристыми нитями седины, и осмотрел замок.

– Меня не предупредили о таком…

Мужчина провел ладонью перед руной и нахмурился. Сила большая, видна работа профессионала, и взломать такую без последствий будет тяжело.

– Следи, чтоб никто не заявился. Если что-то заметишь, сразу говори, – произнес Гилмор и снял перчатку.

Ладонь побледнела до снежной белизны, а пальцы почернели, и вместо человеческих ногтей появились длинные когти, способные разорвать сталь одним движением.

– Ну, поехали… справимся в два счета!

Варнер только фыркнул в ответ на самолюбие своего друга и взглянул на летающего над их головами ястреба. Птица пронзительно крикнула и после улетела.

– Нехороший знак, – пробормотал напарник.

Небо потемнело, а заметно усилившийся ветер бил по лицу, точно плохо заточенный кинжал. Варнер отошел на пару метров от двери, со скрежетом вынимая меч из ножен. В кустах кто-то громко зашуршал. Будто у ветра появилась ладонь, и он мельком скользнул ею по веткам.

– Кто это? – прищурился он, вставая в боевую позицию. – Я тебя… не боюсь.

Из кустов послышалось тихое рычание, заставившее мужчину напрячься. Варнер сделал шаг вперед, помедлил и обернулся к демону.

– Здесь кто-то есть, – предупредил он, приближаясь к кустам.

Готлиб слышал шум, но был уверен, что Варнер справится, а если случится что-то и правда серьезное – позовет демона на помощь. Осторожно царапая руны когтями, Гилмор менял структуру взрывной печати, меняя их на простой чернильный узор.

«Давай, выходи!»

Стоило только протянуть руку к кустам, как Варнера что-то с силой отбросило к кирпичной стене. Из листвы медленно поднялся, возвышаясь на добрых три метра над землей, черный, как ночь, медведь гризли. Он был подобен огромной темной тени, и только глаза светились в этой темноте, словно отлитые из золота. Когтистые лапы размером с морду лошади не оставляли сомнений в том, что зверь этот был способен с легкостью повалить крепкие деревья, чего уж говорить о человеке.

Услышав яростный рык, Готлиб едва удержался, чтобы не обернуться. Однако если бы он это сделал, все вокруг моментально взлетело бы на воздух – и сам храм, и они с Варнером, и даже грозный зверь.

Медведь опустился на передние лапы и, заревев, бросился на Варнера. Еще секунда, и он разорвал бы того в клочья, но всего в паре дюймов от мужчины зверь застыл. Брызнула темная кровь – Варнер по самую рукоять вонзил свой меч медведю прямо между глаз. Зверь упал замертво, как только он с видимым усилием выдернул окровавленное оружие. Варнер ткнул тушу носком сапога, убеждаясь, что медведь мертв, потом взглянул на демона.

– Открыл? Пойдем уже.

– Закончил, – произнес Готлиб, срывая замок, и наконец позволил себе обернуться.

Огромный медведь выглядел явно страшным и сильным соперником, и было удивительно, как Варнеру удалось так легко его одолеть.

– Неплохо для первого раза, – усмехнулся Готлиб, похлопав напарника по плечу. – Ладно, идем.

– Для первого раза? – фыркнул мужчина и снял шлем.

Черты его лица были северными, скупыми и суровыми, из-под длинных золотых локонов выглядывали острые уши. Все говорят, что эльфы так красивы, будто сошли с картин, но любую красоту, даже эльфийскую, способны стереть годы голода и болезней.

– Я убил таких сотни.

Варнер легонько стукнул демона кулаком в плечо и направился внутрь. Но едва герои скрылись на лестнице, как зверь пошевелился.

Главный зал оказался просторным и светлым. С балкончиков, служивших окнами, открывался вид на белоснежные вершины близлежащих гор, а на полу то тут, то там, лежали шапки принесенного ветром снега. Варнер осматривался, дрожа от холода, – кольчуга совершенно не грела. В центре зала, на каменном возвышении стояла шкатулка, украшенная причудливым золотым узором

– Нашли, – улыбнулся Гилмор, приближаясь к заветной цели.

– Нашли, – эхом откликнулся эльф.

Готлиб бережно взял шкатулку в руки, на секунду зажмурился, ожидая какого-нибудь подвоха или ловушки. Однако все было тихо. Он прикусил пересохшие губы. Такая сила… Способная убить и человека, и демона, и даже самого Бога, если постараться. В голове блеснула опасная мысль: «А не послать ли заказчика ко всем чертям и не забрать ли свиток себе?» Ведь если Готлиб овладеет такой мощью, то станет непобедим. Но демон слишком чтил сделки, которыми он и жил, чтобы их нарушать. Он отдает свиток, ему предоставляют несметную гору золота, с которой Глеб не будет знать ни нужды, ни голода. И, конечно же, возможность жениться на принцессе, чтобы сидеть на троне.

– Не будем ее доставать, слишком опасно. Если повредим – всему конец.

Покосившись на напарника, Варнер жадно облизнул губы.

– А может, к черту заказчика? – от волнения мужчина переступал с ноги на ногу, сминая пушистый снежный покров, и сжимал ладони в кулаки. – Плевать на золото, такая власть в твоих руках… Сила! Тебя будут все бояться и уважать!

Эльф подошел ближе, лихорадочно скользя взглядом по лицу демона, будто видел его в первый раз.

– Соглашайся…

Варнер стал сам не свой. Глаза его горели алчностью, а блуждающая по губам улыбка напоминала ухмылку безумца.

Но, не успел Готлиб ответить, как из-под темной арки входа донесся уже знакомый рык.

– Да к черту! – крикнул эльф и, вырвав шкатулку из рук демона, сразу рванул к выходу. – Это будет моим! Все будет моим!

На ходу он открыл ее, выхватил свиток и отбросил распахнутую шкатулку. Та со звоном упала на пол. Однако удар огромной лапы, вонзившей когти в его грудь, навсегда остановил безумца. Медведь отбросил Варнера в сторону, точно тряпичную куклу. Послышался неприятный хруст, и тот съехал вниз по стене. Остекленевшие глаза эльфа так и остались распахнуты, из уголка приоткрытого в беззвучном крике рта по подбородку сбегала струйка крови. К ногам Гилмора отлетел обрывок свитка. Вторая половина осталась у ног мертвого Варнера.

– Нет… Нет! – закричал демон.

Из свитка вытекала, расползаясь по полу уродливыми лужами, черная густая жидкость. Плотная, обретшая физическую форму тьма, зло. Древнее проклятье.

– Дьявол, – выдохнул Готлиб и рванулся к одному из балкончиков.

Лишь бы подальше от этого проклятого места, подальше от верной гибели! Длинные светло-каштановые волосы с каждым шагом укорачивались, превращаясь в черные как ночь. Белки глаз темнели, а радужка заалела, словно металл на огне. На голове показались слегка закругленные рога. Из-под сброшенного плаща на свободу вырвались мощные крылья, один взмах которых способен был поднять настоящий ураган. Но не успел демон взлететь достаточно высоко, как страшный грохот сотряс землю, и все погрязло в поднявшейся тьме, словно Солнце в один миг погасло, оставив мир без света…

Глава 1

Дверь таверны распахнулась, и из нее буквально вылетела, проехавшись спиной по грязи, молодая девушка. Прекрасное платье мгновенно оказалось испорчено, а волосы растрепались.

– Никому тут твоя сделка не нужна, Гилмор, катись отсюда, пока крылышки не оборвали, – бросил ей вслед хозяин заведения, сплюнув прямо под ноги девушке. – Пусть и прошло почти четыре сотни лет, но многие еще помнят, чем обернулась твоя последняя сделка!

Готлиб, вернув себе свой истинный облик, поднялся с земли и гордо вскинул голову.

– Ха! Это вы катитесь, мешки с мясом! Упустили возможность посотрудничать со мной!

– Еще одно слово, и я оборву тебе рога, а за ними и крылья.

Гилмор фыркнул, дернул крыльями и двинулся вперед по улице.

«Неблагодарные уроды…»

По дороге в следующую таверну, куда он отправился, чтобы утолить голод и отдохнуть от суеты, Глеб ловил на себе наполненные ненавистью и страхом взгляды, а несколько раз – получал весьма ощутимые удары камней, отскакивающих от спины.

Таверна была небольшой и скромной, но зато чистой, а угощали здесь так, словно ты прибыл из самых дальних земель.

– …Злобный медведь вонзил когти в тело и вытащил наружу все внутренности! И тогда демон Готлиб просто сбежал! – небольшого роста мужчина, стоя на столе, рассказывал людям кругом знаменитую легенду – о том свитке, что мог подарить победу в войне, но оказался древним проклятием, что и поныне ходит по земле, разыскивая себе жертву.

– Что? Прям сбежал-сбежал? – спросил мальчишка лет восьми, подбегая к столу и глядя на повествующего большущими любопытными глазами.

– О да!

– А что было дальше?..

«Сбежал? Сбежал?!» – нахмурившись, подумал Гилмор и покосился на рассказчика. Ему очень хотелось высказать тому в лицо все, что так и вертелось на языке, но он просто вновь недовольно дернул крылом, прикрыв глаза. Эти люди слишком жалкие, чтобы вот так просто играть на нервах такого великого и могучего существа, как он!

Голоса разносили легенду по всей таверне, иногда слышался смех детей. Прошло около четырех сотен лет с той злополучной сделки, а о ней все еще никто не забыл.

Демон сидел за столом один, прикрыв глаза, и размышлял, когда до него донесся высокий голос.

– Не шевелись.

Подняв взгляд, Готлиб обнаружил перед собой миловидного парнишку с темно-каштановыми волосами. Ярко-изумрудные глаза зорко впивались в каждый волосок на голове демона. От тонкого носа по всему лицу расходились россыпи веснушек. В руках парнишка держал блокнот и угольком, привязанным к палочке, зарисовывал Глеба. Внешность Гилмор не изменял, впрочем, вообще магией без крайней нужды не пользовался. Силу ему придавали сделки, а после того случая со свитком люди отвернулись от него и перестали вступать хоть в какой-то контакт, помимо ругательств и камней в его сторону.

– Ха, в Оаниморе редко встретишь демонов, – парень поправил выскальзывающий из руки блокнот и нахмурился, так как нарисовал лишнюю черточку на лице у собеседника.

– Чего ж ты так неаккуратно? Испортил такое личико, – проворчал Готлиб и состроил обиженную гримасу, после самодовольно расплывшись в улыбке. – Ну ладно, на первый раз Великий Готлиб тебя прощает, смертный.

Парень неловко улыбнулся и, взяв карандаш в зубы, протянул руку, небрежно прижимая к своей груди блокнот.

– Мофё имя Фаги, – улыбнулся художник, склонив голову набок.

Глеб приподнял бровь, а вспомнив, что его рисуют, широко улыбнулся, выпрямился и, расправив крылья, повернулся боком для лучшего ракурса – чтобы было видно рога. В полумраке они могли слиться с угольно-черными волосами, аккуратно причесанными, но все равно изредка торчащими в стороны. Он взглянул на протянутую руку и пожал ее.

– Хотя… если Фаги угостит меня, позволю перерисовать столь прекрасное лицо и даже тело. До пояса.

Гилмор улыбнулся, сложив руки на груди.

Парень стал стирать лишние линии, попутно усаживаясь напротив.

– Оу, вы не вафлыфали, – он вытащил изо рта карандаш и вновь стал рисовать, то и дело отвлекаясь на народ кругом.

– Я Ваги. Ваги из Шоидэйла, с севера, – улыбнулся кудрявый и, достав пару ярко-алых ягод, раздавил одну и покапал на рисунок.

– Ну, Ваги так Ваги, – махнул рукой Готлиб, который остался недоволен тем, что тот проигнорировал предложение угостить демона обедом.

Есть хотелось ужасно, да к тому же вокруг витал аппетитный запах жаренного мяса, а денег оставалось слишком мало – хватило бы на самую дешевую похлебку из каких-нибудь объедков, а до такого Гилмор опускаться не собирался.

– А ты знаешь, что на севере Шоидэйл окружает лес, на юге – каменная стена, на западе расположен вулкан, а на востоке… А я не знаю! Я никогда не был на востоке, но говорят, что там водятся Транхоморы! Ты видел Транхоморов? Нет? Так это большие зайцы! Огро-о-омные такие, – засмеялся художник, не отвлекаясь от рисунка. – Я хотел отправиться на охоту за ними, я ведь не только художник, но и летописец, и охотник, да. Я отправился туда, и знаешь, что? Ничего не нашел! А, и да, ту знаменитую легенду про Мертвую душу, «Ложь умирающей веры» писал я! Два героя пытались спасти свой народ, но нет – яростный дракон появился из ниоткуда, и демон потерял свою возлюбленную!

Ваги театрально приложил руку ко лбу и запрокинул голову, словно умирал.

Парень тараторил быстро и болтал очень много. Поначалу демон опешил, не успевая за ходом его мыслей, но потом закатил глаза.

– Я живу почти пять сотен лет, думаешь, я не путешествовал по городам? Ну и глуп же ты, раз так решил!

Готлиб фыркнул и гордо поднял голову, хотя на самом деле Ваги был прав, пусть и лишь отчасти. Демон и правда побывал во многих уголках. Но там он не любовался красотами, а очищал землю от людей, подвергшихся проклятью, – убивая их. Вот только Гилмор бросил это дело лет сто пятьдесят назад, когда искать таких стало намного труднее.

– Пять сотен лет?! – изумился, вскинув брови, Ваги и отложил рисунок, доставая из сумки листки и перо с чернильницей.

Он устроился напротив демона и уже приготовился жадно слушать рассказы о его приключениях, ведь за долгие века их наверняка накопилось великое множество.

– А ты молодо выглядишь!

– Потому что я еще в самом расцвете сил. Горд и великолепен, как орел! Красив и обворожителен, как первый цветок после долгой зимы! И до меня тебе еще расти и расти.

Демон поправил волосы и самодовольно дернул крыльями. Художник быстро бросил готовый рисунок в руки мужчине и подпер голову ладонями, уткнувшись локтями в стол. Глаза у парнишки так и светились.

– А что еще расскажешь?

– Я много-много лет расхаживал по многим городам и… Постой-постой, «Ложь умирающей веры»? Так это был ты?! – лицо демона исказилось. – Ну спасибо тебе за то, что исковеркал правду! Из-за таких, как ты, другие распространяют это вранье, искажая реальные события. А я страдай из-за идиотизма смертных людишек вроде тебя, так получается?

Готлиба злила даже не столько исковерканная легенда, сколько то, как люди стали воспринимать его благодаря ей. Если бы это не мешало ему заключать сделки, то демон бы преспокойно жил себе дальше.

– Не было никакой возлюбленной, а уж тем более дракона. Если некуда девать фантазию, вали в шуты и развлекай жирдяя короля!

– Ой, ты что, обиделся? – погрустнел Ваги, но уже через секунду его лицо вновь озарилось оптимизмом.

– Да ладно тебе! Я могу написать и второй том! Но, честно? Ни дракона, ни девушки, ни свитка? Ка-а-ак же ты скучно живешь! – закивал собеседник, закинув ногу на ногу. – Конечно, ничего этого не было! Это лишь выдумка и сказка для детей. Но читать интереснее, если там есть любовь, трагедия, слезы! И…

Готлиб стукнул кулаком по столу и наклонился вперед, заставляя парнишку сжиматься под жутким пристальным взглядом.

– Что б ты знал, «летописец», из-за таких, как ты, я слабею, как малыш без своей мамки! А знаешь, почему? – Гилмор едва не рычал. – Потому что люди тупицы, верящие в твои детские сказки.

– Ну, люди не такие тупые, вот, например, кошки…

Но суровый голос демона перебил его, бросив в дрожь.

– Я спасал ваши смертные задницы не для того, чтобы сейчас в меня швырялись камнями, которые, к слову, сильно ранят мои крылья. И ранят меня! Не столько физически, сколько морально, – Готлиб выдохнул и откинулся назад, сложив руки на груди и нахмурившись. – К тому же, что ты собираешься про меня писать? Как я целовал детей в лоб и цветочки всем раздаривал?

Ваги с трудом сглотнул застывший в горле ком и опасливо осмотрел людей кругом. Те испуганно таращились на них во все глаза, однако через пару секунд, вернув себе самообладание, они продолжили свою трапезу в сопровождении лучших бардов. Писатель гордо поджал губы и посмотрел на Глеба, выпрямившись.

– Ты так говоришь, словно виноват один я, – ухмыльнулся он, принимая прежнюю расслабленную позу.

– Пусть пишешь такое не только ты, но ведь и твоя доля лжи в этой истории есть.

– Почему лжи? Всего этого же никогда не было! А если было, то рыцарский дух уже избавил нас от греха, хоть никто и не знает, как он выглядит, – рассмеялся парень и пожал плечами.

Спустя минуту молчания он вновь подал голос.

– А что, ты правда детей целовал?! Хо-хо! – на лице Ваги засияла улыбка, и парень сразу схватился за перо. – Грозный демон-убийца с душой ангела! А какие ты любишь цветы? Я люблю лён. Они красивые и пахнут приятно! А еще я люблю мед со льном, но его есть много нельзя, иначе попрощайся со своей красотой, потому что лицо раздует не по-детски!

Писатель тихо засмеялся и принялся усердно что-то записывать.

– А ты целовал в основном мальчиков или девочек?

Готлиб прищурился. Он для кого тут распинается? Не для себя же, а для парнишки, чтобы он понял, с кем связался. С великим и неповторимым! Однако вопрос о детях и цветах ошарашил Гилмора. На секунду он оторопел, а после звонко рассмеялся. Смех у мужчины был низким, но весьма заразительным и даже обаятельным.

– Ну, ты глупец, Фаги, – усмехнулся демон. – Про детей и цветочки была шутка. Никаких мелких смертных я не целовал и целовать не собираюсь, если это не сделка конечно.

Ваги тихо рассмеялся, совершенно, кажется, не обидевшись.

– Я – Ваги, через "в", – искренне улыбнулся. – Не сделка? Дай записать!

Готлиб подмигнул и хитро улыбнулся. Пускай теперь уже не часто, но он все еще умел заговаривать людям зубы, подбивая на сделки.

– Цветы? Не скажу, что люблю, но мне дарят спокойствие мертвые тюльпаны. Растут они на черной земле, пораженной проклятьем. Рожденные смертью, но столь прекрасные в жизни…

Готлиб прикрыл глаза и печально улыбнулся, словно что-то вспоминая. Северянин стал снова что-то поспешно строчить.

– Демон и его лучший друг сидели в трактире после тяжёлой битвы! Демон любил мёртвые тюльпаны и… Оу! Это как-то грустно, – заметил паренек и взглянул на своего собеседника.

– Лучший друг? А кто сказал, что ты мне хоть какой-то друг?

Готлиб отпил из своего стакана пшеничного пива и улыбнулся. Название у мертвых тюльпанов и правда грустное, но красота этих цветов настолько завораживает, что каждый их полюбит, как только увидит. Нежные на ощупь серовато-белые лепестки напоминали шелк, а источаемый ими запах каждому говорили о чем-то своем, самом любимом: будь это шоколад, духи любимой девушки или же свежий горный ветер.

Глеб хотел сказать еще что-то, но двери распахнулись, и в таверну зашел королевский рыцарь, весь в сверкающих позолотой доспехах. На груди у него сиял герб Танда́ра – самого богатого и защищенного города. Далеко не каждый сумел бы туда попасть.

– Робин ле Дальф… – буркнул себе под нос зеленоглазый и стал спешно собирать вещи. – Важная шишка…

Робин со своими людьми подошел к стойке и бросил на нее отрубленную голову оборотня с молочно-белыми глазами, источающую трупный смрад.

– Как заказывал, трактирщик! Налей лучшего эля, да побыстрей, коль не хочешь, чтобы твоя голова полетела следом! – рыцарь громко рассмеялся, и его поддержала пара его людей.

Гилмор медленно поднял взгляд на смеющихся и фыркнул. Самовлюбленный напыщенный индюк, сразу видно. Демон лишь пожал плечами и откинулся назад.

– Разумеется, сэр! – трактирщик ушел за элем, чтобы напоить рыцаря.

– Хороший рыцарь, благородства хоть отбавляй, – с нескрываемым сарказмом проговорил Готлиб.

Ваги округлил глаза и воскликнул:

– Невероятно! У него герб из чистого золота! Золотой змей, обвивающийся вокруг серебряного меча! – северянин вскочил и, полный одушевления, подбежал к рыцарю, тут же принявшись его расспрашивать о великих подвигах.

В это время в таверну крадучись зашла подозрительная фигура, с ног до головы укрытая плащом, из-под капюшона которого выбивались пышные черные локоны. Незаметно для всех она приблизилась к одному из столов, внезапно схватила мешок с монетами и мгновенно умчалась через заднюю дверь.

– Мои деньги! Ловите чертовку! – закричал старик за столиком и указал на рыцаря. – Сэр ле Дальф! Помогите!

– Вы… поможете? – осторожно спросил писатель.

– Нет, у него же украли деньги, а бесплатно я не работаю, – усмехнулся он, поправив короткие золотистые волосы, и продолжил отвечать на другие вопросы писателя.

Готлиб внимательно наблюдал за происходящим. Ему-то что? У него красть нечего, а до других дела нет, пока не предложат сделку…

– Я заплачу! – заволновался старик. – Только верните мне украденное, и я заплачу. Прошу, у меня семья и дети!

По таверне побежали шепотки, все в нетерпении ожидали развития событий. Старик почувствовал, как кто-то приобнял его за плечи.

– Тебе повезло, дедуля, – довольно улыбнулся Готлиб, в глазах которого играл озорной огонек. – Я помогу и даже денег не возьму, в отличие от трусливых зайчиков, у которых и без бедного старика золота, хоть жопой жри.

Гилмор покосился на рыцаря, усмехнулся и вновь перевел взгляд на старика, заманчиво улыбаясь.

– Но… я не привык что-то делать по доброте душевной. Взамен лишь попрошу еду, воду и коня, ты ведь конюх, верно? Летать в ветреную погоду не очень приятно.

Глеб тихо рассмеялся и протянул руку.

– Договорились?

Старик радостно закивал.

– Да! Да! Согласен! Я дам вам лучшего коня!

Послышался скрежет метала – Робин обнажил свой меч.

– Как ты посмел оскорбить правую руку короля Тандара?! – возмутился он.

На его лице показался оскал.

– Да я тебя на куски порежу! – рыкнул рыцарь.

– Да пускай этот старик хоть с голоду сдохнет! Какое дело?! Это не Тандара! – его люди поддержали предводителя и тоже вытащили оружие из ножен.

– Убирайся, пока голова цела, чёртов ублюдок…

Ваги спрятался за бумагами, лишь опасливо выглядывая из-за них.

– Правая рука? – удивился демон и даже делано поклонился, ухмыльнувшись. – Прости-и-ите, не призна-а-ал… Шучу, мне плевать кто ты, хоть туалетная бумага для царской задницы.

Ухмылка исчезла с лица демона, и Готлиб посмотрел рыцарю прямо в глаза. Он их не боялся, это всего лишь зажравшиеся толстосумы, не более.

– И кажется, если мне не изменяет память… – Гилмор стал медленно приближаться к Робину, продолжая пристально смотреть тому в лицо.

Он сглотнул и попятился назад, пока не уперся в барную стойку.

– Рыцарям запрещено оскорблять простых людей, которых они защищают. И запрещено брать деньги за благородные дела.

– Да, верно, но ты не человек! Ты исчадие ада! – заявил рыцарь и направил острие меча на демона. – Король мог отменить это закон! Это честь для Вотунхельма, но не для Тандара!

Однако его люди не спешили поддержать предводителя. Готлиб внезапно схватил лезвие меча Робина, впившись когтями в сталь. Ладонь демона осталась невредима.

– И уж тем более, рыцарям запрещено обнажать мечи, когда того не требует ситуация, – демон оскалился, обнажая клыки, и загнул меч так, будто это была сырая глина.

Теперь его конец напоминал крюк.

– Катись отсюда, малыш. И не мешай дяде сделки заключать.

Рыцарь ошарашено развел руки в стороны в немой сцене. Послышалось чье-то фырканье, а через секунду уже вся таверна смеялась над ним.

– А ну, молчать! – в бешенстве крикнул Робин и бросил меч на пол, топнув ногой. – Заткнулись все!

Ваги, стоя в стороне, с огоньком в глазах и воодушевленной улыбкой строчил что-то, мельком поглядывая то на Гилмора, то на разъярённого рыцаря. Наблюдать за ним было забавно. Готлиб даже спросил себя, как Робин вообще в рыцари попал. Хотя, скорее всего, из-за хороших связей или удачного родства, как это обычно бывает.

– Исчадие ада, но зато какое красивое, – улыбнулся Гилмор и провел рукой по своей щеке. – Ну скажи, ни разу же не видел таких обаяшек, как я.

Он рассмеялся и подмигнул, а после махнул рукой, намекая, что рыцарь ему надоел.

Запыхавшийся старик прибежал спустя минут десять.

– Все готово, сэр! – увидев протянутую руку, он сразу её пожал.

– Славно. Отдашь, когда я принесу твои деньги. Твои силы я не трону, ты и без этого стар, – проговорил демон и тихо рассмеялся.

Соединенные в рукопожатии ладони вспыхнули черным огнем, а на лице Готлиба появилась жутковатая хищная улыбка.

– Коли нарушишь условия договора, настигнет тебя смерть от руки моей, старик.

Вокруг Готлиба вспыхнул огонь, а после он величаво расправил крылья, будто сама тьма разверзлась за его спиной. Демон вылетел из таверны и погнался за воришкой. Он чувствовал деньги, которые должен был вернуть, а значит, и вора найти не составит труда…

В таверне все с ужасом жались по углам, наблюдая за сделкой с демоном. Когда Готлиб покинул таверну, раздались шепотки:

– С демоном договариваться нельзя…

– Он нас всех убьёт!

– Наложил проклятье…

Некоторые даже убежали из трактира, не заплатив за еду.

Глава 2

Вор галопом скакал на своей гнедой лошади, то и дело оборачиваясь назад, чтобы проверить, не преследуют ли его. Присмотревшись к стремительно спускающейся с неба тени, он понял, что это не птица.

От резкого разворота лошадь под ним едва не упала. Из-под копыт разлетались в стороны комья грязи.

– Но! Вперед! – отчаянно подгонял её всадник, лихорадочно дергая поводья.

«А вот и наша пташка,» – подумал Готлиб, с высоты наблюдая за покидающим город на всех парах вором. Он не спешил нападать, ему нравился сам процесс погони, неизменно нагонявшей на жертву страх. Хотя убивал демон не столь часто, как можно было бы подумать.

Выждав пару минут, Готлиб спикировал и, поравнявшись с воришкой, ослепительно улыбнулся ему прямо налету.

– День добрый, – ни чуть, казалось, не испугавшись, усмехнулся тот. – А куда это вы так спешите? Притормозите, отдохните, могу предложить вам вкуснейший отвар из лепестков лаванды. Успокаивает лучше всякой сон-травы!

Готлиб рассмеялся, а после одним молниеносным движением сбил воришку с лошади и повалил на землю. Он сделал круг в воздухе и приземлился рядом, передернув плечами.

Лошадь незнакомца поскакала дальше, оставив того сидеть на земле. Капюшон слетел с головы, обнажая рассыпавшиеся по плечам пышные черные кудри. На демона взглянули ясные голубые глаза. Незнакомка была поразительно хороша собой – смугловатая нежная кожа, пышные губы.

– Мне тут птички напели, что ты своровала деньги у бедного старика, – Готлиб выпрямился и расправил крылья, нависая над вором грозной черной тенью.

– Похить ты их у того напыщенного индюка в доспехах, я бы глазом не моргнул…

Гилмор склонил голову набок и улыбнулся.

– И давно у нас демон занимается добрыми делами? – съязвила незнакомка и облизнула губы. – Хотя знаю! На крупных делах, таких, как, скажем, четыреста лет назад, уже не заработаешь… Столько же прошло с проклятья «Алого войска»?

Как его только не называют… «Алое войско», «Боец смерти», «Вдова». С ним связано столько всяких историй, но вот правды никто не знает.

Незнакомка лучезарно улыбнулась и медленно встала с земли, с интересом рассматривая демона.

– А ты сильный… – улыбка девушки стала шире, она принялась обходить его кругом, легко проводя ладонями по плечам. – Гордый…

Демон даже почувствовал шевельнувшееся в груди тепло.

– И что же такой, как ты, опустился до погони за ворами? – колдунья изящно вскинула брови.

– Вот тебе раз…

– Ти́ра, – перебила девушка, игриво закручивая на палец черный локон.

В глаза ему она не смотрела, рассматривала грудь и плечи, изредка скользила взглядом по губам.

Демонам не особо важно, с кем иметь дело: с женщиной, с мужчиной или даже с ребенком. Демон ищет выгоды для себя, и он ее получает. Гилмор окинул колдунью взглядом, выгнув бровь. Внезапно появившаяся к ней симпатия определенно была вызвана колдовством, не иначе.

– Сделка есть сделка, пусть хоть бабку через поле перевести придется, – огрызнулся Готлиб и нахмурился.

Ненавидел он, когда его тыкали носом в его неудачи. Особенно в то, что он вот уже очень давно не может заключить серьезную сделку.

– Какое твое дело? Живая осталась, так скажи за это спасибо.

Готлиб перехватил ее руку, скользнувшую к его щеке, и притянул к себе девушку, недобро прищурившись. На лице демона играла хитрая ухмылка.

– Меня не проведешь, милая, – проговорил Гилмор. – Отдай деньги, и мы мирно разойдемся.

– А ты силен… Не каждый из мужчин может противостоять моей силе, – слегка расстроилась чародейка.

Однако оказавшись вплотную к демону, она обнажила в ухмылке остренькие зубки.

– А я его чувствую… – ее ресницы вздрогнули. – Ты загнал это ощущение очень глубоко, но оно пожирает тебя изнутри…

Тира хищно расширила глаза.

– Да, чувство вины… Ты виноват перед другими, и все из-за твоего друга.

Она вырвалась из его хватки, качнув бедрами.

– Поцелуй меня.

Чародейка провела ладонями по талии, демонстрируя гибкую стройную фигуру.

– И все твои несчастья забудутся… Все чего ты хочешь, будет у тебя! – Тира вновь приблизилась и обожгла горячим дыханием губы демона. – Поцелуй… и его смерть будет не напрасной…

Готлиб молча слушал Тиру, внимательно наблюдая за ней. Демон был настороже, ее чары на него не действовали.

– Душевный покой за поцелуй? Интересное предложение…

Гилмор чуть наклонил голову вперед, словно собирался ответить на поцелуй, а в это время осторожно вытащил мешочек с деньгами из кармана ее плаща и спрятал к себе.

Чародейка прикрыла глаза и уже, казалось, готова была его поцеловать, когда её кожа, тая, словно плавленое масло, начала сползать с лица, оставляя мерзкие черные провалы и глубокие морщины. Зубы шевелись, деформируясь и выпирая, а глаза оказались вдавлены глубоко в мясистую уродливую голову. Существо с хрустом выросло метров до пяти, стройные женские ноги превратились в паучьи лапки, а руки – в клешни, которыми оно и схватило демона.

– Эх, вот все вы такие. Сначала «поцелуй меня, я вся твоя», а потом – нож в спину, – Готлиб оставался совершенно спокоен, будто и не был схвачен.

Он улыбнулся и тряхнул головой, отбрасывая челку с глаз.

– Но, знаешь, в смерти моего друга виноват он же сам. Он поддался жадности, поэтому и оказался насажен на когти медведя. Жалко, конечно, но ничего не попишешь. Судьба есть судьба.

Гилмор втянул носом воздух, а после выдохнул на клешни черное пламя и с легкостью высвободился, разрезая плоть острыми когтями. Демон расправил крылья.

– Ах да… То, что у меня внутри, тебя никак не касается, милая, – усмехнулся Готлиб, взлетая.

Он ловко увернулся от паучьих лап, а после глубоко вонзил когти в грудь монстра и рванул вверх, оставляя огромную рваную рану.

– Anima ledo a maledicto, ardere in inferno est ignis… Requiescant in pace. Душу, задетую проклятьем, сожгу в адовом огне…Покойся с миром.

После этих слов Готлиб словно бы вытянул что-то из груди твари, падая на землю.

Монстр забился в судороге, издал наполовину человеческий, наполовину звериный вой, от которого кровь застыла в жилах, и замертво упал на землю.

Уже через секунду из кустов донесся изумленный возглас:

– Ничего себе!

Из «укрытия» вышел Ваги, широко распахнутыми глазами рассматривая существо.

– Ты… убил её!

Тшонда наклонил голову и осторожно пнул ногой жуткую паучью лапу.

– О! – он вскинул указательный палец и тут же полез в сумку за бумагой. – Я напишу главу о… двух друзьях! Один из которых спас другого от смертоносного паука!

Его лицо вновь озарила широкая улыбка, и он принялся что-то поспешно строчить.

Готлиб упал на землю, сжимая в ладони черный сгусток энергии. Тот шевелился и явно пытался вырваться. Свободной рукой демон предал душу пламени. Через секунду у него в руках остался лишь мертвый тюльпан. Гилмор устало провел пальцами по бархатистым лепесткам. Еще одна душа освободилась от проклятья, но легче Глебу не становилось…

– Не понял, – проговорил демон, услышав знакомый голос.

Он повернулся к Ваги и нахмурился.

– Ты что, следил за мной?! Мелкий смертный, да я… напишешь главу?

Ваги поправил волосы и рассеянно взглянул на демона, перевел взгляд на лес за его спиной, будто что-то ища.

– Да? – ответил он вопросом на вопрос и смущённо повернулся к монстру, уже начавшему обращаться в пепел.

Гилмор задумчиво постучал пальцем по подбородку. А что, если следить за тем, что пишет Ваги? Тогда парень вполне может помочь Готлибу вернуть его былую славу.

Он достал маленькую баночку и осторожно набрал крови монстра. Потянулся, а после медленно направился обратно той же дорогой, по которой прискакала Тира, в трактир к старику, насвистывая какую-то незамысловатую мелодию.

Когда Готлиб собрался уходить, Ваги быстро набросал на бумаге лес, зачерпнул горсть пепла, завернул в бумажный кулек и запихнул в сумку. Он бросился вслед за демоном и поравнялся с ним.

– Но только мы не друзья, – все же произнес Гилмор. – У меня нет друзей.

Ваги лишь беззаботно пожал плечами.

Приятный и теплый лесной ветерок щекотал нос ароматом весны, а мягкая молодая трава свежо блестела на солнышке сочной зеленью. Парень глубоко вдохнул с наслаждением, прикрыв глаза.

– Ах! Люблю весну! – заулыбался Ваги.

Глаза его на солнце блестели и переливались, будто два изумруда.

– Кстати, знаешь, что проклятье имеет разные названия? Хоть я в него не верю… – засмеялся он. – Мое самое любимое – это Мертвая душа, знаешь, почему его так назвали? Кто подвергается этому проклятью, всегда быстро умирает, забавно…

Прошло около десяти минут, а они все шли по лесу. Ваги не умолкал ни на секунду.

– …ну вот меня и назвали так, только ребята обзывались, например: «Ваги-Ваги, хвост собаки!», – Тшонда усмехнулся. – Но я не обижаюсь! Даже наоборот, ведь подумай, они тратят время на то, чтобы придумать мне кличку! А значит, думают обо мне!

Казалось, что его рассказам не будет конца.

– Я, кстати, увлекался коневодством! И оленеводством тоже! У меня было две лошади и пять оленей, и я придумывал им имена! А еще у меня была девушка, красавица из Тандары, но она оказалась такой наглой! Знаешь, что она мне сказала?! «Я хочу, чтобы ты купил для меня все цветы, что есть в этой лавке!» Кстати, у тебя тут грязь, – он похлопал демона по рукаву, отряхивая пыль, и продолжил говорить.

Готлиб всегда путешествовал один и потому в пути просто предавался своим мыслям. А тут под боком топал и болтал без умолку назойливый мальчишка.

– Ты хоть когда-нибудь молчишь? – без особой, впрочем, злобы спросил Гилмор, косясь на паренька.

– Да! Молчу, но у меня так давно не было собеседника! О, а ты знал, что некоторые люди вообще говорить не могут? – он состроил грустную мордашку. – И это так печально!

Не было собеседника? Готлиб был уверен, что Ваги к любому встречному прилипал, как пиявка. Но да ладно, скоро демон сядет на коня и уедет из города, оставив позади болтливого мальчишку.

Готлиб с усмешкой протянул ему тюльпан.

– Знаешь, почему меня успокаивают мертвые тюльпаны? – спросил демон. – Они появляются лишь, когда душа освобождается от проклятья. Это знак, что чьи-то долгие мучения наконец-то закончились.

Парень взял тюльпан и принялся его рассматривать.

– Красивый… – улыбнулся Ваги и спрятал цветок в сумку. – Нет, скажи, ты ведь на самом деле не думаешь, что проклятье настоящее?

– Смеешься? По-твоему, я четыре сотни лет провел просто так? – нахмурился Гилмор. – Проклятье самое настоящее. А если ты в него не веришь, то ты всего лишь глупец.

– Ну… и да, и нет, про тебя ведь легенды ходят… Как ты сбежал тогда и скрывался все эти годы… – пожал плечами паренек и фыркнул. – Даже баллада есть! Демон Глеб скрылся во тьме, как котенок в нарастающей мгл… кхм!

Летописец поперхнулся, поймав испепеляющий взгляд демона.

– Все. Меняй тему, пока я тебя не прихлопнул, как блоху.

– Сменить тему? Да легко! – Ваги поправил воротник рубахи и продолжил свои разглагольствования на самые разные темы, по сути, разговаривая сам с собой.

Готлиб тряхнул головой и свернул к трактиру, где его ждал старик. В городе народу было не столь много, так как находился он далеко от столицы. А никто из людей, даже просто зажиточных, не говоря уже о богачах, не желал жить так далеко от королевского двора.

Старик в одиночестве сидел в уголке, ожидая демона. Когда на его стол упал мешочек с деньгами, он вскинул усталый взгляд на Гилмора.

– Свою часть сделки я выполнил, теперь твоя очередь, – усмехнувшись, произнес демон.

– Спасибо! Огромное спасибо! – рассыпался в благодарностях старик.

Он протянул ему открытую котомку с буханкой хлеба, золотистым полукругом домашнего сыра, овощами и флягой.

– Все что есть! И конь молодой, крепкий! Фаст его звать. Это все, что я могу дать, – с нотками мольбы в голосе произнес человек, ожидая ответа от демона.

Ваги же с жалостью смотрел то на старика, то на Глеба.

Ну не попросит же Гилмор больше?

Еды было не особо много, хватит на пару дней, если правильно рассчитать. Но еда есть еда, и старик выполнил свою часть сделки.

– Фаст, значит… – Гилмор положил хлеб и овощи в сумку, а сыр оставил старику.

Такой деликатес здесь тяжело раздобыть, если у тебя нет своей коровы, поэтому отбирать его у старика не хотелось.

– Бывай, дедуля, и охраняй свой кошелек получше.

Готлиб усмехнулся и махнул рукой на прощание.

На заднем дворе трактира его дожидался тщательно привязанный конь. Он был вороной, с пышной гривой и хвостом, заплетенным в косу, дабы не мешался. Конь стал принюхиваться к новому хозяину, прикрыл глаза и доверчиво ткнулся бархатной мордой в ладонь демона.

Позади послышались поспешные шаги.

– Герой! Настоящий! Вернул кошелек несчастному старику и заслужил восхищенные взгляды! – быстро проговорил Ваги и взмахнул руками, улыбаясь. – А конь хороший, и еды нам хватит надолго…

Парень подошел к коню и притянул к себе его морду, ласково потрепав по гриве.

– Ах ты мой хороший! Или моя… – паренек наклонился и посмотрел вниз, тихо хмыкнул. – Нет… Все-таки мой хороший!

Кудрявый принялся нежно разглаживать ему гриву, сыпля хвалебными словами.

– В каком это смысле – «нам»? – поинтересовался Готлиб, поворачиваясь к Ваги.

Странный парень, но все же забавный.

– Еда для меня, потому что я уезжаю отсюда, дальше, к горам. Один.

Демон взобрался в седло, и Ваги собрался последовать за ним, но демон слегка дернул поводья, отчего конь сделал пару шагов в сторону и остановился. Готлиб взглянул на Ваги и гордо поднял голову, усмехнувшись.

– Мне не нужна обуза в лице какого-то надоедливого мальчишки. Так что топай по своим делам, Фа-аги.

Из трактира вышли двое мужчин, которые улыбнулись Гилмору и даже кивнули, мол, «Молодец, не оставил старика в беде». Это немного удивило демона.

«Вот так! Вы обязаны мной восхищаться,» – довольно подумал Готлиб и уже собрался дернуть поводья и поскакать вперед, навстречу новым городкам.

– Оу!.. Так я, это, – летописец посмотрел на коня и задумчиво почесал затылок. – Тоже туда еду!

Он простодушно улыбнулся и пожал плечами.

Но когда парень вновь попробовал забраться на лошадь, она отошла в сторону слишком резко, и Ваги шлепнулся животом на землю. Листки вылетели из сумки и, кружась, рассыпались по земле вокруг.

– О нет-нет-нет! – парень принялся поспешно их подбирать.

Одежда, и так неприглядная и потрепанная, теперь напоминала грязные обноски.

– Но я… не обуза, – тихо произнес он севшим голосом вслед уже успевшему ускакать далеко вперед демону. – И я Ваги…

На одну секунду Готлиб уже было решил развернуться и помочь ему, ведь парень, несмотря на свою болтовню, был не так уж и плох. Но демон быстро отбросил эту идею в сторону, так как понимал: еще одной катастрофы из-за напарника он уж точно не переживет.

А если переживет, то будет еще сильнее страдать.

Глава 3

Из города Готлиб выехал довольно скоро, поэтому спустя несколько минут уже скакал по лесной тропинке. Старик не обманул: Фаст действительно был силен.

Едва городок скрылся из виду, демон ослабил поводья, и конь пошел шагом. Гилмор прикрыл глаза, погрузившись в свои мысли и прислушиваясь к пению птиц. Днем прогуливаться по лесу – одно удовольствие, а вот с приходом темноты тут вполне можно было наткнуться на разбойников или кого пострашнее. Так что его стоило проехать засветло, или же прятаться ночью, чтобы не оказаться съеденным местными монстрами.

– Что ж, Фаст, мы с тобой теперь будем путешествовать. Может, разбогатеем, осядем где-нибудь в хорошем городишке и заживем припеваючи, – проговорил Готлиб и рассмеялся. – Поставлю себе статую в саду, чтобы любоваться ею по утрам с кружкой эля в руке…

День за днем тянулась дорога, а горы не только не становились ближе, но, казалось, лишь отдалялись.

В одну из ночей демон устроил привал на небольшой полянке в лесной чаще, чтобы отдохнуть и набраться сил. Приятный запах жареных овощей, конечно, мог бы привлечь внимание диких животных, а то и, того хуже, монстров. Однако, если ты умеешь драться, все не так уж и плохо. Может появиться шанс пообедать свежим мясом. Если, конечно, оно не ядовито.

Фаст с аппетитным хрустом жевал молодую траву, а когда Готлиб вновь задумался, поджаривая морковь до самой черноты, конь толкнул его мордой в плечо и улегся рядом, положив голову на поваленной дерево.

Демон не напрасно держал путь к горам. В них располагалось одно из богатейших государств, ныне зовущееся в честь правящего им мудрого короля – Эдмунд. Ходили слухи, что тот готовит нападение на Шоидэйл, однако правда это или нет – еще предстояло выяснить.

Гилмора привлекало то, что в таком большом городе наверняка и проблемы были соответствующими, а значит, и благоприятная почва для заключения сделок.

Днем Готлиб продолжал свой путь, а по ночам устраивал привал и отдыхал, вслух рассуждая о том и о сем. Жаль только, что Фаст не умел говорить. Однако Гилмор уже пятьсот лет один, так что ему не привыкать.

Демон почистил еще одну морковку и отдал Фасту, а последнюю стал поджаривать на костре. Голова наполнилась воспоминаниями…

Готлиб сидел у костра и травил пошлые шуточки, пока Варнер раскидывал мох, который заменил бы путникам постели. Эльф смеялся и иногда сам пошучивал. Треск костра навевал уютную атмосферу, а запах пойманного Варнером и теперь жарящегося на костре кролика приятно щекотал ноздри, подогревая аппетит.

Они шли на задание, не подозревая, чем все это обернется…

От воспоминаний Гилмора отвлек звук ломающейся ветки и последовавший за ним крик вспугнутой птицы. Демон нахмурился и встал, откинув в сторону почерневшую горелую морковку. В руке блеснула сталь кинжала, а угрожающе расправленные крылья затрепетали на ночном ветерке.

– Кто здесь? – спросил Готлиб и прищурился, силясь ощутить чужое присутствие.

Повисла долгая пронзительная тишина, только ветер шуршал в листве. Но вот из тьмы показался силуэт человека верхом, с ног до головы в черном плаще, неспешно едущего вперед. На демона он не обращал ровным счетом никакого внимания.

Всадник двигался прямо на него, и Готлиб напал, ударив лошадь кинжалом, однако сталь прошила лишь воздух. И копыта не нанесли никакого вреда горящему костру.

За первым всадником показались еще двое, таких же бестелесных и полупрозрачных.

Души однажды умерших здесь, в этом лесу, людей в последний раз двигались через него, чтобы потом исчезнуть во тьме.

– Что за…?

Готлиб не ожидал увидеть здесь ночью кого-то, кроме животных и, может быть, какого-нибудь завалящего монстра. А тут он наткнулся на целую колонну призраков умерших.

Всего через пару минут все они скрылись во мгле, вновь оставляя демона одного со своими мыслями.

«Так вот, как выглядят люди, чьи души не омрачены страшным проклятьем,» – подумал Гилмор, провожая призраков взглядом.

Он вздохнул и уселся у костра, пошевелив палкой веточки, дабы огонь разгорелся. Самому ему тепло было не нужно, температура тела демона была куда выше человеческой. Но вот готовить еду все же нужно

– Черт, морковку только испортил… – заметив черный овощ, пробормотал демон. – Ну ладно.

Он достал из мешка, который стащил из тележки каких-то торговцев, яблоко и откусил немного. Сладкое. Демон зажмурился, наслаждаясь тишиной.

Утро следующего дня началось с довольно сильного ветра со стороны Эдмунда. Тот принёс в лес пару снежинок, которые незамедлительно растаяли

Добраться до столицы Ярэль было сложно. Скользкие заледеневшие скалы, обрывы тут и там. Хотя это шло только на пользу городу – ни одна армия не подойдет.

Готлиб ехал осторожно, чтобы лошадь не сорвалась вниз. Он-то, если что, сможет взлететь, а вот Фаста жалко. Хотя с такой погодкой тоже особо не полетаешь – унесет, как бумажную куклу.

К счастью, демон добрался без происшествий и вскоре уже ехал по улицам города, прислушиваясь к разнообразным разговорам.

– Честно тебе говорю, ростом выше лошади! Вся кожа покрыта то ли шерстью, то ли чешуёй! Не разглядел, – убеждал один из двух мужчин своего товарища.

– Да врёшь ты! Брешешь! Как чешую можно спутать с шерстью?!

Ближе к окраинам местные в основном чесали языками о монстрах и других существах, а на главной площади чинно обсуждали грядущую войну.

– Мистер!

К нему подбежала худая девчушка лет двенадцати.

– Вы можете нам помочь? Я знаю, за хорошую цену вы помогаете людям!

Она жалобно смотрела на Глеба и в ожидании ответа поглаживала Фаста.

Сделка. А этот город начинал очень даже нравится Готлибу.

– Ну разумеется, – широко улыбнувшись, произнес демон. – В чем заключается помощь?

Девчушка осмотрелась по сторонам и приблизилась к демону.

– Мой отец… смертельно болен, – прошептала она. – Священники говорят – проклятье!

Девчушка покосилась в сторону дома. Готлиб уже приготовился протянуть ей руку, ожидая услышать что-нибудь вроде "спасти котенка", но, когда девочка сказала о проклятии, демон застыл. Снова оно! Не оставляет Гилмора спустя столько лет!

– Я вас отведу, – девочка пошла вперед, а за ней двинулся и Фаст.

– У тебя кроме отца еще есть кто-нибудь? – спрыгнув с коня и взяв его за поводья, спросил демон.

– Нет, никого. Был пес, но он умер две луны назад, – пожала плечами девчушка. – И мы его съели.

Она тихонько засмеялась.

Спустя несколько минут они вошли в довольно бедную лачугу.

– Папа! Он поможет тебе! – прокричала девчонка с порога и подбежала к кровати, на которой лежал перебинтованный старик.

Тот был почти лыс и весь в морщинах. На половине лица красовалась мерзкого вида грубая и неопрятная чешуя. Старик с трудом хватал ртом воздух. В лачуге невыносимо воняло рыбой.

– Это Мертвая Душа? Да? – спросила девчушка, замерев неподалеку.

Смотреть на старика было больно… Демон ощущал в нем все набирающую силу Мертвую душу. Проклятье уже почти полностью поглотило несчастного человека.

– Добрый день, мистер, – тихо сказал Гилмор старику.

Снять это проклятие нельзя, только смерть и предание души огню сможет освободить человека от страшных мук. И лишь после этого он обретет покой.

– Ну так что? Вы поможете? – в нетерпении спросила девчушка. – Просите, что хотите! Все дам, все исполню!

Если бы у девочки был хоть кто-то, кроме отца, Готлиб с радостью бы заключил сделку, попросив взамен лишь остаться на ночь и поесть. Но…

– К сожалению, я не смогу снять проклятье, уже слишком поздно. Твой отец почти полностью в его власти, – проговорил Гилмор. – Но я помогу облегчить его страдания. Как делал это не раз.

Рука почернела, и Готлиб пронзил когтями грудь старика. Мысленно извинившись перед несчастным, он вытащил из нее черный сгусток, который продолжал яростно вырываться и трепетать в его ладони, и в одну секунду сжег его. Девчушка и слова сказать не успела.

Когда все было кончено, ему показалось, что девочка заплакала, но когда демон обернулся, то с изумлением увидел на ее лице счастливую улыбку.

– Он умер? – спросила она и посерьезнела. – Класс! Теперь этот дом мой, а зануда-папенька больше не будет мучить меня!

Девчонка захлопала в ладоши и осмотрелась.

– Тут столько нужно переделать! Надо начинать сегодня! – она подошла к демону. – Спасибо вам большое! Как я могу отплатить вам? Кров не проси! Не люблю я чужаков у себя дома.

Готлиб уже собрался подарить ей мертвый тюльпан в знак извинений, вот только она не особо и расстроилась. Демон вскинул брови, а после убрал цветок и усмехнулся. Да уж, неожиданно вышло.

– Просто пожми мне руку, и хватит с тебя, – сказал Гилмор, протягивая ладонь.

Когда она пожала ее, соединенные пальцы вспыхнули огнем, но быстро потухли, ведь сделка была заключена раньше. Гилмор тихо усмехнулся, а девчонка почувствовала огромную усталость, словно множество часов трудилась в поле на жаре.

Демон забрал у нее часть жизненной силы. Не такую уж большую, девчушка не умрет, но усталость не пройдет еще несколько дней.

– Что ж, приятно иметь с тобой дело. Есть тут дешевая таверна, где я смогу переночевать? – спросил Готлиб, направляясь к двери. – Желательно, чтобы красивенько и уютно, а то я не люблю пьянчуг и всяких подонков.

Демон тихо рассмеялся, поправляя волосы. Девчонка потерла глаза и тряхнула головой.

– Да, есть, – устало улыбнулась она. – Двадцать шагов и направо, называется "Выпей и запей".

Махнув рукой в знак прощания, девочка закрыла за ним дверь.

Готлиб кивнул и вышел. Улицы здесь были чуть просторнее, чем Оаниморе, и куда уютнее. Демон усмехнулся, когда заметил, что его провожала воодушевленными взглядами парочка ребятишек, и довольно повел плечами.

Таверна оказалась небольшим и уютным домиком. Как только Готлиб зашел внутрь, его встретил звонкий голос.

– А вот и он! – весело прокричал парень, стоя на столе и держа кружку с пивом. – Великий и ужасный Готлиб!

Все в таверне воодушевленно закричали.

Это был никто иной, как Ваги, правда, уже в чистой одежде. В черной рубахе с распахнутым воротником и в белых клетчатых штанах. Паренек спрыгнул со стола и подбежал к демону.

– Вот как! Судьба нас прямо сводит, – он рассмеялся. – Слушай, я тут наплел случайно, что мы лучшие друзья, хотя это ведь так и есть, ха… Но, в общем, мне нужна твоя помощь.

Ваги остановил Готлиба прямо перед барной стойкой.

– Можешь сказать во-о-он тем громилам, – Тшонда указал на столики, за которыми сидели орки. – Что ты… мой телохранитель и, если что, побьешь их?

Парень улыбнулся и перевел дух.

– Вообще, я и сам не против их покалечить, но я давно не практиковался, – усмехнулся он, то и дело нервно поглядывая за спину Глебу. – Ну, и мне руки нужнее, чтобы перо держать. Вообще-то, я им еще одну из своих историй рассказал, и теперь они думают, что ты меня спас! Теперь тебя считают…

Ваги постучал пальцами по деревянной балке, имитируя барабанную дробь.

– Доблестным рыцарем в сверкающих доспехах! – Ваги подбоченился и выпятил грудь.

Готлиб лишь закатил глаза. Он его преследует, что ли?

Восторженные крики посетителей обрадовали демона. Он выпрямился, окинув толпу гордым взглядом. Этот город нравился ему все больше и больше!

– Мы не друзья, – отрезал Готлиб. – Сколько еще раз повторять? Я сам себе хороший друг, других не надо.

Сказать, что он телохранитель этого мелкого? Тшонда смеется, что ли? Но тут Гилмор хитро улыбнулся и дернул крыльями, сделав шаг назад.

– Ладно, – ладонь демона вспыхнула огнем, и Глеб протянул ее Ваги. – Я говорю оркам, что я твой защитник, а ты покупаешь мне еду, выпивку и платишь за ночлег.

Парень опешил при виде горящей руки.

– А просто договориться нельзя? Была у меня одна девушка, ох, закачаешься! Так я по пьяни в постели пожал ей горящую руку, а потом без трусов в лесу остался! – он громко засмеялся, а после умолк и чуть поморщился. – Ох, ну и искусали мне тогда всю зад…

– Ваги! – закричал один из орков. – Ну где ты там?!

Тшонда умоляюще взглянул на демона.

– У меня нет денег… пожалуйста, помоги! Я… я пойду с тобой! Хотя, лучше сказать… – он поджал губы и отвел взгляд в сторону. – Наоборот?

Какой же он все-таки болтун. Готлиб понял, что хорошей сделки с Ваги не получится, поэтому лишь махнул рукой и подошел к барной стойке – попросить стакан холодного сидра и воды для коня, которого привязал у входа к поилке.

– Зачем мне говорить, что я тебя защищаю, если взамен ничего не получу? – спросил Гилмор, садясь. – Невыгодно как-то. Приятно, конечно, что я тебе так нравлюсь, но чего ты ко мне привязался?

Демон взял кружку с напитком и бросил на стойку несколько монет, после чего сделал глоток. Хорошо после долгой езды напиться вкуснейшего яблочного сидра, да еще и с мятой.

– И кто тебя вообще просил языком молоть, дубина? Орки – создания вспыльчивые и до жути противные. А еще надоедливые, хоть топором голову руби, – усмехнулся Готлиб.

Мужчина за стойкой рассмеялся, словно соглашаясь с Гилмором, и демон довольно улыбнулся.

– Ну… для доброго дела? – ухмыльнулся юноша и подсел рядом, поглядывая на орков и время от времени кивая головой в сторону демона, чтобы показать, что он с ним. – А тебе во всем выгоду искать! «Нравишься»? И, нет, я не привязался… откуда мне было знать, что тебя тоже в Ярэль занесло? Да еще и в эту таверну?

Парнишка хитро улыбнулся и провел пальцем по губе, вытирая каплю дешёвого и до жути горького пива.

– Кажется, нас связывают, – Ваги выпрямился, поднял указательный палец и улыбнулся. – Нити судьбы

Он растопырил пальцы и провел над головой воображаемую линию.

– Нити судьбы? Ну да-да, заливай это кому-нибудь другому в уши, не мне, – сказал Гилмор и сделал еще пару глотков из кружки. – Ты тупой или просто хочешь таким казаться? Я в таверне, чтобы отдохнуть от долгого пути. Но раз тут ты, я, пожалуй, другую себе найду. Подальше от тебя и твоей пустой болтовни.

– Тупой? Почему?.. – расстроился парень, но в ответ получил лишь молчание.

Писатель тряхнул головой и вновь улыбнулся, но уже грустновато.

– А знаешь… возьми меня в помощники! – его глаза заблестели, и Тшонда придвинулся ближе.

Демон только головой качнул, словно отгоняя назойливую муху.

– Была как-то раз у меня встреча, с одним, – он уселся в свою любимую позу и чуть поерзал. – Приятелем, скажем так, так он ходил за мной три месяца, чтобы просто сказать, что я наступил на его жену!

Раздался смех.

– А, и кстати!

Ваги достал кучу листов и взял один, начав читать.

– Вот я шел по лесу! Один, молодой путник! – летописец вновь ловко забрался на барную стойку и выпрямился, привлекая внимания. – Но тут встретился мне крылатый демон! Которого схватил монстр! Я выхватил меч! И…

Паренек выдержал паузу, интригуя слушателей, а после выкрикнул:

– И убил кровожадное чудовище! Спасши Готлиба!

Он приложил ладонь к гордо выпяченной груди.

Готлиб допил сидр и хотел уже идти. Он бы проигнорировал очередную историю Ваги, вот только мальчишка все наврал и забрал всю славу! Кто-то даже захлопал в ладоши, поощряя Тшонду. Демона это жутко разозлило.

Гилмор сжал кулаки, резко выдохнул, а потом схватил Ваги за грудки и, стащив с барной стойки, поднял на полом, угрожающе расправив крылья.

– Воу, ты чег…

– Ах ты блоха! – рыкнул Готлиб и прищурился, от чего у парнишки по телу пробежали мурашки. – Ты прятался в кустах, пока я убивал монстра и освобождал душу от проклятья, а сейчас решил наврать! Может, тебе вырвать язык, чтобы ты больше не болтал и не позорил меня?!

Поэт зажмурился от страха и задрожал, выронив пару листков на пол.

– Ах ты чертов обманщик! – крикнул один из посетителей и кинул в него гнилой помидор.

Тот лопнул, ударившись об голову Ваги и обрызгал соком его плечи.

– Неприятный запах, – тихо рассмеялся писатель и взглянул на демона. – Да, неловко получилось. Но зато теперь можно снова принять ванну…

Он вжал голову в плечи и нервно хихикнул, глядя на искаженное злобой лицо Глеба.

– Т-ты… обиделся? Я могу все исправить! Напишу, что скажешь! – пытался оправдаться паренек, держа в руке перо.

Но на исторгнутый Гилмором поток угроз лишь вновь зажмурился и прикрыл голову руками.

– Ладно-ладно-ладно! Извини?.. – неуверенно промямлил парнишка и приоткрыл один глаз.

Гнилой помидор Ваги заслужил, поэтому демон лишь гордо усмехнулся. Будет знать, как писать небылицы!

Мужчина отпустил парнишку и махнул рукой, после чего повернулся к хозяину трактира.

– Мне нужна одна маленькая комната и горячая еда. Мой конь стоит у поилки, его надо отвести в конюшню и задать корма, – Гилмор положил деньги на стойку и поправил челку. – Надолго я тут не задержусь, это за одну ночь.

– Да, конечно, – хозяин протянул демону ключ от комнаты на втором этаже, а после послал помощника отвести коня в стойло. – Еду принесут попозже, пока можешь искупаться в горячем источнике неподалеку. Там управляет моя жена, скажешь, что ты заплатил в таверне, тебя пропустят.

Мужчина хихикнул и подмигнул.

– И к слову, там есть и молодые красавицы.

– К черту красавиц, мне это не интересно, – ответил Гилмор и закинул сумку на плечо.

– Красавцы?

– Ха-ха. Смешно.

– Да ладно вам… чего вы все такие обидчивые? – грустно произнес Ваги и стал подбирать листки.

Вдруг на один из них наступил орк и притопнул ногой, чтобы окончательно его испортить. Ваги отдернул руку от работы.

– Что бы обмана меньше было.

Орк сплюнул под ноги Тшонде и вышел.

– Это не обман, а просто сильное… приукрашивание, – обиженно бросил ему вслед северянин и встал, отряхнувшись.

Демон кинул все еще недовольный взгляд на Ваги, а после направился в комнату, кивнув тому, чтобы топал за ним.

– Ну и правильно! Ну эти работы, грядет новая эра! Как говорят, не смотри назад, смотри вперед! – мальчишка рассмеялся. – Я напишу еще лучше! В сто раз!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.