Оксана Малахова
Эмоциональ. 3 измерение

Предисловие

«Ярость усиливает гнев, лишая самоконтроля»

от автора

Мирослава лежала на диване и рассматривала идеально белый потолок. Отец отпросил её у Натальи Викторовны с классного часа под предлогом семейных обстоятельств и привез домой. Сам Евгений Викторович уехал на работу, а Мирослава осталась дома одна.

Мама находилась в каком-то магазине, после которого обещала забрать Матвея из школы. Она несколько раз переспрашивала все ли нормально с Мирославой, но словам отца, что «всё с ней хорошо» не верила. Всю дорогу до дома Евгений Викторович по громкой связи рассказывал, что так сложились обстоятельства, что он заезжал по делам в школу к дяде Паше и решил заодно забрать Мирославу с классного часа.

– Чувствует она себя хорошо? – каждый раз переспрашивала мама.

– Мам, все хорошо, – уставшим голосом заверяла Мира.

– Что с голосом? – тут же цеплялась Ирина Валерьевна.

– Устала.

– Так и знала, что что-то не так, – отвечала мама, и Мирославе приходилось доказывать обратное.

Ирина Валерьевна закончила расспросы, только когда отец сказал, что они подъехали к дому.

– Вечером приеду, поговорим, – пообещал Евгений Викторович, высаживая дочку около подъезда.

– Хорошо, – согласилась Мира.

Она решила отдохнуть и полежать на диване, пока находилась дома одна. После необычных переходов и скачков между измерениями у неё болела голова, а ведь ей еще ехать в художественную школу. Она включила любимую мелодию на сотовом телефоне и закрыла глаза. Подобная атмосфера ей помогала расслабиться и избавиться от головной боли.

Головная боль прошла, как стихла музыка. Мира открыла глаза, осматривая комнату. Сейчас она почувствовала изменения в воздухе, а точнее тяжесть, о которой говорил отец. Она оглядывалась, пытаясь понять кто, как и в какое измерение осуществил переход. Сама Мирослава ничего подобного не хотела и не ожидала.

– Такое замешательство бывает, когда переход осуществляет кто-то другой, – эхом раздался странный голос.

– Кто вы? – Мирослава озиралась по сторонам.

– Меня попросили поговорить с новой высшей обладательницей, – рассказал голос.

– О чем поговорить? Почему таким странным способом?

– Способ всегда один и наиболее безопасный – приходить в пятом измерении, особенно к высшим обладателям, – ответил голос. – За такими как ты обычно следят, а пятое измерение прекрасно скрывает любые следы. Возможные варианты будущего всегда путают и сбивают реальность.

– Значит пятое, – для себя определила Мирослава. – Кто же вы?

– Меня зовут Клим, – представился голос. – И у меня к тебе есть один вопрос, – голос замолк.

Мирослава терпеливо ждала, не решаясь нарушить тишину.

– Какая ты эмоция?

Почему-то именно этот вопрос Мира ожидала услышать.

– Я не знаю, – призналась она, не вдаваясь в подробности, что управляет не своей эмоцией.

– Мирослава, не стоит меня обманывать, – послышался строгий голос Клима. – Я все равно узнаю правду, поэтому лучше мне все рассказать, а не придумывать оправдания, подражая своему учителю.

– У меня еще нет учителя, и я действительно не знаю именно свою эмоцию, – объясняла Мирослава.

Она слышала свой голос, который звучал неубедительно. Клим молчал, и Мирослава начала сомневаться присутствует он еще в пятом измерении или нет.

– Клим? – позвала она.

– Я здесь. Выбираю способ проверки твоих слов, – послышалась усмешка.

Мирослава почувствовала тревожность от того, что не знала чего ожидать. Все чаще она чувствовала себя в других измерениях совсем незащищенной, а в сегодняшнем случае бессмысленно даже знать приемы самообороны, против кого их применять все равно было не понятно.

– Выбрал, – засмеялся Клим. – Попробуем, Мирослава? – то ли спросил, то ли пригрозил он.

– Что попробуем? – Мирослава вжалась в спинку дивана.

– Узнать правду, – серьезно ответил Клим.

У Мирославы закружилась голова. Она в секунду оказалась окутанной в дымку, которая легко и непринужденно переместила её на метр от дивана. Теперь, призрачная Мира со стороны разглядывала свою оставшуюся на диване фигуру, застывшую в ожидании.

Со стороны окна к реальному образу Мирославы, сидящему на диване, стал медленно приближаться неразборчивый силуэт. Как только силуэт оказался в полуметре от призрачной Миры, она смогла разобрать черты лица и фигуру высокого молодого человека с длинными волосами, заделанными в хвостик.

– Посмотрим, – Клим размеренно и непринужденно передвигался в пространстве, остановившись у дивана. Одной рукой он схватился за реальную Мирославу и резко выбросил её в сторону призрачного силуэта.

Множество плоскостей создали собой слои, напоминающие размноженную копию самой Миры, и походили на листы книги. Они находились в нескольких сантиметрах друг от друга и заполняли собой все пространство между двумя образами.

– Что это? – Мира с любопытством разглядывала слои.

Призрачный силуэт Клима посмотрел на призрак Мирославы.

– Это слои твоей реальности, – описал он. – В них отражается все, что происходило с тобой до этого момента. Конкретное событие – отдельный слой, – он указал на цепочку.

Мирослава пролетела по воздуху, чтобы оценить со стороны своеобразную змейку. Клим разглядывал слои, рассматривая что-то внутри них.

– Пожалуй, этот, посмотрим, – он коснулся центрального слоя призрачной рукой.

Мирослава наблюдала вместе с Климом, как слой расширился, впитав в себя несколько соседних, развернулся, создавая плоскость для просмотра, и стал отражать на себе, словно кино, недавние события. Вот Мира наблюдает за соревнованиями брата, после которых едет в машине с мамой. Всё происходило быстро и беззвучно, вплоть до момента появления маленького мальчика на заднем сидении автомобиля, в котором узнавался дух её камня. Мирослава насторожилась, вспомнив начало того разговора и очень не хотела, чтобы Клим слышал его.

«Только бы момент про эмоцию», – подумала она, и картинка в плоскости ускорилась.

– Ты нравишься камню, поэтому он тебе не отказывает в обучении. Пользуйся его добротой и учись.

Эта единственная фраза была озвучена в плоскости, после чего все дальнейшие действия продолжились отражаться беззвучно. Мирослава была искренне рада, что Клим услышал лишь эту фразу, и поняла, что с подобными слоями надо быть осторожнее.

Клим с неподдельным интересом вслушивался в каждое слово, и когда разговор закончился, повторно коснулся центра плоскости. Мира наблюдала, как её прошлое поменяло направление, расслоилось и вернулось в первоначальное положение.

– Надо же, правду сказала, – Клим схватил крайнюю проекцию Миры и толкнул её в сторону дивана. Все слои реальности компоновались и объединялись, соединяясь в одно целое.

– В этих слоях можно увидеть только прошлое? – спросила Мирослава.

– Прошлое уже известно, а будущее очень изменчиво, поэтому его сложно проследить в проекциях, – ответил Клим. – Никогда не знаешь, что произойдет дальше.

– Здорово, – восхищалась Мира.

– Значит, ты не обладаешь эмоцией страха, а учишься на ней. Странно, – задумался Клим. – Интересно, какая все-таки у тебя будет эмоция? Или камень передумает?

– И мне интересно, – призналась Мирослава.

– Почему ты не сопротивляешься мне и правду сказала об эмоции?

– Я должна как-то сопротивляться?

– Все так делают. Никто не хочет, чтобы в их прошлом что-то рассматривали, да еще у высшего обладателя, – Клим не сводил глаз с призрачного силуэта рядом.

– Я – новенькая, и еще толком ничего не знаю. Тем более, мне самой было интересно, – призналась Мира, чем озадачила Клима еще больше. – Все умеют так просматривать слои реальности?

– Нет, только некоторые из сильнейших обладателей, – усмехнулся Клим. – Поэтому меня и попросили к тебе прийти.

– Сильнейший? Ты тоже высший? – воодушевилась Мирослава.

– Да.

– Ты из какого клана?

– Я из Фаворских, – гордо сказал Клим. – Главе нашего клана, не дали возможности с тобой поговорить, поэтому Инна Николаевна направила меня к тебе, так сказать, пообщаться.

– Узнать мою эмоцию, – догадалась Мира. – Клим, мне скоро на занятие, может, мы вернемся в реальность? – предложила она.

– Да, новенькая, ты забавная. Я еще не встречал таких интересных обладателей, – Клим не скрывал восхищения.

– Было приятно познакомиться, – засмущалась Мирослава.

– Не скрою, и мне, – улыбнулся ей Клим. – До встречи, высшая, – призрак махнул рукой и стал отдаляться.

– Пока, Клим, – Мира за секунду оказалась в легкой дымке и устремилась в свой силуэт на диване.

Как только она соединилась с телом воедино, одновременно с мелодией вернулась реальность. Голова не болела, но Мирослава хотела продолжить небольшой отдых. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Все-таки сказочно проходили встречи в других измерениях, и каждый раз Мира узнавала что-то новое, чему хотелось обучиться самой.

Глава 1. Разговор

– Мирослава, как ты? – сходу спросила мама, появившись на пороге квартиры в сопровождении Матвея.

– Все хорошо, мам, – бодро ответила Мирослава, вставая с дивана и торопясь помочь отнести покупки на кухню.

– На вид и правда нормально, – Ирина Валерьевна оценивала дочь.

– Да с чего ты взяла, что что-то случилось?

– Просто так тебя с классного часа забрал отец, случайно оказавшись в школе, – задумчиво произнесла мама. – Ты бы поверила в это?

– Конечно, – призналась Мира, хотя она точно не знала, как бы отреагировала.

– Ладно, давай кушай и собирайся в художественную школу, – Ирина Валерьевна разобрала все сумки с продуктами, параллельно разогревая еду.

Матвей с удовольствием составил сестре компанию, весело планируя весь оставшийся вечер просидеть за компьютером.

– Даже не думай, – перебила его энтузиазм мама. – Будешь чередовать с домашним заданием и уборкой квартиры, – расстроила она сына.

В такие моменты Мирослава радовалась, что у неё по вечерам пятницы проходили занятия в художественной школе, и была учеба в субботу. За это недолгое время Матвей умудрялся помочь родителям с домашними делами, и Мире оставалось только прибрать свою комнату в субботу вечером или в любое свободное время в воскресенье. Матвея обычно освобождали от домашних дел на период соревнований и подготовки к ним. В это время Мирослава оживленно включалась в помощь по дому, но после участия и побед, нагрузка брату возвращалась.

Мирослава собрала все необходимое и отправилась на трамвайную остановку. Она без труда и вовремя добралась до художественной школы, появившись в классе одной из первых.

Раньше на занятиях Рита старалась пристроиться около Мирославы, но после встречи в музее с Антоном она стала отсаживаться в противоположный угол класса. Миру это не расстроило. Ей, наоборот, больше нравилось соседство других учеников, которые старались не отвлекаться от работы и не беспокоить никого по пустякам.

Три часа пролетели незаметно. За это время была сделана небольшая часть работы, так как построение предметов занимает много времени. У всего класса из всех деталей, в цвете красовалась лишь одна единственная драпировка. Под конец занятия Мирославе написала мама, что за ней приедет отец и что ей надо ждать его в школе, потому что он задержится.

После этих указаний Мира не торопилась собираться домой. Она специально медлила, выжидая, когда большинство ребят уйдут, и можно будет без очереди забрать вещи из гардероба. Пока Мирослава выливала воду и мыла кисти, почти все разошлись. Когда она переобулась и частично оделась, то решила позвонить отцу.

– Я подъезжаю, через пять минут выходи, – послышался голос Евгения Викторовича.

Мирослава подождала и через целых десять минут вышла из школы. Отец как раз подходил.

– Подальше припарковался, – грустно сказал он. – Не замерзла?

– Нет, только вышла.

– Пойдем, – отец направился к машине. – Вот так денек, – выдохнул он, когда сел на водительское сидение и завел автомобиль.

– Да-а-а, – протянула Мирослава. Она чувствовала усталость, но была воодушевлена планируемым разговором с отцом. У неё было столько вопросов, что она даже не знала, с какого ей начать.

– Как же ты у меня умудрилась стать наблюдателем? Угораздило же, – удивлялся Евгений Викторович, выруливая на дорогу из жилой зоны.

– Что в этом плохого? – поинтересовалась Мира.

– Ничего плохого в этом нет, пока не все клановые знают о тебе, – ответил отец. – Будет плохо, когда все узнают и станут пытаться тебя переманить к себе, или заставят тебя желать и делать то, чего бы им хотелось, или еще хуже: будут шантажировать тебя друзьями и семьей, – Евгений Викторович отвлекся от дороги и посмотрел на дочь. – Все, что ты захочешь – тут же исполняет вселенная, – громко сказал он. – Страшно представить, сколько желающих найдется воспользоваться твоим даром, – он замотал головой.

– Да, не весело, – Мира представила все в красочных тонах.

– Ладно, не грусти, мы с Пашей что-нибудь придумаем, – обнадежил Евгений Викторович.

Мирослава улыбнулась. Ей нравился энтузиазм отца, но особенно радовало то, что он больше не рассматривает возможность переезда, а пытается найти выход из сложившейся ситуации.

– Пап, сколько всего кланов? – Мира перевела тему.

– Многочисленных и основных пять, – четко ответил отец. – Регентовые – старейший клан, потом есть Фаворские и Регардные, с которыми ты успела познакомиться, так же есть Пойнтовые и самый молодой клан Адептовые. Помимо этих основных, существуют мелкие, так сказать «частные» кланы, но они быстро распадаются или вливаются в основные.

– Зачем им это? – спросила Мирослава.

– Не выдерживают, – загадочно ответил Евгений Викторович.

– Чего не выдерживают?

– Разных обстоятельств, – отец уходил от ответа.

– Пап, а ты из какого клана?

– Я пятнадцать лет, как неклановый.

– Как это?

– Бывает, – в очередной раз увиливал Евгений Викторович. – Мы с Пашей давно выделяемся из всех и считаемся одиночками со стажем.

– Разве такое возможно?

– Конечно, почему нет? – улыбнулся отец. – После совершеннолетия обладатели вправе сами решать: где и с кем им быть, а главное, в каком клане оставаться.

– А до совершеннолетия? – уточнила Мира.

– До этого судьбу новоиспеченного высшего обладателя решают на совете кланов. Поверь мне, каждый глава пытается заманить сильнейших в свой клан всеми правдами и неправдами, – рассказал отец. – Хорошо хоть есть собиратель.

– Причём здесь дядя Паша? – удивилась Мирослава.

– История долгая, – протянул отец. – Если кратко, он способен сопроводить в место, где выбор клана для нового обладателя делает вселенная. Паша наблюдает за процессом и помогает обладателю, если это понадобится.

– Вселенная? Она сама определяет клан?

– Да. Так сложилось, что главы кланов между собой никогда не могут договориться мирным путем, – рассказал Евгений Викторович. – Поэтому приходится вмешиваться самой вселенной. В её интересах действуют обладатели, вот она и решает их судьбу.

– Как же она это делает?

– Увидишь. Очень красиво, – улыбнулся отец. – Вот только заранее бы узнать, куда она тебя распределит, – расстроился он.

– Может туда, куда я захочу, – задумалась Мирослава.

– Возможно, – оживился Евгений Викторович. – Если ты и правда наблюдатель, то тебя послушает вселенная, и ты сможешь выбрать клан сама, – он озарился идеей. – Мира, тебе надо будет выбрать Регентовых.

– Почему?

– Там ты будешь в безопасности. Дмитрий Иванович знает о тебе и постарается уберечь от всех. Он сохранит твою тайну, понимаешь, – Евгений Викторович проникновенно посмотрел на дочь.

– Да, но…

– Никаких но, – запротестовал отец. – Пожалуйста, попросись к Регентовым, – умолял он. – Пообещай мне, что попросишься к ним.

– Я… – Мирослава замялась, не желая расстраивать отца. – Обещаю, – она опустила голову.

– Хорошо, – послышался громкий выдох. – Тем более, я раньше сам был у Регентовых, мне там нравилось, – вспомнил Евгений Викторович.

– Почему же ты ушел?

– Я встретил твою маму.

– Если появляется семья, надо уходить из клана? – удивилась Мира.

– Нет, конечно. Это был мой личный выбор, – засмеялся отец. – Все остальные обладатели остаются в кланах навсегда. Они преподают новым обладателям, состоят в экзаменационной комиссии, постоянно что-то придумывают и разрабатывают, проводят испытания разных идей и теорий. В основном, остаются в кланах те, чьи семьи состоят из двух обладателей равных по силе. Редко кто может позволить себе держать в секрете управление эмоцией. Как ты могла заметить, мама не обладатель, поэтому я вышел из клана, чтобы не потерять её.

– Звучит романтично, но может ты бы её не потерял? – предположила Мирослава.

– Возможно,– отец пожал плечами, – а, возможно, не было бы вас. Особенно такого симпатичного наблюдателя.

– Я не уверена, что я наблюдатель, – расстроилась Мира. – У меня обычный переход в пятое измерение не получился с первого раза, а я ведь просила.

– Ах, об этом, – задумался Евгений Викторович. – Понимаешь, если бы у тебя получилось с первого раза перейти между измерениями, все бы поняли, что ты необычный обладатель эмоции. Я не мог этого допустить, – он внимательно посмотрел на дочь.

Мирослава ожидала продолжения.

– Я схитрил, прости, – удивил её отец.

– Что? Как?

– Я повесил тебе на плечо своеобразный блокиратор.

– Блокиратор? Что это такое?

– Это камень, который блокирует способности любого обладателя, – описал Евгений Викторович. – И я безмерно рад, что он подействовал на наблюдателя, потому что я сомневался в этом.

Мирослава сидела с приоткрытым ртом.

– Мира, обладатели давно знают, что камни способны раскрыть дар управления эмоциями, но также многие знают, что существуют камни-блокираторы, – отец свободной рукой достал из внутреннего кармана куртки какой-то небольшой предмет. – Они нейтрализуют действие любого камня, способны приостановить процесс управления эмоцией и лишают возможности перемещения между измерениями.

– Камни блокируют камни? Для чего?

– Один из случаев был с тобой, чтобы не выдать секрет, – Евгений Викторович протянул содержимое кармана Мирославе. – Я обычно использую блокиратор, чтобы меня не могли отследить все остальные обладатели.

– Так вот почему Антон не почувствовал тебя как обладателя? – Мирослава рассматривала небольшой камень у себя в руке. Чтобы разглядеть лучше она включила подсветку над сидением.

В её ладони лежал маленький черный камешек, к которому была приклеена ткань с изогнутой иголкой, наподобие булавки, но не закрывающейся.

– Черная жемчужина, – деловито сказал Евгений Викторович. – Дорогой и редкий камень, который подарил мне Паша.

Мирослава поочередно изумленно смотрела, то на камень, то на отца.

– Он много знает о камнях, изучает их свойства, виртуозно договаривается с духами камней и находит подобные блокираторы, – Евгений Викторович гордился другом. – Паша мне специально подарил эту жемчужину, чтобы я мог жить на виду у всех обладателей и при этом быть невидимым для всех.

– Здорово!

– Согласен, – замялся отец. – Я повесил тебе его на плечо, когда подошел в актовом зале, а Дмитрий Иванович снял его, после твоей неудавшейся попытки перехода. Он прекрасно знает меня и мой блокиратор. Заметил он или почувствовал, я не знаю, но догадался он быстро.

– Значит, у меня не получился переход из-за черной жемчужины? – воодушевилась Мирослава.

– Именно так.

– Сколько существует таких камней-блокираторов? – поинтересовалась Мира.

– По-моему, Паша говорил о трёх камнях, которые ему удалось определить, только это было давно, он мог найти больше, – анализировал Евгений Викторович. – Лучше никому не рассказывай про блокираторы, – задумался он.

– Хорошо, – согласилась Мирослава.

Евгений Викторович внимательно посмотрел на дочь, оценивая искренность её слов.

– Дмитрий Иванович – интересный человек, и в его клане многому можно научиться, тебе там понравится, – серьезно проговорил он. – Мира, попросись у вселенной к Регентовым. Я тебя очень прошу.

– Ладно, пап, – Мирослава вернула отцу черную жемчужину. – Я же пообещала.

– Пообещала, – задумался отец. – Вот и приехали,– он парковал автомобиль около подъезда.

Мирославе хотелось расспросить отца и о многих других вещах, но он настаивал на отдыхе. За выходные времени поговорить будет достаточно, поэтому можно не торопиться.

Глава 2. Страхи

После ужина и душа Мирославе хотелось сразу лечь спать. Видимо, переживания сегодняшнего дня вылились потоком усталости. Она прокручивала снова и снова все недавние события: возвращение Голубевых, появление нескольких кланов на уроке музыки, переходы по измерениям и разговор с отцом.

Все эти моменты перекрывались воспоминанием об Антоне, вернее, о милых собачках Мирославы, которые грозились не подпустить его к хозяйке. Конечно, приятнее всего было вспоминать виртуозное усмирение одноклассником её эмоции гнева, и с этими приятными мыслями Мира заснула.

Во сне постоянно повторялись силуэты впитанных страхов, которые в виде созвездий окутывали Мирославу, переплетались между собой и формировались в новые силуэты. Чем дольше был сон, тем больше новых созвездий страхов кружилось рядом. Многие оставались неразборчивыми и мутными, но некоторые были хорошо различимы, например змея, проползающая у самых ног Мирославы, или пролетающая мимо пуля выглядели очень даже реалистично.

Мира любовалась созвездиями во сне, поражаясь их красотой и изысканностью. Страхи кружились рядом, пролетали сквозь неё и зависали в воздухе. В целом казалось, что они исполняют танец, настолько грациозно и ритмично они двигались. Их причудливые метаморфозы удивляли и радовали, а общая атмосфера создавала приятное ощущение игривого звездного неба.

Давно не появлявшийся светящийся силуэт был как никогда ярок. Он возник на фоне звёздных страхов без привычной тьмы, предвещающей его появление. Светящийся силуэт не стал приближаться к Мирославе. В этот раз он остался стоять недалеко от неё, оценивая окружающую обстановку.

– Красиво! – басом сказал он, и его слово эхом раздалось в пространстве сна.

Мирослава не ожидала услышать голос светящегося силуэта, поэтому от испуга проснулась. Мира пыталась успокоить себя, но безуспешно. Сердце отплясывало бешеный ритм, по ощущениям, желая вырваться из груди. Силуэт ничего не сделал, он всего лишь сказал одно слово, а столько эмоции страха образовалось, что её сложно было удержать в себе.

Мирослава протянула руку, чтобы поправить одеяло и замерла. В темноте комнаты рука подсвечивалась зеленым оттенком. Мира вытянула обе руки и посмотрела на тело. Насыщенный и в то же время легкий зеленый оттенок наполнял её, усиливаясь в области плеч и груди.

Мирослава включила лампу-ночник и села на диване. Зеленое свечение понемногу спадало, но оставалось хорошо различимо. Не затягивая, Мира встала с дивана и направилась к зеркалу, которое располагалось при выходе из комнаты. В зеркале свечение не отражалось.

– Получается, страх подсвечивается зеленым, – вслух анализировала Мира. – Значит, я вижу эмоции в людях, и каждая эмоция светится своим цветом. Гнев – красный, – она вспомнила свечение, когда злилась на Антона, – а страх – зеленый, – она смотрела на руки.

С этой мыслью свечение полностью пропало. Мирославе удалось успокоиться и восстановить ритм сердца. Получается, обладатели эмоций видят оттенки, поэтому знают, у кого преобладает их эмоция.

«Хотя, Антон так удивился, когда я ему сказала про свечение, может все намного сложнее. Надо у него завтра спросить про эти оттенки», – планировала Мира.

Спокойная и воодушевленная, Мирослава вернулась на диван. Спать не хотелось, поэтому лампа-ночник осталась включенной.

Мысли суматошно крутились около эмоций, обладателей и всего, что с ними связано. Через минут двадцать Мира почувствовала сонливость и решилась выключить свет. Снов в эту ночь она больше не видела, что позволило ей бодро встать утром со звуком будильника. В очередной раз Мирослава радовалась, что по субботам ей в школу надо было идти ко второму уроку, и она могла поспать подольше.

На кухне находилась мама, которая успела приготовить сырники на завтрак и заварить три чашки кофе. С появлением на кухне отца стало намного веселее. Он, не умолкая, говорил, шутил и всем видом показывал, что он выспался и полон сил.

– Может, сегодня после уроков Мирославы в зоопарк сходим? – неожиданно предложил Евгений Викторович.

– Хорошая идея, – поддержала мама. – Посмотрим на зимний зоопарк.

– Это будет стимулом лучше подготовиться к итоговой неделе, – отец внимательно посмотрел на дочь, – а то потом как засядут за контрольные и домашние задания, и не увидят ничего.

– Здорово! – обрадовалась Мирослава.

В школе очередной триместр подходил к концу и через неделю начнутся продолжительные каникулы.

– Решено, зоопарк, – Евгений Викторович подмигнул Мирославе. – Тогда давай завтракай, и поехали в школу.

Мира быстро допила кофе, собралась, и вместе с отцом направилась к машине.

– Пап, а все обладатели видят цвета эмоций? – уточнила она, не дожидаясь встречи с Антоном. Тем более, было неизвестно, вдруг Голубевы опять пропадут.

– Та-а-ак, – протянул отец. – Нет, конечно, – он внимательно посмотрел на дочь. – Не порть мне настроение, только в зоопарк собрались.

– Я не хотела портить, – оправдывалась Мирослава.

– Я пошутил, не переживай, – засмеялся Евгений Викторович. – Ты же высшая, этого следовало ожидать.

Его хорошее настроение передавалось Мирославе, но что-то сомнительным способом.

– Видят эмоции только высшие обладатели. Не зря же у вас глаза меняют цвет, думаю, что это все каким-то образом связано, но каким, никому не известно. Высших обладателей мало. От силы во всех кланах человек пятнадцать найдется, даже, наверное, десять, – задумался отец. – Не на ком опыты ставить.

Мирослава всерьез задумалась об опытах, которые могут ставить над высшими обладателями, чтобы раскрыть все их секреты, и ей стало не по себе от этих фантазий.

– Как же обладатели работают с эмоциями? Как они узнают, у кого переизбыток, а у кого недостаток? – уточнила Мира.

– По мимике и жестам, – ответил Евгений Викторович. – Обладателей учат считывать людей. И многие добиваются совершенства в этом. Когда ты знаешь, как проявляется твоя эмоция, то её легко определить. Да и сама эмоция находит нужного обладателя в диапазоне своего действия. Главное – суметь вовремя её перехватить. Эмоции крайне скоротечны. Многие люди за несколько секунд способны их заглушить или успокоить, так что обладателям важно успеть оказаться в нужное время в нужном месте.

– И все?

– Ты думаешь это так просто? – усмехнулся отец.

– Нет, конечно. Пап, а как обладатели забирают эмоцию?

– Переманивают, – объяснял Евгений Викторович. – Обладатели показывают эмоции свою готовность к ней мимолетным переживанием подобной же эмоции, но в меньшей степени. Чувствуя, что обладатель подготовлен, эмоция переходит к нему.

– Пока ты рассказываешь что-то фантастичное и непонятное, – обижено сказала Мирослава.

– Тебе бы учителя найти, – с пониманием сказал отец, – тогда бы на все твои вопросы нашлись ответы, и ты бы постепенно освоила эмоцию.

– Да, хотелось бы, – согласилась Мира. Самым заветным желанием у неё было встретить учителя, но как это сделать и где его найти, оставалось загадкой.

– Найдешь, не переживай, – подбодрил Евгений Викторович, заезжая на территорию школы. – Давай беги, а после школы поедем в зоопарк.

– Хорошо, пап, пока, – Мирослава улыбнулась, ощущая нескончаемый оптимизм отца.

Она как обычно проводила взглядом выезжающую с парковки машину и направилась в школу. В раздевалке Мира встретила Вадима и Ольгу, которые переобувались и оживленно обсуждали планы на выходные.

– Следующая неделя будет сложной, поэтому надо хорошенько отдохнуть в эти выходные, – сказал Вадим.

– Ты уверен, что не надо усиленно готовиться, а надо отдыхать?

– Конечно, уверен, – засмеялся Вадим.

– Правильно, правильно, – Мирослава поддержала друга. – Первым делом отдых, потом учеба, – улыбнулась она.

– Странный подход, – послышался рядом с Мирославой голос Алины. – Учеба важнее, – строго сказала она.

– Каждому своё, – ответил Вадим. – Вам с братцем учеба важнее, а нам отдых, – он подмигнул Мирославе.

– Ты, кстати, где брата потеряла? – поинтересовалась Ольга.

– Скоро будет, – Алина сердито посмотрела в сторону Мирославы.

Между всеми присутствующими нависла неловкая пауза. Мира еле сдерживалась, чтобы не засмеяться от такого пристального и серьезного взгляда Алины, но вспоминая шрамы на руке Антона, провоцировать эмоцию ярости, особенно в школе, ей не захотелось.

В раздевалке появилось несколько ребят из класса, и обстановка разрядилась. Вадим, Мира и Ольга направились на урок, а Алина осталась дожидаться брата. Странность Голубевых иногда превосходила все ожидания, но они хотя бы еще раз не пропали. Мирославу расстраивала мысль, что за выходные всё может измениться. Она боялась вновь остаться единственной обладательницей в классе. Но если бы Мира смогла признаться себе честно, то поняла, что она боялась потерять связь с Голубевыми и больше никогда их не увидеть.

Субботнее утро впервые начиналось с надежды, что в школе Мирослава увидит ярко-голубые глаза, которые не окажутся призрачным силуэтом, а будут живыми и реальными. Все-таки три недели ожидания сформировали переживания и страхи в Мире, пробуждая в ней волнение и трепет, которые проявились оранжевыми и зелеными оттенками. Цвета эмоций тускло подсвечивали её руки и тело и постепенно пропадали.

Пока Мира шла с друзьями в класс, замечала в коридоре со всех сторон разные и легкие свечения. Неожиданно ребята услышали крики в холле. Не сговариваясь, они побежали на звуки, чтобы посмотреть, что происходит.

Двое ребят из параллельного класса вцепились друг в друга и дрались на глазах у всех. Мирослава, как и многие другие, наблюдала за боем. Помимо ударов она замечала яркое красно-алое свечение, исходящее от этой парочки. Они были окутаны с ног до головы облаком насыщенного цвета, постепенно увеличивая и растягивая его границы. Ребята в гневе наносили друг другу удар за ударом, даже с долей ярости, которая проявлялась на их лицах. Мира по одной этой драке поняла, о чем ей недавно рассказал отец. Здесь не надо учить весь спектр мимики и жестов людей, итак видно, что ребята в гневе.

– Успокоились оба! – выкрикнул из толпы знакомый голос.

Мирослава посмотрела в направлении, откуда донеслась команда. Антон протиснулся между дерущимися ребятами и молниеносно разнял их. Одному из ребят сзади сцепила руки Алина, причем настолько сильной хваткой, что тот не мог вырваться. Антон упирался второму в плечи и отталкивал его от себя и от второго драчуна.

– Вы что устроили? – Антон пытался вразумить обоих.

– Он первый начал! – кричал один.

– Он начал! – возмущался другой.

Мирослава внимательно следила, как спадает красно-алый оттенок с ребят и перетекает по воздуху к Антону и Алине. Подобный переход завораживал. Чем больше Антон и Алина впитывали в себя оттенок, тем спокойнее становились ребята.

– Вы к директору захотели? – Антон в очередной раз оттолкнул назад одного из драчунов.

Ребята тяжело дышали, но не нападали друг на друга. Они успокоились окончательно, когда оттенок эмоции полностью скрылся в Голубевых. Алина ослабила хватку и отпустила своего задержанного.

– Всё? Успокоились? – уточнил Антон, поочередно оценивая состояние обоих ребят.

– Да, всё. Успокоились.

– Тогда расходимся, – предложил Антон. – В следующий раз к директору отведу, – пригрозил он напоследок.

– Ладно, – согласились ребята.

Прозвенел звонок. Все ребята поспешили на уроки, по пути обсуждая драку в холле.

Зайдя в класс, Мира стала искать взглядом Антона. Учебники и тетради были подготовлены к уроку, но на месте его не оказалось. Он стоял в конце кабинета и что-то обсуждал с Алиной. По их виду можно было понять, что они спорят между собой, но в целом – вели себя спокойно.

Мирослава достала все необходимое из портфеля и села на место. Она всерьез задумалась, как же ей научиться управлять эмоцией так же виртуозно, как это делают Голубевы. Ведь они умудрились утихомирить две самые сильные эмоции, впитав их в себя.

«Что же они будут делать с ними дальше?» – задумалась Мирослава.

– Привет, – Антон оказался около парты ровно с приходом учительницы.

– Привет, – Мира встала для стандартного приветствия.

После возвращения за парту ребята продолжили разговор шепотом.

– Понравилось шоу? – поинтересовался одноклассник.

– Очень, – Мирослава восхищенно посмотрела на соседа. – Что дальше?

– В смысле? Что дальше?

– Что вы дальше делаете с эмоцией? – совсем тихо спросила Мира.

– Ничего, – весело и также тихо ответил Антон.

Мирослава немного обиделась на ответ и отвернулась от несговорчивого соседа.

– Придешь на соревнования завтра? – поинтересовался одноклассник.

– Какие соревнования? – уточнила Мирослава, припоминая, что Матвей в этом году больше нигде не участвует.

– У меня завтра соревнования по дзюдо, придешь посмотреть?

– Странная у тебя форма приглашения, – засмущалась Мира.

– Дай твой телефон, пожалуйста, – попросил Антон, протягивая руку в сторону Мирославы.

– Зачем?

– Сохраню тебе мой номер, – улыбнулся одноклассник.

Мирослава засмущалась. Она даже не думала о том, что они еще не обменялись номерами телефонов. Да и с момента прихода Голубевых никто из одноклассников так и не добавил ребят в общие группы и чаты класса. Мира нерешительно протянула сотовый телефон и вложила его в руку одноклассника. Сосед с нескрываемым удовольствием стал вбивать номер телефона. После нескольких простых манипуляций завибрировал его телефон на парте.

Антон вернул Мирославе её сотовый и взял в руки свой телефон.

– Вот, скинул тебе адрес и время, – через минуту сказал он. – Приходи, если захочешь.

В руке у Миры завибрировал телефон. Она посмотрела на дисплей. Уведомления о входящих сообщениях от Антона красовались в половину экрана.

– Хорошо. Я постараюсь, – пообещала она.

– И родных возьми, им будет интересно посмотреть, – дополнил одноклассник.

Мирослава улыбнулась, вспоминая, как родители и Матвей хотели посмотреть на бои Антона, и предвкушала их реакцию от полученного приглашения на завтра. Мира открыла перечень входящих сообщений и стала изучать. Отдельное сообщение с адресом и временем начала соревнований без каких-либо ссылок на сайт мероприятия и прочей атрибутики. Дополнительное сообщение с описанием маршрута проезда к спортивному комплексу. Завершающее сообщение содержало всего одно слово: ЖДУ.

Мира усмехнулась, оценивая общую немногословность и скромность Антона. Она повернулась в его сторону и прошептала.

– Обязательно буду.

Антон что-то рисовал в блокноте, но от услышанного обещания перевел взгляд на соседку и искренне ей улыбнулся. Мирослава заметила желтое свечение, образовавшееся около одноклассника. Судя по всему, он был рад, и сейчас эмоция наполняла, а может даже переполняла его.

Мира с любопытством разглядывала подсвечивающегося соседа, пока ей не задала вопрос учительница. Она ответила, потом решила небольшое письменное задание у доски и с заслуженной оценкой вернулась на место. До конца урока ребята больше не общались, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания учительницы.

Глава 3. Физкультура

С окончанием урока весь класс поспешил на физкультуру. Сегодня Голубевы не подходили к классной руководительнице, а значит, они не планировали отпрашиваться и уходить с уроков. По крайней мере, Мирослава в это искренне верила.

Прогуливаясь по коридору, Мира стала более осознанно воспринимать цветные свечения. Она старалась определить эмоцию по её цвету. Проще всего было с теми, которые она успела узнать или о которых догадывалась, а вот новые или специфичные перемешанные свечения ей давались с трудом.

В раздевалке все шумно и весело переодевались в спортивные костюмы и шли в зал на построение. Из всего класса выделялись Голубевы. В своих темно-синих фирменных костюмах, подчеркивающих их спортивные фигуры, они привлекали всеобщее внимание. Учитель также с любопытством оценивал новых учеников, про которых слышал, но еще не видел на своих занятиях.

Мирослава больше интересовалась не Голубевыми, а другим классом, который занимался вместе с ними в зале. Точнее сказать, она пристально всматривалась в Вячеслава, с которым хотела поговорить. Старшеклассник посматривал в сторону Миры, но особого интереса к ней и к её классу не проявлял.

Урок начинался с пробежки по залу, в которой участвовали оба класса. Мирослава старалась догнать или хотя бы поближе подбежать к Вячеславу, но он всегда умудрялся скрыться от неё. За все пять кругов, Мире так и не удалось приблизиться к нему. В итоге пробежка закончилась комплексом упражнений для разогрева мышц, после чего учитель организовал прыжки в высоту с разбега. Высота изначально была установлена приемлемая, и у всего класса с легкостью получилось её преодолеть. Чем выше устанавливалась планка, тем меньше учеников справлялось с прыжком.

Всем на удивление Антон и Алина с легкостью брали новые высоты, чем вызывали очередное восхищение одноклассников. Постепенно те, кто ограничивался определенным уровнем высоты, занимали место на скамейке и ждали разрешения поиграть в какую-нибудь командную игру. Мирослава, после того как не справилась с очередной высотой, направилась в сторону другого класса. Старшеклассники по одному занимались на перекладине, выполняя какие-то акробатические упражнения под присмотром тренера, а остальные ждали очереди, стоя или сидя рядом.

Вячеслав заметил нацеленность Мирославы и на этот раз скрываться от неё не стал, а направился навстречу.

– Привет, – иронично поздоровался он.

– Привет, – строго сказала Мира. – Можно узнать, зачем ты меня сдал?

– У тебя неправильный взгляд на мои действия, и нехороший тон, – ответил старшеклассник.

– Интересно, чего ты ожидал? – злилась Мира. – Привел на мой первый урок два клана и хочешь, чтобы я ласково с тобой разговаривала?

– Как минимум уважительнее, – сердился Вячеслав. – Я всего лишь рассказал главе своего клана о новой обладательнице в нашей школе. Это что, противозаконно?

– Меня бы предупредил, – расстроилась Мира. – Знаешь, как неприятно и волнительно было перед такой толпой народа между измерениями переходить?

– Догадываюсь, но ты же справилась. В чем проблема?

– Не знаю, – поникла Мирослава. – Ладно. Забыли, – она прекрасно понимала, что Вячеслав поступил так, как его научили в клане, поэтому злиться на него было бессмысленно.

– Пристает? – послышался со спины Мирославы голос Антона.

– Кто к кому, – улыбнулся Вячеслав. – Привет, Антон, – он протянул руку.

– Привет, Слав, – Антон поздоровался крепким рукопожатием. – Давно не виделись.

– Очень. У меня даже успела нога пройти, – засмеялся Вячеслав. – Как сам? Все в третьем измерении гуляешь?

– А ты никак до высших не допрыгнешь, – с сарказмом ответил Антон.

– Ты как всегда, хочешь подпитки от своих же, – Вячеслав покачал головой. – Тебе не надоело?

– По-разному.

Они стояли, вглядываясь друг в друга и не обращая никакого внимания на Мирославу.

– Я был удивлен, когда тебя вчера увидел, – признался старшеклассник. – Надолго перевели?

– Неизвестно. Как скажут, – послышался ответ.

– Вечно у вас в клане все подневольно и скрытно, – старшеклассник закатил глаза. – Ушел бы к нам, давно ведь зовут.

– Не болтай, – недоверчиво покосился на него Антон. – Никто меня никуда не зовет, и из клана я не уйду.

– Ой, все с вами понятно, высшие. Вечно вы цепляетесь, не пойми за что, – Вячеслав перебрал руками по воздуху, словно карабкаясь по лестнице.

– Поосторожнее, Слав, – грозно сказал Антон.

– Проходили, знаем, – хмыкнул старшеклассник.

– Замечательно, до встречи, – Антон развернулся и пошел в противоположный конец зала.

– Ага, пока, – Вячеслав направился к своему классу.

Мирослава озадаченно стояла на месте. Отвлек её от раздумий общий крик одноклассников ровно в тот момент, когда учитель разрешил поиграть в игру, напоминающую обычную перестрелку волейбольными мячами. Суть игры заключалась в том, чтобы быстрее соперников попасть по перемещающимся по залу игрокам другой команды.

Волейбольные мячи летали по всему залу, стараясь выбить очередную жертву. Все уклонялись, как могли, чтобы только их не задел мячик. Грациознее всех удавалось увернуться Алине. Она пластично и быстро перемещалась по залу, умудряясь при этом не коснуться мяча, который в неё кидали почти в упор. Мирослава восхищалась одноклассницей и подмечала, как уроки фехтования прекрасно тренируют координацию движений и маневренность.

Алина осталась единственной участницей, которую не выбили соперники. Она принесла победу своей команде, чем заслужила громкие аплодисменты и кучу комплиментов в свой адрес.

Урок физкультуры закончился бодро и весело. Весь класс направился переодеваться. У выхода из зала рядом с Мирославой оказался Вячеслав. Он подозвал её, следя, чтобы Голубевы успели скрыться из вида и в этот раз не вмешались в разговор.

– Мира, ты как с Голубевыми связана? – первым делом спросил старшеклассник.

– Как понять «связана»? – Мирослава удивилась неожиданному вопросу.

– Ты с ними заодно? В их клан вошла? Все их убеждения разделяешь?

– Я еще ничего ни о каких кланах не знаю. Меня должны распределить. Ты же слышал вчера.

– То, что я слышал вчера – это не показатель. Тебя давно могли включить в клан, особенно Регентовые, – старшеклассник замотал головой.

– Я еще ни к какому клану не отношусь и толком о них ничего не знаю, – Мирослава старалась говорить как можно убедительнее.

– Хорошо, – улыбнулся Вячеслав. – Ты с выбором не торопись. Если честно, Голубевы – та еще семейка, – предупредил он.

– Что с ними не так?

– Все с ними не так. Свои убеждения, нежелание слушать других, и это их мнимое показное превосходство, – злобно перечислил старшеклассник. – Короче, я предупредил, а ты сама думай. До встречи, – Вячеслав направился на выход.

– Хорошо. Пока, – Мира пошла переодеваться. На выходе из зала она встретилась взглядом с парой ярко-голубых глаз. Антон успел переодеться и просто стоял и ждал, когда из зала выйдет Мирослава.

Смущенно опустив голову, Мира поторопилась скрыться за дверью в женскую раздевалку. Она по одному взгляду поняла, что Антон злится на неё и обязательно дождется.

«Да, что не так со всеми? – задумалась Мирослава. – Почему одни наговаривают на других, а ещё постоянно спорят и соперничают? Что им спокойно не живется?» – злилась она.

Ольга переоделась раньше и направилась на следующий урок, пообещав захватить с собой Вадима, чтобы хотя бы они не опоздали.

Мира переоделась, собрала вещи и поспешила на выход, опередив нескольких одноклассниц. Антон действительно дожидался её. Он стоял, скрестив руки на груди, важно и надменно оценивая всех проходящих мимо.

– Явилась, – он грозно встретил одноклассницу.

– Меня не надо дожидаться, зачем излишнее внимание? – протестовала Мирослава.

– Тебя оставишь одну и сразу клановые набегают, – Антон направился на следующий урок.

– Сам-то тоже клановый, – выпалила Мира.

– Мне можно. Я знаю с кем и когда общаюсь, а ты ведешь себя безрассудно.

– Да что опять не так?

– Тебе не дано читать мысли, а я знаю, кто и о чем думает, – резко высказался одноклассник. – Поверь на слово, тебе стоит поменьше с другими клановыми общаться, – скривился он.

Мирослава не хотела ругаться, но чувствовала, как злость и гнев растут в ней и начинают проявляться легким свечением. Если она потеряет контроль над эмоциями, то повторится вчерашняя ситуация, чего ей не хотелось.

Оказывается, контроль над эмоциями, особенно над своими, требует много сил и концентрации внимания. Она, опустив голову, шла по коридору рядом с соседом по парте и старалась ни на кого не смотреть.

Антон пару раз попытался завести с ней разговор, но Мирослава его не слушала. Она настолько увлеклась своими переживаниями и эмоциями, что не замечала ничего происходящего вокруг. Она шла на автопилоте, погруженная в мысли.

– Мира, стой, – Антон резко преградил ей путь. – Посмотри на меня, – попросил он.

Мирослава подняла голову.

– Этого еще не хватало, – переживал одноклассник. – Быстро вспоминай лучшие моменты жизни, – советовал он, озираясь по сторонам.

Мирослава еще находилась в каком-то замешательстве и никак не могла сосредоточиться.

– Ты чего, Мира? Мало позитива в жизни что ли? – беспокоился Антон. – Собачек вспомни.

Мирослава закрыла глаза, вспоминая вчерашних собачек. Постепенно осознание реальности стало возвращаться. Она отчетливо слышала гул учеников в школе, спешащих на уроки, переживания Антона, постоянно высматривающего кого-то в толпе, и свой учащенный сердечный ритм, словно его удерживали и сейчас пустили в пляс.

– Хорошо, молодец, – оценил её вид Антон. – Пошли быстрее, тебе надо сесть, – он подхватил одноклассницу за локоть и потянул за собой.

Антон проводил её до парты, внимательно посмотрел на Алину, кивнул в сторону Мирославы, а сам вышел в коридор.

Оказавшись сидя за партой, Мира почувствовала себя лучше. Она достала из портфеля бутылку с водой и сделала пару глотков.

– Вода не поможет, – появилась рядом с ней Алина. – Вот, угощайся, – она протянула ладонь с кучей небольших карамелек в ней.

Мирослава взяла одну и быстро засунула в рот. Конфетка оказалась с приятным яблочным вкусом, одним из её любимых. Алина была права, действительно, от конфетки стало намного лучше.

– Что случилось? – Мира спросила Алину, которая не отходила от неё.

– Судя по твоему виду, на тебя напали, – описала одноклассница. – Атаковали самым простым, но всё-таки запрещенным приемом, – заверила она. – Тебя эмоционально опустошили, и Антон пытается выяснить, кто посмел это сделать.

Послышался звонок на урок. Антон вернулся в класс с недовольным видом и резко сел на место.

– Он не нашел виновника, – Алина положила Мирославе на парту еще несколько карамелек и направилась к последнему ряду.

Мира внимательно смотрела на Антона, который старался отдышаться и успокоиться.

– Как ты понял, что на меня напали? – тихо спросила она.

– При таком нападении цвет лица меняется на неестественно бледный, – поделился сосед. – Ты была похожа на мумию, даже, я бы сказал, на гипсовую статую, – он замотал головой.

Мирослава представила себя в описанном образе и ужаснулась.

Антон достал из кармана сотовый телефон и стал быстро и внимательно набирать сообщение. Мирослава догадывалась, что он пишет о случившемся Дмитрию Ивановичу, поэтому даже не стала ничего у него уточнять.

– Неужели у тебя настолько мало хороших воспоминаний? – возмущался одноклассник. – Не было ярких позитивных моментов в жизни?

– Были, конечно, но я вспомнить не могла, – призналась Мира. – Сосредоточиться не получалось.

– Кто же такой специалист попался? – Антон повернулся к соседке. – Сильный обладатель воздействовал, раз ты не могла собраться с мыслями.

– Я бы от любого воздействия не собралась, – расстроилась Мирослава.

– Нет, – отрицал Антон. – Ты высшая, да еще и наблюдатель, ты бы мелкие нападки в свою сторону даже не заметила, ты их и не замечаешь, хотя они постоянны и многочисленны.

– Что? На меня постоянно нападают?

– На всех нападают, – успокоил одноклассник. – Люди постоянно делятся между собой эмоциями, но ты не замечаешь их легкие степени. Допустим, улыбка – это та же радость, только в мини формате, а гримаса или злобная рожица – та же злость в миниатюре. Все эти разновидности эмоций никто не замечает, но они есть, – объяснил Антон.

В кабинете появилась Наталья Михайловна и начала урок математики. К доске поочередно стали вызывать каждого ученика для решения двух задач. Складывалось ощущение, что учителя старались провести усиленное занятие перед следующей итоговой неделей.

Мирославу радовало только то, что по расписанию на сегодня оставалось всего два урока, после которых с похода в зоопарк начнутся выходные. Главное, чаще вспоминать позитивные моменты из жизни.

Глава 4. Зоопарк

Со звонком весь класс облегченно выдохнул. Наталья Михайловна успела вызвать к доске всех, и каждому поставила заслуженную оценку, подпортив некоторым ученикам успеваемость.

– Выглядишь вполне нормально, – Алина оценила состояние Мирославы, когда проходила мимо неё.

– Конфетки помогли, спасибо, – поблагодарила Мира.

– Не за что, – фыркнула Алина и поспешила выйти из класса.

– Почему она всегда такая строгая? – Мирослава спросила у Антона, пока сосед собирал вещи.

– Нас с детства учили никому не доверять, – ответил сосед. – Почему ты должна быть исключением?

– Ты мне не доверяешь? – удивилась Мира.

– Я про себя не говорил, – процедил Антон и пристально посмотрел на соседку неодобрительным взглядом, явно недовольный тем, как его слова восприняла Мирослава.

Вадим и Ольга весело прошли мимо Миры, поторапливая подругу. Мирослава присоединилась к ним, стараясь хоть немного побыть без разговоров про эмоции и обладателей.

– Мира, какие планы на выходные? – поинтересовался Вадим по пути на следующий урок.

– Сегодня в зоопарк поедем, – поделилась Мирослава.

– Здорово. Я бы тоже сходил, – восхищался Вадим.

– Да там все звери спят, нечего там делать зимой, – возразила Ольга.

Непонятно почему и каким образом, но Мирослава почувствовала зависть и злость, исходящие от подруги детства.

Оставшиеся уроки прошли в нормальном режиме и без постоянных вызовов к доске. Мирослава старалась не спрашивать ни о чем Антона, а он озадачено что-то обдумывал, не отвлекаясь от зарисовок и записей в блокноте.

Оказавшись в раздевалке, Вадим пожелал Мирославе хороших выходных и удачного похода в зоопарк. Вместе с Ольгой они торопились, так как Вадима ждала мама, отвезти на занятие в театральную студию, и заодно подвезти Ольгу домой.

– Вы в зоопарк? – уточнил Антон, услышав пожелание Вадима.

– Да, сейчас поедем, – засмущалась Мира.

– Отец предложил? – заинтересованно сверкнули два ярко-голубых огонька.

– Да.

– Хм, понятно… – задумался Антон. – Хороших выходных, – пожелал он и вместе с Алиной направился на выход.

Мирослава вышла через минуту после Голубевых, заметила машину отца и поспешила к ней. Семья была в сборе и все с нетерпением ждали Мирославу.

– Наконец-то, – Матвей обрадовался появлению сестры.

– Вовремя, – улыбнулась мама.

– Поехали, – развеселился Евгений Викторович.

Машина плавно выезжала с парковки, стараясь аккуратно объезжать зазевавшихся учеников, идущих посередине дороги. При выезде за ворота школы Мира заметила знакомый черный автомобиль, рядом с которым стоял Антон.

Одноклассник пристально следил за проезжающим мимо него автомобилем с легкой улыбкой на лице. Оценив ухмылку одноклассника, Мирослава вспомнила о его приглашении.

– Ой, Антон нас всех пригласил на соревнования, – она быстро выдала фразу, боясь что-то забыть или упустить суть.

– Круто! – обрадовался Матвей.

– Обязательно надо съездить, – согласилась мама.

– Он адрес скинул? – поинтересовался отец.

– Да, скинул, завтра в десять начало, – улыбнулась Мирослава.

Из кармана донесся звук входящего сообщения. Мира достала сотовый телефон и посмотрела на дисплей. Уведомление отражало входящее сообщение от Антона.

«Согласились?» – только и спросил одноклассник.

«Да. Мы обязательно приедем», – Мира удивлялась, как, даже не читая её мысли, Антон способен понять и предугадать её дальнейшие действия и поступки. Она решила, что одноклассник сильно преуспел в считывании людей по жестам и мимике.

«Рад», – поступило очередное сообщение.

Мирослава улыбнулась, представляя, какое должно быть довольное выражение лица у её соседа по парте.

Всю дорогу до зоопарка, семья весело обсуждала завтрашние соревнования. Родители предвкушали зрелище, Матвей планировал увидеть что-то сверхъестественное, а Мирослава скромно радовалась. Ей было приятно, что Антон сам пригласил на соревнование её семью, и ей не пришлось выпытывать у него информацию.

За раздумьями Мира не заметила, как они подъехали к зоопарку, и Евгений Викторович припарковал автомобиль на свободном месте ближе к входу. Матвей достал сотовый телефон и настраивал камеру, чтобы все фотографировать, а потом хвастаться друзьям.

Очереди в кассу не было. Отец купил билеты, и они все вместе направились внутрь. Их семья была здесь не первый раз, поэтому прекрасно знали, что и где находится.

Зоопарк занимал приличную территорию, хорошо облагороженную и продуманную для посетителей. Все вольеры с животными разделялись на несколько зон. Самой интересной Мира считала зону хищников, а из всех вольеров животных, по её мнению, у белой медведицы он самый запоминающийся. Он оборудован смотровыми площадками, с которых удобно наблюдать, как медведица ест, играет, спит и даже плавает, так как бассейн в вольере располагался за стеклом и хорошо просматривался.

Маршрут осмотра начинался с более спокойных животных: олени, кролики, косули. Дальше следовали зубры и бизоны. Вольеры птиц привлекали внимание натянутой наверху прочной сеткой, чтобы те не улетели.

Зимний зоопарк отличался от летнего тем, что большинство животных находилось в крытых отапливаемых вольерах, вместо уличных. На удовольствие от посещения и просмотра это никак не сказывалось, даже наоборот, белоснежный пейзаж с сугробами, снеговиками и ледяным городком придавал сказочности и загадочности всему зоопарку.

– Так, Мира, составишь мне компанию сходить за горячими напитками? – поинтересовался отец.

– Конечно!

– Мне кофе с молоком, – заказала мама. – Мы вас вон там подождем, – она указала на небольшое здание с крытыми вольерами для приматов.

– Мне черный чай с сахаром, – сказал Матвей.

Евгений Викторович кивнул и пошел по направлению к ближайшему кафе. Мирослава направилась за ним. Отец остановился в нескольких метрах от кафе и посмотрел на часы.

– Подождем, – проговорил он. – Как дела в школе?

– Нормально, не без приключений, – Мирослава задумалась, решая, рассказать отцу про нападение или лучше не стоит. – Пап, мы за напитками пойдем? – в итоге спросила она.

– Попозже, – отец еще раз посмотрел на часы. – У нас с тобой одно дело есть.

– Женя, здравствуй, – раздался рядом громкий и радостный баритон.

– Михаил Леонидович, – обрадовался Евгений Викторович. – Как я рад вас видеть в добром здравии, учитель, – он обнял подошедшего мужчину.

Высокий седоволосый мужчина почтенных лет со светло-серыми почти бесцветными глазами лучезарно и искренне улыбался своему ученику.

– И я тебе рад. Был приятно удивлен твоему звонку и одновременно озадачен, – он с любопытством посмотрел на Мирославу.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась Мира.

– Здравствуй, Мирослава, – улыбнулся ей Михаил Леонидович. – Да, не ожидал увидеть молодого наблюдателя, спасибо за такую радость, – он поклонился.

Мира смущенно стояла, не зная, как правильно себя вести.

– Михаил Леонидович, я хотел вас попросить проводить её, – Евгений Викторович обратился к учителю.

– Я так и понял, Жень. Как только ты мне позвонил, я обо всем догадался, – закивал Михаил Леонидович. – Что ты хочешь узнать?

– Её выбор, – уверенно сказал Евгений Викторович.

– Выбор, – задумался учитель. – Сомневаюсь, что он откроется.

– Хотя бы попытаться узнать, мне большего не надо.

– Хорошо. Давай попробуем, – улыбнулся Михаил Леонидович. – Мирослава, прогуляешься со мной?

– Да, – настороженно согласилась Мира.

Вместе с Михаилом Леонидовичем она направилась к вольерам с хищниками. Мирослава обратила внимание, что люди вокруг не двигались.

– Мы в другом измерении? – испугалась она.

– С самого начала разговора, – кивнул Михаил Леонидович. – Ты только заметила?

– Да, только что поняла.

– Скоро ты научишься чувствовать и видеть разницу между измерениями, и тебе станет проще.

Они прошли мимо вольера с волками. Мирослава удивилась, заметив, что животные свободно перемещались по вольеру.

– Они двигаются, – восхитилась она. – Животные. Они не застыли.

– Да, Мирослава, – засмеялся Михаил Леонидович. – Животные реагируют на смену измерений, но в большинстве случаев они не замечают между ними разницы, поэтому живут и двигаются везде, как и обладатели.

– Почему? – озадачилась Мира.

– Они интуитивно и эмоционально не привязаны к одному измерению. Они живут в единственном облике одновременно везде, поэтому могут перемещаться.

В следующем вольере медведь подошел ближе к решетке ограждения и стал реветь и махать лапой проходящим мимо Михаилу Леонидовичу и Мирославе.

– Привет, теска, – учитель отца помахал в ответ. – Давно не виделись.

Медведь ответил ему кивком и продолжительным ревом.

– Нет, Миш, это не моя внучка. Это дочка моего ученика, зовут Мирослава. Ты почему не спишь? Все твои давно в спячке.

Медведь что-то недовольно прорычал, потом наклонил голову, оценивая Мирославу, махнул ей лапой и тихо что-то проревел.

– Он поздоровался с тобой Мира, – разъяснил Михаил Леонидович.

– Здравствуй, – Мирослава помахала медведю рукой.

Медведь стал наперебой что-то реветь и кряхтеть.

– Ты сейчас начнешь, Миш. Она тебя не понимает, а я это уже слышал.

– Вы понимаете животных? – осмелилась спросить Мира.

– Да. Это мой дар, помимо обладания эмоцией я понимаю язык животных и птиц, – улыбнулся Михаил Леонидович. – Мой камень наградил меня такой особенностью.

– Здорово! – восхищалась Мира.

– Думаю, ты можешь попробовать их услышать, – Михаил Леонидович загадочно посмотрел на неё. – Возьми в руку камень, – он достал из кармана небольшой мешочек и протянул Мирославе.

– Как же? Нельзя брать в руки чужие камни, – Мира отстранилась.

– Если хозяин разрешает, то можно, – учитель отца настойчиво протягивал мешочек.

Мира из любопытства взяла мешочек в руки и достала содержимое. Совершенно обычный бесформенный камень серовато-зеленоватого оттенка красовался у неё в руке.

– Раньше обладатели не вынимали части из камней и не придавали им формы идеальных шаров или пирамид, чтобы сделать украшения, – стал рассказывать Михаил Леонидович. – До недавнего времени считалось, что камень имеет силу, только когда его сохраняют в первоначальном виде. В том, в котором его получил в подарок обладатель и в котором он раскрылся в нем, одаривая умением обладать эмоцией. Всего десять лет назад стали вынимать частицы и делать украшения, но я убежден, что обладатели заблуждаются и зря это делают.

Мирослава вспомнила разговор с Гагатом и его просьбу не делить его, потом вспомнила, как он раскрылся в виде вселенной в нулевом измерении, и подумала, что если бы она вынула из него частицу, то всего этого могло и не быть.

– Меня дух камня просил его не делить, – вспомнилось Мирославе.

– И ты правильно сделала, что его послушала, – похвалил её Михаил Леонидович. – Зажми камень в руке и попробуй приманить его духа. Если он тебе разрешит, то ты сможешь пообщаться с животными.

Мирослава зажала в руке камень. Сердце взволнованно забилось, а дыхание участилось. Безусловно, ей хотелось научиться понимать животных и птиц, но позвать к себе духа камня и поговорить с ним ей казалось чем-то нереальным. Мира сжимала камень и ждала. Она пристально смотрела на стоящего перед ней учителя отца и боялась пошевелиться.

Михаил Леонидович лучезарно ей улыбался. Через минуту он опустил голову и стал расслаиваться. Еще через минуту перед Мирославой стояло двое одинаковых мужчин.

– Здравствуй, Мирослава, – все тем же баритоном поздоровался один из них.

– Здравствуйте, – озадаченно ответила Мира.

– Бериллик, примешь ли ты себе новую хозяйку? – обратился к нему реальный Михаил Леонидович.

– Да, хозяин, я готов, – дух камня поклонился Михаилу Леонидовичу.

– Что? – удивилась Мирослава.

– Тогда, помогай ей, как и мне помогал всегда, а чтобы она меня помнила, сохрани, пожалуйста, мой облик в своем духе, – попросил учитель отца.

– Как скажете, хозяин, – поклонился ему дух камня.

– Мирослава, редкие обладатели способны одновременно владеть несколькими раскрытыми камнями. Обычно ограничиваются двумя камнями похожими между собой, которые дополняют или усиливают лишь одну эмоцию. Но наблюдатель может объединять несколько камней и управлять не одной эмоцией. Ты даже не представляешь, какой силой наделила тебя вселенная, сделав своим наблюдателем, – Михаил Леонидович внимательно и уважительно смотрел на растерянную девушку, стоящую рядом с ним. Его глаза были наполнены счастьем, а улыбка излучала радость. – Мирослава, я дарю тебе камень хризоберилл, полученный мною в подарок от моего деда и раскрывший во мне дар понимания языка животных и птиц. Береги его, храни его, уважай его и камень будет служить тебе также верно, как служил мне.

Дух камня в очередной раз поклонился Михаилу Леонидовичу и обратился к Мирославе.

– Рад служить тебе, хозяйка, – он поклонился ей.

– Я, я не знаю… – от удивления и волнения Мирослава стала заикаться.

– Не надо ничего отвечать, Мира, – подсказал ей Михаил Леонидович. – Достаточно поклониться или кивнуть.

Мирослава поспешила поклониться духу камня, всё еще не до конца веря в происходящее. Она пришла на прогулку в зоопарк, а получила в дар камень. Дух камня испарился, сформировавшись в легкое серовато-зеленоватое облако, которое плавно окутало Мирославу. Как только Мира впитала в себя облако, она одновременно услышала несколько разных голосов.

– Поздравляю, Мирослава, – донеслось из ближайшего вольера.

Мира удивленно посмотрела в сторону. Медведь сидел около решетки и почтительно кланялся ей.

– Поздравляем, Мира, – послышалось из соседнего с медведем вольера от лисиц.

– Поздравляем, – было слышно, как выкрикивали, даже завывали волки.

– Спасибо, Михаил Леонидович, – поблагодарила Мира. – Так неожиданно, я не готова…

– Если так произошло, значит, ты готова. Теперь пойдем дальше, надо выполнить просьбу твоего отца, – Михаил Леонидович уверенным шагом направился к вольеру белой медведицы.

Мирослава направилась за ним, стараясь не отставать.

– Совсем ведь юная еще, – переживала тигрица, прохаживаясь вдоль стены вольера и осматривая проходящую мимо девушку.

– Справится, – ответил тигр.

С каждым пройденным вольером, Мирослава всё больше удивлялась окружающим её голосам. Животные поздравляли её, переживали за неё и радовались вместе с ней.

Глава 5. Бэл

Мирослава и Михаил Леонидович остановились около вольера белой медведицы. Прочное стекло ограждало их от одного из самых свирепых хищников в мире.

– Здравствуйте, – донеслось из вольера от медведицы, которая сидела на искусственной льдине и вглядывалась в гостей.

– Здравствуй, Бэл, – поздоровался Михаил Леонидович. – Помоги нам, пожалуйста, узнать ответ на один вопрос, – попросил он.

– Если смогу, то с удовольствием, – медведица внимательно посмотрела на Мирославу через стекло. – Какой вопрос?

– Её выбор, Бэл. Какой будет выбор? – громко спросил Михаил Леонидович.

Вместо ответа Медведица нырнула с льдины в бассейн и подплыла под водой ближе к гостям. Она коснулась лапой стекла и кивнула Мире.

– Следуй всегда за Бэл, – Михаил Леонидович дал четкие указания и с силой толкнул Мирославу в сторону стекла.

Мира оказалась окруженной водой, которая потоком несла её вслед за белой медведицей. Через несколько секунд она стояла на льдине, рядом с Бэл между таких же льдин и бескрайнего водного простора. Над головой сияло звездное небо, а на горизонте виднелось северное сияние.

– Мы на месте, – сказала медведица.

– Где мы, Бэл?

– Мы у меня дома, хоть и в пределах зоопарка, – объяснила Бэл. – Не удивляйся, Мира, я могу перемещаться между измерениями и сейчас мы с тобой из третьего нырнули в десятое, – рассказала медведица.

– Чудеса, – восхищалась Мирослава, оглядываясь.

– У нас ограничено время, – сказала Бэл. – У тебя ведь есть вопрос, задавай, здесь вселенная его услышит.

– Вопрос у моего отца, – задумалась Мира, – и я, как и он, сомневаюсь, что получу на него ответ.

Неожиданно все небо озарилось зеленым свечением, которое заполнило все видимое пространство.

– Ответ ты получишь, – вглядывалась в свечение медведица. – Зеленый цвет означает готовность вселенной ответить.

Мирослава задумалась. Узнать, какой для неё выберет клан вселенная, хотел именно отец, сама Мира не думала об этом.

– Бэл, задать можно любой вопрос? – она вглядывалась в небо.

– Да.

– И ты никому о нём не расскажешь? – Мира с надеждой посмотрела на медведицу.

– Меня понимают немногие из обладателей, как думаешь, кому я могу рассказать? – уточнила Бэл.

– Михаилу Леонидовичу, например, – предположила Мира.

– Как только он подарил тебе камень, он перестал понимать наш язык. Он разговаривал со мной, зная, что я ему много раз отвечала в таких случаях. Мы с ним давно знакомы.

– Хорошо, у меня есть вопрос, – Мирослава уверенно посмотрела в небо. – Учение какого клана правильное? – громко спросила она.

Сияние полностью пропало. Ни малейшего оттенка и проблеска, только звездное небо над головой. Мирослава ждала, но ничего не происходило.

– Вопрос правильный, Мирослава, – подбодрила её медведица, – но ответа на него нет ни у кого, даже у вселенной, – улыбнулась Бэл.

– Надо было задать папин вопрос, – расстроилась Мира.

– Ты сама сделала выбор, и я уверена – он был верным, – Бэл развернулась и нырнула в воду.

Мирослава хотела последовать за ней, как небо резко озарилось всеми цветами радуги. Не было видно ни одного облака, ни одной звезды, только переливы и свечения всех цветов заполнили небо. Цвета радуги исходили из центра небосвода и распределялись в разные стороны. Создавалось ощущение, что Мирослава находится в центре радуги и смотрит на неё изнутри.

В следующую секунду сильный поток ветра столкнул Миру, и она оказалась в воде, перемещаясь вслед за Бэл. Пара секунд, и она стояла за стеклом рядом с Михаилом Леонидовичем.

– Удачно прошло? – поинтересовался учитель отца.

– Более чем, – описала Мира. – Что означает радуга? – обратилась она к Михаилу Леонидовичу.

– Отцу об этом лучше не говори, – предупредил её Михаил Леонидович, покачивая головой из стороны в сторону. – Радуга в наших учениях означает вселенную.

– Что? Как вселенную?

– Так, вселенную, – ответил Михаил Леонидович. – Я, пожалуй, присяду, – он подошел к скамейке, стоящей напротив вольера, и удобно расположился на ней. Мирослава села рядом с ним.

– Ты, возможно, знаешь, что у каждого измерения есть свой цвет, ведь твои глаза способны впитывать цвета измерений и отражать их, – Михаил Леонидович внимательно смотрел Мире в глаза. – В каждом измерении у тебя проявляется особенный оттенок, а ведь сильные обладатели, которые перемещаются по измерениям вместе с тобой, способны затмить цвет измерения и поделиться с тобой оттенком, отличным от цвета измерения, – задумался он. – Ты со своим отцом вдвоем не была в каком-нибудь измерении?

– Была.

– Он один из сильнейших обладателей и явно поделился с твоими глазами молочно-жемчужным оттенком.

Мирослава закивала, подтверждая его слова.

– Сильные обладатели способны подчинить себе измерение с его законами и, если им это удается, то именно в этом измерении они доминируют по оттенку. Твой отец подчинил себе одно из измерений. Он пытается скрыть это, но отдельные личности, а особенно главы кланов, об этом знают.

– Папа подчинил измерение?

– Да. Он талантливый и одаренный обладатель. Он с самого начала выделялся из всех моих учеников. Наверное, поэтому он ушел из клана, чтобы его не заставляли делать неправильные вещи в подчиненном ему измерении, – уклончиво описал Михаил Леонидович. – Как-нибудь сядь и вспомни переходы по измерениям, когда и с кем ты переходила, и вспомни цвета глаз в них. Я уверен, ты поймешь, что вселенная – это радуга. И если она показала тебе радугу, значит, в клан тебя она не определит, – задумался учитель. – У неё на тебя какие-то другие планы, – расстроенным голосом дополнил он.

– Еще такие случаи были? С радугой?

– На моей памяти нет, – вспоминал Михаил Леонидович. – Хотя ребята не особо делились тем, что там видели, я ненавязчиво интересовался у Бэл. Она никогда не обманет. У животных такого нет. Они не знают, что значит лгать, и не понимают людей, которые так поступают. – Михаил Леонидович задумался, разглядывая Мирославу. – Пойдем, нам пора возвращаться. Значит третье измерение – голубой, а десятое – фиолетовый, красиво, – восхищался он, пристально вглядываясь в глаза Миры.

Через минуту Михаил Леонидович встал со скамейки. Он поклонился Бэл, которая кивнула ему в ответ, и направился назад к Евгению Викторовичу. Мирослава помахала Бэл и последовала за ним.

– Не рассказывай никому о радуге, особенно отцу, а то он расстроится. Скажи, небо было чистым звездным и без свечения, – учил Михаил Леонидович.

Мирослава понимала, что так будет правильно, тем более она задала совсем другой вопрос, и об этом рассказывать отцу совершенно не хотелось.

– Михаил Леонидович, а почему глаза не меняют цвет, когда я перехожу в другое измерение одна? – скромно спросила Мира.

– Некому демонстрировать твою силу.

– Я правильно понимаю, что при переходе в другие измерения я впитываю оттенок измерения, – анализировала Мирослава. – При этом если рядом окажется обладатель, подчинивший себе законы измерения – мои глаза отразят цвет его камня или эмоции, а если со мной перейдет любой другой обладатель, оттенок останется самого измерения?

– Совершенно верно, – улыбнулся Михаил Леонидович.

– Теперь понятно, почему, если я перехожу одна или с духом камня, или с собирателем, то глаза остаются карими, – продолжала Мира.

– Какой у тебя богатый опыт переходов, – удивился учитель отца.

– А в нулевом…

– Там у любого глаза становятся алыми, – перебил Михаил Леонидович. – Исключений не бывает.

Мирослава кивнула. Она была рада, что наконец-то ей удалось узнать, почему и в каких случаях её глаза меняют цвет. Мира вспомнила предположения и идеи разных обладателей и осознала ошибочность всех их мнений.

Больше всего Мирославу расстраивал вариант Карины. Сестра Антона точно знала ответ, но, все же, обманывала её. Сейчас, имея представление о разных мнениях даже о цвете глаз высших обладателей, Мирослава понимала, что и учения кланов в большинстве своем ошибочные. Видимо, поэтому вселенная показала ей радугу и специально задумалась перед ответом.

Мирослава вместе с Михаилом Леонидовичем приближалась к отцу.

– Ну как? – нетерпеливо спросил Евгений Викторович.

– Как я и предполагал, ответа не было, – сказал Михаил Леонидович.

– Мира, неужели ни единого оттенка? Ни одной полоски? – Евгений Викторович внимательно посмотрел на дочь.

– Нет, пап, прости. Там было звездное небо, чистое и красивое, и больше ничего, – Мирослава старалась говорить уверенным тоном.

– Ладно, подождем совета кланов, – Евгений Викторович подозрительно посмотрел на дочь.

– Сколько обычно держится цвет глаз у Мирославы? – поинтересовался Михаил Леонидович.

– Минут семь, – ответил Евгений Викторович. – Что, возвращаемся?

– Конечно, – Михаил Леонидович щелкнул пальцами, и вмиг всё вокруг оживилось. – Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию и похожу с давним другом и его семьей по зоопарку? – ненавязчиво спросил он.

– Почту за честь, – Евгений Викторович поклонился ему. – Кофе или чай будете?

– Пожалуй, кофе с молоком, – улыбнулся Михаил Леонидович.

Отец направился к кафе делать заказ.

– Я думала, вы больше не обладатель, – призналась Мира.

– У меня несколько камней, – доброжелательно ответил Михаил Леонидович. – Остальные камни я передам по наследству внукам, как это принято в нашей семье. Но подаренный тебе камень особенный. Как и ты – особенная.

У Мирославы за секунду всплыли воспоминания о встрече с Антоном у камина. Она залилась румянцем и опустила голову.

– За всю жизнь я привел к Бэл много обладателей и у всех были вопросы к вселенной на которые они получали или не получали ответы, – Михаил Леонидович заметил смущение Мирославы. – В большинстве случаев обладатели хотели знать будущее распределение, или раскрыть какую-то тайну, но ты – особенная, Мирослава. Тебя привел отец, чтобы не ты, а он задал вопрос вселенной и получил на него ответ. Такого на моей памяти еще не было, – восхищался Михаил Леонидович. – Правда, один нестандартный случай я все же помню. Больше скажу, тот молодой человек, безусловно, отличается от всех, но все равно, он не такой, как ты.

Мирослава с почтением и обожанием смотрела на высокого мужчину рядом с собой. Михаил Леонидович умудрялся вовремя подобрать правильные слова, поддержать и подбодрить. Он делился тем, что знает сам, не навязывая мнение и не выдавая его за истину. Мира понимала, почему отец выбрал именно этого человека своим учителем и, если признаться, даже завидовала ему.

– Можно попросить тебя об одолжении? – спросил Михаил Леонидович.

– Да, конечно, – не задумываясь, ответила Мирослава.

– Расскажи мне потом про радугу, – полушепотом попросил учитель отца.

– Обязательно, – улыбнулась Мира.

Отец громко подозвал Мирославу, чтобы она помогла ему забрать заказ. Михаил Леонидович получил свою порцию кофе, чему был несказанно рад.

Ирина Валерьевна и Матвей удивились встрече с учителем Евгения Викторовича и с удовольствием поддержали его идею присоединиться к их дружной компании.

Мира ходила по зоопарку и с энтузиазмом слушала разговоры зверей и птиц. Если её никто из семьи не видел, она даже умудрялась отвечать некоторым животным на вопросы. Михаил Леонидович находился рядом с ней и все про всех рассказывал. Он делился с Мирославой секретами обитателей зоопарка и предостерегал о возможных опасностях, особенно со стороны павлинов, которые летом расхаживают по территории зоопарка вне вольеров и всяких преград, и любят похулиганить.

– Я тебе напишу памятку по животным, – пообещал Михаил Леонидович. – Как сделаю, при первой же возможности отдам.

– Было бы здорово, – засияла Мирослава.

Она могла только мечтать о том, чтобы получить в подарок камень с даром общения с животными и птицами, да еще и памятку по животным зоопарка. Но сегодня за один день её мечты превратились в реальность.

Глава 6. Вечер

Столько фотографий за один поход в зоопарк ни Мирослава, ни Матвей никогда раньше не делали. Зимний зоопарк им очень понравился. На протяжении всей дороги домой, они, не умолкая, обсуждали увиденных животных, а особенно белую медведицу, которая при появлении семьи около вольера нырнула в бассейн и радовала гостей неописуемыми пируэтами под водой.

Мирослава была воодушевлена больше остальных, ей довелось послушать и понять обитателей зоопарка. Она восхищалась полученным даром и не переставала благодарить Михаила Леонидовича.

– Не прощаюсь, про все обещания помню, – сказал на прощание учитель Евгения Викторовича.

Теперь Мирослава с нетерпением будет ждать возможности увидеться с этим удивительным человеком, чтобы поделиться с ним тайной про радугу и получить в подарок памятку по обитателям зоопарка. Отец пообещал ей сказать, когда Михаил Леонидович сообщит, что подарок готов.

День заканчивался замечательно. Матвей по дороге домой успел найти в интернете информацию о соревновании Антона и с восхищением повторял о всероссийском масштабе мероприятия. Брат больше других ждал завтрашний день. О подобном уровне он только мечтает, но стремится к нему. В этот момент Мирослава мысленно благодарила Антона, за приглашение на соревнование. Таким воодушевленным её брата редко можно было увидеть, что усиливало благодарность вдвойне.

После ужина все стали готовиться ко сну. В комнату к Мирославе заглянул отец.

– Мира, можно поговорить?

– Конечно, пап.

– Расскажи мне честно, свечения действительно не было? – спросил Евгений Викторович. – Это важно.

Мирослава задумалась.

– Не было. Ничего не было, – она не хотела рассказывать отцу о смене вопроса и об ответе на него вселенной, поэтому пришлось в очередной раз обмануть.

– Жалко, – Евгений Викторович пристально посмотрел на дочь. – Жалко, что я тебе не верю, и мне придется проверить твои слова, – он хлопнул в ладоши.

Мирослава застыла от неожиданности. Цвет свечения был настолько важен отцу, что он решился проверить правду её слов.

– Пап, что ты делаешь? – испуганным голосом спросила Мира.

– Хочу посмотреть твоё прошлое, – ответил отец.

Мирослава вспомнила, как недавно похожую процедуру с её прошлым проделал Клим. Она не могла допустить, чтобы отец услышал заданный ею вопрос, поэтому опустила голову и мысленно вернула их в реальность.

– Радуга, пап, там была радуга, – созналась она.

Евгений Викторович от неожиданности сел на диван.

– Михаил Леонидович посоветовал мне тебе ничего не рассказывать про радугу. Он сказал, что ты расстроишься, и что надо сказать, что было чистое звездное небо, – оправдывалась Мирослава.

– Радуга? Точно радуга? – переспросил отец, не особо слушая объяснения дочери.

– Да, радуга. Она исходила из центра и заполнила все небо. Даже звезд не было видно, представляешь?

– Мира, радуга? – продолжал переспрашивать отец. – Ты знаешь, что значит радуга?

– Михаил Леонидович сказал, что это вселенная, и что она меня, судя по всему, ни в какой клан не определит, – расстроилась Мирослава.

Отец закивал головой.

– Ты должна её попросить сама, – обрадовался он. – Ты сама решаешь, в какой клан попадешь. Это же здорово!

– Ты думаешь?

– Да. Вселенная дает тебе право выбора, – улыбнулся Евгений Викторович. – Замечательная новость. Осталось тебе исполнить данное обещание и попроситься к Регентовым, – воодушевился он.

– Ты уверен, что так будет?

– Более чем.

– Тогда ладно, – озадаченно ответила Мирослава, – а я боялась, что ты расстроишься.

– С чего бы это? Вселенная дала моей дочери подсказку и возможность сделать выбор самой – это лучшее, о чем я мог мечтать, – продолжал радоваться отец.

– Хорошо, – выдохнула Мирослава. – Значит, будут Регентовые.

– Самое оно, – поддержал её Евгений Викторович. – Спасибо, успокоила. Всё, теперь отдыхать. Эх, Михаил Леонидович, вот ведь хулиган, сам узнал, а мою собственную дочь подговорил не рассказывать мне правду.

– Не ругай его. Он хотел как лучше.

– Я не ругаю, я возмущаюсь.

– Пап, а ведь он мне камень подарил, – призналась Мирослава.

– Какой камень?

– Хризоберилл называется, он помогает…

– Понимать язык зверей и птиц, – Евгений Викторович закончил за неё фразу, удивленно вглядываясь в дочь. – Он его тебе с даром подарил? Ты понимаешь животных?

– Да, – закивала Мирослава.

– Береги и цени его камень, – серьезно сказал отец. – Большая редкость получить подарок из рук величайшего обладателя, да еще и с правом передачи дара камня. Обычно камни неохотно меняют хороших хозяев и не раскрывают в других своих способностей, – рассказал он. – Михаил Леонидович тебе доверил небывалую редкость, храни его.

– Хорошо. Пап, подскажи, мне все камни надо с собой носить?

– Желательно, да, носить их лучше все и всегда с собой, так камни будут впитывать твою энергию, – подтвердил отец. – Редкие камни имеют обширное поле влияния на хозяина и способны помогать ему дистанционно.

– Понятно, где-нибудь буду носить, – Мирослава задумалась, куда бы положить мешочек с подаренным хризобериллом, чтобы он всегда был с собой.

– Сейчас, – Евгений Викторович вышел из комнаты. Он провозился около пяти минут в коридоре, после чего с довольным лицом вернулся и протянул дочери небольшое кожаное изделие. – Мирослава, дарю тебе вот эту необычную ключницу, носи с удовольствием.

Мира рассматривала кожаную ключницу темно-синего цвета у себя в руках, сделанную в форме жилетки. Она застегивалась двумя клепками впереди и была украшена узорным выжженным рисунком.

– Забавная, – засмеялась Мирослава.

– Согласен, необычная, – поддержал Евгений Викторович. – Она специально сделана больше по размеру и, в отличие от всех других, у неё есть два внутренних кармана, в которых удобно умещаются камни.

Мирослава раскрыла жилетку и увидела на внутренней стороне два небольших кармашка, затянутых сверху резинкой.

– Эта ключница поможет тебе носить с собой камни, скрывая их от посторонних глаз. Правда, жалко, что она рассчитана на обладателя, – задумался отец.

– Что это значит?

– Обладатели редко способны объединить больше двух камней, поэтому карманов всего два.

– Мне достаточно, – улыбнулась Мирослава.

– Это пока, – загадочно протянул отец. – Ты же наблюдатель, и, вероятнее всего, твоя коллекция камней пополнится и очень быстро.

– Значит, пришьем еще пару карманов, – засмеялась Мира.

– Думаю, Паша сможет придумать что-нибудь другое. Завтра ему позвоню. У него большая коллекция камней. Я уверен, что он знает, как их лучше спрятать, – Евгений Викторович сел на диван с довольным видом.

О том, что он был рад, свидетельствовало желтое свечение, исходящее от него. Мирослава наблюдала, как переливы свечения перемещались по отцу, создавая небольшие волны.

– Мира, когда будешь размещать по соседству камни, попробуй почувствовать их реакцию, – подсказал Евгений Викторович, – а лучше поговори с духами камней, не будут ли они против соседа, а то потом могут быть неприятные последствия.

– Я попробую поговорить, – воодушевилась Мирослава.

– Молодец. Попробуй, – поддержал её отец. – Спасибо, что успокоила, но на будущее, лучше мне сразу рассказывай правду, – он обнял дочь. – Давай отдыхать.

– Пап… – протянула Мира.

– Что?

– Я тебя еще в зоопарке хотела спросить, – замялась Мирослава, чем еще больше вызвала интерес отца. – Как можно защититься от эмоциональных атак?

– На тебя успели напасть? – растерялся Евгений Викторович.

– Да, сегодня в школе, – четко ответила Мирослава. – Алина сказала, что это было эмоциональное опустошение.

– Ещё и запрещенным приемом? Завтра поговорю с Пашей. Надо его предупредить, что за бардак устраивают клановые в его школе, – разозлился отец. – Эмоциональные атаки влияют на тех людей, кто неуверен в себе или расстроен. Чтобы защититься в момент атаки надо вспоминать больше позитивных моментов и быть уверенной в себе и в своих силах. Будешь в хорошем настроении, атаки будут неощутимы.

– Антон сказал, что атака была от сильного обладателя.

– Ты не могла сосредоточиться?

– Да.

– В таком случае, я рад, что Антон находится рядом и присматривает за тобой в школе, – неожиданно признался Евгений Викторович. – Уверен, Дмитрий Иванович не просто так перевел Голубевых в твою школу, но это к лучшему, – задумался он. – Атаковать мог не обязательно сильный обладатель. Ты была не готова к подобной атаке и не знала, как с ней бороться. В следующий раз будет намного проще.

– Как в случае с переходом в нулевое измерение? – уточнила Мира.

– С ним то что?

– Первый раз, когда меня в него направил Дмитрий Иванович, было больно, я даже упала в обморок, – вспомнила Мира, – а сейчас переходы безболезненны.

– Странно, – оценил её слова отец, – и в первый раз не должно было быть ничего болезненного. Я подумаю над этим, – пообещал он.

– Спасибо.

– Давай все же отдыхать, – повторил отец, направляясь к двери. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – Мира сжимала в руке подаренную отцом ключницу. Она хоть и устала за сегодняшний день, но решила не откладывать разговор с духами камней.

Мирослава достала ключи и мешочек с подарком Михаила Леонидовича. В одну руку она взяла брелок из гагата, в другую хризоберилл, и мысленно попросила вселенную перенести только её в третье измерение, чтобы поговорить с духами камней. Очередная просьба была исполнена в считанные секунды.

– Добрый вечер, хозяйка, – появился в комнате дух камня в облике Михаила Леонидовича.

– Добрый вечер, Бериллик. Можно просто Мира, не стоит звать хозяйкой.

– Как скажешь, Мира, – улыбнулся дух камня.

– Рад снова тебя видеть, – послышался голос Гагата.

Все тот же мальчик, только одетый в свитер и темные джинсы, появился рядом с Мирославой на диване.

– И я рада встрече. Простите, что я вас побеспокоила, – засмущалась Мирослава. – Я хотела спросить, не будете ли вы против вашего соседства между собой?

– Я не против, – тут же ответил Бериллик.

– Он же дар, а не эмоция, – сказал Гагат. – Как можно быть против него?

– Я не знаю, вдруг бы вам не захотелось… – задумалась Мира. – Я должна была спросить.

– Совсем не должна, – угольно-черные глаза Гагата скользнули по Мирославе. – Обычно у нас никто ничего не спрашивает, а делают, что хотят.

– Хочется, чтобы по-человечески все было и с обоюдного согласия, – оправдывалась Мирослава.

– Я буду не против любого дополнительного соседства, – улыбнулся Бериллик.

– Я тоже не стану возражать, если только в особых случаях, – поддержал Гагат.

– Спасибо, – обрадовалась Мирослава. – Тогда я возвращаюсь, всем пока.

– До встречи, Мира, – поклонился Бериллик и исчез.

– Подожди, – Гагат остановил переход между измерениями.

Мирослава заинтересовано посмотрела на мальчика, сидящего на диване.

– Он тебе хотел сказать, что у тебя в запасе будет год, – четко проговорил Гагат.

– Ты о чем? Какой год? – уточняла Мира.

– Я не знаю. Меня попросили – я передал. Я уверен, ты поймешь смысл его слов, – улыбнулся мальчик.

– Сказал бы с какого момента год считать? Или он уже идет? Отчего отсчет то вести?

– Мира, я не знаю, – Гагат покачал головой.

– Вот умеешь ты озадачить, а мне потом не спи ночами, решай ваши головоломки, –озадачилась Мирослава.

– Тебе же нравится, – Гагат подметил её настрой.

– Да, нравится, – честно призналась Мирослава. – Спасибо.

– До скорого, – дух камня махнул рукой и исчез.

– Пока, – Мирослава вернулась в реальность.

Она аккуратно вложила хризоберилл в кармашек ключницы, а брелок с гагатом повесила на один из предусмотренных карабинов, оценив удобство ключницы. Ключи от дома прекрасно помещались и не мешались камням. И содержимое всегда при себе и скрыто от посторонних глаз.

«Прекрасная вещица», – подумала Мира и легла на диван.

Она вспоминала и обдумывала события сегодняшнего дня. Если не считать, что Мирослава не созналась отцу про заданный вопрос, то в целом все сложилось неплохо. Эмоциональная атака в школе прекрасно компенсировалась походом в зоопарк, путешествием в десятое измерение с Бэл и приобретением дара общения с животными и птицами.

Насыщенность дня событиями впечатляла, а ожидание завтрашних соревнований Антона наполняло все тело радостью. В прекрасном настроении Мира выключила лампу-ночник, закрыла глаза и заснула.

Глава 7. Соревнования

Мирославе снились красочные сны, которые не прерывались темнотой и светящимся силуэтом. Такими спокойными ночами Мира могла редко похвастаться в последнее время. Проснулась она от звука будильника, который специально был установлен пораньше, чтобы успеть неторопливо собраться на соревнования Антона.

Мира умылась и направилась на кухню. Родители готовили завтрак, а Матвей еще спал.

– Всем доброе утро, – радостно сказала она.

– Доброе, – сонно поздоровался Евгений Викторович.

– Доброе утро, что так рано? – мама посмотрела на часы.

– Чтобы нормально заплести косу, – объяснила Мирослава.

– Ну да, за час ты точно успеешь косу заплести, – улыбнулась Ирина Валерьевна.

– За час она и Матвею успеет её заплести, – посмеялся отец.

– Ладно вам, не спится, что тут такого? – засмущалась Мирослава.

– Всё мы понимаем, не переживай, – мама ласково посмотрела на дочь.

– Лучше покушай, – Евгений Викторович поставил перед Мирославой тарелку с горячими бутербродами и налил чашку ароматного кофе.

Мирослава с нескрываемым наслаждением ела завтрак, стараясь сидеть как можно спокойнее. Она изо всех сил пыталась скрыть волнение, но понимала, что у неё плохо получается. Родители не приставали к дочери и никак не реагировали на её поведение, за что Мира им была благодарна.

Под конец завтрака Мирославы на кухне появился заспанный и лохматый Матвей. За минуту он умудрился уронить со стола вилку, разлить на стол из стакана воду и при этом съесть один бутерброд. Родители посмеялись над его состоянием, но оно было вполне обычным для утреннего Матвея.

Мирослава, не дожидаясь пока все поедят, убрала посуду и направилась в комнату под смешки брата.

– Едет отвлекать Антона от соревнований, – подшучивал он.

– Я никого не отвлекаю, – занервничала Мирослава, остановившись на полпути.

– Конечно, еще самый лучший наряд выберет, чтоб там все попадали, – не унимался Матвей.

– Вовсе нет, – злилась Мирослава. – Как к тебе приезжаю на соревнования, так и к Антону поеду.

– Ты и на моих соревнованиях привлекаешь внимание, – засмеялся Матвей, – только не замечаешь этого.

Мирослава залилась румянцем.

– Матвей, ничего плохого в том, что твоя сестра – красавица, нет, – заступилась за дочь Ирина Валерьевна.

– Вся в меня, – гордо сказал Евгений Викторович.

Все рассмеялись над его словами, зная, что Мирослава была похожа на маму, а никак ни на отца. Зато его шутка помогла скрыть смущение Миры. Она все же оставила семью на кухне и ушла собираться.

Излюбленные джинсы и лавандового цвета свитер были подготовлены еще вечером. Мирослава несколько раз пыталась заплести ровную косу, но у неё ничего не получалось. От волнения предательски дрожали руки, а ведь она всего лишь собирается на соревнования. Обычные соревнования, на которые она много раз приезжала поболеть за брата.

– Обычные, очередные соревнования. Зачем так волноваться? – она настраивала и успокаивала саму себя, но внушение не помогало.

Мира прекрасно понимала, что эти соревнования не обычные. Одно лишь участие в них Антона полностью меняло их статус и заставляло учащаться пульс.

– Помочь? – показалась в комнате мама.

– Не стоит, справлюсь, – Мирослава расплетала очередную неудавшуюся косу.

– И всё же, стоит, – Ирина Валерьевна направилась к дочери. Она усадила её на стул спиной к себе и стала аккуратно заплетать косу.

– Спасибо, – выдохнула Мира.

– Не переживай ты так, – успокаивала мама. – Если бы ты ему не нравилась, он бы тебя с семьей не пригласил на соревнования.

Мирослава лишь сглотнула образовавшийся ком в горле и глубоко вздохнула.

– После соревнований Антона у нас с отцом есть предложение, заглянуть в наше любимое кафе, – ненавязчиво добавила Ирина Валерьевна.

– Я за, – согласилась Мирослава.

– Замечательно. Готово.

– Спасибо, – Мира осматривала в зеркале идеально ровную косу.

– Собирайся дальше, не буду отвлекать, – мама скрылась за дверью.

Мирослава несколько раз пересмотрела содержимое шкафа, но решила поехать в том, что было приготовлено. Ключницу с камнями, кошелек и сотовый телефон она переложила в небольшой рюкзак, который обычно брала с собой на подобные мероприятия.

Семья собралась раньше планируемого времени. Ехать было недалеко, но по опыту они знали, что лучше приехать пораньше, чтобы занять парковочное место.

В машине было оживленно и весело. Матвей представлял, словно он сам едет участвовать в соревнованиях, и делился фантазиями со всеми. Когда они подъехали к спортивному комплексу, на парковке было много свободных мест. Матвей издали заметил припаркованный в первом ряду черный Майбах и торопил всех пораньше направиться в зал, чтобы посмотреть, как ребята, а особенно Антон, будут разминаться. Время тянул Евгений Викторович, давая возможность истинным участникам соревнований собраться и зарегистрироваться.

– Попозже пойдем, – настаивал он, – а то будем мешаться там.

– Пошли сейчас, – изнывал Матвей.

Мирослава ждала решения отца, не вмешиваясь в беседу.

– Ладно, пошли, а то протрет в сидении дырку, – Евгений Викторович сдался натиску сына.

Счастью Матвея не было предела. Мира видела, как брат в считанные секунды осветился вперемешку желтым и оранжевым оттенками. Переливы эмоций оставались для неё загадкой, поэтому она запомнила увиденную смесь, чтобы потом понять, какие именно эмоции они передают.

Семья направилась внутрь спортивного комплекса. Народу было много. Целыми группами ребята ожидали очереди на регистрацию и на взвешивание. Кто успел пройти все административные процессы, разогревались и тренировались на татами.

Медленно передвигаясь к центру зала, Мирослава искала в толпе ребят Антона, но никак не могла найти. Среди всех участников, одинаково выглядевших в белых кимоно, сложно было кого-то узнать.

– Смотрите! – восхищенно крикнул Матвей, привлекая всеобщее внимание к дальнему углу зала.

Мирослава заметила Антона, который разогнался на свободном пространстве, сделал несколько раз сальто и встал на ноги, удержав при этом равновесие.

– Круто, – сказал Матвей.

– Эффектно, – поддержал Евгений Викторович.

Мирослава с мамой, как и многие в зале, стояли и любовались молодым человеком.

Антон продолжил разминку кувырками вперед и назад через спину, после чего проделал несколько раз упражнение «колесо» с использованием двух и одной руки и закончил очередным сальто.

– Он явно размялся до нашего прихода, – Матвей сделал вывод, зная на личном опыте, что подобные акробатические упражнения делаются после разогрева всех групп мышц. – Говорил, надо было раньше идти, – обиженным тоном процедил он в сторону отца.

– Мы как раз вовремя, – успокаивала его мама.

Мирослава стояла и с восхищением и гордостью смотрела на одноклассника. В белом кимоно на татами Антон производил неизгладимое впечатление, что замечали все присутствующие. Даже его, казалось бы, обычная разминка стала показательным выступлением, чего же ждать от боя.

– Всем доброго дня, – послышался рядом с Мирославой голос Игоря Леонидовича, подошедшего вместе с семьей.

– Добрый день. Рады встрече, – ответил Евгений Викторович.

– Разрешите представить: моя жена – Марина Евгеньевна, – отец Антона указал на милую женщину невысокого роста с пепельно-русыми волосами и с серо-зелеными глазами, – и младшая дочь – Алина.

– Очень приятно, – кивнул Евгений Викторович. – Познакомьтесь, моя семья: спутница по жизни и жена по совместительству – Ирина Валерьевна, и дети Матвей и Мирослава, – он поочередно представил всех.

Все мило обменялись приятными словами и взглядами.

– Мы рады, что вы смогли приехать, – улыбался Игорь Леонидович. – Вне зависимости от результата соревнования мы приглашаем вас в кафе. Вы обещали с нами посидеть по другому поводу, – вежливо напомнил он.

– С удовольствием, – согласился Евгений Викторович. – Мы всегда держим слово, – он крепче обнял стоящую рядом супругу.

– Если честно, мы сами хотели вам предложить такой вариант, – улыбнулась Ирина Валерьевна.

– Тогда ждем окончания соревнований. Приятного заряда эмоциями, – загадочно сказала Марина Евгеньевна и посмотрела на Мирославу.

– Вашему сыну – удачи и достойных соперников, – пожелал Евгений Викторович.

– Лучше пожелайте ему лично, – Игорь Леонидович обернулся, пристально посмотрел на татами в сторону сына и высоко поднял руку.

Антону потребовалась секунда, чтобы увидеть руку отца и прекратить разминку. Он уверенно шел босиком по татами, поправляя на ходу кимоно.

– Здравствуй, Антон, – первым поздоровался Евгений Викторович. – Желаем тебе удачи.

– И достойного результата, – дополнила Ирина Валерьевна.

– Благодарю, – Антон улыбался всем присутствующим.

– Удачи, – скромно и тихо сказала Мирослава.

– Спасибо, – блеснули в её сторону ярко-голубые глаза одноклассника.

– Сделай из всех! – искренне пожелал Матвей, протянув руку Антону.

– Постараюсь, – засмеялся Антон, пожимая руку. – Всем приятных впечатлений, – он направился назад на татами.

– Приятного отдыха, – Игорь Леонидович вместе с семьей направился поближе к группе Антона, которая в немногочисленном составе собралась вокруг тренера.

– Интересная семейка, – протянула мама.

– Вы же хотели в наше кафе сходить? – удивился Матвей.

– Мы хотели и семью Антона позвать с нами, – ничуть не смутился Евгений Викторович.

– Вы хотели, чтобы они пошли с нами? – уточнила Мирослава.

– Мы же обещали им в прошлый раз, – напомнила Ирина Валерьевна. – Соревнование – прекрасный повод сдержать слово и провести вместе время, – улыбнулась она.

– Тем более, скоро Новый год, а его, как говорят, надо встречать без долгов, даже обещанных, – объяснил Евгений Викторович.

Мирослава поняла, что родители заранее договорились об этом походе в кафе, поэтому так четко и слаженно отвечали Голубевым.

Пока было время, семья заняла удобные места на трибунах чуть выше середины, чтобы было видно поединки и хорошо просматривались все приемы и атаки противников. Народ прибавлялся в неограниченном количестве. Вся площадь татами была усыпана ребятами в белых кимоно. Редко кто из них был в синем, поэтому они выделялись и бросались в глаза.

Начались соревнования с приветственного слова организаторов, дальше следовала групповая разминка участников и их распределение между собой.

Матвей не мог усидеть на месте, и вместе с Мирославой они пошли ближе к татами. Они целенаправленно следили исключительно за Антоном и его группой соперников. Обойдя всех родителей, стоящих и переживающих за своих детей, Матвей и Мирослава разулись, подошли на полметра ближе остальных зрителей и сели за спинами участников так, чтобы не сильно привлекать внимание судей.

Мирославе повезло, что Матвей участвует в подобного рода соревнованиях и прекрасно знает, как себя вести и где можно спрятаться. Брат, не стесняясь, достал сотовый телефон и нервно ожидал первого боя Антона.

Он любовался абсолютно всеми поединками, восхищаясь уровнем ребят, участвующих в них, но при этом записывать на видео планировал только поединки Антона.

Наконец, вызвали Голубева Антона на его первый бой. Матвей включил запись и стал внимательно следить за всем происходящим.

Мирослава наблюдала, затаив дыхание, за тем, как её одноклассник с серьезным сосредоточенным видом идет по краю татами параллельно со своим соперником. В этот момент она представила себя на месте соперника и увидела леденящий и пронизывающий взгляд Антона, который однажды ощущала на себе. После одного этого взгляда одноклассника Мирослава бы сбежала с татами, но соперник Антона держался уверенно.

Судья жестом начал поединок. Антон направился к сопернику, схватил его за кимоно двумя руками и стал толкать в разные стороны. Второй участник также умело схватился за кимоно Антона, держался и не выпускал его из рук. Через несколько секунд одноклассник Миры подставил заднюю подножку так, что соперник упал на спину. Антон молниеносно перехватился и стал удерживать соперника на полу положенное время.

Матвей с Мирославой были восхищены и поражены скоростью и точностью действий Антона, который, казалось, так легко и непринужденно получил от судьи высшую оценку «ИППОН».

– Я в шоке, – тихо описал Матвей.

Мирослава улыбнулась, оценивая изумленное состояние брата, хотя сама была удивлена не меньше.

Через несколько поединков вновь пригласили на бой Голубева Антона. Матвей не забыл вовремя включить камеру, чтобы потом наслаждаться повторным просмотром поединков. Антон все с тем же невозмутимым взглядом вышел на татами.

После начала боя он поочередно с соперником пытался сделать переднюю или заднюю подножку, но ни у кого из них ничего не получалось. В какой-то момент Антон резко лег на левый бок на татами, уперся левой ногой в бедро противнику и повалил его на спину. Вывернувшись, Антон сел сверху на соперника, удерживая его на полу.

Матвей не скрывал эмоций. Он изредка вскрикивал и подпрыгивал от переживаний.

Мирослава прекрасно видела яркое желтое свечение с редкими переливами цвета морской волны, которыми подсвечивался брат, но её больше удивляло отсутствие свечений у участников соревнований. В основном те, что попадались ей на глаза, исходили от болельщиков. Сами участники, судя по всему, были настолько сосредоточены, что скрывали или подавляли в себе все возможные эмоции. Несложно было догадаться, что весь приостановленный поток выльется фонтаном после соревнований, когда победители будут объявлены и всем можно будет расслабиться.

Соревнования продолжались. На очередную схватку вызвали Антона. С каждым его выходом сердце Мирославы учащало пульс до такой степени, что казалось, начинало биться за двоих. Судья объявил бой. Антон схватился левой рукой за кимоно соперника, пытаясь ухватиться и второй рукой, но ему не удавалось. Не выпуская левую руку, одноклассник попытался сделать подсечку, но противник вовремя убрал ногу. Тогда Антон наклонился, зацепил правой ногой ногу соперника чуть выше колена и резко дернул на себя. За таким движением последовало падение противника на лопатки. Антон умело удержал его на татами, получил очередную высшую оценку от судьи и вернулся в ряд ожидающих ребят.

Мирослава с Матвеем не сводили с него глаз. Сам Антон был сосредоточен и невозмутим, что отражалось в каждом его действии.

– Скоро начнутся полуфинальные бои, – Матвей наблюдал за поведением судей, которые все чаще стали подходить к столу главного судьи и что-то уточнять. – Антон, конечно, лучший!

– Да, лучший, – согласилась Мирослава.

Через десять минут начались полуфинальные поединки. Антон без особых трудностей выиграл свой бой и ждал, когда определится его финальный соперник. Он внимательно наблюдал за поединком вторых полуфиналистов, оценивая стратегии ведения боя ребят.

На финальный поединок Антона собралось посмотреть много ребят и болельщиков. Голубевы умело пользовались способностью приманивать к себе внимание людей.

Посмотрев на всех, кто стоял около татами, Мирослава с легкостью нашла в первых рядах своих родителей в компании семьи Голубевых. Алина стояла впереди всех, не сводя взгляда с брата. По ней было заметно, что она переживала и волновалась за него, но старалась этого не показывать.

Мирослава улыбнулась, сравнивая своё поведение с поведением Алины и оценивая себя со стороны. В этот момент Алина посмотрела на Миру, удивляясь их с Матвеем присутствию на татами. Мирослава подозвала рукой Алину и указала на соседнее место. Алина не стала противиться. Она разулась и подсела к Мирославе и Матвею.

– Удачно вы разместились, на виду у всех и невидимо для всех, – похвалила она ребят.

– Это у меня брат – мастер маскировки. Он участвует в подобных соревнованиях и все знает, – похвасталась Мира.

– Ага, так и есть, – загордился Матвей, – не отвлекаемся, смотрим, – скомандовал он девочкам.

На поединок вызвали финалистов соревнований, громко объявив их фамилии в микрофон. Антон казался сосредоточенным, как никогда. Матвей держал неподвижно телефон, стараясь при этом не отвлекаться от самого поединка.

Судья жестом начал финальный бой. Антон направился прямиком к противнику. Он схватил левой рукой правую руку соперника, пытаясь свободной рукой ухватиться за кимоно, но противник пресекал его выпады. После нескольких попыток Антон ухватился правой рукой за противоположный руке борт кимоно соперника, резко присел, развернувшись при этом к противнику спиной, и перекинул его через бок, уложив при этом на спину. Удержать противника на лопатках несколько секунд Антону не составило труда, после чего судья громко и отчетливо присудил ему высшую оценку. По завершению боя и при выходе с татами судья первым поздравил Антона с победой.

Зал наполнился аплодисментами и радостными выкрикиваниями, которые доносились со всех сторон. Это была безоговорочная и заслуженная победа Антона.

Глава 8. Результат

Первые поздравления Антон получил от Алины. Сестра крепко обняла брата и подержала в объятиях. Следом последовали поздравления Матвея, который не постеснялся обнять Антона и, похлопывая по спине, выразить ему слова восхищения. Мирослава, следуя примеру брата, обняла Антона и при этом отчетливо сказала ему: «Поздравляю!».

– Спасибо! – ответил Антон, после чего направился к родителям.

Постоянные объятья и поздравления сыпались со всех сторон. Через десять минут Антон стоял на пьедестале и получал диплом, медаль и кубок из рук главного судьи. Он был безмерно рад, что выражалось ослепительной улыбкой на его лице. Мирославу смущало, что она не видела никакого свечения, исходящего от одноклассника, но решила, что это от волнения, и потом он проявит эмоции.

Постепенно все стали расходиться. Пока Матвей проводил внеплановую фотосессию с победителем, в спортивном зале почти никого не осталось.

– Я переодеваться, – Антон пошел в раздевалку.

Мирослава вместе со своей семьей и семьей Голубевых осталась в зале дожидаться Антона. Родители Миры не переставали поздравлять Игоря Леонидовича и Марину Евгеньевну с победой сына, а те, в свою очередь, приписывали заслуги лишь Антону.

Мира, Алина и Матвей отдельно от родителей обсуждали увиденное, не забывая при этом хвалить Антона и радоваться возможности посмотреть поединки такого высокого уровня. На удивление Мирославе, строгая в школе Алина, на соревнованиях оказалась улыбчивой и весьма разговорчивой девушкой. Хотя разговорчивость Мира считала заслугой Матвея, который умудрялся даже рассмешить её одноклассницу.

Антон появился из раздевалки одним из последних, с большой спортивной сумкой на плече. Как только он подошел ко всей компании, его сумка с сильным грохотом упала на пол.

Мирослава подскочила от неожиданного звука.

– Простите, можно было тише, но я устал и плохо сосредоточен, – громко сказал Антон.

– Мог бы доверить переход мне, – доброжелательно сказал Евгений Викторович.

– Или мне, – улыбнулась Марина Евгеньевна.

Мирослава заметила, что Антон осуществил переход в третье измерение. Матвей и мама Мирославы, вместе с Игорем Леонидовичем и всеми остальными присутствующими в зале, застыли на местах, и только Мирослава с отцом, Алина с Антоном и их мама спокойно продолжали общаться.

– Что происходит? – поинтересовалась Мира.

– Нас не просто так пригласили на соревнования, – с улыбкой сказал Евгений Викторович.

– Как вы догадались? – уточнил Антон.

– Интуиция, – засмеялся отец Мирославы.

– А зачем тогда? – не понимала Мира.

– Да, Антон, зачем? – поинтересовалась Алина, удивленно вглядываясь в брата.

– Сперва я пригласил просто так, а потом Мирославу в школе атаковали запрещенным приемом, и мне пришлось изменить планы, – признался одноклассник.

– Причем здесь нападение? – разволновалась Мирослава.

– Моя мама и твой отец – одни из сильнейших обладателей. Они помогут тебе научиться защищаться от эмоциональных атак, – объяснил Антон.

– Что? Сейчас? – удивилась Мира.

– Лучше площадки для тренировки обладателя не придумаешь, – Марина Евгеньевна обвела рукой спортивный зал с застеленными по всему периметру матами.

– Вы, правда, её собрались тренировать? – уточнила Алина.

– Да, – уверенно ответил ей брат. – Потренироваться не помешает, а то ходит по школе у всех на виду и попадает под разные атаки, – он неодобрительно покосился на одноклассницу.

– Все равно твои глаза успели подсветиться голубым оттенком, – поддержал идею Евгений Викторович.

– Но я не готова, – запротестовала Мирослава, – и не одета для подобной тренировки.

– Там не обязательно переодеваться, можно и так, – Антон оценил внешний вид Мирославы. – Только надо будет разуться.

Все направились на татами, разуваясь и оставляя обувь и сумки около матов. Алина села на краю татами, стараясь не мешать всему происходящему.

– Мира, пойдем со мной, – Антон направился к центру зала.

Мирослава послушно шла за одноклассником, волнуясь и краснея от сложившейся ситуации. Отец Мирославы и мама Антона встали метрах в пяти от них.

– Антон, мы показательно будем атаковать сперва тебя, ты блокируешь, объясняешь Мире смысл защиты и действия, после чего мы будем атаковать её, – донеслось от Евгения Викторовича.

– Хорошо, – согласился Антон. – Встань за мной и левее, чтобы видеть, как атакуют, – он обратился к Мирославе. – Готовы! – громко сказал одноклассник, когда Мира встала в указанную им точку.

– Опустошение, сын, – Марина Евгеньевна подняла обе руки до уровня груди, сгибая их в локтях.

Мира заметила, что мама Антона не сводила пристального взгляда с сына. Соединив руки замком, вывернув этот замок ладонями к полу и опустив вниз перед собой, Марина Евгеньевна стала выпускать легкую серую дымку, которая исходила из её рук и спускалась вниз. Дымка стелилась по полу и двигалась ровно в сторону одноклассника. Через несколько секунд она достигла ног Антона и постепенно окутывала его, поднимаясь все выше.

– На тебя вчера воздействовали именно этим приемом, – рассказал Антон. – Эмоциональное опустошение высасывает позитивные эмоции, оставляя в человеке пустоту. Но я сегодня победитель в соревнованиях, – улыбнулся он, – поэтому для этого вида атаки неуязвим, – дымка тут же отступила от него на несколько сантиметров, продолжая движение дальше.

Мирослава наблюдала, как атака стелилась по полу, обходя стороной Антона, и направлялась напрямую к ней. За считанные секунды Мирославу охватила паника.

– Что делать? – Мира посмотрела на одноклассника.

Дымка протянулась до неё и окутала ноги.

– Мира, ты же знаешь, что надо делать, – уверенно сказал Антон. – Вспоминай позитивные моменты, а то бледность тебе не идет, – улыбнулся он.

Мирослава попробовала сосредоточиться, но ей не удавалось. У неё из головы вылетели все мысли, а дымка успела подняться до её торса.

«Победа Антона», – Мира вспомнила радостный момент сегодняшнего дня и улыбнулась.

Дымка стала уверено отступать от неё и постепенно совсем исчезла.

– Хорошо, – отец обрадовался удачной защите дочери. – Антон, давай заражение.

– Готовы, – громко ответил одноклассник.

Евгений Викторович внимательно смотрел в сторону ребят, не концентрируясь на ком-нибудь из них конкретно. Он развел руки в стороны, соединил их перед собой, положив одну ладонь на другую, и выпустил из себя огромное облако серой дымки, которое за секунду окутало Антона с ног до головы, немного задевая Мирославу.

– Заражением обладатель способен вселить в жертву нужную ему эмоцию и заставить, тем самым, поступать так, как захочет атакующий, – описал Антон. – Эта атака отличается от всех массовым поражением. Чтобы защититься от неё, надо держать в голове своё мнение, не сомневаясь в его правоте, – Мира разглядела внутри серого облака светлый просвет, полностью огораживающий Антона от дымки.

– Придерживаться своего мнения, а в каком вопросе? – уточнила Мирослава.

– В любом, который услышишь в голове, – ответил одноклассник.

Облако расширилось до такого предела, что вместе с Антоном в его поле попала Мирослава. В мыслях тут же завертелись эмоции, переживания и страхи, которые шепотом повторялись в голове. Мира пыталась не слушать этот поток, но мысли навязывались, убеждая всего лишь сделать небольшой кувырок вперед.

Мирослава сопротивлялась, как могла, убеждая себя, что в кувырке нет необходимости, но мысли повторялись, настаивали на своем и все отчетливее звучали в голове.

– Мира, нельзя поддаваться их влиянию, – послышался совет Антона. – Отец тебя пощадит и заставит сделать что-то безобидное, а любой другой обладатель может заставить прыгнуть с крыши или моста, и это будет ужасно. Не слушай никого. Верь в себя, – говорил он. – Ты такая одна, и не должна подчиняться чужим убеждениям.

Мирослава внимательно слушала одноклассника, прекрасно понимая, что он прав, но как себя защитить от потока навязчивых мыслей, она не знала. Совершить небольшой кувырок вперед ведь не так сложно, так почему она должна бороться с такой примитивной просьбой.

– Мира, попробуй мысленно отказаться от исполнения того, чем тебя заражают, – посоветовал Антон.

Мысли и эмоции продолжали крутиться в голове, перекрывая голос Антона. Внушение легкого поручения сделать кувырок вперед повторялось и навязывалось.

«Нет, я не буду этого делать», – мысленно сказала Мирослава, но ничего не поменялось. – «Нет», – отчетливо подумала она.

Мысли о кувырке перешли на шепот, а внутренние переживания уменьшились. Мирослава уверенным тоном повторила про себя фразу: «Я не буду!» – отчего стихло все внутри.

Мира вглядывалась в силуэт впереди стоящего одноклассника, которого серое облако обходило стороной. Антон улыбался, оценивая Мирославу. Она постаралась натянуть ответную улыбку, совсем окрепнув во внутренних убеждениях и чувствах, но далось ей это с трудом.

Облако от себя ей удалось отогнать на небольшое расстояние, чему она искренне обрадовалась, но полученный эффект еще надо было закрепить, чтобы навязчивые мысли не смогли атаковать повторно.

В этот момент Мира перевела взгляд с одноклассника на отца.

– Мира, нет! – закричал Антон, но Мирослава уже теряла сознание и падала в обморок.

Сплошная кромешная тьма поглощала её, отдаленно отражая слова и фразы тех, кто был рядом с ней в спортивном зале.

Неожиданно появился светящийся силуэт и обратился к Мирославе грубоватым голосом:

– Зачем в глаза посмотрела?

– Это же мой отец, – мысленно ответила Мира.

– Он – атакующий, никакого родства в таких моментах не бывает, – светящийся силуэт покачал головой.

– Я не знала, что нельзя смотреть в глаза, – оправдывалась Мирослава.

– Все атаки обладателей нацелены на незаметное влияние атакующего, – описал светящийся силуэт. – Обладатели редко атакуют напрямую, в основном, они это делают скрытно и невидимо для всех. На тебя же в школе напали из-за угла, так ведь?

– Я не видела, – призналась Мира.

– Вот! Ты не просто так не видела атакующего. Зрительный контакт в эмоциональной атаке способен погубить обладателя, но если ты так хочешь зрительного контакта с атакующим тебя обладателем, то смотри ему на переносицу, – светящийся силуэт поднес руку к очертанию лица и указал в область, где предполагалась переносица.

– Почему вы мне это рассказываете? И откуда вы знаете про нападение на меня в школе? – насторожилась Мирослава. – Вы изначально приходили в мои сны запугивать меня, а сейчас делитесь секретами обладателей.

– Я с самого начала просто приходил. Ты сама пугалась меня, – послышался ответ.

– Наверное, вы правы, – задумалась Мирослава. – Кто же вы? – она осмелилась спросить.

– Это важно?

– Конечно. Вы постоянно приходите в мои сны, знаете об атаке на меня, а я даже не знаю, кто вы.

– Еще не время, – эхом ответил светящийся силуэт. – Тебе пора! – он исчез.

Мирослава более детально слышала разговор отца с Голубевыми, стала четче различать своё имя, постоянно повторяющееся разными голосами, и определять отдельные фразы и слова из беседы с призывами очнуться.

Глава 9. Тупик

Мирослава слушала разговоры, постепенно приходя в сознание.

– Мира, доченька, ты как? – ласково повторял Евгений Викторович.

– Нормально, – Мирослава открыла глаза и приподнялась с пола. – Что случилось?

– При эмоциональных атаках не стоит смотреть нападающему в глаза, – объяснил отец. – Мы не успели тебя предупредить, поэтому ты упала в обморок.

– Не смотреть в глаза, а на переносицу, – запоминала Мира. – Это только в этом варианте атаки?

– Во всех атаках, – послышался рядом голос Антона. – Поделись, про переносицу тебе кто рассказал?

– Не знаю, а что? Это не так? – спросила Мирослава.

– Так, конечно… – озадачился одноклассник.

– Только об этом мало кто знает, – Евгений Викторович закончил мысль Антона и недоверчиво посмотрел на дочь. – Потом разберемся, – вслух решил он.

– Вот, возьми конфетку, полегчает, – Алина протянула карамельку.

Мирослава с удовольствием угостилась конфеткой.

– Может не стоит продолжать? – переживал Антон.

– Случай редко выпадает, – расстроено сказала Марина Евгеньевна.

– Согласен, – поддержал Евгений Викторович. – Пока Мира не найдет учителя, больше её никто не подготовит, – проговорил он.

– Я готова продолжить, – призналась Мирослава. – В глаза смотреть больше не буду, обещаю, – заверила она.

Евгений Викторович глубоко вздохнул, оценивая состояние дочери.

– Давайте продолжим на одной атаке и посмотрим по её самочувствию, – предложил Антон. – Остановиться мы всегда успеем.

– Да, давайте, – согласился Евгений Викторович.

Мирослава встала с пола. Она твердо стояла на ногах, чем вселяла уверенность в своих силах всем присутствующим.

– Эмоциональное внушение и убеждение похожи на заражение, – размышлял Евгений Викторович. – С одним она справилась, значит, другие осилит. Что выберешь: подражание или тупик? – обратился он к Антону. – Тебе блокировать, значит, тебе и решать.

Антон внимательно посмотрел на Мирославу.

– Тупик, – четко и уверенно сказал одноклассник.

– Почему то я даже не сомневался, – Евгений Викторович замотал головой. – Марина Евгеньевна, – он обратился к маме Антона, – предлагаю вам совместную атаку детей.

– Интересно, они справятся? – Марина Евгеньевна посмотрела на сына.

– Вот и проверим, – ответил отец Мирославы.

– Хорошо, – Марина Евгеньевна с Евгением Викторовичем направились к дальней стене спортивного зала.

Алина ушла на край матов, чтобы не попасть под действие атаки, а Антон с Мирославой остались стоять на месте и ждать.

– Ты в обморок падаешь, а он двойную атаку предлагает, и мысли свои блокирует, – одноклассник не скрывал недовольства от предложения отца Мирославы. – Мира, это точно твой отец?

– Что? – удивилась вопросу Мирослава.

– Ничего, мысли вслух, – нервничал одноклассник. – Ты если что, кричи, – предупредил он.

– Оптимистичный настрой, – расстроилась Мира.

– Вы готовы? – донеслось от родителей.

– Готовы, – громко ответил Антон.

Евгений Викторович стоял у дальней стены, скрестив руки на груди. Мирослава ждала, но никаких дымок и облаков от него не исходило. Марина Евгеньевна стояла рядом, готовая присоединиться в любой момент.

– Где дымки? – вслух спросила Мирослава.

Антон обернулся с неописуемым выражением лица: удивленным и озадаченным одновременно.

– Ты видишь атаки? – громко спросил одноклассник.

– Все предыдущие видела, но сейчас ничего нет, – разволновалась Мирослава.

– И не должно быть. Какие дымки? Ты о чем вообще? – Антон внезапно глубоко и тяжело вздохнул и поник головой.

Он простоял в таком состоянии около минуты, после чего поднял голову и пристально посмотрел на Мирославу.

– При эмоциональном тупике человек впадает в определенный «ступор», – делился Антон. – Ощущается предел возможностей, и в голове начинают крутиться вопросы: «Что дальше? Куда дальше?» – он тяжело вздохнул. – Многие люди впадают в депрессию из-за подобных атак, а обладатели способны потерять эмоцию, – одноклассник угнетающе описал атаку.

Он простоял еще полминуты в спокойном состоянии.

– При этой атаке парализуются все активные действия, и снижается жизненная энергия, – Антон дополнил описание неприятного состояния. – Чтобы справиться с атакой, надо действовать, – он поднял голову, разогнался и сделал сальто в воздухе.

На его лице озарилась улыбка, а сам он в бодром расположении и с хорошим настроением вернулся к Мирославе.

– Готовься, сейчас твоя очередь, – он покачал головой, сомневаясь в результате.

Мирослава обратила внимание на силуэты у дальней стены. Она издали оценила позы и действия взрослых, стараясь не встречаться с ними взглядом. Мира заметила, как Марина Евгеньевна скрестила руки на груди, подражая Евгению Викторовичу, после чего на Мирославу навалились апатия и тяжесть. Все тело изнывало от непонятной усталости, а в голове шепотом слышался вопрос: «Как быть дальше?»

Мирослава испуганно посмотрела на Антона. Одноклассник смог сделать сальто, но Мира не была готова к подобным акробатическим номерам. Она не занимается спортом, а сейчас даже не знает, как быть дальше?

– Мирослава, надо действовать, – советовал ей Антон. – Движение, любое движение, – повторил он.

Мира вглядывалась в одноклассника, а в груди у неё возрастала паника. Она чувствовала, как её одолевают страхи. Свои или чужие – было непонятно, но они пробуждались в ней и рвались наружу.

«Как быть дальше?» – повторялся вопрос, от которого начинала кружиться голова.

Мира знала, что отец прервет этот странный эксперимент в любой момент, но ей не хотелось показаться слабой, она хотела справиться с атакой.

«Действовать», – внушала она себе, стараясь внутренним голосом перекричать навязчивый вопрос атакующих.

Страхи внутри росли. Мирослава заставляла вопрос звучать тише, но утихомирить страхи не могла.

– Мира, действие, – повторил Антон. – Пожалуйста, сделай что-нибудь. Любое действие, – чуть ли не умолял он.

Внезапно Мирославу осенила идея.

– Потанцуй со мной, – тихо попросила она.

– Что? – удивился одноклассник.

– Помоги мне, пожалуйста, потанцуй со мной, – Мира громче повторила просьбу.

Антон улыбнулся и подошел к ней. Он обхватил Мирославу одной рукой за талию, а второй рукой взял её ладонь. Мира положила свободную руку Антону на плечо, пристально вглядываясь в его глаза. Они небольшими шагами стали вальсировать по матам, плавно передвигаясь по залу. Мирослава улыбалась однокласснику и старалась не отводить от него взгляд.

Навязчивый вопрос стих и пропал, но вот внутренние страхи не успокаивались. Мирослава, наоборот, чувствовала, что они усиливаются и от танца, и от приятных эмоций. Когда Мира перестала слышать вопрос в голове, она резко остановилась. Антон удивленно смотрел на неё, а Мирослава рассматривала свою руку, лежащую на плече одноклассника. Силуэт собаки на фоне какого-то странного бесформенного облака красовался на её кисти.

– Что случилось? – поинтересовался одноклассник.

– Я не знаю, – взволнованно ответила Мирослава, отстраняясь от партнера.

Поддавшись какому-то странному порыву, Мира резко развернулась в сторону своего отца и мамы Антона, и развела руки в стороны.

За секунду рядом с её правой рукой сформировалась вполне реалистичная фигура черного лабрадора, которую Мирослава держала на тоненьком поводке, а около левой руки образовалось густое облако непроглядной тьмы в человеческий рост.

– Мирослава, что происходит? – спросил Евгений Викторович.

– Я не знаю. Похоже на страхи, – переживала Мира. – Они сами проявились, – оправдывалась она.

В этот момент лабрадор сорвался с тоненького поводка и начал медленно приближаться к Марине Евгеньевне с диким оскалом. Темное облако параллельно с собакой постепенно перемещалось к отцу Мирославы.

– Останови их! – выкрикнул Антон.

Евгений Викторович и Марина Евгеньевна стояли в оцепенении, не зная, что им предпринять. Страхи приближались к ним все ближе, но как с ними бороться, никто из родителей не знал.

– Мира! Останови их! – кричал Антон.

– Я не знаю как! – испуганно выкрикнула ему в ответ Мирослава.

«Гагатик, миленький, помоги мне», – Мира мысленно обратилась к духу своего камня.

«Догони их, Мира», – послышался где-то внутри голос Гагата.

Мирослава сорвалась с места. За метр до взрослых она догнала и остановила страхи, вцепившись в них руками. Бесформенное темное облако, было очень даже осязаемо и вполне уловимо, а у лабрадора Мира отчетливо ощущала ворсинки шерсти. Она стояла и держала руками страхи, боясь их выпустить или ослабить хватку.

Мирослава вглядывалась в отца и в Марину Евгеньевну, которые стояли с удивленными и напуганными лицами.

«Что дальше, Гагат?» – мысленно спросила Мирослава.

«Ничего», – ответил дух камня.

«Гагатик, пожалуйста, подскажи», – умоляла Мира.

«Я подсказал», – ответил дух камня.

Мирослава пыталась быстро решить очередную головоломку от духа камня, но решение не приходило.

– Мира, ты так и будешь с ними стоять? – подошел к ней Антон.

– Понимаешь, я не знаю, как их вернуть, – призналась Мирослава.

– Наверное, так же как и пауков, – предположил одноклассник, разглядывая лабрадора, который весело завилял хвостом при виде Антона. – Или как предыдущих собачек. В этом могу помочь, – улыбнулся одноклассник и погладил лабрадора.

– Не сейчас, – Мира удивленно посмотрела на Антона, представляя, как бы отреагировали их родители на подобную ситуацию.

– Хорошие воспоминания нужны. Я уверен, тебе есть, что вспомнить, – подмигнул ей одноклассник.

Мирослава вспомнила несколько приятных моментов из жизни, после чего страхи испарились в воздухе, а их силуэты скрылись в кистях её рук.

– Мира, ты тонко подметила страхи, – сказала Марина Евгеньевна. – Я с детства боюсь собак и находилась в замешательстве, как бороться и что делать?

– И я не скрываю, что боюсь темноты, – признался Евгений Викторович. – И такого вида атаки никогда не встречал.

– У вас дочь обладатель эмоции страха, чего вы ожидали? – поинтересовался Антон.

– Боюсь, мы сами виноваты, – задумалась его мама. – Эмоциональный тупик пробуждает в обладателе страхи в целях дальнейшего «самозапугивания», – она описала суть атаки. – Мы разбудили страх в страхе, вот и получили защитную реакцию.

– Думаю, вы правы, – согласился Евгений Викторович. – Этим запрещенным приемом тебя лучше не атаковать, – он внимательно посмотрел на дочь.

– Теперь точно на сегодня хватит, – строго сказал Антон. – Как бороться со страхами – мы не знаем, а Мирослава в следующий раз может не успеть их остановить.

– Согласен, на сегодня достаточно, – поддержал Евгений Викторович. – Было приятно вместе потренироваться, – он поклонился Марине Евгеньевне и Антону.

– Взаимно, – улыбнулась ему мама Антона. – Надеюсь, когда-нибудь удастся повторить.

– Надеюсь, – ответил Евгений Викторович. – Антон, ты изумительно справился со всеми атаками, – восхищался он, – еще и терпеливо выжидал, когда они проникнут в твоё сознание.

– Так надо было, – Антон вглядывался в отца Мирославы. – Редко выпадает возможность попробовать защититься от таких сильных атак, рад, что получилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.