Владислав Можайский
Психотерапевтический фольклор: просто о сложном или почти все о жизни за пару часов чтения

«Психотерапевтический фольклор» – это впечатления автора – психолога по профессии, выраженные в метафорической форме, в виде афоризмов, притч, анекдотов, высказываний, поэтических зарисовок, коротких психологических историй-рассказов.

От автора

В этой книге собраны некоторые мои впечатления, выраженные в метафорической форме, в виде коротких и не очень психологических рассказов, афоризмов, притч, анекдотов, высказываний, поэтических зарисовок. Они отражают актуальную психологическую, иногда острую социальную проблематику более или менее простым и понятным языком, понятным практически любому человеку, непосвященному глубоко в психологию, но пытающемуся разобраться в том, как устроены окружающий нас мир и человеческая жизнь.

Вдохновение и импульс к подобному творчеству дали самые разные события и обстоятельства моей жизни и профессии, иногда смешные и забавные, иногда трагикомичные, иногда печальные и драматичные, но всегда эмоционально заряженные, окрасившие это творчество соответствующими эмоциями, образами, мыслями и формами. «Фольклор» рождался, часто, в процессе психологических консультаций и психотерапии, моей преподавательской деятельности, в процессе моих телеинтервью и участия в различных телепроектах и других профессиональных активностей. Он рождался и как тексты, посвященные людям, чья жизнь, работа, творчество вызвали у меня яркие переживания, которые мне хотелось в этих текстах отразить и которыми хотелось поделиться.

«Фольклор» зарождался и в процессе общения с книгами, просмотра фильмов, спектаклей. Так, когда-то много лет назад, книга Е. И. Рерих «Мозаика Агни Йоги» дала импульс к сочинению одной из притч «Король и его солдаты» и вообще – импульс к началу собирания такого материала. Притча «Ночной шторм» была написана под влиянием работ К. Г. Юнга, притча «Дорога» – после просмотра телеспектакля «Эзоп», поставленного в 1981 году, с А. А. Калягиным в главной роли. Другие притчи, рассказы, афоризмы, поэтические зарисовки и анекдоты возникли, как реакция на тот или иной информационный повод, событие, те или иные обстоятельства моей жизни.

Собранный материал вплотную связан с «вечными темами» человеческой жизни: счастливым мироощущением и наоборот, доверием и недоверием, любовью и ненавистью, миром и войной, семьей и воспитанием детей, творчеством и самореализацией, умением слышать друг друга, договариваться и разрешать конфликты, способностью видеть и понимать суть вещей и многими другими, без понимания которых отношения в любой социальной группе превращаются, как правило, в психопатологию повседневной жизни, насыщенную неразрешимыми противоречиями, деструктивными отношениями и социальными явлениями, потерей психологического и физического здоровья.

Из своего опыта знаю, насколько интересными, увлекательными, ярко запоминающимися и полезными могут быть мысли и впечатления, выраженные в подобной форме. Далеко не случайно, у разных народов, в разных временах и географических пространствах, бытовали традиции выражения знания об окружающем мире через легенды, мифы, сказки, притчи, рассказы. В этом, вероятно, проявлялась и продолжает проявляться естественная потребность человека в непосредственном эмоционально-образном отражении своих переживаний и впечатлений, вызванных различными событиями, потребность в передаче и получении жизненного опыта в такой форме. Именно поэтому предлагаемая читателю книга вполне справедливо может быть названа «психотерапевтическим фольклором».

Кроме того, очевидно, порой, что подобная ненаучная или художественная форма отображения различных явлений жизни важна, а порой, только она одна и возможна, где логика бессильна, а исключительно рационально-интеллектуальный или научный взгляд на некоторые жизненные ситуации мало чего даёт для их понимания и разрешения. При этом, помимо желания поделиться этим знанием с другими людьми, такая форма выражения знания о человеке и окружающем нас мире, безусловно, может стать для многих и одним из методов стресс-менеджмента или самотерапии, приобретающих в наше сложное время особую значимость (см. Приложение 1).

В.М.

Раздел 1. Истории и рассказы

«Алгоритм счастья»

Какое-то время назад я понял, что большая часть самых значимых, радостных и счастливых событий моей жизни, как правило, становилась результатом обстоятельств, естественно и без особого напряжения складывающихся перед тем, как…

Это касалось и моей работы, и творчества, и новых практических знаний, и встреч с интересными людьми, и путешествий, и здоровья, и многого другого, что делает жизнь любого человека яркой, интересной и наполненной. Оказалось, чтобы обрести нечто важное, почувствовать себя счастливым не нужно все время, как говорят, «бить копытом», «рвать подметки», быть «пострелом», который «везде поспел», тем более, чего-то вечно что-то требовать для себя от окружающего мира и людей, выдумывать какие-то искусственные жизненные сценарии и вообще нарочито делать что-то с «упорством, достойным лучшего применения», как говорят, опять же.

В какой-то момент мне стало ясно, что значит быть «в потоке», что, вероятно, имел ввиду русский философ и публицист В. Розанов, когда говорил о чувстве «умиления», как о состоянии, позволяющим естественно, без понуждения и осознанно соединиться с чем-то новым и важным для тебя. Я вдруг по-новому понял пастернаковские строчки: «…жить без самозванства, так жить, чтобы в конце концов привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов…» А главное, стала понятна простая истина – алгоритм, позволяющий этот естественный процесс инициировать – как в своей жизни, так и в жизни других людей, утерявших состояние потока и обращающихся к тебе за помощью.

«Алгоритм счастья» – наверное это звучит претенциозно, по меньшей мере странно. Знаю. Поэтому и взял в кавычки. У каждого – свое счастье и свои способы его обретения, скажете вы. Какой здесь может быть алгоритм? И это абсолютно так, спорить не буду. Тем более, знаю какое количество «продавцов счастья», предлагающих свои рецепты со стопроцентной гарантией, развелось вокруг за последнее время. И принципы достижения счастья один другого лучше: чем больше (денег, влияния, связей, славы, власти) – тем лучше; если не хочешь, чтобы управляли тобой, научись управлять другими; реализуй свои амбиции, кушай жизнь полной ложкой и удовлетворяй свои потребности; будь успешным, а путь к успеху – это опять же деньги, карьера, влияние, власть, слава и тп.

При этом, как правило, не говорится о том, что амбиции бывают, порой, пустыми и ничем не обоснованными, нездоровыми, потребности – ложными и деструктивными, а «путь к успеху» – это, часто, миф, до сих пор удачно продаваемый маркетологами успешного образа жизни. Но кто из них об этом скажет? Легче торговать такими способами обретения счастья, чем учиться разбираться в человеческой жизни, в себе, в устройстве окружающего мира вообще. Вот поэтому, зачастую, те, кто становятся на подобный путь постижения и достижения счастья, иногда, в конце этого пути, напоминают загнанных лошадей. А в его начале – прекраснодушных фантазеров, несущихся стройными табунами, поднимая пыль, как африканские антилопы на водопой, с восторгом на лице и анестезирующей иллюзией познания «секретов жизни», «успеха», «счастья» и являющихся лишь кормом для очередного продавца этого ходового товара. Что делать, хотят люди быть счастливыми, богатыми, здоровыми! А кто этого не хочет?

Как мне представляется, все значительно проще, в самом хорошем смысле слова «проще». Лично я воспринимаю и чувствую счастье, как счастье, со-частье – целостность. Это, как естественная потребность любящих друг друга людей в нежных и глубоких объятиях, когда взаимное притяжение, все так же естественно и без экзальтации, наполняет теплом сердца, ум и тела обоих, наполняет радостью, глубоким интересом и влечением друг к другу. Это – как нечто приятно тебя захватывающее, но не лишающее, при этом, ощущения самого себя, ощущения окружающего мира, ощущения свободы. Это – как интересная работа, как творчество, как глубокое увлечение чем-либо или кем-либо. Это то, в чем ты естественно растворяешься, наслаждаясь моментом пребывания в этом процессе, отдаваясь полету – потоку чувств, впечатлений, мыслей, состояний, нового неожиданного, но вполне закономерно рождающегося знания.

Это то, что бывает, порой, не очень заметным, на первым взгляд, едва слышным и осязаемым, и здесь уже важна внимательность и чувствительность к деталям жизни, подробное ее проживание сердцем, умом, телом. Очевидно, что такая внимательность вплотную связана с нашей индивидуальной оптикой и радарами восприятия всего того, что происходит вокруг нас и происходит внутри. Качество же работы этой оптики и радаров, их мощность, во многом зависят от нашего внутреннего равновесия, ресурса и отношения к жизни, вообще – базовых настроек. «Имеющий уши – да услышит, имеющий глаза – да увидит, имеющий разум – да осознает…», и когда ты слышишь, видишь и осознаешь, тогда и происходит такое рождение. Для себя я называю этот процесс эффектом естественного прироста, в котором и происходит нечто очень важное для меня, новое, стоящее и настоящее, заземленное и целостное, и конечно дарящее тебе ощущение счастья, которым можно делиться с другими.

Совсем не первое первое апреля

Если кто ещё из арендующих или собирающихся арендовать помещение под офис или кабинет не знает, то считаю свои долгом сообщить: ничто так не бодрит, как утренний телефонный звонок охранника соседнего офиса, часиков так около шести, когда вы ещё сладко спите, с сообщением «у вас там в офисном санузле все прорвало, всех затопило и на этаже, и соседей снизу, и сантехники не могут попасть к вам в помещение, чтобы перекрыть воду». Понимание же того, что все это – за несколько дней до празднования юбилея твоей организации и твоего собственного юбилея, а также даже примерное представление о том, на какие деньги ты «попал» в данных обстоятельствах придает этой утренней бодрости особый неповторимый колорит, ощущаемый физически в самых разных частях еще не совсем проснувшегося тела.

При других обстоятельствах я бы скорее подумал про первое апреля (это было опять именно оно), розыгрыш и всякое такое, тем более, что бывало как-то разыгрывали меня и ранее в этот день и достаточно жестко. Но то были друзья, а тут охранник соседнего офиса, человек пенсионного возраста и чувством юмора судя по всему не обремененный, несколько даже заторможенный, насколько я успел узнать его за несколько лет нашего знакомства. Так что «первоапрельский» звонок не прокатывал.

Уже выбегаю, буду минут через сорок! – выпалил я, прикинув быстро сколько понадобится мне времени на сборы и самый оперативный способ добраться до офиса. Сработал шурупом вкрученный в меня армейский рефлекс – быстро собираться, умываться, одеваться, когда нужно. Спасибо краснозвездной! Иногда это очень кстати, как выясняется. Из далекого прошлого на ходу всплыло в памяти, по-моему, из «агитпроповского» периода в творчестве Маяковского: «мускул свой дыхание и тело тренируй с пользой для военного дела!».

Дорога вместе со сборами и небольшой автомобильной пробкой действительно заняла чуть больше сорока минут. «Пробки – время подумать о жизни…». Интересно наблюдать, как работает твое сознание в такие моменты. Часть его последовательно или скопом обрабатывает собственные представления по типу «что там сейчас творится?». Перед глазами всплывают сочные образы прибежавших и орущих соседей снизу (вполне справедливо орущих!), с которыми и так уже сложились непростые отношения в связи с нашими иногда поздними мероприятиями и тонкими звукопроницаемыми межэтажными перекрытиями. Всплывают хорошо знакомые ещё из детства очертания сантехников с непременным запахом сырости подвальной каптерки, где они сидят и ждут вызова, сантехников, разводящих при этом руками, мол «а что мы можем, раз дверь закрыта?!», пробегают перед глазами тексты коллективных соседских жалоб, возможные варианты последующих разборок и финансовых затрат на ремонты.

Другая часть сознания, на которую моя профессия и, в общем-то взгляд на мир, безусловно наложили отпечаток, абстрагируясь начинает искать ответы на вопрос «что это вообще за история со мной приключилась?». То ли расслабился слишком и просто что-то недоглядел по хозчасти в арендуемом помещении? Тут же контраргумент – вроде недавно я поменял сантехнику! А может быть «властители кармы», углядев по жизни какой-то мой грешок или «незачет», решили преподать мне урок?

Одним махом я взлетел по лестнице на третий этаж, где были расположены сдаваемые в аренду офисы, в том числе и мой. Передо мной вырос Василий Василич – уже упомянутый выше охранник, протягивающий для приветствия руку:

– А ты чего бежишь-то? – уж как-то очень спокойно и даже, по-моему, улыбаясь произнес он.

– Так ведь хлещет же там у меня! – ещё не отдышавшись, выпалил я, продолжая быстро двигаться мимо него к своему помещению и готовясь услышать в свой адрес много «лестного» от собравшихся там пострадавших по моей вине соседей.

Но у дверей было тихо, хотя уже и показались в коридоре первые лужи воды и небольшое озеро в холле перед кабинетом, сразу покрывшее нижнюю часть моих ботинок. Слава богу, хотя бы никого нет! – подумал я, с нервным усилием проворачивая ключ в дверном замке. Открыв, я сразу ринулся к санузлу, хлюпая уже по полу своего кабинета. Рывком одной руки я распахнул дверь туалетной комнаты, а другой одновременно быстро включил свет. Я готов был в этот момент кинуться грудью на пробоину, перекрыть все, что только там можно перекрыть, зажать руками струи воды, обмотать пробоины тряпками, скотчем, своей курткой, чем угодно…

Да, уж. Если «властители кармы» и хотели мне преподать какой-нибудь урок в этот день, то один из них уж точно про то, как со слов другого человека и при определенных обстоятельствах, не выяснив все досконально, можно себе такого понапридумывать, что в пору самому обращаться к психотерапевту. И это, если ещё добежишь до него конечно в своем стрессе.

В туалете было совершенно сухо, чисто и тепло. Ничего не хлестало. Все краны, шланги и прочая от мира сантехники находились в спокойном исправном состоянии, игриво подмигивая мне своими никелированными гранями и оплетками.

Сзади послышалось хлюпанье. Я оглянулся, увидев Василия Василича, который шлепал по воде, с немного испуганным и, как мне показалось несколько глуповатым выражением лица, очень характерным для многих соотечественников в подобных ситуациях.

– Ну чего там? – спросил он.

– Сухо! – громко ответил я, внимательно, чтобы не ошибиться, произнося это слово, фонетически близкое, хотя и литературному, но все же ругательному. Мне понадобилось некоторое внутреннее усилие, чтобы не сорваться на многоэтажную вербальную конструкцию, крайне характерную именно в российском обиходе в подобных обстоятельствах.

– Ну да! – как будто со знанием дела изрек охранник. – Это же соседский санузел прорвало. А ты чего не понял? Сантехникам нужно было просто посмотреть у тебя в санузле, как стояк перекрыть, а тот – соседский они уж перекрыли.

Моментально накрывшая досада то ли на себя, то ли на Василия Василича, то ли на всю эту ситуацию в целом, смешалась с радостным облегчением и успокоением, что «похоже пронесло» и что все это «не из-за меня». Все эти чувства как-то трансформировались в энергию принятия решений по оперативной уборке помещения.

Как нельзя кстати появилась уборщица Марина. В ее арсенале клинер-менеджера оказался замечательный пылесос, сосущий оказывается не только пыль, но и воду! Уже только по моему умоляющему взгляду человека, пережившего стресс в это первоапрельское утро, Марина сразу как-то поняла, что в данный момент я не могу жить без нее. И конечно без ее чудесного пылеводососа. Наши с ней чувства, подкрепленные денежным вознаграждением за работу по уборке воды, были в этот миг взаимны и почти не знали преград! Я даже стал в этот момент благосклонней относиться к техническому прогрессу, родившему это замечательное устройство. Пылеводосос тихо и, как мне показалось с музыкально урча, поглощал литры воды с пола моего кабинета, в котором не раз звучали нелицеприятные речи в адрес этого самого технического прогресса, отнимающего у современного человека способности, данные природой. Я с тихой радостью переживал экстаз единения технического прогресса в лице чудесного устройства, моего подзатопленного кабинета, уборщицы Марины и много другого, что нас объединяет в тяжелые моменты жизни.

Да уж, по-прежнему чудны дела твои, Господи! А первоапрельские шутки иногда суровы. Впрочем, я же знаю, где живу… И что без юмора, порой сурового и философского отношения к жизни в наших условиях выжить, иногда, как-то сложно. Впрочем, многие это и без меня знают.

Новогодняя психологическая дегустация шампанского

Фрагмент 1. Светик

В своих «беседах о русской культуре» замечательный отечественный литературовед и культуролог Юрий Михайлович Лотман, затрагивая тему чтения художественной литературы, говорил, что над книгой важно мечтать. Ученый имел ввиду процесс ассоциативного мышления, позволяющего, в том числе визуализировать читаемое. В этом случае видение и понимание произведения становится объёмней, глубже, интересней, в конце концов. Так просто. И так мне знакомо с самого детства – возникающие перед глазами яркие живые и захватывающие дух картинки самых разных событий и обстоятельств, монотонно и монохромно отпечатанные одними и теми же буквами в разных сочетаниях между собой, на одинаковых бумажных страницах. Сколько всего за этими, в общем то простыми значками, можно увидеть и понять! А сколько всего можно увидеть не просто за буквами, но людьми?! Может быть поэтому последние годы я почти не читаю книг? Читаю людей. Иногда перечитываю, порой под новым ракурсом и это, порой, уникальное чтиво. Безумно интересные «истории», «новеллы», «романы», «эссе», «рассказы» и «поэмы», «мемуары», которые ты встречаешь на своем пути, среди которых живешь, работаешь, ходишь по улицам, ездишь в метро и путешествуешь по миру, возможно такой же «читаемый» кем-то.

И вот она, все такая же обаятельная с такой же мальчуково-стройной фигурой и такой же короткой стрижкой, одетая стильно и со вкусом, в приглушенно-кобальтовые тона, с немного уставшими, но такими же, как и двадцать лет назад прекрасными карими, внимательными и немножко по-детски встревоженными глазами. Она стоит на фоне освещенной стены моего большого кабинета, изящно жестикулируя, неспешно и очень занимательно рассказывает, специально собравшимся для этого мероприятия, о достоинствах и особенностях шампанского, сделанного в Крыму. Тут же отвечает на вопросы слушающих, приводит примеры из практики виноделия и практики винопития, ненавязчиво знакомит нас с основными понятиями, проводя перед нами стройные терминологические ряды «сульфидов», «миллезимов», «ремюажей», «дегоржажей» и других стражей этого интересного дела. Приводит примеры из жизни, в том числе примеры взаимодействия с вином из личного опыта.

Она профессиональный психолог и профессиональный сомелье – ведущая нашей новогодней дегустации. Поработала психологом-практиком, преподавала в университете, много поездила по миру, много чего повидала, родила троих. А заодно поучилась прекрасной профессии, вдогонку к первой, да ещё в таких пенатах, о которых грезят многие, кто становится на путь познания тонкостей бизнеса и развития своего дела. Какое чудесное сочетание профессий и совпадение самых разных событий жизни! Какая из всего этого выросла замечательная возможность глубоко, неспешно и тонко вникнуть в мир вина, виноделия и жизни вообще. И как это иногда бывает просто, радостно и приятно – воспринимать и понимать жизнь в ее многообразных проявлениях из прошлого, настоящего, будущего. Светик!

Помню лет двадцать назад, дело было на 1 апреля – «день смеха», когда мы дружной студенческой компанией, человек восемь, где была и Светик, решили отметить только что сданный зачет по психофизиологии в нежно любимом нами кафе на втором этаже Дома композиторов – «домкома» в простонародье, неподалеку от психфака (факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова). Как и водилось тогда, денег всегда не хватало и вскладчину мы насобирали только на одну бутылку шампанского, кофе и, по-моему, какие-то орешки. Не беда – весна, дружная компания, сданный зачет, хорошее настроение, мы молоды и красивы, все это с лихвой компенсировало материальные затруднения и делало жизнь прекрасной. Хотя выпить шампанского всем конечно еще хотелось.

Вдруг, совершенно непонятно откуда над нашим столом зависла рыжая бородатая голова, с богемно повязанным на шее платком и, совершенно не обращая внимания на мужскую часть компании (как будто нас вообще не было за столом), обратилась к прекрасной ее части:

– Милые девушки, там, внизу на первом этаже, в ресторане собрались за одним столом композиторы-песенники, предлагаю вам присоединиться к нашей компании и приятно провести время!

Сказать, что мужская часть нашего дружного коллектива, включая меня, вошла в состояние тихой оторопи – не сказать ничего! По-моему, слышно было, как по команде с причмокиванием отвисли наши челюсти, покачиваясь, какое-то время, из стороны в сторону. Девчонки, учтиво поблагодарив бородатую голову, вежливо отказались, и голова исчезла так же, как и возникла. Наши прекрасные, верные и любимые подруги – кто бы сомневался! Но может быть это был такой «композиторский» розыгрыш в день смеха, подумали мы – посмеялись просто над нами песенники, так сказать? В любом случае, наше мужское самолюбие было основательно задето, и план «ответного удара» созрел мгновенно. Наверное, в такие моменты Архимед кричал «эврика!», Пушкин – «ай да Пушкин, ай да сукин сын!», а Моцарт радостно фонтанировал новыми гениальными музыкальными темами.

Несколько минут тут же организованной оперативной планерки под возбужденные повизгивания наших психологинь и не менее возбужденный баритон ребят пролетели, как одно мгновение. Я встал и направился на первый этаж, в ресторан, где теперь «по ту сторону баррикад» (сами виноваты!), пировали наши песенники. Оставшиеся в кафе на втором этаже ребята, по условленному плану, должны были, несколько погодя, спуститься на первый этаж и передислоцироваться из домкома обратно в здание психфака, поджидая меня там в одной из пустых аудиторий. При этом нужно было тихо и незаметно прошмыгнуть мимо входа в ресторан на первом этаже, забрав свою и мою, в том числе, одежду из гардероба, находившегося в холле первого этажа. Осуществить данное прошмыгивание было непросто. Гардероб находился как раз напротив широкого открытого входа в этот самый ресторан, где пировали наши оппоненты, и все происходящее в холле и перед гардеробом конечно было хорошо видно из зала ресторана. Для решения этой задачи практически нужны были навыки ниндзя.

Конечно, я волновался, спускаясь на первый этаж в ресторан, но не долго, постепенно наполняясь праведным гневом и смелостью. Как говорится, «кто к нам с мячом пришел, обязательно получит по шайбе». Особенно первого апреля. Я быстро отыскал взглядом нужный столик по выделявшейся рыжей бородатой голове. Голова, признаться это удивило, заметив меня, отделилась от стола и направилась в мою сторону с несколько извиняющимся видом. Я торжествовал, уловив едва заметное смятение в глазах супостата с вполне объяснимым его волнением и смущением, особенно при виде меня у входа в ресторан с решительно рыщущим по столам взглядом. Но, видимо в закрутившемся вихре эмоций, мы с ним уже без слов, в определенном смысле, понимали друг друга.

– Понимаешь, – сказала голова, – ко мне из Перми приехал друг – композитор, и я хотел познакомить его с красивыми московскими девушками! Понимаю, – сказал я нарочито сдержанно, на всякий случай, чтобы в пылу эмоций не озвучить свое отношение к таким беспардонным способам поиска красивых девушек. И одновременно делая сочувственный вид, я начал говорить о том, что понимаю его, тем более, что наши девчонки потрясающие и неудивительно, что они так понравились.

– Пять бутылок шампанского, – спокойно назначил я цену, изображая максимально невозмутимый, но понимающий мужской взгляд, – ровно по количеству девчонок! Да?! – радостно и удивленно переспросила голова, – сейчас я с другом поговорю! Рыжий ринулся обратно к шумному композиторскому столику, оставив меня на время, и дав тем самым возможность перевести дух, в том числе от странного и незнакомого мне ощущения себя в роли «сутенера». От столика, обратно в мою сторону отделились уже двое – голова и его, как я понял пермский приятель. Деловые переговоры втроем приняли более предметный характер. Оказывается, в особо судьбоносные для себя моменты жизни даже творческие люди тоже могут быть вполне себе деловыми. Но я не предполагал, что настолько!

– Четыре бутылки! – начал торговаться наш пермский композитор. От комичности всей ситуации меня начал душить смех, ко всему ещё накрыло аллюзиями из бессмертных «12 стульев» – «я полагаю, что торг здесь неуместен!». Я призвал на помощь весь свой опыт саморегуляции, дабы сохранить хотя бы внешнюю видимость серьезности и мужского взаимопонимания в таком пикантном деле. Как ведь порой в самых необычных ситуациях оказываются кстати навыки работы с дыханием. – Черт с вами! – наигранно недовольно бросил я, – четыре, так четыре, давайте, я отнесу наверх в кафе шампанское, мы выпьем вместе с ребятами, чтобы разрядить, так сказать, неловкую ситуацию с вашим несколько неучтивым приглашением наших девушек в вашу компанию, и я приведу девчонок, я уже договорился с ними, и они не против провести вечер в вашей интересной компании. Рыжий и пермяк растопырились в вальяжной улыбке, разве что не всплеснули руками от умиления.

Все уже близилось к развязке, но тут, как водится в хороших детективах, обстоятельства приняли неожиданный разворот. Наш провинциальный служитель муз, несмотря на описание рыжей головой общих тактико-технических характеристик наших барышень, решил лично ознакомиться с предметом торга, так сказать. Ну что ж, имел на это полное право! Ведь он, вместе со своим московским другом, выкатывал целых четыре бутылки шампанского, отважно и решительно приобретаемого по ресторанным расценкам! Но его рвение к предварительному знакомству, конечно же, уже не вписывалось в наш первоапрельский сценарий. К тому же, именно в этот момент дружная студенческая компашка реализовывала часть этого самого сценария под кодовым названием «незаметное прошмыгивание мимо входа в ресторан» (где собственно и осуществлялась сделка века). Весь наш гениальный первоапрельский план – он же «ответный удар» мог порушиться в один миг!

Пермяк уже развернулся к выходу из ресторана, чтобы осуществить исследовательский рейд, поэтому надо было срочно что-то предпринимать, при этом сохраняя спокойствие, деловитость, а главное правдоподобность происходящего. Погоди секундочку, – сказал я, – давай все же я сам сначала опишу тебе наших девчонок, для большего понимания. И, не дожидаясь его согласия, продолжил, – они не просто красивые девушки, они психологи, к ним нужен особый подход. Я уже не помню точно, что ещё я нёс, описывая их психологические особенности и внешность (помню только, что начал свое описание со Светика и Алены). В любом случае, этот трюк удался, и время было выиграно. Да и у пермяка, судя по всему, исследовательский пыл в значительной степени был удовлетворен моими байками. В это время рыжая голова, оставившая нас с композитором на некоторое время, возвращалась к нам обратно, торжественно неся перед собой зажатые между пальцев горлышки четырех бутылок шампанского, играющих на свету своими серебряными головками, будто олимпийскими медалями. Бутылки незамедлительно переместились в мои руки, и я, в такой же торжественной позе, спокойно и деловито пошел к выходу, предусмотрительно отправив своих визави готовить дополнительные удобные места за столом. – Дамы ведь сейчас придут, нужно сервировать! – сказал я. Помню, что направляясь к выходу, думал ещё, как бы не побежать и не засмеяться!

Какая неожиданная и замечательная вечеринка получилась у нас тогда двадцать лет назад в пустой аудитории психфака! Мы все хохотали, обсуждали произошедшее, строили свои версии возможных реакций и поведения наших песенников, оставленных с вполне заслуженным «носом». Потом дружно танцевали под музыку, не громко лившуюся из маленького японского радиоприемника, бросая друг на друга кто радостно-победные, заговорщицкие, кто восхищенно-влюбленные взгляды. И пили трофейное шампанское, казавшееся особенно вкусным и пьянящим!

И вот, спустя двадцать лет, в уютной обстановке своего кабинета, украшенного по-новогоднему, я перекатываю языком во рту глоток розового брюта «Пино Нуар», сделанного в родном Крыму, слушаю приятный немного низкий тембр голоса Светика, и удивляюсь тому, что узнал от нее, в том числе, о хорошо известных мне крымских винах. А в моей памяти, как в калейдоскопе, перекатываются разноцветные картинки того счастливого, звенящего и бесшабашного студенческого времени, переплетаясь с теплой атмосферой нашей неспешной и размеренной новогодней встречи.

Счастливые моменты жизни из разных ее времен и пространств! В чем-то похожие и уже такие разные. Но все мои…

Фрагмент 2. Корень виноградной лозы

Казалось бы, я это знал или понимал, во всяком случае, услышав несколько лет тому, что высокое качество особо любимых мною солнечнодолинских крымских вин связано, прежде всего, с качеством почв, на которых растут виноградники. Ну и конечно с количеством солнечных дней в году – около трехсот сорока. Но вот, вдруг – новый ракурс этого знания! Оказывается, как сообщила нам наша замечательная ведущая новогодней психологической винной дегустации, если почва бедна в традиционном земледельческом ее понимании (а на юго-востоке Крыма, насколько я знаю, преобладают именно такие – солончаковатые коричневые почвы больше пригодные для засухоустойчивых культур), то корень виноградной лозы вынужден уходить все дальше вглубь земли в поисках воды.

Ну и что, скажете вы? Это естественно для многих растений, произрастающих не на черноземе и в условиях дефицита влаги, ничего удивительного в этом нет. А вот погодите НЕ удивляться! Потому как оказывается, чем длиннее этот путь и чем больше разнородных пластов земной коры проходит корень, тем больше он впитывает на этом пути уникальнейших микроэлементов, присущих только данному пласту. Именно богатое сочетание различных микроэлементов, приобретенных корнем винограда по дороге к воде, в последствии и даёт в саму виноградную лозу, затем в виноградную гроздь, а затем и в вино уникальные вкусовые качества, включая его цвет и аромат. Так просто и так теперь понятно! С легкой руки нашей ведущей, это знание для меня стало артикулированным и более усвоенным. Но, что очень важно лично для меня, это знание вывело меня на интересные психологические аналогии, в новом необычном ракурсе.

Когда-то, ещё во второй половине девяностых годов, изучая психологию, я увлекся концепцией «параллелизма» – смысловыми соответствиями между современной наукой и эзотерическим знанием, описывающих одни и те же природные физические явления и процессы, но использующих, что понятно, различный понятийный аппарат, термины, описательный язык. Феномены квантовых физических процессов соотносились в этой теории с явлениями, описываемыми в различных эзотерических практиках и духовных системах. Натолкнулся я на эту концепцию, штудируя самую различную интересную мне литературу – психологическую, культурологическую, эзотерическую, религиозную. Помню, как я был впечатлен аналогиями между уникальными физическими явлениями и духовным опытом, которые описывал в своей книге «Дух, душа и тело» Святитель Лука (В. Ф. Войно-Ясенецкий), служивший в церкви, кстати в Крыму, последние годы своей жизни.

Впоследствии, более глубоко вникая в практику психологической работы с самыми разными аспектами психологического и физического здоровья, в практику работы с профессиональными, карьерными и бизнес-задачами, я понял, что в своей работе все больше опираюсь на естественные природные закономерности функционирования человеческого организма и психики. При этом, мои наблюдения различных природных процессов – естественных явлений окружающего природного мира, часто давали «подсказки» в понимании уникальных реакций, состояний и в целом закономерностей человеческого поведения, давали ответы на вопросы человеческого бытия вообще. Они же подсказывали и пути решения различных проблем и задач человеческой жизни, выводя на новые параллели в ее понимании.

Метод и подход, в котором я работаю, как психолог, психотерапевт и бизнес-тренер, естественно вырастал на поле практики именно из этого наблюдения часто очевидных природных процессов и соотнесения их с закономерностями функционирования человеческого организма, психики. Искусство постепенного и естественного формирования способности слышать, чувствовать и понимать свою природу, опираясь, в том числе на понимание окружающего природного мира, лежит в основе этого подхода и практических методов работы. В общем, вероятно, все значительно проще, чем мы себе пытаемся представить:

Природа – сфинкс
И тем она верней
Своим искусом губит человека,
Что, может статься, никакой от века
Загадки нет и не было у ней

(Ф. Тютчев)

Очевидно, что многие проблемы человеческой жизни зачастую возникают как раз в связи с хроническим стремлением человека неоправданно усложнять естественные природные явления и процессы, борясь затем с последствиями этих усложнений, спектр которых весьма широк. От различного рода сложностей по отношению к собственным чувствам, эмоциям, телесным реакциям и состояниям, что вызывает в итоге нарушения психического и физического здоровья, до глобального изменения природных ландшафтов и экосистем, непомерного потребления природных ресурсов, разработки и испытания оружия массового поражения, тотального загрязнения окружающей среды и много всего того, что, рано или поздно, наносит непоправимый ущерб своей же собственной среде обитания.

«Если человеку не хотелось бы чего-то лишнего, то он был бы похож на животное». Это выражение приписывают Уильяму Шекспиру – Уильяму «потрясающему копьем», судя по всему одному из наиболее сложносочиненных и противоречивых представителей рода человеческого, до сих пор потрясающего нас глубиной и сложностью своих творений. «Торгует чувством тот, кто перед светом всю душу выставляет напоказ…», – замечает он в одном из своих сонетов. И тут же, в другом – напоказ всему миру: «уж если ты разлюбишь, так теперь, теперь, когда весь мир со мной в раздоре, будь самой горькой из моих потерь, но только не последней каплей горя!». Его собственные сложности и противоречия – человеческая природа и одна из граней его творчества. Возможно, в том числе в преодолении этих сложных противоречий и прорастала лоза его творчества, давшая свои бессмертные плоды – трагедии, комедии и строчки его сонетов, похоже, так подходящие моменту: «мы урожая ждем от лучших лоз, чтоб красота жила, не увядая…». Научиться бы вот так – творчески разрешать свои сложности и противоречия! Научиться обычным людям и «великим мира сего», ведущих, порой, этот мир к локальным и глобальным кризисам, конфликтам и катастрофам.

В какой-то из прочитанных в тот период книг, я встретился с новыми для меня тогда идеями Нильса Бора – всемирно известного датского физика, говорившего о возможности объяснения физических законов законами психологической науки. С большим интересом я даже поэкспериментировал, взяв за основу физический закон «энтропии» и «три начала термодинамики». Мне было интересно найти аналогии этих физических законов в поле психологии, при этом не академической, но в феноменологическом поле психологической практики и жизни вообще. Кое-что нашел, на мой взгляд. Во всяком случае, попытался сделать в одной из своих первых книг, посвященной психотерапии психосоматических расстройств, подробный сравнительный анализ физических законов и психических явлений, на примере выдающихся людей, переживших множество драматических эпизодов своей жизни.

«Трудности закаляют», «то, что нас не убило, то сделало сильнее», «Per aspera ad astra – через тернии к звездам», «в страданиях душа совершенствуется» и многое другое подобного рода. Такие известные и уже избитые истины, высвечивающиеся теперь в таком необычном и таком естественном природном ракурсе. Ведь именно такие люди, со своим даром, талантом, духом, стрежнем, стремлением к познанию, пройдя через множество испытаний и трудностей, внутренних противоречий, через массу, казалось бы, непреодолимых преград, обрели особые качества и подарили нам столько драгоценного. Теперь, «стоя на их плечах», мы вкушаем грозди их знаний, опыта и творчества, обогащенных долгой и нелегкой дорогой поиска себя и истины, подобно корням виноградной лозы, пробивающей себе путь к живительной влаге все глубже сквозь толщу земной коры. Именно поэтому для меня теперь несколько иначе звучит – «In vino veritas!».

Удерживая равновесие и договариваясь с ветром
О технике плавания на виндсерфинге и немного о жизни и психотерапии

Посвящается моим детям

Сначала я выжимаюсь вверх на руках, опираясь ладонями на шершавую поверхность своей доски. Делаю это ближе к центральной ее части со стороны противоположной той, куда опущен на воду парус. Так удобней, комфортней и парус не мешает. Выжимаюсь легко, как когда-то в детстве, проворно перелезая через забор старого большого и ничейного абрикосового сада, рядом с домом, куда мы с друзьями лазили таскать абрикосы и гоняться за майскими жуками, низко планировавших над землей, хватая их прямо на лету. В морской воде, со своим уже недетским весом, физически выжать себя значительно проще. Приятная омолаживающе-ностальгическая иллюзия детской проворности и легкости сопровождает тебя какое-то время, пока, закинув на доску правую или левую ногу и упираясь в нее коленом, затем ступней, ты не начнешь выносить из воды уже весь свой вес.

Если море относительно спокойное, то можно сразу же принять устойчивое вертикальное положение на ногах, встав одним боком к носу, а другим к корме и поставив ноги примерно на ширине плеч по центральной линии от носа к корме. Вставая на ноги, одновременно можно подхватить рукой старт-шкот – прочный канатик, прикрепленный к основанию мачты и гику, для вытаскивания паруса из воды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.