Тимур Троцберг
Мертвая империя

Конец близок. Некогда великая Римская, но уже Мертвая империя на волоске от гибели. Яростные варвары и кочевники наседают на шаткие границы Империи, уничтожая ее извне. В то время как узурпаторы уничтожают ее изнутри. Выдержит ли все испытания Рим, или канет в небытие? Римский военачальник Квинт Лутаций будет биться за существование обеих Империй, как Западной, так и Восточной. Однако даже сам он не знает к чему это приведет и чем все это в итоге закончится.

Пролог

Рим – колыбель цивилизации, поглотившая все Средиземное море и сокрушившая сотни племен и народов. Ее границы простираются от самой загадочной, непокоренной Британии и до пустынной, жаркой Персиды. Великие правители Рима держали в страхе весь мир: Гай Юлий Цезарь, Октавиан Август, Марк Ульпий Траян, Марк Аврелий и многие другие. Однако это все в прошлом. Сейчас же римская цивилизация терпит бедствие. Огромнейшая Империя не способна эффективно справляться со своим бюрократическим аппаратом, а коррупционеры и казнокрады в Сенате вовсе ощущают безнаказанность.

 Но это лишь начало. Азиатские кочевники – гунны, с востока бурей проходятся по землям племен, уничтожая их и заставляя покидать свои родные края, и уходить на запад, где еле сводит концы с концами Римская Империя. Именно это еще сильнее разрушает единство и без того обветшалой Империи. Рим, утопающий в море противоречий, интриг и бюрократии, не в состоянии противостоять ни племенам, ни своим внутренним врагам. Огромнейшая Империя не в силах справиться ни с внутренними, ни с внешними проблемами, поэтому император Флавий Феодосий завещал после своей смерти разделить Рим на две части между своими сыновьями: Западный достался Гонорию Августу, а Восточный – Аркадию Августу. Однако спасет ли это величайшую цивилизацию? Покажет лишь время.

 Одни из самых ожесточенных войн проходят на границах с варварами: в Германии и в Гетике. Они рвутся толпами от страха за свою жизнь и от злости за предыдущие войны с римлянами. Но никакая из сторон не собирается сдаваться: оставлять ни землю, ни жизнь никто не хотел.

Глава I: «Начало конца»
Гетика, Балканы. Пограничный форт. Военные действия с гето-дакскими племенами.
397 год нашей эры.

Именно здесь начинается моя история. Я, Квинт Лутаций, центурион девятого «испанского» легиона. Мы перед дислокацией в Гетику прошли войной по проклятому острову под названием Британия. Очень много смелых и славных легионеров, особенно из моей центурии, слегло в тех лесах. Разукрашенные пиктонцы ордами нападали на нашу стену – Адрианов вал.

И вот сейчас, мы в новом месте, у меня свежее пополнение, у нас новые враги. Причем весьма много: от варваров на границе до патрициев в Сенате. Но, чувствую я, это все так просто не останется. Грядут перемены, огромная Империя уже раскололась на две части; беспощадные гунны, вырезая племена и сжигая их дома, грозятся напасть на расколотый Рим. От каждого римлянина зависит, как продолжится история государства.

Отвлекшись от своих мыслей, я встал с кровати и не спеша пошел к выходу из палатки. Некоторые легионеры из моей центурии были на дежурстве на стене форта, несли караульную службу, а остальные отдыхали после многочисленных атак на укрепления форта.

Я вышел из палатки, и в лицо сразу же ударил свежий осенний ветерок. Резкий холодок нежно прошелся по телу, пронизывая каждый миллиметр моей кожи. Весьма бодряще и даже приятно. Я глубоко вдохнул прохладный ветерок, наполнив им свои легкие. Дикая Гетика… здесь так красиво и хорошо, но крайне опасно. Гето-дакские племена не оставят так просто ни свои земли, ни нас, римлян. Поэтому здесь наслаждения недолгие, мгновенные, ведь стоит раз отвернуться, как на форт уже бежит орда этих варваров или еще того хуже – гунны.

Я посмотрел в сторону предполагаемого нахождения Рима.

– О, Рим. Для тебя настали крайне тяжелые времена. Да, мы будем до самого конца убивать и сдерживать твоих врагов по всему миру: в Британии, Германии, Гетике, Египте. Но спасет ли это тебя, о славный город? Да, враги извне опасны, но не они твоя смерть. Она находится внутри тебя, ты гниешь изнутри; червь, пожирающий тебя, ползет в тебе. Надо это понять и наладить внутри всю ситуацию, иначе вся наша цивилизация бесследно канет в небытие…

После раздумий я почувствовал, что все же начинаю медленно замерзать. Я вернулся в палатку за снаряжением, так как ходил в одной лишь тоге. Одевшись в доспех, сделанный из металлических колец и панциря на груди, а еще взял на всякий случай спату и скутум, но шлем оставил на прежнем месте. Надев на себя снаряжение, я вышел из палатки и не спеша пошел на стену форта. Во дворике форта следили за порядком караул и патрули. Почти каждый приветствовал меня, ведь мой славный боевой путь знал каждый в легионе. Добравшись до ворот, я поднялся по лестнице на стену форта.

– Ну как, на горизонте чисто?, – я обратился к караульному, – без происшествий?

– Да, центурион. Варваров нет, но, думаю, скоро нам придется отражать нападение снова.

Я кивнул и встал рядом, наблюдая за обстановкой. Пока он утопал в своих мыслях, к нему неожиданно подошел легат Марк Фабий.

– Приветствую, Квинт. Искал тебя, чтобы поздравить. Ты повышен до военного трибуна, в распоряжение тебе попадает целая когорта. К тому же сам император прислал скромное вознаграждение – 10 талантов серебром. Ты – пример для подражания, мои поздравления!

Я был крайне удивлен, такого определенно не ожидал. Даже сам император меня заметил…

– Спасибо, Марк. Это честь для меня, я поведу силы за собой!

Я с Фабрицием обменялся крепким рукопожатием

– О да, – второй военный трибун поднялся к нам, – твоя слава бежит впереди тебя, Квинт! Но это еще не предел, ты только начал свой путь. Удачи!

Это был командир второй когорты, Гай Варрон. Тоже молодой военный трибун. Я и с ним обменялся рукопожатием и продолжил с Марком смотреть в даль и думать о своем.

– Как думаешь, Квинт, когда это все кончится? Войны, интриги, смерти?

– Мне кажется лишь после самой смерти. Но я туда не спешу, мне нужно сделать еще слишком много.

– Ты прав, но все итак идет к развалу. Империя уже раскололась на две части, кочевники и варвары нещадно нападают на наши границы.

– И это не повод сдаваться. Нужно держаться и идти к своей цели до самого конца, Марк!

Легат кивнул и продолжил смотреть вдаль. Через какое-то время вдалеке показалась толпа, а потом уже и целая орда гетов.

– Дозорный, труби тревогу!

Я сорвался с места и побежал за шлемом, а также собирать свою когорту. Быстро забежав в палатку и надев шлем, я, собирая своих людей по пути, побежал на стену, чтобы оценить обстановку. Марк Фабриций тоже бегал по форту и собирал командиров.

– Первая когорта, на стены становись!!!

Первыми на стену прибежали легионеры из его центурии. Постепенно стали все собираться из первой когорты и размещаться на позициях. Я спокойно оценивал обстановку и думал о том, как организовать оборону. Орда постепенно продолжала подбираться все ближе и ближе. В толпе виднелись осадные лестницы и таран. Это весьма неожиданно, ведь они обычно нападали с «голыми» руками, а здесь привезли осадные орудия. Видимо, они настроены серьезно, но я и мои легионеры готовы.

– Лучники, размещайтесь вдоль стены. Мечники-комитаты, вставайте за лучниками, готовьтесь встречать дикарей на лестнице. Копейщики-лимитаты, встаньте в стену щитов перед воротами. Всем быть наготове! Я встал между лучниками, дабы приготовиться к бою. Варваров достаточно много, но я буду держаться. Геты почти примкнули лестницы к стене. Я махнул рукой, подав команду лучникам стрелять, а остальным кидать камни в варваров. Это был весьма умный маневр, геты начали стремительно падать под градом стрел и камней, загораживая своими телами позади идущим проход.

– Баллисты, огонь!

Над моей головой пролетели гигантские снаряды, которые сметали гетов на своем пути. Они задели пару лестниц, что заставило варваров замешкаться и замедлить продвижение. Благодаря интенсивной стрельбе первые ряды крепких бойцов превратились в горы тел, что тормозили движение и заставляли гетов постепенно падать духом. Я посмотрел во дворик форта, чтобы отыскать легата Марка. Легат как раз подходил к стене, ему удалось собрать весь легион.

– Прекрасно, Квинт. Они получат свое!

Лучники стали уставать, а камни кончаться, поэтому варвары начали постепенно прорываться через «стену» трупов. Не смотря на все усилия римского гарнизона, они все же смогли подвезти лестницы к стене, а таран тоже был на подходе.

– Послушай, Марк, нам нужно сделать контр-вылазку. Прямо сейчас, пока они примыкают лестницы и лезут по ним, иначе будет поздно. Пошли две наши когорты, а остальные пусть будут в резерве и на стене.

– Маневр опасный, но ты знаешь что делаешь. Бери Гая Варрона и ведите свои когорты в контратаку. Мы обменялись с ним рукопожатием, и я побежал на стену за Гаем. Варрон стоял возле своих людей и командовал лучниками.

– Гай, идем в контратаку перед стеной! Легат разрешил, у меня есть хороший план. Быстрее, пока эти дикари не начали забираться на наши стены

В этот момент возле меня примкнули лестницу, после чего по ней начал лезть варвар. Добравшись до верхушки, я схватил его за горло и ударил два раза в челюсть, а потом ногой толкнул лестницу. Та упала вниз вместе с другими варварами.

– Чтоб меня, Квинт! Ладно, давай попробуем. Существование обеих когорт висят на твоей голове.

Я кивнул в знак согласия и спустился обратно во дворик. Я и Варрон отдали команду вексилариям трубить сбор первой и второй когорте. Те, кто стояли на стене, ушли на построение, а их место быстро заняли другие когорты. Моя когорта и Гая быстро построились во дворе форта. Все они были свежи и готовы к битве. Я забрался на стену над воротами и посмотрел на обстановку: таран был уже совсем близко, поток варваров на лестницах не был плотным, ведь тела мертвых мешали им продвигаться. Да, обстановка отличная для моего плана. Я повернулся к двум когортам, которые уже были построены и терпеливо ожидали команды.

– Братья! Эти дикари слабы. Они бегут как крысы от нас, победа близка. Нам нужно совершить контратаку за ворота. Но бояться смерти не нужно, мы победим!

Я поднял свое оружие над головой и застучал спатой об скутум, дабы подтвердить свой настрой.

– Мы по-бе-дим!

В ответ я получил взаимный всплеск эмоций и заряд силы легионеров. Спустившись вниз, я вместе с копейщиками снял засов с ворот и отворил их. Я взмахнул над головой спатой, отдавая команду строиться в формацию. Когорты достаточно быстро выбежали перед фортом, после чего я приказал построиться в закрытый квадрат. Легионеры перестраивались постепенно: пока одни строились, другие сражались, прикрывая их. Неожиданно на меня напали три варвара: один огромный с двуручным топором, а двое – среднего роста с короткими мечами. Первым на меня в одиночку побежал легкий боец. Он замахнулся мечом для удара, но оказался молодым и глупым. Варвар настолько сильно испугался, что я опередил его и ударил лобовой частью шлема в нос. Юноша упал на спину, но к нему на помощь пришел такой же варвар-мечник. Он замахнулся для удара, однако я отбил его спатой, после чего резко ударил скутумом в челюсть. Парень зашатался и попятился назад, я хотел добить его, но неожиданно меня прервал здоровяк, который бежал, замахиваясь топором. Я едва успел кувырком уйти в сторону, а здоровяк вонзил топор в землю и из-за этого застрял. Я, воспользовавшись моментом, полоснул по горлу второго юношу, перерезал ахиллово сухожилие здоровяку и вонзил спату в грудь лежащему первому варвару. Обездвиженный здоровяк выл от боли, стоя на коленях. Я подошел к нему сзади и медленно всадил лезвие в шею, которое прошло насквозь через рот. Я, резко вытащив спату, толкнул ногой тело громилы, которое рухнуло на землю. Я увидел брешь у врага на девой фланге и решил схитрить. Пусть Варрон со своей когортой построятся в защитную черепаху и уйдут в глухую оборону… Гай как раз подбежал ко мне, чтобы выяснить дальнейший план действий.

– Значит смотри, Гай. Перестрой свои силы так, чтобы ты мог держать глухую оборону длительное время. Далее мой вексиларий два раза протрубит протяжно в горн – это будет команда к началу наступления. Твоя задача будет смять правый фланг. Отправь человека в форт, чтобы он передал послание: когда горн протяжно протрубит два раза, то пусть Марк выпускает еще две когорты в лобовую атаку. Понял?

– Да, понял, – Гай кивнул, – звучит правдоподобно, попробовать стоит. Начнем!

Мы обменялись рукопожатием, и я побежал собирать свою когорту.

– Первая когорта, в атакующую черепаху становись!

Поблизости находился мой вексиларий, который, услышав меня, протрубил команду «Сбор». В тот момент я понял, что у меня в подчинении весьма организованные и дисциплинированные легионеры. Когорта очень быстро построилась в атакующую формацию и была готова выдвигаться. Я встал во главе «черепахи» в середине первой шеренги, где мне было оставлено место. У меня было мало опыта в управлении таких количеством людей, но, думаю, справлюсь.

– Вперед, легионеры! Держим строй, римляне!

После моей команды мы ровным строем прошли в брешь варваров. В пылу битвы они нас заметили слишком поздно, мы почти зашли во фланг. Геты пытались как по одному, так и небольшими кучками остановить нашу черепаху, но все было тщетно. Их либо встречало остриё спаты прямо на бегу перед скутумом, либо сбивали ударом скутума с ног и добивали, пока тот лежал оглушенным. Стрелы и камни летели в наши ряды, но все было бесполезно: строй шел непоколебимо, прямо к цели. Достаточно быстро мы смогли пройти в брешь на левый фланг. Я приказал вексиларию подать нужный сигнал в горн, а сам ускорил когорту и разместил их не в черепаху, а сначала разделил на манипулы, а затем перестроил их в четыре плотные шеренги. Лишь после этого под нашим натиском мы вклинились во фланг. Варвары были в ужасе, увидев нас на фланге, и пытались перебросить силы для защиты. Да, на это и был расчет. Надеюсь, что Гай и Марк не подведут. Я посмотрел на наш форт и увидел, что ворота форта открываются. Прекрасно, значит мой план реализовывается. Надо продолжать натиск.

– Вперед, когорта! Плотнее строй, нападай!

По реакции гетов стало ясно, что с фронта и флангов напали, мой замысел сработал. Я тоже принимал участие в битве и набросился на варвара. Ногой сбив его щит в сторону, я вонзил спату ему в открывшееся ребро. Взглянув на орду, я понял, что они в замешательстве и постепенно отступают обратно. Геты теснятся нашими клешнями и пытаются отступить. Через какое-то время резня начала заканчиваться. Варвары начали в суете и спешке отступать.

– Да, бегите, помойники!

Мимо меня из-за спины выбежал паникующий гет. Я успел рубануть его спатой по голени, перерубив ногу, и после этого добил ударом ребра скутума по голове. Геты в панике отступали на свои позиции. Я отправил за ними конную разведку, чтобы они аккуратно проследили за варварским убежищем. Легионеры ликовали, ведь никто не рассчитывал на победу, или как минимум на такие малые потери. Топот варваров по земле еще какое-то время слышался, пока они окончательно не скрылись за холмом.

– Великолепная работа, римляне! Долой варварское отребье!

В ответ я услышал гордое ликование и стук спаты о скутум. Взмахнул рукой вверх, я дал понять, что нужно затихнуть.

– Перестраиваемся и заходим в форт.

Легионеры послушно начали организовывать строй по когортам и по очереди заходить во дворик форта.

– Вторая когорта, где Гай Варрон?

Из его строя кто-то ответил «Взят в плен!». Что? Гай в плену? Чтоб меня! Я побежал к Фабрицию, расталкивая всех, кто был у меня на пути. Нужно любой ценой вызволить его из плена.

Добежав до Марка Фабриция, я не успел ему что-либо сказать.

– Блестяще! Ты проявил себя как умелый полководец. Тебя обязательно наградит сам император! Варвары бежали как малые дети.

– Марк, это все не важно. Гай Варрон взят в плен. Нам нужно его спасти.

Вся радость на лице легата моментально померкла, ведь Варрон и его лучший друг тоже.

– Я намерен спасти его, Марк. Мои разведчики вот-вот вернутся, ударю прямо в их логово. Тогда сможем навсегда забыть о них.

– Да, ты прав. Его надо спасти.

Пока мы разговаривали, разведчики вернулись обратно. Их вид был крайне взволнованным, а у одного из них в бедре торчала стрела.

– Легат, мы следовали за ними. Они шли на север, за наши границы, в Бетику. У нас нет там власти, а еще бродят зверолюди и гиганты. Ну точнее так мне рассказывали… А на обратном пути вовсе попали в засаду, но мы смогли бежать, хоть одного из нас и ранило.

Этого меньше всего ожидалось. Ужасная Бетика, столько легионеров там полегло. Но земля нам так и не покорилась. Марк поник еще сильнее. Он искренне хотел спасти Гая, но не желал губить легион. Фабриций кивнул разведчикам и махнул рукой, давая понять, что они свободны.

– Так, раненому помоги дойти до врача. А ты, Квинт, пойдем за мной в штаб.

Я кивнул и молча последовал за легатом. Легионеры заносили осадные орудия: в хорошем состоянии отправляли на ремонт, чтобы отложить себе, а испорченные разбирали на стройматериалы. На носилках раненых несли в лазарет, выжившие легионеры отдыхали, команда врачей выносила трупы с поля боя: римлян, завернув в ткань, откладывали в определенное место для опознания и погребения, а варваров складывали в кучку для сожжения. Мы дошли до штаба, которые выглядел как дешевый одноэтажный варварский домик.

– Вот почему все получается именно так, Лутаций? Почему именно этот край Империи? Именно эти недолюди? Столько проблем, а решений и ответов нет. Судя по словам разведчика, там у них целый городок. Я глубоко сомневаюсь, что одного легиона достаточно для взятия, я уж молчу про когорту. Но оставлять Варрона там нельзя, Квинт…

Мы зашли в штаб и сели в его кабинет, попутно ведя диалог.

– Марк, я придумаю что сделать. Мне нужно лишь осмотреть то место. Я определенно должен спасти Гая Варрона.

– Я сам поведу легион, оставлю здесь когорту. Твоя же когорта пойдет в авангарде, но будь осторожен. У тебя прекрасный стратегический ум. Перед нападением осмотри все место, начало битвы и само наступление организуешь сам.

Фабриций сел за стол и тяжело вздохнул. Здесь, на границе Империи, очень трудно жить из-за варваров, которых гонят с востока на запад кочевники. Бесконечные сражения, дожди, полуполевые условия жизни. Еще и внутри великой Империи раздоры и раскол в Сенате. Юный Гонорий Август не в состоянии со всем справиться. Марк задумчиво сидел и витал в своих мыслях. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Через какое-то время он отвлекся от своих мыслей и посмотрел на меня.

– Не задумывался ли ты, Квинт, об одной интересной вещи? За кого и чего мы воюем? Мы начинали служить сильной и, главное, единой Римской Империи. Император был один: наш августейший Флавий Феодосий, а не двое: Гонорий и Аркадий. Узнаем, что будет далее.

– Да, задумывался, Фабриций. Я для себя решил, что буду служить до конца своей Родине. Я родился в Риме, а вот Родина меня забросила в этот доблестный легион. Не важно мне ни государство, ни правитель. Я просто хочу сохранить свой народ, его культуру и свой родной город. А для этого я убиваю врагов Рима и служу ему.

– Счастье тебе, что у тебя есть четкое мнение, позиция и взгляды. А я даже не знаю за что умираю и страдаю, за кого сражаюсь. Тот, кому я служил, умер; то, чему я давал клятву верности – мертво и расколото на две отдельные части. Что происходит, куда катится все это? Не могу найти себе место в этом новом, гнилом римском мире.

Жалко мне его, он слишком стар, чтобы ужиться в этом мире. Мире, где последние десятилетия кроме орд варваров и кочевников не видел. Раньше было лучше.

– Не думай об этом, Квинт. Это все лирика. Ты прав, сейчас нужно спасать Гая Варрона. Не важно, что мы идем на край Империи. Если нужно будет, я отдам всю когорту за него одного. У тебя есть план?

– Честно? Нет. Я не видел место. Но я по ходу событий что-нибудь придумаю. Когда выдвигаемся?

– Идти нам прилично. Завтра выйдем ранним утром. А пока ложись спать. И свою когорту укладывай тое, вы все очень хорошо потрудились на поле боя. До завтра, Квинт.

Я кивнул и на прощание пожал ему руку.

– Точно, Лутаций, не забудь. Ты как командир когорты теперь живешь в штабе, а не палатке. Твоя комната номер три. Думаю, не потеряешься.

– Спасибо, Марк. До завтра.

Выйдя из штаба, я первым делом нашел легионера из своей когорты и попросил передать, что все наше подразделение может ложиться спать. Он мне в ответ кивнул и в приподнятом настроении ушел к своим сообщать радостную весть. Я же хотел немного побыть на вечерней улице наедине с собой. Поздний вечер, даже ночь. Как я обожаю это время суток. Время для мечтаний, раздумий. Или просто банальной тишины. Весь день ты в суете, на поле боя. Весь день ты рискуешь жизнью. Весь день ты проливаешь кровь. Но ночью… Ночью жизнь замирает. Ночью наступает спокойствие. Когда все это кончится? Когда настанет гармония в Империи? Мертвой Империи. Каких-то два года назад, в 395 году Империя раскололась пополам. И два брата-императора, каждый своей Империи, вместо дружбы отдаляются друг от друга, оставляя себя на произвол судьбы. После этого стало ясно, что это Начало. Начало конца…

Глава II: «За Империей»
Бетика, Центральная Европа.
Спасение Гая Варрона.
397 год нашей эры, поздняя осень.

Трое суток маршем мы шли в убежище этих дикарей. По пути мы разгромили их первое укрытие, но почти все его покинули, а оставшихся в живых взяли в плен. Узнав об их дальнейшем направлении, мы пошли их догонять. Фабриций оставил когорту на стражу форта, надеюсь они отразят нападение, если оно произойдет. Темное место, мрачное и злобное. Хоть оно и входит в границы Империи, но нога римского легионера почти не ступала по этой земле.

– Это забытое Богом место, Квинт. Здесь даже не проложена дорога! Такое мы в последний раз встречали в Британии. Еще одно проклятое место. Искренне надеялся, что больше не придется такое пережить. Еще и холодать начинает, зима близко.

– Я бы тоже не стал сюда приходить, но Варрона надо спасать. К тому же если мы раз уничтожим их убежище, они нас долго не будут беспокоить.

Мы аккуратно продвигались по лесу, послав вперед разведчиков. Пение птиц и заросли добрых деревьев, которые были так прекрасны в римской цивилизации, в варварском мире выглядят зловеще. Где-то вдалеке послышались шорохи и хруст веток: животные ли, люди или зверолюди… неизвестно кто там.

– Слушай, Квинт. Ты ведь язычник еще? Не думал все же принять веру единого Бога?

– О нет, Марк. Я не верю в этого лже-Бога. Это ведь религия жалких евреев! Всю жизнь мне помогали и помогают до сих пор Юпитер, Сатурн, Марс и многие другие. А что принес этот Бог или ваш Христос? Великую Иудейскую войну, которая была тяжелой для нас, массовые беспорядки из-за новой веры. Даже по отношению к самим евреям: их из родного дома расселили по всем уголкам Империи, а еще резали как свиней. И это заслуга и защита лже-Бога? Поэтому я его не принимаю, моя вера – римский пантеон.

– Эх, тебе не понять, друг мой. Ты слишком молод для понимания, но придешь к христианству рано или поздно. Помяни мои слова, Лутаций.

Я не стал ничего говорить в ответ, никогда не любил говорить о религии. Ведь римское язычество пришло в упадок после созыва второго Вселенского собора Константином I Великим, где новую веру сделали официальной религией для Империи, а с правления Нерона христианство вовсе стремительно распространяется. Но я не признаю новую религию для себя, поэтому верую в старых богов. К нам навстречу подбежали конные разведчики и доложили, что скоро лес резко кончится и далее пойдет открытое плато, где оно плавно перейдет в горную местность. Именно в ней находится городок варваров, который достаточно крупный и многочисленный. Марк Фабриций распустил разведчиков и приказал разбить в лесу лагерь, чтобы приготовиться к штурму.

– Местность открытая, слишком большой участок. Незаметно не подойти, Квинт. Городок не мал, легионом, и то неполным, будет захватить крайне тяжело. Может попробуем соорудить осадные орудия?

– Нет, Марк. Во-первых времени нет ждать, а во-вторых я уверен, что там целая вереница наших римских пленных. Их тоже надо спасти, а осадные орудия могут их убить.

– Ты прав. Нам вообще надо быть осторожными. Куча рассказов ходить о людей со звериной шкурой вместо кожи, беспощадных гигантов. Я в это не верю, но нам все равно нужен план. Битва явно будет нелегкой.

– А может легиону пойти в нападение, вызвав на себя внимание, а я со своей когортой зайду с другой стороны и, пока все увлечены битвой с твоими силами, я нападу на покои вождя и спасу пленных.

– План неплох, Квинт. Давай пройдемся до плато, посмотрим своими глазами на положение городка.

Я кивнул в знак согласия, и мы, запрыгнув на лошадей, помчали к границе леса. Лес все также был мрачным и недружелюбным к нам, ощущался вкус… смерти? Я не чувствовал жизни ни от деревьев, ни он поющих птиц, ни даже от меня с Марком Фабрицием. Очень таинственное место, в котором витала аура дикости, варварских Богов и жестокости. Поскорее б закончить здесь все дела и уйти как можно быстрее. Мы остановились у опушки леса и спешилсь. Благодаря плато вид был идеальным, городок и зона вокруг него хорошо просматривались. До городка с этой части леса было около четырехсот метров. Но с другой стороны лес к городку лес к городку был ближе, до него было метров сто.

– Как я и говорил, Марк. Поведи основные силы отсюда, а я зайду с той стороны со своей когортой и прорвемся в город. Ведь у городка даже нет стен, а варвары недисциплинированные дикари. Мы должны их разгромить!

– Я согласен с твоим планом, Квинт. Он звучит неплохо. Откуда здесь вообще городок? Мне казалось, что здесь нереально жить, а тем более застраивать поселения.

Я, как и Марк, тоже не понимал откуда здесь взялось столько варваров. Мы еще с минуту понаблюдали за городком, а потом оседлали лошадей и вернулись к своим силам. Лагерь к нашему возвращению уже вовсю застраивался, вечером должны будут закончить. Фабриций собрал остальных командиров на совещание для доведения информации и доработки плана, а мне сказал проконтролировать застройку лагеря. Пока я раздавал задачи по организации быта, случайно увидел в глуши леса бело-золотистое свечение, находившееся чуть поодаль от лагеря.

– Легионер, – я остановил проходящего мимо римлянина рукой, – посмотри, ты видишь свет? Вон там, в лесу.

– Нет, – он замотал головой и странно посмотрел на меня, я ничего не вижу, там сплошная темнота.

Я слегка хлопнул его пару раз по спине и пошел на поиски источника света. Мне оставалось совсем немного, но свет плавно перескочил за огромную глыбу.

– Не пытайся играть со мной, варвар!

Я достал спату и резко заглянул за глыбу. Увиденное заставило меня замереть и уставиться на него, не двигаясь. Человек с большими белыми крыльями, золотистым нимбом на голове, и странным таким же золотисто-белым свечением ожидал меня, смотря спокойным и непринужденным взглядом. Мне очень сильно хотелось если не ударить спатой, то как минимум замахнуться, но я не мог. Хочу головой, но не могу телом, конечности не слушаются, я стою как вкопанный. Существо взяло мое оружие за лезвие и аккуратно положило возле моих ног, а потом заговорило таким спокойным, мелодичным, полным доброжелательности и нежности голосом.

– Не нужно насилия, кровопролитие – это удел слабых и бесхребетных. Вы, люди, способны на любовь и добро, но часто об этом забываете. Может ты и не веришь в Него, но Он-то тебя и оберегает. Однако твоя судьба уже предрешена: тебя будут пытаться убить, но ты будешь выходить из боев живым. Ты погибнешь от собственной руки, собственного лезвия вместе со своим городом. Но перед этим оставишь не менее славного потомка. Ты пройдешь великий путь, Квинт Лутаций. Я смотрю за тобой, и Он смотрит тоже. Мы всегда готовы тебе помочь…

После этого короткого монолога крылатое существо исчезло, а я какое-то время все также не мог пошевелиться. Кто это? О ком оно говорило? Это точно вообще происходило? Я схожу с ума? Чтоб меня, Юпитер! Ладно, не до этого. Надо развернуть лагерь и идти спать. Нужен отдых перед тяжелой битвой.

На утро мы все проснулись и начали готовиться к штурму. Марк позвал всех командиров когорт и манипул для короткой беседы.

– Всем доброе утро, командиры. У кого есть раненные, неготовые люди?

Абсолютно все отрицательно закачали головой.

– Отлично. Действуем согласно плану. Квинт, можешь собирать людей и вести на позицию для нападения, мы как раз закончим и будем готовы тоже. Сигналов у нас не будет, ориентируемся по времени. Пятнадцать минут и начинаем. Бой не должен быть тяжелым, у них был праздник вчера, поэтому больше половины будут полупьяные. Все, Квинт, выдвигайся.

Я кивнул и вышел из штаб-палатки, направившись к своей когорте. Легионеры отдыхали в палатках и у костра на улице, общаясь и готовясь к бою.

– Первая когорта, перед лагерем становись! Выходим строиться!

Все тут же разом, как один, моментально встали и начали собираться на выход. Я, немного понаблюдав за ними, тоже не спеша пошел на выход к строю. Перед лагерем уже разместился походный строй когорты.

– Значит так, легионеры. Наша задача – зайти в тыл противнику, проникнуть в городок и разгромить вождя. Поэтому сейчас мы тихо идем на ту сторону через лес и ждем, пока противник не выйдет из городка. Я думаю, меня поняли все. Выдвигаемся, за мной!

Я пошел вперед, а когорта, поделившись на манипулы, последовала за мной. Мы тихо шли вдоль плато, перебираясь на ту сторону. Вчера вечером городок был шумным, а сейчас гробовая тишина. Казалось, что они ушли, но на самом деле их было видно. Нам оставалось дойти до места самую малость, как Марк Фабриций повел легион в наступление. Городок сразу же оживился и громко затрубил горн. Варвары, как муравьи, забегали по городку и начали выбегать из него, чтобы ответить боем на плато. Неизвестно почему они не стали биться в городке, где наш строй не так эффективен, но у вождя, видимо, своя тактика. Моя когорта пришла на место, к этому времени почти все выбежали, оставив маленький гарнизон. Остальные варвары уже бились с ровным и нерушимым строем римлян. В этот момент я понял, что пора вести свои силы.

– Когорта, вперед!

Я побежал ко входу в городок, римский строй последовал за мной. Варвары и впрямь не видели нас, пока мы вплотную не оказались перед их входом. Я сразу же распорядился оставить половину когорты у входа и выстроить защитную черепаху. В городке оставался малый гарнизон, я взял остатки когорты и повел вперед. Улочки были узкие, поэтому я приказал разойтись остальным и разделиться по своим контуберниям. Мне было несложно догадаться, где находится вождь: на небольшой возвышенности в центре городка находился какой-то жертвенный круг, где горел огромный кострище и который закрывали деревянные стенки. Я, разделив когорту на контубернии, в одиночку, ведя легионеров, устремился к «покоям» вождя. Мне то и дело по пути мешали варвары, но все они падали под натиском моей спаты. Один варвар побежал мне навстречу, замахнувшись топором; я ушел резко в сторону и одновременно полоснул его по ребру, и, оказавшись сзади, добил ударом скутума по затылку. Когда я бежал по возвышенности, она неожиданно перешла в резкий спуск, на котором стоял очередной дикарь. Я прыгнул с высоты на него, выставив спату, и вонзил ее на лету в грудь. Рядом стоял варвар, который хотел напасть, но я успел его ударить скутумом в колено и перерезать горло. На пути было еще много варваров, но мои легионеры взяли их на себя. Я вбежал в покои вождя и был поражен: вокруг на стенах висели тела мертвых и живых людей, все они были римлянами. На земле лежали еще тела, но расчлененные, причем вручную. В центре стоял вождь: огромный человек, одетый в плащ из шкуры зверей. Он держал в руках легионера и как с куклой игрался: выворачивал до хруста суставы, ломал кости, приподнимал в воздухе и колотил об землю. Искренне надеюсь, что бедняга был мертв в этот момент. Я вошел в «круг», и вождь с подчиненными-варварами обратил на меня внимание. Вождь был похож на какое-то животное: он не по-человечески фыркал и рычал, кидался трупом и его конечностями.

Варвары бросились на меня в атаку, а вождь остался пока позади. Атакующих было всего лишь трое. Первого я ударил встречным ударом ноги, после чего тот упал на землю. Второй замахнулся мечом, но я кувырком ушел ему за спину и полоснул спатой по шее. Кровь резко хлынула из нее, и атакующий, держась за рану, упал замертво. Третий помог встать первому варвару, и они вдвоем пошли на меня. В одного я метнул спату, попав четко между глаз, а другого я ударил по ребрам скутумом и схватил за горло. Отпустив скутум, я вытащил свой верный пугио и нанес серию колющих ударов по животу и груди. Я колол его, пока он не обмяк в моей хватке. Лишь после этого я отпустил его и поднял свой скутум. Вождь разозлился, пнул тело легионера в сторону и достал свой огромный молот, длиной почти два метра.

– Да, ты страшен. Да, силен. Но ты не бессмертен! Ты будешь повержен!

На самом деле я очень сильно боялся. Он был силен и, что самое ужасное, бесстрашен. Ему была безразлична смерть и боль, у него лишь одно чувство – ненависть ко мне. Но идти назад уже поздно, Рубикон перейден.

Я побежал ему навстречу, взяв по пути из трупа варвара свою спату. Вождь с криком замахнулся и ударил боковой по скутуму. Этот удар оттолкнул меня в сторону и чуть не сбил с ног.

– Fellator! Сколько в тебе силы!?

Я прочувствовал всю тяжесть его удара: ударная волна прошлась по всей руке, суставам, мышцам. Лучше уворачиваться, чем закрываться. Иначе ни щит, ни мои кости долго не выдержат. Вождь вновь замахнулся, но я ушел ему под руку, нанеся несколько колющих ранений в ребра. Этот зверь, неожиданно для своих размеров, молниеносно развернулся и чуть не ударил меня молотом по голове. Как с такими размерами можно так быстро двигаться? Он будто не человек. От неожиданности я оставил спату у него в ребре. Ситуация критична, надо действовать хитрее. Я подымал оружие мертвых варваров и метал в вождя, но ему плевать на удары, он их будто не замечал.

Я отошел от него подальше и стал продумывать план. Он был будто неуязвим. Но внезапно я услышал где-то рядом голос. Чей? Ведь нас тут только двое. Голос был похож как у того существа из леса.

– У страха глаза велики. Он огромен, но ты не бойся размеров, именно в этом его слабость. Огонь поможет тебе в этой смертельной схватке.

Никак не могу понять смысл этих слов. Может я вовсе начал бредить? От ужаса и страха мне в голову лезет всякая ересь? Случайно я заглянул за спину вождя. Там был золотисто-белый свет, который сразу же рассеялся и дал мне увидеть какой-то горящий алтарь, где сгорали древесина и живые римские легионеры. Странно, до этого момента я не замечал ни сам алтарь. Ни душераздирающие крики заживо сгорающих римлян. Но что же мне с этим делать? Одни вопросы, но никаких ответов. Попробую найти что-нибудь возле алтаря. Я побежал прямо через вождя к алтарю Он пытался задеть меня молотом, но я отпрыгнул от него и успел даже ударить скутумом в челюсть, что не имело смысла. Приземлившись на землю, я споткнулся о камень и чуть не упал, но удержал равновесие. Добежав до алтаря? Я стал его рассматривать, но ничего не обнаружил. Cunnus! Что мне делать? Я даже не могу ему ничего сделать! Вождь окончательно рассвирепел, начал рычать как дикий зверь и входить в какой-то боевой транс. Он стукнул молотом о землю и ринулся на меня. Безысходность и паника снова завладели моей душой и разумом. Но неожиданно для себя я вновь услышал тот голос. Время будто замедлилось, все процессы стали проходить медленнее.

– Квинт Лутаций, не бойся. Он силен, но не всесилен. Обрати внимание как он бежит: его руки слишком далеко от тела, а еще он слишком тяжел. Используй это в свою пользу…

Время снова вернулось в обычный ритм, вождь уже приближался. Я посмотрел ему за спину на алтарь и еще раз переосмыслил сказанные слова. Чтоб меня, точно! Надо использовать его мощь против его же самого. Он должен сгореть в собственном же алтаре…

Вождь уже подбежал и начал делать замах, но я резко нырнул под молот, закрывшись сверху скутумом, и за счет скорости и тяжести вождя опрокинул его через себя прямо в пламенный алтарь. Сколько же он весит? Этот здоровяк невероятно тяжел, я чуть не согнулся под ним. Пока он летел надо мной, я успел вытащить свою спату из его ребра, после чего оттолкнул громилу посильнее в пламя. Вождь приземлился своим телом на ножки алтаря и чуть не снес его полностью. Алтарь, который догорал и пошатнулся от вождя, немного обвалился и балки попадали прямо на голову великану. Шкура, в которую был одет вождь, моментально вспыхнула огромным факелом, заставляя рычать и выть монстра еще сильнее. Он пытался выбраться, но я бил ему в челюсть скутумом, отбрасывая его назад. Через достаточно долгий срок вождь перестал подавать признаки жизни и догорал на своем же алтаре. Я оставил оружие на земле, а сам, уставший от пережитого, упал на колени. Я был на волоске от смерти, силы полностью иссякли. Сняв шлем, я оглянулся по сторонам в поисках Варрона.

– Гай! Ты где?

– Квинт? Это ты? Я здесь!

Я повернулся в сторону шума и увидел в клетке для пленных Варрона. В отличии от других пленников, он все еще был одет в снаряжение, а не тряпье. Я тяжело встал и поплелся к Гаю открывать ему дверцу, точнее выбивать ее.

– Меня тоже освободи. Я сын патриция и хочу домой! Быстрее!

А это еще кто? Такой противный голос. Но спасти тоже надо. Я сорвал спатой замок и Варрон вышел на свободу. То же самое я проделал с клеткой неизвестного, который так сильно верещал.

– Кто ты такой?

– Я Фабий Фабул Цезарь, дальний родственник императора Западной Империи, Флавия Гонория Августа. Эти грязные дикари взяли меня в плен и даже хотели продать другим варварам из далеких земель! Как я рад, что вы спасли меня. Давайте скорее уйдем из этого ужасного места!

Этот человек весьма забавный, напуганный папенькин сынок. Он бы в этих краях не прожил и недели. Чтоб меня, пора уходить из этого жертвенника. Искренне надеюсь, что этот зверь мертв.

– Гай, уводи его к нашим, к Марку. Скоро будем уходить.

Мы вышли из «покоев» вождя. Мои легионеры, увидев меня, заликовали. Варвары были повержены, потери минимальны. Гай и Фабий с охраной пошли к лагерю, а я остался со своей когортой.

– Центурон, ко мне!

Ко мне подбежал центурион первой центурии. Уставший от походов ветеран, имеющий опыт не менее моего, Ливий Друз был моим верным помощником.

– Военный трибун, враги все повержены. Но в городке остались старики, дети и женщины. Что с ними делать?

– Значит так. Стариков убить, более-менее здоровых продать; детей помладше нам на воспитание, а по старше – в рабство; а с женщинами пусть легионеры делают что захотят. Они славно потрудились. Так и передай мое распоряжение.

Ливий кивнул и ушел командовать. О да, все славно потрудились. Надо отдохнуть. Я убрал спату в ножны и устремился в ближайший домик. Выломав дверь, я ворвался в комнатку, где в диком ужасе, забившись в угол, спрятались молодая девушка и старичок. Девушка кричала и закрывалась руками, а старик, видимо ее отец, закрывал ее и о чем-то умолял. Римляне гибнут и страдают тысячами от варваров. Они заслуживают смерть и мучения. Я схватил соперника за горло и прижал к стене. Сделав несколько ударов по лицу, я сжал его горло изо всех сил. Он выпучил глаза и закряхтел, по щекам покатились слезы. Старик бился руками, но я сжимал хватку еще сильнее. Совсем скоро варвар, издав предсмертный вздох, обмяк в моей руке и упал возле стенки. Девушка в ужасе отвернулась в угол, но я схватил ее за волосы и кинул на столик. Она сопротивлялась и истерически верещала.

– Тупая тварь!

Я ударил ее в живот и задрал сарафан

– Почему мы, великий римский народ страдаем?, – я ударил пощечину как можно сильнее, – а вы не должны!? Ошибаешься…

Сняв с нее сарафан и штаны, я достал свой половой член и вошел в ее cunnus грубо и максимально жестоко. Она дрожала от безысходности и боли от проникновения, но на истерики не было сил; она просто хныкала и страдальчески постанывала. Я перевернул ее на живот и, схватив за волосы, ускорил проникновение в нее. Она стала плакать и хныкать сильнее, но мне плевать на ее страдания

– Заткнись, мразь!, – я нанес ей несколько ударов кулаком по спине, – радуйся, что еще жива. Но это недолго.

Я потянул ее за волосы, а потом резко вдавил голову в столик, ударив ее лбом в поверхность. Девушка постепенно начинала переходить к истерике и пытаться оказывать сопротивление, за что получила ладонью по затылку. Я максимально жестоко отымел ее и спустил все семя внутрь. Потом взял за волосы и швырнул в сторону.

– Чертова дикарка. Смерть твоя участь!

Я толкнул ее к стене и принялся забивать ногами: по голове, телу, конечностям. У нее не было сил ни на что, поэтому она уже даже не плакала, а просто постанывала от боли нанесенных ударов и отчаяния. Сбив ее всю в кровавое месиво, переломал кости и суставы, наконец-то добил девушку, которая замертво лежала, похожая на кровавый кусок мяса.

– Смерть врагам! Варвары не заслуживают жить. Пора возвращаться в Рубрий. Мы повоевали не славу, хоть и сам чуть не погиб. Однако итог меня явно устроил…

Глава III: «Сердце Империи»
Центральная Италия, Лаций, Рим.
Посланник самого императора
398 год нашей эры, зима.

 Почти сразу же после тех событий в городке за мной прибыл посланник императора. Тот Фабий Фабриций оказался сыном влиятельного патриция-сенатора, который рассказал обо мне императору. Флавия Гонория Августа заинтересовала моя личность. Не думал, что такой день когда-нибудь настанет. Я хоть и не гонюсь за славой и признанием, но внимание такого человека дорого стоит и польстит каждого. Я иду по улицам великого Рима. Жаль, что он уже не такой славный как раньше, даже не является столицей Западной Римской Империи. Но Рим… одно лишь слово вызывает трепет в душе. А мысли о его былом величии заставляют гордиться и наслаждаться с каждым сделанным шагом по его древним улицам. Еще и время года такое… Дороги и холмы заснежены лишь самую малость, что очень необычно, ведь здесь почти всегда очень тепло. Гордая река Тибр тысячу лет держит на себе тяжесть этого города, который не раз оказывался на грани уничтожения, но, словно Феникс, восставал из пепла. Что же его ждет теперь? Ведь если посмотреть с другой стороны, то все не так уж и прекрасно. Город переполнен безработными и бедными, которым даже не хватает денег на жилье и еду; сам Рим потерял былой блеск; легионеры мелкими отрядами патрулируют и временами бесчинствуют на улицах города. Авентин и Форум не так многолюдны и интересны, как раньше. Однако этот город все равно остается сосредоточением власти и величия цивилизации, а в императорском дворце регулярно проходят пиршества. Императорский посланник оставил мне красную печать императорской династии, дабы пройти в определенные места, куда обычный человек не пройдет. Перед тем, как войти во дворец императора, я решил немного прогуляться. Я свернул на какую-то улицу, где был огромный рынок. Народ, как муравьи, бегали по нему в поисках интересных вещей, а над самим рынком стоял сильный гул и шум сотен жителей этого прекрасного города. На рынке, судя по всему, было все: продукты, изделия ремесел, вино, бижутерия, шелк с Востока и прочее. Отовсюду то и дело слышны выкрики «Морепродукты! Драгоценности! Ткань из Персии!». В этом месте можно найти все. Недаром говорят, что «все дороги ведут в Рим». К тому же еще и пестрый этнический состав говорит о популярности рынка: от галла с персом до грека с римлянином. Я хотел поглазеть на товары на рынке, но ко мне подошли трое палатинских гвардейцев.

– Квинт Лутаций, Его августейшество Флавий Гонорий Август ожидает тебя в своем дворце. Там должен скоро начаться пир, он хочет тебя на нем видеть. Чтобы ты не потерялся, мы проведем тебя. Готов?

– В общем-то да, можем идти. Это далеко?

– Нет, совсем рядом. Идем, Квинт.

Палатинцы встали возле меня, и мы вместе пошли ко дворцу.

– А как там дела на границе? Варвары сильно досаждают? Я слышал, что ты смог одолеть влиятельного вождя.

– Все верно. Из-за нашествий кочевников эти дикари бегут со своих земель на наши границы. В центральных регионах спокойнее?

– Совсем нет. Император молод и не закрепился на троне, а врагов у него много. Мы срываем покушение за покушением.

Слово за слово, и я не заметил, как мы добрались до дворца. Он был очень красив и богат, хоть уже и потрепан временем. Мы зашли внутрь и направились к тронному залу. Изнутри дворец изобиловал золотом, статуэтками, картинами, пол выполнен из бледного мрамора, а многочисленные слуги суетились, бегая по помещениям.

– Сюда, Лутаций. Император ждет тебя там, за огромной дверью.

Толкнув дверь, я вошел в зал, который был весьма немалых размеров. В центре него на золотом троне, усыпанным драгоценностями, сидел Флавий Гонорий Август, а рядом с ним находились еще двое: одного из них я узнал, это Фабий Фабул Цезарь, а второй похож на него, но выглядит старее. Зал был великолепен, на стенах висели картины и прочие украшения. Мои калиги мягко стучали по мраморному полу, даже слышно было протяжное эхо, отскакивающее от стен зала. Я подошел к трону Гонория и встал перед ступеньками, ведущим к нему.

– Мой цезарь, ты искал меня?

Флавий Гонорий встал с трона и не спеша спустился по ступенькам ко мне.

– Да, славный воин. Ты, Квинт Лутаций, проявил себя как талантливый стратег и мудрый полководец. Пойдем за мной, тебя ждет награда.

Император похлопал меня по плечу и махнул рукой, призывая идти за ним. Он и вправду был очень молод, хотя на картинах изображался как зрелый мужчина. Ему ведь даже нет двадцати лет, а он сел на трон в такой тяжелый период. Как он выведет Империю из кризиса? Этот юноша даже не в состоянии сам править, им манипулируют советники и родственники. На нашу цивилизацию скоро нагрянет бедствие… Дверь в комнату находилась чуть в стороне от трона. Войдя в нее, перед моим взором открылась комната со всякими украшениями и безделушками: амфоры, картины, глиняные сосуды, знамена. В углу находилось то, для чего он меня сюда привел. Стойка с позолоченной лорикой хаматой. Укрепленной таким же позолоченным панцирем, блестящий позолоченный шлем с пурпурным плюмажем, позолоченный прямоугольный щи и спата с позолоченной рукоятью. Рядом висел пурпурный плащ и пурпурная тога из дорогой ткани.

– Квинт, отныне это принадлежит тебе. Ты великий воин и у тебя славный путь. Это снаряжение тебе в награду за твои подвиги.

– Да, мой цезарь. Эта великолепная спата будет последним, что увидят враги Империи.

– Я доверяю тебе, Квинт. Ты теперь командир шестого «железного» легиона и получаешь должность легата. К тому же ты теперь живешь в Субуре, там выделена для тебя инсула.

– У нас много врагов, но я готов их повергнуть в ужас ради тебя, август!

– Еще успеем, вся жизнь впереди. Сегодня вечером будет пир. Придут всадники, патриции, сенаторы, военная вышка. И ты приходи, тебе все будут рады. Я тоже буду с нетерпением ждать тебя на мероприятии.

– Да, император, я с удовольствием приму это приглашение.

– Хорошо, переодевайся и обустраивайся на новом месте. Я пошлю за тобой раба. До скорого!

Император немного посмотрел на снаряжение и вышел из комнаты. Как же оно великолепно. Неужели император настолько хорошо ко мне расположен? Он ведь толком меня не знает, но такие прекрасные делает подарки. Я одел новое снаряжение, а старое оставил на стойке. Как же оно бесподобно… определенно повысит мой престиж. Ну что же, пора размещаться в новом доме. Моя инсула располагалась на втором этаже. Бедняки Субуры, разинув рот, с удивлением и восторгом смотрели на мой внешний вид. Поднявшись в свою квартиру, я сперва снял свое снаряжение, сложив у стенки, и сел на диванчик. Хоть это и самая бедная инсула, но я в такой роскоши никогда не жил. Всю жизнь у меня были домики и проклятые военные палатки. Неужели я попал в свой рай? Посмотрим. Сама по себе квартирка небольшая, но с удобствами: есть шкафчик, двухместная кровать, рабочий стол и стул, еще даже осталось свободное место. Пока я расслаблялся и думал о своем, в дверь постучали. Потерявшись в своих мыслях, я не сразу услышал стук. Лениво встав с дивана, я поплелся к двери. На пороге меня ждал раб, пришедший от императора.

– Господин, мне приказано провести вас до дворца, скоро начнется пир. Вы готовы?

–Подожди меня немного, мне нужно переодеться.

Раб кивнул и остался возле двери меня ждать. На пиру будут богачи из роскошной одежды. У меня скудный гардероб, но ведь не зря император подарил мне пурпурную тогу. Еще добавлю из своих запасов венок и пару золотых колец. Я открыл мешочек с вещами и начал искать эти предметы. Достав серебряный венок и кольца, я на ходу одел вещи и, потянув раба за собой, пошел во дворец.

– Много людей собирается?

– Достаточно. Во дворце еле хватает места.

Подходя ко дворцу, я убедился в его словах: все сливки общества стекали на пир. Их правда достаточно много. На улице уже начинало темнеть, местный гарнизон усилил патруль и караул, а возле дворца патрулировали преторианцы.

– Господин, мне было приказано довести вас до входа. Далее вы сами. Мне надо идти.

Я кивнул ему и направился ко входу. Гости были одеты очень богато: несколько видов дорогой одежды, золотые украшения, приятный парфюм, девушки и женщины накрасились недешевой косметикой. Собирались разных возрастов и сословий, одиночки и семейные пары. Неужели в Риме такие пиры обыденны? Зайдя во дворец, я увидел зал, наполненный людьми, похожий на муравейник. Видимо, пир уже начался и был в самом разгаре. Гости разбивались по группкам, общались, пили вино, кушали, веселились. Но когда из тронного зала вышел император, то все постепенно стихли. Гонорий был одет в свой пурпурный халат, на подобии как у меня, увешан ювелирными украшениями и с блистательной короной на голове.

– Дорогие гости, я всех вас рад видеть! Признаюсь, у нас тяжелые времена. Но это не повод грустить дома. Наоборот, нужно подымать себе настроение всем вместе. Поэтому я вас здесь собрал!

В ответ гости громко зааплодировали и зашумели. Снова дождавшись тишины, Гонорий продолжил.

– У нас есть один интересный гость. Ветеран многих битв, спаситель Фабия Фабула Цезаря, опытный и талантливый стратег и воин. Квинт Лутаций! Иди же ко мне на обозрение гостям, друг мой.

Что? Почему он всем обо мне рассказывает? Неужели я стал настолько известен? Я в замешательстве. Подойдя к императору, я обернулся и увидел сотни глаз, рассматривающих меня с интересом. Среди них послышался нарастающий гул, явно обсуждающий меняю Мне и императору принесли по бокалу вина, разбавленного водой.

– Гости мои, так выпьем же за такого великого человека!

Гонорий начал осушать бокал, все остальные заликовали и последовали его примеру. Я тоже не стал выделяться и весьма быстро выпил все содержимое бокала.

– Продолжайте развлекаться. Всем приятного вечера!

Император махнул рукой толпе и, потянув меня за руку, отошел вместе со мной в сторону.

– Ну что же, Квинт, тебе нравится?

– Да, император. Пир пройдет на славу.

– Прекрасно. Ешь, пей, веселись, общайся. У тебя нет ограничений в этом месте. Если что я у себя.

Я кивнул Гонорию и, взяв большой бокал вина, нашел свободное место: огромный диван, заваленный такими же огромными подушками, и шелковое покрывало. Упав на диван, я принялся постепенно отпивать вино из бокала. Вокруг был шум: общались люди, звенели бокалы, стучала и билась посуда, слышен топот ног и смех гостей. Чтоб меня Сатурн… сколько здесь людей! Неужели в Риме считается нормальным такое устраивать? Я подобного никогда и нигде не видел. Столько веселья, радости, наслаждения. А ведь где-то на границе смерть, боль и слезы. Еще полгода назад я мог в любое мгновение быть убитым дикарем, жил в деревянном «штабе», следил со стены форма за порядком и ел все, что давали, а не то, что хотел. А теперь? Я в роскоши. Я в безопасности. Я в самой лучшей жизни, о таком мне даже и не снилось. Но к лучшему ли это? Роскошь развращает, абсолютная роскошь развращает абсолютно. Не потому ли наша цивилизация терпит бедствие? Раньше, когда наша власть ограничивалась одним лишь Апеннинским полуостровом, мы всегда были наготове, нам было не до веселья, мы были всегда в боях и сражениях. Воин перестанет биться, тогда, когда кубок с вином или мешочек с золотом станет тяжелее его оружия. Чем дальше и величественнее длится наша история, тем тяжелее становится мешочек и больше наполняется кубок. В тяжелые времена появляются талантливые люди. Но где сейчас этот человек? Почему он не пришел? Неужели это конец? Нашей цивилизации пришло время уступить свое место другим. Что делать? Мне кажется, что уже поздно что-то делать. Остается лишь смириться, принять все как есть. Люди, окружающие меня, и император беззаботно предаются веселью и похоти, им не до войн и политики. Они не могут или не хотят понять, что скоро всего этого не станет. Тот, кто займет наше место, пожжет наши поля и села, разрушит наши города и наследие, убьет наших близких и нас самих. Это будет скоро, ведь все катится в никуда, римский мир будет полностью уничтожен. Вокруг ты почувствуешь лишь смерть, почуешь в воздухе запах дыма и крови, услышишь стоны умирающих и страдающих. Варвары уже близко, и они не пощадят никого… От мыслей меня отвлекли две подошедшие римлянки: одна из них была блондинкой, высокого роста и пышной грудью. Вторая была с каштановым цветом волос, веснушчатая, среднего роста. Обеих объединяли определенные элементы: ровные, правильные черты лица, богато одеты с дорогими украшениями. Они выглядели весьма веселыми, с хорошим и, я бы сказал, кокетливым настроением.

– Это ты тот самый Квинт? Друг императора. Можем ли мы к тебе подсесть и с удовольствием провести время? Места вроде много, а вот желание…

Весьма неожиданно. Хочет, но стесняется, отводит свои зеленые глаза. Каштанка, так я назвал вторую, стоит чуть позади и делает безучастный вид, хотя тоже весьма заинтересована происходящим и самой беседой.

– Я был бы не против, красотки, присаживайтесь.

Римлянки скромно, но уверенно подсели ко мне, но смелой и разговорчивой из них двоих была блондинка.

– Вы знаете мое имя, но я не знаю ваши имена. Особенно твоей стеснительной подружки.

Каштанка немного покраснела и мило посмеялась.

– Ой, Квинт, извините. Меня зовут Ливия Друза. Прошу простить меня за мою невежливость.

– Ничего страшного. Разговаривайте со мной на «ты», милые дамы. А тебя как зовут? Расскажите о себе вообще.

После моей фразы они переглянулись и приветливо улыбнулись. Стеснительная каштанка стала более открытой и настроенной для разговора.

– А меня зовут Поппея Ульпия. Мы дочери богатых сенаторов. Наши родители остались дома, а мы пришли на праздник, ведь почти никогда их не пропускаем. Квинт, а это правда, что ты разгромил тысячи варваров своей рукой лично?

– Кто же тебе такое сказал? Не тысячи, но очень много.

Ульпия мягко поводила ладонью по моей руке

– Какая сильная рука. Мне кажется, что она сразила десятки тысяч варваров

Неожиданно. Она так очарованно смотрит на мою руку и гладит ее. А этот взгляд. Он такой голодный…

– Тебе настолько сильно нравится, Ульпия?

Очнувшись, она резко одернула руку от меня и, засмущавшись, покраснела.

– Ой, прости, Квинт. Не знаю, чего это я так.

– Ничего страшного. Не хотите вина?

Обе девушки оживленно закивали, и я достал еще пару бокалов с большой бутылкой вина, которая стояла возле дивана. Я налил в них вино и наполнил свой бокал тоже. Девушки взяли бокалы. Каштановая Ливия явно оживилась.

– За новое знакомство, полагаю?

– Да, почему бы и нет.

После этого мы осушили треть бокала. Девушки постепенно раскрепощались, на лицах начала появляться пьяная улыбка.

– Прекрасное вино.

– Не менее прекрасное как ты, Ульпия.

В глазах Ульпии после моей фразы блеснул огонек. Она, прикусив губу, провела пальцами по моему предплечью.

– Спасибо за комплимент, Квинт, очень приятно.

Какое-то время мы все вместе пили и разговаривали, они рассказывали о жизни в Риме и Лации, а я о своих походах и битвах. И, что самое интересное, обе оказывали мне знаки внимания, хотя Поппея Ульпия была явно более активной. В один момент Ливия отошла к важным знакомым, а я с Ульпией остался наедине. Поппея взяла в руки бокал и подняла его напротив наших лиц.

– Ты также прозрачен как этот бокал, Квинт. Я прекрасно вижу тебя насквозь. В том числе и то, чего ты хочешь.

– А ты самоуверенна. Хочешь ли ты?

– Невероятно хочу. Здесь есть личная комната моей семьи, которая сейчас пустует. Идем туда за мной.

Ульпия встала и, мягко взяв меня за руку, повела за собой. По пути встречались толпы людей, небольшие группки, одиночки, которые так же развлекались и пили. Мероприятие начинает набирать обороты, люди в пьяном угаре и сексуальной похоти забывают о своих бедах, но ведь это все временно. Опомнившись, все проблемы к ним вернутся. Что тогда? Снова пить и трахаться? И так по кругу? Почему бы просто не решить проблемы? Именно поэтому Империя падает прямиком в пропасть. Кубки переполнены, вино переливается через края; карманы и мешки полны золота, оно высыпается на землю; воевать никто не хочет, ведь с таким богатством даже смерть вызовет отвращение. Защищать ни стены города, ни границы уже некому. Поппея повела меня в красиво обустроенную комнатку. Весьма просторное и украшенное роскошью помещение дополняла большая кровать. Ульпия нежно положила руки на мои плечи и прижалась губами к уху.

– Сделай это. Не щади меня.

Этой фразы было достаточно, чтобы разжечь во мне пламя похоти. Я вцепился губами ей в шею и руками в ягодицы. Ульпия обвила мою спину руками и приоткрыла рот, издавая тихие стоны. Я задрал ее платье до живота и, приподняв ее за бедра, посадил на тумбочку. Спустив платье с плеч, я взял в ладонь ее ровную, упругую грудь. Чувствуя ее дыхание, я вошел к нее и начал постепенно разгоняться, заставляя стонать громче и громче. В самый разгар в дверь кто-то постучал.

– Чтоб меня, ну кто там!?

– Успокойся, Квинт, все нормально.

Ульпия подошла к двери и что-то спросила. Получив ответ, она открыла дверь и в комнату вошла Ливия.

– Не спеши, Квинт. Ты не пуГайся. Просто нам с Ливией вдвоем как-то привычнее. Или ты против, чтобы она составила нам компанию? Все же мне кажется, что нет.

Ульпия все также полуголая, повела Ливию к кровати. Она подмигнула мне и поманила пальцем за собой. Дойдя до кровати, Ульпия легла на нее спиной и притянула к себе Ливию. Они слились в страстном поцелуе, водя по телам друг друга руками.

– Ну же, Квинт, – Ливия повернула ко мне голову, – ты так и останешься стоять, не принимая участие?

Она задрала платье и шлепнула себя по ягодицам. Безусловно, так просто стоять и смотреть я не мог, надо было вмешаться. Я, шлепнув ее по ягодицам и схватившись руками за бедра, вошел в нее и начал иметь как дешевых проституток. Звуки их поцелуев смешивались со стонами Ливии. Я трахал их по очереди, стоны разрывали комнату, дыхание заполонило помещение воздухом. Это продолжалось весьма долго, ведь когда мы вышли из комнаты, была уже глубокая ночь, а в зале половина гостей была пьяна. Ливия и Ульпия вышли уставшие, весело обсуждая что-то свое. Мы разошлись в разные стороны. Они были хороши, но только на раз. Я рад, что больше не буду иметь с ними дел. Мысленно попрощавшись с гостями и императором, я вышел из дворца и пошел по ночному Риму, наслаждаясь холодным воздухом и стуком калиг о брусчатку. Как же этот город прекрасен. Он – результат многовекового труда римской цивилизации. О, эти статуи, храмы, виллы, стены. Как они все великолепны! Лицо нашего народа, сердце нашей нации, символ нашей власти, сосредоточие всего нашего культурного потенциала. И это все в одном лишь городе. Почему никто из жителей ей не бережет и не ценит? Римляне веселятся на пирах, праздниках, но когда нагрянет беда, то никто из них не возьмется за оружие и не встанет на стену, чтобы защитить свой город. Даже сам император в опасности. Его гвардия – это алчные, скупые и жадные лицемеры. Тот, кто предложит больше – будет императором. Все катится в пропасть… Чтобы быстрее дойти до дома, я решил скоротать путь через переулки. Богатый район постепенно сменился бедным, дома стали более обветшалыми и старыми. Казалось бы, Рим – великий город, но даже в нем есть сильный контраст между богатыми и бедными районами. Мертвенная тишина царит в округе, если не считать лай собак и карканье ворон где-то вдалеке. Но неожиданно, зайдя в очередной переулок, я встретил молодую римлянку и двух бандитов, которые прижали ее к стене, приставив нож к горлу. Она была крайне напугана, но, боясь расправы, не стала кричать. Однако, увидев меня, она оживилась и закричала, прося о помощи. Бандит ударил ее ладонью по лицу, после чего они вдвоем обратили внимание на меня.

– Это кто у нас по ночам не спит? Еще и чужие секреты подслушиваешь. Очень нехорошо, надо решить этот вопрос.

Бандит покрутил в руках нож и устремился на меня. Но он не знал, что мой верный пугио всегда со мной. Глупец замахнулся, но я схватил его руку и, вытащив из-под одежды клинок, нанес серию ударов в живот и грудь. Дабы не потерять преимущество, я быстро подбежал ко второму разбойнику и полоснул пугио по шее. Оба злодея замертво упали и утонули в луже собственной крови. Я вытер пугио об одежду одного из них и спрятал его обратно под тогу. Девушка была крайне напугана: она закрылась руками и вжалась в стену, а на мои прикосновения отвечала дрожью и плаксивым стоном.

– Все хорошо, они тебя не обидят. Посмотри на меня, красавица. Как тебя зовут? Меня Квинт Лутаций

– Меня зовут… Феодосия.

– Откуда ты? Я живу в Субуре, недалеко отсюда.

– У меня нет дома, до недавнего времени я была рабыней, но хозяин распустил меня и остальных рабов.

– Так ты не римлянка?

– Нет, я гречанка, из Вифинии. Еще до распада Империи схватили в плен бандиты и продали в рабство.

– Ужасная судьба. Но со мной тебе ничего не грозит. Пойдем ко мне в инсулу. Надо же где-то жить.

Феодосия расслабилась и уже не была так сильно напугана. Ее глаза все еще были влажные, но она шла на контакт и не боялась меня.

– Если ты правда можешь взять меня к себе, то я буду очень признательна.

Я приобнял свою новую знакомую, пытаясь успокоить. У нее появился румянец на щеках.

– Идем со мной. Ты в безопасности.

Я решил выйти на большую дорогу, где светло и ходят патрули. Феодосия была спокойна и охотно разговаривала со мной на различные темы: о себе, своем прошлом, мыслях, планах на будущее.

Болтая по пути, мы дошли до моего дома. Я просто валился с ног от усталости. Мне даже не хотелось раздеваться, только лишь спать. Но надо было как-то разместить Феодосию.

– У меня в небольшом доме лишь двухместная кровать и диван. Я буду спать на нем, а ты ложись на кровать. Согласна?

– Согласна, но не проще будет лечь вдвоем на одной кровати?

– Ну… почему бы и нет.

Весьма неожиданное предложение, да и я не против, но мне хватило тех двух римлянок на пиру. Однако ради удобства я согласился. Упав на кровать, я тут же начал засыпать. Феодосия тоже легла почти сразу, я почувствовал ее присутствие. День был необычным, никогда не видел такой огромный пир. Рим – город роскоши, но это станет его бичом, что разрушит мегаполис. Искренне надеюсь, что меня эта обстановка не погубит. Все, больше не могу. Пора закончить этот день…

Спустя месяц

Центральная Италия, Лаций, Рим.

Ранняя весна.

В тот день пир продолжался еще три дня. Император крайне рад моему присутствию в Риме, но мне надо командовать. Месяц легион сидит без меня. Я и Феодосия живем вместе до сих пор и думаем о бракосочетании. Гонорий не очень рад этому, ведь она вольноотпущенница, но я не обращаю внимания, для меня это не имеет значения. Но мое ли все это? Не воин ли я? Не полководец? Возможно, это время для меня прошло, и пора отдыхать. А военная служба – это прошлое и забытое. Но так ли все должно быть? Не знаю. Но именно этот день из всего месяца пребывания в Риме примечателен: произошло сразу несколько событий. Я, после совещания у главнокомандующего, сидел на диване, был ранний вечер. Феодосия как раз вернулась с приема у лекаря: ее уже достаточно долго мутит и тошнит, чем мы очень обеспокоены.

– Добрый вечер, моя радость. Что же сказал врач? Ты больна?

– Добрый, Квинт. О нет, все совсем не так, как казалось. У меня для тебя хорошие новости. Я беременна, дорогой.

О, могущественный Юпитер, ты решил наградить меня! У меня будет ребенок! Я и подумать не мог, что этот день настанет. Я упал на колени перед Феодосией и прижался головой к животу.

– Я правда очень счастлив! Кого ты хотела бы первым?

– Мне не важно, но если мальчик, то хочу, чтобы он был похож на тебя.

Мы вдвоем мило посмеялись, и я встал, впившись губами в ее губы. О, это теплое чувство; возле меня мое продолжение, мое второе «Я». Так продолжалось бы и дальше, но нашу идиллию прервал злосчастный стук в дверь.

– Чтоб меня! Посиди на диване, Феодосия, я скоро.

Я встал и пошел к двери, настроенный побить стучавшего. Как назло, он продолжал стучать еще и еще, что очень раздражало. Открыв дверь, я схватил человека за воротник и замахнулся для удара. Маленький человечек от испуга закрылся руками и закричал.

– От императора! Срочное послание от императора! Цезарь Август срочно требует явиться к нему во дворец. Ему очень нужна твоя помощь, он ждет тебя.

– Что он хочет?

– Я не знаю, просто сказал позвать. Что мне передать ему?

– Передай, что я сейчас приду.

Посланник кивнул и убежал обратно в сторону дворца. Я закрыл дверь и повернулся к Феодосии, чтобы все рассказать, но она меня опередила.

– Я все слышала. Иди же к нему скорее. Он твой начальник, не заставляй его ждать, милый. А вот я тебя подожду.

– Столько, сколько нужно?

– Да. Столько, сколько нужно.

Я поцеловал ее на прощание, накинул тогу и быстрым шагом направился ко дворцу. Что же ему срочное нужно? Почти месяц я жил без него, его просьб и задач. Самому интересно что он хочет. Я достаточно быстро добрался до дворца. Выяснив, что Гонорий у себя в покоях, я устремился к нему. Перед тем, как зайти, я постучался. Получив согласие, я вошел в его великолепные покои. Они очень были похожи по стилю на ту комнату, где я отымел Ульпию и Ливию.

– Император, я нужен тебе?

– Да, Квинт. Я нуждаюсь в твоих навыках и талантах.

Гонорий сидел на кровати и выглядел очень мрачно и потерянно.

– Только ты сможешь это сделать, Лутаций. У нас катастрофа. Британия почти ушла из-под контроля имперской власти. Подлые римские мятежники, предатели перебили гарнизон города Эбурак и основали свое мятежное государство. Думаешь все? О нет, они продолжили завоевание острова. За нами осталось лишь южное побережье. Бери свой легион, который находится в Лугдуне,и отправляйтесь в Лондиниум. Я знаю, что ты воевал в составе девятого легиона в Британии. Я полагаюсь на твой опыт и природный талант.

– Я сделаю это, Цезарь. Но у меня невеста беременна…

– Та самая Феодосия? Ладно, я обеспечу ее всем необходимым. Не переживай и смело собирайся скорее в путь. Спаси нашу былую славу, Квинт.

Я кивнул и на протянутую руку ответил рукопожатием. Покинув в спешке дворец, я быстро пришел домой. Чтоб меня, Марс, зачем же еще война!? Я только обжился: дом, богатство, невеста, дети. Почему именно сейчас? Придя домой, Феодосия сидела на диване и вязала маленькую одежду.

– Ты чего не спишь то? Уже ночь на улице.

– Куда ж я без тебя. Обещала ведь, что дождусь.

– Ждать придется долго, радость моя. Ранним утром я собираюсь в Лондиний. Гонорий меня и мой легион отправил воевать в мятежную Британию.

– Я все равно буду ждать столько, сколько нужно, дорогой. Раз вставать рано, то пойдем в кровать, надо выспаться.

Я согласился и взял ее на руки, от чего она из-за неожиданности взвизгнула, но почти сразу засмеялась. Дойдя до кровати, я аккуратно уложил ее на спину и разместился сверху, впившись губами в ее шею и плечи.

– Ах ты! Тебе же рано вставать завтра, извращенец.

– Ничего страшного, ради тебя я готов не спать хоть всю ночь.

Мы слились в страстном поцелуе, а я одновременно провел рукой по бедрам, задирая платье вверх до пояса. В ответ она заползла рукой мне под тогу и начала ласкать тело.

– Я знаю, чего мы хотим. Давай сделаем…

Я снял платье с ее плеч и схватился рукой за грудь, а второй рукой раздвинул ногу и вошел внутрь. Постепенно ускоряясь, увеличивалась и скорость ее стонов и дыхания. Я мягко обхватил рукой ее горло и впился в губы. Чуть позже я перевернул ее на живот и, шлепая по ягодицам, имел как дешевую гетеру. Меня заводили ее стоны и эмоции.

Спустив все на ее спину, я достал лежащее в шкафу полотенце и вытер сперму.

– Я так полагаю, мы идем спать, Квинт?

– Сделать то, что мы больше всего любим? Конечно да.

Феодосия мило усмехнулась и притянула к себе, укрыв одеялом.

– Я люблю тебя, дорогая.

– И я тебя тоже, мой воин. У тебя все получится, ты принесешь мир в эту несчастную Империю. Буду тебя ждать… Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, моя жизнь.

Без нее будет тяжело, но что поделать. Еще и ребенок скоро. Чтоб меня, Боги, почему вы так со мной? Почему именно в этот момент? Она еще так мило спит. Феодосия, я очень привязался к тебе и привык, мне будет не хватать тебя и твоего тепла в дальних походах, особенно там, на краю земли…

Глава IV: «Снова здравствуй, Британия!»
Перед отправкой на остров Британия, Рим.
398 год нашей эры, поздняя зима.

Утром я проснулся бодрым и готовым к действиям. Феодосия мило спала, я не стал ее будить. Тем более еще одного прощания я не хотел бы. Встав с кровати, я умылся и одел подаренные императором доспехи. Сидят и выглядят прекрасно, вроде и по качеству хороши. Взяв наградное оружие со стойки, я тихо вышел из дома и, пошел не спеша ко дворцу императора. Воздух был прохладным, что было весьма приятно. Чувствовалось приближение весны и тепла. Жаль, что я не встречу их в Риме. Войдя во дворец, я увидел, что император уже бодрствует, а с ним находится еще какой-то юноша.

– Ave, мой Цезарь.

– Доброе утро, Квинт. Забыл сказать, что тебе в помощь и ученики идет Марк Сципион Цезарь – мой дальний родственник и младший брат Фабия Фабула Цезаря, того, кого ты спас из плена в Бетике.

– Хорошо, Гонорий. Я обучу его всему, что знаю и умею.

Неожиданно из-за колонн вышли четверо палатинцев, которые держали в руках спату и скутум.

– Вы что здесь делаете? Я давал приказ оставаться перед входом во дворец. Вон отсюда!

Гвардейцы только лишь рассмеялись над молодым императором и окружили нас.

– Ты нам никто, ты бессилен, ты не способен править. Если сам не сложишь корону и не отдашь начальнику гвардии, то мы сделаем это сами!

Очередное покушение на императора. Но в этот раз серьезнее и организованнее. Дождались, пока он будет один, без посетителей, без стражи. Но не учли меня и Марка Сципиона. Если бы не я, то Гонорий был бы уже убит. Я не стал долго ждать и, резко достав спату, полоснул по горлу лезвием рядом стоящего гвардейца. Кровь фонтаном хлынула из открытой раны, забрызгивая пол и окружающих. Второй палатинец замахнулся и направился на меня спату, но я остановил его своим клинком. Мы застыли в одной позе, после чего я ногой ударил ему по скутуму, из-за чего он потерял равновесие и прокрутился, оказавшись ко мне спиной. Я схватил его сзади за плечо и отрубил руку, а следующим ударом вонзил в шею спату. Внезапно подошедший ко мне сзади палатинец ударил скутумом по спине. Сильная боль мгновенно разошлась почти по всему телу, а сам я упал на одно колено перед вторым трупом. Fellator! Какая боль! Гвардеец уже вознес спату над головой для удара. Неужели конец? В самом прекрасном дворце великого города? Красиво звучит, но вот так погибать не хочется. Однако вопреки моим ожиданиям, гвардейца вазой по голове ударил Марк Сципион. Палатинца перекосило, а я поймал момент и ударил его по голени, из-за чего тот упал на одно колено. Я встал как можно быстрее и, схватив его голову двумя руками, свернул шею. Последний палатинец уверенно пошел на меня, пытаясь ударить в бок, но я отбил его маневр спатой и, размахнувшись, ударил спатой по голове. Шлем и зубы разлетелись в стороны от такого удара. Я нанес добивающий удар в шею и отрубил голову.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.