Мила Громова
Путевые заметки вольного мага

Заметка 1: Странности в Больших Валунах

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

– А странности какие случались здесь в последнее время?

Я отхлебнула кваса и уставилась на уже седого, но еще вполне крепкого и статного мужичка-старосту, сидящего на деревянной скамье напротив меня.

В отличие от многих деревенских глав, коих за время последних четырёх месяцев своего путешествия по дорогам родной Империи, я встречала уже немало, этот был гладко выбрит и носил не замызганный тулуп, а вполне себе приличную почти скроенную по городской моде замшевую куртку. Говорил староста правильно, без всяких там этих "ить" и "на" через каждых два слова, из чего я сделала вывод, что либо он долгое время жил в городе, либо вообще изначально был "городским" и перебрался в эту глушь лишь некоторое время назад, уж не знаю, по какой причине (хотя, подозреваю причину столь странного решения, но об этом поговорим несколько позже). Ведь обычно происходит наоборот, и деревенские люди уходят в более крупные населённые пункты Империи в поисках более денежной, комфортной и сытой жизни.

Хм…

Моя профессия обязывает меня всегда очень внимательно анализировать любого встречного и искать что-то, что выпадает или выделяется из общей картины. Ведь никогда не знаешь, что принесет тебя эта встреча – золотое тукат в карман или стальной кинжал в сердце. Это я сейчас говорю лишь про общение с обычными людьми, ведь в общении с магами все гораздо сложнее и запутаннее.

–А зачем это вам.... хм.... тана Тарина? – подозрительно сощурил мужчина внимательные зелёные глаза.

Вот и еще одно подтверждение моих подозрений в образованности старосты. Деревенский мужик сразу начал бы мне "тыкать" лишь в силу моего пола и возраста и называл по имени, без всяких там “тан” (хотя правильнее будет обращаться ко мне “деса”, как и к любому магически одаренному существу Империи).

У местных все просто: девушка по умолчанию стоит в деревенской иерархии чуть ли не в самом конце, и неважно, селянка ли она или нет. Никому и в голову не приходит сопоставить одно к другому и задуматься, а так ли проста на первый взгляд безбоязненно путешествующая в одиночку женщина. Хотя о чем это я, местные “тыкают” почти всем, кто одевается не в дракские шелка или софирский бархат. Иногда простота, некая даже…недалекость и непосредственность деревенских имперцев просто обескураживают. Это я не в обиду им говорю, совсем нет. Ну просто.... Иногда мне кажется, что, выехав за пределы Центральных земель и их больших, ухоженных городов, я словно в другой мир угодила.

Староста же этого села под названием "Большие Валуны" сразу оценил не только мой пол и возраст, но и пусть и небогатую, но явно сшитую у городского мастера дорожную одежду и выточенные по ноге походные высокие сапоги из телячьей кожи, а также ездового вороного длака, моего бессменного спутника, купленного почти сразу после выполнения первого крупного заказа в статусе "младшего мастера" магических наук.

Длака звали Шерин, был он могуч, статен и вынослив, а еще влюбчив до безобразия. Иногда мне казалось, что Шерину обаяния досталось за нас двоих, так как длак, несмотря на довольно воинственную на первый взгляд внешность и темную как ночь шкуру, буквально с первого взгляда очаровывал всех: мужчин, женщин и детей всех рас, а также кобылиц всех мастей. Причем как в длаковых кобыл, так и в обычных, лошадиных. Хорошо, что способность ездовых длаков оставлять потомство четко контролируется связанным с ним кровью хозяином, иначе осталось бы у моего Шерина в каждом из посещенных нами за время этого путешествия сел или городов по жеребёнку, как у того лихого капитана из крайне неприличной народной песни морских троллей остается в каждом порту по возлюбленной.

Так, о чем я рассказывала? Ах да…

В общем, местный староста меня разглядел и принял в своем доме пусть и без лишнего подобострастия, но приветливо и хлебосольно.

При знакомстве я специально умолчала о роде своей деятельности, сообщив лишь личное имя без цехового прозвища, которое, в отличие от многих своих коллег, получила гораздо раньше присвоения мне самого низкого ранга члена Софирского Ордена вольных магов. А свое родовое имя я вообще не открываю никогда и никому, так что назвалась просто "Тарина". Староста на это лишь хмыкнул и промолчал.

– Да просто интересно – протянула я, продолжая с любопытством разглядывать тана Итко Ка'рина, а именно так представился староста Валунов мне в ответ.

Жена старосты, уже немолодая, но не растерявшая былой красоты дородная женщина с черной украшенной серебряными нитями седины косой, закрученной вокруг головы венком на манер жителей этой почти приграничной местности, бесшумно выплыла из-за печки, отделяющей в этом доме поварню от столовой, и с громким стуком поставила передо мной огромную миску одуряюще пахнущей мясной похлёбки на соленых огурцах. Мысли мгновенно перескочили с рассказанных чуть ранее сыном старосты довольно занимательных историй из жизни села Большие Валуны на вполне мирские дела, а именно: на утоление голода. Как говорила моя нянька Серафима: "Голодное брюхо ко всему глухо". Так что я дала тану Карину время на обдумывание ответа на свой вопрос и зачерпнула первую ложку ароматного варева, которое можно было встретить только вот в таких вот глухих местечках.

Мои запасы съестного порядком поиздержались с момента посещения Фраска, последнего крупного города на восточной границе Империи, не считая пограничного горного перевала с крепостью Кряж, в которую я сейчас направлялась. Через несколько десятков верст меня ждет Мрачнолесье, потом конечная точка моего маршрута – Кряж, а уже за перевалом начинаются Восточные Софирские горы, очерчивающие границы Империи с землями летающих ящеров, Дракским Ханством.

– Да у нас тут какой только бесовщины не творится – вздохнула женщина – вам, наверное, Тенька каких-то ужасов уже наплёл?

Я не удивилась, что мой “источник информации”, а именно средний сын четы Карин, сразу был опознан. Младший сын старосты, с которым я тоже успела познакомиться, был почти так же молчалив, как его брат – словоохотлив.

– Выпорю пострельца – заворчал староста. Правда, злости в его густом басе не ощущалось, лишь небольшое предостережение, направленное в сторону приоткрытого окна.

Судя по тому, что за окном что-то упало, тот самый пострелец, а по совместительству средний сын тана Карина Тенька, смешливый черноволосый паренек весен десяти от роду, в данный момент наверняка грел свои лопоухие уши ровно под этим окном в надежде узнать что-то интересное.

Теньку (а в будущем Теньяна) и его младшего брата Деньку (Демьяна), который был младше брата на пару весен, я буквально пару часов назад встретила по дороге к Валунам и предложила сопроводить меня, раз уж нам в одну сторону. Дети собирали в лесу ягоды, так что я даже согласилась подвести их почти полные крупной ароматной черники лукошки, если они развлекую меня по дороге какими-нибудь занимательными историями. Как я и ожидала, всю дорогу после этого старший из мальчиков закрывал рот только, чтобы перевести дух, потому что трещал без умолку, сыпля полезной информацией вперемежку с ничего не значащими сплетнями, как горохом из дырявого мешка. Но основное из этой болтовни я все же для себя уже вычленила.

Подобные "пострельцы" для таких искателей заработка и приключений как я – самый удобный и безопасный источник местных новостей и сплетен. Пусть дети, конечно, еще те любители все приукрасить, но в большинстве своем их истории были очень даже правдивы.

Я не удивилась любопытству Теньки, ведь гости в "Валунах" – явление нечастое, так как этот небольшой населенный пункт находился вдалеке от Большого тракта, главного торгового пути Срединной Софирской Империи – единственного государства людей на Западном материке. Из-за отдалённости от маршрутов торговых караванов в селе даже гостевого двора не было, поэтому Тенька, общительный и простой, как медяшка, рассказав мне по пути парочку местных сплетен, пригласил на постой в дом своих родителей, которые предоставляли усталым редким путникам, забредающим в эту глушь, кров и еду за вполне удобоваримые для моего кошелька деньги.

– Он лишь повторил то, что я услышала на базаре во Фраске, тана – я решила выгородить паренька, мало ли что. Работу я могу и не получить, а Теньку точно ждет нагоняй от отца за слишком длинный язык. Староста, разумеется, не хочет, чтобы о его селе говорили как о "нехорошем месте". Тогда и так небойкая торговля с заезжими скупщиками овощей, муки и шерсти захиреет, да и путники вообще перестанут сюда заезжать. Знаю я как это бывает. А имперцы – народ суеверный, склонный верить не только в Благочестивого и его детей, но и в самые нелепые и иногда откровенно абсурдные вещи.

Тем более, то, что в "Валунах", по-видимому, что-то точно неладно, раз об этом упомянули сразу несколько человек. Я действительно узнала об этом из разговора одного торговца шерстью, который заезжает сюда за сырьем раз в месяц, но сомневалась, стоит ли рассказанное моего визита, пока не увидела мальчика…

– Разнесли уже, значит? Вот же поганцы… – нахмурился староста.

– Так тан Ступарь сам помогал-то Фрошку с мельницы снять – подала голос жена старосты – так что видел все своими глазами. А остальное… Всем языки не завяжешь, Итко – хозяйка дома положила крупную загорелую руку на плечо супруга в жесте поддержки.

– Я могу помочь – проговорила я и привычным движением оттянула край куртки, демонстрируя золотой знак Ордена, в форме овала, приколотый с обратной стороны, слева, ровно напротив сердца. Некоторые накалывали цеховой знак вольных магов там же, но с лицевой стороны одежды, сразу демонстрируя принадлежность к нашей братии. Я же предпочитала поначалу изучить обстановку, прикидываясь насколько могла, обычным неодаренным человеком, а затем уже вытаскивать свой главный козырь – Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов. В данный момент я свободна от рабочих обязательств и готова оказать магическое содействие вашему селу.

На какой -то крошечный миг мне показалось, что на лице обоих моих собеседников мелькнул страх. Мелькнул и был таков, потому что и тан, и тана Карины словно что-то осознали для себя, да и расслабились мгновенно. Я знала причину такого поведения, собственно, она была, по сути, главным аргументом, повлиявшим на мое решение посетить Большие Валуны, не считая почти иссякшего фуража. Только позвольте пока оставить эту самую причину, а может, и первопричину происходящего при себе, хорошо? Для начала следует узнать больше о происходящем.

– Значит, деса, желаете нам помочь? – скорее утвердительно и задумчиво, чем вопросительно проговорил тан Карин – и не бесплатно, как я понимаю?

– Согласна взять за работу припасами – сразу высказала свое предложение я.

До Кряжа путь неблизкий, а уж что ждет меня в Мрачнолесье даже представить сложно. Так что в данный момент продукты явно будут нужнее звонких монет.

Староста и его супружница переглянулись. Судя по шороху под окном, неугомонный Тенька уже жаждал развития событий, в которых, думаю, планировал принять непосредственное участие.

– Что же… – тан Итко Карин выпрямился. Он сомневался в правильности принимаемого в данный момент решения, но понимал, что отказ при условии того, что я готова была взять за свои довольно недешевые услуги натуральной платой, будет выглядеть по меньшей мере подозрительно – мы согласны на вашу помощь, деса Тарина Багряная. Не так часто в нашей глуши можно встретить мага, тем более вольного. Видимо, сам Благочестивый прислал вас в ответ на наши молитвы.

Мы быстро обговорили размеры оплаты, сроки и прочие детали заказа.

Староста протянул мне крепкую смуглую ладонь, я осторожно сжала его мозолистые пальцы и скороговоркой прошептала стандартное заклинание на заключение магического договора на краткосрочную одноразовую работу. Таких заклинаний в арсенале вольных магов Ордена было больше двадцати, а зависимости от срока, условий заказа и других договоренностей.

Над нашими соединенными руками мелькнул огонек, превратившейся в сверкающую розоватую нить, опоясывающий ладони несколькими витками. Нить сверкнула и впиталась в кожу, подтверждая законность сделки. Без такой процедуры помогать кому-либо, взяв за свои услуги даже медяшку, я не могла. Бесплатно – сколько угодно, но сейчас к такой щедрости я была не готова. Вряд ли Орден наказал бы меня за такое мелкое нарушение кодекса, но проверять это утверждение в данный момент я не собиралась. А нарушать кодекс вольных магов и привлекать к себе излишнее внимание в ближайшее время я не планирую даже в мелочах.

Я медленно и удовлетворённо кивнула, показывая, что все с магической точки зрения прошло успешно, и сомкнула руки в замок, заглядывая в глаза своих теперь уже законных нанимателей. Интересно, опасаются ли они, что я пролью свет не только происходящее в селе, но и на один секрет, касающейся семьи Карин. Ведь я была более чем уверена, что и староста и его жена в курсе того, с кем живут под одной крышей. Хотя… Раз я, будучи магом, пусть и самого низкого ранга, никак не отреагировала на мальчика, возможно, Карины решили, что я просто ничего не заметила.

Не буду их пока расстраивать, что раскусила все практически с первого взгляда просто потому, что лично сталкивалась с таким явлением когда-то очень давно.

Интересно, связаны ли происходящие в Больших Валунах странности с мальчиком или это лишь простое совпадение. Нужно было проверить обе версии, а уж потом делать окончательные выводы.

– Теперь расскажите, как давно и что именно здесь происходит – попросила я – начнем, пожалуй, с мельницы и Фрошки. Это…

– Корова… – вздохнул староста совершенно серьезно – ОНО зачем-то затащило корову на крышу мельницы.

– Оно… – повторила я.

Тан и тана Карин синхронно кивнули. Несмотря на только что сказанную нелепицу, следа веселья на их лицах я не увидела.

Что же… А расследование может стать вполне любопытным.

– Я слушаю – произнесла я серьезно и активировала пишущий речь камень, краем глаза замечая фигуру ребенка, без движения стоящую за спинами родителей в глубине дома.

Глава 2: Кто же ты?

– Рина, как думаешь, почему небо голубое?

Я открыла глаза и развернулась в сторону друга, лежащего рядом со мной на расстеленном в саду покрывале. Айра с улыбкой встретил мой взгляд и протянул ко мне свою небольшую бледную ладошку, на которой обнаружилось спелое маленькое ярко-красное яблоко.

– Сарафима говорит – я осторожно взяла предложенное лакомство и поднесла фрукт к носу, чтобы вдохнуть его медовый аромат и примериться к аппетитному яблочному боку – что это цвет души Благочестивого, символизирующий покой, смирение и умиротворение.

– И ты ей веришь? – усмехнулся друг, изучающе рассматривая мое лицо.

– Нуууу – протянула я – я приняла такой ответ, зная набожность тетки Фимы, и не стала с ней спорить, но на всякий случай задала этот вопрос мастеру Нолу.

– Молодец – похвалил меня Айра – потому что…

– Потому что любое явление можно объяснить по-разному – расплылась я в довольной улыбке – и мастер Нол обещал завтра ответить на мой вопрос с точки зрения магии и человеческой науки.

– Тебя ждет очень интересный урок – кивнул друг, наблюдая, как я надкусываю яблоко и блаженно жмурю глаза, наслаждаясь его вкусом.

– Скажи, а почему мне нельзя говорить о тебе никому, даже маме? – перевела я тему.

Этот вопрос мучил меня уже очень давно, но я боялась услышать ответ, который меня расстроит. Айра появился в моей жизни весну назад, когда проснулся мой дар, и теперь стал моим верным помощником и спутником, правда, только на территории нашего с мамой небольшого поместья в Западном Приморье, куда мы перебрались из столицы Империи Софиграда после гибели папы. Именно с подачи друга я уговорила маму, которая после переезда окончательно замкнулась в себе и своем горе и отстранилась от всех, даже от родной дочери, пригласить ко мне учителя и наставника, который помогал бы развить мои магические способности и подготовить к поступлению в Приморскую школу для одаренных.

К сожалению, без дозволения мамы, как новой главы нашего рода, я не могла организовать свое обучение сама. Мама безучастно отнеслась к моей просьбе, но документы с запросом на наставника в столицу отправила. Мне казалось, что смерть папы ее, и без того мягкую и хрупкую, окончательно сломила. Если бы не Айра, мальчик, которого почему-то видела лишь я, и не Серафима, моя бессменная нянька, которая преданно служила роду Балард с момента моего рождения, не знаю, как бы я справилась и с даром, и с болью, которую своим безразличием причинял мне единственный оставшейся в живых член моей семьи, и с горем от потери папы, и с тревогами о будущем, и с вопросами о прошлом.

Так в моей жизни появился мастер Нол, который за эти месяцы, стал не просто наставником, но и еще одним близким мне существом, который помогал, обучал, поддерживал, и, кажется, своим появлением даже немного растопил лед, поселившейся в маминых глазах и в сердце.

– Я не знаю, почему так, Рина – вздохнул Айра.

Я с удивлением поняла, что даже несмотря на внешность мальчика не более двенадцати весен от роду, глаза моего друга, чистые и ярко-голубые, просто не могут принадлежать ребенку. В них словно таилась многовековая мудрость, опыт нескольких поколений, знания сотен существ, а еще… что-то такое, почти мистическое, нечеловеческое – я обязательно расскажу тебе больше о себе, но не сейчас. Пока я просто буду рядом с тобой, потому что так нужно.

– Ты говорил, что когда-нибудь, когда придет время, ты уйдешь – я некрасиво хлюпнула носом. Друг придвинулся ближе и положил голову на мое плечо. От этого жеста на душе стало тепло и спокойно, и боль ушла сама собой.

– Когда ты будешь готова – кивнул Айра – ты сама поймешь, когда. Но не сейчас. Покажешь мне своего светлячка? – переключился мальчик на более простую и понятную тему.

Я утерла рукой мокрые щеки и радостно кивнула. Выставила вперед ладонь и зажгла на ней яркий желтый огонек.

***

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Я помотала головой и прогнала воспоминание далекого прошлого, так некстати пришедшее в голову в связи с окружающими меня событиями. Запихнула в рот травинку и прислонилась к стволу сосны, растущей на полянке недалеко от въезда в Большие Валуны, которую я выбрала для послеобеденного отдыха.

После долгого разговора со старостой и сытной трапезы я с удовольствием попарилась в бане, переоделась в чистое и решила пройтись по селу, переваривая и обед, и то, что недавно узнала. Полученная информация еще больше убедила меня в том, что здесь мое магическое вмешательство точно будет нелишним. Более того… нужным. Осталось только еще раз отсортировать факты от домыслов и фантазий и прикинуть, что за чудо могло поселиться в этом месте и как его отсюда убрать.

Существо чудило знатно, но как-то… по-доброму, что ли. То есть откровенного зла жителям Больших Валунов оно не приносило, скорее некоторые сомнения в здоровье собственного разума, возникающие у любого простого человека рядом с чем-то непонятным, необъяснимым и почти сказочным.

По рассказам тана и таны Карин начались странности около двух недель назад с мелких, поначалу даже вроде как не связанных друг с другом случаев, о которых рассказывали друг другу за стопкой наливки столкнувшиеся с необъяснимыми явлениями местные. Одина селянка утверждала, что ее курицы начали нестись как сумасшедшие, другой сообщил, что вода в его колодце по вкусу стала напоминать сидр, третий клялся, что его старый брехливый пес поумнел настолько, что теперь не просто приносит хозяину сапоги, но и сам ходит на охоту, всегда возвращаясь с добычей.

Спихнуть такое можно было, конечно, на фантазии жителей Валунов и крепость местных спиртных напитков, но дальше стало еще интереснее.

На прошлой неделе во время охоты пропал пожилой вдовец, потерявший супругу при пожаре много весен назад. Весь ближайший лес прочесали сверху донизу, но мужчина исчез без следа, и селяне были убеждены в худшем: либо их сосед сгинул в болоте, либо стал жертвой местной нечисти, потому что при нападении диких зверей хоть что-то да должно было остаться.

Каково же было удивление местных, когда этот самый мужик через пару дней вышел из леса живой и невредимый, со счастливой улыбкой на губах и мечтательным блеском в глазах, и сообщил, что все эти дни провел с давно почившей супругой, с которой при жизни так и не успел попрощаться. Кому-то из жителей Больших Валунов стали сниться близкие, покинувшие село в поисках лучшей жизни, о которых они переживали и не имели возможности связаться, кто-то нашел в доме небольшой клад, оставшейся от предков, у кого-то в саду зацвела уже давно засохшая груша.

Ну а корова Фрошка.... Корова действительно непонятно как одним веселым утром очутилась на крыше мельницы, и селянам пришлось ее долго и упорно оттуда снимать. Это явление и застал тот самый скупщик, с которым я столкнулась на базаре. Сообщил он тогда и кое-что еще: вечером после того, как ситуация с коровой была благополучно разрешена, за стопкой наливки хозяин коровы признался, что накануне как раз во время вечерней дойки его младшая дочь очень печалилась оттого, что коровы не летают и искренне желала, чтобы у их Фрошечки хоть ненадолго выросли крылышки. Ребенок считал, что именно поэтому у их рогатой такие грустные и несчастные глаза. Мужчина, разумеется, как мог, утешил малышку, благополучно об этом забыл ровно до следующего утра, когда Фрошка обнаружилась не в коровнике, а на крыше злополучной мельницы.

Местные называли все вышеперечисленные странности происками злых сил и бесовщиной. Магов в селе не было, только старый травник, поэтому такие чудеса, несмотря на их невинный характер, люди воспринимали в штыки, желая жить обычной скучной жизнью, без всяких там сказочных явлений, которые невозможно никак объяснить.

Логику жителей Валунов можно было понять. Они привыкли к естественному спокойному ходу вещей, к ставшей привычной и понятной обыденности местного быта, и все, что выбивалось из этой картины, пусть даже и не приносило им пока беды, но заставляло нервничать, бояться непонятно чего и буквально вырывало из налаженной тихой жизни в пограничной глуши.

Что же…

Я перебирала в голове всех живых и неживых существ, которые могли воздействовать на окружающую действительность таким образом. По сути, что происходит в Больших Валунах? Некая обладающая силой и долей странного юмора сущность взяла на себя обязанности местного исполнителя желаний. Ведь та же селянка с курицами очень переживала о том, что они плохо неслись, а мужик с собакой все ругал своего пса за пустой лай и отсутствие какой-либо помощи. Туда же можно отнести и сны, и сидр в колодце, и клад, и летающую корову. Потому что кто-то из запозднившихся из гостей в ночь перед обнаружением Фрошки на мельнице селян признался, что видел парящую по воздуху рогатую, но списал это на свое не совсем трезвое состояние. История с исчезнувшим вдовцом и его супругой говорит о том, что силы существа растут. Эта сила не может браться из воздуха, если предположить, что “ОНО” – именно то, о чем я думаю.

Можно сделать вывод, что берет “оно” эту силу из довольно мощного источника, коим, скорее всего, является мальчик, который щедро делится с местным неизвестным благодетелем тем, чего у него в избытке и не считает это чем-то неправильным.

К тому же плату за свои “чудеса” исполнитель желаний из Больших Валунов не берет, зла никому не причиняет, возможно даже полагая, что таким образом помогает селянам так, как мальчик помогает своей семье.

И мальчик… Я не стала вламываться в головы членом семьи Карин, так как кодекс запрещал читать неодаренных имперцев без согласования с Орденом или без угрозы жизни и здоровью мага, но по оговоркам и некоторым наблюдением поняла, что староста и его семья перебрались в Валуны из Лейры, небольшого городка на границы Центральных и Восточных земель. В этот город после получения диплома я заезжала месяц назад повидаться с Ролином, моим сокурсником по Софирскому магическому университету, который, в отличие от меня, не примкнул к Ордену, а выбрал стезю оседлого городского мага и отправился в Лейру помощником местного старшего мастера. Так… Вот он-то и узнает для меня кое-что о семье Карин в уплату одного старого долга, так сказать.

Я достала из кармана самописец и медальон почтового переноса, накидала Ролину небольшую записку с просьбой, скомкала ее в руке вместе с медальоном и представила в голове образ приятеля. Ладонь потеплела, украшение обожгло крошечной молнией. Мгновение, и от клочка бумаги в руке не осталось и следа. Одно дело сделано, теперь снова нужно подумать.

На самом деле существ, способных исполнять желания в мире Антей было в избытке. Правда, почти всегда такие субъекты требовали от пожелавших выполнения ответных условий, и почти всегда это не сулило последним ничего хорошего. В магической школе на курсе “Введение в мир магических существ” мы изучали и джинов, распространенных в пустынях Дракского Ханства, и лепреконов, живущих на территории гномьего Подгорья на Восточном материке, и крылатых единорогов, обитающих в Тариэле, соседствующем с Софирской Империей королевстве солнечных эльфов, и русалки, обитающие близ Южного архипелага, территории морских троллей.

Условия сотрудничества с этими магическими сущностями были разные, но я сразу отмела любой из вариантов, потому что просто не могла представить, как одно из этих существ могло появиться здесь, да еще и умудриться никак себя не обнаружить. Оставались демоны, которых какой-нибудь начинающий некромаг мол нечаянно выдернуть из Аэллы, подземного княжества темных. Эти ребята действительно при соблюдении определенных усилий со стороны вызывающего способны исполнить желание, но чаще всего взамен требовали такую плату, что недальновидный маг мог после этого пожертвовать слишком многим.

Оставался один вариант. Тот, к которому сейчас склонялась я. Если все так, то если все пройдет успешно, я могу не только избавить Большие Валуны от чересчур активного шкодливого соседа, но и попытаться извлечь из этого дополнительную выгоду для себя. Если… существо согласится со мной сотрудничать, а еще покинуть облюбованное им место с мощным источником магии.

***

Я так ушла в свои мысли, бездумно закручивая несколько маленьких камешков в крошечном вихре на ладони, что не заметила, что больше не нахожусь на облюбованной полянке в одиночестве.

Подняла голову и увидела, как Тенька Карин, мой “источник информации”, зачарованно следит за небольшим магическим фокусом, и его глаза сияют просто непередаваемым восторгом.

Кивнула, подзывая мальчика поближе к себе. Тот осторожно приблизился, словно боясь спугнуть только что увиденное “чудо”, и, не отводя глаз от моей руки, медленно приземлился на пенек в нескольких шагах от меня.

– Нравится? – улыбнулась я.

– Очень – восторженно проговорил ребенок – а учиться магии сложно?

– Такому – я кивнула на ладонь – нет.

– Хотел бы я быть магом. Жаль, что дара у меня нет.

– Все возможно – задумчиво проговорила я, рассматривая паренька – ты еще не дорос до предела, когда дар может открыться. Сколько тебе, весен десять?

– Одиннадцать – в глазах мальчика вспыхнула надежда.

– До тринадцати время еще есть – кивнула я. Я уже была почти уверена, что передо мной точно одаренный ребенок. Чувствовала это, видела по крошечным сполохам на его энергетическом контуре.

– А если… – Тенька задумался – если дар есть, что делать дальше?

– Пройти обучение хотя бы в магической школе, чтобы развить его – пояснила я.

Одаренных в Империи было не очень много, и наличие дара не зависело ни от статуса рода, ни от наследственности, ни от чего бы то ни было еще. Дар мог проснуться в любом ребенке, а дальше родители, опекуны или другие взрослые совместно с одаренным решали, развивать ли этот дар или нет. Чаще всего выбирали первый вариант, так как быть магов в Империи было почетно. Это открывало для человека из "низов" множество дверей и давало возможность в будущем неплохо зарабатывать.

Проснувшийся дар нельзя было спутать с чем-то еще, даже в самых глухих уголках Империи жители знали: если у ребенка в глазах появляются искры – он потенциальный маг. Причем, несмотря на необразованность жителей далеких деревень, Империя старалась сделать так, чтобы о том, как выявить “свежего” одаренного среди простого люда знал каждый селянин. Эту функцию по просвещению населения брали на себя в том числе храмовники, так как считалось, что магия – дар Благочестивого, а как я уже упоминала, имперцы были очень набожными и прислушивались к тому, о чем вещали служители местного божества на своих проповедях.

О каждом проявленном одаренном необходимо было сообщать старшим мастерам, закрепленным за каждым крупным городом. Эта функция обычно ложилась на местных старост.

Магическое образование в нашей стране было добровольным и бесплатным, только учись. Если у людей не было денег на то, чтобы отправить своего ребенка учиться магии, государство делало это за них.

Обучение нужно было начинать сразу после обнаружения дара, потому что через пару весен после этого расширить источник было уже нельзя, он замирал, позволяя одаренному проворачивать лишь крошечные магические фокусы и не более того, а искры в глазах исчезали без следа.

Склонности к магии не делали человека магом по умолчанию. Источник проявленного одаренного поначалу был похож на крошечный огонек, загоревшейся в сердце, которую затем нужно было вырастить и оформить в сияющий шар размером с ладонь. Разумеется, увидеть источник и его рост мог только обученный маг, переключившийся на "маг-взор”.

Первые несколько лет ребенок просто расширял свой огонек и учился управлять своим даром в целом, а затем уже выбирал направление, в зависимости от способностей.

Универсалов, как я, в Софирской Империи немного, стихийников, боевых магов и лекарей – большинство. Некромаги были редкостью, как и артефакторы. Портальщиков и менталистов вообще единицы.

После магических школ, а таких на территории нашей страны было десять, в которых полагалось учиться шесть лет, многие одаренные оканчивали свое обучение, так как имели право начать магическую деятельность и, соответственно, начать зарабатывать, в статусе “подмастерья”, именуясь уже не “тан”, а “ден”. Они могли быть сельскими магами, поступали на военную службу в специальные маг-полки в статусе сержантов, где могли дослужиться до капитана, не выше, шли учениками или помощниками к мастерам различных направлений – лекарям, артефакторам, городским магам и так далее.

Те, кто хотел продолжить обучение, дальше поступали в один из четырех магических Университетов, по окончании которых получали статус “младшего мастера” и могли либо вступить в Орден вольных магов, как это сделала я, либо найти работу по специальности и где-нибудь осесть.

Высшее магическое образование открывало больше возможностей для карьеры, а вступление в Орден давало абсолютную свободу, ограниченную лишь кодексом, и тем, что вольному магу приходилось перечислять в казну определенный налог со своих заработков и раз в год посещать собрания Ордена, для отчетности, так сказать. За деятельностью вольных магов в целом не особо следили, мне не нужно было отчитываться перед Советом по контролю за магами о том, где я, чем занимаюсь и чего достигла, как это делали “оседлые” маги. Я могла ехать, куда захочу и делать то, что хочу, в рамках разумного, конечно. Единственный момент: деньги, которые я получала со своей деятельности. О крупных заказах Орден узнавал чаще всего уже после их выполнения, но все равно узнавал, так что утаить доходы от деятельности было просто невозможно и уклониться от налогов с них тоже.

– Я буду учиться все равно, даже если магии у меня нет – твердо проговорил Тенька – так Демьян говорит. Он у нас умный, хоть и маленький еще.

Я мысленно хмыкнула, уже почти уверившись в том, с чем я столкнулась.

– Молодец – согласилась я, потом задумалась и предложила – хочешь помочь мне найти того, кто чудит у вас в селе?

Глаза мальчика распахнулись, он часто-часто закивал, чуть ли не подпрыгивая с места.

– Вы знаете, кто “оно”? Оно живое? Это дух? Нечисть? – засыпал он меня вопросами.

– Догадываюсь – улыбнулась я – пойдем-ка прогуляемся, покажешь мне все места, где творились ваши чудеса.

Глава 3: Прогулка

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Село Большие Валуны, несмотря на удаленность от Большого торгового тракта было действительно крупным, дворов на пятьдесят. Дома, построенные из темных сосновых бревен, почти не отличались друг от друга: одноэтажные, ухоженные, увенчанные чешуйчатыми лемеховыми крышами, украшенными резными ветровыми досками. Строения не теснились друг к другу, а размещались свободно, а придомовые участки, скрытые с глаз плодовыми деревьями, отделялись друг от друга добротными деревянными заборами с пол-аршина высотой. В центре села, от которого лучами отходили улицы, стоял небольшой храм Благочестивого, в который раз в десять восходов солнца приезжал проводить службы храмовник из Фраска. Это место перед храмом обычно использовали для проведения каких-то гуляний: свадеб, празднования дня рождения членов императорской семьи, Праздника встречи весны или других общеимперских гуляний.

Гостевого двора, как я уже говорила, в Валунах так же не предполагалось, как и корчмы. Собственного маг-лекаря или даже просто лекаря в селе тоже, разумеется, не было, как и сельского мага, только травник, который, по рассказам Теньки, жил на отшибе села, почти у самой кромки леса. Завтра, наверное, прогуляюсь туда, может быть, удастся узнать что-нибудь полезное.

В общем-то, ситуация довольно стандартная, так как при наличии прикрепленного к селу мага, обязательный налог с жителей довольно ощутимо увеличивается.

Травники не маги, хотя какой-то особый, не подлежащий классификации, принятой у магов, дар у них, безусловно, есть. В отличие от магического дара, то, чем владеют травники (знахари, знающие, ведающие, в разных частях страны их называют по-разному) передается только по наследству. Этот дар не связан с источником внутри, и откуда он берется, ученые мужи Империи не знают до сих пор, как не изучали.

Контроль за травниками и их деятельностью ведется городскими и сельскими магами. Хотя это особо и не нужно, так как у травников есть какой-то свой кодекс или свод правил, чем-то схожий с правилами лекарей. Что-то вроде “не навреди”, “не сотвори зла”, “помоги нуждающемуся” и так далее. Разумеется, за свои услуги травники тоже требуют плату и тоже отдают какую-то часть в качестве налога.

В Империи любят налоги, да. И берут их со всего. Правда, при этом эти монеты не оседают в карманах приближенных к власти людей, потому что первым, что сделал Император, взойдя пятнадцать весен назад на престол: искоренил взяточничество, как явление, и отправил всех казнокрадов на рудники у Серых гор на границе с Тириэлем, а кого-то даже казнил. А потом проложил дороги, построил мосты, очистил Большой тракт от разбойников за государственный счет, возвел храмы в каждом дальнем селе, привел в порядок города, профинансировал Совет по контролю за магами в том, чтобы они создали специальные отряды, которые борются с нечистью там, где ее слишком много. В общем, каждый житель Софирской Империи знал, что свои кровные, которые он платит налогом, идут во благо страны, а не на наряды любовницы какого-нибудь императорского советника.

Так, я отвлеклась. Вы уже, наверное, поняли, что у меня частенько такое бывает.

В общем, именно травники в отсутствии магических или немагических лекарей поблизости берут на себя заботу о здоровье селян и их живности. Могут отогнать мелкую нечисть, которой, впрочем, в этих лесах почти и нет. Если травник не справляется, староста может отправить уже за лекарем или магом. Или воспользоваться услугами вольного мага, если тот оказался поблизости.

И селятся травники исключительно в глуши, поближе к природе, так сказать.

Я уже уточняла у семьи старосты, что думаем по поводу “чудес” в Валунах местный “знающий”, и они рассказали, что тот выдал всем желающим какую-то траву, “отгоняющую зло” и сообщил, что больше ничего сделать не может. Тем более, местное “оно” селянам плохого не делает, зачем с ним вообще бороться, радоваться нужно.

Да, веник из плакун-травы, васильков, зверобоя и еще чего-то в доме старосты я приметила. Конечно, от местного “чудилы” все это вряд ли поможет, но лишним точно не будет.

Я понимала жителей села и не понимала одновременно. Да, когда не знаешь, с чем столкнулся, когда происходит что-то странное, это нервирует и пугает. Но ведь наличие исполняющего желания соседа не так и плохо, согласитесь?

В принципе я могу просто рассказать старосте, что, скорее всего, у них тут завелось. Попытаться даже доказать, что пользы от этого много, а вреда никакого. Но… У жителей вот таких глухих мест своя логика и свой особый менталитет. Все странное – плохо. Хорошо то, что хотя бы маги их не пугают. Все же работа с населением храмовниками проведена отличная.

А впрочем, мне же и лучше. Не хотят чудес, умных псов, приятных снов и летающих коров, что же… Скоро их не будет.

Мой провожатый беспрерывно трещал, рассказывая о том, где кто живет, и что у кого произошло. Болтовня Теньки не отвлекала, поэтому я не одергивала паренька, а просто шла с ним рядом, рассматривая все, что могла рассмотреть. С местными я не общалась, хотя и видела, что некоторые из них, в основном старики, которых не нагружали работой, с любопытством выглядывают из домов или окон, провожая меня молчаливыми взглядами. Сейчас наступала пора сбора урожая, поэтому село даже к вечеру казалось пустынным и тихим. И детей, которые обычно собирались в стайки и иногда все же находили в себе смелость подойти поближе и что-то спросить, сейчас нигде не наблюдалось.

Мы прошлись почти через все Валуны, дойдя до того их края, который упирался в высокий холм саженей двадцать в высоту, покрытый ярко-оранжевым мхом. Холм был довольно крутым и каменистым, но я заметила, что вверх от его основания все равно уходят несколько протоптанных дорожек.

По рассказам Теньки на холме располагались те самые валуны, в честь которых это место и получило свое название. Самое интересное, что валуны эти стояли не на земле, а на нескольких небольших камнях, будто кто-то специально их так поставил. Никто точно не знал истоки этого явления, но считалось, что это отголоски какой-то религии, существовавшей у предков восточных имперцев еще до того, как люди уверовали в Благочестивого и его сыновей.

Возможно, посмотрю на эту достопримечательность потом, когда сделаю то, на что подписалась. План по приманиванию “чуда из Валунов”, благо у меня уже назрел.

Глава 4: Белв и травник

– Да ты заливаешь, Ролин – я фыркнула и отодвинула опустевшую тарелку из-под жаркого, потянувшись за почти ополовиненной кружкой с сидром – мастер Зиверий говорил, что чтобы вывезти белва из Тириэля, привязать к себе и сделать партнером, требуется слишком многое. Эльфы их не продают, сами не могут создать с ними связь из-за какого-то там местного закона, так что…

Оглянулась по сторонам, ухмыльнулась, наблюдая за возней морских троллей в противоположном от нас конце корчмы “У дядьки Михея” расположенной в прибрежном квартале Софиграда. Судя по количеству бутылок на столе, скоро они начнут петь свои неприличные песни, а может даже драться. Иногда мне даже немного жаль, что тогда придется отсюда уйти, потому что студентам запрещено участвовать в драках, не считая участия в магических поединках в Университете и за исключением ряда случаев, под которые драка пьяных троллей в корчме точно не попадает. Не то, чтобы я любила драться, тем более боевым магом я не была, просто иногда хотелось пощекотать себе нервишки.

Мы с сокурсником ходили в это заведение на обед почти в каждый свой выходной, чтобы перекусить вне стен Университета и посмотреть на моряков или гостей столицы, частенько останавливающихся в соседнем гостевом дворе. Можно было поглядеть и редко посещающих империю эльфов, и на гномов, и на вольных магов, которых иногда нанимали на торговые корабли дальновидные капитаны, и послушать новости с других материков, и даже научиться чему-то полезному.

Да и готовили "У дядьки Михея” очень недурно, да и стоило все недорого.

Не то чтобы в столице было мало развлечений, просто я всеми силами старалась находиться подальше от местного высшего общества, с которым приходилось бы сталкиваться на каких-нибудь приемах, в театре, торговом квартале или где-нибудь еще так или иначе. Мне достаточно было одного посещения императорской резиденции две весны назад по приезде в столицу, от которого невозможно было отказаться, так как меня представляли нашему правителю как главу рода Балард, чтобы понять, что с имперской аристократией мне точно не по пути. И чем дальше я от нее буду, тем лучше.

– Клянусь магией, Ти, у него точно настоящий белв – Ролин кивнул в сторону мужчины, закутанного в темный плащ. Понять, маг ли это на самом деле или нет, с такого расстояния было невозможно, видимо, заинтересовавший нас гость корчмы носил какой-то хитрый экранирующий амулет.

Мужчина как раз снял с головы капюшон, и судя по внешнему виду, он был человеком, хотя примесь эльфийской крови все же улавливалась: длинные, собранные в хвост на затылке волосы у гостя корчмы были почти лишены красок, а лицо слишком пропорциональным и каким-то даже…ненастоящим. Если так, то он точно был магом, потому что эльфы, в отличие от людей, магами являлись почти поголовно.

– То есть вот та птица – белв – я рассматривала сидящую рядом с мужчиной на столе серую птицу, похожую на голубя.

– А ты маг-взором на нее посмотри – довольно улыбнулся приятель.

Я сощурилась, сосредоточилась и с удивлением обнаружила, что вокруг птицы мерцает фиолетовый контур, говорящий о том, что зверем это существо является только внешне. Контур слабо вспыхивал, почти незаметно для большинства более слабых одаренных. Но моя сила на данный момент была чуть больше восьми кристаллов, хотя учиться предстояло еще почти две весны.

Ролин был по дару несколько слабее, но в нем тоже имелась частица крови эльфов, так что это усиливало кое-какие магические возможности в том числе в области чтения энергетических контуров существ.

– Да, это похоже на то, о чем говорил мастер Зиверий – согласилась я – только откуда он тут? Как этому магу удалось его найти, вывезти, взять партнером?

– Белв обрел форму, то есть связал себя с магом добровольно – приятель отхлебнул из своей кружки и задумчиво уставился куда-то в стену – представляешь, как тому блондинчику повезло. Это же такая редкость.

На самом деле прирученные звери, сопровождающие магов, были не редкостью. Некоторые из одаренных имели способности определенным образом влиять на живность, понимать ее куда больше обычных людей и даже налаживать определенную связь, позволяющую иногда смотреть на происходящее глазами своего зверя. Иногда маги становились хозяевами собак, кошек, крыс, птиц (ворон, галок, даже соколов), которые сопровождали их повсюду. Маги использовали зверей по-разному: для кого-то зверь был просто питомцем, для кого-то – охранником или альтернативным немагическим способом связи. В общем, живность рядом с человеком не вызывала у окружающих каких-то вопросов. Тем более, иногда люди имели при себе питомцев и не имея хоть капли магии.

Но белв.... Белв не был прирученным зверем, он был скорее пожизненным спутником мага. Он не являлся питомцем, а был больше равнозначным партнёром, в некотором роде даже использующим мага взамен на оказание тому определенной магической помощи. Ведь белв состоял из магии, питался ею, то есть маг, с которым он был рядом, являлся для белва своеобразным источником силы. Такой себе взаимовыгодный союз.

Я снова взглянула на незнакомца за дальним столиком и неожиданно встретилась с ним взглядом. Мужчина прищурился, рассматривая меня так пристально, что к щекам невольно прильнул жар.

– Он в тебе сейчас дыру прожжет – пробурчал Ролин – осторожнее Ти, этот маг может быть опасен. Мы не знаем, каким образом у него оказался белв, возможно, и незаконно. Их же можно и украсть, если ты помнишь. Сложно и почти нереально, но возможно.

– Но не привязать насильно к себе – напомнила я, переводя взгляд на сокурсника – белвы чувствуют зло и не будут помогать кому-то с плохими намерениями. Они несут добро и радость, помнишь? Ты ведь слышал, что говорил мастер об эльфах, живущих близ Лунной долины. Эльфийский край чудес…

Я невольно улыбнулась и вдруг ощутила, что незнакомец в темном плаще снова смотрит на меня. Подняла глаза и увидела, что мужчина криво ухмыляется, а потом кивает на троллей, которые решили вместо песен перейти сразу к драке. Двое из них уже буравили друг друга недобрыми взглядами, сжимая огромные кулаки и порыкивая.

– Пора сваливать – сообщила я Ролину – сейчас тут будет слишком шумно.

Мы бодро вскочили, застегивая плащи. Приятель кинул на стол несколько монет, схватил меня за руку и потянул за собой на выход. Со стороны троллей слышались крики, перешедшие в грохот. Некоторые посетители корчмы тоже вскочили, готовясь дать деру, другие отошли подальше, чтобы посмотреть на все со стороны и, наверное, присоединиться к заварушке чуть позже или сделать ставки.

Уже у двери я последний раз обернулась в сторону беловолосого мага, но его стол был пуст. Блондин и его птица исчезли, словно их никогда там и не было.

***

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

После прогулки стало ясно, что далеко от своего источника силы существо не уходит, потому что почти все маленькие и не очень желания исполнялись исключительно недалеко от дома старосты Итко Карина и его семьи.

Вряд ли хоть кто-то узрел в этом закономерность просто потому, что не понимал логики существа и причин его активности. Но я причину знала – сын старосты. То есть, наверное, уже не сын… Я вам потом подробнее разъясню, когда получу весточку от Ролина и подтверждение своих выводов.

Я решила проверить свою догадку, отправила Теньку обратно домой, а сама прошлась по селу еще раз, чтобы подумать, где бы разместить ловушку, которая может приманить “чудилу”.

Пока шла, задалась вопросом, как белв, обитающий только в Лунной долине Тириэля вообще мог попасть в Восточную часть Срединной Империи, ведь торговля ими запрещена.

Ой, кажется, я забыла упомянуть, кто же этот поселившейся здесь магический зверь такой. Так вот, слушайте.

Белв – небольшой магический зверек, обитающий лишь в одном месте королевства солнечных эльфов. Точнее, белв становится зверем, когда обретает законченную форму, а это происходит только тогда, когда он получает постоянный источник сил и привязывается к кому-то конкретному. Думаю, тот белв, который поселился здесь, скорее всего, находится на пути к этому, и если форма все же будет обретена, он привяжется и к источнику, и к месту навсегда. Не видят селяне белва именно по этой причине – вне постоянной формы они представляют собой лишь некое скопление энергии, которое можно увидеть только маг-взором.

Почему я решила, что это именно белв? Судите сами.

Доподлинно известно, что эти звери могут действительно помогать, в той манере, в которой умеют. В Университете нам рассказывали, что селения эльфов вблизи Лунной долины, места обитания белвов, называют краем чудес, потому что белвы, не имея привязки к какому-то определенному магу, творят вокруг себя небольшие добрые чудеса для всех окружающих, до которых могут дотянуться. Помогать, делать что-то полезное – это в их природе. Вот они и помогают, исполняя небольшие желания, ничего при этом не требуя взамен.

Как белв сюда попал, я пока не знаю. Подозреваю, что его каким-то образом вывезли из Тириэля, так как это сделать все же возможно, но при этом не привязали к себе, потому что исходя из того, что я слышала, сделать это может только тот, у кого в душе нет зла. То есть существо попало сюда не по своей воле, а осталось как раз из-за наличия источника.

Я встречала настоящего белва лишь один раз, еще во время обучения в университете. К сожалению, возможности расспросить мага, связавшего себя с белвом, тогда мне не представилось. Но сейчас я почему-то не сомневалась, что столкнулась именно с этой магической сущностью.

Итак, мне нужно каким-то образом приманить зверя, который пока еще не зверь. Возможно, договориться с ним, так как его источник, мальчик, рано или поздно покинет Валуны, а белв без него просто не выживет за неимением других магов поблизости. Тенька, если он действительно одаренный, отправится учиться, да и не сможет привязать к себе белва, потому что первые пару весен его дар еще будет слишком мал и нестабилен.

Придется снова ехать во Фраск, отдавать пойманную сущность городскому мастеру, который сможет вернуть белва домой, к эльфам. Или.... я мечтательно улыбнулась собственным мыслям … или я могу предложить белву себя в качестве постоянного спутника и источника. Ну а что? Дар у меня сильный, помощник и магический питомец мне не помешает. Закон не запрещает присвоить себе зверя, так как в данный момент он, по сути, никому не принадлежит и ни с кем не связан. Объясняться с Орденом, наверное, придется, но как вольный маг я имею право действовать по ситуации. Так что…

В раздумьях и размышлениях я вернулась к храму Благочестивого, подняла голову и посмотрела на белую статую божества, расположенную на небольшом выступе над дверями. Уже темнело, в воздухе заметно похолодало, и я зябко передернула плечами, прикрывая глаза и немного поднимая температуру в теле. Усталость от длительного путешествия давала о себе знать, а желудок намекнул, что пора бы снова подкрепиться. Я приняла решение не спешить с делами, а посвятить сегодняшнюю ночь исключительно отдыху, а утро – медитациям. Я никуда не спешу…

***

– Доброго вечерочка, деса – произнес мужской голос за моей спиной.

Я развернулась и увидела, что в паре шагов от меня стоит пожилой бородатый мужчина в поношенном светлом плаще. В руках у незнакомца была большая корзина, а через плечо старик перекинул внушительных размеров сумку, в которой что-то звякнуло, когда он сделал шаг ко мне.

– Доброго, тан травник – я почтительно склонила голову, а затем внимательно вгляделась в лицо почтенного старца, изучая маг-взором его энергетический контур.

В отличие от магов, контур которых сиял разными оттенками фиолетового, вокруг местного знающего клубились бледные голубоватые всполохи. Интересно…

– Дарка Рош – представился травник.

– Вольный маг Тарина Багряная – отозвалась я в ответ – помочь вам донести поклажу до дома? – я показала рукой на его корзинку.

Травник оценивающего оглядел меня и, явно удовлетворенный увиденным, кивнул своим мыслям. Не знаю уж, случайной была эта встреча или нет, но возможности прямо сейчас пообщаться с местным знающим, напросившись ему в гости, я точно упускать не хотела.

– Ну, помоги, раз предложила – улыбнулся мужчина и вручил мне в руки свою ношу.

“Тыканье” в этом случае меня совершенно не смутило. Это не было жестом неуважения, скорее, наоборот, старик дал понять, что готов к дальнейшему диалогу. Вот и хорошо.

Мы медленно двинулись в противоположную от холма с валунами сторону. В домах зажглись огни, из приоткрытых окон слышались голоса, в нос ударили ароматы жарящегося мяса.

– Зайдешь в гости? – проговорил мой спутник.

– Планировала завтра, но, раз приглашаете – пожала я плечами.

– Завтра с рассветом ухожу в лес – сообщил мне старец – травы сами себя не соберут.

– Понимаю – согласилась я, решив пока оставить все свои вопросы при себе.

Мы с травником молча шли через село в сторону леса, и это молчание не казалось мне напряженным или давящим, требующим незамедлительно прервать его даже вежливым разговором. Рядом с этим пожилым мужчиной было спокойно и как-то благостно, усталость из тела медленно уходила, уступая место расслабленности и внутреннему покою. Из корзинки, которую я несла в руках, терпко пахло разнотравьем, в котором я безошибочно улавливала нотки золотнички, багульника и молочая. Видимо, травник ходил куда-то в сторону ближайших болот, богатых на разные полезные для его работы растения. Эх, прогуляться бы туда. Судя по тому, что я читала, изучая географию Восточных земель, в местных лесах можно было найти кучу интересного и нужного.

Ароматы трав всегда навевали на меня воспоминания о детстве, потому что няня Серафима, даже не имея дара травницы, кое-что в знахарском деле смыслила и учили меня всему, что знала сама, приговаривая: “Всякое знание в жизни пригодится”. И уже не раз я благодарила ее про себя за это, ведь даже наличие дара не всегда может помочь в каких-то критических ситуациях. А магия трав – она особенная, естественная, как сама природа. Часто маги пренебрегали такими знаниями, надеясь только на свои способности и возможности. Тем более если планировали осесть в городах, где все будет под рукой. Но я еще при поступлении в Университет знала, какой путь выберу в жизни, поэтому не гнушалась узнать больше и о знахарях, и о растениях, и о тех существах и явлениях, с которыми можно было столкнуться только путешествуя по вот такой имперской глуши.

В сердце при воспоминаниях о няне и ее уроках заворочалась глухая тоска, я глубоко вздохнула, прогоняя ненужные сейчас печальные мысли. Уже давно я старалась поменьше думать о прошлом, но мальчик будто разбудил что-то во мне, заставляя снова и снова возвращаться в это прошлое, вспоминая все то светлое и теплое, о чем я в глубине души отчаянно скучала, понимая, что это время никогда не вернуть и не повторить. Нет больше того дома, нет Серафимы, нет мамы, нет Айры. Никого не осталось. Только мастер Нол, вопросы к которому все множились и множились.

– Что пригорюнилась, деса? – произнес травник, когда мы приблизились к калитке маленького домика у опушки леса – проходи, ежели не замыслила против меня зла.

– Да так – отмахнулась я – вспомнилось просто кое-что.

Потом почти не думая сделала шаг вперед, минуя калитку и ограду, и уже после этого остановилась и взглянула на старика.

– И что, помогает? – усмехнулась, почувствовав, что под калиткой явно закопан какой-то отгоняющий нечисть оберег.

Магии в обереге не было, только фонило от него все равно чем-то необычным.

Против магически одаренного человека с нехорошими помыслами такая защита вряд ли бы помогла. Хотя… проверять свои теории я, пожалуй, все же не решусь.

Я знала, что травники имеют какие-то свои, недоступные магам секреты, но расспрашивать о них было не принято, поэтому решила ограничиться лишь этим вопросом. Не зря маги в дела травников почти не вмешиваются, стараясь просто сосуществовать с ними мирно.

– Всегда – хмыкнул старик в седую бороду – но я знаю, что ты не несешь в себе зла. Просто так положено. Доверяй, но проверяй.

– Согласна – улыбнулась, проходя по узкой дорожке к домику, в окнах которого приветливо горели огни – вы живете не один? – кивнула я на дом.

– С правнуком – отозвался травник – учу его потихоньку, пока силы есть. Ей, Лаврик, я вернулся. Иди сюда – крикнул он довольно бодрым зычным голосом.

Интересно, сколько травнику весен? Сто? Сто пятьдесят? Больше?

Травники живут меньше магов, но больше обычных людей. Маги могут дожить и до двух сотен весен, если не перегорят раньше. Маги-универсалы как я живут дольше всех, потому что наш дар независимо от силы мага не выплескивается большими порциями, так как мы способны делать всего понемногу, но на что-то масштабное наших сил просто не хватает. Поэтому и вычерпнуть силы до предела, уводящего за грань, мы вряд ли способны.

Дверь распахнулась, и на пороге показался паренек весен шестнадцати. Светлые курчавые вихры падали на его яркие зеленые глаза, а живое круглое лицо с крупным носом почему-то сразу располагало к себе. А еще я почувствовала еле ощутимую магическую эманацию, идущую от парня, но понять, что это, пока не смогла. Решила посмотреть подробнее позже, в доме.

Правнук травника с любопытством уставился на меня, застыв с приоткрытым ртом.

– Что встал? – пробурчал старик – помоги десе с поклажей, да накрой на стол. Нечасто у нас в гостях маги бывают. Знакомься, деса, это Лаврентий Рош, мой правнук. А это деса Тарина Багряная, вольный маг, “младший мастер”, да? – посмотрел он на меня с хитрецой.

– Верно – согласилась я, отдавая шустрому пареньку корзину и проходя за ним в пахнущую травами комнату.

В отличие от дома старосты Карина, жилье травника было крошечным, не имеющим отдельных комнат. Внутри оказалось светло и уютно, пахло деревом, сухими травами и хлебом. Травник усадил меня за стол, а сам разместился напротив, наблюдая за мной из-под полуопущенных век. При свете нескольких больших масляных ламп лицо тана Роша казалось еще морщинистей, а седая борода, доходящая до груди, отчетливо отливала серебряными бликами.

Ученик травника поставил перед нами миски и кувшин с травяным отваром, боязливо опускаясь на угол противоположной от меня лавки и стараясь не таращиться на меня слишком пристально.

– Староста уже подсуетился? – хмыкнул старик.

– Можно сказать и так. Но я скорее сама настояла – я засунула в рот ложку мясной каши и с удовольствием прожевала несколько тающих на языке кусочков. Судя по вкусу это был то ли глухарь, то ли дикая куропатка. В общем, какая-то местная дичь.

– А что ему оставалось, раз толки уже пошли – проговорил травник – хотя я и сказал, что вреда от этой невидали никакого. Одна польза. Вон, Лурья на яйцах уже озолотилась. Марушек хоть покой обрел, да жинке дал спокойно за грань уйти. А Живника псина теперь ему только что на китаре не играет, хотя может сказать ему, чтобы китарку-то завел – он кинул озорной взгляд в сторону ученика.

Лаврик тихо хихикнул в кулак.

– Так вы знаете, что это? – притворно удивилась я.

– А ты нет? – фыркнул травник – только нездешняя это сущность. Не место ей тут. Я сам мало что могу, а магии вашей у меня нет. А Итко Карин мага из Фраска не собирался пока звать, не знал, что делать-то с этими делами дивными, чтобы языками люд не молол, но и село наше маги пришлые не тревожили. Так что ты как раз тут к месту будешь. Ты не местная, вольная, дело сделаешь, плату получишь да уедешь. Да и трепать про Валуны не будешь, благородная все же, так?

– А староста… – начала я, но травник махнул на меня рукой, чтобы я замолчала.

Я нахмурилась, потому что такое невежество мне черезвычайно не понравилось.

– Не наше это дело, а семейное – припечатал тан Рош – раз вызвалась помочь, помоги. А те дела… не нашего ума. Зла-то от них нет, так?

– О чем ты, деда? – не понял парень.

– Мал ты еще для такого – отрезал травник – деса знает, о чем я толкую, и делать в ту сторону ничего не будет. Но то самое причина, прав я?

– Я считаю, что да. Других объяснений у меня нет – согласилась я – но я не…

– Не мое дело, чьих ты. Просто долго жил, видел многое. Ту кровь от этой смогу отличить. Или не прав?

– Я вольных маг, а остальное – так ли важно? – пожала я плечами.

– А может, мне важно? – прищурился травник – может просьба у меня к тебе какая есть?

Он сурово посмотрел на ученика. Тот что-то понял для себя, вскочил, споро собрал со стола пустую тару и заспешил в сторону пристройки, которая, скорее всего, использовалась для сушки растений. Понятливый какой парень, и покладистый.

– Стой, Лаврик – гаркнул Дарка Рош.

Паренек застыл.

– Посмотри-ка деса на мальчика, видишь? – проговорил старик.

Я поняла, о чем он, и переключила зрение на маг-взор. Увидела то, что хотел показать мне старик, и кивнула. Тот жестом отпустил от себя мальчишку и напряженно уставился на меня.

– Дар не развит – произнесла я задумчиво – мальчик был одарен, но его источник застыл. Почему?

– Поздно я узнал – удрученно отозвался старик – Лаврик с семьей жили в Вершках, что у тракта. Ядига, внучка моя, там травничала. А супружник ее запретил мальца в маги учить, мол, пусть будет травником, как все Роши, и при деле, и при семье. От старосты и люда вершкового они все скрывали, пока дар не заснул. Только погорели они в бане весну назад, а кроме меня у Лаврика никого не осталось.

– А городской маг из Фраска знает об этом? – спросила я. И Вершки, и Большие Валуны были свободными селениями, в отличие от сел при имениях благородных имперцев, формально относились к ближайшему крупному городу и были вотчиной местного городского мага.

– Сказал, что дара там на четвертину кристалла – сообщил тан Рош – время уже ушло. Но кое-что по мелочи парень и может, ежели научить чему магическому.

– Я не могу ему помочь – покачала головой я – мне жаль. Я не Благочестивый, и вернуть дар мальчику не в силах, как и пробудить его источник. Время упущено, там только искра, и та еле мерцает.

– Скоро мой срок придет – каким-то совсем другим, серьёзным и глухим голосом сообщил травник – а Лаврик один не сдюжит тут без наставника.

– И родни нигде совсем нет? – поинтересовалась я.

– Где там – мотнул головой Рош – одни мы. Вот я и подумал. Ты ж вольный маг, тебе и помощник, наверное, пригодится, может, возьмешь мальца с собой?

***

Я удивленно уставилась на старика, переваривая то, что он только что мне сказал.

– Вы понимаете, о чем просите? – проговорила тихо и слегка раздраженно, пытаясь осмыслить неожиданное предложение – вы меня впервые в жизни видите, и вот так просто предлагаете вашего единственного родного человека мне в помощники, зная, что через пару заходов солнца я уеду непонятно куда.

– Я все хорошо понимаю, деса, не лупи глаза-то свои на меня – спокойно ответил тан Рош – я много жил, много видел и многое ведаю. И знаю, что говорю и кому что предлагаю. Тем более, ты клятву мне дашь, вашу эту, благородную, что паренька не обидишь и отпустишь, когда нужно будет. Тем более, как вольный маг и младший мастер ты вправе наставничать, как полагается. Лаврик – пацан справный, смышленый, сильный, я многому его научил. Но другое ему нужно, понимаешь? Не тут свои весны коротать, в глуши, да без учителя. Не здесь его место, а где-то в других краях. И мой срок…

– Да вы еще очень бодро выглядите – попыталась выкрутиться я. Здрасьте, приехали, не успела я прибыть в это место и хоть что-то сделать, а мне тут уже помощника навязывают. Не подписывалась я на это. Да еще и ученик травника, хоть даже и с крохами дара. А старик будто куда-то спешит, словно помирать собрался, раз пытается пристроить внука в чужие руки.

– Только Благочестивый знает, сколько кому отмерено. Ты, деса, молода еще, вот доживешь до моих седин…

– Вот именно – зацепилась за его слова я – я только недавно получила диплом. Еду в неизвестность, и что будет там, никому не ведомо. Куда мне такой довесок, тан Рош? Пусть даже и смышленый, и в пути вроде как полезный. Я не травница, а маг, научить чему-то я мальчика может и смогу, да только что ему это даст? Ему нужно заниматься тем, что дает дар знахаря, который у него есть независимо от работы внутреннего магического источника. Да и вообще мой путь может быть опасен, вы о пареньке подумайте?

– Я просто знаю, что так нужно – не сдавался травник – сама поймешь потом.

– Ну, знаете – я залпом допила пряный отвар, оседающий на языке мятой и лимонником, и встала, отряхивая слегка затекшие ноги – спасибо вам за разговор и за ужин, тан Рош, но предложение ваше я не приму. Не нужен мне сопровождающий и ученик тоже не нужен. Да и мало ли что у меня на уме… – пробурчала, понимая, что, говоря про клятву, старик настроен более чем серьёзно. Клятва магией для благородного по крови имеет такую силу, что отметает все прочие вопросы.

– Не спеши с ответом, деса Тарина – тан травник отреагировал на мои слова спокойно и степенно, явно ожидал от меня такой реакции – просто подумай.

– Благой вам ночи – отозвалась я, кивая и направляясь к двери – и я уже подумала. Простите, но вынуждена вам отказать.

Тан Рош только хмыкнул мне в спину, не спеша в чем-то меня переубеждать. Я вышла из его дома в сгущающиеся туманные сумерки и вдохнула полной грудью прохладный чистый воздух. Покидать уютное обиталище травника, гораздо более приятное и какое-то даже близкое по духу для меня, чем дом старосты, не хотелось, но я, скорее всего, все же обидела его своим отказом, поэтом смысла задерживаться здесь или плодить ненужные и неуместные споры я не видела. Надеюсь, что хоть кое-какие травки продать мне он не откажется.

Положительным моментом во всем этом было лишь то, что мои предположения старик не прямо, но все же подтвердил.

Глава 5: Мальчик

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Я удовлетворенно хмыкнула, скомкав и превратив в пепел послание, полученное от Ролина по пути обратно к дому семьи Карин и моего временного пристанища.

Приятель был стремителен в моем желании помочь, пусть даже эта просьба напрямую никак меня не касалась. Как я и предполагала, три весны назад в Лейре кое-что случилось, и, похоже, эти события были напосредственно связаны с семьей старосты и с его появлением в Больших Валунах. По рассказам того же Теньки его отец руководил селом недавно, городской Совет утвердил его на эту должность как раз перед прошлым праздником встречи весны. Итко Карин действительно являлся городским, в меру образованным и даже почти благородным человеком, переезд которого в приграничную глушь был явно обусловлен какими-то чрезвычайными обстоятельствами.

Не зря я сразу обратила внимание на его нарочитый говор и поведение, ведь даже с учетом того, что староста старался говорить и действовать, как все селяне, кое-что все же выдавало в нем человека родом не из глухой провинции.

Записка Ролина подтвердила мои подозрения и прояснила то, почему мальчик пришел в эту семью именно так. Знала я уже и то, что когда Итко Карин спешно покидал Лейру, детей у него было лишь двое, причем один из них, мужчина двадцати пяти весен от роду по имени Эйра Карин, вместе с супругой и маленькой дочкой остался в родном городе, руководя двумя продуктовыми лавками, которые ранее принадлежали его отцу.

Я понимала, что здесь, в Валунах, пусть даже вся жизнь окружающих была вроде как на виду, никто не знал ни прошлого Каринов, ни истории его семьи, поэтому никаких подозрений поведение ее членов ни у кого не вызывало. Да и мальчик со стороны казался просто несколько нелюдимым молчаливым ребенком, странноватым, но вполне обычным. Магов здесь не было, травник, если что-то и знал, то молчал. В общем, секрет семьи Карин так и остался бы секретом, если бы не я, не моя история из прошлого и не мое любопытство. И не белв.

***

В стойле Шерина было тепло и сухо. Я медитативно расчёсывала его густую черную гриву, размышляя над поистине насыщенным событиями днем.

Семья старосты позаботилась об удобстве моего длака, расседлав и обтерев его, а также обеспечив и водой, и кормом вдоволь, так что мой ездовой спутник был вполне доволен жизнью, с хрустом жуя большое яблоко, которое я ему принесла в качестве позднего десерта, и ласково потираясь о меня бархатным темным боком.

Судя по призывному ржанию лошадки из дальнего стойла и заинтересованному взгляду Шерина в ту сторону, у моего вороного друга были на эту ночь очень даже интересные планы. Перегородки для длаков никогда не были преградой к цели, ведь это не простые лошади, а магические звери. О том, что Шерин оставит потомство, я не беспокоилась, так что… Сами разберутся в своих любовных делах. Мой длак – приличный жеребец, вон, даже половинку яблока в сторону отложил, чтобы своей зазнобе в качестве дара преподнести.

Честно говоря, мое путешествие от Софиграда до этого места оказалось куда более спокойным и даже временами скучным, чем я ожидала. Ну, подумаешь, изгнала одного призрака и спалила пару гулей, пугнула шайку грабителей, спасла девицу от слишком настойчивого кавалера, провела один крайне приятный вечер с… так, это, пожалуй, опустим, обновила охранки на паре лавок, помогла в паре прочих мест по кое-какой мелочи, но на этом вроде бы все. Не то что я жаждала каких-то приключений или стремилась совершить какой-то подвиг. Просто события складывались так, как складывались, и основная цель – добраться в крепость Кряж, была неизменной, что бы ни происходило по пути.

А тут, и мальчик, и белв, и очень непростой травник, предлагающий меня в наставницы своему ученику. Ну прямо событие на событии. А дальше, что, ловля какого-нибудь настоящего злодея и спасение похищенной принцессы?

Заходя вперед, скажу, что я была недалека от истины.

– Может, я зря так резко отказала? – спросила я шепотом у длака.

Шерин скосил на меня черный хитрый глаз, поощряя высказать ему все, что творилось в моих мыслях. За неимением других слушателей компания молчаливого, хрустящего яблоком длака меня вполне устраивала. Да и привыкла я говорить сама с собой, потому что одиночество стало некой вынужденной необходимостью, зароком, который я дала себе уже очень давно. Я совру, если скажу, что мне в моем одиночестве всегда было хорошо и уютно, но какое-то внутреннее стремление к нему, продиктованное прошлым, я все же чувствовала.

Даже Ролин, единственный, с кем я сблизилась за время учебы в столице, знал эту мою особенность и никогда не лез мне в душу, хотя явно подозревал о многом, пусть даже и не высказывал эти подозрения вслух. Именно поэтому мы оставались с ним друзьями все эти четыре весны. Нам нечего было делить, так как каждый из нас уже выбрал свою дорогу. Нам не о чем было спорить или бороться за что-то, так как мы оба были примерно на одном магическом уровне, пусть даже, хоть приятель и не знал этого наверняка, имели совершенно разное положение в обществе. Мы не лезли в личные дела друг друга. Мы рассказывали друг другу ровно то, что хотели и могли, и расстались потом, после получения дипломов спокойно и естественно, зная, что в крайнем случае придем на выручку и всегда будем рады увидеться, если так сложится жизнь.

– Но куда мне такая ответственность? – продолжила я размышлять вслух – Лаврик, предположим, парень может быть и неплохой, но я ведь не планировала брать кого-то в попутчики, тем более я его почти не знаю. Я хочу подвергать кого-то риску из-за своих планов и целей. В Мрачнолесье можно встретить кого угодно, да и в Кряже мне точно будет не до кого-то, за кем нужно приглядывать. Хотя свой травник, пусть и ученик, в пути, это, конечно, неплохая перспектива. Я ведь давно хотела изучить их дар подробнее, а тут живой знающий прямо под боком. Можно и научную работу об этом написать, разве нет?

Длак качнул огромной вислоухой головой и положил ее на мое плечо, обдавая шею и собранные в простой хвост сзади ярко-рыжие волосы горячим дыханием.

– Вот и я о том же – вздохнула я – а если с ним что-то случится по моей вине? Как я буду дальше с этим жить, зная, что можно было этого избежать?

Чутье подсказало, что мы с Шерином, кобылой по кличке Роза и сивым пожилым жеребцом Буяном, в помещении больше не одни. Я прикрыла глаза и раскинула поисковую паутину, безошибочно определив, кто решил пообщаться со мной вот так, подальше от лишних глаз.

– Ты слишком много думаешь – раздался тихий детский голос за моей спиной – и боишься того, что может никогда не случиться. Может быть и так, что Благочестивый, наоборот, облегчает твой путь к цели, Тарина Балард, а ты эту возможность упускаешь.

Я все же еле заметно вздрогнула и открыла глаза. Медленно обернулась и рассмотрела на небольшой лавочке в углу конюшни маленькую фигурку мальчика с сияющими как магический светлячок глазами, наблюдающими за мной из темноты.

– Здравствуй, Хранитель рода – проговорила я – или мне называть тебя Демьян Карин?

***

– Мне пора уходить, Рина, мое время уже пришло – сообщил Айра, наблюдая, как я собираю свои вещи в два увесистых сундука. Завтра мы с мастером Нолом покидали поместье, так как я отправлялась на учебу в Приморскую магическую школу.

– Но я же буду приезжать на праздники и каникулы – проговорила я. На глаза навернулись слезы.

– Я сделал, что должен был, твой дар теперь никуда не уйдет – отозвался мальчик, так и не выросший за эти несколько весен ни на вершок. Я обогнала друга в росте почти на голову, но он все равно казался мне гораздо взрослее, чем на самом деле выглядел.

– Но как я буду без тебя? – все же всхлипнула я – может быть, ты покажешься хотя бы маме, чтобы ей не было здесь так одиноко.

– Я не могу ей помочь – повторил мальчик, уже сказанное за эти годы неоднократно – ее путь уже определен, и я не могу его изменить. Мне жаль, Рина. Каждый Хранитель имеет свою цель и будет виден лишь тем, кому это нужно. Я был здесь ради тебя, чтобы сохранить магию рода Балард. Но теперь я больше тебе не нужен.

– Хранитель? – повторила я удивленно – но ты же живой. Ты дышишь, говоришь, я вижу тебя, как… – я прищурилась, пытаясь настроить маг-взор так, как учил меня недавно мастер Нол – как человека без дара, только с золотыми искорками у головы.

– Так проще – хмыкнул Айра – люди видят лишь то, что я хочу, чтобы они видели. Но я не человек. Был им очень давно, но теперь служу роду, потому что так решили твои предки. Я приду тогда, когда дар будет в опасности, и уйду, когда в моей помощи не будет смысла. Это мой долг…

– Твой долг – повторила я хрипло – я думала, что ты мой друг. Самый важный друг на свете.

– Я всегда буду твоим другом, Тарина Иверия Балард – произнес мальчик, глядя на меня мудрыми бездонными глазами – и всегда буду у тебя вот тут – он положил руку на свою грудь, туда, где билось (или не билось?) сердце – и приду к твоим потомкам, если такова будет необходимость, хотя, надеюсь, моя помощь не пригодится. Но теперь нам нужно прощаться, прости меня, если я чем-то тебя обидел, но, когда ты вырастешь и станешь сильным магом, ты обязательно поймешь, что так было нужно.

Я порывисто обняла хрупкую фигурку мальчика. По щекам побежали слезы, Айра улыбнулся мне тепло и ласково, и его образ начал таять, становясь почти прозрачным.

– Прощай, Айра – просипела я, понимая, что обнимаю теперь уже только воздух. Мой друг исчез без следа, и я знала, что больше никогда его скорее всего не увижу.

Уже многим позже, изучив генеалогическое древо своей семьи и узнав все, что можно было о Хранителях рода, я выяснила, что Айрик Лионель Балард был младшим двоюродным братом отца моего прадеда.

А ведь я видела в друге знакомые черты, по крайней мере его волосы были такими же рыжими, как и у меня. Да и его глаза, насыщенно-голубые, сразу навевали мне воспоминания о папе. Ведь цвет глаз я унаследовала именно от него. Почему я осознала это так поздно?

Этот маг, Айрик Балард, умер в уже почтенном возрасте, прожив удивительную и насыщенную жизнь. Правда, ко мне Айра пришел в образе маленького мальчика, потому что обычно Хранители рода приходят на помощь именно юным одаренным из своей семьи, и, наверное, для детей подпустить к себе ровесников гораздо проще, чем незнакомых непонятных взрослых. А становятся такими Хранителями сильные маги, проведя определенный ритуал в преддверии ухода за грань. Не знаю, являлся ли Айра кому-то еще в семье до меня, но надеялась, что он обязательно поможет кому-то после меня.

Хотя…

Тогда же я с ужасом осознала, что судя по древу рода, от некогда большой и одаренной семьи спустя несколько поколений и ввиду самых разных, чаще всего случайных причин, остался лишь один человек и прямой потомок.

Я.

Глава 6: Хранитель

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

– Знаешь, кто я? – усмехнулся паренек и поднялся с лавочки. Медленно подошел вплотную ко мне и запустил маленькую ручку в гриву расслабленного Шерина.

Длак замер, перестав жевать, принюхался, но потом снова прикрыл глаза, делая вид, что не происходит ничего особенного. Если он и чувствовал чужую пусть и специфическую магию, то не стал нервничать, ориентируясь на мое внутреннее состояние. А я была спокойна. Заинтересована и заинтригована, но спокойна.

– Знаю – согласилась я – увидела искры на твоем контуре почти сразу. Ты решил все же мне открыться?

– А зачем что-то скрывать? – пожал худыми плечами мальчик и вынул из широкого кармана штанов кусочек колотого сахара – я знаю, что ты знаешь, а твой друг рассказал тебе все остальное. Знаю, что никому не расскажешь, а если расскажешь, то только тем, кто и так знает.

– Даже Тенька? – я наблюдала за тем, как Шерин высунул большой бордовый язык и слизнул с ладони мальчика сахар.

– Он – нет – помотал головой Хранитель – думает, что забыл обо мне после лихорадки. Но родители и Эйра ему напомнили. Да и лекарь сказал, что такое бывает. Я расскажу ему потом, когда откроется дар – улыбнулся паренек. Его глаза по-прежнему подсвечивались изнутри. Айра таких фокусов мне не показывал.

Может написать свою работу для ранга мастера о Хранителях рода? Все же я столкнулась с этим явлением уже два раза, хотя в научных трактатах писали, что это редкость, а мастера в школе и университете приравнивали знания о Хранителях к семейным секретам потомственных магических родов и не рассказывали об этом подробно.

Да, магический дар, как я уже говорила – вещь ненаследуемая, он может проснуться и в ребенке из семьи кузнецов, все предки которого до десятого колена были простыми кузнецами. Но если в семье одаренных рождается больше трех магов в разных поколениях, то такой род по умолчанию становится потомственным магическим, пусть и, в отличие от родов потомственных аристократов, генеалогических древ этих семей никто и не ведет и в специальный перечень этих людей не заносит.

Я поморщилась, предпочитая не вспоминать об аристократах и своей к ним формальной принадлежности.

– Он болел и мог лишиться дара – согласилась я – и тогда ты пришел и помог, а потом остался, чтобы дар правильно открылся, а семья не упустила одаренного и отправила его учиться дальше.

Ролин написал, что три весны назад в Лейре свирепствовала белая лихорадка, болезнь для обычных людей нестрашная и не смертельная. А вот потенциальные одаренные подцепив этот недуг вполне могли лишиться еще не сформированного источника. Совет по контролю за магами считал, что лихорадка имеет магическое происхождение и искусственные истоки, но первопричин ее вспышки в Лейре и еще паре ближайших городов на стыке Центральных и Восточных земель так и не обнаружили.

Затронула белая лихорадка и семью Карин. По данным городского мага, у которого теперь служил помощником мой бывший сокурсник, и которому подчинялись все маг-лекари города, район Лейры, в котором тогда проживал староста Валунов со своей семьей, был заражен почти до последнего младенца. Никто не умер, но несколько одаренных в преддверии открытия магии потеряли свои способности и возможность стать в будущем магами.

Потенциальные маги незадолго до открытия дара и активации внутреннего источника представляют собой хрупкий сосуд, повреждения в котором могут стать фатальными для будущего мага. Источник может не открыться не только из-за такой вот болезни, но и от переживаний, горя, насилия, и еще ряда разных физических и эмоциональных причин. Например, мой дар мог погаснуть на фоне потери отца, переезда в чужое незнакомое место и отчуждения мамы, отсутствия других близких или родных людей рядом, одиночества и еще чего-то, о чем Айра мне так и не рассказал.

В любом случае именно Хранитель заглушил мою печаль и помог мне прийти в себя. Его дружба и поддержка дали мне достаточно сил жить и учиться дальше, а его советы позволили уговорить маму найти для меня наставника и отправить учиться. Появление Айры дало мне толчок и надежду, которую, казалось, и я, и мама потеряли после смерти папы. Только маме Айра, к сожалению, так и не смог помочь.

Предполагаю, сын старосты Темьян Карин, как и все вокруг, тогда заболел и мог лишиться источника, но Хранитель рода каким-то образом успел прийти на помощь и не позволил этому случиться. Не знаю, какие маги затесались в предках Итко Карина или его супруги, но благодаря их дальновидности, сын этой четы точно может не волноваться о том, что одаренным ему не быть.

– Ты права, Тарина Балард – кивнул Демьян Карин.

– Я Тарина Багряная – поправила я.

– Мой секрет – твой секрет – улыбнулся Хранитель – ты поможешь зверю? Он одинок и напуган. Я питаю его, как могу, но он хочет помогать и видит, что его помощь радует лишь ненадолго. Ему больно и стыдно, что его добро никто не ценит.

– Помогу – согласилась я – знаешь, где его искать?

– Он близко – отозвался мальчик – но придет сам, потому что ты ему интересна. Ты добрая и смелая, а еще… тебе тоже одиноко.

Я нахмурилась и потерла переносицу пальцами. Вот и приехали.

Похоже, моя радость оттого, что проблема решится сама собой, была преждевременной.

– Как он сюда попал? – спросила я, поглаживая Шерина по крупу.

– Не знаю – мотнул головой паренек – просто пришел и все. Я его чувствую, но не вижу. Я сказал ему, что скоро уйду, да и селяне и не оценили его даров. А жаль. Но таковы местные люди, и мы ничего не можем сделать с их страхами и предрассудками.

– Жаль – согласилась я, размышляя над тем, какой именно ловушкой выманить белва и как правильно с ним договориться. Я, конечно, могу быть ему интересна, но не торчать ли мне для этого в Больших Валунах до бесконечности – а как родители Теньки приняли то, что ты к ним пришел?

– Боялись – отозвался Хранитель – но я объяснил им свою цель, и тогда они решили уехать, чтобы не плодить слухи и домыслы. Я не мог прийти только к Темьяну, потому что тогда ему бы было не помочь, пришлось открыться и им. Но они быстро нашли выход. Горжусь своими потомками.

Ну вот, теперь вопрос с тем, почему, в отличие от Айры, Демьян показался всем и каждому, отпал сам собой.

– Значит, ты предок этой семьи – сделала я вывод на основе собственного опыта и его слов – древний маг?

– Может быть – усмехнулся мальчик.

– Но тебе нужно будет уйти, что тогда будет?

– Придумают что-нибудь – беспечно отмахнулся Хранитель.

– Они не хотели видеть здесь магов, потому что боялись за Теньку и тебя – продолжала размышлять я – но тебя ведь не развеешь, ты не дух, не призрак и не нежить. Ты магия предков во плоти.

– Ты это знаешь, они – нет – услышала я в ответ – я сказал тебе все, что собирался. Думаю, больше вопросов к моей семье у тебя не будет, так?

– Слышу угрозу – усмехнулась я.

Разговаривать с ребенком так, будто ему в десятки весен больше, чем тебе, было непривычно. Это Айра в пору моего детства выглядел почти моим ровесником, пусть и общаясь с ним, я кое-что все же подозревала. А здесь я ощущала себя студенткой перед умудренным сединами старым мастером, который выглядел как малыш восьми весен от роду и дышал мне в пупок.

Так непривычно.

И очень интересно.

Нужно будет обязательно описать свои наблюдения в дневнике.

– Твои тайны – мои тайны – повторил Демьян Карин – твое дело – зверь, вот его и ищи. Я передам ему, что ты хочешь его видеть. Так что жди. Даже ловушки не ставь, они все равно на него не действуют.

– Как же его тогда поймали? – проговорила я задумчиво, обращаясь скорее к самой себе.

– Узнаешь – пообещал мальчик, развернулся, и спокойным шагом вышел из конюшни.

Шерин приоткрыл один глаз, оценил обстановку, и боднув мою руку, снова затих, сделав вид, что задремал.

Вот и поговорили. Вопросов стало меньше, но любопыство оттого, чем все закончится, усилилось сразу в несколько раз.

Глава 7: Новые жители села

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Выспаться мне не удалось. Я проснулась от топота и криков раньше, чем отгороженную для моего ночлега часть спальни осветили лучами масляной лампы.

Растрепанная тана Карин, жена старосты, в накинутом на крутые плечи пуховом платке поверх ночной сорочки, растерянно смотрела на потирающую глаза очень злую меня.

– Деса, помогите – произнесла она с мольбой и затаенным страхом – там…

Я поняла, что от раздражения мои еще сонные глаза полыхают багряными всполохами. Да, именно за эту особенность еще в магической школе я и получила свое прозвище, ставшее впоследствии цеховым. Не так обидно, как “Рина-упырина”, как из-за моей особенности, которая первые весен пять после пробуждения дара была больше всего заметной, называл меня один противный одноклассник, которому я как-то со злости в довесок сама не знаю как намагичила иллюзорные клыки и когти, а даже красиво и необычно.

– Что? – я вскочила, понимая, что ради какой-то мелочи будить бы меня точно не стали.

– У нас там Вилира и Ульяна рожают – прогудел Итко Карин откуда-то из глубины дома – тан Рош сказал позвать вас, он один не успевает сразу двоих принять.

– Две роженицы в одну ночь – удивленно произнесла я, натягивая на тонкую нижнюю рубашку плащ, вдевая ноги в сапоги и хватая сумку с кое-какими амулетами и травами.

– Дак “оно” тут подсобило – пояснила жена старосты.

Уже по дороге из дома Каринов, почти бегом направляясь по темным улицам вслед за старостой и еще каким-то парнем, освещающим нам путь лампой, я вспомнила, что среди прочих чудес Карины припомнили и двух заклятых подружек, живших через улицу друг от друга. Обе девушки хотели перещеголять друг друга и в нарядах, и в женихах, а потом и успеть вперед соперницы понести, так как быть матерью во всех подобных местах считалось делом почетным.

И каково же было удивление местных, когда оказалось, что обе таны забеременели одновременно, чуть ли не в один день. В такое странное совпадение не верил никто, поэтому разумеется, грешили на местного “чудилу”, любителя исполнять желания и делать тайные помыслы явью. Видимо, и разродиться соперничавшие девушки должны были одновременно, чтобы никому обидно не было. Ну белв, вот же помощник, чтоб тебя. Травник-то в селе лишь один, а если бы я сюда сегодня не приехала?

Теоретически дитя, конечно, могли принять и местные женщины, но в случае каких-то непредвиденных ситуаций они вряд ли бы могли что-то сделать.

Так, ну хотя бы роды принимать мне не в первой. Были у меня в жизни и такие ситуации, точнее, теорию я знала хорошо, а практический опыт был единичный, еще во время учебы в Университете. Мои лекарские способности не особо многогранны, но справиться с такой задачей я все же в состоянии.

Мы прибежали в большой дом почти у самого окраинного холма. В передней части жилища было шумно, несколько мужчин крутились вокруг бледного парня, который вздрагивал каждый раз, когда из соседней комнаты слышались жуткие мучительные крики.

Я направилась на звуки, не теряя времени на представления или расшаркивания. Явление рядом со мной старосты погасило все вопросы или возражения на корню, а нужно будет, он объяснит все сам.

На постели в окружении нескольких женщин металась в родильной горячке белая как мел девица в промокшей сорочке.

Лаврик Рош вливал ей в рот какое-то снадобье, а тан Рош наблюдал за процессом, происходящим под подолом, ощупывая роженице живот.

– Идите ко второй – сообщила я – эта кто, Вилира или Ульяна?

– Вилира – отозвался травник вставая. Я заняла его место, пустив по телу женщины легкий лечебный импульс. Ребенок шел плохо, схватки были слабыми, скорее всего, из-за небольшой проблемы с женскими органами, которую я выявила при магическом осмотре – Лаврик останется здесь, деса, поможет по мере сил.

Я кивнула, сосредоточенно направляя силы к проблемному месту. Ученик травника, видя, что женщина после моих манипуляций немного расслабилась, приложил к ее лбу и груди пахнущие полынью компрессы и обтер пот.

Женщины вокруг почти не дышали, наблюдая, как бледно-зеленые магические искры соскакивают с моих пальцев, растворяясь на коже роженицы и исчезая под краем ее сорочки.

– Теперь пусть тужится – приказала я – Лаврик считай, я буду показывать, когда это нужно сделать.

Ученик напряженно кивнул, послушно начиная считать. Я восхитилась собранностью паренька и тому, что даже несмотря на нервную и непростую обстановку вокруг и корчащеюся от боли женщину перед собой, он не потерял самообладания, а действовал слаженно со мной и почти профессионально. А ведь ему всего шестнадцать. Далеко паренек пойдет.

– Ну давай, чудило, помогай разродиться, раз уж помог сделать дитя – прошептала я, не надеясь на какой-то ответ.

Процесс пошел, женщина снова громко закричала. Краем уха я уловила грохот из другой части дома, но откинула его, как отринула и другие раздражители. Магия медленно текла по пальцам, и неожиданно для себя я почувствовала, что несмотря на довольно внушительную отдачу сил, их будто бы и не становится меньше. Обычно лекарская магия, наряду с ментальной, забирала магические силы большими порциями.

А еще… Я странным образом уловила какую-то приятную волну внутри себя, радость оттого, что кто-то кому-то помогает, благодарность за что-то, даже почти улыбку.

Белв, ты ли это?

“Я-у” – услышала я отдаленное, почти на кромке восприятия.

“Спасибо” – поблагодарила я существо мысленно, видя, как ребенок благополучно покинул утробу матери и так бодро, будто что-то изнутри нее вытолкнуло его в этот мир, выскользнул в мои еще искрящиеся магией руки.

Женщина на кровати замолчала и даже слегка подняла голову, пытаясь рассмотреть своего ребенка.

– Девочка – громко сообщила я – здоровая и красивая, вся в маму.

Да, понять по бледной, измученной женщине, как она выглядела до этого, было довольно сложно. Но ободряющие слова в такой ситуации будут нелишними, ведь так?

Младенец в моих руках крякнул и заорал так, что в доме что-то снова упало. Похоже, это счастливый отец потерял сознание от счастья.

Я быстро очистила то, что вышло вместе с ним, приподняла ребенка, чтобы Лаврик обрезал пуповину, и вручила пищащую кроху в руки новоиспеченным родственницам и усталой, но живой и почти здоровой матери.

– Я убрала все последствия – сообщила я, ни к кому кроме, наверное, Лаврика особо не обращаясь – восстанавливающие отвары ты ей дашь?

– Да, деса, все дам – кивнул парень, светло и искренне улыбаясь во весь рот. Да, пусть и нервными выдались эти… не знаю, сколько времени, но зато мы помогли увидеть мир еще одному человеку. Можно было собой гордиться.

Кто-то всучил мне в руку кружку с отваром. Какая-то из присутствующих при родах женщин осторожно, почти по-матерински погладила меня по плечу.

– Как вас зовут, деса? – услышала я тихий голос со стороны кровати. Дитя положили матери на грудь, и теперь она блаженно улыбалась, приглаживая темный пушок на голове крошечной дочери.

– Тарина – отозвалась я.

– Рина – повторила новоявленная мать – да, пусть будет Рина.

“О, Благочестивый” – простонала я про себя. Но приятно было, без сомнения. Даже очень. Детей в мою честь, наверное, еще не называли. Может это считаться моим первым маленьким подвигом в статусе вольного мага?

Мне показалось, или где-то опять же на кромке сознания кто-то тоненько хихикнул.

"Покажешься?” – уточнила я про себя, обдумывая, не схожу ли я медленными шагами с ума.

"Не-у” – вякнул, теперь уже, несомненно, белв.

"Вот зараза” – ругнулась про себя.

Уговаривать магическую сущность пойти на контакт было сейчас выше моих сил. Я хотела что-то съесть, а потом снова заснуть самым крепким сном из возможных.

– Разродилась? – порог комнаты, в которой суетилась женская половина семьи, переступил травник. Мы же с Лавриком сидели в углу на лавке, приходя в себя и наблюдая за тем, как все поочередно склоняются над маленькой Риной и говорят что-то явно приятное и ободряющее ее маме.

– Все хорошо – отозвалась я – ваш правнук держался молодцом и очень мне помог. Истинный травник, если обучите своему мастерству.

– И помощник мага тоже хороший – не растерялся тан Рош.

Лаврик переводил непонимающий взгляд с меня на деда, хмурясь и взлохмачивая и так торчащую во все стороны шевелюру.

– А как у вас? – решила я игнорировать намеки старика.

– Все хорошо. Девочка здорова, мать тоже.

– Похоже, и родили они все же одновременно – усмехнулась я – и дети одного и того же пола. В чем же теперь они будут соперничать?

– Моя Рина будет самой красивой девочкой – с гордостью вставила свои пять медяшек в наш разговор молодая мать – и, возможно, будет десой, потому что я назвала ее в честь мага. Вот.

Травник раздраженно отмахнулся на эти заявления и фыркнул в бороду.

Я усмехнулась и, кивнув на прощание наперебой рассыпающим в мою сторону благодарности и охи с ахами женщинам, вышла на бодрящий воздух по-осеннему прохладной ночи.

– Деса маг, сколько мы вам должны? – раздалось мне вслед.

Молодой мужчина, отец крохи Рины, уже не бледный и не полуживой от тревоги, а улыбающийся и довольный жизнью, посетив супругу и дочь, вышел за нами из гудящего как пчелиный улей дома.

– Вы должны Лаврику – махнула я в сторону паренька – а мне… мне пообещайте, что если девочка будет одаренной (бытовало почему-то такое мнение, что если роды принимал маг-лекарь или просто маг, то шанс на открытие дара был больше, хотя доказать это так и не смогли), то вы сообщите городскому магу об открытии дара и отправите дочь учиться магии.

– Обещаю, деса, жизнью клянусь – мужчина низко поклонился мне, поблагодарил тана Роша, вручил Лаврику в руку монеты и бегом отправился обратно к своей семье.

Я перевела взгляд на заставшего столбом ученика травника, сжимающего в кулаке свой гонорар, потом на старика, уважительно и как-то по-новому, еще более серьёзно и пристально рассматривающему меня, устало махнула рукой, и в сопровождении старосты, который все это время дежурил где-то поблизости, отправилась досыпать то время, которое потратила, помогая крошечной девочке по имени Рина стать новым жителем села Большие Валуны.

Глава 8: Медитация

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Проснулась я ожидаемо поздно, когда солнце уже ярко светило в украшенные светлыми домоткаными занавесками окна.

Потянулась, понежившись еще какое-то время в постели, и медленно поднялась, одновременно прислушиваясь к своему источнику и пытаясь понять, насколько сильно ночные события истощили мои силы.

На удивление магии во мне было в избытке, словно вчера я не потратила даже капли, хотя выложиться пришлось действительно сильно. Вот чудеса.

Ну, наверное, стоит сказать за это спасибо одной вредной животине, которая решила вмешаться и помочь, довольно ощутимо меня подпитав. Сам наворотил дел в попытке примирить двух воюющих друг с другом девиц, сам потом все исправил, пусть и с моей помощью.

Я точно хочу связать себя с этим “чудилой”?

Из другой части дома доносились ароматы сдобы и жареных грибов. В животе булькнуло, я пригладила торчащие после сна волосы, натянула штаны и сапоги, ополоснула лицо в стоящей на лавке бадейке и отправилась на притягательные запахи в крайне благостном настроении, которое не смогло испортить даже то, что нити от моих ловушек показали, что белв в них, конечно же, не угодил.

Я действительно еще вчера по дороге в дом старосты от травника вечером расставила несколько магических ловушек с коконами, используемых обычно на духов, призраков и других бестелесных сущностей. Белв не принадлежал ни к одной из известных мне категорий бесплотных существ, а стоял особняком. Он пока не был зверем, но и духом тоже не был. Сведений о белвах было слишком мало просто потому, что место их обитания находилось в другой стране, в закрытом от имперских магов месте. Солнечные эльфы хранили свои секреты, не спеша делиться ими с кем-либо.

Как приманивать и ловить белва, я, если честно, понятия не имела, поэтому решила попробовать все известные способы, имеющиеся в моем арсенале. Они, судя по всему, не работали. И что мне теперь прикажете делать? Я могу многое, но я все же не всесильна.

В столовой суетилась жена старосты, ставя на стол огромную тарелку с жареными румяными пирожками. Тут же в уголке Тенька и Денька чистили горку грибов, тихо переговариваясь между собой. Я взглянула на Хранителя, тот поймал мой взгляд и подмигнул, продолжая кивать в такт что-то рассказывающему ему шепотом “брату”.

Услышав мои шаги, Тенька замолчал, поднял голову и лучезарно мне улыбнулся.

– С добрым утром, деса – радостно поприветствовал меня мальчик – что будете сегодня делать?

– Грибы сначала дочисти, балабол – шикнула на него тана Карин и приветливо мне кивнула – да дай нашей гостье дух перевести, все же ночка была беспокойная, все же дитя принять – это не по грибы сходить. Тут силы да знания нужны, и много. Что-то вы бледненькая, деса, может баньку вам затопить? Банька сразу сил прибавит, да голову прочистит.

Жена старосты смотрела на меня сегодня как-то по-другому. Более уважительно, более тепло и ласково. Хоть и некий легкий благоговейный испуг в ее взгляде все же читался.

От такой перемены в ее поведении я даже растерялась. Хотя и понимала, что говорить о том, что я вольный дипломированный маг и показать это на деле – совершенно разные вещи. Теперь меня явно воспринимают всерьёз, а не как досадную помеху и незваную чужачку.

– Спасибо, от бани вечером я бы не отказалась – благодарно улыбнулась я.

– Все будет – пообещала мне тана Карин – просим к столу. Ребятки в лесок с утра метнулись, да грибов насобирали, как раз боровички после позавчерашнего дождика повылезали. Я уже пирожки справила, да вам в дорогу часть насушу в печке.

– Люблю грибы – отозвалась я, присаживаясь на лавку и чувствуя себя в этом доме гораздо свободнее, чем вчера.

Передо мной сразу возникла большая кружка молока и плошка с дымящейся пшеничной кашей с большим ярко-оранжевым куском масла.

– Натазя Опря вот утром вам молочка и масла передала – сообщила супруга старосты, указывая на несколько больших глиняных крынок, стоящих в углу.

– А это… – начала я, прожевав первый румяный пирожок.

– Так своячка Вилиры Опря – пояснила тана Карин – чьего дитёнка вы вчера ночью приняли.

– Ааа – протянула я – ну… лишним не будет. Вы используйте так, как посчитаете нужным, и сами ешьте, хорошо?

Благодарности натуральными продуктами я вполне готова принять, тем более их уже пустили в дело.

– Как скажете, деса – отозвалась женщина. И ее взгляд еще больше потеплел – а… я вот хотела спросить.... Ночью, когда вы только проснулись… – она замялась, явно не зная, как сформулировать вопрос. Я поняла, что ее так беспокоит.

– Это особенность магии рода – сообщила я – от раздражения иногда глаза так горят.

– Так вы поэтому… ну… Багряная? – уточнила женщина разливая молоко себе и детям по кружкам – а я-то думала это из-за волос ваших ярких.

Да, думаю почти все встреченные мной люди, которым я сообщала свое имя, думали именно так. Цвет моих волос действительно был ярко-рыжим, а на солнце вообще отдавал в красный. Многие думали, что я использую иллюзию, какими баловались в столице зажиточные горожанки, но мне это было просто не нужно. Часто я, наоборот, приглушала слишком яркий оттенок шевелюры, чтобы не сильно выделяться, особенно сейчас, в Восточных землях, где жители все сплошь брюнеты, да шатены.

– Да, цеховое прозвище – согласилась я – у многих магов такое есть. Например, у нас в школе был мастер Шинер Гром.

– Он мог вызвать гром? – подал голос заинтересованный моим рассказам Тенька.

– Нет, просто хохотал иногда так, что в ушах гремело – улыбнулась я.

Мальчики и тана Карин синхронно хихикнули.

На самом деле мастер Шинер был сильным стихийным магом, способным и разгонять тучи, и вызывать грозу с градом. Скорее всего, свое цеховое прозвище он получил именно из-за этого. Хотя его зычный, ударяющий по ушам басистый хохот тоже был притчей во языцех.

Многие школяры, да и преподаватели в Приморской магической школе шутили, что мастеру Шинеру не нужно даже применять дар в случае нападения, достаточно просто захохотать, и враги попадают сами, оглушённые и обездвиженные от этих звуков.

– Тогда все ясно – согласилась жена старосты – а то я уж…

– Да, пугает с непривычки – кивнула я, сыто откинувшись на лавку – спасибо за завтрак, тана, я, пожалуй, выйду в сад на пару часов, не беспокойте меня без крайней необходимости, хорошо?

– Магичить будете? – Тенька от нетерпения подскочил с лавки, но сел обратно под строгим взглядом матери. Денька на это лишь загадочно улыбнулся, продолжая споро очищать грибы.

– Я дочищу, мам, пусть идет с десой, если она не против – произнес Хранитель.

Тана Карин вздрогнула, но я сделала вид, что ничего не заметила.

– Пусть сходит, ему полезно – согласилась я – а потом можно уже и поработать.

Младший мальчик послал мне на это благодарный взгляд. Ну хитрец!

– Вы не спешите с работой, деса Тарина, коли вам не нужно скоро уезжать – поспешила уверить меня старостина супруга – мы вас не торопим и никуда не гоним. Живем же как-то бок о бок с этим… явлением уже давно. А Натазя поведала, как вы много вчера магичили, отдохните денек-другой, осмотритесь. Ей тан Рош сказал, что ежели бы не вы, он и не принял бы сразу двух ребятенков-то. И там, и там девки первородящие, слабенькие, а детки крупные, беспокойные.

Стало ясно, что мое вчерашнее участие в родах сделало меня в Валунах почти своей. Вот и весь секрет, как расположить к себе недоверчивых сельских жителей.

Я поднялась из-за стола и вышла через заднюю дверь в дальней части дома в большой сад, благоухающий яблоками и пряными травами. Судя по быстрым шагам за моей спиной, Темьян отправился вслед за мной.

– Знаешь, как одаренные делают так, чтобы потоки магической энергии в их телах работали без сбоев? – спросила я у мальчика.

– Расскажете? – паренек состроил такую мордаху, что, даже если я хотела рассказывать, все равно бы пришлось.

– Они отрешаются от всего, что их окружает, и общаются со своим источником – пояснила я, располагаясь на земле под сенью высокой яблони – это называется медитация.

– Это сложно? – Тенька притащил откуда-то маленькую лавочку и сел на нее ровно напротив меня. Ну да, мне на земле сидеть было неопасно, так как я могла контролировать тепло в теле таким образом, чтобы ничего себе не застудить. Маги почти не болеют обычными болезнями вроде простуды. А ребенку лучше поберечься. Сидеть предстоит долго.

Хотя для медитации лучше всего почему-то подходит именно сидение на голой земле, на открытом воздухе. Магическая наука объясняет это тем, что хоть источник одаренного и находится внутри него и восстанавливается исключительно за счет внутренних ресурсов, не беря энергию извне, но близость природы вроде как помогает в этом процессе опосредованно, так как свободные частицы магии находятся во всем сущем, а больше всего ее именно в стихиях: земле, огне, воде, воздухе, а особенно в эфире, пятой незримой глазу стихии.

– Поначалу – да. Особенно у таких непосед, как ты – улыбнулась я – нужно сесть поудобнее, закрыть глаза, расслабиться и думать о чем-нибудь, что вызывает в твоей душе что-то хорошее и светлое. Я, например, – я на мгновение задумалась – думаю о своих близких, о месте, в котором мне было спокойно, тепло и безопасно.

– Денька что-то такое мне рассказывал – отозвался Темьян, потрая макушку – откуда он это знает? – продолжил он задумчиво, но потом будто сам нашел для себя какое-то объяснение – может, слышал от кого-то из магов, когда мы жили в Лейре. Братик больше любит слушать и запоминает все-все-все. А еще умеет читать и меня заставляет учиться. Папа с нами занимается, когда находит время. Да и мама грамотная, хоть и из простых.

– Все правильно твой брат делает – согласилась я, наблюдая за хмурящим лоб мальчиком.

Судя по всему, Хранитель применил к семье какие-то ментальные чары, чтобы его нахождение рядом и несвойственные маленькому мальчику знания не вызывали вопросов или подозрений. Думаю, и с памятью Теньки он как-то тоже поработал, так как наверняка мало было объяснить провалы в его памяти (ведь о наличии брата он должен был совершенно не помнить) только последствиями лихорадки.

К сожалению, о способностях Хранителей известно очень мало. Как я уже говорила, эти знания остаются семейными секретами, недоступными для детального изучения. Я находила информацию о том, что Хранители рода имеют не только те знания и ту магию, которыми обладал тот, кем они были при жизни, но и знания и возможности и их предков, и их потомков. Всю магию рода, собранную вместе и воплощенную в одном существе, не поддающемуся ни одной из известных на данный момент классификаций.

Хранителям неинтересно что-то, кроме благополучия того, рядом с кем или ради кого они появляются. То, что Демьян Карин решил прикинуться младшим сыном старосты и играть роль маленького мальчика, являя себя всем окружающим – лишь вынужденная необходимость, самая удобная в текущих обстоятельствах. Это Хранитель рода Балард являлся только мне, потому что я жила закрыто, в отдаленном поместье с мамой и няней. То, что я говорила иногда сама с собой, когда на самом деле общалась с видимым лишь мне Айрой, Серафима, например, замечала, но воспринимала как что-то нормальное, сетуя на то, что за неимением других детей рядом, я просто выдумала себе воображаемого друга. А маме было все равно.

С Тенькой бы такое не сработало. Он в отличие от меня в детстве не был закрыт и отгорожен от окружающего мира. А его легкий нрав и излишняя болтливость явно бы не пошли на пользу семейному секрету, случайно открывшемуся и мне.

– Закрываем глаза – скомандовала я – и думаем о чем-то хорошем. Дышим медленно, вдох-выдох.

– А не заснем? – уточнил паренек.

– Не должны – хихикнула я и поняла, как можно заставить паренька сидеть спокойно и углубиться в себя – любишь рыбалку?

– Очень – обрадованно сообщил мальчик.

– Вот представь, что ты сидишь на берегу, смотришь на поплавок. Все остальное осталось где-то там, далеко. Светит солнце, дома тебя ждет вкусный ужин, папа с мамой и Демьяном, здоровые и счастливые. Ты думаешь о них, чувствуешь ветер на коже, ощущаешь ароматы луговых трав, слышишь пение птиц, журчание воды, шелест листвы…

– Слышу – отозвался тихо Темьян.

– Думай об этом, смотри на поплавок, а потом представь, что поплавок находится внутри тебя, в твоей груди – продолжила я и тоже погрузилась в себя.

Не знаю, сколько именно времени мы сидели в тишине рядом друг с другом. Но Темьян затих, а я вернулась мыслями к тем воспоминаниям, которые всегда помогали мне отрешиться от происходящего.

Мне показалось, что где-то там, в глубине своего “я”, в блаженном “нигде”, в котором пылал и искрился серебристым шаром мой магический источник, я уловила отзвуки довольного хихиканья, и даже взгляд ярко-фиолетовых глаз. Хм, неужели белв действительно мной заинтересовался? Как же тебя поймать, зараза вредная?

“Жди-у” – услышала я мурчащее и игривое.

Вот спасибо тебе, чудило. Спокойнее от этого обещания мне точно не стало.

В какой-то момент почувствовала чужой взгляд на себе и повернула голову в сторону дальнего конца сада. Там в нерешительности замер Лаврик Рош. Не знаю, зачем он пришел, но, видимо, тана Карин сообщила, где мы с ее сыном сейчас находимся, и он побоялся нам как-то помешать, поэтому просто затаился.

Я мотнула головой, приглашая парня тоже поучаствовать, раз уж я сегодня решила попрактиковать себя в роли наставника.

Ученик травника осторожно приблизился и сел рядом с нами на траву. Я посмотрела на Теньку, тот мечтательно улыбался, уплыв куда-то далеко-далеко. Он действительно погрузился в медитацию, что говорило о его явной предрасположенности к магии. Думаю, скоро его источник должен пробудиться, я чувствовала это сейчас очень ясно, хоть и не видела в его магическом контуре особых изменений.

– Знаешь, что делать? – просила я у Лаврика шепотом.

Парень кивнул и закрыл глаза. Видимо, что-то прадед ему все же объяснял.

Мы просидели так довольно продолжительное время, пока Тенька не подал растерянный голос:

– Я чувствую в груди тепло.

Я вышла из своего состояния довольно быстро. Взрослым магам не требовалось слишком много усилий для погружения в источник, мы могли делать это быстро и везде, даже в пути, сидя верхом на длаке или вися вниз головой. Просто раз у меня сейчас была некая передышка, я решила действовать так, как было положено. Тем более, мои потоки функционировали с данный момент в максимальной гармонии, а источник был полон до края.

Переключила взгляд на маг-взор и обнаружила, что всполохов на магическом контуре мальчика стало чуть больше.

– Это хорошо – заключила я – значит, твой дар уже почти проснулся.

– Вы говорили, что это еще неточно. Что я…

– Я уверена, что ты одаренный, Темьян – подтвердила я – возможно, через весну твоя магия явит себя, и тогда тебе нужно будет приложить все силы, чтобы ее расширить. Понимаешь, как это важно?

Танька смотрел на меня огромными глазами, словно я только что пообещала ему все золото мира и замок с принцессой в придачу.

– Я буду стараться, деса. Ой… а Лаврик здесь откуда? – удивленно проговорил Тенька.

– Пришел поучиться – хмыкнула я – ты чувствуешь что-то, Лаврентий?

– Я не уверен – протянул парень, положив руку на грудь – но вроде бы внутри щекотно.

– Это нормально – кивнула я – твой дар застыл, но не погас. Расширить его ты не можешь, но общаться с источником тебе все равно не повредит. Он часть тебя, как рука или нога. Он живой и будет жить в тебе, пока твое сердце бьется. Магия с нами навсегда, даже если момент усилить ее был потерян.

– А Лаврик тоже маг? – удивился Тамьян. Ученик травника горько вздохнул, зная, что шанс стать полноценным магом для него уже упущен.

– Немножко – ответила, кладя руку на предплечье приунывшего правнука тана Роша – только это секрет. Понимаешь?

– Я никому не скажу – пообещал Тенька и серьёзно посмотрел на Лаврика – я обещаю. А духа мы ловить сегодня будем?

– Деда сказал, что его не нужно ловить – отозвался Лаврик – он сам придет, когда будет нужно.

– Тан Рош предвидец? – заинтересовалась я. На самом деле такие мысли у меня уже возникали еще вчера.

Маги способностью заглянуть в будущее не обладали, даже сильные менталисты, большинство из которых находилось на службе у Императора. Разумеется, магическая наука постоянно искала способы увидеть то, что будет. Во время учебы нам рассказывали о неких артефактах, способных на это, или магически мощных местах в разных частях мира, которые якобы могли делать что-то подобное. Предсказать будущее теоратически могли и сущности, исполняющее желания, о которых я рассказывала ранее, за определенную чаще всего несоразмерную с желанием плату, разумеется.

Считается, что только ведающие (знахари, травники) могли видеть больше, чем все остальные. Но чаще всего они скрывали свои способности, чтобы не наводить смуту в людских умах. Все же будущее – вещь тонкая, зыбкая, изменчивая. Тем более, наша религия считала, что только Благочестивому доступно определять то, что случится. Я не была слишком набожной, чтобы без оглядки отдавать свою жизнь и будущее лишь в руки нашего божества. Верила, что Благочестивый помогает человеку найти правильный путь, но пройти этот путь каждый из нас способен только сам, как и изменить то, что еще не произошло. Ничто не предопределено, ничто не постоянно, кроме того, что происходит прямо в этот момент.

– Он чует грядущее – подтвердил парень – как, я не знаю. Он просто видит кое-что и все. Но там чаще всего мало что понятно. Дед говорит, что лучше не знать, что будет, это не дар, а неподъемная ноша. Иногда проще жить в неведенье, а не следовать тому, чему случиться возможно и не суждено.

Я задумалась над сказанным, но задавать больше вопросов в эту сторону смысла не видела. Просто взглянула на ситуацию с Лавриком и с этого угла. Неужели тан Рош увидел что-то такое, что направит меня принять его предложение и взять его внука с собой?

Строго посмотрела на Теньку. Не нужно мальчику пока знать слишком многое, тем более с таким шустрым языком.

– Я никому не скажу – подтвердил он – я умею хранить секреты, просто люблю поговорить. Мама ругается, что у меня язык без костей.

– В языке нет костей, Тенька – ухмыльнулся Лаврик – он состоит из мышц.

– Правда? – искренне удивился мальчик – а я думал, я один такой, с бескостявым языком.

Я захохотала от этой детской непосредственности, щурясь от по-осеннему яркого, но уже особо не греющего солнца.

– А ты зачем вообще пришел, Лаврик? – уточнила я у правнука травника.

– Дед просил передать вам снадобья для восстановления магии и сообщить, что вы можете прийти к нам сегодня за травами, которые нужны будут в пути. Он их уже приготовил ночью, а сам ушел еще с рассветом в лес.

– А откуда он знает, что мне нужно? – поинтересовалась я.

Лаврик пожал плечами.

Я решила, что раз меня никто не торопит с ловлей белва, можно уделить время и травам. Да и присмотреться к Лаврику еще раз повнимательнее. Парень мне нравился: спокойный, вдумчивый, покладистый, но с твердым внутренним стержнем и явной тягой к новым знаниям.

– А можно с вами? – сразу ухватился за возможность прибиться к интересной компании Тенька.

– Если твоя мама разрешит – не стала обнадеживать его раньше времени я.

– Мы с Денькой ее уговорим – мальчик вскочил с лавочки и рванул с места так, что только пятки сверкнули.

– Он будет магом? – в голосе Лаврика чувствовалась грусть.

– Когда-нибудь, скорее всего – подтвердила я – но получить дар мало, нужно много учиться, чтобы чего-то достичь.

– Дед тоже так говорит – отозвался паренек, с уважением заглядывая в мое лицо.

– Даже не имея магии, люди способны на большие свершения, даже подвиги. Слышал о генерале Фейрике Баларде, который предотвратил покушение на Императора и его семью? – неожиданно для себя самой спросила я.

– Слышал – подтвердил ученик травника – кто же о нем не слышал. Великий человек.

– Он магом не был – сообщила я, наблюдая, как глаза парня расширяются от удивления.

Да, Фейрик Балард не имел магического дара, он просто бы храбрым человеком и опытным военачальником. Умным, смелым и справедливым.

А еще он был моим отцом.

Глава 9: День в доме травника

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

– Вот тут сбор от нечисти – пояснил Лаврик, показывая на душистые пучки из сбора местных болотных и луговых растений – это лекарственные сборы – на стол легли еще несколько пучков.

Ученик стал перечислять, что из этого поможет при кровотечениях, что при проблемах с желудком, что обезболит, что успокоит или, наоборот, придаст сил. Восстанавливающие магию снадобья здесь тоже были, как и блокирующие ее на время.

Какие-то из трав я знала и узнавала по внешнему виду или запаху. Какие-то были специфичны и росли только в Восточных землях. Самое интересное, что все предложенное и собранное для меня таном Рошем было именно тем, в чем я нуждалась. Как он все так точно узнал? Словно в голову мне залез, право слово.

Я кивала, задавая вопросы или требуя уточнений. Тенька, все же отпросившейся у матери, сидел в углу и наглаживал маленького черного кота, которого я вчера у тана Роша не заметила.

– Вы разбираетесь в травах, деса – утвердительно, а не вопросительно проговорил Лаврик Рош, и его взгляд на меня стал еще более благоговейным.

– Это полезно – пожала я плечами – маги, которые надеется лишь на дар – плохие маги. А вольные маги сталкиваются со всяким.

– А что еще должен уметь маг? – заинтересовался Темьян.

– Смотря какое у мага направление – пояснила я – боевые маги должны тренировать выносливость, храбрость, смекалку, быть физически развитыми, так как в бою никто из них не стоит на месте, а использует магию чаще всего, параллельно нанося удары мечом или метая кинжалы. Артефакторы делают свою работу руками, а магию вкладывают лишь на последнем этапе. У менталистов должна быть отменная память, выдержка, хорошее воображение и изворотливый ум. Маг-лекари обязаны изучить все то же, что и немагические лекари: анатомию, физиологию, алхимию и еще множество других медицинских дисциплин.

– А вы тогда кто? – удивился мальчик.

– А я универсал, я знаю и умею всего по немного – я загремела склянками, просматривая снадобья на свет, открывая колбы и принюхиваясь к их содержимому.

– А драться, как боевой маг, вы тоже можете? Я видел у вас кинжалы – не сдержал любопытства Темьян. Лаврик тоже оторвался от перебирания трав и уставился на меня.

– В случае угрозы в обиду себя не дам – отозвалась я – и без магии. И без оружия, если будет необходимо.

Я не хвасталась перед благодарными слушателями, а просто констатировала факты. В случае военной угрозы универсалы пойдут в бой вслед на боевыми магами и стихийниками. Поэтому тренировалась я достаточно, хоть в рукопашном бою и не особо преуспела.

– Но дар же не может закончиться – нахмурился Тенька.

– Магический ресурс не бесконечен – пояснила я – а на восстановление требуется время. К тому же есть снадобья, блокирующее дар – я кивнула на колбу в своих руках – и артефакты. Правда, последние запрещены везде, кроме императорских тайных служб, да и использование этого снадобья – крайняя мера. Как вольный маг я имею право в случае опасности им воспользоваться.

– То есть, когда вы это выпьете, то будете некоторое время обычным человеком?

– Если выпью – согласилась я.

Только если насильно вольют, потому что на руке я уже давно ношу специальный браслет с артефактом, предупреждающий о наличии поблизости в еде или питье ядов, приворотных декоктов или вот таких блокираторов. К тому же артефакт отсрочит действие такой дряни еще на некоторое время.

– Дела-а-а – протянул мальчик.

Я была с ним полностью согласна.

***

Тенька убежал домой, потому что тана Карин отпустила его лишь на пару часов.

Я же не спешила уходить, сидя на лавке в доме травника, попивая мятный отвар и попутно расспрашивая Лаврика о его обучении у прадеда и проверяя, насколько многое он уже знает и может.

– А почему дед не берет тебя с собой на промысел? – поинтересовалась я – он вчера тоже ходил на болота один.

– Травы не любят, когда их собирают не в одиночку – пояснил парень – дед говорит, что иначе они перестают с ним говорить.

– А с тобой они тоже говорят? – про “беседы с травами” я кое-что слышала, но подробностей процесса не знала.

– Когда я один – кивнул Лаврик – но сегодня дед ушел на дальние болота, а туда мне пока нельзя.

– А что там?

– Лесные духи. Дед умеет с ними договариваться, а я пока нет. Мне рано – покачал парнишка головой.

– И ни разу не видел? – я запустила руку в мягкую темную шерсть лежащего на моих коленях кота, который тарахтел под моими ласками.

– Они не любят людей – пояснил ученик травника – и не показываются без нужды. Могут помочь охотникам, но только если те им дары приносят.

О местных духах леса и тоже читала, правда, не видела никогда, так как по лесам особо не бродила. В разных частях Империи бытовали разные легенды об этих лесных обитателях. Какие-то из них могли быть и выдумками.

Магов лесные духи не интересовали, так как особо они никому не вредили, даже помогали заплутавшим, например. Правда, о духах Мрачнолесья говорили, что те людей не жалуют, поэтому лучше с основной дороги, проходящей по этому месту, ни в коем случае не сходить. Что же, придется проверить в скором времени на себе.

***

За разговорами мы просидели до позднего вечера. Лаврик оказался вполне удачным собеседником, который внимательно слушал, задавал только правильные и корректные вопросы и поразил своими знаниями не только о травах, но и общей образованностью, несмотря на то, что вырос и прожил всю свою жизнь, не бывая за пределами Восточных земель.

По его рассказам жизнь в Вершках в каких-то моментах была интереснее, чем здесь. В том селе проходили ярмарки, гуляния были масштабнее и разнообразнее, а близость Большого тракта позволяла регулярно общаться с заезжими торговцами и даже несколько раз увидеть вживую эльфа или гнома.

– Твой дед задерживается – я посмотрела в сгущающуюся темноту за окном.

– Странно – согласился парень – обычно он приходит как раз к ужину. Хотя, бывало, он ночевал и в лесу, правда, только летом.

– Значит беспокоиться пока не стоит – согласилась я, поблагодарила Лаврика за компанию, собрала травы, рассчиталась с парнишкой, который отнекивался от монет, говоря, что дед сказал ему не брать с меня ничего.

“Ну да, а потом попросит за это взять правнучка с собой” – фыркнула я мысленно, сложила травы в корзинку и вручила ее Теньке, который как раз прибежал сообщить, что баня уже затоплена, а Шерин накормлен и напоен.

– Можно я завтра приду к вам поговорить с источником? – нерешительно попросил Лаврик уже у самых дверей.

– Приходи – пожала я плечами – я не против. Если дед отпустит.

– Отпустит – улыбнулся Лаврик – он сказал, что нужно почаще попадаться вам на глаза.

“Вот хитрый шершень!” – восхитилась я продуманность деда и покинула приветливый дом травника, пахнущий деревом и уютом.

***

“Беда-у” – я очнулась от настойчиво свербящего в голове вяканья.

– Что? – спросила я вслух.

“Беда-у” – повторил все тот же голос.

– Это ты, вредина? – усмехнулась я – какая еще беда? Покажись, я не могу разговаривать с воздухом.

После бани и сытного ужина меня разморило. Я решила воспользоваться этим днем, как некой паузой перед последним рывком в своем путешествии. Ловушки на белва молчали. Я накрутила в них еще кое-какой магии, но была почти уверена, что ничего его не возьмет.

Тем более, сущность сама пошла на контакт, сказав лишь “Жди”.

Ну жду, что еще остается делать.

“Дашь магии?” – соизволил сменить тему белв – “вкусно-у”.

– Может, так – я протянула вперед ладонь и зажгла на ней магический светлячок размером с большое яблоко. Одновременно переключилась на маг-взор, ощупывая окружающее пространство.

Увидев приближающуюся ко мне фиолетовую туманную фигурку в две моих ладони без четкого контура, я завороженно замерла, не теряя при этом концентрации.

Светлячок в моей руке начал тускнеть и истончаться, словно кто-то пил его или даже поглощал.

Я услышала в голове звуки, похожие на довольное похрюкивание.

“Вкусно-у” – повторило облачко, став насыщеннее по цвету.

– Что за беда? – повторила я.

“Иде-у-т сюда” – белв сыто икнул.

– Куда – в этот дом, в село или вообще?

За окном что-то громыхнуло. В доме началась какая-то суета. Раздались крики, в дверь забарабанили. Я спешно поднялась и выскочила из своего закутка, радуясь, что не успела раздеться.

“Ты здесь?” – уточнила я у зверя.

“Зде-у-сь” – подтвердил голос – “можно-у с тобой?”

“Можно” – отозвалась я.

– Что там стряслось? – спросила я уже вслух у старосты, рывками натягивающем на себя куртку.

– Дом тана Роша горит – сообщил он напряженно, распахивая дверь.

Я ахнула. Зарево со стороны лесной опушки было видно даже из противоположного конца Валунов.

О, Благочестивый, там же Лаврик!

– Деса Тарина, вы… – раздался дрожащий голос таны Карины со стороны столовой. Тенька и Денька облепили женщину с двух сторон. Старший мальчик выглядел испуганным, младший – сосредоточенным и нахмуренным. Жена старосты прижимала к себе обоих, словно даже забыв, что один из них вообще не является ее настоящим ребенком.

– Я помогу – пообещала я, на ходу накидывая на себя плащ и выходя в темноту.

О, магия всеединая, что ни ночь, то какое-то приключение.

Глава 10: Пожары

– Посланий для Тарины Багряной нет – проскрипел школьный почтовик-артефакт.

– Это точно? – не унималась я.

– Посланий для Тарины Багряной нет – повторили мне, кажется, еще более раздраженно.

– Рина, тут, между прочим, очередь – раздался недовольный голос одноклассницы на моей спиной – все ждут родителей на вручение дипломов, а не только ты. Если ничего нет, не задерживайся, будь добра.

К сожалению, ни мама, ни Серафима магами не были, поэтом отправить или получить послание через почтовый амулет никто из них не мог, так что приходилось пользоваться стационарными почтовиками, один из которых находился при Приморской школе, в которой я училась, а второй – в Ортисе, ближайшем к маминому поместью городе. Сама я пользоваться амулетом тоже не имела права, пока не получу диплом и не стану полноценной “деной”.

Я ждала весточки из дома, где последний раз была на каникулах прошлым летом. Серафима писала мне довольно часто. Мама за эти шесть весен прислала только двенадцать писем: на каждый день рождения в середине осени и каждый праздник встречи весны. В письмах были векселя на выдачу в ближайшем имперском банке довольно крупной суммы золотом и сухие приписки, создающие впечатление того, что мама от меня просто откупается.

Мамино равнодушие до сих пор меня ранило, а иногда даже злило. Я пыталась хоть как-то расшевелить ее, приезжая домой на каникулы, но встречала лишь пустой взгляд и отсутствие хоть какого-то интереса к моей жизни. Я писала маме письма, рассказывая о своих делах и успехах, и отправляла их вместе с письмами для Серафимы, но ни одного ответа, кроме тех злосчастных векселей, так и не получила.

Несмотря на то что необходимость в няне с моим отъездом вроде как отпала, тетка Фима все равно оставалась компаньонкой (считай, почти сиделкой) при маме, которая по-прежнему вела затворнический образ жизни, покидая дом лишь по крайней нужде.

Что мама делала дома? Большей частью просто сидела в своей комнате или в саду. Иногда она вышивала или читала, иногда просто подолгу смотрела на море, которое было видно с территории нашего дома. Казалось, жизнь для нее остановилась и замерла, перестав играть хоть какими-то красками, и из этой жизни ушло все, что она когда-то любила… папа, живопись, я. Хотя я по-прежнему была рядом, живая и нуждающаяся в ее любви и внимании, но нас все равно словно отгораживала друг от друга незримая стена из горя и серой тоски, разделяющая меня и маму по разные стороны одной реальности, как смерть папы разделила нашу жизнь на “до” и “после”.

Когда мы еще жили в Софиграде, пока был жив папа, по рассказам няни, моя родительница, не будучи, как и отец, магом, но имея огромный талант к живописи, работала в Императорской типографии, где создавала иллюстрации для учебников магии. Мама писала и картины, на почве которых они с папой, собственно, и познакомились: он заказал у нее свой портрет. Впрочем, после переезда в поместье в Западном Приморье мама ни разу не достала свои краски и не написала больше ничего.

Наставник, еще живя у нас в поместье, говорил, что никаких ментальных нарушений у мамы нет. Она просто не хочет жить, а лишь существует безучастной ко всему телесной оболочкой. И ни один маг, травник или кто бы то ни было еще не в силах ей помочь вернуться из этого состояния.

Мастер Нол, который после моего поступления в школу вернулся в столицу, тоже иногда мне писал. В последнем своем письме он сообщал, что отправится ко мне домой, заберет маму, а Серафиме привезет в помощницы ее внучку примерно моего возраста, которая приняла решение переехать поближе к бабушке. Мама вроде как не возражала, как и согласна была с тем, чтобы навестить меня на моем выпуском празднике, что радовало и давало надежду на то, что наши отношения потеплеют.

Сегодня я должна была получить сообщение, что мама и наставник выехали в мою школу, чтобы как раз успеть к церемонии получения дипломов. Но послания от мастера Нола не было, и что делать, я пока не понимала.

***

– Что это еще за новости? – я сжала в руке почтовый амулет, купленный мной сразу после получения диплома, и в третий раз повторила попытку связаться с наставником.

Праздник для меня оказался безвозвратно испорчен, потому что я была, наверное, единственной, кроме одноклассников-сирот, на чье торжество никто так и не пришел. К сожалению, я не знала никого поблизости от поместья или в столице, к кому можно было обратиться за помощью.

Я до последнего думала, что это просто какой-то сбой в почтовой магии. Что мама и мастер Нол все же приедут хоть и без письма, но места для моих гостей в зале торжеств, где директор Приморской магической школы вручал нам золотые заверенные императорской канцелярией свитки, знаменующие начало нашего пути, как “подмастерьев” магической науки, так и остались пусты.

Послание в руке никуда не исчезло, а образ мастера Нола будто покрылся дымкой. Я посмотрела на собранные сундуки в углу занимаемой мной в жилом доме для приезжих школьников комнате, и стремительно поднялась, понимая, что без помощи куратора, мастера Шинара Грома, мне просто не справиться.

***

– Что случилось, Тарина? – мастер Шинар перехватил меня прямо у своего кабинета – я думал, ты уже уехала домой.

– Нам говорили, что почтовая магия может давать сбои – сразу сообщила я – но тогда послание уйдет в “портальный карман” в пространстве, а отправится позже. У меня оно вообще не отправляется.

– Амулет исправен? – мастер был всегда лаконичен в выражении мыслей и не любил долгих хождений вокруг да около.

– Я проверила – кивнула я – и образ получателя в дымке, хотя я хорошо концентрируюсь. Возможно, я что-то делаю неправильно…

– Идем со мной – отрезал мужчина и завел меня в свой кабинет.

Следующие часы куратор куда-то направлял сообщения, даже вызвал директора школы, старшего мастера Йона Гория, с которым долго беседовал под заклинанием глушения звуков, пока я, нервно сжимая кружку с лавандовым отваром, сидела в дальнем углу его кабинета.

Когда оба мага одновременно получили очередное послание, директор Горий поменялся в лице, и я сразу поняла, что случилось что-то очень нехорошее.

– Тарина… – мастер Шинар явно подбирал какие-то правильные слова – мне жаль, девочка… Но твоя мама…

– Что… – я мгновенно закаменела, все чувства буквально заледенели внутри, уступая место лишь нарастающему с каждым вдохом, раздирающему сердце предчувствию беды.

– Ее не успели спасти – продолжил мастер – в вашем поместье взорвался осветительный кристалл, пожар распространился слишком быстро… Мастер Нолан Тальвар прибыл слишком поздно, он попытался помочь, но…

– Мама… – произнесла я сипло. Слез не было, но стало так больно, что захотелось упасть на пол и закричать что есть мочи.

В этот момент куратор подсунул мне под нос какую-то склянку и положил на лоб руку, чтобы утихомирить начинающуюся истерику. Я упала обратно в кресло, глядя невидящими глазами куда-то в пустоту.

– А няня, мастер Нол? – произнесла я отрешенным голосом.

– В доме… – отозвался куратор – найдены тела еще двух женщин, помимо таны Балард. Некромаги и дознаватели с ними работают. Твой наставник находится в маг-лечебнице. Он получил ожоги, потому что потратил все магические ресурсы на тушение пожара. Твой амулет не сработал, потому что резервы мастера Нолана пусты, так все его силы его организма уходят на физическое восстановление.

Еще двух женщин… Значит, мастер Нол все же привез Ильму, внучку Серафимы, в поместье. А потом…

О, магия всеединая, нам ведь рассказывали о том, что если образ получателя выглядит нечетким, значит, скорее всего, его магия или слишком слаба для принятия послания, или маг находится на грани выгорания. Я забыла… Как я могла такое забыть?

– Где сейчас мастер Нол? Я хочу к нему, я хочу… – я задохнулась, плохо осознавая, что мне делать дальше – где мама? Серафима? Мне нужно… Мне нужно хотя бы попрощаться… Мне нужно домой…

– Послушай, Тарина – строго прервал меня директор, напряженно вглядываясь в мое лицо. Я мгновенно отрезвела от своего почти невменяемого состояния. Во мне что-то будто выключили изнутри, оставляя только пустоту и горечь на языке – когда твой наставник привез тебя в школу шесть весен назад, он попросил меня кое о чем: если с твоей мамой, или с ними обоими что-то случится, я должен сделать так, чтобы ты не вернулась домой, понимаешь меня? Тарины Балард больше нет, есть Тарина Багряная, маг-“подмастерье”. Что ты планировала делать после школы?

– Отправиться в Университет в Лекрисе, поближе к дому – отозвалась я, даже не соображая до конца, о чем он говорит.

– Отправишься в Университет в столице – почти приказал директор – рекомендации я дам, но поступление будет зависеть от тебя. Ты же сама решила, что в твоих документах теперь стоит цеховое прозвище вместо родового имени?

– Так мастер Нол предложил – пояснила, осознавая, что наставник знал что-то такое, чего я точно не знаю сейчас, и, возможно, не узнаю уже никогда, если не найду его и не расспрошу с пристрастием.

– Вот и хорошо – удовлетворенно кивнул мастер Йон – Императору я сам все доложу. Он будет знать, что род Балард все еще не угас, в столице тебе придется отправиться к нему на аудиенцию, как новой главе рода, но большего он требовать от тебя не будет, все же твой отец был ему другом и соратником. Некромаги озвучат во всеуслышание, что третьей женщиной в сгоревшем поместье была ты. Ты знаешь, кто там был на самом деле?

– Внучка няни, Ильма, ее родители живут в Софиграде.

– Мы это решим. Похороны организуем как положено. Император выделит на это средства и ресурсы – отозвался директор, делая какие-то пометки своим самописцем – мы очень сочувствуем твоей утрате, Тарина. Но, думаю, ты осознаешь, что лучшим решением для тебя будет исполнить волю наставника и покинуть Западное Приморье, не посещая поместье, от которого почти ничего и не осталось. Столица большая, а ты… ты Тарина Багряная, будущий младший мастер, очень сильный маг-универсал, который имеет все шансы примкнуть к Ордену вольный магов, поняла меня?

– Поняла – повторила я послушно, почти не вдумываясь в только что сказанное мне мастером. Слишком велика была та пустота, которая разрасталась внутри меня.

Куратор удрученно покачал головой, подошел ко мне, помог подняться с кресла и по-отечески обнял меня за плечи. Мастер Шинар Гром не был склонен к подобным жестам, поэтому я с благодарностью прижалась к нему, понимая, что хотя бы здесь останутся те, кому на мою дальнейшую судьбу точно не наплевать.

На прощание я уважительно кивнула директору Приморской магической школы, взгляд которого был полон сочувствия, печали и участия, сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы хотя бы немного сохранить контроль над своими чувствами, и покинула кабинет куратора, упав на пол и разрыдавшись лишь зайдя в комнату, из которой завтра уезжала в неизвестность, потому что дома у меня больше не было.

Он сгорел вместе с единственными родными мне людьми.

***

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Я ненавидела пожары, но любила смотреть на огонь, как на что-то медитативное, опасное и в то же время притягательное. Да и огненные заклинания из арсенала стихийников получались у меня лучше всего. Издевка судьбы, не правда ли?

Пока мы со старостой Больших Валунов спешили к горящему домику травника, зарево от которого поднималось почти до неба, озаряя село ярким светом и превращая глубокую ночь почти что в день, я невольно возвращалась мыслями к сгоревшему остову собственного дома, который посетила только через весну после пожара, отправляясь туда в первые же каникулы в статусе студентки Софиградского магического университета.

Даже спустя многие месяцы после случившегося там пожара, черные от копоти стены разрушенного поместья семьи Балард вызвали у меня такой всплеск эмоций, что я еще несколько часов после увиденного не могла прийти в себя. Сидела и пустым взглядом смотрела на море, как когда-то смотрела туда же моя мама.

Останки мамы вскоре после моего отъезда из Приморской школы были развеяны пеплом, как и полагалось поступать с почившими членами аристократических семей. Как я и обещала директору Горию, на этой церемонии я не присутствовала.

Няня Серафима была похоронена на кладбище в Софиграде. Я ходила на ее могилу на каждый нянин день рождения в начале весны. Что случилось с ее внучкой, я не знала, но судя по отсутствию могилы, ее прах развеяли вместе с маминым.

По данным, доступным для обычных людей, Тарина Балард погибла в пожаре. Император знал, что это не так, но сохранил мою личность в секрете, когда я посещала его после переезда в столицу. Во время этой встречи мы говорили большей частью о моих планах, о желании примкнуть к Ордену, об учебе, о папе и маме. По официальной информации случившееся с мамой и няней было несчастным случаем, но после того, что я узнала, изучая историю своей семьи, я понимала, что это может быть совсем не так.

Мастер Нол покинул лечебницу сразу после выздоровления от ожогов, но так и не вернулся в Софиград и ни разу не выразил желания встретиться со мной, хотя, думаю, смог бы меня найти, если бы захотел. А вот я его искала. Искала и наконец-то, кажется, нашла.

***

Узнав о том, что горит дом тана Роша, такой уютный, теплый, как-то особенно мне близкий, я испытала настоящую ярость, смешанную с тревогами о старого травнике и не по годам умном и серьезном Лаврике, которого я не захотела брать помощником. Эта ярость и желание приложить все усилия, чтобы помочь, подгоняла меня бежать со всех ног, приближаясь к месту трагедии на пределе своих сил.

По дороге к нам присоединялись другие выскакивающие из домов жители села. Кто-то уже наполнял бочки водой из ближайшего к опушке леса колодца.

Люди, и мужчины, и женщины, и старики, и подростки, становились в цепочку, передавая друг другу ведра с водой и пытаясь заливать вырывающееся из выбитых огнем окон пламя. Крыша пока не горела, огонь затронул только внутреннюю часть дома, но даже с учетом того, что местные дома были полностью сделаны из слабо горючей сосны, исключать распространение пожара на весь дом я бы не стала.

Кто-то из жителей села выводил лошадей и выкатывал телеги, чтобы быстро переправить бочки с водой от колодца к горящему дому.