Лидия Рыжая
Я подчиняю

Пролог

Около года спустя. 01 сентября 2023 года

Ленивое солнце нежится за горизонтом под периной облаков, которые скрываются за макушками высоких деревьев. Местами встречаются бурые елочки, а где-то пышные и зеленые. Из-под земли торчат грибы, привлекая к себе мои взгляды. Папоротник еще не созрел, свисающие с изнанки листьев спорангии маслянистые на вид. Это единственное, что я знаю о папоротнике, помимо того, что на вкус листья должны быть кисленькими.

Я размашисто меряю берцами мох, продвигаясь по лесу по почти заросшей тропке.

Позади меня оставлена чаща и судя по координатам я должна была прийти к цели еще час назад.

Я иду почти что наобум, имея хорошую возможность потеряться совсем, но все равно упрямо передвигаю ноги.

В пяти километрах отсюда на парковке припаркована арендованная мной машина. Прямо рядом с начинающимся лесным массивом.

Глаза смотрят не на туман в низине, а на шелестящую траву под подошвой, ноги шагают вперед уже без особого направления.

Сбоку жужжат комары, сзади потрескивает и поскрипывает, подгоняя меня вперед.

С осторожностью сапера перебираюсь, утопая в рыхлой почве, где-то перешагивая через ветки, где-то переползая или перепрыгивая.

От неудачных приземлений кожа на ладонях начинает саднить, спина ноет, а раз я даже заваливаюсь на рюкзак, взмахнув ножками вверх.

Отличная передышка, только вот вымазалась вся.

Впереди меж деревьев замечаю просвет и иду к нему. Желтый яркий свет. Мне не показалось.

Подныриваю под поваленный ствол, хватаюсь за торчащую ветку и передо мной наконец появляется искомое – двухэтажный добротный дом из бруса.

Огромный особняк с панорамным остеклением второго этажа смотрится очень величественно, разместившись прямо среди густого смешанного леса.

– Хорошо спрятался, – выдыхаю, оглядывая большой дом.

Мой прицельный взгляд сразу отмечает, что не один миллион рублей сюда был вложен. Я бы сказала приблизительно тысяч четыреста долларов…

Заметно, что на материалы денег не пожалел. Брус нынче стоит бешеных денег.

Присвистываю, одобряя, вложенный гонорар за мою шкурку. Куда оставшуюся сотню дел?

Оглядываюсь на чащу позади. Интересно только, как довез все сюда в такую непролазную лесную глушь. Пока шла, чуть в болото не провалилась.

– И с препятствиями еще, – высказываюсь вслух, отчищая грязь с ботинок.

Выдыхаю и иду вперед.

В этом доме находится Матвей, судя по присланной мне информации от Ахмеда ранее.

Он давно уже здесь обитает, спрятавшись от всего мира. Где-то с полгода.

– Ну, привет, – шепчу я, подбираясь к дому в открытую, ведь скрываться нет смысла. – Давно не виделись.

А за спиной у нас с ним только обида и горечь, тянущиеся за нами шлейфом воспоминаний.

Вылавливаю его на втором этаже, встречаясь с ним взглядом.

Хмурый. Серьезный. Отталкивающий.

Ежусь от осознания, что мне здесь не рады.

Я бы и сама не пришла, если бы не одно но.

Оглядываюсь, проверяя обстановку. Постоянное ощущение, что за мной следят стало уже привычным чувством в последние два месяца.

Матвей смотрит на меня через окно второго этажа, встретившись со мной прямым взглядом.

Мужчина сидит в кожаном кресле и не двигается, свысока наблюдая за моим приближением.

Будто током пробивает все тело. Только сейчас понимаю, где я и зачем. Я же пришла к Матвею!

Черт. После всего, что было сделано?

Хищно, опасно, проникновенно.

Выставит меня сразу или выслушает? Не пожалею ли я, что пришла?

Он не желает меня видеть. Я это знаю… После произошедшего никто бы не захотел.

Глава 1 Прекрасный завтрак

26 марта 2023

«Здравствуйте, хотела бы записаться к вам на прием», – строчу я смс очередному психоаналитику.

Какому по счету? 10? 20?

Прикрываю глаза, пытаясь вспомнить, сколько же их у меня за эти полгода было.

Улыбаюсь, улавливая солнечный луч, проникнувший через окно прямо в глаз. Жмурюсь.

За последние месяцы я написала и встретилась с множеством психотерапевтов, подбирая, перебирая и выбирая.

Не ладится у меня с ними. Ну, никак. Самый стойкий продержался месяц, а потом отвалился, сообщив, что у него слишком много клиенток и он вынужден со мной проститься.

Жаль. Александр мне нравился. До поры до времени, пока я в определенный момент не поцеловала его. Наверное, это и дало трещину в наших отношениях.

Я не уверена.

Морщусь, анализируя события той давности. Рука автоматически тянется к кулону, который я склонна теребить при сильной задумчивости.

Надо ли что-то добавлять к смс или так подойдет?

Я не ощущала к тому мужчине притяжения. Мне просто хотелось узнать, какие чувства я испытаю, если его поцелую. Собственно, все.

Несмотря на весь прихоанализ, проведенный со мной разными терапевтами, я никак не могла выкинуть Матвея из головы.

Хотелось сравнить свою реакцию.

На Матвея же я тогда среагировала. А на Александра у меня будет похожее?

Отнюдь…

Поцелуй оказался сухим, неинтересным, антивозбуждающим, что мне расхотелось больше так внезапно целовать мужчин. А потом мне пришел от него отказ в продолжении лечения.

Ну, вот. Возможно, это было первым этапом на пути моего излечения?! Кто так с пациентками поступает?

Я не особо переживала по этому поводу, но испытывала раздражение: снова искать кого-то, рассказывать свою историю с самого начала… Утомительно.

Откусываю хрустящий круассан, наслаждаясь его свежестью, и запиваю его любимым капучино. Прекрасный завтрак.

Особенно шикарный, если он в Париже.

Все же Матвей во мне что-то изменил. Я перестала бояться некоторых вещей. Тех, что вызывали у меня любопытство.

И мне это нравилось.

«Буду крайне благодарна, если время будет обеденное или послеобеденное. Вам предпочтительнее общаться на русском или французском? Я, знаете ли, проездом, и в этом языке не так сильна».

Решаюсь дополнить все же смс.

Получаю быстрый ответ:

«Здравствуйте, Мария. Да, я русский. Проблем с пониманием у нас не возникнет в любом случае. Помимо французского и русского могу выслушать вас на английском. Готов встретиться с вами в указанное вами время завтра или послезавтра. Обед и после обеда у меня свободно».

Отлично. Вот и договорились.

«Прекрасно. Давайте завтра в 15-00. В знак благодарности готова по дороге захватить вам кофе или чай, если скажите какой вкус предпочитаете».

Смотрю в окно и прихлебываю кофе.

Меня встречает Эйфелева башня во всем своем великолепии. Окно приоткрыто и свежий воздух добирается до моих оголенных плеч. Никогда не думала, что из множества непревзойденных стран, где меня не было, первым посещу этот город.

"Лучше встретимся с вами в кафе. У меня избирательные взгляды. Покажу вам, где варят настоящий вкусный кофе".

Скрещиваю руки на груди и обхватываю плечи. Зябко.

К полудню должно быть потеплее, судя по прогнозу в приложении, а пока я накидываю сползший банный халат на свое тело.

Прекрасное настроение. Отличный отель с номером люкс и двойным балконом, на котором можно даже загорать. Ну, все удобства!

– Уже встала? – ухмыляется полуголый мужчина, проходя мимо меня в трусах и накинутом махровом халате нараспашку.

Люкс выбирал Кир. А он-то любит все самое комфортное.

То, о чем я мечтала последние годы, наконец сбылось. Я и мой мужчина рванули в романтическое путешествие, открестившись от всего мира.

Он целует меня в макушку и в это время тянется через меня и берет круассан с шоколадом. Мой любимый, кстати.

Но я заказала два. Знала, что так будет. Кир всегда покушается на мои любимые блюда.

– Да. Что-то не спалось, – улыбаюсь я и целую в губы, склонившегося надо мной мужчину.

– Сладкая моя, – шепчет он мне, подаваясь ко мне и зарываясь в мои волосы. – Девочка моя.

Приступы нежности у Кира стали случатся постоянно. Айсберг сдвинулся и растаял прямо у меня на глазах, а вместе с ним выплыла вся чувственность, которую он от меня до этих пор скрывал.

Оп-па. Ощущаю его руку на своем бедре. Еще немного и меня снова унесут в постель.

Не не не! Мы итак, два дня здесь, а никуда еще не выходили из отеля.

– Как на счет прогуляться до Эйфелевой башни? – спрашиваю Кира, поворачиваясь к нему спиной.

Я сижу на стуле с задранными ногами в своем махровом халате, косматая, неумытая…

Но на душе хорошо и это самое главное.

Он бросает на меня горячий взгляд и вздыхает, ощущая мое настроение.

– Может завтра? – морщится мужчина, присаживаясь рядом и вылавливая с подноса апельсиновый сок. – А газету принесли?

Подаю ему газету, отложенную мной в сторону ранее, и пододвигаю весь поднос. Я уже перекусила. Возвращаюсь к телефону.

– Кому пишешь? – заинтересованно посматривает на телефон.

– Психоаналитику, – отвечаю просто. – Здесь решила сходить…Нашла его еще неделю назад. Все пишут, что он решает проблемы за один сеанс.

И он понимающе кивает.

– Он русский-то знает? Или ты жестами предпочитаешь? – не удерживается от ехидства.

Глаза горят задором. Ну, мальчишка, ей-богу. От прежнего эгоистичного, самовлюбленного мужчины не осталось и следа, словно по мановению волшебной палочки. Или это отдых так способствует?

– Жестами предпочитаю, – отвечаю сухо, возвращаясь к ответу Йонаса.

«Буду вас ждать в кафе "Tres bien". Скину координаты. Оно в центре. А затем прогуляемся».

Улыбаюсь от его манеры общения. Прогулка – лучший способ втереться клиенту в доверие.

Уж я-то знаю.

Глава 2 Прогулка

Мы все-таки выбираемся из отеля на первую прогулку.

И мне непривычно наблюдать эти маленькие, часто встречаемые узенькие улочки с невысокими домиками еще тех лет постройки. Нет привычного мне шумного, пыльного мегаполиса с бесконечно спешащими толпами народа, уносящими тебя в любую другую сторону, но не ту, которую тебе нужно.

Меня встречают бесконечно-разные ароматы Парижа, которые расползаются по улицам, пленяющим своей загадочной атмосферой. Вслушиваюсь в интересную, но такую странную для меня французскую речь. А еще я могу подглядывать за местной жизнью прямо в раскрытые настежь окна первых этажей.

Мы проходим по старому мосту и идем в сторону Лувра, судя по моему навигатору. У нас нет определенной цели, мне все интересно. Кир же поддерживает меня в моем любопытстве не настаивая на посещении чего-то определенного. Он был здесь неоднократно и уже все видел. И знает французский язык довольно неплохо.

Удивительный город не похожий ни на один другой. Множественные ароматы выпечки, запах кофе, веселые выкрики добродушных местных граждан.

Очень много кафе на разный вкус, глаза разбегаются.

Туриста от местного очень легко отличить. Все туристы расслабленные с улыбками на своих лицах, задерживаются у любого отличного от всех дома или встречного монумента, фотографируясь на их фоне, обсуждая каждую деталь. Им вторят владельцы кофеен и закусочных. Остальное население более деловое, спешит по своим делам, поглядывая на наручные часы на своих руках.

Мы неспешно прогуливаемся с Киром, держась за руки и направляемся в сторону главной достопримечательности. Заглядываем по пути в разные магазинчики в поисках сувениров.

Приходит смс от Ахмеда, с которым я всегда на связи:

"Все ок? Жду сигнала".

Мы заходим в антикварную лавку со старой масляной лампой на витрине, будто из сказки про Аладдина.

"Ок" – строчу в ответ и поглядываю на Кира, который заинтересованно разглядывает антикварную брошь с синим камнем в серебряной оправе.

Вот за что зацепился его взгляд. Не за лампу.

Продавец, мужчина средних лет с залысиной в круглых очках поясняет ему что-то на французском, доставая вещицу с витрины.

– Поговаривают, эта брошь принадлежала жене Наполеона, – переводит мне Кир и подмигивает.

– Жозефине? – спрашиваю с интересом, вспоминая и вторую его жену из Австрии.

Припоминаются слова из статьи о Наполеоне Бонапарте из журнала.

Но любовь его была неугасаемой только к Жозефине…

Его последними словами перед смертью были: «Франция, армия, глава армии, Жозефина».

И продавец кивает, узнавая имя.

– Ну раз Жозефине, то надо брать, – улыбаюсь я, разглядывая ценник. – Тем более за 100 евро. Где тебе еще так повезет с такой невысокой ценой. – Уже хихикаю открыто.

Кир улыбается, подтверждая мои догадки о брошке, а я лишь стою и любуюсь им.

Посвежел, морщинки разгладились, оттенок лица стал персиковым, глаза наполнились живостью.

Нужно было пережить огромную проблему, чтобы достигнуть той самой идиллии ,к которой я так стремилась…И как только к ней пришла, как ожидаемое удовольствие меня покинуло.

Я так ему и не сказала, что все произошло с подачи его бывшей жены.

Полагаю, что если бы он захотел узнать, то уже давно раскопал бы все самостоятельно. Я почти уверена, что он не в курсе произошедшего.

Ему было все ясно тогда: я изменила ему с каким-то хлыщом. Сама. Без давления. Смысл что-то еще раскапывать?

Отворачиваюсь к окну, чтобы он не заметил грусти в моих глазах.

Всего несколько месяцев назад я была на самом дне.

А теперь. В Париже. С Киром.

Он, конечно, не зовет меня снова замуж… Но я и не хочу. Мое отношение поменялось. Я уже не та прежняя Марта.

Если бы не Ахмед, то вряд ли мы были с ним вместе.

– Ну что, пойдем? – улыбаюсь я Киру.

– Да, минутку, – он идет к прилавку, отсчитывая деньги за покупку.

Кир все же покупает эту интересную брошь, а затем берет меня за руку и мы выходим из магазина.

Глава 3 Йонас

Залог успешного дня – прекрасное утро.

Прекрасное утро состоит из нескольких факторов:

1. Неторопливое пробуждение.

Я медленно просыпаюсь, ощущая приятное послевкусие от своего сказочного сна. Рядом спит Кирилл, охраняя мой сон своим мерным посапыванием.

2. Солнце, пробивающееся через занавески и дарящее радость нового дня.

Солнечные зайчики играют на стене и иногда заглядывают на мою сторону постели, шаловливо перепрыгивая к Киру и возвращаясь обратно.

3. Щебет птиц.

Их чириканье доносится до меня мелодией, что хочется слушать бесконечно.

4. И, конечно, же отличная новость.

Она у меня впереди. После встречи с Йонасом. Я уверена. Здесь не может быть иначе.

До обеда я занимаюсь своими обычными делами: завтракаю уже привычными круассанами с шоколадом и вкусным кофе, одеваюсь, перебираюсь на балкон, чтобы успеть почитать книгу к пробуждению моего кавалера.

Кир в этот раз немного абстрагируется от меня, уплывая в свою работу. Теряю его из вида до обеда.

Он занимает отдельную комнату, запускает ноутбук, звонит по телефону, – я слышу его громкий голос, периодически раздающийся из-за закрытой двери. И иногда в перерывах крадет еду с подноса, заказанную мной для перекуса.

Время неумолимо движется к трем часам , а в Париже еще 14-00, следовательно, пора выходить.

Я целую Кирилла и обещаю быть к 17-00 обязательно.

– Давай ненадолго там, – говорит он мне вдогонку и сразу же забывает о моем существовании, переключаясь на экран ноутбука.

После долгих разговоров мы все же пришли к договоренности о взаимном доверии, как бы это странно не звучало. Я согласилась на продолжение наших отношений при условии, что он даст мне свободу и перестанет ревновать к каждому столбу. В свою очередь я пообещала то же самое.

И он принял это условие. Скрепя сердце.

Когда мне после того уничижающего меня инцидента, опорочившего мою личность на весь интернет, позвонил Ахмед и попросил вернуться к Кириллу, я сначала не думала, что такое возможно. Согласилась не раздумывая в ответ на его поддержку, предполагая, что в дальнейшем у нас с Кириллом все же ничего не получится, хотя бы потому что он не способен на прощение. И я была готова пожать плечами, извиниться и сказать Ахмеду, что сделала, что могла.

Все же Матвей меня изменил. Мне кажется, сам того не желая.

По уверениям Ахмеда выходило, что Кир полностью раздавлен и только и мечтает о моем возвращении. И это казалось нереальным.

Но Кир пришел ко мне через 2 недели после нашей прощальной встречи.

Без предупреждения завалился ко мне, будто к себе домой.

Он был в еще более ужасном состоянии: грязные волосы, иссохшее от голода тело, глубокие синяки под глазами. Небольшой тремор, символизирующий повышенную нервозность. По его виду было заметно даже невооруженным взглядом, что он пил не переставая всю неделю.

Поникший и измученный. Я не узнала его поначалу.

Где был тот самец, который привлек меня одним своим недовольным взглядом и властным взмахом руки?

То, что он говорил мне, расположившись в коридоре моей квартиры было еще ужаснее.

Обвинял меня. Кричал на весь дом, что я шлюха… Добавляя к этому слову синонимы и множественные эпитеты, что первоначальное оскорбление уже казалось мне комплиментом под конец его избирательного повествования.

Почему-то в тот момент он мне показался жалким. Несчастным человеком, которому причинили много боли и он никак не мог смириться с плохим завершением истории. Несмотря на то, что жертвой вроде была я. Но я смотрела на него и понимала, что он тяжелее воспринял мою измену, чем я сама.

Для того, чтобы начать новую главу книги, нужно завершить и принять предыдущую, независимо от того нравится тебе сюжет или нет. Иначе продолжения не будет.

В жизни нельзя выбросить реальность, как книжку в мусорку и забыть, требуется принятие.

Кир отказывался завершать эту главу, не хотел идти дальше.

Он кричал на меня в яростном запале, обвиняя во всех карах и приписывая мне дополнительные измены со всеми подряд: официантами, курьерами, прохожими. Придумывал статусы пониже, чтобы сильнее зацепить меня.

Припомнил мне всех мужчин, к которым меня приревновал ранее. И уже я не смогла вынести его пустых обвинений в свою сторону, выдержав только минут десять этой омерзительной речи, и вместо того, чтобы вызвать полицию, потому как выставить его за дверь не получилось – позволила себе возвратить все нелестные слова в его адрес.

Припомнила ему беременную любовницу, его друзей, которые косо на меня поглядывали, обвинила в том, что мало времени мне уделял и не заботился должным образом. Вспомнила его непонятное поведение и секреты, которые были мне уже поперек горла вместе с той блондинкой.

Потом случилось то, что казалось неизбежным. Таким же неизбежным, как остановить время.

В самый накал страстей и взаимных оскорблений, я бросилась на него дикой кошкой, чтобы ударить или хотя бы оцарапать, причинить ему такую же боль, которую он приносил мне словесно, а обнаружила себя, пригвожденной к стене. Он удерживал меня, гипнотизируя своим черным взглядом, пока я продолжала запальчиво обвинять его в произошедшей измене, приводя множество фактов ему в вину, бравируя и распаляя его.

И замолчала я только после того как его губы припечатали грубым поцелуем мой рот.

Нам обоим нужно было выплеснуть накопившийся негатив. Что может быть лучше, чем выплеснуть его в совместном сексе?

Он повалил меня на пол, даже не удосужившись закрыть приоткрытую дверь или раздеться должным образом, в то время как я уже стягивала с него все, до чего могла дотянуться, целуя, кусая, царапая и испытывая от этого дичайший кайф.

Конечно, чувствовалась злость и обида в каждом его движении, поцелуе, рывке. Все хаотично, некультурно с элементами садизма. Доставляя мне боль, он заставлял в то же время меня стонать от наслаждения, самоутверждаясь.

Особенно мне запомнился момент с удушением. Этот мужчина смотрел в мои глаза, в то время как я корябала его руку своими ногтями, пытаясь высвободиться.

Мне дико не хватало воздуха. Пригвожденная к полу, с раскрытыми от ужаса глазами, я задыхалась, открывая рот и безуспешно закрывая его, а он лишь наслаждался моим страхом.

Кир насаживал меня на себя, словно демон, получающий от моих мучений удовольствие, удерживая рукой за шею и властно шептал мне, что я принадлежу только ему. Его игрушка, его марионетка.

Легкий, нежный поцелуй, коснувшийся моих губ напоследок, когда я уже терялась в забвении и я получила долгожданную свободу.

Это было незабываемо. Настолько чувственно и сильно, что я еще долго не могла отойти от такой его агрессии.

Он все еще оставался моим мужчиной, невзирая ни на что… Так быстро невозможно забыть человека, которого безумно, бездумно любила все это время.

Но что-то нарушилось. Появилось охлаждение. Я не понимала, почему и как.

Кир тогда ушел сразу же, приходя в себя, наспех одеваясь. Он бросил на меня мимолетный взгляд и не сказав ни слова, вышел в приоткрытую дверь.

Я очень надеялась, что никто из соседей мимо не проходил в тот момент. Снова вылавливать видео с собой в интернете, но уже с другим кавалером мне не хотелось.

Не было каких-то негативных эмоций или чувств к Кириллу после нашего контакта. Я отчетливо понимала на что соглашалась.

Наверное, хотела с ним попрощаться таким способом. Возможно, мне нужна была именно такая точка? Или ощущала свою вину и давала возможность отомстить так своеобразно?

Не знаю, я не психотерапевт.

Но ему тоже вероятно, нужно было встретиться со мной, чтобы понять для себя что-то.

Он не должен был больше вернуться. По всем законам жанра.

Но он снова пришел ко мне спустя неделю….

Натыкаюсь на вывеску кафе «Tres bien» и пишу смс Ахмеду.

– Я у кафе Tres bien, – отправляю координаты и захожу внутрь.

В помещении за несколькими столиками только две парочки. Одиноко сидящего мужчины здесь нет. Йонаса нет.

Меня накрывает волнение. Почуял? Узнал каким-то образом, что именно я приду?

Испытываю разочарование. Трепет покидает мое тело, оставляя неприятное ощущение и грусть.

Прохожу вперед, оглядывая антураж и внутренний интерьер, размышляя над тем, что же делать дальше: присесть подождать или уже нет смысла?

Мой взгляд скользит по барной стойке с баристой, мужчиной лет семидесяти на вид, увлеченно разговаривающим с одним из посетителей. Делаю шаг к нему.

Закажу-ка я капучино, раз я здесь.

Он отметил, что здесь отличный кофе. Хоть как-то себя порадую.

На душе кошки скребут. Я столько к этому шла. Скольких я психов прошла, чтобы найти его?

Каждый раз Ахмед давал мне наводку и я рвалась в то место. Матвей вернулся в Россию где-то через несколько месяцев и я выискивала его, пытаясь угадать его новое имя, надеясь, что увлечение психотерапией все же скажет о себе.

Но неизменно я встречала не того, кого искала. В какой-то момент я даже подумала, что пора отказаться от своей затеи, ведь Ахмед, пообещавший оказать поддержку в этом вопросе сообщил мне, что сам лезть к Матвею в открытую не будет. Сослался на Евлампию, чьим любовником он был и поведал, что проблем с влюбленными женщинами не хочется иметь.

Его люди ненавязчиво отслеживали перемещения Матвея в аэропортах, о чем он сообщал мне. Также он был готов отправить своих ребят мне в помощь, если я пришлю ему координаты и задержу до их появления.

Такая себе поддержка. Но хоть что-то.

И вот я уже почти что опустила руки, как Ахмед прислал мне очередные координаты Матвея. Париж. В этот раз он оказался более дружелюбным и даже раскопал его новое имя: Йонас.

И я убедила Кира полететь отдохнуть в Париж сразу после того, как спустя неделю поисков нашла предложения услуг психолога Йонаса на французском сайте.

Благо, есть перевод, иначе бы я ничего не поняла. Еще и непонятно было, тот ли это Йонас. Но я рванула к этой песчинке, после пары уточняющих смс от Ахмеда, из-за которых пришлось на него чуть ли не надавить. Ну никак не хотел он мне помогать в этом вопросе.

И что в конечном итоге? Спугнула…Не стоило писать про русский язык. И кофе тоже. Вот, где ошибку допустила.

Корю себя за проделанные оплошности, понимая, что снова откатилась назад в своих поисках. Только теперь он знает, что я его ищу. Теперь еще сложнее будет его найти.

– Miss…

Мужчина с седыми волосами смотрит на меня с добродушной улыбкой. Он ниже меня ростом. Совсем уже старичок. На нем старенькая фланелевая рубашка и подтяжки.

– Капучино, плиз, – улыбаюсь хозяину кафе.

Я плохо знаю французский язык, но неплохо говорю по-английски. Надеюсь, он меня понял. И не сделает какое-нибудь мороженое или шоколад со вкусом «капучино».

Он что-то быстро говорит на французском языке, что не успеваю уловить. Хотя, даже скажи он это медленно, вряд ли бы поняла.

В голову приходит мысль, что надо дать отбой ребятам Ахмеда. Достаю телефон из сумочки, но бариста снова привлекает мое внимание.

Он кивает в сторону окна и я переключаю взгляд. Понимаю, что он спрашивает с собой кофе сделать или я выпью его здесь?

И меня прошибает в этот момент. Мой взгляд утыкается в веранду и я застываю, словно молнией пораженная.

В этом кафе есть веранда! Во внутреннем дворике. Прямо за стеклянными дверьми, куда я смотрю сейчас.

– Уи, – отвечаю наконец согласием, обескураженная своим открытием и киваю в сторону веранды.

Мое сердце начинает громыхать в груди, передавая испытываемую мной тревогу.

Вглядываюсь в столики на улице, пытаясь заметить искомый объект, и в то же время опасаюсь его встретить там.

Всего три столика у кафе и один из них занят мужчиной с газетой. Вижу только его руку с часами.

Мгновенно узнаю их.

Меня охватывает дрожь. Я пялюсь на фигуру и уже знаю, кто передо мной.

Боюсь. Жутко боюсь.

Я так долго к этому шла… И вот. Последний рывок. Осталось всего ничего, а я не способна сделать и шага.

Впервые мне хочется повернуть назад.

Я вся в напряжении. Вот-вот случится то, к чему я шла эти месяцы.

В это романтическое путешествие поехала с Киром только по одной причине. Он был здесь.

Матвей часто менял положение, испаряясь так же быстро, как и появлялся.

Заметив за ним его любовь к психотерапии я сделала ставку на то, что как только он немного расслабится, то вернется к этому увлечению и оказалась права.

Романтик. На этом и попался.

Делаю несколько шагов вперед и открываю стеклянную дверь. Глубоко вдыхаю, ощущая нехватку воздуха. Душно. Выхожу на веранду.

Подхожу к мужчине с газетой и присаживаюсь на стул напротив.

– Здравствуй, – говорю я спокойно, а внутри меня все мечется в хаосе ощущений.

Глава 4 Месть

Синее поло. Газета полностью скрывает его лицо, я вижу только его синее поло, часы на руке. Но я уже уверена в том, кто передо мной.

Меня окутывает его запах. Ни с чем не спутать. Я утопаю в нем, испытывая сильное возбуждение.

Я так страшилась увидеть Матвея, что мой глаз начинает дергаться в этот момент.

Отлииичное начало!

Газета плавно уходит в сторону, как только я произношу приветствие. И я натыкаюсь на этот проникновенный взгляд синих глаз, в котором тут же пропадаю, теряюсь.

Боже. Мое сердце трепещет. Я ровно дышу, хотя дыхание так и норовит сбиться от нахлынувших на меня эмоций. Приходится его контролировать дополнительно.

Матвей. Загорелый, красивый, полностью выцветший блондин… Как же ему идет этот образ.

Прекрасный красавец с белейшими, ровными зубами, которые сейчас выделяются на фоне оливкового загара.

Хочется ущипнуть себя за коленку, чтобы отрезветь. Я для чего здесь появилась? Чтобы отомстить, а не расплыться жижицей. Этот человек всю мою жизнь на кусочки разбил!

Немного отпускает. Начинаю костерить его еще больше и напоминать себе о всех его проделках.

Видео. Секс. Обман. Ложь с первого взгляда.

– Привет, красавица.

Меня обдает волной жара, холода, паники.

Черт. Писать хочу. Я слишком стала чувствительной.

Если я попрошу его обождать и сбегаю в туалет? Он уйдет?

Ха-ха.

Ни капли удивления в его глазах. Приветливая улыбка. Только печаль прослеживается.

Правильно, печалься по своей сломанной судьбе! Сколько она тебе заплатила?! Неужели этих денег стоит моя сломанная жизнь?

– Ты стала еще более обворожительной, – выдает он, разглядывая меня в белом костюме.

Ох уж этот голос. Подавляющий.

Он раздевает меня глазами.

Слежу за ним, определяя во взгляде все чувства, вспыхнувшие в этот момент. Страсть, любопытство…

Я специально надела этот костюм с вырезом на груди и открытой спиной.

Моя стройная фигура в нем смотрится идеально.

И хоть для ранней весны он легковат, но что поделать. Пусть он запомнит меня такой. Красивой, свободной. Легкой!

Я протягиваю ладонь и накрываю его руку своей.

– Только благодаря тебе, – шепчу я с улыбкой.

Издевка в моем голосе так и плещется.

Он косит свой взгляд на мою руку без кольца. А я на его…

Сердце пропускает удар.

А его рука с кольцом… Обручен. Женат?

Вся радость от встречи пропадает моментально. Испытываю жалость к себе. Даже сейчас в таком положении я где-то внутренне позволила себе надеяться…?

Серьезно? Ужасно!

Испытываю негодование на саму себя за недостойное поведение: невовремя проснувшееся влечение, желание поцеловать…

Само собой у него есть невеста. Я что, думала, он обвел меня вокруг пальца и мечтает о встрече со мной, чтобы увезти в теплые края?

– Какими судьбами во Франции? – спрашивает он у меня.

Мы сидим с ним за столиком, жмурясь в солнечных лучах и разговариваем, как старые приятели. Только в груди моей все клокочет…

Мне приносят кофе и я благодарю улыбчивого француза, забирая пластиковый высокий стаканчик из его рук.

– Романтическое путешествие, – подмигиваю ему. – А ты? Обручен? – Бросаю ему вопрос, даже не задумавшись от возможного эффекта.

Он меня интересует больше остальных.

Мужчина никак не выдает беспокойства. Наверное, потому что уверен, что бояться нечего?

– Я же просил меня не искать, – качает он головой, приглаживая взлохмаченные порыв ветра волосы. – Зачем?

Пожимаю плечами. Ответа так и не получила. Следовало ожидать.

– Наверное, просто хотела взглянуть тебе в глаза. И узнать, сколько она тебе заплатила.

Я знаю ответ на этот вопрос. Я просто не говорю ему, почему на самом деле пришла. Я действительно хотела взглянуть на него. Поговорить с ним.

Ожидала, что он бросится к моим ногам? Нет, не ожидала, но возможности не исключала.

И возможно я бы его простила. Мне многого не надо. Когда влюбляешься в человека, ты прощаешь его за любые прегрешения. Наверное, я родилась какой-то бракованной. Влюбляюсь только в мудаков.

– Пятьсот тысяч долларов, – отвечает он честно.

На его лице серьезность. Ни капли насмешки.

– И на что ты их потратил?

Не знаю, зачем задаю вопрос. Я пришла, взглянула на него. Убедилась, что это всего лишь была игра. Что еще мне нужно?

– Еще не потратил.

Он крутит кольцо на своем пальце.

– А как же Евлампия? – бросаю взгляд на его руку.

Мне страшно. Боюсь, что он ответит, что невеста Евлампия.

– С ней все завершилось еще полгода назад.

Оу, мистера прозорливость потянуло на откровение? Думаю, какой вопрос задать, чтобы вытянуть немного правды.

Звонит телефон. Выуживаю трубку из сумки.

– Я хотел сказать, что отойду на часик…

Кир. Его бас разносится за пределами трубки, сообщая остальным, с кем я разговариваю.

Теперь он старается меня предупреждать о своем уходе.

Хоть Матвея благодари. После вынужденной перезагрузки мой мужчина изменился до неузнаваемости.

– Да, конечно. Когда будешь?

– Часам к семи. Идет? Дождешься меня? Не уйдешь?

Я наблюдаю за Матвеем в эту минуту. Ухмылка, которая была на его лице при звонке вдруг сошла на нет, а в глазах поселился страх.

– Это что, Кир? – вдруг спрашивает он, подаваясь ко мне вперед и нависая надо мной.

– Да. Пока, – быстро вешаю трубку, чтобы Кирилл не услышал.

Матвей уже берет себя в руки и подается назад, но он напряжен.

– Это Кирилл? – не верит он своим ушам.

Я киваю.

– Неожиданно, да? Так пытались с Евлампией нас разлучить… А тут на тебе. Мы все равно вместе.

Рисую перед его оскалом пальчиками сердечко в воздухе.

– Глупая! – качает он головой, мгновенно меняясь в лице.

От прежнего красавца не осталось и следа. Передо мной дикий зверь, готовый меня растерзать.

– Это ты глупый! – отвечаю я ему на повышенных тонах, приподнимаясь и отступая в сторону входа. – Надеюсь ты запомнишь на будущее, что так делать больше не стоит! Жертва может и постоять за себя.

Я поворачиваюсь и иду через кафе на выход, а он бежит следом.

– Ты не понимаешь. Тут все не так просто, – рычит он, достигая меня.

Матвей пытается схватить меня за руку, но легко уворачиваюсь.

У него безумный взгляд. Он реально боится. Чего только?

Наплевать.

В кафе заходит группа мужчин в бронежилетах и солнечных очках. Эдакая спецкоманда.

Лысые, с пистолетами в руках, как на подбор. Ахмед их специально подбирал по отражению на макушке?

Очень вовремя пришли. Или они ждали, когда мы договорим?

«Что с ним сделать?» – приходит мне смс, пока я наблюдаю за тем, как Матвея хватают сразу пятеро. Он не сопротивляется даже. Смотрит мне в след настороженным взглядом. Его руки заламывают за спиной, вынуждая склониться к полу.

– Уходи от него! – кричит он мне в запале, пытаясь вывернуться так, чтобы посмотреть на меня.

Беспомощный робкий взгляд.

И вот он уже стоит на коленях в окружении группы лиц.

Таким я тебя и запомню.

Я посылаю ему воздушный поцелуй и выхожу из кафе.

«Пусть ноги ему переломают», – пишу в ответ.

Пусть знает. Я испытываю гордость от того, что все-таки добилась своего и эта глава для меня завершилась.

Все эти месяцы я только и мечтала о том, чтобы найти его и отомстить. Если сначала я хотела его смерти, потом мечтала о том, чтобы его долго и нещадно мучили… То теперь, глядя ему в глаза я поняла, что не хочу той жести, что рисовала в своей фантазии.

Но урок он должен получить. Никак иначе. Несколько месяцев в палате под надзором ему не повредит. Проникнется.

Я удаляюсь от заведения под возню, грохот сломанных стульев и выкрики. Слышу борьбу позади себя, но не оборачиваюсь. Я все правильно сделала. Отомстила. Можно переходить к следующей главе.

Я молодец.

Глава 5 Полугодом ранее

01.09.2022

– Жестко получилось, – извиняющимся тоном проговорил Кир, отвязывая меня от кровати.

На моих запястьях и локтях ссадины от ленты. Слишком вгрызлись в мои руку. Слишком он дико вел себя со мной сегодня.

Я издала нервный смешок. В горле саднило и жгло после наших игрищ. Мы оба тяжело и учащенно дышали.

Наши отношения напоминали адскую спираль.

Он приходил ко мне раз в неделю, жестко трахал меня, и уходил, не прощаясь. И я почему-то не была против. Сразу же открывала дверь, не испытывая никаких сомнений. Вероятно, мне так же это было нужно, как и ему.

Странная связь. Больная.

Теперь я это ощутила в полной мере. Раньше я зависела от него, не замечая этого. Радовалась мелочам, что была рядом с ним, что ели с ним одну еду, засыпали иногда вместе.

Теперь же он зависел от меня.

Кир мучился и не знал, как это прекратить, появляясь передо мной снова и снова.

Он терзал себя. Меня. Нас.

Отказывался меня отпустить. А мне в какой-то момент стало все равно.

Наш секс выводил меня на новые грани. Тем более, что Ахмеду обещала попробовать. Вот и пробовала.

Мазохистка, блин.

– Марта, – прохрипел Кир, утыкаясь в мою разгоряченную шею, издавая сдавленный сип.

Мара. Теперь я Мара.

– У меня такими темпами отвращение к сексу возникнет, – произнесла я равнодушно, разминая ноющие запястья.

– Ха-ха, смешно, – его пальцы скользнули вниз по моему животу, доказывая тут же обратное, когда я привычно выгнулась под его рукой. Как дрессированная собака в ожидании ласки.

Он разлегся на половине моего тела, удерживаясь на локте и начал водить пальцами свободной руки по моей груди. Дразняще, искушающе.

Несмотря на сложные периоды своей жизни Кир всегда старался поддерживать свою фигуру в тонусе, и сейчас его мышцы проявили себя бугрясь на плечах, привлекая мой алчный взгляд.

– Та девушка, помнишь? – остудил он меня мигом, возвращая к непонятной блондинке из прошлого. – Блондинка, с которой ты видела меня на улице?

Морщусь. Помню, конечно. Как это забыть.

– Мммм? Припоминаю, – воспоминание возвращается в тот день, но не к девушке, а к нашей встрече с Матвеем. Мы пили вино, он развлекал меня, отвлекая от Кира. А потом мы шли по проспекту, наслаждаясь обществом друг друга. Я была в смятении от поведения Кира, но хрустальная ваза еще была разбита вдребезги Матвеем. Я была еще полна жизни и надежд на светлое будущее…

– Это дочка моего босса, – признался мужчина, нависая надо мной. – Он хотел свести меня с ней.

Впервые за все время нашего "общения" он сказал мне что-то вразумительное. Обычно я слышала привычное "сучка" на прощание. А тут искренность поперла. Что-то новенькое!

– У тебя же нет боссов, – хмыкнула я, поглядывая на него прищурившись, словно выловила шпиона. – Ты же вольная птаха.

– Не, – улыбнулся тот. – Есть у меня боссы. Не такие, каких ты привыкла видеть. Но боссы есть у всех, девочка моя.

И меня накрыло ностальгией. Он сказал это так ласково и по-свойски, что я вернулась в те времена, когда засыпала наивной девчонкой в его объятиях с верой в нашу любовь.

Это было всего полгода назад. Не верилось.

Приоткрыла глаза, вглядываясь в его лицо. Сеточка морщинок под глазами, символизирующая о недосыпе и недостатке отдыха… Уголки губ чуть уехали вниз. Усталость.

Но тьма в глазах бесновалась с задором, проявляя мальчишескую натуру.

– Я решил поводить ее по городу, чтобы не огорчать, а потом отделался, отправив на такси домой. А она завалилась ко мне в стельку пьяная. Когда только успела? Адрес непонятно, где узнала.

Наш первый диалог за месяц. Его первая задержка за месяц после секса.

В пору в календаре даты кружком обводить.

– Я не изменял тебе, – проговорил он искренне. – Ни разу. И в мыслях не было даже. Пока… Пока…

"Пока ты не изменила мне" – читалось в его глазах.

Я ему поверила. Нет предпосылок, чтобы не верить. Не хотел бы – тему бы даже не завел.

Но, даже если бы не поверила, ничего бы не изменилось.

Нет безмерной радости. Ну, не изменял. Хорошо. Изменял б, было б тоже нормально.

– Зачем ты мне это говоришь? – уточнила с опаской.

Не начнет же он снова излюбленную тему про его верность и мою неверность. А то сразу встану и выпровожу его. Даже слушать не буду! Хватило мне уже его заунывных речей на век вперед.

Где-то я была готова идти на уступки, где мои интересы соприкасались с конечной целью. Но не здесь.

– Просто. Только сейчас понимаю, что именно ты испытывала ко мне тогда. Я думал, что это эгоизм, а оказалось ревностью, – проговорил он задумчиво, замирая взглядом на картине на стене.

Замолчал. И я не говорила лишнего.

Переваривала услышанное, понимая, как сильно изменила Кира моя измена.

Даже не понять, в хорошую сторону или нет. Его сильная чувствительность теперь лилась через край, затапливая всю округу, и меня, в том числе.

– Чем ты занималась все это время? – перевел он тему.

Неотрывно смотрели друг на друга, пока я не отвела взгляд.

– О чем ты?

Повернулась на бок. Его пальцы тут же начали щекотать мой сосок.

– Что делала без меня? Думала ли обо мне?

Он спросил это нарочито небрежно, скрывая от меня свои глубинные мысли… Но я уже знала его, как облупленного.

Мог бы – давно бы ушел и забыл обо мне, как о страшном сне.

Я вскинула голову, только сейчас замечая его новый образ.

Побрился. Надо же. И не только. Оглядела его снова. Постригся. И пах приятно. Ожил.

– О даа, – ответила я, запрокинув голову назад. – Все время. Каждую минуту своей жизни.

Я врала. Открыто, откровенно. Дразнила его так же, как он меня.

Кир смотрел на меня некоторое время выразительно и недовольно, а потом выдохнул и встал с кровати.

– Все играешься, – выдал он мне с горечью. – А я жить не могу без тебя.

Его брошенные наспех слова пронзили меня, заморозив всю мою сущность на несколько секунд. Я отрешенно лежала на простынях, вбирая в себя новую информацию.

Кир никогда не бросался словами. Из него их было не вытянуть. Всегда ледяной и отчужденный он дозировал хорошее, выдавая мне его порциями или по расписанию.

Комплименты? Только напоказ. Наедине ни одного знака внимания.

Всегда я добивалась его любви, а не он моей.

И мне понравилось то, к чему я пришла. Скривилась в улыбке. Как я ждала этих слов когда-то.

«Почему ты не сказал мне их раньше? Как же я о них мечтала… А сейчас…»

– Так не уходи, – проговорила я, присаживаясь на кровати и свешивая ноги.

Смятые простыни, на которых только недавно разгоралась животная страсть, еще таили в себе наш совместный запах. Вся комната пахла сексом, настолько долго и страстно мы им занимались, отдаваясь друг другу без остатка.

Кир наконец встретил ту партнершу, которую искал во мне. Только любимую потерял.

И он замешкался. Я видела мелькнувшее смятение в его глазах.

Но все же он ушел. Гордость не позволила ему остаться сразу же по моему приглашению.

Ненадолго ушел. Мы оба это понимали после этого мини-разговора по душам.

Теперь я управляла, сама того не желая. Тянула за ниточки повелевая и он исполнял. Нехотя, сопротивляясь, но под конец поддаваясь всем моим прихотям.

Кир приехал на следующий день. Без предупреждения. С охапкой цветов. Отглаженный, красивый, что глаз не оторвать.

И я позволила ему остаться. На какое-то время. Потом все повторилось. Эти его эмоциональные качели еще не проходили два месяца.

Кир, то уходил на несколько дней, то возвращался, срывая на мне накопившийся гнев, потом снова хлопал дверью или вел себя, как ласковый щенок. Не угадать и не спрогнозировать, как с погодой, к сожалению.

И в какой-то момент я вдруг поняла, что больше не хочу такого отношения к себе. Я попрощалась с ним еще тогда, два месяца назад, когда мы занялись впервые сексом после инцидента, что изменил наши с ним жизни и планы.

Я причинила ему боль, он причинил мне ответную. Один – один.

– Прости, но так больше не может продолжаться, – сообщила я ему в один из выходных дней, когда он завалился пьяный в стельку. – Я больше не готова к тому, чтобы ты вытирал об меня ноги.

Он не принял это всерьез, и уснул на кровати, а на следующий день я выставила его за дверь.

Было больно, неприятно, непривычно. Не было ругани и выяснения отношений.

Желание отомстить Матвею пересилило желание потакать Киру. Я уже была не я. Кир уже был не Кир. Матвей всех нас изменил, а я должна была изменить его. И так, чтобы он запомнил это на всю свою жизнь, так же, как и мы. Никаких поблажек.

Глава 6 А не оставить ли так, как есть?

28.03.2023

Кир возвращается в гостиницу к 19-00, как и обещал ранее и мы вместе садимся ужинать. Он рассказывает, чем занимался ранее.

Пребывая в растрепанных чувствах, я пропускаю часть его истории о работе мимо ушей, отвечаю невпопад, но все же стараюсь скрыть свое настроение от его любопытных глаз – мы договорились с Ахмедом, что Киру знать о наших договоренностях не обязательно. Его, итак, с трудом удалось убедить, что Ахмед не являлся моим любовником.

– Как терапевт? – спрашивает меня Кир после ужина, промокнув губы салфеткой.

– Очень ничего, – улыбаюсь я ему, отпивая вино из бокала. – Вроде бы расставил все по местам в моей голове.

– Рад за тебя. Значит, не зря сходила.

Киваю.

Ох, не зря.

На этом наш разговор завершается. На душе у меня неспокойно. Отголоски недавнего инцидента говорят сами за себя.

Остаток вечера мы проводим за французским фильмом с русскими субтитрами, обсуждая абсурдность сюжета и посмеиваясь над странными решениями главных героев.

Мыслями я все время возвращаюсь к Матвею и произошедшим событиям, прокручивая в голове нашу с ним встречу в деталях.

Кир уже давно сопит в подушку, прижимаясь ко мне своим горячим телом, а я все никак не могу отпустить этого человека. Никак не могу уснуть, раздумывая над тем, не убили ли Матвея головорезы Ахмеда. Здоровые ребята, которые могли и не остановиться вовремя. Им дали задание – они выполнили. Как бы не переборщили.

Понимаю, что не хочу его смерти. Хочу, чтобы он только усвоил урок. Я не убийца.

Где-то в глубине души ощущается досадная печаль. Нет той радости, которую хотела получить от мести. Наоборот, меня душит осознание, что я все сделала неправильно.

Задаюсь странным вопросом, не укладывающимся у меня в голове:

"Все могло бы быть иначе у нас с ним? Если бы мы познакомились при других обстоятельствах? Могло ли что-то получиться или он бы меня даже не заметил?"

Отпихиваю их подальше, вслушиваясь в посапывание Кира. Успокаиваюсь под этот мерный звук.

Надо будет уточнить у Ахмеда по поводу целостности Матвея все же.

И только после этого я наконец погружаюсь в долгожданный сон.

***

Оставшиеся несколько дней нашей поездки мы проводим с Киром вместе неразлучно. Он забывает про работу, а я полностью переключаюсь на наш совместный отдых.

Как настоящие влюбленные ходим по достопримечательностям, любуемся старым архитектурным дизайном французских построек и проводим вечера на балконе за ужином, наблюдая за попеременными красивыми закатами.

Несмотря на идеальную атмосферу, изменившегося до неузнаваемости Кира, я так или иначе вспоминаю о Матвее.

Он же бежал ко мне, уверял, что мне надо расстаться с Киром. Почему? Из-за жены Кира? Она не оставит меня в покое и снова наймет какого-нибудь эксперта?

Ну что же, я готова.

Поддавшись на уговоры Людки, я позволила подпустить к себе этого парня слишком близко, но теперь-то ко мне уже не подобраться так легко.

В последний вечер перед вылетом в Россию мы также проводим оставшееся время с Киром на балконе, отмечая особо прекрасный прощальный закат.

Я отправляю смс Ахмеду с вопросом о состоянии Матвея и обращаюсь к Кириллу:

– Солнце, ты никогда не рассказывал про свою жену. Где она сейчас? Замужем?

Я уже в курсе всей истории Ольги Абрасовой, но это данные, которые накопали люди Ахмеда. Определенно, у Киру известно больше. И я предприняла попытку выведать, хоть что-то.

«Ольга Абрасова – 39 лет. Уроженка Молдовы. Впервые вышла замуж в 20 лет и переехала в Россию. Первый муж – влиятельный бизнесмен Абрасов, чью фамилию она взяла. Один ребенок от первого брака. В 35 лет вышла замуж повторно за Кирилла Зодчего, сменив имя на Евлампию.

Кирилл Зодчий – известный иллюзионист, получивший признание после женитьбы на Евлампии Абрасовой. Получив поддержку от жены, мужчина стал популярным за короткий срок. Развелся через три года брака».

Потому, как он встретил меня….

Дополняю мысленно досье.

Логично, что женщина, вложив душу в мужчину и все свои деньги, а по итогу, узнав о любовнице и разводе, стала мстить.

Припомнила фразу Кира, брошенную мне у ресторана года полтора назад, что он отдал все свои доходы бывшей жене, чтобы она меня не трогала. Только дошло, что он имел ввиду.

Даже Кир не был способен остановить ее и не хотел связываться.

Первое время мне очень хотелось ему рассказать о причастности Евлампии, но Ахмед попросил его не вовлекать. Как оказалось, этот мужчина восточных кровей очень трепетно относился к Киру и их дружбе. Определенно, лучше, чем сам Кир к нему.

Встревоженный взгляд переключается на меня.

Мы сидим с ним на балконе и вдыхаем ночную свежесть.

Завтра в это время мы уже будем в России.

– Чего это ты о ней вспомнила? – спрашивает мой кавалер, откидываясь на стуле.

Когда Кир пытается уйти от темы, всегда отвечает вопросом на вопрос.

– Стало интересно, как такого мужчину, как ты, она могла отпустить, – разбавляю шуткой его встревоженность.

Оказывается, Матвей успел меня кое-чему научить за время нашего недолгого общения. При заметном напряжении расслаблять собеседника в нужный момент. Главное, начать, а там уже наладится само. Именно с ним я начала кокетничать и увиливать, а сейчас у меня это уже неплохо получалось.

– Она и не отпускала, – следует честный ответ. – Привлекла всех, кого только можно. Поэтому мы и развелись только через полгода.

Вот, что он имел ввиду, что они давно были не вместе.

Суд дал много времени на примирение?

Приходит смс от Ахмеда:

" Живой".

Ну хоть что-то.

– А сейчас у нее все хорошо? – возвращаюсь к разговору с Киром, выключая телефон.

– Очень на это надеюсь.

Ахмед сказал, что к Евлампии он не полезет и мне не советовал этого делать. Уж слишком сильные у нее были связи по его словам.

Я пыталась за ней проследить месяц назад, но не получилось. То ли не там слежку начала и эта женщина так и не показалась передо мной. Возможно, она не выходила в тот день.

Я просидела в кафе напротив ее подъезда половину дня зря.

После фиаско решила не торопить события и сначала разобраться с Матвеем. Но, вот, я с ним разобралась.

И появилась новая мысль, а не оставить ли все так, как есть?

Глава 7 01.09.2023

01.09.2023 Настоящее.

Моя обувь тонет во влажной почве с каждым шагом все сильнее, пока я добираюсь до крыльца двухэтажного дома.

Голубые обжигающе-холодные глаза следят за мной неотрывно из окна второго этажа. Матвей сидит в кресле и не спешит вставать, являя полнейшую отчужденность.

Прохожу вперед и звоню в дверь, прекрасно осознавая, что он мне не откроет. Судя по его отсутствующей реакции – он не сильно рвется мне навстречу.

Тишина. Топота ног не слышно. Предупреждающих возгласов тоже. Жаль.

Выдыхаю. С другой стороны, на что я надеялась, когда шла сюда?

Но я же не могу развернуться и уйти.

Оглядываю небольшую веранду слева. На скамье что ли подождать, посидеть? Не вечно же он там будет находиться. Выйдет рано или поздно.

И что дальше?

Теряюсь в сомнениях, оглядываюсь.

Может окно открытое поискать? И что я буду делать,если найду? Полезу внутрь? Пффф. Хах. Прямо в его рученьки теплые.

Стоит мне только сделать шаг в сторону скамьи, как дверь открывается автоматически. С пульта.

Удобное решение.

Прохожу вперед, переступая порог. Дверь также сама закрывается. Смотрю наверх. Доводчик. Продумано.

Разуваюсь и разглядываю внутреннее убранство дома. Передо мной открывается вид на гостиную залу с диваном по центру, огромным телевизором, установленным напротив, множественными полками, прибитыми к стенам. Все без изысков, но стиль чувствуется. Несмотря на простоту, часть окружающих предметов интерьера, заметно, очень дорогие.

Стол у стены с двумя стульями по бокам.

Впереди меня лестница на второй этаж…. Под ней комнатка. Маленькая такая… Напоминает…

Холодею от ужаса.

Это лифт! Какой лифт в двухэтажном доме на одного человека?

В голову лезут ужасные мысли. Сердце кровью обливается.

Он загнал меня в угол. Нужно было рассказать, пояснить, а не убегать тогда. Я разозлилась. Любой бы на моем месте захотел мести!

Разуваюсь и прохожу вперед, сдерживая дрожь во всем теле. Меня переполняют эмоции.

Так это правда!

Все же может, он поставил его на этапе восстановления? А сейчас все хорошо уже?

Вспоминается сидящим в кресле… И уже не кажется отчужденным. Скорее одиноким.

Он здесь один живет? Давно ли?

Я помню его сильным, умным, властным…красавцем. А сейчас он какой?

В душе нарастает страх.

Самым глупым решением в моей жизни было прийти сюда.Хотя у меня особо-то и выбора не было.

Переставляю ватные ноги по деревянным ступенькам лестницы, расположенной прямо над лифтом, которые вскоре заканчиваются и я оказываюсь наверху.

Так быстро. Хочется замедлиться.

Я проклинала этот лес, пока петляла по нему, а теперь хочется снова вернуться в него. Только бы подальше отсюда…

Я не готова к тому, что меня ожидает впереди. Нет!

Второй этаж. Передо мной коридор, ведущий в разные комнаты. Все двери распахнуты.

Вспоминаю, что Матвей в комнате справа.

Хочется убежать. Повернуться и трусливо сбежать бегом по лестнице. Он все равно меня не догонит. Даже следом не пойдет.

Выдыхаю.

Уверенность появляется из ниоткуда. Мне некуда бежать. И я об этом знаю. Есть путь и он ведет меня к Матвею.

Стою на краю лестницы. Хотя бы подготовиться внутренне. Сжимаю зубы. Вглядываюсь в часть комнаты впереди. Виднеется синий диван, расположенный у стены.

Что я ему скажу? Что он мне скажет? Скажет ли вообще?

Он не простит…

Не важно! Я должна попробовать.

Делаю шаг вперед, а сама дрожу, как осиновый лист. Второй шаг – трясусь еще больше.

Когда я появляюсь в проеме двери, Матвей обнаруживается сидящим в том же самом кожаном кресле спиной ко мне, каким я видела его на улице.

Он смотрит в окно. Определенно, слышит мое приближение, но не поворачивается.

– Привет, – робкий писк вылетает из моего рта вместо нормального приветствия. Даже самой неудобно становится. Моя рука упирается в дверной косяк. Испытываю сомнения в дальнейшем продвижении.

– Здравствуй, Мара, – доносится до меня сухой, безжизненный ответ.

Он не поворачивается. Вообще не двигается. Кажется равнодушным, отчужденным. Зато я испытываю множество эмоций.

Этот голос. Как же я скучала. Только сейчас это понимаю.

«Повернись. Ну же. Пожалуйста» – молю я мысленно, разглядывая его макушку.

– Зачем ты здесь? – его тон холоден, взгляд также устремлен в сторону леса.

Так и сидит не поворачиваясь.

Повернись же!

– Я пришла…. Извиниться, – из моего рта вырываются какие-то странные слова. Не чувствую, как это говорю, все тело ватное, как и губы, язык. Весь рот. Мысли тоже.

Какая-то глупость в голове.

Отчетливо понимаю, что выгляжу жалко, но ничего поделать с собой не могу.

Он наконец слегка поворачивает голову в мою сторону, отрываясь от созерцания природы на улице, и встречается со мной взглядом.

Небритый… Осунулся. Сердечко екает. Его глаза такие же небесно-голубые, как и прежде, пронизывают меня насквозь, заставляя поежиться.

По мне он так же прекрасен, как и раньше. Чуть отдохнуть только…

– Серьезно? – ухмыляется он. – Через полгода?

И я начинаю трепетать. Надменный вопрос с ехидцей уже является прогрессом для меня. Лучше так, чем безжизненность и отчужденность.

– Лучше поздно, чем никогда, – бурчу я, продвигаясь к нему ближе, стараясь не показать своей радости.

Она плещется вместе с надеждой на то, что выстроенная им стена между нами падет. Пусть не сразу, мне достаточно будет и маленького отвалившегося камешка для начала..

– Стой, – его вскинутая рука заставляет меня остановиться. – Не приближайся. – Вскрикивает он чрезмерно громко, заставляя меня тут же прирасти к полу и замереть.

Слышу отчаяние в его стальном возгласе.

Бросаю взгляд на его накрытые пледом ноги и замечаю слева за ним кресло-каталку. Прикрытое диваном и его массивным креслом оно было до сих пор мне незаметно…

Голова идет кругом, и я отшатываюсь.

Все же не обманул Ахмед. Матвей теперь инвалид…

– Матвей, – вырывается из меня утробный рык.

«Миленький, прости меня….», – чуть не срывается с моих губ выкрик, но вместо этого из горла вырывается хрип…

Я НЕ ЭТОГО ХОТЕЛА!

Все внутренности скручивает, дышать не могу.

Я же человеку жизнь искалечила!

– Матвей? – спрашиваю жалобно, делая еще шаг к нему. На моем лице гримаса боли и раскаяния, – все то, что испытываю в данный момент перед ним отражается на моем лице.

Как я могла? Это же я сделала. Но я же не знала, что так будет.

Внутри меня всю разрывает, но я не знаю, как показать ему мою искренность.

Матвей уже не противится моему приближению. В глазах полнейшая отрешенность. Не показывает своих чувств. От этого мне еще хуже.

Беру его за руку и присаживаюсь подле него на колени.

Не знаю, что сказать. Готова извиняться годами напролет, если это поможет…

Вглядываюсь в его красивые чистые глаза.

– Прости, – срывается у меня полустон – полувыдох.

"Я действительно не знала, что так может случиться. Даже представить не могла!"

Его взгляд немного теплеет. Ладонь медленно поднимается к моей щеке и прикасается к ней.

Нежно, аккуратно. Умопомрачительно.

– Прости меня, – шепчу я, приникая к его ладони, и прикрываю глаза. – Я правда не знала, что так получится.

– Тссс. Все хорошо.

И этот его ответ намного теплее предыдущих, он ласкает мой слух.

Хочется все срочно исправить. Если бы я знала… Как все исправить?

Лихорадочные мысли лезут в голову с идеями, которые отбрасываются на этапе появления, а за одну я хватаюсь, как за спасительную соломинку.

– У меня есть знакомый врач, – тараторю быстро, открывая глаза. – Покажем тебя ему, он творит чудеса. Он возьмется! У меня есть деньги!

Буквально за пять минут этот человек стал мне самым родным на свете.

Очень хочу исправить свою ошибку. В голове не укладывается, что Матвей из-за меня теперь не может ходить. Вот почему его сюда занесло. В самую глушь. Подальше от всех. Не хочет, чтобы испытывали к нему жалость.

Меня терзает бесконечная горечь, накрывая волнами омерзения к самой себе. Хочется что-то быстро сделать, изменить ход неверных событий…

– Спускайся вниз. Буду через минуту, – говорит он ласковым, но твердым голосом.

Выпроваживает.

Натыкаюсь взглядом на кресло с двумя огромными колесами. Невольно представляю, как он перекатывается на нем, отталкиваясь руками. Там мощные руки нужны.

Он уже научился? За полгода-то?

Кресло какое-то модернизированное. На нем датчик управления.

Уже лучше.

Хочет пересесть… Чтобы я не видела?

Может быть ему нужна помощь?

Встречаюсь с ним взглядом и понимаю, что мне не стоит ничего говорить или предлагать.

Я приподнимаюсь и киваю, вытирая слезы со щек. Не заметила их появления даже.

– Буду благодарен, если накроешь на стол. Я проголодался, – улыбается молодой человек в толстовке, пытаясь меня отвлечь.

Он разговаривает со мной так, будто и не было этого времени врозь. Словно вчера еще он учил меня, как себя вести с Киром, а я каждый раз краснела от его выкрутасов.

Киваю и отступаю в сторону выхода.

Принял меня. Готов поговорить и даже не выгоняет. Большее, на что я могла рассчитывать, когда шла сюда.

Кошусь на кресло.

Снова бесконечные мысли, в которых я меденно утопаю. Меня тошнит от самой себя. Как я могла? Я же ему жизнь сломала.

Не думать ни о чем. Только о еде. Матвей проголодался. Я тоже.

Все будет хорошо.

Разворачиваюсь и бегу вон из комнаты сломя голову.

Глава 8 Космос

Матвей спускается ко мне спустя двадцать минут. Стол уже накрыт, а я уже нервничаю, не упал ли он или не застрял по дороге… Останавливаю себя лишь той мыслью, что жил же он как-то здесь без моей помощи. Значит, справится.

Каждый раз у меня кровь стынет в жилах, стоит только подумать о Матвее. Ином Матвее.

И сейчас, снова замираю у стола с ложкой в руке и неприлично таращусь на него.

Матвей в футболке и трениках выезжает на своем кресле из лифта, отталкивая колеса руками.

Слаженно, привычно, а для меня так ново.

В голове не укладывается. Все еще не верю. Смотрю на него во все глаза и до сих пор все кажется какой-то злой шуткой.

Передо мной обыкновенный мужчина среднего возраста, с взлохмаченными волосами, небритый, уставший от всего мира и сбежавший от него, куда подальше.

И все равно красавец…

Если бы не кресло, то и не сказать, что инвалид. Все еще накаченные бедра, не успевшие сдуться за эти месяцы и проявить заметную болезненность. Все еще гармонично слаженное тело. Но скоро это изменится…

Я готова броситься ему в ноги и умолять о прощении.

Какой же дурой я была. Не знала. Все тянули меня за ниточки, играя в свои игры, а я всего лишь была их марионеткой. И он был такой же пешкой, как я. Почему не сказал?

Матвей выглядит невозмутимо, но чувствуется дискомфорт. Царит напряженная атмосфера в помещении.

Мужчина подъезжает ближе, отталкивая руками колеса и останавливается у дубового стола. Занимает свободное место.

Наблюдаю за ним, забываюсь. Слежу за каждым движением, возвращаясь в наши с ним совместные воспоминания, где он еще мог ходить, был весел. Мы обсуждали какие-то глупости и, теперь кажется, что тогда я была счастлива.

Возвращаюсь в реальность и быстро пододвигаю к нему еду со столовыми приборами. Я заранее наложила ему в тарелку всего понемногу из того, что нашла в холодильнике: жареный картофель, мясо. Успела порезать салат. Вижу благосклонный кивок, одобряющий увиденное.

Нам обоим тяжело. Мы надели какие-то нейтральные маски на свои лица и пытаемся держаться их, но выходит с трудом.

Присаживаюсь молча за стол с противоположной стороны, наблюдая за тем, как он начинает есть.

Я тоже проголодалась, пока пробиралась сюда, но сейчас голод отбило напрочь. Кусок в горло точно не полезет. Поэтому пытаюсь начать непринужденный разговор.

Иллюзия беспристрастного разговора, чтобы отвлечься от жестоких реалий…

– Тебе бы забор высокий не помешало, – поглядываю в окно.

Начинается мелкий дождик. Вовремя я пришла. Не хватало еще промокнуть в этом лесу и утопнуть в каком-нибудь болоте.

Матвей не отвечает. Дотягивается до сока и наливает себе его в стакан.

Это действо у него не так привычно выходит. Не так ловко и проворно, как пытался мне показать. Немного напитка проливается на стол.

Вскакиваю, чтобы сбегать за тряпкой, но он останавливает меня, сдерживая за запястье.

– Не нужно, – дотягивается до салфетки и вытирает лужицу.

Мне хочется быть полезной. Хотя бы сейчас. Хотя бы чуть-чуть. Я хочу попытаться загладить свою вину. Хотя бы начать.

– И собаку, – договариваю я, занимая место на стуле.

Мое высказывание так не вовремя сейчас и нелепо звучит, что мужчина вскидывает на меня вопросительный взгляд.

– Не помешало бы, – поясняю я робко с легкой улыбкой на губах.

– Зачем ты пришла, Мара? – отметает он в сторону все условности, отправляя в рот жареную картошку, нанизанную на вилку.

Семейный ужин и приятный разговор, как бы, между делом. Ключевое слово "как бы".

Мнусь. Не так я себе представляла наше общение. Думала, что мы хотя бы поедим для начала, а не за едой начнем важное обсуждение.

– Я узнала, как все было на самом деле…. – выдаю, проглатывая ком в горле, застрявший там, судя по всему, уже давно.

– Что же ты узнала? – он продолжает есть, уставившись на меня, что мне становится не по себе.

Его челюсть двигается, пережевывая пищу, глаза неотрывно следят за мной. Я все сильнее нервничаю. Прячу руки под столом, замечая, что начинается нервное подрагивание.

– Что ты не виноват.

Мужчина возвращается к мясу с картошкой. Ироничная ухмылка появляется на его лице.

– А изначально тебе не сказали, что это ее рук дело? Думала я просто так в твоей жизни появился с собственной индивидуальной практикой?

Каменное лицо, презрительные взгляды, частое поджимание губ – все говорит о том, что к нему никак не подобраться. Он не желает меня видеть здесь. Высмеивает, выставляет дурочкой, обвиняет.

Собственно, нормальная реакция. С моей же подачи он стал инвалидом. Я бы вообще его проклинала…

Заламываю руки под столом.

Как бы объяснить?

– Я была уверена, что она тебя купила, – начинаю пространственный рассказ. – Тем более был факт очевидных отношений между вами.

– Она меня и купила, – снова ухмыляется. – И отношения были.

Я киваю, замечая злость в его глазах. Матвей замирает с вилкой и ножом в руках и смотрит на меня не мигая.

– Да, поначалу, – соглашаюсь с ним. – А потом ты пошел по собственному пути. – Добавляю шепотом. – Мне все рассказали.

Мужчина сглатывает прожеванную еду и не стремится продолжать свой обед. Он откладывает столовые приборы в сторону, делает какой-то вялый протестующий взмах рукой и угасающим голосом сообщает:

– Если есть, что сказать – говори. Потом уходи.

Он уже принял решение. Не хочет меня видеть. Только что он решил мою судьбу без какого-либо обсуждения. Не спросив меня!

Надежда внутри меня тает. Не такого исхода я ожидала. Становится мрачно на душе. Я же даже не начала говорить.

Матвей прикрывает лицо руками, располагая локти на столе. Слышу его тяжелый выдох. Он возвращает ко мне свое лицо буквально через минуту уже настроенное решительно.

– Мар, я был рад тебя видеть, – говорит он жестко. – Если ты пришла попросить прощения, то извинения приняты. Более не смею тебя задерживать – ты свободна.

И это никак не вяжется с тем, что я видела в его глазах минутами ранее. Он был удивлен и рад моему появлению. Я точно это заметила, никак не могла ошибиться. Но сейчас…

Смотрю на него, пытаясь отметить хотя бы капельку сомнений.

Неужели все?

Я искала его, старалась найти контакт. Все в пустую? Только отчуждение.

Он выглядит сломленным, уничтоженным. Таким несчастным, что сердечко сжимается.

Я не могу уйти. Как ты не понимаешь?!

– Я все знаю, Матвей, – выбираюсь из-за стола и медленно пробираюсь к нему. – Я и правда поздно узнала, но все равно пришла. Я хочу быть с тобой. – Предпринимаю новую попытку достучаться до него.

Подхожу ближе и разворачиваю кресло в свою сторону, отодвигая от стола.

На его пальце нет кольца.

Нареченная бросила в связи с обновленными обстоятельствами?

Испытываю облегчение. Я рада этому факту. Конечно, для него это было болезненно, но мне это в радость, ничего не могу с собой поделать, другая женщина – это другая женщина.

Слегка притрагиваюсь к его плечу и присаживаюсь перед ним на корточки.

– Если бы ты сказал мне все сразу… – натыкаюсь на его отталкивающий взгляд.

Холодный. Очень холодный. Всю душу мне заморозил уже.

Черт. Не так начала. Надо было по-другому!

– То она бы тебя убила, – он опускает руки и смотрит на меня сверху вниз. – Я не мог. Слишком все быстро развивалось…

Робко смотрю на него, смущенная, немного испуганная. С легкой опаской беру его ладонь и медленно прикладываю к своей щеке, как это было наверху. Он тогда оттаял. Может быть поможет еще раз?

Трусь об нее и прикрываю глаза.

Истинный кайф. Даже в кресле-каталке, даже небритый…

Я так мечтала о тебе.

– Матвей, я так скучала по тебе, – вырывается у меня признание, которое не скрыть, не спрятать.

Все это время. С твоего исчезновения.

Только сейчас понимаю это в полной мере, когда ты рядом.

Ощущаю волнение, словно школьница на дискотеке в ожидании приглашения на танец от понравившегося мальчика.

Собираюсь. Надо поговорить по душам. Может быть тогда он изменит свое решение?

– Я тоже…

Искренне, тихо, едва касаясь моих ушей, словно шелестом ветра…

Заветные слова. Они дались ему тяжело. Я даже не мечтала услышать их от него. Они проникают в меня, наполняя счастьем.

Значит… не все потеряно?

В душе снова появляется легкая надежда, охватывая меня решимостью. Но стоит только мнимой радости заполнить меня, а рукам вытянуться в ожидании объятий, как меня мягко отталкивают.

– Уходи… Слишком поздно.

Но тут уже я не собираюсь отступать.

– Нет, не поздно! – уверяю его, оттесняя слабое сопротивление и тянусь к его губам.

– Нет, Мара, – восклицает он с надрывом в голосе, пытаясь отодвинуться, остановить меня.

Обнимаю его так крепко, как только могу, отдавая ему всю свою любовь. Прижимаюсь, заползая на колени, ломаю его глухую оборону. Все мое существо тянется к этому человеку, я покажу ему другой путь. Путь со мной.

Это уже не игра.

– Я к тебе пришла! Чтобы быть с тобой! – рвется из меня отчаянное признание, которое удивляет, не только Матвея, но и меня.

Чувствую, как тонкий слой льда в его груди тает под моими прикосновениями, поцелуями.

Обхватываю его лицо ладонями и притягиваю к себе. Провожу губами по его виску, касаясь только своим дыханием. Замираю в нескольких сантиметрах от его губ… едва касаюсь их языком, возбуждаю его.

Матвей сдерживается, но мне достаточно звуков его прерывистого дыхания и потемневших глаз.

Плавно начинаю вращать бедрами, потираясь об него, вызывая желание, соблазняя.

– Очень скучала по тебе, – шепчу ему со стоном. – Безумно!

Мои слова сдвигают целый айсберг.

Ощущаю его жадные руки, скользнувшие под кофточку, сжимающие мои бока. Сначала робко, неуверенно, с каждой секундой все решительнее…

Меняю позицию, устраиваясь удобнее, обхватываю его бедра своими ногами. Тесновато, но такие реалии. Его руки подхватывают меня за попу, подтягивая ближе.

Сопротивление сломано. Мое нутро населяет мрачное торжество.

Расстегиваю на нем рубашку, путаясь в пуговицах… Движение хаотичные, спонтанные.

Для меня это все большая неожиданность, чем для него.

Матвей сдается под моим напором. Наши с ним руки слегка подрагивают в этой пучине хаотичных движений, хотя мы и пытаемся все удержать под своим контролем.

Ощущаю его ладонь в своих волосах, которая притягивает мою голову для поцелуя.

Привычный руководить он и сейчас берет инициативу в свои руки.

Трусь о него, проворно расстегивая ширинку, вытаскивая возбужденный член. Кружу пальчиками вокруг паха, ласково массируя, оттягивая, сжимая. Скольжу по всей длине сначала одним пальчиком, потом другим, дразня, играясь, а затем усиливаю нажим и скорость. С каждой секундой завожусь все сильнее.

Матвей становится более агрессивным, разжигаясь под моими прикосновениями. Он царапает своей отросшей бородкой мой подбородок, изучает мое тело руками, стискивая с меня одежду и припадает к оголенным участкам тела с новыми поцелуями.

Не проходит и нескольких минут, как мы становимся единым целым. Матвей ни на секунду не останавливается, рвет меня на части словно безумный зверь. Чувствую его губы и пальцы везде на своем теле. Каждое его движение. Каждую ласку. Каждый толчок.

Жадно насаживаюсь на его член, задавая ритм. Подчиняя.

Целую, ощущая его язык во рту, который проникает в меня, имитируя остальные наши движения. Полновластный хозяин, горячий, порочный.

Его прикосновения давно уже не аккуратные, скорее собственнические, несущие с собой всю ту боль, что он пережил по моей вине в одиночку.

Принимаю ее. Принимаю его в себя. Отдаюсь, растворяюсь в нем полностью.

Бешеные толчки приносят болезненное наслаждение.

Подаюсь вперед, плавясь под его черным взглядом, упиваюсь его стонами под наш бешенный ритм и наблюдаю как он бьется от яркого оргазма.

Чувствую его эмоции, слышу его мысли. Припечатываю его губы поцелуем.

Сегодня я не получу оргазма, я его и не жду. Главное, что ему смогла доставить удовольствие. Отвлечь от мрачной действительности, виновницей которой я являюсь.

В легкой прострации я не удерживаюсь и сползаю с него вниз на пол. Через некоторое время перебираюсь на ближайший диван. Там разваливаюсь звездочкой и прихожу в себя. Мягкий плед под спиной согревает меня. А большего мне и не нужно.

Незаметно отключаюсь на несколько минут, проваливаясь в легкую дремоту, уплывая мыслями в дальнейшее будущее.

Все будет хорошо. Теперь точно.

Картинки скользят мимо меня, словно тучки, утягивая в легкий сон. Буквально ненадолго. На несколько минут, чтобы быстро восстановиться…

Вздрагиваю от прикосновения к внутренней стороне бедра и открываю глаза, словно робот включаясь, и смотрю на брусчатый потолок.

Жар. Мое тело охватывает безумный жар, распространяясь по нему волнами. Громко выдыхаю, испытывая жуткое удовольствие, удивление и одновременное возмущение. Смотрю в ноги и обнаруживаю Матвея.

Он лежит на диване, устроившись меж моих раздвинутых ног.

Переключаюсь на кресло поблизости, понимая, что он перебрался сюда, в то время, пока я отключилась.

Боже! Он давно там?

Судя по его жмурящимся довольным глазам…. Да!

– Ты чего? – только и спрашиваю, встречаясь с ним взглядом.

Пытаюсь подтянуть ноги, но он не пускает, удерживая меня за бедра.

– Ты не кончила, – чуть приподнимается и я наконец вижу его лицо полностью над своим животом. – Не могу допустить такого. Я же джентльмен. – Облизывается Матвей.

Узнаю в нем прежнего самца. Искушенного, очаровательного мужчину, который волнуется о благополучии дамы, невзирая ни на что.

Испытываю нотки ревности, задумываясь на секунды о Евлампии. Ей также хорошо было с ним? Уверена, что да. А невеста? Интересно, кто она такая и сколько жарких ночей у них было?

Матвей целует меня, вовсю ласкает своим языком, заставляя забыть об этих женщинах, постепенно набирая обороты, а затем замедляется.

Так горячо, что всхлипываю, кусая губы и извиваясь под его ласками.

Мужчина уносит меня в другое измерение полное наслаждений и порочных утех. Он держит меня руками за бедра, не давая вывернуться и доставляет мне наивысшее удовольствие…

Рай, границы которого проходят в опасной близости от ада. Так бы я это назвала. До меня добирается своими языками адское пекло, лишь оплавляя меня, словно зефирку на огне, но не причиняя сильной боли, но даруя истинное наслаждение.

Я плыву по реке удовольствия, распластавшись на диване и откидываю голову назад.

Профессионал. Я и не знала, что он так хорош в этом деле.

Он так мастерски ласкает меня в довесок своими пальцами, что не сдерживаюсь и начинаю громко стонать в моменты особенного удовольствия.

Изгибаюсь в попытке достичь наивысшего наслаждения.

Он берет мои ноги и закидывает себе на плечи. И вид мускулистого самца меж моих ног доводит меня до наивысшей дочки безумия.

Забываю о стеснении и подаюсь вперед, сама насаживаясь на его язык. Я так сильно горю изнутри, что все вокруг уже неважно. Только он и я.

Приоткрываю мутные от страсти глаза и наблюдаю, как его голова двигается между моих ног. Ощущая, как он самозабвенно вылизывает меня, встречаюсь с ним взглядом и отключаюсь от реальности, – меня накрывает космический оргазм.

Я повторяю и повторяю его имя, содрогаясь в конвульсиях, дергаясь в невозможности успокоиться.

И даже сейчас он не прекращает движений своим языком, продлевая мою чувственную феерию.

– Боже, это великолепно! – выкрикиваю я громко, учащенно дыша.

Я только что имела самый крутой в своей жизни оргазм. А это только самое начало, судя по всему. Что будет дальше?

Теперь я окончательно проваливаюсь в сон из которого мне точно скоро не выбраться.

Глава 9 Первый острый момент

10.04.2023

Я спешу на свою новую работу, цокая каблучками своих новых белых туфелек.

Сегодня я вся в белом: расклешённые брюки, короткий топ, слегка оголяющий верхнюю часть живота и длинный пиджак, прикрывающий все при необходимости.

Кирилл все-таки смог убедить меня вернуться в его компанию по дизайну интерьеров. Поначалу я всячески отказывалась, вспоминая свой громкий уход и испытывая лютое нежелание возвращаться. Прежний коллектив, обсуждающий видео со мной, косые взгляды клиентов, я не была готова к этому вернуться… Не стоило забывать, что репутация компании подмочилась именно с моей подачи.

– Лайза отошла от дел, – сообщил Кир, как бы, между делом. – Думаю, что компания развалится без толкового руководителя.

Я и толковый руководитель? Как по мне, два совершенно разных человека.

Мне льстило его предложение, но…! На эту роль я считала свою кандидатуру совершенно неподходящей.

– Я – дизайнер, – ответила я ему, пытаясь поставить точку в данном вопросе. – Не руководитель.

– Научишься, – сообщил Кир мне так непринужденно и легко, целуя меня в плечико, будто мы говорили не о руководстве целой компании, а торговой палатки у метро.

Эта его беспечность и пренебрежение встряхнули меня.

По сути Кир не требовал от меня прыгнуть выше головы, он предлагал мне попробовать, зная на что я способна. Он видел меня за работой, не ставил рамок. Чего я боялась?

Я вдруг поняла, что реально боюсь провалиться. Отказывалась от развития из-за какого-то страха?

Кир еще несколько раз очень хитро вворачивал обсуждение этой темы в наши разговоры, напоминая мне о возможном шансе.

– Другие деньги… Другие возможности. Позже уже не придется искать место в коллективе. Через год уже будешь опытным руководителем…

Так ненапряжно и красиво у него это получалось, что я чуть ли не аплодировала, замечая его хитрые махинации. Без давления, лишь легкий намек к размышлению.

Припоминал моих прежних коллег, которые якобы, спрашивали как у меня дела… И так, раз за разом, пока я в конечном счете не согласилась.

Меня не заваливали крутыми предложениями, на рынке вакансий начался спад, хотя казалось бы, весна в разгаре. Какой еще спад?

Максимум, на что я могла надеяться – место дизайнера в какой-нибудь не очень известной компании с окладом ниже среднего. Повезет, если со средним. Все же мое личико мелькало в газетах первое время… и запомнилось в негативном ключе. Вряд ли престижная компания захочет брать в свою команду специалиста с пятном в своем прошлом и привлекать к себе излишее внимание.

И вот, его стараниями и моими размышлениями сегодня уже мой третий мой рабочий день. Эти два дня я пыталась, реально изо всех сил старалась вникнуть в дела компании, но нашла столько хвостов и проблем, что непонятно за что было хвататься в первую очередь. Или я слишком отвественно подошла к делу и близко восприняла наличие каждого долга, а такие кредиты есть у всех?

С бумажным стаканчиком в руках, я тороплюсь на работу и явно задерживаюсь.

Не прошло и трех дней.

В моих руках кофе, сумка, развевающийся в полах пиджак, который я то и дело пытаюсь застегнуть на ходу, но он ускользает от меня каждый раз. На ногах – новые, но еще неудобные туфли, норовящие изменить траекторию моего движения в какую-нибудь канаву, и там и оставить. Если не упаду – будет счастье.

Начинает вибрировать телефон в сумке и я притормаживаю, чтобы его найти.

Забыла переключить на звонок. Хорошо, хоть почувствовала.

В меня сразу кто-то упирается своей грудью, вынуждая отойти в сторону. Движение утром плотное, особенно в центре города.

Анфиса. Чего ей понадобилось вдруг?

Нажимаю на зеленую трубку.

– Ну, мне всего десять минут до офиса, – набираю ускоренные обороты по пешеходной дороге. – Не подождет?

Девушка прерывисто дышит в трубку.

– Ну наконец! – выдает она взволнованно, моментально заражая меня тревогой.

В голове лишь один вопрос: что случилось?

– У нас Ахмед! – развеивает та все мои сомнения.

С Ахмедом мы последний раз общались перед вылетом в Россию. Он написал мне всего одну смс о состоянии Матвея. И мы больше не общались с ним. Что ему так срочно понадобилось от меня, что он даже заехал в офис без предупреждения? Причем к Киру в компанию, с которым они так и не наладили хорошие отношения.

Я не говорила Киру о нашем с ним примирении с подачи Ахмеда, иначе бы начались расспросы, к которым я была не готова.

– Чего он хочет? – лавирую между людьми в потоке, беспокоясь за их здоровье.

Кофе-то еще горячий!

Каждый норовит спихнуть стаканчик из моей руки, обгоняя меня.

Кретины! Еще и меня виноватой потом сделаете.

К счастью, поток людей уходит в сторону метро по прямой, а мне в другую сторону.

Подбегаю к перекрестку и вглядываюсь в красный свет светофора. Я встаю прямо у пешеходного перехода, чтобы стартовать раньше всех, и жду, когда загорится зеленый свет, переминаясь с ноги на ногу.

Слева у стоп-линии останавливаются автомобили, некоторые подгазовывают в нетерпении.

Тоже, видимо, опаздывают вместе со мной. Солидарна с ними в раздражающем настрое.

– Хочет с тобой поговорить. Ждет тебя. Что-то важное. Просил тебе позвонить и сказать, чтобы срочно бежала в офис и нигде не задерживалась, – она сама чем-то не на шутку встревожена.

– Что у него такое срочное? – выдыхаю, оглядывая людей, ожидающих позади меня.

Почему мне сам не позвонил? Или звонил, но я не слышала?

Кошусь на сумку. Возможно и звонил. У меня же телефон на вибрации был.

Несколько секунд остается до переключения на зеленый свет. Машины уже стоят в рядок, ожидая своей минуты.

Ступаю первая на пешеходную разметку и быстро иду вперед, раздумывая над неожиданным появлением Ахмеда в офисе.

Предпочитаю всегда стартовать чуть раньше остальных. А сейчас особенно. Кофе все же хочется донести до офиса и выпить, а не помыть им тротуар.

Не предупредил, приехал сразу. Значит, что-то очень срочное, не требующее отлагательств.

От мыслей меня отвлекает резкий визг шин, стартовавшего автомобиля… какая-то светлая машина, Ленд Ровер, срывается с места и несется прямо на меня, стартуя на зеленый.

МОЙ ЗЕЛЕНЫЙ!

Продолжаю идти вперед, уверенная в том, что он сейчас поймет свою ошибку и остановится.

Но он летит именно на меня!

Ты чего творишь, идиот?

– Ты скоро будешь? – кричит мне Анфиса в трубку. – Ты где?

Смотрю на авто в недоумении, на автомате еще размышляя над ответом Анфисе.

Машина не тормозит, ускоряясь, а я хлопаю раскрытыми от ужаса глазами и только начинаю замедляться в растерянности.

Вокруг светло, куча людей, тепло и сухо. Видимость хорошая, снега, дождя и яркого солнца нет, чтобы он не заметил зеленый свет. Должен остановиться!

С тормозами проблема?

Начинается легкая паника. Все ближе ко мне…

Что делать?

Порываюсь вперед…

Все происходит в каком-то замедленном процессе. Ужасно медленно передвигаюсь. Машина быстрее.

Джип едет на меня, меняя направление, как только я делаю пару шагов вперед. Я вдруг понимаю, что его миссия задавить меня!

А у меня лишь пара секунд на принятие решения… Сколько? Две?

Как действовать дальше?

Тело парализует страх, не давая размышлять. Только одна мысль в голове в этот момент, один вопрос: единственное спасение – отпрыгнуть?

Как назло каблук уходит в бок, заставляя сделать меня шаг в сторону. На секунду отвлекаюсь, чтобы удержать равновесие…

Свет фар, яркий, обжигающий глаза.

Последняя странная мысль, которая меня настигает, когда уже бампер оказывается совсем близко: "Ксенон что ли? Почему так ярко?"

Опадаю назад в последний момент, сумка слетает с плеча, уплывая прямо под колеса, кофе… Судя по ощущению жара на животе, кофе недалеко улетел.

Машина проносится буквально в сантиметрах от моих ног, уплывая в закат под сигналы остальных "переживающих" машин.

Ощущаю сильную боль в ноге. Приземлилась, видимо, неудачно.

Пока еще все мутно, непонятно. Шок.

Смотрю ошарашенно вслед машине, пытаясь отметить хоть какие-то детали. Номер не видно.

Слишком быстро и неожиданно.

И только сейчас выдыхаю, понимаю, что меня пронесло.

Главное, жива. Успела!

Однозначно, есть камеры, да и очевидцы могли что-то приметить. Оглядываю себя, присаживаясь на дороге. Ко мне бегут люди с двух сторон. Движение приостановилось.

Часть одежды порвана, немного грязная. Ладони ободраны. И коленка.

Колено-то как умудрилась? Я же вроде бы назад падала…

Пытаюсь отдышаться, унять всколыхнувшееся чувство паники, раздирающее меня на части.

Вроде бы больше никаких серьезных увечий или переломов нет.

Блин, я всего лишь шла на работу…

Качаю головой, проверяя ее. Не кружится?

Особых изменений не наблюдается. Только колотится сердце и чуть подергивает внутри от пережитого стресса.

В целом, – в порядке. Отлично.

И меня простреливает осознание. Меня пыталась сбить машина! Только сейчас это понимаю, сидя на дороге, медленно осмысливая происходящее. Он гнал прямо на меня, и даже те два моих шага вперед заставили его изменить траекторию пути.

Он выждал подходящий момент.

Припоминаю, что стоило мне подойти к перекрестку, как одна из машин вырулила с автобусной остановки. Может водитель меня поджидал?

Но это же глупость несусветная!

Подбегают очевидцы произошедшего, охая, переговариваясь и продолжая удерживать все движение на дороге. Кто-то вызывает скорую, остальные пытаются дозвониться до полиции. Шум, гам, суматоха. Многие проходят мимо, щелкая кнопками телефонов на ходу и весело комментируя, безумно раздражая. В основном, молодежь несовершеннолетняя.

Следует скоро ожидать новых фотографий в сети с моей растрепанной физиономией, порванными штанами. Но мне как-то наплевать на это в данную минуту.

Передо мной останавливается парень в джинсах и куртке, протягивая мне свою широкую ладонь. Поднимаю взгляд. Молодой человек лет двадцати пяти зависает надо мной с улыбкой на лице.

– Эко вас угораздило! – выдает он мне единственную фразу и помогает мне приподняться.

Остальные очевидцы приносят мне разбросанные по дороге вещи. И я уже сама допрыгиваю до тротуара.

Самое удивительное, что Анфиса все еще кричит в трубку, которая оказывается через несколько секунд в моих руках, требуя немедленного ответа.

Ухмыляюсь, глядя на время ее ожидания. Несколько минут уже прошло. Вот, упертая.

Хочется сбросить звонок, но я отталкиваю от себя эту мысль и отвечаю:

– Все в порядке. Скажи Ахмеду, что меня чуть не сбили… я в…

– Тебя сбили? – орет девушка в трубку, перебивая меня. – Ты жива? Вызвать скорую?

– Все в порядке, – рычу я из последних сил. – Но одежда порвана, я ушиблась. Надо домой переодеться.

***

Настоящее. 02.09.2023г.

Меня обнимают теплые руки Матвея. Мы лежим с ним в обнимку весь следующий день и вечер после моего неожиданного появления, смотрим в окно и переговариваемся. Я рассказываю ему свою историю, начиная с самой первой острой ситуации, когда все вышло из-под контроля.

Она случилась аккурат после возвращения из Парижа.

Мужчина внимательно слушает, не перебивая, кивая в знак поддержки.

Мне комфортно в его объятиях. Прямо ностальгия накрывает.

Сердце щемит от воспоминаний…

Впервые за долгое время я расслаблена. Привычные тревога и ощущение опасности чуть оставили меня. На их место пришло бесконечно приятное чувство, словно я под надежной защитой в его объятиях. Я млею, смакую эти моменты, наслаждаясь его обществом.

Кажется, что теперь в моем маленьком мире наступил тот самый необходимый мне баланс.

Встаю только по необходимости сделать нам чай или принести что-то перекусить…

В очередной раз возвращаясь из кухни, невольно задерживаю взгляд на его полуобнаженном теле. Идеальная фигура. Ни капли жира. И ноги… Такие ровные, прокаченные икры.

Как? Он же не ходит в зал уже более полугода. Но прекрасные кубики пресса на месте.

Наверное, все же старается следить за собой. Или скоро отсутствие спорта станет заметным. Все же еще не так много времени прошло.

Ощущаю исходящую от мужского тела силу, чувствую жар его кожи, не касаясь. Мое сердце ускоряет ритм. Даже отвернувшись от меня, у него получается заставить мое сердце биться чаще. Колени подгибаются. Безумно хочется прикоснуться к его телу. Так сильно, что кружится голова.

– Матвей, а ты не пытался исправить эту ситуацию? – спрашиваю его напрямую, отталкивая безумные порочные мысли.

Подхожу к дивану ближе.

– Нет. Подумал, что раз руки есть, то зачем мне ноги, – язвит он в ответ и я больше не задаю лишних вопросов.

Больная тема. Ясно. Ожидаемо.

Присаживаюсь рядом. Не удерживаюсь от того, что бы погладить его широкую спину. Ласкаю его и схожу с ума от его запаха. Привлекательный аромат самца.

– Так значит Евлампия проявила себя сразу же? – спрашивает Матвей, поворачиваясь ко мне и прижимая к себе.

Его руки, такие нежные, аккуратно обнимают мое тело, и я млею. Киваю.

– Я точно не знала, что это она. Завели дело. Поймали водителя. Он рассказал слезливую историю, что ему показалось, что свет переключился на "его" зеленый… И я еще стартанула раньше. Его адвокат оказался неплохим, выстроил хорошую защиту и давил на то, что я сама виновата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.