Юрий Шорохов
Око Мораны

1 глава

Ночной туман был настолько густым, что даже полная луна не могла пробить его лучами своего мертвенно-бледного цвета. То тут, то там в нём беззвучно сновали какие-то неясные тени. Буян остановился всхрапнул и нервно запрядал ушами. Волк, сотник княжьей дружины Велибора, успокаивая, легонько похлопал по холке своего боевого коня:

– Спокойно, друже! Избудь страх свой, нам ли с тобой Нави бояться, коли мы стократно смертию умываны?!.

Умница Буян понимал своего хозяина и друга с полуслова, он дважды ударил копытом мягкую лесную дорогу и неторопливо пошёл вперёд. Ехали они с сотником в опасное и гиблое место, исполняя срочный князев наказ передать его письмо старому и могучему волхву, кудеснику Златогосту. Старец был настоящей живой легендой русичей в княжестве Велибора. Никто не знал, сколько ему лет, самые древние старики клялись, что в те времена, когда они были мальцами, Златогост уже был стар. Он всё также в одиночестве жил на острове в Ведьмином болоте, и, по слухам, встречался и разговаривал с богами Прави также свободно, как соседи-крестьяне, живущие рядом на одной деревенской улице. Златогост крайне редко покидал свой болотный остров, и к себе гостей не слишком жаловал. Только те, кто помыслами истинно чист, могли пробраться к нему по болотным топям, и старик помогал им. Он ставил на ноги безнадёжных больных и умирающих, предсказывал верную судьбу, учил и наставлял на путь истинный. Его магия творила настоящие чудеса! А те, кто шёл к нему с гнильцой внутри или камнем за пазухой, бесследно пропадали в болоте… Волк, конечно, знал об этом, но страха не было в его сердце. За многолетнюю службу в княжьей дружине и десятки больших и малых походов, приучивших его к суровой жизни воина, он повидал и пережил многое. К своим тридцати годам Желан, так назвали своего единственного сына во младенчестве батюшка и матушка, стал Волком, опытным и сильным ратником. Князь Велибор за смелость и доблесть в боях с ворогом сделал его младшим воеводой, поставив сотником. И не сегодня – завтра престарелый главный княжий воевода Ратмир повесит свой меч и кольчугу на стену, и Волку предстоит принять командование всей княжеской дружиной. Старик Ратмир, заменивший на княжьей службе Волку батюшку родного и выпестовавший из зелёного юнца-кмета доброго ратника, сам предупредил его об этом. И сообщил, что князь Велибор без его подсказки сделал этот выбор:

– Вот так, сыне! Готовься принять дружину княжьим повелением, а мне на покой пора. Будя, повоевал старый Ратмир!

Старик воевода улыбнулся в седые бороду-усы и крепко обнял Волка, будто благословляя его. Ратмир же и передал сотнику письмо князя волхву Златогосту, и велел скоро собираться в дорогу.

– Справа сия важна еси! – молвил старый боярин – абы кому не можно поручить. Уповаю на тя, Волче. Поезжай немедля!

– Добре, дядька Ратмир. Исполню! – Волк взял скрученный в трубку лоскут пергамента, скреплённый княжьей печатью, и спрятал его за пазухой. Поклонился в пояс воеводе и вышел из светлицы вон. В путь он выехал под вечер, а ближе к ночи попал в этот чёртов туман, что не видно ни зги. Волк уже хотел было спешиться, и, найдя место посуше, подремать до утренней зорьки, но внезапно туман стал стремительно терять плотность, и сотник прямо перед собой увидал статную и высокую девушку. Она подняла руку, останавливая его Буяна, и Волк удивился, как его конь послушно стал, повинуясь этому жесту незнакомки.

– Здрав будь, витязь! – молвила девушка – далече ли путь держишь?

– К волхву Златогосту княжьим повелением – отвечал Волк – а ты кто будешь, красна девица? И что за дело тут среди ночи пытаешь, не страшась ни духов Нави, ни человека недоброго?

– Мне не страшно, витязь. Это меня все боятся! – весело рассмеялась девушка, и озорно тряхнула чёрными как смоль волосами – я Морана!

– Морана?! Богиня смерти и зимы? – воскликнул Волк. Он спешился и поклонился ей земным поклоном, держа повод коня одной рукой.

– Она самая! – кивнула девушка – и я хочу кое о чём попросить тебя, витязь. Не откажешь мне?

– Ежели на добро, то всё сделаю! – снова поклонился ей Волк – а ежели на презлой умысел, то не прогневайся, богиня. Не пошевелю и пальцем, хоть на месте меня убей!..

2 глава

– Зачем мне убивать тебя, Волк?! – улыбнулась Морана – знал бы ты, сколько раз я наблюдала за тобой, когда ты в сечах кровавых лез в самое пекло. И каждый раз думала, что вот-вот не сносить тебе головы, но ты каждый раз сухим из воды выходил! Храбрец и мастер ратных дел!

– Ну, может, и не совсем сухим-то… – молвил Волк – шкурка-то у мя, почитай, вся в шрамах-отметинах.

– Ништо, витязь! Тебя точно шрамы не портят – сказала богиня – а просьба моя к тебе не ко злу привязана. Ты к Златогосту идёшь, и он примет тебя. Старик-волхв любит честных людей, а с другими не церемонится, кормит ими болотных демонов Нави. Кстати, как через болото пойдёшь, будь внимателен, эти бесы хитры и коварны! Нападают внезапно, стараясь застать врасплох. Сам же Златогост является одним из человеческих воплощений премудрого бога Трояна, покровителя всех целителей Руси. И когда-то давно у нас с ним вышел спор, кто сильнее, Жизнь или Смерть? Тогда мы так и не смогли разобраться, а в итоге у него оказалась принадлежащая мне вещица. Это сильный амулет, оберег. Верни его мне, Волк, и я щедро вознагражу тебя!

– Морана, я думаю, что волхв не отдаст его мне просто так. Наверняка попросит что-то взамен. А что я могу дать богу кроме своего ратного умения? – рассуждал сотник – правильно, ничегошеньки! Но я всё равно попробую, и спрошу его об этом. Обещаю!

– Благодарствую, витязь! Я не останусь в долгу – удаляющимся эхом прозвучали слова Богини Смерти, которой уже и след простыл…Тем временем туман окончательно рассеялся, и Дивия-Луна ярко осветила дорогу. Волк неторопливо поехал дальше, здраво рассудив, что переходить болото будет лучше при дневном свете. Из головы не шли слова Мораны о том, что волхв Златогост и бог Троян – это одно и то же лицо. Одно дело говорить с человеком, пусть и могучим волхвом, и совсем другое – с божественной силой! В раздумьях Волк подъехал к болоту, когда уже забрезжил рассвет. Отпустил Буяна на выпас, вырубил слегу покрепче – и в путь! Где по пояс, а где и по грудь в чёрной болотной воде и в зелёной ряске, он двигался к острову, который был хорошо виден даже издалека. Выбравшись на относительно твёрдую отмель, сотник было решил устроить себе небольшую передышку, но не тут-то было. Твердь почти сразу стала уходить из-под ног, и, вдобавок, его атаковал какой-то болотный упырь. Волк, не вынимая меча, отходил наглеца слегой и легко обратил его в бегство, приговаривая:

– Изыди, бес, покуда жив еси! Не гневи мя, ибо сим колом отправлю тя в Навь на веки-вечные!

И слега в его руках вертелась подобно мельничному колесу при добром ветре, осыпая несчастного беса градом увесистых ударов. Под конец тот не выдержал, и, визжа и похрюкивая, бросился наутёк.

– То-то же! – удовлетворённо хмыкнул ему вслед Волк, и продолжил путь к острову Златогоста. Наконец, раздвинув прибрежную осоку, он выбрался на сухой берег. Устало откинулся на спину и посмотрел в голубое и высокое ясное небо погожего летнего утра. И почти сразу же эту небесную красоту закрыла седая лохматая голова с длинной бородой и суровым пронзительным взглядом из-под кустистых и тоже седых бровей:

– Чего разлёгся, как дома на печи?! Кто таков? С чем ко мне пожаловал?

Волк в мгновенье ока вскочил на ноги и поклонился старцу:

– Батюшка Троян, аз есмь Волк, сотник княжьей дружины Велибора. Его повеленьем я здесь, письмо привёз!

И протянул старику свёрнутый в трубку пергамент с княжьими печатями.

– Ишь ты! – усмехнулся старец, принимая свиток – откуда о Трояне узнал? Для всех здесь я Златогост!

– Не ведал я, батюшка, да по дороге сюда встретил Морану. Она и сказала. И ещё сказала, что у тебя есть её оберег, и просила его вернуть!

– Морана? Эта самонадеянная девчонка смеет меня о чём-то просить? – брови старика от удивления полезли вверх – или она была так уверена, что я не отправлю тебя на корм демонам Нави, как и множество других злодеев и наглых врунов?!

– Сие неведомо мне, ибо божиим промыслом мной почитаемо – сдержанно ответил Волк – токмо знай, батюшка, что я не служу злу и ложью уста свои не оскверняю! Не возводи напраслину!

– Ух, как раскипятился! Обиделся на старика! – снова усмехнулся Троян – то проверка тебе была. И демонёнка, упырька, я к тебе послал, испытать тебя хотел. А ты, добрый молодец, даже меч не вынул, одной жердочкой справился! Хвалю, что без кровопролития его победил. И честь по чести речь держал. Ну, пойдём, в баньке тя попарю, смоешь болотную грязь. А потом и поговорим, обсудим справы наши… "Уф-ф, миновала гроза!" – подумал Волк, шагая за Трояном по тропинке вглубь острова – "сегодня болотным демонам на обед не достанусь! Уже хорошо!"

3 глава

После Трояновой баньки по-чёрному, смыв пот и болотную грязь, Волк почувствовал себя будто заново родившимся! Лёгкость во всём теле и ясность мыслей были просто поразительными. Не мешала даже прошлая бессонная ночь, проведённая в дороге.

– Неспокойно стало во княжестве-то? – вопрошал Волка Троян – вон и князь твой о том пишет, совета спрашивает!

Старец поставил на грубо сколоченный, но прочный деревянный стол под старой яблоней ендову с душистым взваром, аромат которого был настолько приятен, что сразу же захотелось попробовать сей напиток. Троян наполнил берестяные кружки и одну подвинул Волку.

– Неспокойно, батюшка! – согласился сотник – с полуденной стороны степняки лезут, а с полунощной варяги-тати озоруют. Да и соседи, князья-русичи, грызутся между собой диким зверям подобно!

– Охо-хо, нет мира в земле русской – тяжко вздохнул Троян – то-то радости прибудет Моране. Ну, так о чём, глаголишь, она меня просила?

– Просила вернуть какой-то оберег, принадлежащий ей, и хранящийся у тебя, батюшка Троян. Сказала, что как-то давно поспорили вы с ней, кто сильнее – жизнь или смерть, и её вещица оказалась у тебя. Больше и не ведаю ничего – молвил Волк, отхлебнув из кружки густое, тёмное и очень вкусное питьё. С каждым глотком сотник чувствовал, как уходит, будто растворяется истома, исчезают остатки усталости…

– Ты, парень, пей взвар-то. Сила в нём добрая, и скоро она тебе надобна будет! – проворчал Троян в усы-бороду – а про Морану скажу, что поплатилась она своим оберегом за свою же глупую горячность. Ибо жизнь всегда над смертию восторжествует, сие древним законом сказано!

– Так что мне ответить ей, батюшка? – вопросил сотник – отказываешь ты или, может, взамен чего-то получить желаешь?

– Эх, ладно, дело прошлое! – махнул рукой Троян – не держу обиды на Морану, кто ж по молодости не ошибается?! Главное, научиться делать верные выводы из ошибок, так ведь, Волче?

– Истинно так, старче! – поклонился Волк – чем я могу послужить тебе за оберег Мораны?

– От, вельми добёр ратный боярин! Всё честь по чести, любо мне сие! Будет тебе справа от меня, токмо чуть позже, а оберег возьми сейчас, отдай этой девчонке. Понеже, заждалась поди! Да прихвати грамоту от меня для свово князя Велибора. Из рук в руки отдашь! – Троян сделал особый знак рукой, и Волка подхватил поток тёплого ветра, поднял к небушку и перенёс через топи болотные к месту, где он оставил пастись своего коня Буяна. Такому чуду подивился сотник, да недолго! Морана была уж тут как тут, и по виду выглядела немного взволнованной:

– Ну, витязь, что тебе Троян ответил?! Говори, не томи!

– Держи свой оберег, Морана – Волк протянул богине резной деревянный ларец – а на словах велел передать, что главное из своих ошибок правильные выводы научиться делать!

– Узнаю старого ворчуна! – счастливый смех Мораны рассыпался звоном маленьких колокольчиков – а что он спросил с тебя за мой оберег?

– Обещал я ему справу, в какой у Трояна надобность будет. Исполню сие! – отвечал Волк – а покуда велено грамоту князю Велибору доставить, и из рук в руки подать.

– Вот как! Значит, ты теперь Трояну служишь! А я хотела тебя к себе на службу взять – опечалилась Морана.

– Не прогневайся, богиня. Вольной волею не пошёл бы я служить Злу – ответил сотник – у тя, поди, помощников и без меня в достатке!

– Глупый, ты же не знаешь ничегошеньки! – снова рассмеялась Морана – иной раз и смерть может быть благом великим. И служить мне вовсе не значит убивать людей! Ну, ладно! К этому разговору мы с тобой вернёмся позже, а пока проси в награду чего пожелаешь! Хочешь злата-серебра? Каменьев самоцветных? Или, может, жену-красавицу, семью и дом-полную чашу?

– Ничего не надобно мне, Морана, благодарствую! – поклонился ей Волк – моя жизнь ратная, княжья служба, и лучшей доли для себя я не мыслю. Возвеличиться богатствами несметными не желаю, что сам заработаю – тем и сыт!

– Ну, что же – призадумалась богиня Смерти – возьми тогда вот это…

Она сняла с себя красивый, необычной расцветки камень, оправленный в серебро, и надела на шею Волку:

– Сей камень непростой, витязь. Он называется Око Мораны. Носи его, не снимая, и храни. А он будет хранить тебя! С ним ты всегда будешь под моим благословением и с моей помощью – улыбнулась богиня – а сейчас зови-ка своего буйного коня. Я отправлю вас домой, ибо князь твой Велибор заждался ответа Трояна. Волк едва успел глазом моргнуть, как оказался перед воротами в княжий терем! Взбежав по широкой лестнице на второй этаж, он устремился в светлицу к Велибору. С поклоном подал князю Троянову грамоту, и остался ждать, пока князь прочтёт её. От внимательных глаз сотника не укрылось, что чем дальше читал Велибор, тем сильнее хмурил своё высокое чело. Наконец князь закончил чтение и, не сдержав себя, в великой досаде и гневе хлопнул кулаком по столу:

– Воевода, кликни в гридню, чтобы скоровестники немедля звали бояр на совет. Немедля! А сам тотчас сюда возвращайся, разговор есть. Да и потрапезничать нам с тобой пред боярским советом не помешает…

– Исполню, княже! – Волк уже скатывался по лестнице к гридникам…

4 глава

Отправив вестовых к ближним боярам, Волк вернулся в княжью светлицу. Велибор сразу увёл его в светёлку за большой залой боярского совета, где для них уже был накрыт стол с немудрёной, но по-княжески вкусной и сытной снедью.

– Поведай, воевода, как съездил, как волхв Златогост принял тебя? – князь сам разлил стоялый мёд по чаркам, и острым кинжалом ловко разделывал печёного с травами-кореньями гуся – правду ли бают о том, что старик капризен и грозен бывает?

– Княже, то не волхв Златогост, то сам бог Троян-Целитель в одном из своих обличий! – отвечал Волк удивлённому Велибору. И без утайки поведал обо всём, кого и как повстречал на своём пути, и как сложился разговор с Трояном и Мораной. Показал оберег Око Мораны, которым одарила его Богиня Смерти. Князь был в великом изумлении!

– Вельми красно, что боги Прави милостью своей тебе союзны, Волче! Тотчас укрепил ты мя в решении моём сделать тебя воеводою дружины моей и ополчения. Ты не токмо зело искусен в ратном деле, но и глаголать добёр, вельми разумен – растроганно молвил князь – сегодня же писцы о том грамоту составят, бысть тебе отныне ближним боярином и десницею моей!

Волк отложил кусок гусятины, стал на ноги и поклонился князю большим обычаем:

– То велика честь, княже, и аз главу сложу, но не посрамлю её!

– Ты гуся ешь, воевода! Успеешь ещё накланяться-то! – махнул рукой Велибор – одне мы сейчас, к чему поклоны сии?!

– Ем, княже! Преславен гусь, как и меды твои – пробубнил с набитым ртом Волк – а чёму ты боярской совет сзываешь? Что Троян отрёк тебе во грамоте своей?

– Хазарский хан Отемиш собирает войско числом превелико, и вскоре к нам пожалует. Не по нраву степному шакалу, что Русь силушку копит, княжества в родственные союзы начинают объединяться. Когда мы врозь, им легче разорять деревни и ограды русичей, грабить да полон уводить. Вот и решили поганые пожечь нас, ибо крепкой сторожею мы стоим всей земле Русской. Ежели мы падём, то и соседи наши не устоят ворогам на радость. Об этом скажу боярам, да велю войско готовить. К соседям гонцов пошлю, пусть помогут дружинными ратниками. Грозен час предстоит! – молвил Велибор.

– Княже, допрежь всего надобно нам проведать, сколь велико хазарское войско, да когда оно к нам двинется, чтобы встретить незваных гостей в нужном месте пиром кровавым, славной сечей. Чтобы после оной некому было богатств Руси алкать! – решительно сказал Волк – аз лазутчиком во вражий стан пойду. Под купеческим видом!

– А ну, сгинешь там?! – нахмурился Велибор – лишишь меня доброго воеводы!

– Авось не сгину, княже! Боги Прави не бросят слугу свово – с улыбкой подмигнул князю Волк – да и кто лучше меня справу сию исполнит…

– Ну, добре! Сбирайся в дорогу, а мы с тиуном порешаем, чем те торговать в хазарских землях – нехотя согласился князь. Той же ночью чуткий сон Волка прервал осторожный стук в оконце его светлицы:

– Боярин, встречай гостя!

Воевода распахнул окно, и внутрь влетело крупное серое перо из крыла цапли. Крутанувшись в воздухе, оно обернулось знакомым старцем, встреченным накануне на болотном острове.

– Заходи, батюшка Троян! С чем пожаловал? – поклонился ночному гостю Волк.

– Слыхал я, что ты к хазарам едешь, боярин? Правильно, ворога прознать надобно, дабы победу над ним добыть. Справа моя тебе такова будет: у тамошнего Отемиш-хана, что ныне лихом грозит Руси, есть ближний нойон Бухсор. Большой тархан! Думаю, что именно он и поведёт в сечу хазарские полки, когда оне на Русь найдут, прожорливой саранче подобно. У того мурзы три дочери, тебе нужна средняя, её имя Хиба*. Эту девчонку Высшие Силы наградили таким даром целительства, что всем нашим знахарям, вместе взятым, и поблизку не дотянуться. Привези её на Русь, воевода! Такова воля моя.

Волк поклонился Трояну, принимая от него справу сию, а когда выпрямил спину, то покровителя русского целительства уже и след простыл. Закрыв оконце, боярин снова вальнулся на широкие полати, но сон больше не шёл к нему. Хиба! Похитить знатную девицу-хазарянку, дочь первого воеводы Бухсора, и живой-невредимой привезти её на Русь… Это было непростой задачей! Покрутившись ещё немного с боку на бок, Волк поднялся с постели, и побежал умываться студёной колодезной водицей. Он любил встречать предрассветный час радостной бодростью и молодой силой, которые щедро дарила ему родная земля. Обливаясь и отфыркиваясь от ключевой воды и растираясь докрасна грубой плотной холстиной, парень даже не подозревал, что мудрый Троян не всё сказал ему об этой хазарской девушке. Зато Морана, потихоньку наблюдавшая за утренним умыванием Волка и любовавшаяся его ладной и крепкой статью, прячась за ближайшим углом, досадовала на хитреца Трояна. Она-то знала всё!..

*Хиба – дар, подарок (тюрк.)

5 глава

Лениво развалившись в крытом нарядном возке на мягких мешках с овечьей шерстью, заботливо укрытых шикарными персидскими коврами, Волк острым глазом внимательно всматривался вдаль. Скоро неделя, как его большой купеческий обоз находится в пути в Полуденную сторону. Шли спокойно, растянувшись по пыльной, сухой дороге едва не на полверсты. Груз, заботливо собранный к торговле княжьим тиуном Скупом, охраняла целая сотня дружинных бойцов, переодетая частью в слуг, в работников, в наёмных воёв. Везли русичи хазарам меха, мёд, дёготь, воск да пеньку. Самый ходовой товар! Торговля обещала быть выгодной. Десятку самых шустрых да бойких дружинников Волк велел прикинуться скоморохами, и поставил к ним главным своего полусотника, некогда получившего имя-прозвище Ёрш за беспокойный и колючий характер. Тот никогда не стеснялся высказывать своё мнение, даже если оно шло вразрез с мнением большинства, и в итоге нередко оказывался прав. В дружине княжьей не слишком жаловали его за склочность, и Волк об этом, конечно, знал, но Ёрш был отменным бойцом, и воевода, не раздумывая, сделал его начальником личной охраны. Во-он он едет с дурацким колпаком на своей строптивой рыжей голове на смешной пегой кобылке! Волк даже усмехнулся краешками губ, глядя на маскарад своего лихого полусотника.

– Чему усмехаешься, витязь? – мелодичный женский голос заставил его вздрогнуть от неожиданности – или справа твоя так радостна тебе?

– Морана?! Ты как здесь?! – воскликнул воевода.

– Ты узнал меня, витязь! – радостно рассмеялась девушка, оказавшись рядышком с Волком на персидском ковре. Воевода невольно подвинулся в сторону, освобождая больше места божественной гостье.

– Да не бойся, Волче! Не укушу я тебя! – озорно подмигнула ему Морана, подвигаясь ближе к нему, и вдруг тяжело вздохнула – уж больно люб ты мне, витязь. Ну-ну, не хмурься! Бывает, что и боги людям завидуют! Пряжу судьбы твоей Макошь Доле отдала, а та свила клубочек, круглый да ровный. Сие значит быть тебе счастливым да удачливым всю свою жизнь! А Троян, старый хитрец, не сказал тебе, что хазарская девица, которую он велел привезти на Русь, не только великая целительница, но и обладает пророческим даром! Она способна видеть будущее. И она знает свою планиду, и ведает, что ты ей предназначен судьбой! Так что красть её тебе не придётся, Хиба сама с тобой пойдёт. Троян об этом всё знает, но предпочёл умолчать, а я… Я думаю, что ты со временем сам разберёшься, кто твой истинный, настоящий друг. И пойдёшь ко мне на службу!

– Морана, за велику милость твою аз вельми благодарен! И готов помогать тебе, токмо не злодеем! – горячо заверил богиню воевода – говори, что желаешь, я исполню!

– Ага, попался, сокол ясный! Я желаю! – хитро и довольно усмехнулась Морана – поцелуй меня!

Волк от удивления вытаращил глаза, но слово не воробей, вылетит – не поймаешь! Пришлось ему целоваться с Мораной, и закружилась головушка сладко-сладко!

– Ну, вот. Не помер ведь! – выдохнула богиня – и понравилось поди. А, Волче? Понравилось тебе?

– Понравилось, Морана. Не стану лукавить – приходя в себя, твёрдо ответил Волк – токмо больше…

Но Морана не дала ему договорить, прижав свой пальчик к его губам:

– Тсс… Премолчи сейчас, ибо слова здесь лишние!

И безо всякого перехода продолжила:

– Завтра поутру чуть свет будьте готовы к сече. Тати хазарски второй день следят за вами, и с рассветом на лагерь нападут!

Волк раскрыл было рот поблагодарить богиню за предупреждение, а её уж и след простыл! Он взял в руку Око Мораны, висевшее у него на груди, и камень в серебряной оправе оказался удивительно тёплым на ощупь. К этому ночлегу по наставлениям воеводы русичи готовились особенно тщательно. Выбрали широкую поляну на высоком и крутом речном берегу, к которой был один-единственный подход для возможного нападения татей. Ели, пили, песни пели, весь вечер веселились, делая вид полной купеческой вольницы. А неподалеку в небольшом лесочке, в засаде, тише воды, ниже травы притаилась полусотня Ерша, сменившего дурацкий колпак на голове на свой видавший виды боевой шелом…

6 глава

Чуткую предрассветную тишину, плотно укутавшую ночной лагерь русичей, вспорол лихой разбойничий посвист хазарских стрел. Две из них ударили в деревянный червлёный щит Волка, прикрывавший ему спину, когда тот сидел, перемешивая угли догорающего костерка. Котёл с остатками заваренного с вечера иван-чая дзынькнул и опрокинулся на бок от прямого попадания ещё одной стрелы, но воеводы у костра уже не было. Послышался быстро приближающийся гул от топота десятков конских копыт. Волк на слух определил, что ворогов не больше полусотни, и не стал командовать своим лучникам встречать их в отдалении стрелой:

– Робята, полон берём! Везём на рынок!

– Добре, воевода!

В дружине княжьей, и в сотне у Волка в особенности, бойцы ладны были. В сече каждый из них десятка стоил! Куда там каким-то степным варнакам с ними тягаться… Разъехались, будто сами по себе, две пустых телеги в разные стороны, пропуская внутрь лагеря скачущих во весь опор татей. Хазары сналёту и не поняли, что оказались в ловушке русичей. Они ожидали увидеть полупьяных и заспанных русских купцов, бестолково бегающих туда-сюда в одном исподнем, а вышло, что их с трёх сторон окружили изготовленные к бою ратники в доспехах и при оружии, готовые изрубить их в капусту по первому взмаху меча воеводы. Остался свободным лишь спуск к реке – каменистый крутояр, с которого упасть и сломать себе шею было легче лёгкого. Остановили хазары коней, затоптались бестолково на месте, не решаясь броситься на русичей. Уж слишком разительно отличалась суровая правда реальности от их ожиданий. Волк легонько хлопнул по крутой шее своего Буяна, и подъехал ближе к ворогам:

– Оружие наземь, тати, и оставлю вас в живых! Живо велю!

Несколько самых отчаянных разбойников с воплями всё же бросились вниз с кручи, предпочтя смерть рабству, а остальные послушно спешились с коней и сложили свои мечи, луки и копья. Ёрш насчитал без малого четыре десятка полоняников, и воевода остался вельми доволен. У русичей не было даже ни единого раненого! Толмач Барсук выведал у пленных хазар, что они знали о готовящемся походе на Русь, но то были жалкие крохи каких-то обрывочных слухов, и отсюда Волк сделал вывод, что войне быть ещё не скоро. Тем не менее, он всё поторапливал свой обоз скорее добраться до Итиля и попасть на приём к Отемиш-хану. И той спешке были две причины: уж слишком надоело ему унылое однообразие степных пейзажей и дикая августовская жара. Справедливости ради надо сказать, что и во граде Итиле жара была ничуть не меньше, но там хотя бы можно было надёжно укрыться от палящих лучей солнца, и под каменными сводами обрести желанную тень! Постоялый двор, на котором расположились русичи, находился неподалеку от ханского дворца, и уже утром следующего дня Волк в сопровождении Ерша и толмача Барсука отправился хлопотать об аудиенции у хазарского кагана. Хан Отемиш, увидав подарок русского князя Велибора, состоявший из небольшого оковца серебра, двух дубовых бочонков светлого липового мёда и большой связки отменных лисьих мехов, был изрядно польщён, стал любезным и милостивым! Он повелел отвести купцам-русам лучшие места на самом крупном городском базаре, а вечером пригласил их к себе на пир, который тотчас же решил устроить в честь приезда столь дорогих и щедрых гостей. Этому самому приглашению на ханский пир Волк обрадовался больше всего: ведь всем известно, как доброе винцо умеет языки развязывать. А ему, княжьему лазутчику, токмо того и надобно! Отрядив торговать на базаре трёх мелких тиунов, воевода в тонком заморском халате возлежал на невысоком диване, искусно установленном в самом прохладном, с ветерком, местечке лучших хором, отведённых хозяином постоялого двора Санджибом за малую толику княжьего серебра. В ожидании назначенного вечернего часа Волк лениво кушал свежие фрукты с большого глиняного блюда, стоявшего перед ним на низеньком столике, и запивал их виноградным соком.

– Желан! – тихий девичий голос позвал его по имени, данному матушкой и батюшкой во младенчестве, и ныне почти забытому. Волк мгновенно вскочил с дивана, как подброшенный пружиной, и уже с мечом в руке. Многолетняя боевая привычка не подвела. Он во все глаза теперь озирался по сторонам, готовый отразить нападение ворога, но нападать на него никто не спешил. Наоборот, послышалось тихое едва слышное хихиканье, и из-за колонны вышла невысокая девушка, закутанная в очень лёгкую, почти невесомую на вид накидку.

– Здравствуй, Желан, суженый мой! – сказала она на ломаном русском языке и мягко, застенчиво улыбнулась воеводе…

7 глава

– Хиба?! Это ты? Ты как здесь оказалась? – воскликнул удивлённый Волк – и откуда ты знаешь моё первое имя?

– Не удивляйся, Желан, мне многое известно – девушка прошла и села на диван, на котором только что возлежал воевода – присядь, нам надо поговорить!

Волк спрятал меч и послушно присел рядом. Он уловил тонкий аромат её восточных духов и рассмотрел свою гостью. Девушку без преувеличения можно было назвать красивой, и то, как она говорила по-русски, смешно ломая язык, показалось ему очаровательным. А Хиба как будто услышала его мысли, и снова улыбнулась:

– Милый, я быстро выучу твой язык, и ты не будешь смеяться надо мной!

– И в мыслях не было смеяться – честно признался Волк – но как ты узнала, что у нас с тобой одна судьба? И… и вообще, мне было велено украсть тебя и привезти на Русь. Добром-то ведь твой батюшка-нойон тебя не отдаст? Верно сие?

– Мой дар целительницы, о котором ты знаешь, не единственный! Ещё я могу зрить будущее и ведать судьбы людей, как и свою собственную. Моё предначертание, судьба и моя жизнь связаны с тобой и с Русью. А вчера ко мне приходил Троян, и мы с ним долго разговаривали. Вот поэтому я сейчас здесь – молвила девушка.

– Чудеса, да и только! Но ведь тебя же будут искать, и нойон Бухсор наверняка не пожелает, чтобы его дочь уехала жить на Русь? – молвил Волк.

– С батюшкою я сама разберусь. Он узнает о том, что поход, который задумал жадный Отемиш-хан, станет гибельным для хазар, и до последнего будет выступать против него. Но супротив ханской воли идти – головы не сносить, и батюшка поведёт хазарские полки в дальний путь. Из того похода немногие вернутся домой. Богиня Морана получит огромную жертву… – печально склонив голову, молвила Хиба.

– И это тебе известно, Хиба! А когда же ждать нам гостей незваных на Русь? И сколь велико будет войско хазар? – спросил Волк.

– Следующей весной поднимется Степь и двинется на русичей. Много будет хазар, и к ним другие народы примкнут, но Русь выстоит! А следующим летом у нас с тобой появится наш первенец, малыш. И его ждёт судьба настоящего багатура-русича! – чуть смущённо улыбнулась девушка.

Неожиданно для себя смутился и бравый воевода Волк. Он всё ещё не до конца поверил, что такое вообще возможно: всё зрить и ведать наперёд! Ай, да Троян! Нашёл ему суженую!

– Богиня Морана полюбила тебя, Желан! Конечно, она сильная соперница, но, я думаю, что мы сумеем с ней договориться. Только не спрашивай меня, милый, как это будет. Не серчай, я тебе никогда этого не скажу – тихо, но твёрдо сказала Хиба.

– Хиба, Морана хоть и богиня, но она не может быть мне женой – молвил Волк – и любви в моём сердце к ней нет!

– Верно. Но она жаждет обладать тобой. Вон, и камушек свой тебе подарила, ты его на груди носишь. Просто так она бы с этим амулетом никогда не рассталась. Око Мораны! С его помощью она могла видеть всё, что захочет, на многие-многие вёрсты вдали, и ещё много чего делать. Но она отдала его тебе, чтобы показать свою особую милость, свою любовь и защиту! – сказала Хиба.

– Мне предивно сие, и божий промысел я не ведаю, но поверю тебе, моя суженая – молвил Волк – скажи, что ждёт меня на пиру у хана Отемиша?

– Там тебя будут выспрашивать про Русь. Велика ли мощь и сила её, чем богата земля ваша – отвечала девушка – не опасайся, сегодня ты почётный гость хана, и никакой угрозы я не вижу.

– Эх! Да я бы хоть сейчас домой на Русь поехал. Всё проведал, справу княжью исполнил, да и Троянову справу тоже. Ну его, этот ханский пир! – махнул рукой Волк.

– Поедем вместе, милый! – улыбнулась Хиба – но не сейчас. Поживи в Итиле седьмицу, распродай все товары, купи для князя русичей чудес восточных, да и поедем!

Отшумел ханский пир, на который Волк, Ёрш и толмач Барсук притащили для хана Отемиша ещё один дар – бочонок хмельного стоялого мёда из княжьего погребка Велибора, чем привели кагана в полное умиление! А когда тот распробовал подарок на вкус, то велел немедленно подарить всем троим русичам по серебряной чаше, украшенной самоцветными каменьями. Принимая столь щедрый подарок, русичи, благодаря за честь, поклонились хану. Хиба оказалась права, все расспросы хана и его приближённых вельмож были про Русь, её силу и богатства. Волк в своих рассказах слегка приукрасил реальность о дружбе и взаимовыручке русских княжеств, но в целом не погрешил против истины, сказав, что главное богатство и сила Руси – в её народе, в вере и силе духа всех русичей от простолюдина до кровей княжеских. Оттого русские воины сильны и могучи, и в сече нет им равных, когда стоят они за землю свою! Узрел Волк, что слова его произвели впечатление на нойонов хазарских, однако коварный огонёк алчности в их глазах потушить не смогли. "Бысть походу хазарску на Русь" – подумал воевода – "верно суженая предсказала…". Его боевое чутье не могли обмануть ни льстивые речи хазар, ни уважение напоказ…

8 глава

Когда Волк пошёл сватать Хибу к её батюшке, хазарскому нойону Бухсору, то честно сказал ему, что он не купец, а княжий воевода русичей. Нойон даже обрадовался, и не стал препятствовать тому, чтобы его дочь Хиба уехала жить на Русь и стала женой русского боярина. Он почёл Волка равным себе по статусу и благословил брак! Волк терялся в догадках: то ли Хиба постаралась с уговорами, то ли кожаная калита Волкова серебреца сделала своё дело, но только будущий тесть нисколько не упирался, и даже более того, выделил три сотни конных нукеров для сопровождения и охраны купеческого обоза до границ Руси! На расспросы Волка откуда взялась такая сговорчивость у грозного хазарского воеводы, Хиба только посмеивалась и лукаво подмигивала суженому тёмно-карим глазом:

– Он воин и ты воин. Вот это ему и понравилось!

Но, конечно, не только это сыграло свою роль в удачном волковом сватовстве. Старый нойон поверил в мрачное пророчество дочери о будущем хазарском походе на Русь, хотя никому ни слова об этом не сказал. Уже значительно позже, когда Отемиш-хан повелел Степи собирать полки, Бухсор попробовал отговорить его, но, как и предсказала Хиба, всё было тщетно. Ослеплённые жадностью хан и вельможи и слышать ничего не хотели о том, что сложат в этом походе свои буйны головы. Обратная дорога прошла скоро и без приключений. Известно, что путь домой всегда кажется короче, чем из дому! Князь Велибор, выслушав Волка о сроках нападения хазар, успокоился. Времени у русичей подготовиться к войне было более, чем достаточно. Поскакали гонцы в соседние княжества, тиуны-казначеи принялись готовить рати и ополчение – застучали молоты в кузницах, рожью, пшеницей да овсом полнились закрома, запасали сено и солому. Воеводам было велено дружинных новоуков обучать делу ратному, да с ополчением заниматься. Волк, приняв дела от Ратмира и став главным княжьим воеводой, домой приходил только ночевать, и Хиба покорно ждала своего любимого. И ведь ни за что не успокоится, пока ужином не покормит! Тихая да ласковая, а на своём настоять умела! А воевода никогда и не спорил с женой – обнимет, поцелует, да ласковым словом одарит, Хиба сразу улыбкой в ответ и расцветёт! Занималась она и целительством, и настолько хорошо, что очень скоро добрая её слава вышла далеко за границы княжества Велибора. Троян был доволен: славную помощницу обрёл! Лишь Морана кусала себе локотки, не зная, как ей добраться до Волка, чтобы прибрать его к рукам, к себе на службу. И тем самым заманить его в свои сладкие сети. Но она теперь побаивалась разозлить Трояна, да и Пряжу Судьбы, сплетённую Макошью и завершённую Долей в ладный, ровный клубок, нарушать ей было также не с руки. Не радовала Богиню Смерти даже приближавшаяся война русичей с хазарами, обещавшая ей тысячи жертв с обеих сторон, вот насколько сильна оказалась её страсть к простому смертному! Из её головы никак не уходила бредовая мысль о том, что будь она обычной девчонкой, человеком, то шансы заполучить Волка были бы выше. И всё же Морана верила в свою счастливую звезду, в то, что ей предоставится случай добиться горячо желаемого. И такой случай действительно предоставился, но об этом мы узнаем несколько позже. Миновала дождливая осень, за ней снежная и морозная зима. С первым весенним теплом и таяньем снега, у границ Порубежья Руси стали вольготно разгуливать сторожевые сотни степняков, руша, грабя и сжигая деревни и уводя русский полон в чужедальнюю сторонушку. Земледельцы-русичи снялись с насиженных мест и подались под руку Велибора, под защиту крепких стен его городищ. Каган Отемиш не спешил. Он дожидался подхода всех народов и племён, которым повелел отрядить свои полки в его огромное войско. Придёт брезень-апрель, и Русь падёт к его ногам, и навсегда покорится его воле. Правда, он обещал своему углану Бухсору, что не тронет его зятя и дочь, оставив их в живых, но ведь было бы сказано, а забыть недолго! А впрочем, верблюдов пасти они вполне сгодятся. Вместе с папашей и тестем, который с возрастом, похоже, растерял остатки разума, ратного чутья и своего знаменитого боевого духа! Так или примерно так думал хан Отемиш, глядя на хмурое лицо своего верного нойона Бухсора, командовавшего его войском. Для себя хан решил, что поход на Русь в любом случае станет последним для его старого и в прошлом прославленного в боях полководца-углана. И в чём-то Отемиш-хан оказался прав, война с Русью действительно стала последней для нойона Бухсора, но совсем по иной причине! Князь Велибор отдавал последние распоряжения тиунам и воеводам. Большое войско русичей плотным кольцом расположилось вокруг его стольного града. Палатки и шатры раскинулись едва не до горизонта, а к нему на подмогу подходили всё новые и новые отряды ополчения и дружинные сотни из других русских княжеств. Велибору ежедневно доводили о кровавых стычках между русскими и хазарскими сторожевиками. Князю и воеводам осталось лишь выбрать подходящее место для решающего сражения с ворогом…

9 глава

Нойон Бухсор, старый воин, который верил в пророчество своей дочери Хибы, и поэтому до последнего был против похода на Русь, навлёк на себя немилость своего хана. Ныне все былые заслуги не в счёт! Он понимал это, и чувствовал, что выход у него есть только один – сложить голову на поле боя. Бухсор и предложил Отемишу, что поведёт передовые полки хазар в атаку на русов. Хан не возразил. Рати сошлись в нешироком поле, по обеим краям окружённом лесом и заросшими деревьями глубокими оврагами. Ни русичи, ни хазары не могли здесь разместить к сече все имеющиеся у них силы. Не хватило места! И тут же небо потемнело от густой тучи тысяч стрел, пущенных с обеих сторон. Бухсор выхватил меч, вскинул вверх, и с гортанным боевым криком ринулся вперёд, увлекая за собой степную пешую рать к стройным рядам русских, мгновенно ощетинившихся копьями. Лёгкая пехота хазар накатилась лихой волной и разбилась о русские червлёные щиты, отбегая с потерями, чтобы тут же броситься вновь. Бухсор, мчавшийся на коне впереди всех, единственный сумел проскочить первый ряд русичей и получил добрый удар копьём в колонтарь. Броня выдержала, но сам он не смог усидеть в седле и упал наземь. При попытке подняться на ноги, на шлем нойона обрушился русский меч. Искры из глаз, сознание разом померкло, и Бухсор будто провалился в спасительную тьму. Хан Отемиш, с интересом наблюдавший за первой атакой своего войска, был удовлетворён участью, постигшей его главного углана. По его тонким губам зазмеилась ехидная усмешка:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.