Милана Шторм
Тридцать монет на сундук Мертвеца и тринадцать зомби в придачу

– Где аметист на двадцать карат, который ты мне подарил?

– Насколько я знаю, ты одолжила его целителю, который хотел войти в контакт с бактериями.

Энн Маккефри, Элизабет Скарборо «Народ Акорны»

ПРОЛОГ

Обожаю начало осени! Комары уже не такие злые, мухи тоже жужжат как-то вяло, вспоминая, что скоро пора ложиться спать… ночью еще тепло, а днем иногда даже жарко.

– Каждому из вас в сопроводительном письме было указано приобрести серебряную лопату с черенком из осины… Хельга, что за рухлядь ты держишь в руках?

Ладно, беру свои слова назад. Я обожала начало осени. Пока не поступила в Магическую Академию на факультет некромантов. Потому что к такому меня жизнь не готовила! Кто же знал, что первым делом нас будут учить… копать? И даже не могилы, а картошку! В рамках оттачивания практических навыков.

Теперь-то я знаю, почему этот корнеплод такой дешевый: местные фермеры просто-напросто предоставляют свои картофельные поля для практикумов первого курса, и все довольны! Кроме меня. То, что я стала носителем дара поднимать мертвецов из могил, не сделало меня менее маркизой Хельгой Хоранской. Вот еще… буду я им… копать.

Картошку…

И не рухлядь это вовсе, а фамильная лопата… то есть, лопата, которой мой дед, благородный маркиз Нирой Хоранский… копал картошку.

Оказывается.

– Хельга! – голос профессора Жинно звучал гнусаво и противно.

– Это не рухлядь, профессор! – я приосанилась, одновременно пытаясь непринужденно опереться об инструмент, воткнутый в землю. – Это мое наследие!

Профессор строго посмотрел на меня снизу вверх, заставив почувствовать себя дылдой. Кто же знал, что среди гномов тоже некроманты встречаются?

– Ты будущий маг смерти, Хельга, – ответил он. – И первое, что тебе нужно запомнить: никакого наследия не существует. Все мы однажды окажемся внутри могилы. И нас обязательно кто-нибудь откопает. А потом – заставит служить.

– А я завещаю сжечь мой прах ко всем демонам, вместе взятым, – огрызнулась я.

А чего все остальные молчат? Я повертела головой, ища поддержки. К сожалению, группа из семи существ, из которых только двое – я и коренастый прыщавый парень – были людьми, могильно молчала.

Репетируют, что ли?

Я снова зло посмотрела на профессора.

– И почему вы ко мне прицепились? У Дага лопата вообще грязная, между прочим!

Даг, второй представитель человеческой расы в нашей группе, бросил на меня укоризненный взгляд и попытался спрятать свою лопату за спину.

К сожалению, он не был молодой красивой девицей семнадцати лет, и поэтому профессор Жинно даже не глянул в его сторону, продолжая буравить взглядом меня.

– Ты поняла меня, Хельга? – грозно спросил он.

А я на лопату его загляделась… сверкающая такая… а черенок – темный, словно из орешника сделан, а не из осины. И отполированный. Как-то не верится мне, что профессор Жинно будет копать вместе с нами!

Что я понимать должна? Что однажды умру? Так это давно уже понятно. Что мое тело может использовать такой же, как я? Определенно завещаю потомкам сжечь мой прах… А про наследие профессор вообще зря начал вещать.

Кто же мы без наследия? Я вот с пеленок знала, что стану одной из самых завидных невест Города. Так оно и было.

А потом во мне проснулся дар некроманта, и все женихи исчезли, как утренний туман.

За последнего из парней даже обидно было. Он мне немного нравился. Не сильно, конечно, но…

С другой стороны, я даже рада, что оказалась носителем этого дара.

Не люблю людей.

И гномов.

И эльфов.

И кобольдов…

Вообще, живых не люблю. Они такие скучные…

Я подняла голову к небу. Луна сегодня поразительно яркая, а ведь полнолуние уже минуло. Окрашенные в зеленый цвет ночного светила профессор и мои однокурсники казались какими-то экзотическими демонами, вышедшими из Геенны погулять.

О том, что мой облик сейчас не намного приятней, я старалась не думать.

– Хельга! – кажется, профессору Гному совсем не понравилось, что я его игнорирую, предпочтя любоваться небесными красотами. – Ты меня слышишь?

Я вздохнула и сердито уставилась на профессора.

Чего прицепился-то?

– Слышу, – буркнула я.

– Ты меня поняла? – не отставал Жинно.

– Угу, – только я не поняла, что должна была понять, но это мелочи.

Главное, профессор доволен и, наконец, от меня отстал. И от моей лопаты тоже.

Удовлетворенный своей условной победой, гномик махнул рукой, показывая на противоположный край картофельного поля.

– Начнем оттуда, – объявил он.

– А почему мы не можем начать отсюда? – не выдержала я.

– Хельга… – строгий взгляд меня ничуть не смутил.

– И почему копать картошку надо именно ночью? Что, так лучше видно? Между прочим, я не вампир и не дроу, чтобы видеть в темноте! – не унималась я.

Кстати, а вампиры-некроманты бывают? Что-то я раньше об этом не задумывалась…

– Хельга! Или ты сейчас же замолкаешь, или я буду вынужден отстранить тебя от практикума! – взревел Жинно. – Придешь в следующем году к другому куратору!

Ха! Интересно, как он себе это представляет? Я, вообще-то, доченька богатеньких родителей, пусть только попробует меня выгнать!

– М-м-мне т-т-тоже инт-т-ересн-но, – проблеял Даг. Парень, мало того что был покрыт прыщами, как улей пчелами, так ко всему прочему еще и заикался.

Вот его и надо выгнать! Прыщавый и заикающийся некромант – что может быть нелепей?

Гном вздохнул и обвел всю группу тяжелым взглядом. В свете зеленой Луны смотрелось впечатляюще. Две темные эльфийки, настолько одинаковые, что я при первой встрече приняла их за близнецов, впечатлились больше всех. Они так вытаращили глаза, что я чуть не покатилась со смеху.

– Да потому что, идиоты, вы будущие маги смерти! Думаете, кто-то позволит вам раскапывать могилы посреди дня? – сердито гаркнул профессор. – Все, хватит вопросов! В шеренгу построились и за мной! А то мы так никогда не начнем.

Пожав плечами, я устроилась в самый конец шеренги из семи существ. Так было можно нести лопату, перекинув через плечо и не боясь кого-нибудь зашибить.

Все-таки хорошо быть богатенькой! Жинно может сколько угодно грозить мне исключением, а терпеть все равно придется. Иначе мой папочка легко сделает из куратора отбивную. Такую, знаете ли… аппетитную и никому не нужную.

Если гном меня обидит, приличной работы ему не светит. Уж я об этом позабочусь!

Дошли мы до нужного места на удивление быстро. И я даже ни разу не споткнулась, что удивительно! Картофельная ботва к осени перестала быть пушистой, но все еще была в состоянии скрыть многочисленные рытвины в рыхлой земле. Дав нам по длинному рядку, профессор Жинно на примере одно кустика показал, что надо делать, и устроился на старом сухом бревне. Широком, обтесанном… я так поняла, что оно для сидения профессоров и было сюда принесено, ибо ближайшая рощица была не так уж и близко.

Кто же знал, что копать так трудно? Я взмокла уже на втором кусте! Мое легкое синее платьице испачкалось, пот заливал глаза, а волосы, которые я сдуру оставила распущенными, растрепались и превратились в кудель уже на четвертом!

А ведь впереди еще сорок!

– Что, Хельга, тяжеловато? – ехидно спросил профессор.

Вот не мог предупредить, что, кроме лопаты, еще удобную одежду захватить надо! Это хорошо еще, что я в ботинках… а ведь была у меня мысль туфли надеть!

Я сделала вид, что не услышала замечания паскудного гнома, и продолжила «отработку основного навыка». К двенадцатому кусту я даже вошла во вкус. Да так сильно, что, выкопав тринадцатый, немного увлеклась, и ямка получилась довольно-таки глубокой. Демон меня дернул тогда продолжить копать внутрь. Почему я не перешла к четырнадцатому, ведь и так отставала от всех?

Вот почему, а?

Когда под лопатой что-то звякнуло, я даже обрадовалась. А когда увидела, что именно звенело, у меня перехватило дыхание.

Монеты! Старинные монеты!

Откинув лопату, я начала загребать землю руками, не замечая ничего вокруг. Всего монет было тридцать. Двадцать четыре золотых и шесть серебряных. Профиль был мне не знаком (мужик был настолько худым, что, казалось, будто чеканка изображает обтянутый кожей череп в короне), и это воодушевляло. Не то, чтобы мне нужны были деньги. Я и так была богата.

Но раскопать клад всегда приятно, правда?

– Что тут у тебя? – мои махинации над тринадцатым кустом не остались незамеченными, и ко мне подошел Жинно. Он уставился на монеты у меня в руках, и в зеленоватом свете Луны я увидела, как его глаза расширяются от ужаса…

– Да вот… клад нашла, – как можно небрежнее уронила я. Пусть завидует!

С гномом определенно творилось что-то неладное.

– Сундук Мертвеца… – прошептал он трясущимися губами. Потом перевел взгляд на мое удивленное лицо. – Что же ты наделала, девочка! Тебе ж теперь только в могилу. А я… это я тебя сюда привел!

А потом упал. В обморок.

Погодите, я что-то не поняла…

Какой еще, к демонам, сундук?

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. НОВАЯ МЕТЛА… КОТОРУЮ ТАК И ХОЧЕТСЯ ОГРЕТЬ ЛОПАТОЙ!

Открыв глаза, я поняла, что сегодня проснулась на удивление рано: еще и стемнеть не успело. С отвращением глядя на синие лучи вечернего солнца, заливающие комнату, села на кровати и угрюмо подумала, что нужно взять за привычку все-таки задергивать шторы.

Солнце, надо же! Давненько я его не видела.

Город Тысячи Рас никогда не спит, но по ночам здесь все-таки поспокойней. А я люблю тишину. Когда вокруг меньше голосов, их легче различать между собой.

Оказывается, мои глаза совершенно отвыкли от дневного света, и теперь жутко слезились. Кажется, новый день для меня начинается как-то не так. Точнее, новая ночь. Ведь это слепящее нечто когда-нибудь скроется за горизонтом, и зажгутся нормальные фонари, а не вот это вот все! Я привыкла к желтому неровному свету огня, и никакое синее солнце не должно портить мне настроение, которого и так никогда нет.

Откинув одеяло, я опустила босые ноги на пушистый ковер и, щурясь, подошла к окну, чтобы задернуть шторы. На вид из окна старалась не смотреть.

А точнее, на проходящих мимо моего особняка существ. Ночью здесь почти никто не ходит: выбирая себе дом, я руководствовалась прежде всего безлюдностью района, поэтому несмотря на все мое богатство живу на окраине Города.

Моему работодателю это не нравится. Но он уже привык. Так же, как и привык к тому, что вызывать меня на службу следует с помощью записок.

Кстати, о работе. Я хмуро отвернулась от окна и прошлепала босыми ногами к письменному столу. Вчера к утру, перед тем, как я ложилась спать, кое-что пришло.

«Южное предместное кладбище. Пятый ряд, шестое место. Свидетель убийства. Допросить».

Вот честное слово, а то я не знаю, что мне с зомби делать! Не зря я на сыскарей с момента выпуска работаю!

На самом деле, я была рада, что сегодня ночью мне будет чем заняться. В конце концов, не все же время мне дома сидеть, да по библиотекам таскаться. А если вспомнить, в каком жутком настроении я выхожу оттуда каждый раз, начихавшись от книжной пыли, то копание могилы – это то, что мне сейчас нужно!

А то лопата совсем заржавеет.

Дверь комнаты открылась, и в мою спальню зашла Хильда, моя самая первая служанка. Вот уже семь лет, практически с самого первого дня, что я живу здесь, она неизменно приносит завтрак, когда я проснусь.

Или ужин?

Можно ли называть завтраком еду, которую поглощаешь после заката? Или я начинаю с ужина, а уже под утро завтракаю перед сном?

Эта мысль посещала меня часто, с тех пор как я полностью перешла на ночной образ жизни. Как оказалось, в моей ситуации жить ночью намного легче.

И нет, это не потому, что я некромант. А потому что в начале обучения в Академии раскопала тридцать монет. Они до сих со мной. Лежат в верхнем ящике письменного стола. Когда моя жизнь начинает казаться мне совсем уж унылой и безрадостной, я беру их в руки и пересчитываю. Двадцать четыре золотых и шесть серебряных. Чеканный профиль странного существа, которого, как оказалось, никогда не существовало, даже в других странах и на других материках. Монеты блестят, смотрят на меня злорадно. И мне кажется, что изображенный на них несуществующий король, ухмыляется.

Жизнь может измениться в одночасье, выбить из колеи и пойти по такому безумному сценарию, что никому даже и не снилось!

Я это знаю, как никто.

Молчаливая Хильда поставила поднос с завтраком-ужином на прикроватный столик, заправила постель и выжидающе повернулась ко мне.

– Уйди. Пусть придет Харита, – приказала я, принюхиваясь к подносу.

Что у нас сегодня? Два вареных яйца, поджаренные гренки, мед и травяной чай.

– Сока принеси, – добавила вслед уже открывшей дверь служанке. – Яблочного.

Иногда мне кажется, что если бы в нашем мире не было мест, где существует вечное лето, я давно уже сдохла без свежих фруктов, не пережив первую же зиму. Хорошо, что я богата, и могу позволить себе покупать продукты даже за огромную цену!

Хильда кивнула, отчего ее отвисшая челюсть резко клацнула. Иногда я боялась, что однажды она у нее отвалится, но пока Высший миловал, а к клацу я уже давно привыкла.

Да. Хильда – моя служанка. И она зомби. На самом деле, все мои слуги не входят в число живых.

Кто-то собирает бабочек на иголках, кто-то драгоценные камни, кто-то – книги. Кто сказал, что нельзя коллекционировать мертвых?

В конце концов, у каждого свои слабости!

Быстро позавтракав-поужинав, я еще немного побродила по дому, неспешно собираясь на работу. Вот уж куда торопиться не стоило: никуда мертвяки от меня не убегут.

Размышления на тему, как именно Хильда умудряется готовить мне вкуснейший завтрак, если не чувствует запахов, были привычными и никуда не вели.

Это было моей традицией: после завтрака ходить в ночном одеянии по дому и думать ни о чем.

Я очень редко покидала свое жилище раньше полуночи: так было больше возможностей никого не встретить по пути на кладбище.

Хотя о чем это я?

Город Тысячи Рас никогда не спит…

Моя другая мертвая служанка, Харита, расчесала мне волосы, уложила их в замысловатую прическу, а потом принесла платье, плащ и теплые сапоги.

Падший бы побрал эту зиму! Еще и снежная выдалась, некоторые улицы Города по крыши замело!

…хорошо, что у меня есть двенадцать не знающих усталости слуг, чтобы чистить территорию вокруг дома…

Укутавшись в теплую одежду, я взяла футляр с лопатой (издалека он был похож на продолговатый короб для очень длинного тромбона) и вышла на холод.

Бр-р-р… оказывается, сегодня еще и морозы ударили!

– Хэнк! За мной! – я махнула рукой своему самому огромному мертвяку. Один глаз у него все время норовил выпасть из глазницы, а вместо затылка зияла рубленая рана (беднягу зарубила топором его собственная жена), но он и без этих деталей выглядел внушительно. По крайней мере, вероятные грабители разбегались с моей дороги с криками ужаса. Простые горожане, впрочем, тоже. Даже непробиваемые вендиго делали вид, что у них внезапно возникли срочные дела на другом конце Города.

А вот нечего после полуночи по улицам шастать!

Я и сама не знала, почему всегда таскала лопату на себе, да еще и прятала ее в деревянный футляр, который весил, как обожравшийся демон.

Спину накачивала, что ли? Или мне просто хотелось делать хоть что-то самой?

Натянув на глаза капюшон, а на нос – шарф, я поскрипела по свежевыпавшему снегу в сторону кладбища. Жаль, что экипаж в такое время не вызовешь. Да и вряд ли кто-нибудь возьмет на извоз страшного, как Падший, зомбяка.

А жаль. С другой стороны – тоже зарядка.

Хэнк шел поодаль. Его лишенная мозгов башка давно уяснила, как надо действовать, и как себя вести, чтобы хозяйка не уложила обратно в могилу.

Вроде души у восставших мертвецов нет, а вроде что-то и есть. Например, память о самых глубинных страхах. Хэнк при жизни боялся одиночества. Поэтому очень ревновал жену. А она наставила ему рога и потом убила беднягу топором, чтобы не мешал ее счастью.

Первую половину пути мне везло: казалось, Город все-таки улегся спать в полном составе.

Но потом начались повседневные, то есть повсеночные, приключения…

Сперва мы с Хэнком спугнули какую-то влюбленную парочку, судя по росту – гоблинов или гномов. Затем нам встретилась компания кобольдов. Эти ребята видом Хэнка не очень впечатлились… пока он не схватил одного из них, и не бросил со всей силы на землю… то есть в сугроб.

А прямо перед кладбищем я встретила одинокую прету. Откуда она вылезла, интересно? По сути, преты не были разумными, а еще – являлись одними из самых опасных существ подлунного мира.

Еще чего не хватало!

Что-то в Городе развелось всякой гадости! То химеры, больше похожие на неудачный эксперимент юнца с кафедры алхимии, теперь еще и преты!

Зато этот экземпляр я видела в истинном обличье. Даже приятно было полюбоваться на нечто живое и выглядевшее, как живое.

Потому что всех разумных существ я воспринимала мертвецами. Такими, какими они станут, если их прямо сейчас убить и уложить в землю. Это случилось после того, как мои руки коснулись злосчастных монет, откопанных на первом в моей жизни практикуме по некромантии.

Поэтому в моем доме нет живых слуг.

Поэтому я не люблю выходить из дома, пока улицы Города заполнены.

Я некромант. Но это не значит, будто я в восторге от того факта, что в моем мире есть только мертвецы…

Прета так и не проявила ко мне интерес. Пошлепала мимо, будто нас с Хэнком и не заметила.

Ну и хорошо. Хэнк сегодня и так развлекся с кобольдами.

Я ступила на территорию кладбища, и с отвращением вдохнула морозный воздух. Кто придумал зиму?

Падший, не иначе! Я была совершенно уверена, что Высшему такая гадость в голову точно бы не пришла!

Где там упокоенный клиент? Сейчас поговорим, пока черви ему гортань не сожрали!

А потом я отправлюсь в публичную библиотеку, чтобы провести еще одно бесполезное утро в компании древних фолиантов.

Старый гном Жинно что-то знал про эти проклятые монеты.

К сожалению, он умер на том поле. От разрыва сердца, хотя я в глубине души всегда была уверена, что от страха.

И, возможно, мне повезло, что я ничего не знала про этот несчастный сундук Мертвеца. А к тому, что всех живых вижу в виде полуразложившихся зомби, я давно привыкла.

И уже не испытывала никаких эмоций по этому поводу…

Войдя в ворота, я огляделась. Южное предместное кладбище славилось своей хаотичностью, поэтому ряды здесь были весьма условные. Когда я попала сюда впервые, долго бродила в поисках нужной могилы.

Во второй раз – тоже.

Но я уже шесть лет работаю штатным некромантом в одной частной сыскной конторе, и за это время успела хорошенько изучить все места упокоения мертвых в округе.

Махнув Хэнку рукой, я пошла считать до пяти. А потом и до шести.

Кстати, о пятом ряде… Либо могила старая (и тогда зомби будет скелетом, который разговаривать не сможет при всем желании), либо земля была выкуплена давно, либо меня ждет семейный склеп.

Склепы я не очень любила. Там легко было ошибиться ячейкой и поднять не того. А это – время.

Время я свое весьма ценила: нужно успеть добраться до дома, пока улицы Города не заполнились свежепроснувшимися трупами… то есть, прохожими. Живыми, которых я вижу мертвецами.

Днем лучше спать дома с зашторенными окнами.

Итак, что тут у нас? Судя по всему, все-таки не склеп, а просто могила. Свежая, а значит, место для себя ее владелец выкупил еще… до рождения? Этому кладбищу лет триста, и пятый ряд заполнился примерно лет двести девяносто шесть назад!

Хотя о чем это я? Может, кто-то очень прозорливый на всю семью на десять поколений вперед землю выкупил?

Или мой клиент из эльфов. Или фейри.

Судя по тому, что я иногда все-таки невольно замечала, зомби из этих рас получались даже симпатичные. С ушками. Или крылышками. Кстати, интересно, а почему после смерти крылья фейри перестают быть призрачными? Висят тряпкой за спиной, и только.

Даже черви их не едят.

Ладно, хватит философии, пора приниматься за дело.

Приказав Хэнку быть начеку, я расчехлила лопату и начала копать. Все-таки в тот самый первый практикум ныне покойный Жинно хорохорился. Лопата у некроманта не должна быть новой. Она должна быть особенной. Такой, чтобы земля легко поддавалась даже в самые лютые холода. Мне было страшно представить, сколько бы я ковыряла мерзлую землю, если бы мой инструмент не был заговорен. Я уж не знаю, кого именно дедушка нанимал для этого дела, но заговор держался до сих пор. И пусть моя лопата не была красивой, зато копала быстро, входя в промерзшую землю, как в масло.

Горка возле могилы росла, птички не пели, белки не свистели, зомби молчали.

А я копала.

За многие годы я наловчилась делать это быстро и аккуратно, и мой теплый плащ оставался безупречно чистым, только сапоги немного запылились. Ничего, Хильда ототрет.

Когда лопата стукнула по деревянной крышке гроба, я бросила ее возле могилы, приказала Хэнку помочь мне выбраться из ямы и сосредоточилась. Опыт показал, что крышку гроба свежепроснувшийся зомби отковыряет самостоятельно, так кто я такая, чтобы лишать его этого удовольствия?

Протянув руку над вырытой могилой, я закрыла глаза, пропуская через себя дар. Я знала, что вокруг моей руки возникло зеленое свечение, чувствовала легкие укусы морозного ветра на щеках, а еще – как в мертвом теле, пока еще мной не видимом, начинает теплиться не-жизнь.

У каждого живого существа этого мира есть характер. А зомби – все одинаковые. Я не возвращаю душу в тело, я заставляю тело двигаться в угоду моими желаниям. Лишь единицы (которых я потом делаю своими слугами) не-мертвых помнят хоть что-то, кроме обстоятельств собственной жизни.

Лишь избранные обладают некоторым подобием характера. И таких я забираю себе.

Можно сказать, коллекционирую.

Холодные пальцы заскребли по крышке гроба, затем дерево поддалось, и из могилы вылез мой клиент. Свеженький совсем, черви еще даже до глаз не добрались. И да, это был эльф. Темный.

Неуклюже выкарабкавшись из могилы, он встал напротив меня, слегка склонив голову набок. Перед смертью мужика хорошо обработали: причесали, облачили в какой-то шикарный камзол, да еще и ожерелий на шею навесили, и теперь при каждом движении он гремел, как закованный в цепи раб.

Хотя он и был рабом. Моим.

Жаль, что я давно перестала получать удовольствие по этому поводу.

– Ну? Будем молчать? – зевнув, спросила я. – Давай рассказывай, как тебя убили. Ты же, получается, был случайным свидетелем?

Но вместо ответа зомби внезапно бухнулся на колени и прохрипел:

– Пожалуйста… не возвращайте меня назад!

Я ошалело посмотрела сначала на него, а потом на Хэнка.

Ничего себе! Такого в моей практике еще не было! Какого демона не-мертвое создание, подчиняющееся моей воле, не ответило на вопрос своей госпожи?

Никто еще так не делал. Никто!

– Э-э-э… а ты точно мертвый? – тупо спросила я.

А потом вспомнила, что я лично его только что подняла. Мой дар некроманта не сработал бы на живом существе.

И что все это значит?

Схватив лопату, я сначала воинственно взяла ее наперевес, а потом вспомнила, что я, вообще-то, некромант, а не боевой маг, и спряталась за спиной Хэнка. Мой верный слуга поправил глаз и приосанился.

Интересный у меня допрос намечается…

Зомби застыл, будто ошалев от моей реакции. Он точно мертвый-то? Если свидетель убийства – могли и живым закопать. С другой стороны, присмотревшись, я обнаружила на шее несчастного след от удавки.

Точно мертвый.

– Ты что такое? – растерянно спросила я у эльфа.

Он поднялся на ноги и снова склонил голову набок. И все. Я не поняла, какого демона он не отвечает на мои вопросы!

– Эй! – я разозлилась. – Ты совсем обнаглел?

– Да, – внезапно ответил он, а я чуть не села в сугроб от удивления.

Перехватив лопату, я вышла из-за спины Хэнка и воткнула свой инструмент в горку земли и снега, образовавшейся после раскопки.

Наглые зомби мне еще не попадались.

– Ты мертвый? – на всякий случай уточнила я.

– Да, – снова коротко ответил эльф.

– А чего на вопросы не отвечаешь?

– Не возвращайте меня назад! – прохрипел он и упал на колени. Опять.

Тьфу, ты! Но теперь я, кажется, поняла, в чем тут дело.

– Хэнк, держать! – приказала я слуге.

Мой бугай с радостью подчинился. С совершенно неожиданной (для других, а не для меня) ловкостью, он бросился вперед и скрутил собрата по несчастью, заставив его сначала встать, а потом заломил ему руки, и темный эльф выгнулся мне навстречу совершенно беспомощный.

Мертвое тело не знает усталости, но, слава Высшему, клиент особо не трепыхался.

Значит, глупые ему убийцы попались. А точнее – не до конца предусмотрительные.

Осторожно приблизившись к скрученному эльфу, я начала перебирать ожерелья у него на шее. Так, это не то, это тоже не то, а вот это… да. Это оно.

Аккуратно потянув, я сняла с несчастного простенькую бронзовую цепочку с подвеской в виде обезьяны, выполненной из лазурита. А вот были бы убийцы умней – просто сожгли бы тело, а не навешивали на труп амулет молчания.

Они думают, в сыскных конторах только тупые работают, что ли?

– Ну и как? Легче? – спросила я.

Эльф не ответил. Но в этом была уже моя вина. Нашла, кому подобные вопросы задавать. Зомби не может быть тяжелее или легче. Не может быть больно.

Только страшно, и то – это всего лишь отголоски памяти о прошедшей жизни.

– Кто тебя убил? – задала я четкий вопрос.

– Золотой, – с готовностью ответил эльф.

Нет, с Золотым связываться я не буду. Да и начальник мой не будет. Этот парень на особом счету в Гильдии Убийц, а войну развязывать ради какого-то несчастного эльфа…

– Кто заказал?

– Господин Зак Жинтей. Я видел, как он сбрасывает с балкона свою жену.

А вот это уже хлеб. Господин Зак Жинтей, насколько я помню, профессиональный вдовец. И, кажется, в этот раз он попался…

– А о чем ты просил? Куда тебя не возвращать?

Эльф обмяк в руках Хэнка и снова опустился на колени. Раздался хруст ломаемого запястья. Хорошо, что парень давно мертв, а то больно было бы!

– В гроб, – тихо ответил он. – Не возвращайте меня в гроб.

– Почему? – опешила я.

– Он тесный.

– А ты плясать там хочешь?

Вот это экземпляр!

– Я… я боюсь, когда тесно, – даже как-то смущенно ответил мертвый эльф, а я, не сдержавшись, расхохоталась. Вот это да! Зомби с клаустрофобией! Да это же просто будущая жемчужина моей коллекции!

Вопрос: зачем мне тринадцатый слуга?

Ответ: мертвые слуги не жрут.

А значит, берем!

– Тебя как зовут, чудо? – отсмеявшись, спросила я.

– Хидан, – ответил он.

И почему я не удивлена? Все интересные экземпляры, которых я хочу забрать в коллекцию, носят имена, начинающиеся на ту же букву, что и мое.

Это тоже побочный эффект проклятья, интересно?

Да какая разница!

– Хэнк, отпусти его! – приказала я. – Хидан, вправляй себе руку и пойдем.

– Куда? – спросил мертвый эльф.

Еще и любопытный. Прям как живой!

– Туда, где тебе не будет тесно, – заявила я. – Будешь у меня садовником работать. На свежем воздухе.

Хидан встал на ноги, вправил себе запястье и преданно посмотрел на меня пустыми глазами.

Эх, жаль, что скоро он не сможет говорить. К сожалению, эту способность зомби теряли очень быстро.

А ведь иногда хочется завести разговор с интересным собеседником. Но с живыми я предпочитала не разговаривать. И не смотреть на них.

Потому что разговор с «мертвым» живым всегда почему-то заканчивался одинаково: меня начинали считать сумасшедшей.

Возможно, так оно и было. В конце концов, я живу в мире зомби. И неважно: дышат они на самом деле, или нет…

Дорогу домой я не запомнила. Точнее, не заметила, встретился ли нам кто-нибудь. Как всегда, после допроса очередного зомби меня накрыли раздумья на тему: что мне делать со своей жизнью. Скучно. Мне всегда очень скучно, и пусть я смирилась и даже нахожу в своем положении некоторые поводы для веселья, тоска неизбежно догоняет меня.

Мне двадцать семь, а я в своей жизни и не целовалась ни разу. Попробуйте поцеловать полуразложившегося зомби, даже если от него пахнет дорогущим одеколоном и разговаривает он, как живой! Да что там целоваться, я на свидания-то ни разу не ходила. А момент своего найма на работу до сих пор с дрожью вспоминаю. Было очень трудно не скривиться и не испортить все впечатление.

Первый практикум, тринадцать ямок, и моя жизнь превратилась в нечто непонятное. Проклятие не отпускало, а что с ним делать – никто не знал. Я перерыла уже три городских библиотеки в поисках хоть какой-то информации о сундуке Мертвеца, но даже упоминаний о монетах не нашла. Как и не узнала, кто на них изображен.

Вообще, после долгого разглядывания этого проклятого профиля, я решила, что это какой-то король зомби. Но ничего даже близкого по духу в книгах не нашла.

Что-то знал мой первый учитель, жаль, что копыта… то есть, бороду, откинул.

Самое смешное, что я даже поднять его не могу: сначала я не понимала, что со мной происходит, а когда сообразила, что, вообще-то, умею беседовать с мертвыми, труп гнома стал однозначно несвежим, и разговаривать уже не мог.

Только хрипеть.

К сожалению, хрип его ничем мне помочь не мог.

Только оказавшись у крыльца, я осознала всю иронию ситуации: я взяла еще одного слугу, решила, что он будет садовником, но на дворе, вообще-то, снежная зима! Хорошая работенка у Хидана будет: следить за садом, который занесло.

Хотя какая ему разница. Зато не тесно!

Приказав новенькому оставаться на улице (садовник? Вот пусть в саду и живет!), я зашла в дом, крикнула Хильде, что хочу горячего чаю и побрела в кабинет. Писать письмо начальнику о результатах допроса.

Вообще, сыскная деятельность в Городе Тысячи Рас – это нечто удивительное. Конечно, есть и сыскари, но они занимаются только теми делами, где наделенные даром оказались бесполезны. В остальном же – все просто. Чаще всего в сыске работают ворожеи и некроманты. Ворожеи смотрят куда-то в эфир или астрал, или ментал, или чакру… не помню, я, в общем, как эта штука называется… Итак, они в нее смотрят и видят, куда надо пойти, чтобы узнать подробности преступления. Часто, конечно, не видят ни синь пороха, но что поделать: издержки дара. Но если видят, то подключаются либо патрульные, либо некроманты. Смотря, что нужно сделать: схватить или раскопать.

Я работаю на частную контору, у нас самые лучшие ворожеи и некроманты в Городе. Наверное. Не знаю. Я была в конторе только один раз, когда на работу устраивалась. А так – общаюсь со своим стареньким начальником с помощью записок. Очень удобно, между прочим: и я на живых зомбяков не смотрю, и люди не портят свою нервную систему, глядя на моих провожатых.

О том, что они ее портят, пока Хан, мой зомби-посыльный, идет до конторы и обратно, я стараюсь не думать. В конце концов, у меня тоже нервная система есть, вот!

Нацарапав записку, я выпила душистый чай, принесенный Хильдой, отдала бумагу Хану и провела остаток ночи меланхолично музицируя на стареньком мюзиларе. А о намерении заглянуть в библиотеку вспомнила, когда за окном уже немного посветлело.

Ну и ладно. Я решила, что пойду в библиотеку вечером, сразу после завтрака. Или ужина, неважно.

Но моим планам не суждено было сбыться.

Я уже приняла ванну и облачилась в мягкую рубашку, готовясь ко сну, как вернулся Хан с ответной запиской от начальника и кошельком с вознаграждением. Обычно в послании красовалось короткое: «Спасибо за работу», но в этот там было написано кое-что другое…

«Спасибо, Хельга! Мне было очень приятно работать с тобой. Сообщаю, что с сегодняшнего дня я ухожу на пенсию. Новый начальник очень хочет с тобой познакомиться. Будь добра, приди в контору. Желательно, сегодня. Еще раз благодарю за сотрудничество! Всегда твой, Ж.Н.»

Чего-о-о-о-о? Новый начальник? Это что, мне опять нужно будет объяснять, почему я работаю из дома?

Записка выпала у меня из рук, и старательный Хан поднял ее, протянув обратно. Я гневно посмотрела на давно уже безмолвного слугу, выхватила дурацкую бумажку и порвала ее на мелкие кусочки.

– Хильда! Вина мне горячего! – рявкнула я и, громко топая и снося все на своем пути, пошла к двери. Выглянула на улицу, мгновенно продрогнув.

– Хидан!

– Да, хозяйка! – новоявленный садовник еще не потерял ловкость и изящество, доступные живым, и поэтому появился в поле моего зрения почти сразу.

– В дом, – приказала я.

Он подчинился.

– Иди в столовую, – бросила я ему вслед и, закрыв дверь, пошла за теплым халатом.

Пусть эльф и мертвый, но зато еще пока может говорить. А мне сейчас было нужно поговорить хоть с кем-нибудь.

И не потому, что я расстроилась. По сути, мне было плевать на старика Жерака Нойза. Но вместо старика придет кто-то другой.

А я почти забыла, каково это: вести разговор с тем, кто может тебе ответить не только согласным хрипом.

Надо потренироваться.

***

«Потренировались» мы с Хиданом очень эффективно: примерно к полудню я была в дрова. Горячее вино пошло весьма хорошо, а зомбоэльф еще не растерял повадки живых, поэтому поддакивал мне там, где надо, а иногда даже пробовал что-то вспоминать из своего жизненного опыта и жаловался на то, как всегда боялся закрытых пространств…

Примерно после шестого бокала эльф начал казаться мне красавчиком и даже почти живым. А что было после седьмого бокала, я не помнила. Отрубилась прямо за столом.

Там же я и проснулась… часа через два. И виной моего пробуждения было отнюдь не похмелье или переполненный мочевой пузырь (хотя и первое и второе имели место), а громкий стук в дверь.

Я не сразу поняла, что стучат именно в дверь. Потому что по ощущениям, неизвестный визитер тайком пробрался в мой дом и с энтузиазмом колотил мне по голове. Молотком.

Застонав, я сначала сползла со стула, перевернулась на четвереньки, и только потом, сообразив, что более достойное положение мне все равно не доступно по техническим причинам, рявкнула:

– Хэнк! Открой дверь и прогони того, кто пришел!

Очень хотелось добавить: «И убей». Но я сдержалась.

Убьет ведь.

Пока зомби шел к двери, я все-таки вползла обратно на стул и положила локти на стол, схватившись за голову.

Кто вообще придумал вино? И похмелье? Больно-то как…

В коридоре послышалась какая-то возня, потом глухой удар, а потом… в гостиную вошел неизвестный.

У меня даже голова перестала болеть, а про позывы организма удалиться в уборную я и вовсе позабыла. Судя по фигуре парень был хлюпиком, и с бугаем-Хэнком уж точно не смог бы справиться… Это что еще за чудо природы?

Сглотнув горькую слюну, я сощурилась, глядя на незваного гостя.

О внешности судить было трудно: ну зомбяк и зомбяк, как и все. Белоснежный плащ был распахнут, и из-под него выглядывал салатового цвета камзол. Сапоги визитера блестели новизной, будто только с ярмарки. Непокрытые волосы были светло-русыми.

– Ну здравствуй, Хельга, – голос у парня был приятный. Даже с учетом того, что любой звук для меня сейчас был мукой.

– Ты кто? – прохрипела я.

Он огляделся.

– Мило у тебя.

– Ты что с Хэнком сделал? Ты кто?

Где моя лопата? А все остальные слуги? Какого демона здесь происходит?

– Твой раб упокоен… лежит возле двери. Потом разбудишь, – беспардонный гость двинулся вперед и, остановившись у стола, с очевидным интересом уставился на следы моей недавней «тренировки».

Смотреть на заинтересованного зомби не было сил.

– Ты кто? – в третий раз спросила я.

– Хм, – он озадачился. – А ты разве записку не получала?

– Какую еще записку? А… так ты мой новый начальник, что ли?

– Угадала, – хмыкнул нахал.

Я потерла глаза.

– День же на дворе. А там про вечер говорилось. Я бы сама пришла. Позже.

Начальник уселся на стул, который не так давно занимал Хидан. Кстати, а где мой эльфик?

– Я прислал другую. Где приказал явиться незамедлительно.

– Не получала, – буркнула я, хмурясь.

А может, и получала. Кажется, между четвертым и пятым бокалом Харита вручила мне какую-то бумажку. Но я решила, что будет забавным устроить с Хиданом соревнование: у кого из нас получится разорвать половинки записки на большее количество кусочков.

Мы с начальником одновременно посмотрели на усеянный малюсенькими обрывками пол.

Я меланхолично попыталась вспомнить, кто выиграл. Ну а что?

Все равно я уже уволена.

Подняв голову, я еще раз посмотрела на гостя. Молодой, наверное. И человек, однозначно. Может, даже мой ровесник. Хотя… если этот парень упокоил Хэнка, значит, у него есть способности некроманта.

На моем курсе, кроме меня, учился один человек. Прыщавый заика по имени Даг. И, насколько я помнила, долго он у нас не продержался. Уже на втором курсе перевелся на кафедру теоретической магии. Не к месту вспомнилось, что парня дразнили до самого выпуска. И дружил он только с одним существом: сатирой по имени Нилди с факультета ворожей.

Я Дага не дразнила. Вообще пыталась его избегать.

Заикающийся зомби – это слишком.

А ведь волосы у парня были такого же цвета. И глаза, кажется – тоже. Редкое сочетание: светлые волосы и глубокие карие глаза.

Я моргнула.

– Куда делось твое заикание? – спросила наобум.

– Я его съел, – усмехнулся он. – Узнала-таки. Даже не знаю, радоваться этому или нет.

Я снова моргнула. А потом выругалась. Сочно и со вкусом.

Вот только бывшего однокурсника мне в начальниках не хватало! А если вспомнить, что «живым» я видела его десять лет назад, на том злосчастном практикуме по копанию картошки, то…

–… и я увольняюсь! – закончив тираду, я выдохнула.

– Нет.

– Да!

– Это я тебя увольняю. За нарушение трудовой дисциплины, – бледные губы живого зомби по имени Даг скривились в издевательской усмешке.

Я открыла рот и закрыла обратно, потому что слова куда-то выветрились. Стало обидно.

– А выходное жалование где?

– В конторе.

– А почему не принес? Если увольнять пришел?

– Я тебе не слуга.

– Я на тебя теперь тоже не работаю!

Даг хохотнул и поднялся.

– Выспись. Завтра утром жду тебя в своем кабинете. Или заберешь выходное жалование, или останешься. Посмотрим. В моей конторе никто не будет работать на особых условиях. До завтра, Хельга.

С этими словами он стремительно покинул гостиную, а потом и мой дом.

…в следующий раз, когда ко мне придут без приглашения, я все-таки прикажу Хэнку всех убить!

На похмельную голову вернуть не-жизнь своим слугам (этот гаденыш все тринадцать уложил!) было чревато побочными эффектами, поэтому я решила все-таки последовать совету новоявленного начальника и выспаться.

Выспалась я хорошо: продрыхла больше полусуток, проснувшись уже под утро следующего дня.

Меланхолично поразмышляв о бренности бытия и своей карьеры в частности, я поднялась с кровати и принялась за дело. Не самой же мне завтрак готовить!

Последним я «разбудила» Хидана – новоявленный садовник обнаружился лежащим посреди дорожки через сад. И как это Дагу в голову пришло? Получается, он сначала всех усыпил, а потом ко мне постучался? И вообще, какого демона некромант-недоучка, выпускник кафедры теоретической магии, обладает такой силищей? Уложить зомби, между прочим, отнимает много энергии, не меньше, чем поднять! А к тринадцатому зомбяку я чувствовала себя выжатым лимоном, которого ко всему прочему пропустили через мясорубку.

Второй вопрос: как теоретик в принципе стал начальником сыскной конторы? Одной из лучших в Городе, между прочим!

Что-то здесь нечисто…

Некстати вспомнились мои вчерашние размышления о том, что я живу слишком скучно. Вот и нашла развлечение! Точнее, оно само меня нашло. Новый начальник… метла, которая сразу замела по-новому… ничего, я с собой лопату возьму и вправлю ему мозги!

Сыскался тут! В сыске… теоретик демонов…

Пока свежеразбуженная Хильда готовила мне завтрак, я занялась любимым делом: разглядыванием тридцати проклятых монет, которые испортили мне жизнь. Если так разобраться, то с начальником мне размахивать лопатой некогда. Надо искать способ освободиться дальше… в конце концов, я еще не все библиотеки Города обыскала!

А с другой стороны… ну сколько можно, а? Может, мне действительно стоит немного отвлечься от монотонности течения жизни? Начальника лопатой прибить, например?

А то нашелся умник… точнее, теоретик.

И все-таки, как он стал начальником?

Так, спокойно, Хельга, спокойно. Кажется, ты даже думаешь кругами, не то что ходишь… положи монетки обратно в ящик стола и иди завтракать. И в этот раз ты будешь завтракать утром. Здорово, правда?

М-да уж, беседа с самой собой – это хорошо. Особенно когда она происходитв голове. Потому что когда я начну спорить с собственным разумом вслух, это верная дорога в богадельню.

А я пока туда не хочу.

Решив таким образом, я ссыпала монеты обратно в ящик стола и отправилась завтракать. А потом тщательно расчесала волосы, аккуратно оделась и, не забыв про лопату, отправилась в контору.

Угу. Про лопату я не забыла, а про то, что рабочий день в сыскной конторе наступает после рассвета, как-то запамятовала. И стояла, как дура, полтора часа под дверью.

И мерзла. Почему-то мне и в голову не пришло вернуться домой и подождать! Нет, я упрямо топталась на крыльце и проклинала Дага, обрушивая на его голову такие кары, что если бы мои мысли имели вес, беднягу бы разорвало, потом удавило, потом разрезало, потом распотрошило и, наконец, убило лопатой. Моей, естественно.

Даг пришел первым, и я даже разочаровалась, что он был еще жив.

– Рано ты, – бросил он, доставая ключ.

– Это ты опаздываешь, – буркнула я, стараясь не смотреть на трупные пятна на его лице. Это ведь действительно трудно: разговаривать с живым мертвецом.

– Не хами, а то уволю, – пригрозил Даг. Сегодня он снова был одет с иголочки. Модник демонов. Открыв дверь, он посторонился, пропуская меня: – Пр-р-рошу!

Я скривилась, не оценив его галантности, но все же шагнула в полутемное помещение конторы. Свечи не горели, а еще в этом месте пахло чернилами, бумагой и почему-то лесом. Здесь что, ароматические свечи во время работы жгут?

Хм. Интересно… Как много я пропускаю, сидя дома или шатаясь по библиотекам… Но представив, как бы выглядела толпа старательных зомби в помещении, где жгут ароматические свечи, я приуныла.

Пусть уж Даг отдает мне мое выходное жалование и я отправлюсь отсюда… лесом. Не смогу я работать на общих условиях. Не смогу.

– Сюда, – новый начальник легонько толкнул меня в спину. – Ты не была здесь никогда, что ли?

– Давно, – процедила я. – Из дома мне легче работать.

– Почему? Такая красивая женщина, а хоронит себя среди зомби, да по библиотекам бродит.

– Откуда ты знаешь про библиотеки? – вскинулась я.

– Навел справки. Мне же нужно было понять, что из себя представляет лучший работник этого заведения.

–… которого ты собираешься уволить, – не преминула вставить шпильку я.

– Может, и не собираюсь. Проходи в кабинет, чего топчешься?

Да не топчусь я! Я обстановку изучаю! Сейчас этот гаденыш точно договорится, и я его стукну!

Пройдя внутрь небольшого опрятного кабинета, я, не став ждать приглашения, уселась в кресло для посетителей, устроила футляр с лопатой на коленях и сложила руки на груди, глядя на стену.

– Почему ты на меня не смотришь? – усевшись напротив, спросил Даг. В его голосе мне послышалась обида.

– Много чести. Давай выходное жалование, и я уйду. Работать на твоих условиях я не буду.

Кажется, он ухмыльнулся. Или просто хмыкнул. Я упрямо продолжала буравить взглядом стену, будто хотела проделать в ней дыру.

– А ты их знаешь? Мои условия? – хитро спросил он.

– А что, пойдешь навстречу? – хохотнула я. – Ну так давай! Я продолжаю работать из дома, общаться с тобой буду с помощью записок, и…

–… и так не пойдет, – закончил Даг. – Но давай, я все-таки озвучу, чего я от тебя хочу?

Я вздохнула и перевела взгляд на окно. Город заполнялся людьми, эльфами, гномами, орками, кобольдами… и все эти существа были зомби.

При мысли, что мне придется возвращаться домой, проходя мимо такого количества мертвецов, мне стало совсем грустно.

– Ну ладно, – я поджала губы. – Говори, что ты там придумал… начальник.

Даг немного помолчал, будто собираясь с мыслями.

– Хочешь кофе? – внезапно спросил он.

– Ты его в кабинете сваришь? На растопку документы пойдут? И я не вижу здесь хотя бы пе…

Вместо ответа, он открыл верхний ящик стола, сунул туда руку… и вытащил две дымящиеся чашки.

–…чи, – растерянно закончила я. – Это что такое?

– Кофе, – сказал очевидное Даг.

– Откуда ты его взял? – меня подмывало встать и посмотреть, что за ящик у него такой. Никогда не видела подобных фокусов, даже у стихийных магов. А Даг – некромант-недоучка. Теоретик!

– Пей, – он пододвинул ко мне одну из чашек.

– Ты кто такой, вообще?!

Новый начальник вздохнул.

– Потом расскажу. Мы с тобой вроде бы условия работы обсуждать собрались.

Да какие тут условия? Мне было настолько интересно, как прыщавый заика превратился в могущественного многопрофильного мага, что я была готова согласиться на все! Я и не помнила, когда в последний раз испытывала такой подъем! К демонам мир зомби вокруг, здесь творится что-то поважнее моего проклятия!

– Чего ты хочешь? – я подалась вперед, и футляр с лопатой свалился с моих колен с жутким грохотом.

Даг не обратил внимания на шум. Все еще смотря в стену, я крайним зрением видела, что он делает глоток из своей чашки и, кажется, кривится. Кофе невкусный, что ли? Так в ящиках письменных столов другого и не подают!

– Я человек новый. И хочу влиться в работу. Понять принципы… узнать, чем дышит эта контора.

– Как тебя вообще в начальники взяли? – не выдержала я.

– Потом расскажу. Так вот: первое время я буду работать с тобой.

– Чего? – обомлела я. – В смысле?

– В прямом.

– Ты хочешь таскаться со мной по кладбищам?

– А почему нет? – он пожал плечами. – В конце концов, я тоже некромант.

– Ты кто угодно, но точно не некромант, – огрызнулась я. И задумалась. С одной стороны, раздражающий и пыхтящий в затылок начальник – то еще удовольствие. А с другой – будет больше возможностей понять, что из себя представляет этот многопрофильный некромант-теоретик со способностями к межпространственным манипуляциям.

Пока я думала, Даг допил кофе и вытащил из ящика еще одну чашку и маковую булочку. Кабинет залил запах свежей выпечки, и я сглотнула слюну.

– Ладно. Договорились. А мне булочку почему не дал?

Даг поперхнулся, откашлялся, а потом расхохотался.

– Как легко оказалось тебя убедить! – с восторгом воскликнул он. – Я и не думал, что решающим фактором станет… – он снова сунул руку в свой бездонный ящик- пекарню, —… пирожное с воздушным кремом.

Вытаращив глаза,  я посмотрела на его руку, покрытую трупными пятнами. А точнее – на то самое пирожное.

– Ты откуда знаешь, что я такие люблю?

– Все девушки питают слабость к сладкому, – хитренько сказал он. – А мы с тобой еще и вместе учились. И даже ходили в одну столовую, помнишь?

– И ты еще тогда запомнил, что я люблю пирожные с кремом? – растерянно спросила я, вгрызаясь в хрустящее слоеное тесто.

– Ты была чудаковатой. И привлекала внимание, – кажется, он улыбался. – Впрочем, ты до сих пор странная. Почему ты на меня не смотришь?

Я вздохнула и сделала глоток кофе. Кстати, он был очень вкусным. Таким, как я люблю.

Я никому не говорила о том, что сделало со мной проклятие монет. И не собиралась отступать от этого правила.

– Ты мне не нравишься, – дожевывая пирожное, ответила я. – Так и хочется тебя лопатой огреть.

Даг снова хохотнул.

– Ничего. Я думаю, мы сработаемся, – в его голосе было столько восторга, что я чувствовала себя экзотической рыбкой в аквариуме, на которую пялится безусый мальчишка.

И не просто пялится. Сверлит взглядом. Я чувствовала этот взгляд кожей. За весь наш разговор Даг не переставал смотреть на меня во все глаза.

И это почему-то внушало мне чувство опасности. Но ничего, у меня лопата есть. Если что, как тресну, мало не покажется!

Но пока пусть живет. Пирожное действительно было очень вкусным!

– Ну я пошла?

– Куда?

– Домой. Пришлешь мне записку, когда дело появится. Так уж и быть, проведу тебе пару экскурсий по кладбищам, – нагло заявила я и, пока он переваривал это заявление, подняла футляр с лопатой и вышла из кабинета, а потом и из здания, чувствуя себя победительницей.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. НОВАЯ ЛОПАТА… КОТОРОЙ Я ТОЧНО УБЬЮ НОВУЮ МЕТЛУ!

Ощущение триумфа осталось со мной ненадолго – ровно до того момента, как я ступила на порог своего дома. Почему-то именно сейчас все вокруг казалось мне невзрачным, унылым, покрытым вековой пылью…

Я до вечера гоняла своих мертвых слуг, заставляя по нескольку раз протирать пыль, мыть полы, перебирать продукты в кладовой… отчаянно хотелось действия, хоть какого-то.

А еще меня жутко занимал Даг. Как из прыщавого некроманта-недоучки с кафедры теоретической магии он мог превратиться в… ну не знаю, как он там на самом деле выглядит, но ощущается этаким всесильным волшебником, способным одним щелчком лишить зомби не-жизни. И сварить кофе в ящике письменного стола.

Демоновы монеты, как же сейчас я их ненавидела! Они заставляют меня прятаться по углам, не смотреть в лица, не разговаривать, не жить. И пусть мое сердце бьется, жизнью мое существование назвать сложно.

И сегодня я осознала это так остро, что хотелось взвыть. Я тоже хочу гулять по улицам Города, заходить во все таверны и бары, упиваться солнечными лучами, наслаждаться обществом живых! Но… проклятие не давало мне даже привыкнуть к видениям вокруг. Каждый раз, когда я лицезрела живого в виде зомби, мне становилось не по себе. Десять лет прошло, а я вижу этот мир мертвых, как будто оказалась в нем впервые.

Все валилось из рук. Я не могла даже книгой себя занять, потому что мысли роились в голове, как мухи. Противные мухи, которые любят зловоние и трупы.

Попытка поспать тоже провалилась, причем громогласно: я не успела закрыть глаза, как в кухне что-то загремело, потом свалилось, а затем и вовсе разбилось. Несколько раз.

Чем там Хильда занимается?

Как выяснилось – лежит. Мертвая. То есть, лишенная не-жизни.

– Это что еще такое, а? – возопила я, когда до меня дошел сей факт. А возопив, призадумалась.

А потом поняла.

– Ну я сейчас тебе устрою, начальничек, – пробормотала я себе под нос и, стараясь быть бесшумной, двинулась обратно в спальню. За лопатой. К сожалению, я забыла три вещи: Даг косит зомби непринужденно, моя лопата не в спальне, а в гостиной, а еще на мне полупрозрачная ночная сорочка. И больше ничего.

Впрочем, последнее меня мало волновало. А вот встречающиеся на пути в спальню «уснувшие» слуги – подогревали гнев. Где этот паразит? Какого Падшего он влез в мой дом после заката?

В спальне меня ждала Харита. Без признаков не-жизни, конечно. Поискав глазами футляр с лопатой, я грязно выругалась и, уже не скрываясь, бросилась в гостиную.

В ней царил полный бардак. Создавалось впечатление, что всем моим вещам стало скучно и они решили похулиганить, поменявшись местами. Футляр лежал раскрытый, а от лопаты остались только… ножки да рожки, если за рожки можно принять обломки черенка, а за ножки – бесформенный кусок металла. При этом никакого жара я не чувствовала, да и чужого присутствия – тоже.

Стало страшно. Одна в огромном доме, даже верные зомби сейчас не смогут защитить. А без лопаты я их не подниму – не зря некроманты всегда сами откапывают своих подопечных.

И что теперь делать?

До меня начало доходить, что Даг здесь ни при чем: только если он ко всему прочему еще и поехавший психопат, любящий… плавить лопаты. Да и то, что в итоге я никого не встретила, говорило о том, что… никого и не было. То есть, мои зомби действительно упали сами, вещи тоже самостоятельно решили развлечься, а лопата… подумала, что с нее хватит и самоликвидировалась.

Понимая, что оставаться в доме не смогу, я быстро накинула поверх ночнушки плащ, обулась и бросилась прочь, не видя ничего вокруг. Ноги сами принесли меня к порогу конторы. И несмотря на поздний час, было открыто. Странно… мне казалось, что я не так уж и долго ужасалась произошедшему в моем доме. Неужели ко всему прочему проклятие теперь и время съедает?!

Даг оказался в кабинете.

– Хельга? – в его голосе не слышалось никакого удивления. Наоборот, он будто меня ждал. – Что с тобой?

Замерев, я сначала хорошенько отругала себя за слабоумие – могла бы и к родителям отправиться, пусть и их вид вызывает ужас, а потом выпалила:

– Мне нужна твоя помощь!

Не знаю, о чем я думала, но мне почему-то захотелось увидеть его, и поэтому я не стала по обыкновению отводить взгляд, а уставилась прямо на него.

… и как тут же выяснилось, это была плохая идея…

Заплывшие мертвые глаза оценивающе прошлись по моей фигуре, а улыбка напоминала оскал. Трупные пятна на бледных щеках, проплешины в волосах… на деле Даг выглядел совершенно по-другому. И пока я не смотрела на него, он казался мне живым.

Теперь же мне было не по себе от оценивающего взгляда мертвеца.

– Что произошло? – тихо спросил он.

Странно. Он ждал моего прихода, но не знает, что случилось? А вдруг я ошибаюсь, и именно он все устроил? Хотя… я не представляю, что за сила может расплавить зачарованный металл некромантской лопаты за несколько мгновений!

– Ко мне кто-то влез, – я обняла себя за плечи: внезапно стало холодно. – Я не знаю кто. Мои слуги опять безжизненны, все перевернуто вверх дном, и я… мою лопату… Ее расплавило!

– При чем здесь лопата?

– Да при том что я теперь не могу даже своих слуг вернуть!

– А… Ну да, – задумчиво произнес Даг. Потом поднялся на ноги, обогнул стол и протянул ко мне руки. – Ладно, успокойся… да что с тобой? – взвыл он, когда я шарахнулась в сторону, перед этим со всей силы наступив ему на ногу.

– Не подходи!

Чего я творю? Сама же явилась за помощью!

– Ты – ненормальная, – кажется, ему было больно.

– Ну так уволь меня! Сама не понимаю, зачем я к тебе пришла…

– Не дождешься, – буркнул он. – Пошли.

– Куда?

– К тебе! – в его голосе слышались сомнения по поводу наличия у меня рассудка как такового. – Глянем, что там за бедлам.

Несмотря на то что я действительно сама пришла к нему за помощью, в душе вспыхнуло чувство противоречия.

– Нет, я это… одна пойду. Прости, сама не знаю, чего сюда прибежала… я тебе никто, и ты мне – тоже, а сваливать на свежего начальника свои проблемы, это…

– Свежего? – хохотнул Даг. – Интересные у тебя обороты речи!

И, больше не слушая моего лепетанья, он схватил меня за плечи и потащил… нет, не на улицу, а в портал, которого за мгновение до этого здесь не было!

Я задохнулась от изумления. Ничего себе! С другой стороны, теперь понятно, как он кофе из ящика доставал. Получается, он просто открывал небольшой портал… куда? Судя по всему, в какою-то забегаловку средней руки, потому что кофе был пусть и не самый плохой, но на элитную категорию точно не тянул.

Вывалились мы прямо в мою гостиную.

И там царил идеальный порядок. Все было на своих местах. Даже футляр от лопаты лежал закрытый. А еще – горели свечи. Новые, будто кто-то их за минуту до нашего появления заменил и зажег.

– Хм… мне бы дома такой беспорядок, – хихикнул Даг.

А мне смешно не было. Получается, мне все показалось?

– Хильда! Хэнк! Харита! Хидан! – позвала я.

Тишина была мне ответом. Вырвавшись из рук Дага, я подошла к фуляру и открыла его.

Нет. Мне не показалось. Лопата все-таки была расплавлена. Но кто навел порядок? И кто до этого развел бардак?

Единственное, что я теперь знала точно: мой новый начальник здесь совершенно ни при чем.

Тронув то, что осталось от совка, я увидела какой-то блеск. А потом поняла, что это.

Монеты. Проклятые монеты из сундука Мертвеца. Все тридцать.

Первой, второй, третьей и вообще всеми мыслями было: «Только бы Даг их не тронул!» Мне было плевать, каким образом они оказались в футляре, мне было плевать на все! Единственное, что я понимала – никто не заслуживает такой жизни, как у меня.

Эти монеты нельзя трогать.

– Ты чего трясешься? – голос Дага заставил вздрогнуть и затрястись еще больше.

– Ни-ни-ничего, – пролепетала я. – Это… ло-ло-лопата ис-с-спорт-т-тилась…

– Что с тобой? – в его голосе послышалась тревога. – Чего ты так испугалась?

За тебя, придурка, волнуюсь! Чем бы эти монеты несчастные прикрыть, а?

– П-просто, странно это все, – я, наконец, смогла совладать с заиканием. – Я когда к тебе ринулась, здесь все было вверх дном. Я не вру. Поверь, я…

– Да верю я тебе, – хмыкнул Даг. – Зомби-то твои лежат-полеживают, спят вечным сном… М-да, странно все это…

Странно – не то слово. Я закрыла футляр и поднялась, стараясь не смотреть на Дага. Ну не хотела я снова видеть его мертвым! Именно его – особенно! Он ведь без всякой задней мысли, получается, помочь хочет, а я вот только и могу, что смотреть в пол.

Обидно.

– Спасибо… где ты научился создавать порталы? И как смог открыть портал сюда, в мою гостиную?

Он пожал плечами.

– Тебе нужно над защитой подумать. А почему смог… я же был у тебя, вот и ответ.

– Где ты этому научился? – не дала сбить себя с толку я.

Даг глубоко вздохнул. А затем изрек уже привычное:

– Потом расскажу.

Я мрачно подумала, что это потом может никогда и не наступить, и этот паразит просто надо мной издевается. Смотрите на меня, какой я весь из себя загадочный… зомби.

Тьфу.

Хидан в качестве собутыльника мне точно понравился бы больше, но на нет и суда нет.

– Хочешь выпить? – предложила я Дагу. – А то мне что-то… не очень хорошо.

– Я бы выпил что-нибудь похожее на чай, – глумливо ответил он, и я опять захотела его чем-нибудь треснуть. Это он на что сейчас намекает? Что я пьяница? Гад какой!

Я сложила руки на груди и высокомерно заявила:

– Если ты забыл, то все мои слуги спят. И поднять я их не могу.

– А сама не умеешь, что ли? Серьезно? Ваша светлость даже чай не в состоянии приготовить?

Я так и замерла с открытым ртом. Честно говоря, я не знала, что меня больше поразило: его наглость, или предположение, будто я не в силах заварить чай!

Но выкидывать его пинками из дома в данный момент было как-то неудобно. Во-первых, обратно вернется, через портал. А во-вторых, пришел же он мне на помощь!

– Рот закрой, муха залетит, – хихикнул этот нахал, и остатки благодарности слетели с меня, как тополиный пух в ветреную погоду.

– Иди ты, знаешь, куда? – прошипела я.

– Куда? – заинтересовался Даг.

– В задницу к демону!

– У-у-у… – загрустил он. – Какая ты невоспитанная. Так далеко меня еще не отправляли, если подумать.

– Еще одно слово, и я тебя вообще к Падшему отправлю! Умею я чай делать, понятно?

– Ну так в чем проблема?

Проблема была в том, что я не хотела отправляться на кухню одна и оставлять этого придурка без присмотра. Но почему-то приглашать его с собой тоже не казалось хорошей идеей. Будет пялиться, комментировать… а ведь я и правда не помню, где у меня запас огненных кристаллов лежит. Искать придется.

– Может, без чая обойдемся? – с надеждой предложила я.

Даг покачал головой.

– Почему ты на меня не смотришь?

– Боюсь ослепнуть от твоей неземной красоты, – проворчала я и все-таки отправилась на кухню в одиночестве.

В конце концов, на чай он действительно заработал. А пока я буду искать кристаллы и заниматься делом, может, и придумаю, как быть дальше.

Оставаться в пустом доме без защиты верных слуг было страшновато, но другого выхода я пока не видела. А предлагать переночевать здесь нахальному новому начальнику было почему-то неловко. Еще подумает чего.

С другой стороны – пусть думает. Какая мне разница-то? Я же на самом деле боюсь оставаться одна!

К сожалению, я могла хорохориться сколько угодно, но Даг был прав: такое простое действие, как приготовление чая стало настоящим испытанием для моего самолюбия. Потому что в процессе я выяснила про себя много нового и интересного. Например, то, что за долгое время я разучилась даже огненными кристаллами пользоваться, а снять с огня горячий чайник и вовсе стало непреодолимым испытанием. Хильде прихватки не нужны, она зомби, а я три раза обожглась, прежде чем сообразила использовать подол плаща.

Да, я до сих пор была в плаще, и в свете того, что я и так чувствовала себя полнейшей дурой, нелепость моего облика сильно угнетала. Но переодеваться было некогда: пока я здесь вожусь, Даг может обнаружить монеты.

Я сознательно не стала говорить ему про них, чтобы не провоцировать приступ любопытства.

С другой стороны – мой начальничек мог найти их в процессе осмотра расплавленной лопаты, про нее-то он знает! Но когда я это поняла, было уже поздно бежать в гостиную, поэтому я решила пустить все на самотек. Если он такой идиот, что хватает все подряд – это уже его проблемы. Тем более, он знает, что эти монеты опасны: был на том практикуме, где наш учитель, увидев их, просто упал замертво.

Закончив, я нашла поднос, поставила на него чайник и две чашки и двинулась в гостиную.

– Чай готов! – возвестила я, заходя и ставя поднос на журнальный столик.

Где этот придурок, кстати? В гостиной никого не было, и меня кольнуло тревогой. Он, что, не дождался и ушел? Или пошел на экскурсию? Ему кто-нибудь говорил, что шастать по чужим домам неприлично?

– А почему к чаю ничего нет? – раздалось у меня над ухом, и от неожиданности я подпрыгнула, обернулась и, забывшись, посмотрела прямо на него.

Я даже не сразу поняла, почему мне не хочется отвести взгляд, в очередной раз содрогаясь от отвращения.

– Ух ты! Она на меня смотрит! – торжествующе возвестил Даг. – Ну и как тебе моя «неземная красота»?

Поднос с горячим чайником выпал из моих ослабевших рук, прямо на его камзол.

– Ай! Демоны, Хельга, ты хоть иногда можешь вести себя нормально? – Даг взвыл от боли.

К слову, на меня ни капли не попало. Удачно так я поднос уронила, практически ювелирно! Случись это при других обстоятельствах, я бы, наверное, даже собой гордилась!

Но мне было не до этого.

Потому возле меня сейчас находился очень возмущенный живой человек! Именно живой! Без трупных пятен, могильных червей в глазах или пустого взгляда зомби!

Я моргнула. Еще раз. И еще. Чудесное видение не исчезало. Оказывается, у Дага еще и щетина имелась. Светлая, как и волосы. И ресницы такие пушистые, прям как у девчонки! А на подбородке – небольшая родинка, светло-коричневая и немного выпуклая. Она мешает ему бриться. Да, точно мешает!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.