Этери Заболотная
Тайна заброшенного дома

© Издательский дом «Проф-Пресс», 2022

© Заболотный Валерий, текст, 2022

Глава № 1
На дачу!

Тося прибыла с мамой на станцию Летово с опозданием. Электричку задержали в Москве на пятнадцать минут, и они едва успели на дачный автобус. Ночью в Летово прошёл дождь. Влага начала испаряться, и стало невыносимо душно. По синему небу носились бесформенные облака, хмурясь и грозя снова пролиться дождём.

На дверях единственного на перроне магазинчика висел замок. Водитель дачного автобуса, белокурый паренёк, нетерпеливо вертел головой по сторонам.

– Ну куда она подевалась? У меня же расписание! Ещё людей везти в Грачёвку. А потом назад к электричке, и в Лесное не опоздать. Сейчас от жажды помру, сколько можно ждать, безобразие! – ворчал мучимый жаждой водитель.

– Я же ей не начальница, с утра была, а куда делась, не знаю, – спокойно ответила дежурившая по станции молодая девушка в строгом синем костюме. – Пойдём, дам тебе бутылку воды из холодильника. А себе потом куплю.

– Тося, мы должны быть благодарны закрытому магазинчику, – сказала мама.

– Почему?

– Водитель ещё пятнадцать минут назад купил бы воду и уехал. А мы с тобой телепали бы с нашими чемоданами до самой Грачёвки. Глядишь, к вечеру добрались бы, – сказала мама, ставя чемодан на полку.

– А вдруг с ней что-то случилось?

– С кем, с продавщицей? Да ничего с ней не случилось. Отлучилась по личным делам, может, корову подоить, обычное дело в деревне, – спокойно ответила мама, усаживаясь в кресло.

– Папа говорит, что в деревне коров не осталось.

– Ну одна или две у кого-то остались наверняка. Где-то же берёт Мила молоко для тебя и Тамуси, – улыбнулась мама, листая журнал мод.

Красный дачный автобус плавно вырулил на просёлочную дорогу. Тося посмотрела в окно.

К магазину торопливо шла женщина в синем фартуке и белом чепце. «Мама была права, вот и продавщица появилась. Спасибо, тётенька, что задержались. Пока, пока!» – Тося улыбнулась: скоро, скоро они наконец увидят Тамусю и тётю Милочку.

Автобус свернул в дачный посёлок и поехал по узким улочкам, высаживая по пути пассажиров. В основном это были местные жители, которых осталось пять дворов, как говорила мама. Дачники приезжали ближе к выходным, чтобы провести пару дней вдали от городской суеты.

Когда-то Грачёвка была большой деревней и в ней жили Тосины бабушка и дедушка. Света – мама Тоси – выросла и уехала учиться в Москву, там и осталась. А в Грачёвку Тося часто приезжала вместе с родителями в гости. Когда дедушки и бабушки не стало, домик в деревне превратился в дачу. Все любили это место, и никто не хотел с ним расстаться. Мама с папой сделали ремонт, пристроили несколько комнат, и маленький домик в деревне стал усадьбой.

Со временем большинство домов в деревне было продано, и Грачёвка превратилась в элитный дачный посёлок. Теперь вместо деревянных небольших домиков почти всюду красовались большие современные особняки.

Дачный автобус с шумом затормозил у дома номер семь по улице Абрикосовой.

Распахнув калитку, навстречу выбежала худенькая зеленоглазая девочка с бледным лицом и светлыми короткими волосами. Чёрный пёс Жук, опередив хозяйку, уже лизал девочке руки.

– Тоська, привет! – крикнула девочка, обнимая подругу.

– Тамуська, как я рада, наконец-то мы доехали!

– Света, скорее давай чемодан. Девочки, бегом в дом, дождь начинается, – торопила тётя Мила.

Сверкнула молния, где-то за лесом грянул гром, и припустил ливень.

– Как вовремя мы управились, – смеясь, проговорила мама, отряхивая с платья капельки дождя.

– Второй ливень за день, – посетовала тётя Мила. – Тамуся, дочка, ставь чайник, обедать будем. У нас всё готово.

– Ну сейчас, мама, что за спешка!

Жук усердно вилял хвостом и путался под ногами.

– Жук, на место! – скомандовала Тамуська, и пёс нехотя улёгся на свой коврик в углу комнаты.

Тётя Мила и мама Тоси – подруги по институту. После окончания учёбы тётя Мила уехала на Север. Когда на свет появилась Тамуся и подросла, тётя Мила проводила с ней лето в Грачёвке из-за слабого здоровья дочери. Вот уже неделю тётя Мила с Тамусей жили на Тосиной даче в ожидании хозяек.

Через три дня мама Света уехала в Москву. А Тося осталась с тётей Милочкой и Тамусей. Дожди наконец прекратились. Выглянуло солнышко, и вокруг уже мало что напоминало о недавней непогоде.

Утром Тося проснулась от заливистого лая Жука.

Она подскочила к окну и увидела девочку в голубом сарафане, колотившую длинной палкой по калитке.

Жук носился по двору кругами и отчаянно лаял.

– Кто это, что она себе позволяет, сейчас же разнесёт всю калитку! – возмутилась Тося, натягивая халат.

За калиткой стояла упитанная девочка лет десяти, с редкими светлыми волосами, заплетёнными в две тощие косички.

– Это Лариска, соседская девочка, она живёт через три дома от нас. К бабушке недавно приехала. С ней тут играть никто не хочет, вот и ходит к нам через день. А Жук у неё вроде звонка, – сообщила Тамуся. – Пошли познакомлю, а то она до вечера стучать будет.

Девочки закрыли Жука в будке и открыли калитку.

– Чего так долго не выходила? К тебе, что ли, сестра приехала? – не здороваясь, грубоватым голосом спросила девочка.

– Ты на часы смотрела? Ещё семи нет, а ты уже в калитку тарабанишь. Мы спим в это время! – стараясь быть строгой, отчитала её Тамуся.

– Меня Лариской зовут, а тебя как? – не обращая внимания на Тамусю, спросила девочка, оценивающе глядя на Тосю.

– Я Тося.

– Антонина, значит. – Девочка дунула на нечёсаную чёлку, убирая её с близко посаженных глаз. – Гулять пойдёте?

– Рано, Лариса, мы ещё умыться не успели, – ответила Тамуся.

– Ну как соберётесь, приходите, я вас пирожками угощу, баба с утра напекла. – И Лариска вприпрыжку побежала вдоль улицы к своему дому.

– Странная какая-то, – пожала плечами Тося.

– Что будем делать? – зевнула Тамуся.

– Спать расхотелось. Пошли на речку искупнёмся? – предложила Тося.

– Пошли, только маму надо предупредить, – кивнула Тамуся.

Хлопнула калитка, и тётя Милочка появилась на кухне с бидоном парного молока.

– А вы чего так рано подскочили, чего не спится? – с удивлением воскликнула тётя Милочка.

– Нас Лариска разбудила, барабанила опять палкой по калитке, Жука дразнила.

– Ой, Жук, бедненький, он до сих пор сидит в будке! Сейчас я его освобожу, – Тося выскочила во двор вызволять пёсика.

Жук с удовольствием покинул будку и, радостно виляя хвостом, побежал на кухню.

– Мама, мы с Тосей хотим на речку, можно?

– Можно, конечно, сейчас соберу корзину, позавтракаете на берегу. А я, пока вас не будет, приготовлю обед и напеку блинов.

Тётя Милочка взяла маленькую плетёную корзинку для пикника, положила туда большую салфетку, бутерброды с сыром и колбасой, куски сладкого пирога и бутылку малинового морса.

– Не забудьте взять коврик и полотенце.

Глава № 2
Знакомство на речке

Девочки прошагали всю Абрикосовую улицу и свернули направо. Здесь начинался небольшой смешанный лес, за которым несла свои тихие воды речка Вейка. Тося с корзиной шла впереди по лесной тропинке. На траве, переливаясь всеми цветами радуги, искрилась роса. Вдруг за кустами кто-то промелькнул.

– Тося, заяц, смотри, как удирает! – радостно захлопала в ладоши Тамуся.

Тося улыбнулась. Ей всё здесь нравилось: милые берёзки, шелковистая изумрудная трава и каждая росинка на ней. Лето в Грачёвке – самое счастливое время в её жизни.

Девочки вышли к берегу Вейки, речки не очень широкой, но местами глубокой. На противоположном берегу виднелся луг, на нём паслись три коровы – ну прямо как берёзки, белые с чёрными пятнами. Вдоль берега росли камыши, плавали белые лилии и носились стрекозы. На кочке, выпучив глаза, сидела лягушка. При виде девочек она спрыгнула в воду и спряталась за кочкой. Дикая утка с утятами, увидев приближающихся девочек, тоже поспешила укрыться в камышах.

Вдоль речки виднелось несколько мест, пригодных для купания. Девочки устроились возле деревянного плотика, с которого можно было нырять. Под ивой, склонившейся к самой воде, они расстелили коврик и поставили корзину. День начинался как нельзя лучше.

Тамуся сбросила платье и вошла в воду.

– Ой, холодная, прямо обжигает!

– А ты не стой, ныряй сразу, – посоветовала Тося.

Она сделала несколько шагов к воде и остановилась. Её тонкий слух уловил в камышах какую-то возню. Тося тихо направилась к камышам. Тамуся в это время доплыла почти до середины реки и звала Тосю. Девочка не отвечала, затаив дыхание, она раздвинула острые сухие листья. Среди зарослей, повернувшись к Тосе спиной, сидел мальчик. Зелёные листья камыша скрывали его, но Тося всё же сумела разглядеть ветровку цвета хаки, кудрявую русую голову и высокие, до колен, рыбацкие сапоги. Мальчик крошил в воду булку, а вокруг, смешно перебирая лапками, ныряли дикие утята. Тося не знала, как быть: заговорить с мальчиком и распугать утят или тихо удалиться? Пока Тося соображала, над ухом прозвучал звонкий голос Тамуси.

– Тоська, что тут застряла, пошли купаться!

Мальчик резко повернулся и удивлённо посмотрел на девочек. У него были большие серо-голубые глаза и загорелое лицо. Тося покраснела и смутилась. Получилось, что она за ним подглядывала, и это её немного расстроило.

– Ничего, просто услышала шорох в камышах и пошла посмотреть. Простите, если помешали вам, – проговорила Тося, увлекая за собой Тамусю.

– Ничуть не помешали, – произнёс мальчик, выбираясь из зарослей следом за девочками. – Я тут рыбу ловлю каждое утро и кормлю утят. Они ждут меня и совсем не боятся. Я Всеволод, можно просто Сева.

– А я Антонина, можно просто Тося.

Тамуся посмотрела на ребят, её зелёные глаза озорно блеснули, и она произнесла:

– Я Тамара, можно просто Тамуся.

Дети переглянулись и весело рассмеялись.

– Сева, ты тут живёшь, ну в смысле, местный, из Грачёвки? – поинтересовалась Тамуся.

– Нет, я из Москвы, а здесь на даче отдыхаю с братом.

– Без взрослых? – вступила в разговор Тося.

– Да, родители привезли нас и уехали. Мы второй год с братом тут одни всё лето проводим. Родители не могут бросить работу. Они нас по выходным навещают и продукты привозят.

– Сколько же лет твоему брату? – поинтересовалась Тамуся.

– Столько же, сколько и мне, скоро двенадцать исполнится.

– Как это? Он что, твой двоюродный брат? – спросила Тося.

– Нет, мы двойняшки.

– А почему ты один, он что, не любит ловить рыбу? – хихикнула Тамуся.

– Ему это неинтересно. Он вообще кроме своего компьютера ничего не любит. Как только нам провели интернет, он три дня из дому не выходил, только поесть и ещё кое-куда. Не до рыбалки ему, в общем.

– Понятно, компьютерный червь, – вздохнув, протянула Тамуся.

– Сева, пошли с нами завтракать, у нас полная корзинка еды, – пригласила Тося.

– С удовольствием, только удочки проверю. И мальчик проворно нырнул в камыши. Минуту спустя послышался восторженный вопль.

– Мне линь попался, золотой линь!

– Золотой? – Тося вопросительно глянула на Тамусю. – Пошли посмотрим. Я о таком и не слышала.

Девочки осторожно пробрались к Севе. Мальчик в трясущихся руках держал удочку. Поплавок водило из стороны в сторону.

– А где рыба? – шёпотом спросила Тамуся.

– В воде, где же ей ещё быть. Рано подсекать, видно, крупная. Видите, бронзой отдаёт, золотистый линь, я точно знаю, – так же шёпотом ответил мальчик. Поплавок на мгновение застыл, потом пошёл медленно гулять из стороны в сторону и начал тонуть. Тут Сева и подсёк. Удочка выгнулась дугой, мальчик напрягся и с трудом вытянул из глубины рыбину с золотистой чешуёй и чёрными плавниками. Девочки заворожённо смотрели на добычу мальчика.

– Какой красавец, я и не знала, что в Вейке такая рыба водится! – воскликнула Тося.

Сева опустил рыбу на траву, она билась хвостом и широко раскрывала рот.

– А потому и не знала, что поймать его нелегко. Линь – рыба ленивая, осторожная и глубинная. Прячется там, куда другая рыба не опустится. Килограмма на три будет, – просиял Сева, с трудом запихивая скользкого линя в садок. Мальчик стёр со лба пот и, восторженно оглядываясь на добычу, пошёл к речке мыть руки.

– Вот теперь и позавтракать можно, – со счастливой улыбкой произнёс Сева.

– Ой, Тамуся, начинай раскладывать, а я окунусь в речку, а то после еды плавать тяжело.

Тося с разбегу бросилась в воду. Брызги разлетелись в разные стороны. Часто перебирая руками, поплыла на середину речки.

Тамуся и Сева расположились под ивой. Девочка достала из корзины салфетку и расстелила посередине коврика. Затем разложила бутерброды и сладкий пирог, открыла бутылку с морсом и приготовила стаканчики.

– Ой, а у нас только два стакана.

– Ничего страшного, будем пить по очереди, – Тося подошла к ребятам, укутываясь в полотенце. – Я вообще-то не пью жидкость сразу после еды, это вредно.

– Зато вкусно, – хихикнула Тамуся.

Ребята принялись за бутерброды. Несколько минут ели молча.

– А кто вам с братом еду готовит? – спросила Тамуся, наслаждаясь малиновым морсом со сладким пирогом.

– Яичницу и картошку я могу и сам пожарить, или там сосиски отварить. А вообще, нам тётя Зина готовит, родители договорились. Она живёт по соседству от нас в маленьком деревянном доме.

– А что ты будешь делать с золотистым линём? – спросила Тося.

– Отдам тёте Зине, она вкусную уху приготовит. Приглашаю вас сегодня в гости по такому случаю, – Сева с нескрываемой радостью посмотрел на садок, в котором подпрыгивала рыба, – с братом познакомитесь. Придёте?

Тося с Тамусей озорно переглянулись.

– Придём, правда, Тося?

– С удовольствием, – кивнула девочка.

– Отлично, мы живём в Земляничном переулке, доме четырнадцать.

– Давайте обменяемся телефонами, и ты нам позвонишь, когда уха из этого красавца будет готова, – предложила Тамуся.

– Хорошая идея, – согласился мальчик, записывая номера телефонов девочек в свой мобильник.

Глава № 3
У Лариски есть тайна?

Девочки вернулись домой к обеду.

– Ну как отдохнули, русалки? – спросила тётя Милочка, выглядывая из кухни. В доме пахло блинами и малиной.

– Ой, мамочка, мы так накупались, вода с утра была прохладной, а сейчас такая тёплая! Мы там познакомились с Севой. Это мальчик из Земляничного переулка. Они тут с братом на даче отдыхают без родителей, – затараторила Тамуся, едва переступив порог дома.

– Они что, сироты?

– Нет, тётя Милочка, их родители работают в Москве и приезжают только на выходные, – подхватила Тося.

– Мама, ты не представляешь! Сева поймал золотистого линя, килограмма на три! Он такой красивый! – продолжила Тамуся.

– Кто, Сева? – спросила тётя Милочка.

– Нет же, линь золотистый! – рассмеялась Тамуся, плюхаясь в кресло-качалку.

– Он нас на уху пригласил, можно мы сходим? – спросила Тося.

– Хорошо бы мне с ним тоже познакомиться. – Тётя Милочка вышла из кухни.

– Но тебя не приглашали, мама, это неудобно! – крикнула вслед Тамуся.

– А я и не напрашиваюсь. Пригласите Севу к нам сейчас на чай с блинами. Пусть и брата с собой берёт. Вы же наверняка обменялись телефонами. – Тётя Милочка хитро посмотрела на девочек.

– Тося, звони, – кивнула Тамуся.

– А почему я?

– Ну дача же твоя! – напомнила Тамуся.

– А блины твои! – смеясь, ответила Тося.

– Тогда позвоню я, давайте телефон, – вмешалась тётя Милочка.

– Не надо, мамочка, мы сами, – взяла инициативу в свои руки Тамуся, раскачиваясь в кресле и набирая номер мальчика.

– Сева, привет, это Тамуся, ты дома?

– Нет, только иду. Занёс тёте Зине линя, к вечеру обещала уху принести.

– Сева, приходи к нам с братом прямо сейчас. Мама вас на чай с блинами приглашает. Придёте?

– Я приду, – сразу ответил мальчик, – а вот брат не знаю, но я ему передам ваше приглашение.

– Только не задерживайтесь, всё уже готово, – поторопила Тамуся. – Придут, мама!

– Ну вот и хорошо, готовим чайный столик на веранде. Тося, стели скатерть. Тамуся, неси мёд и сметану, я ставлю самовар.

Сева пришёл один. Жук деловито обнюхал гостя и ушёл в свой угол.

– Будем знакомы. – На веранде появилась улыбающаяся тётя Милочка с тарелкой ароматных блинов. – Садимся за стол! Девочки, приглашайте гостя.

Ребята уселись в мягкие кресла, расставленные вокруг чайного столика, покрытого красной скатертью с вышитыми петушками.

На столе кипел электрический самовар, расписанный в стиле хохломы.

– А где же твой брат? – разочарованно спросила Тамуся.

– Я не смог оторвать его от компьютера, – развёл руками Сева. – У него там сейчас в разгаре все события. Если он отвлечётся, то монстр съест его филина в лабиринте, и тогда пиши пропало.

– Ой, страсти-то какие, – улыбнулась тётя Милочка.

– Мне кажется, брат даже не понял, что я его на блины зову, сразу завопил: «Нет, нет! Никуда я не пойду, отстань! Не мешай!»

– Да, коротко и ясно всё объяснил, – хихикнула Тамуся.

– А в каком классе ты учишься, Сева? – спросила тётя Милочка.

– Мы с братом перешли в шестой, – ответил мальчик, окуная блин в сметану. – Ух, какая вкуснятина! Зря Мишка не пошёл.

– А мы ему гостинец передадим, – успокоила тётя Милочка. – Ребята, вы тут ешьте, а я пойду в мастерскую поработаю.

Тётя Милочка встала, убрала за собой чашку с блюдцем и направилась в кухню.

– Тамуся, твоя мама работает тут? – удивился Сева.

– Да, это её хобби и работа, всё вместе. Мама увлекается гончарным делом.

– И у вас тут что, настоящая мастерская с гончарным кругом?

– Да, и даже печь для обжига готовых изделий есть, – добавила Тося. – Мама специально для тёти Милочки мастерскую оборудовала.

– Недалеко от реки карьер, там глину добывают. Мама берёт её оттуда для своих изделий, – пояснила Тамуся. – И говорит, что это лучшая глина в мире.

– И у неё отлично получается! Тёти Милочкины работы высоко ценятся на международных выставках, – с гордостью добавила Тося.

– Здорово, я бы хотел попробовать покрутить гончарный круг.

– Я поговорю с мамой, думаю, она позволит, – пообещала Тамуся.

– Отлично! Ну мне пора, девчонки. Спасибо за блины. Было всё очень вкусно. Я даже ухи расхотел.

– До ужина далеко, проголодаешься ещё, – заметила Тося. – Ой, подожди минуточку, возьми блины для брата. – И Тося вынесла упакованную тарелку с горячими блинами и баночку малинового варенья.

– Жду вас с ответным визитом на уху! – театрально поклонился Сева, и все прыснули от смеха. Прижимая к груди тарелку с блинами и при этом расшаркиваясь, мальчик выглядел комично.

Сева ушёл. Девочки убрали посуду со стола и перемыли чашки. Едва они управились, как в калитку раздался сильный стук, и Жук залился лаем.

– Опять эта несносная девчонка! – воскликнула Тамуся, выглядывая в окно.

– Какая девчонка? – не поняла Тося.

– Лариска! Что утром была, забыла, что ли?

Девочки выскочили во двор.

– Лариса, ты нам когда-нибудь калитку сломаешь, – укоризненно покачала головой Тося.

– Вы почему пирожки не пришли есть? Я же вам сказала утром: приходите есть пирожки! – не обращая внимания на замечание, произнесла девочка.

– Лариса, мы ходили на речку, только вернулись, – ответила Тамуся.

– А почему меня не позвали?

– Прости, забыли, – ответила Тося.

– Как соберётесь ещё, позовите. Я вам по дороге старый дом покажу.

– Что ещё за дом? – спросила Тося.

– Старая помещичья усадьба.

– Я что-то о ней слышала, – равнодушно ответила Тося.

– Построенная при царе Горохе, что там интересного? – с иронией ответила Тамуся.

– А вот что-то там есть, и про это знаю только я, – хитро сощурив маленькие глазки, произнесла девочка.

Тося с Тамусей переглянулись.

– Что же ты такого знаешь? – усмехнулась Тамуся.

– А вот позовёте меня на речку, тогда расскажу.

– Ну хорошо, позовём, – пообещала Тося.

Лариска ушла.

– Что она может знать? Ей просто скучно, играть не с кем, вот она и придумывает, – вздохнула Тося, направляясь в дом.

Глава № 4
В земляничном переулке

После полудня наползли грозовые тучи. Небо нахмурилось, и стало душно.

– Опять дождь передавали, – входя в гостиную, сказала тётя Милочка.

Тося отложила книгу, она читала детский детектив о похищении золотой статуэтки из музейной коллекции.

Тамуся плела фенечки из красных ниток Тосе в подарок.

– Ой, а как же мы пойдём к Севе в гости, если ливень разразится? – Тамуся отложила работу и выглянула в окно.

– А на что нам резиновые сапоги и зонт? – спокойно ответила Тося.

В шесть вечера позвонил Сева:

– Вам там ухой не пахнет? Тётя Зина такую вкуснятину приготовила, как в лучших ресторанах Москвы. Приходите и тётю Милу берите с собой! – звучал в трубке весёлый голос Севы.

– Мама, тебя на уху пригласили, – сообщила Тамуся, кладя трубку.

– Большое спасибо, но у меня работы ещё много в мастерской, хочу к фестивалю «Город гончаров» успеть закончить «Девушку в маске», – ответила тётя Милочка, выходя из комнаты. – А вы идите. У вас сегодня день обжорства!

– Ты сама мне говоришь: «Ешь, Тамуська, ешь больше, здоровая будешь», – крикнула вслед девочка.

– Я и сейчас так говорю, – послышался с веранды мамин голос.

– Ну что, Тось, пошли собираться, пока дождя нет.

Девочки переоделись. Натянули джинсы, футболки, резиновые сапоги и прихватили зонтики. Жук очень надеялся, что его возьмут с собой, но пёсику велели лежать. Он обиделся, не захотел оставаться в доме один и, проводив грустным взглядом девочек до калитки, влез в будку.

В Земляничном переулке за высокими непроницаемыми заборами почти сплошь стояли новые двух- и трёхэтажные дома. Усадьбу под номером четырнадцать скрывал кирпичный забор с коваными воротами и калиткой. Справа от калитки висел домофон.

Девочки позвонили. Калитку сразу открыли.

– А собаки у них нет, случайно? – нерешительно остановилась Тамуся.

– Нас бы предупредили, – ответила Тося, подталкивая Тамусю. – Иди за мной, не бойся. Разве ты слышишь лай собаки?

– Пока нет, – ответила Тамуся, настороженно озираясь. – До дома ещё дойти надо, вдруг выскочит откуда-нибудь.

Девочки шагали по дорожке, выложенной разноцветной плиткой. По краям были высажены низкорослые хвойные кустарники и мелкие бордюрные розы. Откуда-то доносился запах лаванды. Перед домом был раскинут сад с фруктовыми деревьями. В конце сада стоял двухэтажный дом с мансардой. Парадная дверь открылась. На пороге стоял Сева и радостно махал им рукой.

– Привет, девчонки!

– Сева, мы забыли спросить тебя про собаку. – Тамуся всё ещё боязливо озиралась по сторонам.

– Про какую ещё собаку?

– У вас есть в доме или во дворе собака?

– Нет, Тося, собаки у нас нет. Можете смело заходить. Мама говорит, что с кошками и собаками много хлопот.

Девочки прошли в столовую. На столе стоял поднос, а на нём была гора румяных, вкусно пахнущих пирожков и дымящаяся супница с ухой. Вокруг стола суетилась тётя Зина, немного полноватая женщина средних лет с добрым лицом.

– Молодцы, что пришли, девочки, присаживайтесь за стол. Сева такого линя выловил! Ведро ухи можно было сварить. Я ещё пирожков напекла, – с удовольствием рассказывала тётя Зина.

– Зови Мишу, а то он у нас скоро в скелет превратится. Из-за своего компьютера и есть нормально перестал. Исхудал. Что я родителям скажу! – развела руками тётя Зина.

– Я звал, он не может сейчас оторваться от игры. Ему надо собрать необходимый ресурс, а у него время заканчивается. Его филина монстр заковал в цепи.

– Так, всё понятно, подключаем тяжёлую артиллерию.

– Миша! – громовым голосом позвала тётя Зина и ударила в корабельную рынду.

Тамуся и Тося вздрогнули. Казалось, за звоном рынды незамедлительно послышится топот бегущей на обед команды матросов или, по крайней мере, одного Миши. Но чуда не произошло. Мальчик сидел в своей комнате на втором этаже за компьютером шестой час кряду.

– Если через минуту не спустишься, я поднимусь! – пригрозила тётя Зина, задрав голову вверх.

– Может, мне сходить за ним? – неожиданно предложила Тамуся.

– Сходи, детка, а то мне каждый раз за ним подниматься тяжело.

Тося и Сева переглянулись.

– Тамуся, ты с ним даже не знакома, неизвестно, как он отреагирует, – предупредила Тося.

– Он подумает, что это его очередной ресурс пришёл, – хихикнул Сева. – Сходи, сходи, Тамуся, посмотрим, что из этого получится.

Тамуся приняла кроткий вид и легко понеслась по деревянным ступенькам вверх.

– Комната справа, – крикнул Сева.

– А вы садитесь за стол, не то достанется вам холодная уха и пирожки.

– Мы немного подождём, правда, Сева? Может, они скоро спустятся.

– Тамуся, может, и скоро, даже быстрее, чем ты думаешь, а вот Миша… – веселился Сева, пробуя парящую уху. – Ну и вкуснотища! Тося, ешь, такую уху ты ещё не скоро попробуешь. Поймать золотистого линя! Такое раз в жизни бывает.

– Хвастун! – усмехнулась Тося.

– Тётя Зина, скажите ей!

– Правда-правда, золотистый линь – большая редкость, не потому, что редко водится, напротив, развелось его много, но поймать не всякий сможет. Тут удача нужна. Раньше деревенские мужики ловили. А теперь одни дачники приезжают на выходные. Они всё в супермаркетах покупают. Один рыбак Сева остался на всю Грачёвку, – рассмеялась тётя Зина.

На лестнице послышались шаги. К всеобщему удивлению, по ступенькам спускались дети. Тамуся шла впереди, гордо улыбаясь, а за ней плёлся Миша. На первый взгляд можно было подумать, что братья на одно лицо. Однако Миша был чуть пониже ростом и худее Севы.

– Знакомься, Тося, это Миша, – представил брата Сева.

– Очень приятно, – рассеянно ответил Миша и машинально подвинул стул Тамусе.

«В манерах ему не откажешь», – подумала Тося.

– Миша, представь, я золотистого линя сегодня поймал.

– Поздравляю, – щурясь на уху, ответил мальчик.

– Ну, слава Богу, собрались, наконец-то, ешьте, пока с дымком!

– Тётя Зина, а вы давно в Грачёвке живёте? – спросила Тося.

– Всю жизнь! Тут и родилась. Только опустела наша деревня. Лето здесь провожу, а на зиму в Новгород уезжаю к дочке, за внуками присматриваю. Они у меня школьники. Один во второй класс перешёл, а другой в четвёртый.

– А почему они с вами в Грачёвку не приехали отдыхать? – спросила Тамуся.

– Да конечно! В Грачёвку! Это для них глухомань, что тут делать! Они, видите ли, лучше в Египет поедут, жариться на солнце. А здесь им скука, – махнула рукой тётя Зина. – И хорошо, что не приехали. Мне и без них неплохо, хоть отдохну по-человечески в тишине да на природе, чистым воздухом подышу. Красота ведь какая вокруг! Соловьи поют, лес рядом, полно грибов и ягод, речка Вейка! И всё своё, родное, – тихо произнесла тётя Зина, сложив руки на подоле.

Глава № 5
Профессор Лев Григорьевич

В дверь позвонили, и тётя Зина помчалась открывать.

– Знакомьтесь, это наш дорогой сосед, Лев Григорьевич, профессор, историк, между прочим, – представила тётя Зина мужчину среднего возраста в квадратных очках с толстой оправой.

– Здравствуйте, ребята! Запах вашей ухи дошёл до моей усадьбы, и я решил заглянуть к вам на огонёк.

– Лев Григорьевич шутит, это я его пригласила, когда сегодня уборку делала в его доме. У меня и на отдыхе есть работа, – засмеялась тётя Зина.

– Да, без Зиночки нам не прожить тут, правда, мальчики? – произнёс профессор, садясь за стол.

– Всё шутите, – засмущалась тётя Зина.

– Нисколько, а уха изумительная, просто великолепная, – не сдерживал похвалы Лев Григорьевич.

– А я вот недавно из Англии вернулся, лекции читал студентам. Вот там уху варить не умеют – заявляю с полной ответственностью. Вообще, надо сказать, что английская кухня, как и вся Англия, отличается консерватизмом. Они особо не экспериментируют с блюдами. Можно с точностью в девяносто девять процентов угадать, что у англичанина на завтрак, на ланч и на ужин. Как думаете, чем заняты англичане с трёх до пяти после обеда? – Лев Григорьевич хитро посмотрел на ребят.

– Пьют чай, – спокойно ответила Тося.

– Совершенно верно, даже в ресторанах придерживаются этого правила. Ну а вы как тут отдыхаете? – перевёл тему разговора профессор. – Вот Сева, знаю, рыбак заядлый. Сегодняшним пиршеством мы обязаны ему. Миша увлечён компьютерными технологиями, – Лев Григорьевич незаметно подмигнул тёте Зине.

– А нам нравится в лес за грибами и ягодами ходить, в речке купаться, – ответила Тамуся.

– И на велосипеде кататься, – добавила Тося.

– А правда, что тут старая помещичья усадьба есть? – вдруг спросила Тамуся.

– Правда, а на что она тебе сдалась? – удивилась тётя Зина. – Была усадьба, да сплыла, а сейчас так, развалина без окон, без дверей. Когда-то там колхозное управление было. Здание колхоз поддерживал, крышу ремонтировали несколько раз. А теперь лет двадцать уже как бесхозная стоит.

– А с чего ты вдруг спросила, Тамуся? Туда опасно ходить, в доме могут быть обрушения, ему сто лет в обед.

– Да, да, Зиночка абсолютно права, – подтвердил Лев Григорьевич.

– Просто так, интересно стало. Нам про усадьбу одна девочка рассказала, Лариса, она живёт по соседству с нами, на Абрикосовой.

– Знаю я её, ох и любопытная девчонка, до всего ей дело есть. У них вся семья такая, Кузьмичёвы они, вечно нос в чужие дела совали, когда тут жили. Ничего от них не скроешь. Всё про всех знали. Кто куда поехал, кто к кому приехал. Даже чьи гуси в пруду, и то знали. Потом переехали в Воронеж. Одна бабушка их осталась в Грачёвке. Лариска с сестрой каждое лето к ней приезжают. Старшая Оля, та как и не Кузьмичёвых: ладная такая, образованная, культурная. Не то, что младшая Лариска! Бродит по деревне: где две бабки грачёвские сплетничают, там и она посреди них.

Девочки прыснули от смеха.

– Кстати, их прапрадед прислуживал в доме нашего помещика, кажется, управляющим был. Любил его хозяин, говорят, и доверял сильно.

– А какая была фамилия у этих помещиков? – спросила Тамуся, откусывая ароматный пирожок.

– Парамоновы. Имён не знаю, только слышала, была у барина жена, дочь и сын. Но ураган революции ещё в семнадцатом году унёс их в Европу. Вместе со всеми сокровищами, которые имелись в доме. И как-то удачно у них всё вышло, я про это слышала ещё от бабушки, да и в школе рассказывали на уроках истории.

– А что так удачно вышло? – переспросил Сева.

– Никто не видел, как они покинули Грачёвку, спокойно собрались и уехали. Пришёл отряд, а в поместье пусто, одни голые стены, – ответила тётя Зина.

– Известно, что дворяне Парамоновы неплохо обращались с крепостными крестьянами. Даже школу открывали для крестьянских ребятишек. Грамоте и счёту учили. Не то, что в соседних поместьях, там в смутные времена и убийства были, и грабежи, и погромы. А в Грачёвке – нет, – добавил Лев Григорьевич. – Из истории мы знаем, что всю ненависть, накопленную поколениями, в семнадцатом году нищие крестьяне обрушили на своих помещиков. Промедление смерти подобно. Горе было тем, кто сбежать не успел вовремя, – покачал головой профессор. – Вообще, надо сказать, крепостное право, по сути рабство, – одно из самых позорных явлений России. Пропасть между крестьянами и дворянами была настолько велика, что и говорили они на разных языках. Дворяне предпочитали французский, немецкий или английский языки, а простой люд – русский с местным наречием. Вот так! И после отмены крепостного права в 1861 году жизнь крестьян мало улучшилась. Да-да, ну мне пора, а то сейчас лекцию начну читать, – профессор, смеясь, поднялся из-за стола. – Огромное спасибо и низкий поклон всем за столь прекрасный ужин и приятную беседу о старине. Мне ещё на вечернюю электричку надо успеть, завтра с утра лекция в университете.

– Доброго пути, Лев Григорьевич, – пожелала тётя Зина.

– А много добра было у Парамоновых? – спросил Сева, когда тётя Зина вернулась, проводив гостя.

– Да откуда же мне знать, я ещё тогда не родилась, – рассмеялась женщина. – Думаю, немало, очень богатые они, говорят, были. Представьте только, отец – дворянин, а мать – дочь уральского миллионера.

– Вы ешьте-ешьте, мне тоже пора идти. Я и так заболталась с вами. Миша, чтобы всю уху доел и пирожков не меньше пяти! Ты слышал? А то сил не будет двигать мышку и мозги засохнут.

– Пойду к Марии Потаповне схожу, бывшей моей классной руководительнице, угощу пирожками из Севкиного линя и чайку с ней попью. А то одна она, скучно ей тут, никого из родных не осталось. Пока, ребятки! Посуду вечером приду помою.

– Тётя Зина, мы сами всё уберём со стола и посуду помоем, – отозвалась Тамуся.

– Ну хорошо, тогда я от Марии Потаповны сразу домой пойду, как бы ещё под дождь не попасть. – И тётя Зина ушла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Миша, тебе понравилась уха, хочешь добавки? – спросила Тамуся.

– Да, в принципе, неплохо приготовлено, но я бы немного перца добавил и помидор. Но добавки не хочу, – ответил Миша, протягивая руку за четвёртым пирожком.

– А ты, Миша, гурман, оказывается, – подметила шутя Тамуся.

Миша ожил и даже сделал попытку улыбнуться.

– Тося, а с чего тебя так усадьба эта заинтересовала? – спросил Сева.

– Ну не то чтобы она меня заинтересовала. Просто Лариска сказала нам, что в поместье есть что-то такое, о чём знает только она.

– Фи, привидение, что ли! – хихикнул Сева.

– Она ничего подобного не говорила, просто предложила туда сходить вместе с ней, – ответила Тося.

– Не слушайте вы её, она девчонка с причудами, тётя Зина права. В прошлом году я на Вейке рыбу ловил. А она пряталась в камышах и кидала камни в воду, всю рыбу мне распугала, пока я её из этих камышей не прогнал.

Тося с Тамусей рассмеялись, представив картину, как злой Сева, размахивая удочкой, гонит Лариску из камышей.

Миша молча слушал ребят, уминая пятый пирожок.

– Давайте посмотрим, может быть, об этой усадьбе есть информация в интернете, – неожиданно предложил Миша.

– И ты из-за этого прервёшь игру? – искренне удивился Сева.

– Я уже её прервал, когда за мной пришла Тамуся, – ответил мальчик серьёзно.

– А что, это даже интересно. Сейчас в интернете можно найти любую нужную информацию, – поддержала Тамуся.

– Кое-что мы уже знаем, например, фамилию последнего владельца усадьбы, – добавила Тося.

– И место её нахождения, – ухмыльнулся Сева.

– Пошли наверх, – позвал Миша, резко вставая из-за стола.

Ребята устремились за ним.

Глава № 6
Кто такой помещик Парамонов

В кабинете стоял компьютерный стол. На стенах висели деревянные полки, уставленные в два ряда книгами, а у стены расположился небольшой кожаный диван.

Миша тронул мышку, на экране появился Иван, Мишкин виртуальный друг. Иван бездельничал в московской квартире в ожидании отпуска родителей. А Миша не хотел оставлять товарища в одиночестве.

С начала каникул ребята зависли в виртуальном мире игры и не хотели его покидать, засиживаясь за компьютером порой до рассвета. Потом спали до обеда и снова играли.

Первое время Сева звал брата на рыбалку, звал поплавать в Вейке, но Миша отмахивался и даже начинал злиться. Сева махнул рукой и больше не приставал.

Иван, мальчик лет двенадцати с пухлыми щеками и выпученными от злости глазами, кричал с экрана:

– Миша, ты куда пропал! У вас что, свет там вырубили? Мы проиграли из-за те…

Не дослушав разъярённого Ивана, Миша закрыл страницу. Ребята, столпившись вокруг стола, молча наблюдали за происходящим. Миша хмурил брови и нервно покусывал губы.

– Как, вы говорите, фамилия этого помещика? – двигая кресло к столу, спросил Миша.

– Парамонов, – быстро ответила Тося.

Миша вбил в поисковик фамилию помещика и начал читать:

– Парамонов Алексей Семёнович, 1882–1918, дворянин Московской губернии, помещик, 10 600 душ, усадьба Грачёвка в деревне Грачёвка. Меценат. Потомственный коллекционер.

Поддерживал молодых художников, пополняя коллекции их картинами. Жена – Мария Ивановна Зубатова. Сын Михаил (1907–?), дочь Анна (1910–?). Эмигрировал с семьёй в Германию в 1917 году. Родители: отец – Парамонов Семён Николаевич. Происходил из старинного дворянского рода, учёный, политический деятель, коллекционер картин, снискал дурную славу чернокнижника. Мать – Александра Михайловна Демидова, дочь уральского предпринимателя.

– Всё, – Миша закончил читать, – негусто.

– Ну почему же, кое-что мы узнали, – произнесла Тося.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Тамуся.

– Мы убедились в том, что здешним помещиком был точно Парамонов. И что он сбежал из России в Германию.

– Но это нам и тётя Зина рассказала, – произнёс Сева.

– Мне вот что непонятно, – Миша развернул кресло к ребятам, сидевшим рядком на диване, и замолчал.

– Что непонятно, ты в транс ушёл? – окликнул брата Сева.

– Непонятно, куда Парамонов дел свою коллекцию картин. Их в саквояже не увезёшь. А исчез он вместе с семьёй так, что никто и не видел их.

– Ну и что? – не понял Сева.

– А то, что картин в доме не обнаружили. Как сказала тётя Зина, остались пустые стены, – объяснила Тося.

– Вот именно, картины надо было упаковать и на чём-то перевезти. Это невозможно сделать незаметно для деревни. Мама, когда везёт свои скульптуры на конкурсы, их тщательно упаковывает и помещает в специальные ящики, чтобы не разбить, – пояснила Тамуся.

– Согласен с Тамусей, коллекцию картин в разгар революции не дали бы вывезти из страны, – заключил Миша.

– Куда же они делись?! – воскликнул Сева.

– Это вопрос, – ответил Миша, подходя к окну и отодвигая занавеску.

– А кто вам сказал, что картины были у него в то время дома? – настойчиво произнесла Тамуся.

– Как кто? В интернете написано, что он коллекционировал картины молодых художников, – ответил Миша.

– Ну и что, может, и коллекционировал, но тут же и продавал их, – не унималась девочка.

– Тамуся, ну что ты всё споришь! – воскликнула раздражённо Тося.

– Ну и что, в споре рождается истина, – обиделась подруга.

– Да хватит вам, девчонки, ссориться! Это возможно, но куда делись тогда картины его отца? Ведь написано же: потомственный коллекционер, надо уточнить эту информацию, – сказал Сева.

– У кого уточнить? Кто это может помнить в Грачёвке! – с усмешкой произнесла Тамуся.

– Я пороюсь в интернете, может ещё что найду, – пообещал Миша.

Небо стремительно заволокло тучами. Закачались на ветру верхушки деревьев в саду. В комнате потемнело. В окно ударили первые крупные капли, и по стеклу потекли ручейки дождя. Сверкнула молния, осветив комнату.

– А ведь из нашего окна видны крыши усадьбы, – вдруг произнёс Миша, глядя в залитое водой окно.

– Что ты такое говоришь? – подскочила Тамуся. – А ну-ка покажи!

Тося с Севой отдёрнули штору со второго окна.

– Ничего не видно из-за дождя, – сказала Тося.

– В столовой осталось открытое окно! – вдруг вспомнил Сева и помчался вниз. Девочки отошли от окон, задёрнули шторы и спустились вслед за Севой.

Зазвонил Тамусин мобильник.

Тётя Милочка волновалась за девочек – не попали ли под дождь и всё ли у них в порядке.

– Мама, всё хорошо, сейчас дождь пройдёт, и мы с Тосей пойдём домой. Ты, мамочка, не волнуйся, у нас с собой зонт.

– Скажи, мы с Мишей вас проводим, – добавил Сева.

– Мамочка, Сева с Мишей нас проводят. Целую, пока!

Девочки убрали остатки ужина со стола, помыли посуду и сложили в шкаф. Дождь, внезапно разразившийся ливнем, пошёл на убыль и вскоре совсем затих. Тося с Тамусей засобирались домой.

Когда ребята вышли из дома, было уже темно. В ночном небе была видна огромная сырная луна.

– Полнолуние, – глядя в небо, произнёс Сева.

– Самое время для нечисти, – сказала Тамуся.

Ребята ничего не успели ответить, как со стороны соседней дачи раздался звук, похожий на стон, а за ним душераздирающий хохот: «ХА-А-ХА! ХА-А-ХА!»

– Ой, мамочки, кто это?! – завопила Тамуся, хватая Мишу за рукав ветровки.

Тося от страха лишилась дара речи, а Сева просто застыл, озираясь по сторонам.

– Не бойтесь! Это птица, филин! – успокоил Миша.

– Какой ужасный вопль, никогда не слышала такого! – отпуская рукав Миши, тихо произнесла Тамуся.

– Филин – хозяин ночи, кричит иной раз так, что за четыре километра слышно, – пояснил Миша.

– У него есть и народное название – пугач, – добавил Сева.

– Мне показалось, там убивают кого-то, – приходя в себя, произнесла Тося. – Идёмте скорее отсюда.

– А я его каждую ночь слышу, когда с Иваном играем, – признался Миша.

– Это дача профессора Льва Григорьевича, – произнёс Сева. – Раньше она пустовала. Прошлым летом он её купил.

– В окнах свет не горит, наверное, уехал в Москву, – добавила Тамуся, глянув на дом.

За разговорами ребята подошли к дому номер семь на улице Абрикосовой.

– Спасибо, ребята, – поблагодарила Тося, – мы дома.

– Пожалуйста, – ответил Сева.

– А вы пойдёте в помещичий дом завтра? – вдруг спросил Миша.

– Наверное, иначе Лариска нам точно калитку сломает, – хихикнула Тамуся. – А что, тебе тоже интересно?

– Немного, – уклончиво ответил Миша. – Просто любопытно, что там видела девчонка, если не врёт, конечно.

Глава № 7
Рассказ старушки Марии Потаповны

Утром девочки проснулись рано. Тётя Милочка уже суетилась на кухне. – Тося, Тамуся, идите завтракать. На столе стояли две тарелки с овсяной кашей и бутерброды с маслом и сыром. Тётя Милочка разлила по чашкам горячее какао. – Я спешу на станцию, мне надо кое-что купить в художественном салоне для работы. Вернусь с последней электричкой. Обед в холодильнике. Ведите себя хорошо. – Не волнуйся, мамочка, всё будет супер-пупер, – пообещала Тамуся. – Да, у нас яйца закончились, сходите к Марии Потаповне, последний дом по нашей улице, я с ней договорилась. Возьмите три десятка, вот корзина, деньги на столе в гостиной. – Хорошо, всё сделаем, – пообещала Тося, зевая. – И ещё, спросите Марию Потаповну, может, ей помощь нужна по дому или в огороде. Старенькая она, тяжело ей одной управляться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.