Пенелопа Олдман
Дневник со вкусом масалы

Предисловие

Во все времена общество диктует молодым людям, чего они должны хотеть от жизни. В том окружении, где я росла, навязывали свои ценности: отлично учиться в школе, поступить на бюджет в вуз на специальность, которая ценится на данный момент, найти работу после получения красного диплома, заглянуть в ЗАГС, создать ячейку общества и трудиться всю жизнь, попутно рожая новых людей с той же целью, ради чего и ты была создана.

Про счастье говорили, что можешь только родить его, имея в виду детей. А повесить такую ответственность за свое счастье на ребенка – это считается нормальным. И воспринимать ребенка всю его жизнь как собственность, которая должна соответствовать представлениям окружающих о том, что такое хорошо и что такое плохо, – это, по мнению общества, и есть настоящее женское счастье и единственная обязанность женщины.

Я родилась и выросла в стране, где главная цель – выжить. Заботиться и думать о себе – плохо. Если человек старше тебя, то неважно, как он себя ведет, что говорит: к нему нужно прислушиваться и его уважать.

Главное – быть хорошим ребенком, не отличаться от других, не доставлять лишних проблем, не плакать и молча выполнять указания старших.

Сейчас же общество диктует молодым людям, что образование необязательно. Путешествия – вот критерий успеха и счастья. Но так ли это на самом деле?

Бытует мнение, что для путешествий нужно много денег, что это привилегия тех, кто родился с золотым набором столовых приборов во рту. Как показала практика, путешествовать можно с любым бюджетом. Но нужно ли? Какая реальность скрывается за всеми красивыми фотографиями в социальных сетях? Насколько просто путешествовать и с какими трудностями можно столкнуться? Об этом рассказывает эта книга, написанная в форме дневника, где есть также размышления о смысле жизни, о том, стоит ли жить «как все», о событиях, которые в итоге привели к путешествиям. Возможно, кто-то может найти и себя в этих строках.

Для кого этот дневник? Для тех, кто хочет путешествовать, но боится. Кто хочет попробовать создать свою жизнь, а не следовать давно устаревшим шаблонам. В книге описаны истории из переезда в Москву глазами провинциальной девушки, жизни в разных странах и ответ на вопрос: «Стоит ли оно того?»

Введение

Итак, подведем итоги. Мне 25 лет, и я на борту самолета, несущего меня в Индию на огромной скорости. Не загорать на пляже, а на стажировку. Звучит заманчиво, но никакого языка, кроме русского, я не знаю. К тому же впервые самостоятельно выезжаю из страны. Чувства смешанные: паника, страх и желание уснуть.

Как это получилось, сама не понимаю. Так все хорошо начиналось: поступила в университет на бюджет, проучилась на математика-программиста. По всем общепринятым правилам делала, что и остальные вокруг меня: после университета пошла в аспирантуру, устроилась на работу по специальности. По идее, оставалось лишь выйти замуж и – миссия по оправданию ожидания человечества была бы выполнена. Только выяснилось, что ни наука, ни карьера на самом деле не такое веселое времяпрепровождение, как может показаться на первый взгляд.

Путешествовать никогда не хотела. Не было тяги к приключениям.

Отправной точкой, приведшей меня в итоге в Индию, наверно, можно считать случайное событие, произошедшее летом перед четвертым курсом. Вместо поездки на море от университета оказалась в больнице. Буквально за день до отъезда зашла к врачу спросить про продолжительный насморк в надежде получить капель каких-нибудь, вместо этого оказалась с трубкой в носу после болезненной процедуры. Я стала «счастливой обладательницей» нехилого гайморита. Взамен отдыха на море провела неделю в больничной палате. После выписки чувствовала себя намного хуже, чем до нее. Лето казалось потерянным, но вдруг меня попросили заменить знакомого промоутера на рекламной акции.

Посетителей в магазине было мало, поэтому весь день проговорила с коллегой. После работы она ехала в лес на ролевую игру и предложила присоединиться. Что это такое я не знала, поэтому, конечно, согласилась. Итак, ролевые игры – это когда люди надевают костюмы, прорабатывают персонажей, вливаются в сюжет и проблемы, выдуманные каким-нибудь популярным автором. Люди проводят выходные в лесу, а поиграв, переодеваются в повседневную одежду и разъезжаются по домам как ни в чем не бывало. Ребята из сериала «Теория большого взрыва» прекрасно демонстрируют идею и представителей этого увлечения.

В тот день я была абсолютно свободна, поэтому заехала домой за спальником с рюкзаком и отправилась с незнакомцами в лес непонятно что делать. Игра проводилась по сюжету какого-то фантастического рассказа. Я «играла» актрису театра города, где происходят странные дела. Мы подготовили какое-то незначительное представление за полчаса и под вялые аплодисменты зрителей покривлялись. Все остальное время игры я подходила к группам людей слушать их серьезные беседы о драконах, еле сдерживая смех. Ощущение, что оказалась в сумасшедшем доме с милыми ребятами вокруг. Совершенно новое окружение. До этого общалась только с одногруппниками-программистами и походными туристами. Сейчас же открылся целый новый мир других людей, отличающихся от меня своими увлечениями и целями в жизни. Стало интересно, кто эти люди. Поэтому после первой игры записалась на вторую, третью и т. д. Сначала были проекты в родном городе, затем поехала в Москву и Санкт-Петербург.

Впервые общалась с москвичами и питерцами на равных. В других городах к ним какое-то предвзятое отношение. Говорят, они немного высокомерные. Оказалось, это только слухи. Среди них появились знакомые, на которых можно рассчитывать. Новые друзья зазывали в гости и предлагали участие в других крупных проектах.

В реальной жизни у нас практически нет возможности проявить себя. Каждое решение должно быть продуманным. Нам редко дают право на ошибку. Я встречала много людей, отдающих немалые деньги за тренинги персонального развития, где им помогают осознать себя. На играх эффект тот же, даже, может, сильнее, но дешевле и веселее. Можно попробовать любые роли в разных обстоятельствах и через них лучше узнать себя, свои желания, создать свои, а не навязанные цели. Например, если ты – скромный человек, живущий в тени других, можно взять роль лидера на игре и попробовать себя в этом характере, посмотреть, нравится ли тебе нести ответственность, вести толпу за собой. Даже если ты провалишься, ничего страшного: по крайней мере, смена привычной модели поведения не будет тебе стоить ничего морально или материально. Никто смеяться и осуждать не будет. В ролевых играх все пробуют что-то новое, но самое главное – быть тем, кем ты сам хочешь, а не тем, кем ожидают тебя увидеть окружающие. Своего рода свобода на выходные.

Так благодаря новому хобби вместо стандартного набора «образование, работа, семья, ипотека» я захотела попробовать нечто новое. На тот момент это было чтение художественных книг и просмотр фэнтезийных фильмов. Захотелось делать что-то для удовольствия, а не только для пользы или результата.

После защиты диплома, пока я готовилась рыдать по ушедшим лучшим годам жизни (хотя сейчас не понимаю, насколько должно быть плохо, чтобы студенчество считать лучшим временем в жизни), более адекватные выпускники по-тихому ходили на собеседования. Только потом я узнала, что крупные предприятия каждый год набирают определенное количество выпускников. В их ряды попали единицы, которые до сих пор работают там. Конечно, это странно, когда твои друзья, с кем пять лет проходили через многие трудности, неудачи и праздновали победы, умалчивали о своих поисках. Хотя они правильно поступали. Как только кто-то проговаривался о пройденном собеседовании в крупной компании, туда же стремились и все остальные. Началась реальная конкуренция. Как игра с тремя стульями и десятью игроками: кто успел, тот и сел. Хороших вакансий на порядок меньше, чем выпускников, и каждый старался ухватить свой кусок.

Я слабо принимала участие в общем негласном ажиотаже. Решила пойти в аспирантуру, чтобы быть свободнее для поездок по России в поисках игр с новыми друзьями. Заодно устроилась программистом 1С в маленькой компании, так как без опыта больше никуда не брали. Офис располагался в жилом доме, в обычной квартире на первом этаже. На кухне был кабинет начальника, в детской комнате сидела системный администратор, в спальне еще кто-то. Все остальные находились в зале. Наверно, поначалу все работают за копейки. Только нас окружали сорокалетние люди с такой же мелкой оплатой и без перспектив на повышение. Поговорив с сотрудницей, выяснила, что начальник годами внушает им одну идею: все они бездарные, никчемные, ненужные обществу люди, и только он по доброте душевной пригрел их у себя. К такому университет не готовит. Даже обеды напоминали, что теперь мы во взрослой жизни.

Раньше прием пищи вне дома включал в себя встречу с подругами и друзьями. Здесь же это превратилось в обязаловку. Каждый день в определенное время идешь с одними и теми же людьми в кафе жрать, а не общаться. Темой обсуждений стали котлеты и суп. В университете мы порой пропадали с восьми утра до десяти вечера, сдавая лабораторные работы, но это был наш выбор. Сейчас его не было. Приходилось проводить каждый день по восемь часов в какой-то квартире с неудачниками, делая то, к чему безразлична, за деньги, которых едва хватало на еду и дорогу. Это считалось правильным: ты – «как все».

Когда тебе двадцать один год и все 15 лет обучения то в школе, то в вузе тебе внушали, что «нужно вести себя хорошо, чтобы быть правильным человеком, следовательно, счастливым», ты вроде продолжаешь слушаться. Только теперь это больше не работало. Появлялось растущее недовольство и бессилие. Словно всю жизнь тебе обещали одно, а на деле получилось другое. Я задавалась вопросами:

– В чем моя ошибка? Я ведь поступаю как все. Почему мне это не приносит радости?

– Она в получении зарплаты, – отвечали мне более опытные товарищи.

– Ну, а помимо денег в чем смысл жизни? В детском саду мы игрались, чтобы подрасти и попасть в школу. Там учились, чтобы поступить в вуз. В университете старались во имя будущей работы. Что дальше?

– Дальше – замуж и детей рожать. Надо жить правильно, как все.

– Вот сейчас я сделала первый шаг к правильной жизни – и что? Мне не нравится. Какой смысл продолжать этот путь, если сейчас он не приносит счастья?

– Найди другую работу, с большей зарплатой.

– Даже если за то же самое мне будут платить больше, мне от этого радости не прибавится.

– Не говори глупостей. Мужа ищи, тебе рожать пора.

Работать и жить так совершенно не хотелось, но другого выхода не наблюдалось.

Знаете, чувство, когда вам двадцать один год, а жизнь будто окончена? Это только потом выясняется, что оно всегда с тобой, пока не найдешь свой собственный путь. Появилось ощущение, что с тобой что-то не так, раз стандартная схема жизни «работа в крупной компании – машина – муж – квартира – дети» не прельщает. На моих глазах многие старались выполнять все указания общества, но счастье и спокойствие все равно их избегали. На любые мои возмущения происходящим окружающие отвечали: «Все так живут, и ты живи».

Такая мантра совсем не устраивала. Надо было что-то делать, что отвлечет от «реальности». Да, мне нравились ролевые игры, проводимые в Москве или Питере, но о переезде туда даже не думала. Во-первых, страшно. Во-вторых, кто меня на работу возьмет без опыта?

В то время проводились экзамены в аспирантуру. Напряжение росло. Фраза «Что нас не убивает, делает сильнее» в моем исполнении звучала: «Что тебя не убивает сейчас, медленно и мучительно обязательно добьет позже». Раньше не понимала вечных нытиков. В итоге стала одной из них. В последние семь лет – два года в лицее и пять лет в университете – нам внушали, что мы достойны лучшего. Все детские сказки приучали к простой истине: «Чудеса произойдут, надо только подождать». Но в сказках интрига длится на двух-трех страницах, а тут уже полгода жизни насмарку.

Я все еще работала в 1С. Ждала, когда смирюсь с положением дел. Все уверяли:

– Потерпи. Привыкнешь. Полюбишь. Мы же смогли.

– Сколько времени у вас ушло на то, чтобы привыкнуть?

– Лет тридцать. Зато сейчас все хорошо.

– И что, мне теперь все это время страдать?

– Все же так живут. Не думай об этом. Как родишь ребенка, эти глупости выветрятся из твоей головы. Ищи мужа, продолжай нормально жить.

– Зачем? Чтобы он мне говорил, что делать? Неужели я родилась только ради того, чтобы постоянно выполнять чьи-то указы: родителей, преподавателей, начальника, мужа? В этом нет смысла.

– Перестань задавать вопросы, рожай уже.

Время шло, а привыкнуть не получалось.

Сложно оказаться вне системы, когда вся жизнь до этого шла по расписанию. Изначально было известно, что будет дальше: детский сад, школа, университет. Мы научились учиться, но не жить. Все время нам внушали, что нужно говорить правду, а в реальной жизни, оказывается, от нее как раз больше всего проблем. Мы привыкли сдерживать обещания, а никто так давно не поступает. Впереди целая жизнь, только, оказывается, никто к ней в действительности не готовит.

Наши родители, кто мог хоть как-то пролить свет на происходящее, сами привыкли отказываться от желаемого. В то время все работали во имя интересов общества и страны, получая соответствующую отдачу. Думать о себе было позорно, глупо и рискованно. Оказаться вне системы считалось равносильно самоубийству. Мы же, дети 90-х, стали свидетелями разрушения старых стереотипов, идеалов и отсутствия новых. Как будто полюса изменили направления. Пускай в то время мы были детьми, это не помешало нам замечать перемены: хорошее обесценилось и потеряло уважение, а то, что было плохо, стало нормой. На улицах появлялись образованные, интеллигентные бомжи. Все резко обнищали. Раньше в магазинах хоть и было пусто, но, если появлялось что-нибудь, почти каждый мог позволить себе это купить или обменять на талон.

Потом появились первые супермаркеты с изобилием продуктов и отсутствием очередей. К тому моменту мало кто мог себе позволить заполнить даже дно корзины. Пустой холодильник во всех кухнях страны стал неизбежным атрибутом. Младшие донашивали вещи старших. Одно радовало: никто ни над кем не издевался по этому поводу. Нищими были все.

Мы, дети, многое пропустили, хоть и слышали про организации, которые обещали быстрые деньги и отбирающие последнее взамен, убийства журналистов, и.т.д. До этого телевидение транслировало только достижения в стране, теперь же резко заговорили о потерях, «успокаивая» сеансами гипноза по центральному каналу. Чуть ли не каждую неделю нам обещали конец света в виде кислотных дождей и астероида. До сих пор помню, как мы с подружкой сидели на качелях и смотрели в небо, в ожидании последнего. Уже темнело, а мы еще были живы.

До нас доносилась разная информация, от которой родители печалились, а мы не знали, что делать. Время проходило, но ничего не прояснялось. Наши родители пытались привить свой образ мысли и жизни, но мы интуитивно понимали, что это уже не актуально.

Тем, кто сразу попал в крупные предприятия после вуза, более взрослые сотрудницы объясняли правила жизни. Так одну мою знакомую довели до нервного срыва, спрашивая каждый день, когда она рожать начнет, рассказывая при этом жуткие истории тех, кто не делает это вовремя. При встрече с нами она раз за разом жаловалась на биологические часы в свои двадцать два года.

Время шло, а смысла в жизни не наблюдалось. Надо было что-то делать. Уволилась из 1С и устроилась в сферу SQL-программирования, в большую серьезную компанию со смешной зарплатой в 180$, и это после пятнадцати лет учебы. Кроме теоретических знаний, у меня не было ничего, поэтому отправили на курсы повышения квалификации. Обучение проходило на территории полуразваленного завода, в самом жутком районе города.

Наши университеты учат учиться, но не работать. Ребята без образования сложнее поддаются обработке/тренировке, нам же после пяти лет на технической специальности уже ничего не страшно. Способность за ночь выучить большой материал, делать вид, что действительно знаешь предмет, очень помогает в карьере. Для нас, выпускников, любая задача воспринимается как вызов. В реальной жизни мало кого волнуют твои амбиции и интерес к работе. Как только ты научился выполнять наименьшее, тебя отправляют в филиал компании делать только то, чему тебя научили. Тут время замедляется: день ото дня каждая минута жизни проходит в тишине, под редкие звуки клацанья клавиатуры. Единственными источниками радости людей вокруг оказались возможность притащить обед со столовой на подносе в офис и участвовать в корпоративных вечеринках.

Совсем не понимала этих людей. Среди сослуживцев встретились знакомые по факультету. Некогда веселые и интересные, мы походили на призраков прошлого. Новая работа хоть и не так раздражала, как предыдущая, но особой радости или смысла не приносила. Нагрузка большая, отдачи никакой. На этой почве довела нервную систему до предела: на любую шутку или фразу могла спокойно разреветься. Голова болела постоянно. От кофе – приступы паники или истерического смеха. Все, к кому подходила с расспросами о жизни и что делать для счастья и спокойствия, разводили руками. Словно только меня это волновало. Я не верила, что люди откровенно учились годами только ради обедов в офисе и корпоративов.

В итоге не выдержала и на майские праздники поехала к друзьям в Питер. Там познакомилась с художником-мультипликатором. Его рассказы о работе так вдохновили меня, что по возвращении домой на следующий же день пошла в единственную в городе студию компьютерной графики.

Офис находился в лесу. Шел дождь. Никто не ожидал моего появления. Мне повезло застать начальство в полном составе. Я ввалилась к ним по колено в грязи, промокшей насквозь, с потекшей тушью на лице:

– Ты кто такая?

– Хочу у вас работать.

Просмотрев небрежно мое полусухое резюме, отправили в отдел кадров:

– Что ты хочешь делать?

– А что я могу у вас делать?

Из всего предложенного списка мне было понятно лишь слово «анимация»:

– Да! Я хочу быть аниматором.

– Рисовать умеешь?

– Нет.

– Ладно, будешь 3D-аниматором. Приходи завтра к девяти, будет испытательный срок.

Так как я все еще работала программистом SQL в другой компании, договорилась до обеда делать анимацию, а после шла на вторую работу. Совпало, что оба офиса находились в пешей доступности друг от друга. Во время обеда успевала съесть пирожок, попрыгать от счастья и прийти вовремя. Наконец-то после полутора лет поисков и разочарований нашла то, что действительно нравилось.

Да, безусловно, странно менять специальность после пяти лет обучения на другую. Но, как говорила ранее, сферу жизни для нас выбирали родители, и не по принципу, что тебе нравится. Твое мнение вообще никого не интересует. Главное – учиться не на то, что интересно, а на то, что в будущем принесет деньги. Почему? «Вот выйдешь замуж, родишь, разведешься, надо будет кормить ребёнка, поэтому нужна хорошая зарплата». Конечно, возникает вопрос: «А к чему это тогда все изначально? Зачем вообще тогда замуж выходить, если по расписанию – выживание и страдание?» Но задавать вопросы не принято, поэтому все учились сначала на экономистов, потом на юристов, я же попала в волну программирования. Но после полутора лет такой жизни на перспективу решила стать счастливой сейчас, а не через тридцать лет. Заниматься любимым делом, а не прибыльным.

3D-анимация связана с работой на компьютере. Дают персонажа и можно двигать им в любом направлении. Обучиться программе несложно. Основное время занимает изучение движений. В обычной жизни мы мало об этом задумываемся. Одна походка может рассказать много о характере человека. Впервые пришлось внимательно наблюдать за людьми. Потом пытаться воспроизвести это на экране. Сцены всегда разные. Каждый раз что-то новое, интересное. Никаких офисных интриг, не надо ничего доказывать, налаживать отношения в коллективе. Твоя работа сама говорит за тебя.

Мне настолько она понравилась, что через месяц официально ушла из программистов и заодно из аспирантуры и стала мультипликатором. Хотя новая зарплата не особо отличалась от предыдущих, это не имело никакого значения. Впервые за пару лет действительно стала счастливой.

В сумме поменяла 8 сфер в работе (за время студенчества и после), прежде чем отыскала то, что действительно было интересно.

Каждый день с радостью и вприпрыжку шла на работу. Это было нереально и отличалось от всего того, где работали мои друзья. Даже не сразу им призналась, чем занимаюсь. Просто молча и счастливо улыбалась. Оказывается, можно найти дело по душе, радоваться каждой минуте жизни как на работе, так и вне.

То ли от того, что всегда хотела попробовать себя на сцене, но боялась даже думать об этом, то ли для работы я пошла в театральную студию. Может, факт того, что в итоге хоть что-то получилось после долгих поисков, вдохновил меня. В какую студию идти, не было вопросом: самая лучшая, сложная и с серьезным прослушиванием в городе была только одна.

Прослушивание я откровенно провалила. Толком не понимала, что от меня требуют. Сухо прочитала стих и всё. В театральной студии так нельзя. Там ожидали эмоции, проживание текста при всех, хоть какое-то выступление. Аспирантура научила скрывать свои чувства от людей, добила самооценку и самоуважение. Там было адище, прикрытое научными степенями. Тем не менее мне дали шанс. Среди подростков, мечтающих о сцене, чувствовала себя как неуклюжий медведь в посудной лавке. Мало того что все младше меня, так еще визуально меньше. Тощие какие-то. Они читают Маяковского и Бродского наизусть со страстью, им нужна поддержка, в обнимку сидят, я же после всего пережитого перестала доверять человечеству. Поэтому старалась держаться подальше от всех. У них глаза горели от предвкушения жизни, я же по горло была сыта ею. Кое-как выбиралась наружу. Вписывалась я не очень-то. Но фраза «либо сейчас, либо никогда» подействовала.

Правило в этой студии таково: либо приходишь вовремя, либо не появляйся совсем. Если бы не это, опаздывала бы наверняка. Было лень и сложно заниматься. Каждый день заставляла ходить себя через «не могу». Проще казалось всего лишь раз остаться дома – и конец мучениям. Меня бы потом даже и не ждали. Тем не менее ровно в 17.00 была на месте. До последнего не понимала, что за упражнения мы делаем и зачем. Копировала остальных, стараясь не привлекать внимания. Со временем сама не заметила, как, изображая, что все получается, оно и стало происходить. Поняла это просто. Как будто неожиданно содрали кожу: чувствуешь абсолютно все, что происходит вокруг. Словно слышишь боль каждого.

Поездки в маршрутке стали мукой. Слишком много людей. Вот почему так все стремились прижаться друг к дружке в студии, чтобы поддержать, согреть, облегчить. Тем не менее мне было тяжело подпускать к себе ребят. Аспирантура со своим змеиным составом отбила любое желание доверять. Даже спустя полгода необходимость разбиться на пары для упражнений напрягала. Казалось, никто со мной работать не хочет. Слишком взрослая, неуклюжая. Этюды ввергали в панику. Когда пять лет в университете тебя заставляют думать, а не чувствовать, перестроиться тяжело. Я не понимала чужие этюды, остальные не понимали моих.

Занятия проводились четыре раза в неделю по пять часов в день. Каждую минуту ждала окончания. Даже не знаю, почему возвращалась туда снова и снова. Наверно, от безысходности. Это был шанс изменить себя, соответственно и жизнь. Над нами там работали. Как железной щеткой, сдирали все ненужное, что было больно и полезно. Мне требовалось многое наверстать, посмотреть нужные фильмы, прочесть правильные строки. Вначале от десяти минут арт-хауса бросало в дрожь от непонимания и возмущения. Книги и театральные постановки клонили ко сну. Заучивала ненавистные мне стихотворения, как когда-то непонятную математику. Только спустя некоторое время в дрожь уже бросало от восхищения, когда смотрела те же фильмы, слушала ту же музыку. Все стало ярче и вкуснее. Каждую ночь, закрывая глаза, видела удивительные красочные сны под прекрасную мелодию на заднем фоне, которую никогда прежде не слышала. В окружении стали появляться новые люди. Каким-то образом постепенно стала частью творческой элиты города. Это так удивительно. Любимая работа, после – занятия в театральной студии, а дальше вечеринки, квартирники, закрытые концерты, где все чаще и чаще встречались знакомые лица. Было так странно и ново, будто заново родилась.

Был вариант «жить как все», но я отказалась. Было непросто таранить свой путь, но оно стоит того. Не обязательно что-то терпеть, если не нравится. Всегда можно найти что-то другое, которое будет приносить радость и пользу здесь и сейчас. Да, на это уйдет какое-то время, но, только пробуя что-то новое, можно узнать, что тебе по вкусу.

Тот факт, что я из той самой театральной студии, у новых знакомых вызывал только восхищение и некую зависть. Многие хотели бы туда попасть, но ничего для этого не делали. Как и говорила ранее, отбор пройти, хоть он и кажется сложным этапом, проще, чем там задержаться. Мы изучали историю театра, занимались вокалом, хореографией, учили монологи, стихи и, конечно же, делали очень много упражнений.

С новыми знакомыми из творческой сферы для меня открылся совершенно другой мир родного города. Даже не знала, насколько ярко и бурно жизнь в нем кипит. Пока все уходили из офиса домой, я спешила наряжаться на очередную вечеринку. О таком даже мечтать не могла. Приглашения лились рекой. Оставалось лишь выбирать, какое мероприятие посетить. С одной стороны, участники негласной тусовки казались мечтателями, пробующими себя в разных творческих сферах, с другой – большинство достигало своих целей под поддержку окружающих. Ощущение крутизны и всевозможности витало в воздухе. Каждый день не могла поверить в то, что сделала это. Искала счастья и нашла. Оказалось, оно не только в создании семьи и рождении детей, как мне внушали всю жизнь.

Год спустя в театральной студии мы подготовили отчетный концерт, и я, вздохнув от облегчения, что смогла пройти этот интересный, но невероятно сложный путь, решила двигаться дальше. Конечно, никто не заставлял меня там быть, но работать над собой, пробовать что-то новое, страшное для себя – и есть самое сложное, наверное. Не знаю, насколько сильно студия повлияла на работу, но мою анимацию стали принимать практически без поправок. Это послужило сигналом: оставаться на месте не имело смысла. Опыт получила, да и зарплата была чисто символической. Хоть все было идеально, лучше уже вряд ли могло быть. Опыт работы уже есть, любимое дело найдено. Все, что хотела сделать в родном городе, сделано. Пришло время двигаться дальше. Выбор был очевиден. Пора ехать в Москву или Питер. Впервые увольнялась с интересной работы, да еще и во время кризиса.

Москва

Считается, что переезд в Москву – одно из главных достижений в жизни для жителей провинции. Многие знакомые перед аналогичной поездкой тщательно готовились: копили деньги, искали жилье заранее, устраивались на работу. Не меньше полугода тратили на подготовку. Я же поехала на музыкальный фестиваль, после чего на руках остались только две тысячи рублей. Все воспринималось как шутка, игра. Работу даже не начинала искать, про жилье не узнавала. Если честно, до последнего не верила, что осилю. Только в день вылета стал пробиваться здравый смысл, который отправил меня в банк за оформлением кредита. Пошла в первый попавшийся, который, видно, не слишком требователен к потенциальным клиентам. Спустя полчаса у меня была кредитная карта с лимитом в тридцать тысяч и возможностью снять наличные максимум шесть. Но я об этом даже не думала. Главное, что меня заботило, – как добраться до столицы и не запаниковать раньше времени. Страшно было впервые переезжать куда-то одной. Полетела самолетом. Поездом наверняка слезла бы на какой-нибудь станции и, одумавшись, вернулась домой.

Только по пути в аэропорт до меня стало доходить: я действительно собираюсь это сделать. Вот тут-то истерика вспомнила про меня. Всю дорогу слушала музыку, судорожно перелистывала «Космополитен», жевала жвачку. Делала что угодно, лишь бы не слышать свои мысли: «Какого черта ты делаешь? Где жить будешь? А работа? Денег-то нет. Может, ну ее? Дома же классно! Подожди полгода, твои друзья тоже туда собираются, поедешь с ними». Очень боялась оставаться одной на тот момент. Но каким-то чудом весь день со мной кто-то был. Пока получала багаж, встретила знакомого, который летел тем же рейсом. Он отвез меня к подруге. Она в это время гостила в Москве. Так странно сидеть с ней в суши-ресторане, беседовать ни о чем, как прежде мы это делали в родном городе. Только в тот раз мы в Москве, и я впервые ехала куда-то жить, хотя до этого даже квартиру самостоятельно не пыталась снять. Да что там, я вообще не представляла, как это жить одной.

Теоретически план был таким: сначала еду к друзьям в Санкт-Петербург, у которых можно пожить неделю. Прихожу в себя. Ищу работу и жилье либо там, либо в Москве.

Остановилась у друга, а к нему приехал еще один погостить и семья в полном составе, включая двух собак и кошку с крысой. И все сгрудились в трехкомнатной квартире. Его родителей о моем приезде даже не предупреждали. Да что там! Друг и сам забыл про меня. Но раз уж приехала, не выгнал. Несмотря на большее количество постояльцев, уживались мы хорошо. Пока все работали, мое утро начиналось с осознания происходящего и рассылкой резюме. Жилье даже не начинала искать, так как все еще не знала, в каком городе жить. Как раз в то время запускали адронный коллайдер. Были мнения, что это может погубить мир. До запуска не особо спешила налаживать жизнь, а то вдруг окажется, что напрасно. Помню, с братом друга смотрели онлайн-трансляцию запуска, ждали конца света. Не дождались, пришлось дальше искать работу. Отправив одно резюме, через десять минут получила звонок от компании с приглашением на собеседование в Москву. Недолго думая, собрала вещи и поехала на вокзал.

На встречу опоздала на сорок минут: не могла найти офис. На собеседовании меня спрашивали о навыках, я же, не понимая ни слова, о чем идет речь, радостно сообщала, что все вышеперечисленное могу узнать. Просмотрели портфолио и со словами: «Ого! Берем, пока не переманили», – меня официально приняли на работу.

В то время другой знакомый с друзьями искали новое жилье. Напросилась к ним в соседки. Каким-то чудом при всей громадности Москвы квартиру они нашли в двух станциях на метро от моего офиса, да еще на одной ветке. Кто знаком с городом, знает: о таком даже мечтать сложно. Слишком город большой, и такая случайность сродни невозможному. Жили мы около парка и высотных зданий «Делового центра». Ощущения, будто в Нью-Йорке оказалась. Хотя там никогда не была. Первые две недели внутренне визжала от восторга, видя эти гигантские сооружения. Словно в будущее попала. Так как города не знала и в метро не разбиралась, только через неделю выяснила, что работаю в пяти минутах от Старого Арбата. Даже как-то глупо получилось. Гуляла во время обеда по окрестностям. Иду по улице – и стойкое ощущение дежавю, словно была уже здесь прежде. На всякий случай решила узнать название улицы. Еще одно приятное совпадение уже вызывало хохот. Как такое возможно? Чтобы все так замечательно и случайно складывалось. Удалось оказаться в центре города, сама того не планируя. Каждый день во время обеда напоминала себе: «Я на Арбате, в Москве!» Все привыкнуть не могла. Вечерами ходила на уличные представления или в подземный бар. Ежедневно там показывали артхаусное кино бесплатно. Думаю, у каждого есть мысли сожаления о прошлом, упущенных возможностях. Впервые от них избавилась. Если уж мои ошибки привели меня в итоге к тому, что происходит в настоящем, оно того стоит.

В конце первого рабочего месяца деньги были на исходе, кредит исчерпан. Занять не у кого. Соседи так же вложились в депозит. Интернет еще не подключили, поэтому все сидели на кухне и смотрели телевизор. Изредка кто-то заглядывал в пустой холодильник, наивно полагая, что там что-то есть. Разделения продуктов не было. Официально считалось, что живем как в семье, а нас шестеро в двухкомнатной квартире. Кормить пять человек не было возможности, поэтому питалась в кафе. В офисе, чтобы порой заменить обед, пила кофе с двойной порцией сахара. Если кто печеньками угощал, так вообще праздник. Одним морозным утром шагала по Арбату на работу после завтрака за двадцать рублей в кафе «Му-му», а в кармане остались проездной билет на метро и пятнадцать копеек. Это было так смешно и иронично. Однако шла в офис с радостью, предвкушая приключения. Только думала, как буду выживать, на работе выдали первую зарплату. С ней я растерялась. Когда умеешь жить на мелкие деньги, непонятно, что делать с большой суммой. Закрыла кредит – что дальше? Конечно, забавно, когда покупки не надо планировать. Увидела сапоги на витрине, купила. Пальто? Да, конечно, несмотря на стоимость. Впервые была такая сумма, лично тобой заработанная, и ты можешь тратить ее, не отчитываясь ни перед кем. На этом моменте заканчиваются вроде все проблемы, связанные с переездом. То есть все мои моральные страдания и страхи были из-за этого? Пережить один месяц – и все? Что дальше? Машины, квартиры не надо пока, страсти к брендам нет. Ради интереса посмотрела цены на недвижимость в Москве. Оказалось, всего-то сорок лет надо выплачивать сумму, равную моей зарплате, и будет однокомнатная квартира на окраине города.

Кажется, так страшно переезжать в Москву. Пугает неизвестность и то, что ты один во всем большом городе. Это так отличается от жизни в маленьких городах, где почти на каждой улице есть к кому зайти в гости. На самом деле опасения надуманы. Как будто, если не будешь переживать, это не является большим шагом в жизни. Ведь именно так это воспринимают. Словно надо соответствовать. Если ты в Москве, неважно даже, чем занимаешься, ты уже успешен в глазах друзей из родного города. Все сразу тянутся к тебе, задавая одни и те же вопросы: «Ну, что, работу нашла? И как, что делаешь? Почему так мало платят, проси больше. Как жилье? Сложно было найти? Где живешь?» Словно они сами мечтают повторить твой поступок, но боятся, и все страхи выливают на тебя.

Перед переездом упивалась просмотром сериала «Друзья». Так хотелось аналога, пока не получила его. События в двадцать пять серий сезона, происходящие за год на экране, у нас в квартире воспринимались динамичнее. На шесть человек двухкомнатной квартиры явно маловато. А тут еще каждый день приходили какие-то гости, устраивались вечеринки. Порой, приходя домой после работы, открывала дверь, а меня встречали незнакомые мне люди:

– О! Привет, а ты кто, как сюда попала?

– Я здесь живу, а вот вы кто такие?

Выспаться в такой обстановке было невозможно, а на работе уже появились серьезные проекты. Одну неделю с трудом можно потерпеть, но постепенно усталость накапливается. К тому же в холле появилась подружка соседей. Нас и так много, а тут еще одна. Решила съезжать. Конечно, соседям моя идея не очень понравилась. Им неожиданно пришлось искать нового соседа. Я же уже хотела просто выспаться. Съехала раньше, чем нашла куда.

Вот тогда-то я познала все прелести жизни в столице. Там выживают сильнейшие и нуждающиеся страны. Фраза «Москва слезам не верит» для меня приобрела иной смысл: «Москва слезам не верит, так что действуй». Самое главное правило: никогда не говори, что в действительности чувствуешь. Всем не то чтобы плевать, но никого не удивишь, что тебе плохо. Большинство людей там чувствуют себя так же. Они не хотят об этом говорить или вспоминать. Каждый день на работе созванивалась или списывалась со знакомыми ролевиками, спрашивая о возможности ночевки у них. После работы ехала к ним в разные концы города, хотя до этого лишь пару раз проводила с ними выходные в лесу. Своего рода приключение: посиделки на кухне, разговоры о жизни. Чтобы не ходить с вещами и не просить о помощи окружающих, сдала чемодан в камеру хранения на вокзале. С собой же носила рюкзачок с зубной щеткой, документами и пижамой. Конечно, сложившаяся ситуация беспокоила. Порой, выходя из очередной квартиры, не знала, где проведу следующий вечер. Как бы ни было тяжело, не жалела о своем сумбурном решении съехать.

Конечно, не все так складывалось, как хотелось. Порой те, кто обещал помочь, буквально в ночь меняли решение. Мне же ничего не оставалось делать, как в последнюю минуту искать кого-нибудь еще. Откровенно рыдать и жаловаться, ожидая поддержки, не приходилось. В Москве ты проглатываешь обиду. Со временем она уходит естественным путем. На любые откровения друзьям из родного города в ответ получала: «Зря ты уехала. Давай возвращайся, что тебе там делать?» Это никак не вдохновляло решать вопросы. С тех пор перестала обсуждать ситуации и проблемы до их завершения. Да, сейчас есть booking, Airbnb, я же на тот момент ничего про них не знала, а может, их на тот момент еще и не было.

Так как в это время еще работала, то поиски жилья затягивались. Могла смотреть комнаты и квартиры только по выходным. В будни оставшееся время после работы тратила на проезд до очередного знакомого.

Итак, квартиры, которые успела посмотреть. Одна находилась на конечной станции ветки метро. Дальше нужно было перейти железную дорогу. И еще пешком минут пятнадцать. Предвкушение возвращения домой после работы по такой местности вводило в ужас. Внутри царил хуже, чем хаос. Хозяин, видимо, инженер, мечтал о двухэтажной кровати, поэтому спальное место в виде раскладного дивана висело в метре от пола, на какой-то куче мусора или ценных вещей «на будущее», собранных с младенческих лет хозяина и всего его рода. В оставшемся пространстве располагался самодельный компьютерный стол с техникой, которым самое место в музее или на помойке. На стене висел гигантский плакат, который служил изолятором для выключателя. Поднимаешь плакат – и видишь там голые провода, которые торчат из стены и отвечают за свет в ванной. Каждый раз рискуешь быть убитой током, когда захочешь принять душ при свете, но кого волнует эта безопасность? Все остальное в квартире было в таком же состоянии, как и спальня. За такое чудо просили тридцать тысяч рублей в месяц, плюс залог.

Поехала смотреть другой вариант, но не доехала. Фраза «близко к центру» включала в себя проезд на автобусе с круглосуточной очередью.

Не брезговала коммунальными квартирами. Одна из них была небольшой, но хранила в себе сразу четыре забитых под завязку шкафа. Зачем кому-то столько хлама – неизвестно. Мне даже свои вещи сложить было некуда. Спальное место представляло собой три подушки от дивана на полу в ряд. Цена – четырнадцать тысяч рублей и депозит, зато рядом с работой.

Следующая комната – просторная, большая, но ничего в ней нет, кроме старого матраса на полу. Хозяйка милая, побитая пьяница, которой руководит полупьяный бомж. Предложили низкую цену с учетом, если оплата будет произведена сразу за три месяца вперед. Мило отказалась, так как уже представляла этих же ребят и их друзей, желающих со мной подружиться каждую ночь.

Поехала в другую часть города смотреть еще одно предложение: опять комната со шкафом на всю комнату и с миловидной хозяйкой, которая ест по ночам. Холодильник находился в сдаваемой спальне. Просыпаться каждую ночь от шуршаний голодной женщины не хотелось. Оплата без депозита, четырнадцать тысяч.

Через форум нашла еще одно место. В квартире обитало пять человек, мне предлагали место в кладовке с еще одной девочкой. Сдаваемая кровать была сломана и наклонена. На полу под дверным проемом лежала доска, чтобы ночью мыши не могли забежать в комнату. Да, они включены в стоимость. Цена вопроса: десять тысяч и депозит.

По городу висели объявления о спальном месте за пять тысяч рублей в месяц. Было интересно, как это. Встретил меня стильно одетый мужчина и привел в элитную полупустую новостройку, в гигантскую пятикомнатную квартиру, в которой живут сорок человек. Комнаты поделены на мужские, женские и смешанные. Возраст жильцов от тридцати и старше. Сфера их деятельности несложно догадаться. Мне показали свободное место в комнате с тремя двухэтажными кроватями внутри. На стене у кроватей приклеены бумажки с именами хозяек. Вокруг грязные тарелки с недоеденной копченой рыбой, накладные волосы, дешевая косметика, белье. Все больше не понимала, почему все так стремятся жить в Москве.

Когда знакомые закончились и одну ночь пришлось провести в интернет-кафе, а дальше отсыпаться в метро, обратилась в агентство. В первый же день мне показали полупустую, чистую комнату, в квартире с хозяйкой-инвалидом, без депозита, за десять тысяч рублей в месяц. С радостью подписала договор об аренде и осталась в тот же вечер. Они еще удивились: «У вас же нет никаких вещей с собой и даже постельного белья». Если бы они только знали, что на тот момент это меньше всего имело значения. Я была так рада, что могу наконец-то побыть одна и у меня появилась своя комната, мне не нужно больше ни с кем общаться. В городе слишком много людей везде: в офисе, в метро. Побыть наедине не удавалось с момента переезда.

В итоге продержалась почти месяц скитаний. Практически не повторяла места обитания, что уже неплохо. Наконец-то я начинала жить самостоятельно. Небольшая комната с раскладным диваном, на котором я помещалась лишь по диагонали, шкаф, тумбочка и телевизор. После всех предыдущих вариантов это казалось идеальным. Постельное белье или подушки с одеялами не входили в стоимость. Покупать не хотелось. Первое время заполняла наволочку вещами, на них и спала.

Наконец-то могла раскидать свои вещи без упрека со стороны общественности. Готовить даже не начинала. Каждый вечер приходила домой с едой из ресторанов и кафе. Наконец-то, чтобы поехать на игру, мне достаточно было провести пару часов в электричке, вместо двух суток в поезде. Выходные проводила на этих играх либо в подготовке к ним.

Только через полтора месяца поняла, что отсутствие депозита не всегда хорошо. Оказалось, хозяйка страдает алкоголизмом. Мало того, что по пьяни водит мужчин с улиц, так порой она ведет себя агрессивно. В один из дней послышались из коридора угрозы в мой адрес, а я тем временем в комнате. Она явно не одна и в очень подпитом состоянии. Звоню ее дочери, объясняю ситуацию, в ответ получила: «Делайте что хотите. Если вызовете милицию, она вам не поможет. Вы находитесь на ее территории. Ваш договор не имеет никакой силы. На всякий случай придвиньте шкаф к двери, чтобы не зашла». Это не самое лучшее, что можно услышать в такой ситуации. Но ее дочь ничуть не удивилась происходящему. Видимо, не в первый раз она получает подобный звонок от гостей. Поэтому, наверное, они и сдают комнату без залога, чтобы гости могли спокойно сбежать в любой момент. Тем не менее послушалась и придвинула мебель к двери.

Даже после этого не спешила съезжать, хотела дотянуть до конца месяца, чтобы деньги за аренду не терять. Когда же она откровенного бомжа привела для любовных утех, молча собрала вещи и купила последний билет на поезд домой. С меня было достаточно этой столичной жизни. Через час была на платформе. Благо, к тому моменту как раз уволилась и искала другую работу.

Вернуться домой после всего пережитого было самым приятным из остальных вариантов. Начинать все сначала – искать работу, жилье – можно было, но смысла в этом особо уже не видела.

До этого я пару раз заезжала в родной город. Все стремились встретиться со мной, бросая свои дела. Зато по возвращении сочувствующие и заинтересованные знакомые моментально растворились, так как теперь я становилась одной из них.

Вернуться домой было легко и обидно. Все вокруг только и ставили на вершину достижения в жизни – переезд в столицу. Я словно проиграла эту битву. Как будто это не я отказалась от нее, а она меня отвергла. Но все, что ни делается, все к лучшему. Это потом я поняла, что именно тот московский опыт очень сильно поможет мне в будущем.

Хотя и было грустно, но абсолютно не жалела о поездке: она мне многое дала. Впервые хватило смелости сделать самостоятельный шаг. Если делаешь то, что нужно (но для чего именно, покажет время), приятные случайности будут повсюду. Оказывается, всегда можно получить поддержку даже от малознакомых людей. Отношение к работе в столице меня также восхищало: пока питерские ребята только мечтают о чем-то и не уверены, что опыта достаточно, или сомневаются в идее, москвичи в аналогичной ситуации делают проект без лишних терзаний, умудряясь еще на этом заработать. В городе нет времени размышлять, все делают деньги, чтобы как-то платить за жилье. Москва утомляет, выжимает все соки, а потом выплевывает.

* * *

Хотя родной город был тем же, я изменилась. Возвращаться к прежней жизни не хотелось. Поэтому устроилась на телевидение. Звучит эффектно, но на практике редко где встретишь такое сумасшествие. Все работало по системе «глухой телефон»: толпа начальников, передающих устно указания друг другу, и исполнители, получающие в итоге неверную информацию. Все всегда неоднократно переделывалось. Это то место, где главное не высовываться. Можно и даже модно годами сидеть там и получать среднестатистические копейки.

Должность моя звучала как художник-оформитель. По идее должна была создавать дизайн для сцен телепередач. На практике делала какую-то ерунду: распечатывала документы на цветном принтере для всей компании (он был в единственном экземпляре и стоял у меня), завинчивала ящик болтов, гладила костюмы, нарезала бумагу на полоски и клеила на пластмассовые декорации, протирала полки от пыли. Мне с моим образованием математика-программиста и опытом в анимации это казалось адом. Считала минуты, когда же рабочий день закончится. Надеялась проснуться следующим утром другим человеком, который будет знать, чем заняться. Да, можно было бы вернуться в прежнюю студию и делать мультфильмы, но там крайне не любят тех, кто бросает их ради столицы, а если возвращается, не забывают «предательства». В любом случае это был бы шаг назад, что лишало смысла поездку в Москву. Нужно искать что-то еще.

Непонятно, к чему стремиться, если все то, что интересовало, сделано. Планы А, Б, В, Г, Д провалились, а других не было. Только вернулась из столицы. Еще толком не отошла от поездки. Очередное увольнение через полтора месяца даже для меня было слишком. Конечно, я могла уйти, но для чего, куда? В Москве была, в Питере лучше отдыхать, чем жить, если хочешь продолжать любить этот город. Телевидение – последняя компания, где хоть как-то должно быть интересно. Когда я рассказывала детали окружающим в поисках поддержки или того, кто придаст сил написать заявление об уходе, все отмахивались: «Да какая разница! Тебе крупно повезло устроиться туда». Я же чуть на стенку от тоски и бессилия не лезла.

С каждым днем становилось все хуже и хуже. Началось все с непроходящей усталости. Сон, витамины и прогулки не помогали. Люди, интересовавшие и восхищавшие в прошлом, стали обузой. Так и хотелось, чтобы все пропали, и я вместе с ними. В голову лезли дурные мысли, и чем дальше, тем больше. Хотелось перемен, но как будто сил на них совсем не осталось. Как научиться справляться с самим собой? Все советуют «мыслить позитивно», а как это делать? Пробовала на каждую негативную мысль придумывать положительную. Но это тяжело: все силы уходят на сдерживание раздражения. Рекомендация из журнала: «Улыбайтесь каждый день по пять минут». Это напрягает настолько, что и минуту продержаться сложно. Некогда приятная музыка вызывала только одно желание: переключить на что-нибудь другое. Даже книги не помогали. Одна казалась слишком тупой, другая слишком сложной, третья ни о чем, четвертую, хоть и начинала читать, но через пару страниц отбрасывала в сторону. Только фильмы Тарантино, когда герои красочно убивали друг друга изощренными способами, вызывали умиление. Сон покинул меня, удавалось только под утро поспать часок перед работой. За неделю удалось отдохнуть в сумме пятнадцать часов. Аппетит пропал, голова гудела. Все тело изнывало от дурных предчувствий, организм не выдержал и подхватил простуду.

Две недели температуры, головокружения – и будто от дурного сна проснулась. Словно жадно вдохнула воздух после долгого ныряния под водой. Как будто душ приняла после недели в лесу. Отсутствие нелюбимой работы так хорошо повлияло, что сразу же после больничного уволилась. Вместо судорожного поиска нового хоть какого-нибудь источника дохода нашла конференцию компьютерной графики в Москве. Потратив последнюю зарплату на билеты, поехала. Возможно, следовало паниковать о том, что безработная и перспектив никаких, пожалеть о спонтанном поступке, испугаться за будущее. Я же хотела подальше от своего города. Пока меня спрашивали, что буду делать дальше, счастливо пожимала плечами.

По возвращении домой меня ожидало приглашение на работу фрилансером. Компания меня сама как-то нашла и сразу же предложила участие в проекте. Как такое возможно? Я могла жить дома, но при этом работать на Москву и получать соответствующую зарплату.

Вот тогда-то впервые возникла мысль о поездке в другую страну. Представляла себя на берегу моря, работающей по вечерам, а днем валяющейся на пляже. Самой ехать опасалась, так как ни разу не выезжала за границу. И тут вспомнила, как на первом курсе университета к нам подходил какой-то чудак и предлагал вступить в организацию международных стажировок. Созрела на их предложение спустя годы.

Найти их было легко. Офис располагался рядом с нашей кафедрой в университете. До этого часто видела их баннер, но тогда мне они были неинтересны. Как только появилась идея поездки, сразу же пошла к ним. Встретили они меня радушно. Попросили указать в анкете желаемые страны, составить резюме и пройти собеседование на английском языке. Для собеседования наняла репетитора, чтобы он подготовил ответы на ожидаемые вопросы. Хоть и зазубрила предполагаемый диалог, на встрече откровенно ничего не поняла. Отвечала невпопад и наугад. Но кое-как прошла.

На море работу не предлагали, поэтому указала желаемое месторасположение «где-нибудь в Европе или в Канаде». Жаль, конечно, но в такие места требовались более англоговорящие люди. Им мало было того, что я могла назвать свое имя и возраст. Поэтому решила искать стажировку хотя бы по своей сфере.

Нашла идеальный вариант: быть преподавателем компьютерной графики и аниматором 3D в колледже. Но проходит она в Индии. Это только обычные люди романтично мечтают о ней и вздыхают о возможном духовном развитии. Мне же она казалась жаркой страной коров, комаров и нищих. Туда ехать не хотелось, но это был единственный подходящий для меня вариант. Хотя организация обещала жилье и моральную поддержку за мой счет, зарплата была неприлично низкой – двести десять долларов в месяц. Зато график работы обещался быть свободным. Тридцать пять часов в неделю. Будет время попутешествовать.

Кое-как, скрепя сердце, согласилась. Сомневалась даже когда компания приглашение выслала для получения рабочей визы. Документы готовила в полудреме. Билет покупала в уже бессознательном состоянии. Мало того что еду непонятно куда, так еще фрилансерский проект подошел к концу ровно к тому моменту, когда к отъезду было готово все, кроме меня самой. Пришла пора вещи собирать, а я с утра глаза открыть не могу. То ли от нервотрепки, то ли еще от чего, подхватила инфекцию. Глаза красные, слезятся, белый свет видеть не могут, голова раскалывается. В нормальной ситуации люди приняли бы это за дурной знак и вообще решили, что в таком состоянии не стоит ехать в такую антисанитарную страну, как Индия. Но в полудохлом состоянии, оценив ситуацию и тяжело вздохнув, отправилась к окулисту. Перспектив других нет. Все, что хотела сделать в России, сделано. Хоть и страшно, надо ехать.

Индия

И вот я сижу на борту самолета, несущего меня в неизвестное место. Буквально за пару дней до полета мне нашли провожатого в Дели. Оттуда надо взять автобус до другого города. Конечно, я понимаю, что нужно срочно учить английский, иначе что мне там делать? Заранее подготовила самоучители и сборник тестов в дорогу. Честно надеялась, что за девять часов полета выучить можно. Казалось, что это не сложнее высшей математики. В принципе, пока летела на самолете российской авиакомпании, все было хорошо. Даже пересадка в Абу-Даби не особо волновала. Только когда объявили регистрацию на местный, индийский рейс, вот тогда-то уже захотелось домой. Вокруг сплошные индусы, из иностранцев только я. Самолет по сравнению с предыдущим маленький и совсем не впечатляющий. Окружающая публика пугала. Еда на рейсе вообще непонятная: лепешка, рис и острые овощи. Благо, я подготовилась к поездке: полазив на различных сайтах, выяснила – если съедено не то, выпей виски. То ли обеззараживает, то ли так веселее пережить недуг. Когда ко мне подошли с иммиграционной карточкой, поняла, что шутки шутками, а что делать, неясно. Ничего непонятно. Впервые самостоятельно еду за границу, английского не знаю. Даже не знаю, как, к примеру, ручку попросить, а уже в пути. Мобильного интернета с переводчиками еще тогда не было. Поздно кричать: «Летчик, разворачивай. Передумала». Иностранная речь для меня – набор неизвестных звуков. Зато прошла пару тестов по грамматике во время полета. Как будто это может мне помочь. Идея выучить новый язык за пару часов оказалась провальной.

Аэропорт Дели встретил меня гигантскими руками на стене, странным запахом, красными коврами на полу и полным осознанием, что теперь в другой стране. Вокруг не было ни единого русского или другого иностранца, только улыбчивые местные. Что я делала, зачем это все? Это, наверное, как прыжок с парашютом: теоретически все просто и оправданно; на практике же, когда на высоте нужно сделать шаг в никуда, понимаешь, что жизнь – прекрасна, проблемы легко устранимы. И единственное, что хочется в тот момент: вернуться домой. Только осознание приходит слишком поздно. Ты либо сам сделаешь шаг, либо тебе помогут – прыгать все равно придется. Так и я шла по нескончаемым переходам аэропорта, не понимая, что мне дома не сиделось.

Меня должны были встречать. Судя по аккаунту в социальных сетях, мне нашли высокого, симпатичного и стильного парня по имени Кунал. Даже спустя десять минут, глядя на фото в социальной сети, запомнить его лицо было невозможно. Настолько непривычна внешность индуса. Оставалось надеяться на удачу, что он встретит и сам узнает меня.

Вышла из кондиционированного аэропорта. Жар от города с примесью разных ароматов сразу же впился в мое сонное лицо. Местные водители оживились при моем появлении. Хотя они и были за оградой, я уже попятилась назад с намерением покупки билета домой. Тут меня окрикнул Кунал. Я еще удивилась: как он узнал? Только потом вспомнила, что на рейсе была единственной иностранкой.

Под общий гул местных встречающих и мелкий дождь на улице мы поспешили в такси. Только в машине выяснилось, что забыла обменять доллары на рупии, и неизвестно, где это сделать в городе. Мы приехали на руины, которые местные считают автовокзалом. Кунал предложил попить непонятную молочную жижу в сомнительных стаканах в каком-то импровизированном кафе. Мужик на улице с чайником в окружении пластиковых стульев – все заведение. Молча села на один из них. Отхлебнула жижу. Старалась ни о чем не думать. С провожатым мне повезло. Мало того, что встретил в пять утра и оплатил проезд на такси, он поехал со мной в другой город, а это шесть часов в одну сторону. Всю дорогу он молчал или спал. На каждой остановке я мысленно надеялась, что она не моя. Снаружи был явный хаос. Провести в подобном месте даже день не хотелось, не то что полгода. Доехав до нужной остановки, вздохнула с облегчением. Относительно того, что мы проехали, оно было знакомо с достижениями цивилизации. Как минимум автовокзал оправдывал свое название. Даже был достроен и не разрушен. По сравнению с предыдущими местами там было пустынно, чисто, и многочисленные деревья вокруг несказанно радовали глаз. Даже коров вокруг не наблюдалось.

Надо было позвонить представителю компании, которая предоставила стажировку, чтобы встретили и сказали, что делать и как жить дальше. Кунал выдал свой телефон. Даже ему не смогла объяснить, что вряд ли осилю разговор. Пришлось импровизировать. Беседа в моем понимании выглядела так:

– ****

– ****

Никто ничего не понял, поэтому вручила телефон владельцу, не принимая отказов. Через десять минут после звонка за мной приехали, и мой спутник растворился в толпе, не попрощавшись. Незнакомый человек столько сделал для меня, и непонятно почему. Позже выяснилось: то же самое для него и его друзей в свое время сделала моя подруга, когда они приезжали в наш город на стажировку. Самостоятельно я бы не осилила этот путь.

Не успев толком познакомиться, меня повезли менять деньги к какому-то хорошему знакомому знакомого. И, конечно, мне выдали порванную тысячу рупий, которые, как оказалось позже, в Индии за деньги не считаются. Что с этим делать, никто не знает. Просто отмахиваются от купюры, как от огня. К тому же обычный счет в кафе может составлять двадцать рупий. Крупные суммы вообще бессмысленны, а порванные деньги никто в руки не берет. Я об этом не знала, поэтому мне ее и отдали. Вот тебе и друзья друзей.

Перед поездкой мне рассказывали, что все приезжие живут вместе. Уже предвкушала вечеринку, когда меня подвезли к трехэтажному дому. У входа меня встречала довольно взрослая женщина.

Еще перед отъездом из России меня познакомили с Раджешом. Он как раз заканчивал стажировку в моем городе. По счастливой случайности я собиралась ехать в его родной город. Не предупредив заранее, он договорился, что первые дни живу у него. Зашла внутрь дома и увидела на стене его фотографии. Несколько минут стояла в ступоре. Не ожидала такого поворота событий. Оказаться впервые в новой стране в незнакомой квартире

малоизвестного парня – это что-то с чем-то. И вот первое открытие: не все индусы живут на улице. Родителям Раджеша полностью принадлежал первый этаж дома, включая внутренний сад. Остальных жителей ни разу так и не встретила. Одну квартиру они сдавали парикмахерской, где с радостью мне разрисовали руки хной. Я еще спрашивала, зачем они так делают. Не ответили. Придумала свою версию: на руках есть линии судьбы и, делая рисунки на ладонях, на время ее можно подкорректировать. Добавить удачи, например.

Возможно, мне следовало восхищаться новыми декорациями жизни и радостно прыгать от перемен. Мне же хотелось где-нибудь свернуться клубочком, уснуть и проснуться уже дома. Увидев мое состояние, жестами мне предложили прилечь на диване, отдохнуть с дороги. Так непривычно спать без одеяла, как будто неглиже. Есть же козы, которых страх парализует, от чего они падают на бок. Так и я по приезде ни о чем не могла думать. Чувство самосохранения отключило доступ к мышлению, анализу и эмоциям. Вместо истерики или волнения я проявляла нездоровое равнодушие к происходящему. Получасовой сон помог прийти в себя и признать произошедшее как факт. Я в Индии.

Меня повели в местное кафе, забитое посетителями. От него у меня сжалось сердце. Первым вопросом было: «Почему я? Почему именно меня надо было привезти в это место?» Сама себе напоминала блондинку в розовом платье, с длинными ногтями, чья даже карманная собачка негодует от возмущения. Я брезговала зайти внутрь, не то чтобы сесть за стол трапезничать. Это как столовая заброшенного завода в черте города, забитая индусами. Коричневая потрескавшаяся краска на стенах, слабое освещение, гул и запах карри только омрачали ситуацию. Надо было делать вид, что кое-как все происходящее устраивает, но у меня это слабо получалось. Даже год в театральной студии не помог. Вечером хотела быстрее уснуть и не видеть того, где нахожусь, и главное – не думать: «Зачем я это все заварила, ведь жизнь-то, оказывается, прекрасной была». Второй и третий день прошли лучше. Выспалась, наверно, да и завтраком накормили вкусным.

Так как Раджеш учился, основное время со мной проводила его мама. Имея двух взрослых детей, сама она выглядела как подросток – жизнерадостная, энергичная, современная. Круглосуточный макияж, обтягивающие джинсы, яркая футболка были неизменными атрибутами этой женщины. В ее обязанности в качестве хозяйки домашнего очага входило приготовление еды, и то по желанию. Буквально за копейки каждый день к ним приходила уборщица и вычищала дом. По телефону можно заказать любое блюдо из ресторана/кафе с бесплатной доставкой. Даже алкоголь могли привезти за чаевые в десять рупий курьеру.

Только привыкла к новой обстановке, договорилась, что научат готовить, как за мной приехал пузатый, лысеющий молодой индус невысокого роста. Плакать хотелось. Но кое-как смирилась с происходящим – опять какие-то перемены.

Компания, которая находит стажировки, назначает каждому стажеру помощника из местной локации, который по идее должен отзываться на любой призыв. Я его не звала, сам пришел. Мне попался какой-то бестолковый. Сначала он положил мой чемодан в багажник и полчаса сам с собой совещался, то ли отвезти меня на предполагаемую работу знакомить с начальником, то ли определить место проживания. Я просто молча сидела в машине и смотрела в одну точку. Уже было не важно, что происходит.

Пока ехали в офис, еще раз убедилась в красоте города. Он – просторный, зеленый, с хорошей дорогой и клумбами повсюду. Очень отличался от моего представления. По отзывам в интернете ожидала увидеть разруху, руины. На деле, если кто был в российских деревнях, Индия не будет уж таким шоком.

Мы завернули в район, сплошь состоявший из четырехэтажных, широких по периметру квадратной формы серых зданий. С каждой стороны по двадцать входов в различные офисы. Нумерация есть, но она не поддается никакой логике. Рядом могли соседствовать номера 635 и 1417. По пути встретили рабочие места юристов и бухгалтеров. Они возятся с бумажками прямо на улице, на самодельных столах и стульях, практически под дождем.

Мы зашли в какую-то дверь. Сразу же с порога нас встречала старая пыльная лестница. Первого этажа как такового не было. На втором располагались все известные службы перевода денег. Один мужчина за всех. Надо наличные? Он достает из кармана пухлую пачку денег и из нее отсчитывает присланную тебе сумму. Вместо ксерокопии фотографирует документ на телефон. Нам нужен был третий этаж. Под громким названием «колледж» скрывалось непонятно что. Все какое-то старое, ненастоящее. Словно школьники на перемене решили поиграть в школу и поставили самодельные деревянные перегородки, сделав таким образом кабинеты. Неумелые рисунки на стенах, выполненные двадцатилетними ребятами, составили бы серьезную конкуренцию творчеству трехлетних детей.

В самих кабинетах хотя и проводится ежедневная уборка, но это не мешает крысам бегать по столам в рабочее время. От жары спасали только вентиляторы на потолке. Они, кстати, везде: в домах, в кафе, поездах, в метро и автобусах. Первая встреча с потенциальными сотрудниками была довольно забавной. Директор колледжа так старался мне понравиться. Улыбался чрезмерно. Прогулялся со мной по всем кабинетам, по пути сообщая людям, что я высококвалифицированный специалист из России. С чего он это взял? Через пару кабинетов уже сама в это поверила. Если сделаю вид, что начальник правду говорит, никто не поймает меня на притворстве. Мало ли как русские себя ведут. Предупредили, что непосредственный мой начальник – декан факультета – придет только на следующий день. Помимо меня стажировку проходили высокий накачанный программист из Бразилии Густаво и маленькая милая колумбийка Наяна. Все больше и больше не понимала, что я здесь делаю. Почему я среди этих людей и вообще в такой ситуации. Деваться или спрятаться некуда.

На улице шел сильный дождь. Мой помощник решил, что самое время погулять, перед тем как заселяться. Повез меня на местное красивое, чистое озеро. Отсутствие зонтов напрягало буквально первые пять минут. Потом это уже не имело значения. Промокли мы насквозь. Я молча терпела все происходящее. Ограниченные познания в английском не давали мне возможности объяснить, что дождь, конечно, хорошо, но тепло и сухость тоже неплохо. Тут он заметил торговца листьев и повел меня к нему. Оказалось, это популярная национальная сладость. Набор каких-то конфет, по вкусу напоминающих шампунь, кусочки скорлупы грецких орехов. Все это поливается сладким сиропом и заворачивается в лист дерева. Полученную конструкцию скрепляют палочкой. Отказываться от угощения, а после выплевывать было грубо. Поэтому молча жевала, надеясь, что не вывернет наизнанку прямо при продавце. Последней каплей была просьба помощника воспользоваться моим полотенцем. Так как все вещи были со мной, а отказывать некорректно, пришлось его доставать. Только не ожидала, что этот мальчик использует его, чтобы вытереть все свое тело. Как такое вообще возможно? До сих пор не представляю, как моим единственным полотенцем запросто вытирался чужой человек.

В машине он включил кондиционер на полную мощность. Он-то уже почти просушился, а я уже начинала простужаться. Но ничего ему не говорила. Ни в чем не упрекала. Понимала, что все равно не смогу ничего сказать. Молча мечтала доехать хоть куда-нибудь, чтобы он скрылся с глаз моих долой. Все еще простить не могла ситуации с полотенцем.

До поездки с благоговением мечтала оказаться в стажерской квартире. В моем представлении это было место нескончаемых вечеринок молодежи со всего мира. На ум приходили кадры американских комедий о весенних каникулах. На практике оказалось примерно так, но не совсем.

Меня привезли в гигантскую квартиру. Странно, что обычные люди покупают такую жилую площадь. Слишком большая. Мы к такому не приучены. Да и обитателей предполагалось больше, чем вместимость. Три спальни с двумя-тремя кроватями в каждой и в холле около семи лежаков. Там же один полуживой диван, пара стульев и пластмассовый стол. Большой удачей считалось наличие железного шкафа в комнате. Еще раз задалась немым вопросом сама к себе: «Серьезно? Тебе так нужна была эта поездка?»

Мой помощник прогулялся по комнатам, нашел свободную койку и, пожелав удачи, наконец-то ушел. Я же, промокшая насквозь, ничего не понимающая, просто молча села на спальное место. В комнате помимо меня была еще одна кровать с милой японской девочкой на ней. Напротив стоял железный шкаф, такой непривычный для нас. Больше ничего не было. Голые белые стены, вентилятор на потолке и пыльное окно. Я так и сидела, уставившись в одну точку, пока со мной не завела разговор новая соседка. Чтобы представиться, рассказать откуда я родом и зачем приехала, потребовалось время. Надо отдать должное: все стажеры в течение всей поездки были тактичными, внимательными и терпеливыми в общении. Не указывали на ошибки, слушали. Если я открывала рот и, смутившись, желала промолчать, просили закончить предложение. На любые вопросы о грамматике и правильности произношения с готовностью приходили на помощь. Свои самоучители в итоге больше не открывала, а сборник тестов где-то затерялся в пути.

Беседа вернула к реальности. Переодевшись в сухое, побежала стирать полотенце. В ванной комнате не оказалось никаких кабинок для душа или ванны: только мраморный пол, душевая лейка над головой и общий смыв в углу комнаты. То есть можно бегать, плескаться, не опасаясь, что вода на полу зальет соседей. Наличие ведра с ковшиком объяснялось следующим: зимой в ведре греют воду с помощью гигантского кипятильника, а ковшиком поливают себя. Вернувшись в комнату, была приглашена в ресторан на ужин с соседями и их друзьями. В прошлом всегда с завистью смотрела на ребят, в чьей компании были иностранцы. Казалось, это так таинственно и интересно. Будто имеешь возможность общаться с людьми с другой планеты. Теперь я одна из них. Мечты сбываются.

Меню для меня представляло собой набор неизвестных букв, поэтому выбирала наугад, тыкая куда ни попадя. Ребята, заказав еды, дружно угощались. Я же не понимала, что происходит. Местная кухня состоит в основном из риса, различных овощных подливок и лепешек, заменяющих столовые приборы. То, что удалось тогда попробовать:

– Palak Paneer – каша из шпината с кусочками то ли творога, то ли сыра.

– Paneer Bhurji – мелко рубленные помидоры с тем же рубленым сырным творогом.

– Dal Fry – острая смесь переваренного гороха с чечевицей.

– Chicken Choupsey – капуста, ананас, лапша и сухари в виде лапши с кусочками курицы.

Одной порции в чистом виде хватает на двоих. Если смешать с рисом, то на троих-четверых. Заедалось все лепешками Roti и Naan. Разница между ними в цене и размере. Вторая к тому же слоеная. Запить все это можно Lassi (соленой/сладкой). Аналог нашего 1-процентного кефира.

На обратном пути, перепрыгивая через лужи, я получила приглашение в клуб. Пойти веселиться перед первым рабочим днем казалось уместнее, чем оставаться в одиночестве в гигантской неизвестной квартиры с собственными мыслями наедине. Ребята вызвали такси-рикшу. Водителя даже не смутило, что на три сидячих места забралось семь человек. Ночь, мелкий дождь, первый вечер со стажерами. Впервые еду на рикше непонятно куда. Всегда бы так.

Каждую среду в клубе в центре города проводились вечеринки. Для иностранцев – бесплатный вход вне очереди. Стажеры были там каждую неделю. Самый лучший способ встретить всех одновременно. Осмотрев окружение, поняла, что мои соседи самые классные. Под попсовую музыку весело и энергично отплясывали японские ребята, соседка по комнате мило двигалась в сторонке, периодически флиртуя с высоким немцем, которому окружающая обстановка явно была в новинку. Как ни странно, но в Индии достаточно много интересных клубов с хорошей музыкой и атмосферой. Тот факт, что иностранцам туда вход свободный, делает их идеальными. Ко мне подходили какие-то ребята. Толку от меня было мало, поэтому познакомили с русскоговорящей девочкой из Исландии. Звали ее Вика.

Потом уже зазубрила пару стандартных фраз. Этого достаточно, чтобы френдлента в социальной сети стала оживать и разрастаться. Главное быть дружелюбной и улыбаться. Обычно все беседы происходили по одному и тому же сценарию:

– Привет! Я ***, тебя как зовут и откуда ты?

– Привет! Я ***, из ***, а ты откуда?

– Я из ***, когда приехала?

– ***, а ты?

– *** и что, как первые впечатления?

– Здорово, все очень странно.

– Да, тебе здесь понравится. Увидимся.

На таких вечеринках мало кого волнует твой внутренний мир. Зато в следующий раз вы так тепло и радостно встречаетесь, хотя понятия не имеете, кто и чем занимается. Было приятно оказаться в центре событий, когда тебя зовут на какие-то мероприятия. В России такое привычно среди друзей. Здесь же я молча сопровождала соседей, а приглашения получала персонально. Все ребята такие разные, яркие, я словно стала частью какого-то молодежного сериала! Но пора было вспомнить про карьеру.

Проснулась от того, что сосед и по совместительству коллега Густаво приглашает присоединиться к поездке на работу, а по пути позавтракать в его любимом кафе. Утро в Индии волшебно. Солнце только-только пробуждается, а воздух уже нагрет и насыщен слабыми оттенками различных ароматов. Там невозможно быть бодрым, только менее вялым.

Чтобы добраться до колледжа, нужно поменять два вида транспорта. Впервые оказалась на велорикше. Ощущения странные. Словно едешь домой, во дворец. Автоматически оказываешься выше, чем все проходящие мимо люди. Все глядят вслед, а прикрыться нечем. Ты восседаешь, будто на троне с колесами. Впереди водитель напряженно крутит педали. Так и хочется попросить прощения за ту тяжесть, которую мы ему составляем. Пожалеть его и пойти пешком. Но тогда он не получит деньги, что для него важнее. Дальше пересели на обычную рикшу, которая работает по принципу маршрутки. Кто успел, тот и сел. Кто опоздал, тот цепляется снаружи. За полчаса мы оказались около колледжа.

Выехали мы пораньше, чтобы успеть поесть перед работой. Каждое утро Густаво завтракал в кафе на соседней улице от нашего офиса. Садился на одно и то же место около окна. Включал тот же самый вентилятор над головой. Как он мне объяснял, любая стабильность в нашем случае необходима. Если, например, ты дома ходил в бассейн, очень важно и в другой стране найти его и продолжить тренировки, чтобы быстрее приспособиться. Мы скучаем не по родине как таковой, а по привычкам.

На завтрак можно выбрать два варианта. Первый – Aloo Paratha – лепешка, внутри которой мятая картошка, лук и перец. К нему подается миска полукислого йогурта Curd. Сочетание более странное, чем питательное. Со временем к этому вкусу привыкаешь и даже скучаешь о нем. Второй вариант – миска вкуснейших горячих бобов в особом соусе, к которой полагаются три воздушные лепешки. Вкусный и питательный завтрак, после такого до ужина есть не хочется.

В офисе рабочий день начинается с девяти утра, но не для моего непосредственного начальника – декана факультета. Он приходил к двенадцати. Даже для моего первого дня не сделал исключения. Офис мне показывали, поэтому свое рабочее место быстро нашла. Так неуютно сидеть в пустом кабинете с выключенным компьютером. Пароль к доступу никто не выдавал. Надо было ждать сотрудников.

Первой пришла высокая индуска с длинными густыми волосами и гигантскими серыми глазами. Очень красивая и удивительная. Она сидела справа от меня и всегда была готова прийти на помощь. Странно было обращаться к ней. Так не похоже на русскую манеру общения. У нас все просто: мышцы лица сами за себя говорят. С ней же невозможно угадать ее мысли. Полуулыбка, завораживающие глаза и покачивание головы из стороны в сторону, непонятно что означающие. Эта девушка полностью олицетворяет современный дух молодой индуски: с образованием, работает, занимается в тренажерном зале, водит машину, ухожена и свободна от обязательств.

Позже пришли остальные, в том числе и системный администратор. Он помог со входом в компьютер, но не к интернету, и сразу убежал в неизвестном направлении. Так бы мне и предстояло сидеть в ожидании начальства еще пару часов, если бы на выручку не пришел начальник Густаво Ману. Он выдал свои логин и пароль. Ману – мужчина выше среднего роста и с телосложением среднестатистического индуса, проучился три года в университете и спустя некоторое время стал начальником отдела программирования в колледже. Достаточно дружелюбный и легкий на подъем, он пару раз показывал нам с бразильцем местные бары.

Буквально перед обедом появился декан факультета – высокий, бородатый, с тюрбаном на голове под цвет галстука, со злыми глазами и улыбкой на пол-лица. В общем, ситуация, в которой тебе кто-то не нравится, а ты не понимаешь, почему. Благо, время все расставляет на свои места.

Все началось с доступа в интернет. У нас был рабочий чат, с помощью которого, собственно, я общалась со всеми сотрудниками. В том числе и с бородатым начальником. Говорить на английском была еще не в состоянии. С помощью переводчика в интернете составляла сообщение и только потом отправляла по местному чату. Какое же мое было удивление, когда после каждого предложения мой интернет отключался по воле декана, который и так видел через экран моего компьютера, чем занимаюсь: он сидел рядом со мной. Мне уже казалось, что я какая-то преступница или интернет – ценная редкая вещь. Непонятно было, зачем взрослому человеку тратить свое рабочее время на подключение и отключение доступа к интернету стажеру в первый его рабочий день. С такой же улыбкой и теми же злыми глазами он отвечал:

– Если что-то нужно, только попроси. Напиши заявку: на какое время и с какой целью он нужен.

Я же отвечала:

– Мне нужен интернет, чтобы понять, что именно вы только что сказали.

Молча он подключал меня на полчаса, по истечении этого времени все происходило по той же схеме. Будто ему был приятен сам факт, что белый человек у него что-то просит, а он как представитель высшей касты тому дозволяет.

Перед тем как поехать на стажировку, можно просмотреть описание предполагаемой должности, компании и условия. В моем случае, как отмечалось выше, было тридцать пять часов работы в неделю и оплата двести десять долларов в месяц. Требования к знанию английского – никакого. Следовало, конечно, удивиться и уточнить заранее график работы, все-таки время нестандартное. Мне же тогда было не до этого.

На второй день подошла уточнить этот вопрос. С улыбкой мне ответили, что в форме стажировки была опечатка. На самом деле работать нужно не тридцать пять часов в неделю, а сорок восемь. То есть вместо фривольной стажировки – шестидневная рабочая неделя по восемь часов при той же зарплате (210 $), и менять они ничего не будут, так как ошибка произошла по вине компании, которая нашла стажировку. Я молча вышла из кабинета директора и вернулась на рабочее место. Оболочка безразличия, спасавшая меня в первые дни, начала давать сбой. Словно все мысли сразу прорвались в голову и стали там толкаться друг с другом, требуя внимания к своей персоне.

Итак, первая неделя в неизвестной стране. Еще не привыкла к погоде и еде. Живу с незнакомцами. Ни с кем поговорить или понять кого-то не могу. Где менять деньги, не знаю. Из оставшихся – единственная порванная тысяча рупий, которые никто не берет. Телефона нет, так как еще не оформили сим-карту. Постоянная зависимость от людей.

Впервые начался приступ паники. Стала задыхаться, голова пошла кругом, руки затряслись, лицо покраснело, даже губы опухли. Выбежала из душного офиса на улицу в поисках свежего воздуха. Его там нет. Его нигде нет, может, только в горах. Руки трясутся, контролировать себя не могу. Страшно, жуть. Такого никогда не было. Что делать, неизвестно. Слезы рванули наружу. Мне нужен был врач или валерьянка. Кое-как поднялась в офис и попросила колумбийку вызвать скорую, наивно полагая, что российская страховка покроет все расходы. Декан предложил присесть, выпить стакан воды и сказать, в чем дело. Все вокруг перестали работать. Наяна в шоке наблюдала мой приступ. Попытки сохранять маску спокойствия провалились в пух и прах. Впервые за долгое время я открылась людям.

В Москве за подобное шоу пришлось бы долго расплачиваться. В Индии же все проще. Никто не понял моего получасового истеричного монолога. Тем не менее выслушали внимательно. Декан накормил фруктами и сообщил, что в офисе все как одна семья (совет на будущее: если кто так говорит, точно какая-нибудь подстава будет), и мне у них понравится, поэтому какая разница? Тут я опять в слезы: ну как такое можно говорить? В полтора раза больше работать за копейки. Хотя и утверждают, что Индия – дешевая страна, двухсот десяти долларов в месяц все равно не хватит. С учетом, что половина уходит на оплату жилья. Одного выходного в неделю недостаточно для отдыха, не то что для путешествий. То есть я добровольно согласилась батрачить за еду и жильё. Даже билеты окупить не получится и приодеться будет не на что. Но самое главное – это совершенно не то, о чем мечтала.

Я хотела научиться жить в другой стране, чтобы не бояться работать фрилансером на берегу океана. Вместо этого «дом – работа». Стоило ли ради такого сомнительного удовольствия ехать куда-то, когда то же самое можно найти у себя в стране? Тем не менее холодная вода и выплеск эмоций помогли успокоиться.

Чтобы как-то отвлечь меня от истерики, Наяна пригласила к себе домой на ужин, а после мы собрались на вечеринку. По пути она рассказала, что моя ситуация – не худший вариант. Были случаи, когда стажеров увольняли буквально сразу после приезда, аннулировав визы, хотя их обратные билеты – лишь через полгода. По идее такого происходить не должно, но в Индии возможно все.

Наяна живет с тремя девочками из Марокко в просторной квартире с двумя спальнями и холлом, с видом на спортивную площадку с балкона. В каждой комнате по одной большой кровати, поэтому стажерам приходится спать вместе. В аналогичной ситуации, скорее всего, я села бы в уголок и расплакалась: дико делить спальное место с незнакомым человеком. Но они как-то справлялись.

Вечеринка проходила на крыше. Впервые оказалась в подобной ситуации: над головой звезды, а рядом уже знакомые лица угощают напитками под хорошую музыку. Столько событий в первую неделю стоили всех переживаний. Ради этих впечатлений можно сорваться с уютного и насиженного места. Оно того стоит. Ребята вокруг не столько танцевали, сколько общались. Там же встретила соседей. С ними поехала домой, где продолжили вечеринку. В итоге легла спать, не переодеваясь.

Утром бразилец решил поехать на работу пораньше. Он хотел завтракать, я же еще не проснулась. Перспектива добираться одной мотивировала лучше кофе. Поэтому на автомате встала и пошла за сослуживцем, забыв даже умыться и сменить одежду. Отсыпалась на велорикше, в рикше, в кафе за завтраком, на лестнице. Приехали слишком рано. Дверь закрыта. Каждый раз, когда Густаво будил, повторяла одну и ту же фразу: «Я тебя ненавижу», – что в принципе его веселило.

В кабинете никого не было, поэтому прилегла на стуле, не сомневаясь, что первый вошедший разбудит. Открыла глаза в одиннадцать утра. Вокруг сидели люди и тихо работали.

Шикарная стажерка из России. На второй день закатила истерику, на третий – уснула на рабочем месте. Вместо упреков угостили кофе.

В офисах Индии есть парни, которые приносят чай с молоком. За дополнительную плату – американо и выпечку. Достают ее из кармана, в лучшем случае – завернутую в газету. Если брезгуешь в обычной жизни, то там на все закрываешь глаза.

Даже выработались особые правила:

– когда ешь что-то и чувствуешь странный вкус во рту – выплюни и не смотри, не травмируй психику;

– заказывая уличную еду, проследи, чтобы повар при тебе приготовил кому-то еще. За счет предыдущей порции его руки станут намного чище и безопаснее, чем до нее.

Еще одна из особенностей местных жителей: они много плюются. И порой не всегда метко. Как-то один своим плевком попал мне на ногу. Такого в других странах вообще не происходит, а если и произойдет, то будут долго извиняться. Там же бессмысленно ругаться или возмущаться, просто достаешь бутылку воды, которая всегда с тобой, поливаешь и моешь ногу, и дальше идешь по своим делам. Если водитель рикши плюется во время движения, и капли попадают тебе на лицо, спокойно вытираешься. Просить их этого не делать – бессмысленно. В ответ они могут покачать головой из стороны в сторону, словно поняли тебя, и сразу же плюнуть в очередной раз. Причина этого всего: они любят жевать какую-то специю, которая стоит всего 1 рупий в каждом ларьке. Именно она вызывает этот эффект верблюда.

Во время обеда Раджеш пригласил на день рождения друга семьи. Заехать домой переодеться некогда. Только в шикарном ресторане пожалела об этом. Снаружи так и веяло изыском. Внутри хрусталь и зеркала делали мешки под глазами красочнее. Хотя никто не обращал внимания на мой внешний вид. Всех интересовало, откуда я. Мне и говорить не надо было. Семья Раджеша водила меня за ручку и знакомила со всеми, словно птичку заморскую.

В отличие от наших традиций, когда имениннику дарят подарки, в Индии наоборот. При входе мне вручили красиво упакованную коробку с вазой внутри. В зале вдоль стен стояли столы, укрытые скатертями под цвет воздушных шаров. В центре – стулья в накидках с бантами из той же материи, что и скатерти. Женщины сидели вместе, мужчины отдельно. Вокруг ходили официанты и предлагали закуски. Если отказываешься от чего-то, делаешь малозаметное движение рукой («нет»), и официанты реагируют мгновенно.

После танцев накрыли шведский стол. Алкоголь был, но ему не уделялось должного внимания. Мне объяснили, что для местных почетно приглашать белого человека на вечеринки. Своего рода диковинка, как у нас красная икра на столе. Без нее тоже можно, но с ней все же приятнее. После праздника меня отвезли домой.

Заканчивалась первая рабочая неделя в Индии. Густаво заранее предупредил, что на выходных уедет в горы и его начальник Ману отвезет меня домой, потому что я все еще не знала, где мы живем.

В субботу в кабинете никого толком не было. Впервые обедала одна. Отправилась в любимое кафе, где делали вкусные сэндвичи, да и вода с картошкой-фри включены в стоимость. В России же платишь за все. Порой даже за пластиковую ложку, чтобы оплаченный отдельно сахар размешать в чае. Хотя после обеда назад пошла по той же дороге, заблудилась. Адреса офиса не запоминала, так как до этого меня кто-нибудь сопровождал.

Колледж снимал помещение в здании, которое как две капли воды похоже на все остальные вокруг. Вывески никакой нет. Ориентиром для поиска мог служить адрес или, как в моем случае, только-только разродившаяся собака у двери. Спрашивать у прохожих про знакомую дворняжку глупо. Оставалось в панике искать ее самой, а с ней и работу.

Пока блуждала, нашла банк и наконец-то решила вопрос с тысячью рупий. Умные люди порванные деньги не берут, поэтому никто не знает, что с ними делать. Среди всех банков в этом городе только один решает проблему с порванными купюрами, и я забрела именно туда.

Побегав полчаса в духоте, наконец-то нашла нужное семейство собак, а с ней и колледж.

После работы ко мне подошел Ману:

– Какой у тебя адрес?

– Не знаю.

Только тогда поняла, насколько безответственна. Со мной всегда был Густаво. Даже в голову не пришло записать основные моменты: адрес работы, жилья, телефоны соседей. Ману пару раз отвозил Густаво домой, поэтому примерно помнил район.

В Индии мало кто пользуется машинами. У всех мотоциклы. Движение сумасшедшее. Правило одно: в любой непонятной ситуации – сигналь. Давно мечтала научиться водить мотоцикл, но пока не осилила велосипед. Сейчас вдоволь ощутила вкус ветра в лицо, постоянную опасность столкновения. Закрывала глаза на самом интересном месте и старалась думать о хорошем. Хотя и не сразу, но мы нашли мой дом. С тех пор, где бы ни была, адреса с телефонами тех, у кого останавливаюсь, всегда со мной.

По вечерам скучно. Делать после работы нечего. Бразилец учил английский и ходил в тренажерный зал. Я же смотрела сериалы и переписывалась изредка с друзьями из интернета. Удивлялась, почему так много местных добавляются. Вначале радовалась. Хотя бы практиковала английский. Жаль, что беседы повторялись:

– Привет, меня зовут ***, я друг (кого-нибудь из местных стажеров). Добро пожаловать в Индию. Хочешь, покажу город? Вот мой номер, звони в любое время. Тебе нравится шоколад? Белый или черный? Я и сам, как шоколад.

На этом общение заканчивала. Со всеми остальными новоприбывшими девушками те же самые ребята аналогично беседовали в поисках доступных. Порой доходило до абсурда. Только что они ревели, провожая своих подружек, как на следующий день клеили новых.

Хотя и провела с иностранцами две недели, толку никакого. Конечно, я не была единственной, у кого проблемы с английским. Кто-то изначально носил с собой разговорники. Только так они могли общаться. Спустя месяц справлялись уже без них. Каждый разговаривал со своим шармом и акцентом. Яркая смесь всех языков.

Мне же было тяжело. Самоучители и грамматические тесты непонятно для кого предназначены. В настоящей жизни невозможно вспомнить правила. Основная проблема – скудный словарный запас. Словами в случайном порядке можно объяснить суть. Как-то разговаривала с парнем из Латвии. Он знал русские слова из сериала «Санта-Барбара», который смотрела его мама при нем, когда он был еще ребенком. Хотя он и использовал английскую грамматику, понятно было, о чем говорит.

Чтобы как-то увеличить словарный запас, купила детскую книгу и решила выписывать каждое незнакомое слово на бумажку. С обратной стороны писала перевод и старалась запоминать их. За этим меня застал друг одного из стажеров:

– Ты действительно собираешься это читать? Это же для детей.

– А ты пробовал учить язык самостоятельно? Нет? Давай так: ты начнешь изучать русский, а я продолжу английский. Посмотрим, кто раньше добьется успеха.

Стыдиться того, что слаба в чем-то, не имеет смысла, если работаешь над этим.

Хотя литература и должна быть простой для восприятия, только из-за одного предложения использовала лист бумаги на карточки. Самое дурное: зазубрила слова, и вроде помню, а толку никакого. Спустя пару дней будто их и не было в жизни. Да и пользы от них мало. Редко представляется шанс применить именно их в реальности. Куда проще выискивать слово, которое часто звучит в обиходе, и запомнить его.

Многие знакомые по одному стали уезжать. Их стажировки подошли к концу. Уехала и моя японская соседка. Было приятно обнаружить у себя на кровати подарок от нее: веер и заколку. Только решила не скучать и радоваться одиночеству в комнате, как застала новую девочку – шикарную колумбийку Лауру с обворожительной улыбкой и латиноамериканским темпераментом. В тот же день она продемонстрировала его, когда за арендной платой пришел Сунил – представитель компании, которая предоставила стажировку. Она уже отдала деньги за другую квартиру, а сейчас переехала, не предупредив. Так как все они относились к одной организации, девушка не считала нужным платить дважды. Сунил же настаивал на обратном. Ее несогласие было высказано в эмоциональной форме, с гневом на лице и активной жестикуляцией рук. Смотреть – одно удовольствие. В кино такого не увидишь. Ошарашенный парень пытался сопротивляться. Лаура же заявила: если хочет денег, пусть физически заберет их у нее, и смачно хлопнула дверью перед его носом.

Как побитая собака, он пошел к другой девушке спрашивать ренту. Она не менее ярко объяснила свою точку зрения. Смысл заключался в том, что платить будет не всю сумму, так как скоро уезжает.

Когда подошла моя очередь беседовать с ним, все прошло довольно просто. Я заехала во второй половине месяца. Была бы рада оплатить только за пару недель. По правилам так не полагается. Вместо тысячи слов достала напиток из морозильной камеры. Молча налила стопку. Он опустошил ее, потом и вторую:

– Сунил, ты же знаешь, что случилось с моей стажировкой?

– Да, плохо получилось.

– Работать придется в два раза больше, а зарплата останется прежней.

– Неприятная ситуация.

– Я ведь согласилась на нее, чтобы путешествовать. Сейчас даже по субботам карьеру строю.

– Ты же только приехала? Хотя по правилам должна оплатить всю сумму, можешь отдать половину.

Грустно взял деньги, выпил еще одну рюмку и неторопливо покинул нашу женскую свору.

На стажировке познакомилась со стилем работы индийских компаний. В мои обязанности входили выполнение компьютерной анимации и преподавание ее в колледже. Уже был опыт в мультипликации, но впервые столкнулась с таким явлением: вместо раскадровки (последовательности рисунков, служащей вспомогательным средством при создании фильмов) или сценария бородатый начальник показал сценку. Я хвалила его за артистичность, но не готова была к тому, что представление начальника и есть техническое задание. Взрослый человек, преподаватель колледжа, декан факультета анимации не представляет на практике, о чем говорит на уроках. Я только приехала. Неудобно прямым текстом сказать, что его уволить по-хорошему надо. Тактично предложила взять это на себя. Он откровенно удивился: «Зачем тебе раскадровка? В любой момент я могу показать, что нужно делать». И это говорит начальник, руководитель проектов, один из главнейших преподавателей в крупнейшем колледже штата! Сюрреалистично. Мало того, что он вряд ли может каждый раз делать одинаково движения, но как насчет положения камеры, ракурса, времени? Хотя было забавно. От скуки просила его повторять сценку раз за разом, наблюдая, как взрослый мужик старательно кривляется. Без разрешения поступила по-своему. Сделала раскадровку, прочитав инструкцию в интернете. На следующий же день декан подбежал к моему столу и забрал ее в качестве реквизита на уроках. Непонятно, как они все получили работу.

Вечером нас позвали на прощальную вечеринку в дом Наяны. Девочки из Марокко закончили свои программы. В их квартире неожиданно для себя застала русских. Один из них – высокий блондин с серыми глазами Рома был на стажировке в другом месте, пока ее не закрыли. Он приехал в ближайший крупный город по соседству, то есть в наш. Нашел самостоятельно работу в компании, предоставляющей программы по обмену. Каждый день делал вид, что он из разных стран. Туда приходят богатые индусы и смотрят, что обмен-то и правда существует. Вот иностранец как-то же приехал к ним. В один день Рома изображал, что он из Чехии, в другой, что итальянец. От него требовалось знать про свою предполагаемую родину основную информацию и пару фраз, за что получал стабильную среднюю зарплату и веселье на каждый день. Вторая русская – высокая, стройная, с длинными черными волосами Лена – только вернулась с Гоа. Ее история довольно распространенная. Она также приехала на стажировку, слабо зная английский. На работе ей с ходу дали большой материал для перевода. После первой неудачи уволили, хотя обратный билет через три месяца. Вначале она расстроилась, но пересеклась с парнем, который собирался ехать на Гоа и позвал ее с собой. Хотя и был сезон дождей, она с радостью согласилась и уже через день была в пути. Ехали они через Агру, Джайпур на автобусах и поездах. Посмотрели страну изнутри. Объехали Гоа на скутере. После месяца путешествий она вернулась другим человеком и без лишних сомнений устроилась фотографом на свадьбах. Никого не волнует качество кадров. Главное – вспышки. Создание иллюзии значимости новоиспеченной пары.

Как мы потом узнали у местных, у них еще действуют браки по расчету. Родители дают объявление в газету о поиске потенциального мужа или жены для своих детей. Обычно девочка из высшей касты не может выйти замуж за парня из низшей. Наоборот – случается. После церемонии молодая жена переходит в семью супруга и навещает своих родных только с разрешения мужа. Хотя четких правил мы так и не выяснили. Каждый рассказывает о них на свой лад. Но невесту в любом случае после церемонии несут на красочных носилках в дом мужа. Семья прощается со слезами. Оплата расходов по-разному, но все без исключения рады иностранцам на церемониях.

На вечеринке мы играли и разговаривали обо всем. Неожиданно решили ехать на следующий день в горы все вместе. В субботний вечер встретились на автовокзале, а мест в автобусах уже нет. Следующий транспорт только утром. Одни поехали на такси в десять раз дороже. Другие разошлись по домам.

Было поздно, а дом Лены находился в пешей доступности. Решила ночевать у нее. Наяна отправилась со всеми в горы. В квартире остались только русские. Впервые за долгое время понимала речь вокруг.

Утром поехали в местный каменный парк. Застали представление театра: яркие костюмы, танцы непонятного содержания, специфическую музыку и дым. На обратном пути заметили красивый храм, огни которого в ночном небе горели, как звезды. У входа нам выдали платки на голову и указали на полки, куда сложить обувь. Внутри красиво и спокойно. Большинство молились. Мы же молча и с восхищением смотрели вокруг. На выходе нас угостили сладостью, после чего мы отправились домой.

В городе сложно найти отдельную рикшу. Они следуют по маршруту, и все подсаживаются чуть ли не на колени. Не успела признаться ребятам, что никогда одна домой не добиралась и только недавно адрес записала, как мне сказали, что пора выходить и там сесть на какую-то рикшу. Только на улице среди мотоциклов и автобусов поняла: «Что-то не так». Понятия не имела, куда мне дальше. С ходу показала нужный адрес прохожей женщине. Она внимательно посмотрела на бумажку и предложила подвезти. За ней как раз муж приехал. В первые пять минут самостоятельности в другой стране и уже в машине с незнакомцами. Через пару поворотов до меня стал доходить здравый смысл, но было поздно. Решила ерзать на заднем сиденье и сомневаться. Водитель и его жена почувствовали это и оскорбились. Было за что: меня довезли в целости и сохранности.

После всего произошедшего утром проснулась простуженной. Солнышко светит, люди задыхаются от 40-градусной жары, а я кутаюсь в шарфы и прошу выключить вентиляторы. На работе больничный не предусмотрен, но можно взять выходной за свой счёт. За это из зарплаты удерживали сумму, в полтора раза превышающую плату за рабочий день. Если месяц не ходить, ты еще компании должна будешь.

Дома так же холодно, как и везде. Пока все чуть ли не голышом ходили, я мерзла. Нашла единственное одеяло, и то напичканное клопами. Все его избегали, только не я. В один вечер укрылась им на ночь в пустом холле. Отсутствие рабочего вентилятора там никого не пугало. С утра проснулась здоровой и с красными пятнами по всему телу.

Ману с братом собрались ехать в горы на день. Позвали с собой стажеров из колледжа. Из нас троих согласилась только я. Наверно, следовало волноваться. Мне же было нормально. Все-таки работаем вместе. К тому же это первая вылазка из города с момента приезда. Радовала перспектива ехать на машине, а не в забитом местными автобусе.

Удивительно петлять среди гор на фоне заката. Холмы освещались огоньками из жилых домов, словно звезды спустились с небес.

Добрались мы быстро. Сразу же нашли гостиницу. Менеджер повел нас в комнату для новобрачных с потрепанной кроватью в виде сердца, с красным ковром на полу, видавшим лучшие времена, с гигантским зеркалом на потолке. Это было настолько смешно и неуместно, что сквозь хохот я предлагала ночевать там ради шутки или хотя бы сфотографироваться. Мою истерику никто не оценил, и повели в стандартную комнату. По сравнению с предыдущей она была скучной: голые оранжевые стены, две гигантские кровати, окно с рваной шторой, пара стульев и пародия на шкаф. На ночь для путешествующей компании в самый раз. Одну кровать заняла я, на другой спали братья. Владельцы отеля, возможно, решили, что стекла в окнах лишние, поэтому к завтраку мы покрылись инеем.

С утра оказалась в раю. С одной стороны – у подножия гор, с другой – раскинулись холмы и леса. Шимла – удивительное место, полное контрастов. Дороги шли параллельно на разных уровнях. Между домами узкие улочки с лестницами. По ним можно спуститься или подняться на соседние улицы. Одна забита лотками с одеждой, на другой ничего, кроме еды. Поднявшись выше, нашли площадь, устеленную камнями, и вокруг дома́ в европейском стиле. Хорошее место отдохнуть от суеты и шума города.

Забрались на холм и нашли участок для спортивных соревнований. На своеобразный ринг приглашались борцы в одинаковой весовой категории. У каждого полотенце, которым обхватывали пояс противника. Цель – повалить соперника на лопатки. Чем-то напоминает куреш. Удивительно встретить знакомое в другой стране, в горах.

Обратный путь забрал последние силы. Одного выходного в неделю недостаточно. Если тратить его на дорогу, энергии не хватает. Все дни до субботы хотела спать, уволиться или шоколада.

Приятели разъехались, а новых стажеров еще не встретила. Осталась в стороне событий. Среди знакомых остался индус Сумит. Казалось, он знает всех. Нередко организовывал вечеринки. Однажды они с одной русскоговорящей девочкой Викой приехали ко мне домой. Позвали праздновать его день рождения в горах. Конечно же, согласилась. Было приятно получить личное приглашение, хотя особо с ними не общалась.

По пути мы заехали в кафе. Парни накупили бутербродов в дорогу, а пластиковую упаковку от них весело швыряли в окно. Вот тебе и ответ, почему там так грязно. От петляющей дороги меня стало мутить. Не выдержала и под утро выбежала из машины. Оказалось, меня стошнило удачно – рядом с отелем, где в итоге остановились.

Номера всем своим видом показывали печальное прошлое: обуглившаяся краска на стене коричневого цвета, тусклый свет, потрепанные кровати и выход на смотровую площадку с шикарным видом. Он оправдывает все неудобства внутри: горы, леса, небо и буквально в одном метре от меня сидит мощная обезьяна. Вот кого действительно стоит опасаться. Когда они рядом, старалась не шевелиться, чтобы не привлекать к себе внимания, и не зря. Даже в сидячем положении они достигали метра в росте. Если захотят занять комнату, взять вещи и деньги, я соглашусь. Они легко могут поколотить и к себе забрать, если захотят. Когда рядом сидит один из них, мимо идущие местные фотографируют тебя, а не его. Кого там удивишь природой и обезьянами? А вот белый человек – редкость.

Вечером сидели на крыше отеля, смотрели на звезды, ужинали. Было мило и красиво. Индия – удивительная страна, полная контрастов. Здесь есть абсолютно все: и море, и горы, и древние города с храмами, и трущобы, и мусор под ногами, и запах мочи и кари, и чистое небо над головой. Кажется, что целой жизни не хватит посмотреть ее всю.

Хоть поездка была замечательной, еще раз убедилась, что совмещать эту работу и путешествия не получится.

В понедельник пришла в офис без сил. Надеялась, что хоть там будет тишь да гладь. Какой там. Ни с того ни с сего декан попросил каждое утро отмечаться в чате для контроля. Неожиданно и оскорбительно. Словно постоянно опаздываю и только сейчас с этим стали бороться. Сказать раньше нельзя же. Хотя сам начальник появляется в офисе за час до обеда.

Спросила остальных, подчиняются ли они этому правилу. Выяснилось, что да. Чтобы не ходить кругами, сразу предложила начальству продемонстрировать весь список правил во избежание неприятностей в будущем. На что оно ответило мне улыбкой и неопределенным покачиванием бороды из стороны в сторону. Собачки для салонов машин так мотают своими головами при движении. Никаких официальных правил не существовало. Все зависело от настроения начальника, прямо как у девушки в различные дни месяца. Как он пожелает, так мы и должны себя вести. Будто он барин, а стажеры – холопы. Злилась первое время то ли на него, то ли на себя. Казалось, не могу ничего с этим поделать. Компания предоставила визу, и в любой момент ее могли аннулировать. Сама о себе пока позаботиться не могла. Полностью зависела от них, от компании, которая организовала стажировку, и коллег-стажеров. Но благо опыт в аспирантуре и жизни в Москве помогли не сильно переживать о происходящем. Из любой ситуации рано или поздно можно найти выход. Поэтому нашла альтернативу, чтобы и волки были целы, и овцы сыты. Раньше завтракала перед работой, теперь принципиально заходила в кабинет включить компьютер, отметиться в чате и только потом на час пропадала в кафе за чашечкой кофе.

Но на этом наш начальник не остановился. Вместо того чтобы записаться к психологу декан составил три-четыре таблицы на разных серверах с описаниями наших возможных деяний и присвоил им коды. С нас же требовал, чтобы каждое утро мы сами составляли список дел на день. Мы находили нужные таблицы, в них действие и отправляли ему соответствующий код. Только в одной из них могло быть около двухсот или больше наименований. Всё на английском языке. Столько бюрократии на пять сотрудников – многовато. Мне надо было пробежаться по всем этим файлам, перевести строчки, чтобы найти то, что я могла из этого делать. Нашему руководителю явно нужна была помощь, раз он это придумал, создал, заполнил во имя «экономии рабочего времени». На мое предложение отказаться от нововведения в связи с бесполезностью, получила в ответ: «Ну а что, я зря их создавал что ль?» Ну да, логично.

Однажды мне надоело. Расписала день на семь часов, вместо положенных восьми. Мне поспешили на это указать. Я честно призналась, что час уходит на составление расписания, но не нашла кода для этого действия ни в одной из трех таблиц. Он промолчал.

С анимацией было все хуже и хуже. Эта работа трудоемкая и в реальном мире высокооплачиваемая. Люди трепетно и тщательно относятся к процессу подготовки мультфильмов. Только на последних этапах отдают материал аниматору, так как любые изменения стоят денег.

Преподаватели колледжа, видимо, сами никогда не работали в этой сфере. Поэтому вели себя очень странно. Например, подготовлю им раскадровку (хотя это не является обязанностью мультипликатора), получу одобрение и уже буквально перед завершением сцены ко мне мог весело подбежать декан и похвастаться, что придумал что-то новое. То есть нужно начинать ту же сцену заново. Тяжело вздохнув, внимательно слушала и смотрела на его очередные кривляния. Наверное, начальник мечтал быть актером. И за счет меня пытался реализовать свою давнюю мечту. Вместо того чтобы просто наблюдать за перформансом, я пыталась работать. Следовало бы достать попкорн, смотреть на его сценки, хлопать, кричать «браво» – и никаких проблем. Я же переделывала одну и ту же сцену по нескольку раз.

Вначале казалось, будто только я возмущаюсь происходящим. Во время обеда ляпнула сотрудникам-стажерам и Ману свое мнение. В тот же вечер договорились встретиться после работы в ближайшем баре и обсудить.

До этого я молчала, так как Москва научила скрывать свое мнение, здесь же было проще. Мои опасения не были напрасными. Наяна также поначалу исполняла абсурдные желания декана. Он ее контролировал жестче, чем меня. Проверял даже ее эсэмэски на телефоне. Только когда она начала преподавать, появился смысл стажировки.

После той встречи признала, что опыта в этом колледже не получу. Им не нужны наши навыки, только мы сами. Чем больше иностранцев в компании, тем она престижнее. Поэтому смирилась с происходящим и утром следующего дня скачала художественной литературы на русском и невозмутимо читала книги под веселую музыку в наушниках. Как только перестала работать, стажировка пошла как по маслу. Никаких проблем. Абсолютно бессмысленной была затея поехать сюда. Оно стоит того только чтобы оценить свою прежнюю жизнь, познакомиться с новыми людьми и выучить английский на практике.

Во время обедов мы с ребятами обсуждали различия и схожести наших стран, историю и рассказывали о себе. Например, Наяна – профессиональная актриса. Поехала в Индию расширять кругозор. Все, что связано с графикой, чему учит, сама узнала в колледже. За пару месяцев не только английский осилила, но и новую специальность. Густаво закончил учиться на программиста и сразу же ради интереса согласился на стажировку. Оказалось, Колумбия – одна из самых счастливых стран в мире. Безработица? Болезни? Отсутствие образования? Неважно! Танцуем сальсу. В Бразилии, как выяснилось, не всех парней приглашают в армию. Если в семье только один мальчик, его не трогают. Когда несколько, то идет служить старший. На этих обедах удавалось практиковать английский язык. Каждый раз, выучив новое слово, пыталась употребить его в речи и смотрела на реакцию. В правильном ли контексте использовала или нет. Тот факт, что ребята приехали в страну пару месяцев назад и уже свободно общаются, вдохновлял. Старалась больше слушать их. Не стеснялась спрашивать, если было непонятно. Хотя казалось, даже у местных собак словарный запас и то больше.

В результате спустя пару месяцев начала коряво разговаривать на английском. Наконец-то смогла сама заказывать еду по телефону и вызывать такси! Понимала меню в ресторанах, но не всегда. Как-то наугад случайно заказала себе чье-то колено в соусе. Но об этом потом.

Приближался праздник Дивали: считается, что это повод вернуть долги, а сам праздник надо провести с семьей. Необходимо зажигать свечи, петарды, фейерверки. Все планировали поездки к родителям, готовили подарки. Даже зарплату нам выдали раньше срока и подарили по красочно упакованному тостеру.

Соседи разъехались кто куда. Я же была сыта по горло последней поездкой, поэтому осталась дома. Вечером пошла в клуб в надежде встретить знакомые лица. В полупустом зале весело отплясывали Вика и пара ее друзей – высокий, с длинной шеей и стильной прической Амит и перекачанный Дипит. Первый работает моделью, второй инструктором в тренажерном зале.

Это только в России подобные ребята могут быть недоступны для смертных. В Индии, если у тебя светлая кожа, независимо от внешнего вида, каждый местный рад с тобой общаться. После клуба нас повезли по домам. У Дипита машина с кузовом. Мы втроем залезли в него и расправили руки навстречу ветру. Ощущения, словно стала частью молодежного фильма, пока кому-то ветка от дерева по лбу не ударила. После чего мы уже смиренно вернулись в салон машины.

На самом празднике было не так весело. Словно оказалась в эпицентре войны: непрекращающийся шум петард, трясущиеся стены – что в этом праздничного?

Одиночество, так привлекавшее вначале, на деле напугало. Вечером, не посмотрев на часы, пошла в магазин. В Дивали он не работал. Возвращалась по пустынной улице. Изредка мимо проезжали рикши и машины. Неожиданно одна из них подъехала ко мне. Пассажиры активно предлагали помощь. Я поблагодарила их и ускорила шаг. Они не отставали. Перешла через дорогу. Думала, отстанут, вместо этого еще один автомобиль остановился и оттуда вышли еще четверо парней. Медленно они стали подходить ко мне, словно пытались не спугнуть. Но я им не котенок какой-то, чтобы такой прием сработал со мной. Мимо все еще проезжали рикши. Хотя до подъезда оставалось идти минут пять, я пыталась остановить хотя бы одну рикшу. Одна и остановилась. Рикшамен посмотрел на все происходящее и спешно покинул нас. В это мгновение остановилась другая рикша. Ее «кучер» так же увидел, что происходит, поэтому предложил отвезти домой за тройную плату. С радостью согласилась! Впервые была счастлива, переплачивая за дорогу.

Вернулась домой, трясясь от страха, но целой и невредимой. Такое количество желающих помочь и внимания напугало. Только в этот момент посмотрела на часы. Оказалось, мне вздумалось гулять в полночь. Неудивительно, что в такие приключения попала. Кто в здравом уме пойдет в такое время гулять одной по малоизвестному району? Конечно, местные переживали: мол, иностранец на пустынной дороге, мало ли что. Вдруг помощь нужна. С тех пор, как темнеет, в незнакомой стране стараюсь быть либо дома, либо с кем-нибудь еще.

На следующий день на работе дали 3D-модель голливудского актера и, как обычно, показали живую сценку. На этот раз декан развлекал меня вместе с директором колледжа. Уже не спорила. Молча наблюдала и невозмутимо просила повторить перформанс раз за разом, до сих пор не веря в происходящее. Два начальника показывают мне сценки, чтобы я по этому выступлению сделала анимацию, без раскадровки. Чтобы изучить стилистику движения актера, начала смотреть фильм с его участием во время работы. Бородатый начальник отреагировал мгновенно. Сказал, что так нельзя. Сначала надо просить его создать об этом строчку в таблице и получить код. Он назвал ее «Просмотр фильмов» и выделил на это восемь часов. Казалось, меня разыгрывали, но промолчала. Вот кому нужно столько времени? Но не спорила. Каждый раз, когда хотела спать, включала кино и делала вид, что смотрю. В перерывах между фильмом, чтением книги, прослушиванием музыки в рабочее время также переписывалась с ребятами по чату. Это помогало выучить новые слова и узнать грамматику на уровне google. translate. С Густаво обсуждали выходные и вечеринки. С Ману сравнивали Индию с Россией. С Наяной говорили обо всем. Со временем зашла речь о руководстве.

В один из дней начальники начали цитировать наши шутки публично. Так мы узнали, что они следят за нами. Да, конечно, могли догадаться, что рабочий чат желательно использовать по назначению. Только не думали, что директор колледжа тратит свое время на прочтение наших бесед. Ладно, мы-то девушки-иностранки, а они взрослые мужчины и такой ерундой занимаются. Спросила декана:

– Если вам интересно содержание наших бесед, скажите прямо. Зачем подглядывать?

– Ты не можешь использовать чат по личным вопросам.

– Так я учу английский язык. Как я понимаю, все в этом заинтересованы.

Такого ответа он не ожидал. Спустя некоторое время продолжил:

– Чат для бесед только на рабочие темы.

– Хорошо, отныне буду использовать его по назначению.

Специально весь день провела в переписке с каждым сотрудником, беседуя по «работе». Много интересного и нового узнала.

В выходные намечалась конференция от организации, которая нашла стажировку в другом городе. Рома был уже там. Я же пыталась уговорить хоть кого-нибудь поехать со мной. Отчаявшись, вспомнила про местного парня, с которым познакомились накануне. Время близко к полуночи, но он согласился отвезти меня. Спросил, сможет ли присоединиться к вечеринке. Верного ответа не знала, но сказала, что да.

После часа в пути мы кое-как нашли нужное место. Его не впустили: вход только для участников конференции и стажеров. Знакомый не расстроился. Пожелал удачи и уехал домой.

Вечеринку перенесли на три утра. Нам с Ромой предстояло ждать окончания конференции еще полтора часа. Что они там обсуждали, нас не интересовало. Но, завершив, ребята резко убрали бумажки, расставили столы для игр и включили музыку. Из иностранцев только мы с Ромой приехали на тусовку.

Рассвет, а у нас в гостинице музыка и веселье. Рома в шутку учит индуса популярной русской фразе, которая означает примерно следующее: «Иди-ка ты далеко и надолго и не возвращайся». Решила помочь. Было шумно, поэтому прокричала фразу. Именно в этот момент выключили музыку. Толпа с недоумением посмотрела на меня. Думала, такие ситуации бывают только в дешевых фильмах. Невозмутимо ушла в другую часть зала. Нас не предупредили, что одна дверь слабо держится в проеме. Осознала это, когда она навалилась на меня. Можно, конечно, пытаться вернуть ее в исходное положение, но у меня бокал в руках. Отошла в сторону как ни в чем не бывало. Двухметровая дверь с грохотом упала. Все обернулись на шум. И тут опять я рядом, на потолок смотрю, попивая свой напиток. Организаторы молча подошли и поставили дверь обратно.

К обеду вечеринка закончилась. Ребята разбирали диваны и одеяла в номерах. Раньше думала, что только в России люди ночуют на полу по двадцать человек в комнате. Мне спать не хотелось, поэтому вышла на улицу в поисках остановки. Первый же автобус шел по пути. Через полтора часа была дома. Как оказалось, мне крупно повезло сразу сесть на нужный транспорт. Вечером Рома признался, что меня потеряли и испугались. Дозвониться не могли. Я же к его приезду давно уже спала.

* * *

Хотя и считается Индия жарким регионом, здесь зимой на севере холодно и даже выпадает снег.

Наяна и Густаво приехали из южных стран. Для них такое в новинку. Забавно ходить с ними по магазинам в поисках теплых вещей. Колумбийка в отчаянии спросила:

– Почему люди не придумали объединить лосины с носками?

Я не знала, как на английском будут «колготки».

Сложно представить кого-то, кто никогда, по сути, не мёрз. Кто впервые в жизни в сознательном возрасте покупает свитер и куртку. Они смотрели на такие вещи с недоумением и непониманием. Даже рикшамены преобразились: катались исключительно в одеяле.

Стажировка проходила в колледже. Предполагалось, что когда-нибудь начну учить студентов. Наивно полагала, что перед первым уроком предупредят, дадут время подготовиться. Вместо этого, пока читала книгу, ко мне подбежал сотрудник с листочком бумаги:

– Через полчаса проведешь урок по классическому рисунку.

– Стой! Я же никогда не преподавала. Я об этом ничего не знаю.

– Ничего страшного, сейчас покажу.

За пять минут он объяснил предмет урока.

– И это все?

– Да.

– Сколько длится занятие?

– Два часа.

– Как я могу рассказывать это в течение двух часов?

С хитрой улыбкой без ответа он убежал в неизвестном направлении. Не успела даже испугаться, как ко мне подошел директор колледжа. Он хотел лично представить нового учителя классу, а я думала, как сбежать куда-нибудь.

На негнущихся ногах и с картинками от сотрудника поплелась за начальством. В классе сидели студенты от восемнадцати до двадцати лет. Немного девочек, остальные парни. Директор, как обычно, стал расхваливать меня, а мне было не до шуток. Угорая, он оставил меня наедине с толпой полусонных ребят.

Тут я поняла: они ведь не в курсе, что я знаю, что не владею английским. Поэтому уверенно начала вести урок, забыв про грамматику этого языка. Хотя как можно забыть то, чего не знаешь? Только тогда дошла хитрая улыбка сотрудника на мой вопрос о продолжительности урока. Ребятам настолько безразлично происходящее, что жуть. Как можно быть равнодушным к мультикам? К тому же их родители платили внушительную сумму за курс. Зачем за деньги учиться тому, что неинтересно? В итоге пришлось подойти к каждому студенту и проследить, чтобы он выполнил задание. У кого-то не было ни тетрадки, ни карандаша, и это на практическом уроке. Да и отговорки шикарные:

– Можно в этот раз не буду рисовать прямую линию? Видите, я уже две недели назад ее начертил.

Из всей группы только одна девочка пыталась что-то делать самостоятельно. Даже я под конец урока поняла, о чем говорю. Деткам же наплевать. То ли студенты такие, то ли все преподаватели виноваты, что не разожгли в них интерес.

После занятия ко мне добавились ученики в подписчики. Я-то наивно полагала, что они хотят задать вопросы по теме. Все-таки я уже в этой сфере. Могла им подсказать много ресурсов, где найти работу. Они же хотели познакомиться поближе и пригласить в кафе. Больше их не добавляла.

Позже меня спросили, почему пропускаю совещания по пятницам в восемь вечера:

– Я не знала об их существовании.

– Теперь знаешь. Явка обязательна. Мы обсуждаем важные вопросы.

– Но наш рабочий день до шести. Почему я должна задерживаться еще на два часа, чтобы провести час на совещании?

– Понимаешь, до шести сложно всех собрать. Большинство преподают порой до восьми. Только в это время все свободны.

– Хорошо, я готова задержаться на три часа, если смогу приходить на работу к двенадцати в этот день.

– Это невозможно.

– Вы от нас требуете отчитываться за каждую минуту, отмечать время, когда приходим на работу или уходим на обед, при этом нет никаких официальных правил, вы их придумываете на ходу, а сейчас хотите три часа моего свободного времени в пятницу?

– Но ведь это ради нашего факультета, чтобы мы могли обсудить план на неделю.

– Мало того, что вместо обещанных тридцати пяти часов я работаю сорок восемь, шесть дней в неделю за те же деньги, вы еще хотите, чтобы я тратила личное время на совещания?

– Это очень важно для нашего колледжа. Неужели тебе жалко?

– Да. Вы же знаете, что я из России. В моей стране вечер каждой пятницы – праздник. Проводите в любой другой день, тогда согласна. В пятницу никак не могу.

Только хотела приписать дискриминацию, но начальник сдался. Попросил хотя бы спрашивать коллег о результатах совещаний.

За пару месяцев среди иностранцев выучила английский достаточно, чтобы достучаться до тех, кто мне нашел работу в Индии, и объяснить проблемы со стажировкой. Хотя к ней и привыкла, научившись игнорировать происходящее, но тратить год или полгода на нее не хотелось. Еще в самом начале конфликта предлагала им хотя бы избавить меня от необходимости платить за жилье. Всё-таки с их стороны произошла дезинформация. Они не соглашались. Конечно, как можно отказаться от половины моей зарплаты ежемесячно? Им проще найти мне другую работу. Договорились, что еду в отпуск, а по возвращении продолжаю стажировку где-то еще.

Рома пригласил на прощальную вечеринку. Обычно стажеры приезжали на месяц или два во время каникул в университете. Поэтому происходила постоянная текучка кадров. Не успеешь запомнить чье-то имя, как человек уже возвращался на родину.

Настроения знакомиться с кем-то не было, да и устала, поэтому на вечеринке прилегла в одной из комнат. Вокруг меня собрались забавные люди. Среди них были русские девочки: Аня – художник и увлекается фотографией; Ксюша только окончила институт по специальности маркетолог. Перед тем как играть во взрослую жизнь, она приехала обучать английскому языку местных детей. Девушки уже заканчивали стажировки и собирались на Гоа перед возвращением домой. Хотя мы и были знакомы минут пятнадцать, они позвали меня с собой. Коронная фраза «севера» «why not?» вдохновила согласиться. Знакомые индусы помогли купить нам билеты.

Странно было покидать город. Всего два с половиной месяца минуло, а уже столько всего произошло. Перед отъездом сходила на еще одну вечеринку – со всеми попрощаться. Сказала, что вернусь через месяц, хотя уже тогда было чувство, что нарушу обещание, но не подозревала, что настолько…

* * *

Нашей отправной точкой стал Дели. Оттуда нас ждал поезд второго класса до Мумбая. Столицу Индии до этого практически не видела. Была только по прилете, и то в дороге на автовокзал. Представилась возможность посмотреть город изнутри. К Ане приехала подруга Вера. Она решила сначала путешествовать, а только потом приступить к стажировке.

Нашли отель рядом с вокзалом, на центральной улице. Вокруг собрались все злачные места города. Узкие улочки, напичканные барами и мотелями. Алкаши и подозрительные личности включены в прогулку бесплатно. Вера только приехала, поэтому ее восхищало абсолютно все: дома, люди… Как кузнечик, прыгала из стороны в сторону с восторгом. Нас же обстановка больше пугала, чем волновала. Инстинктивно жались друг к дружке, проходя мимо покалеченных бездомных. Старались избегать больших скоплений людей. Вся обстановка разительно отличалась от того города, где мы недавно жили.

Одна из особенностей туризма в Индии – толпы детей. Только выходишь из рикши, они окружают. Тридцать, сорок ребятишек, тычущих в бок протянутой рукой в лучшем случае. Подашь хоть одну рупию, как подбегут все остальные, даже с соседней улицы. В таких случаях помогают полицейские, которые отгоняют их палкой.

Наш поезд в Мумбай был через три дня. Решили заехать в Джайпур и Агру, пока было время. Сразу же отправились в Тадж-Махал. Самый лучший момент, когда проходишь через арку. Замечательный вид открывается перед взором. На этом моменте можно разворачиваться и идти дальше.

Он волшебный, и история примечательная, но нескончаемые толпы туристов и цены на билет портят впечатление. На этом моменте можно разворачиваться и идти дальше.

Куда приятнее поехать в порт в пятнадцати минутах езды от него. Вход стоит копейки, красота неописуемая. Парки, архитектура. Среди посетителей в основном индусы из маленьких городов, которые путешествуют по стране. Иностранцев они часто видят впервые в жизни. Поэтому, заметив нас, фотографировали, тыча камеры прямо в лицо. Могли делать селфи на нашем фоне, не спрашивая разрешения. Хочешь почувствовать себя звездой Голливуда без кастингов и прочих усилий? Добро пожаловать в Индию! Здесь ты испытаешь все эти незабываемые ощущения, когда тебя преследуют толпы людей с камерами, а кто-то даже пытается тебя потрогать. На любой вежливый отказ получаешь десятиминутное нытье, которое заканчивается либо твоей грубостью, либо их. Непередаваемые впечатления. А если смиришься с ситуацией и назначишь цену за кадр с тобой, интерес к твоей персоне резко поубавится.

Конечно, в основном внимание было от мужчин. Их очень много в Индии. Это объясняется довольно печальным фактом: если беременные женщины на УЗИ узнают, что будущий ребенок – девочка, то все спешат на аборт. Бедные люди убивают их при рождении. Считается, что от женщин пользы никакой. Работать толком не могут, только рожают от кого ни попадя. Поэтому, как нам сказали, в Индии официально запрещено узнавать заранее пол ребенка.

* * *

Пора было ехать в Мумбай, а оттуда сразу же на Гоа. Новые подруги набрали так много сувениров, что их вещи не помещались в сумки. Тогда они купили по местному чемодану. Мы уже опаздывали на поезд, когда Вера и Аня только перекладывали вещи. Бежим по улице, и ручка от чемодана сначала оторвалась у Ани и практически сразу у Веры. Девочки хватаются за другие, но и те недолго держались. По пути они потеряли все колесики. Хотя и было смешно, но мы опаздывали. В поезд садились с какими-то тюками. Итого: все, что куплено в Индии, разваливается там же.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.