Ирин Кахр
Любовь в точке Лагранжа

Я умышленно не привожу в романе ни одной сцены взгляда со стороны Дэна, так как в противном случае мистики и таинственности уже окружающих семью O'К, стало бы в разы больше. Возможно, в будущем из этого появится своя отдельная история.

ПРОЛОГ. ТРОЕ О'КОННЕРИ

– То есть как, мы не сможем их забрать?! – почти крича, переспросила высокая темноволосая женщина.

– Далин! – резко одёрнул её единственный, находившийся в комнате мужчина. Такой же темноволосый, усталый, с недельной щетиной. – Не кричи, разбудишь детей.

– Не беспокойся, Эрнест, они спят очень крепко. – Отозвалась им обоим ещё одна женщина. Светловолосая, чуть полноватая, с потухшим взглядом, устремлённым перед собой. – И Далин вправе кричать. В конце концов, Даная её родная и единственная дочь. Конечно, ей должно быть страшно с ней расстаться.

– Что?! – Далин поперхнулась воздухом. – Разве страшно должно быть только мне? А Дэниэл?! Ты так легко сможешь его оставить? Солар, ты в своём уме?! Ему же всего три года!

Светловолосая вздрогнула, и до побеления пальцев вцепившись в плечи, замерла. Лицо окаменело от сдерживаемых эмоций, но в глазах всё равно показались слёзы.

– Я не могу ничего сделать, – тихо, но безапелляционно проговорила она. А спустя пару мгновений повернулась к мужу. – Но вместе мы можем кое-что сделать для них…

– Ты придумала способ их забрать? – Тут же с надеждой спросила Далин.

– Это НЕВОЗМОЖНО! – Выкрикнула Солар. Слёзы полились по её лицу нескончаемым потоком. – Я не знаю такого способа!!

– Тогда что мы можем сделать? – Примирительно уточнил Эрнест, подходя ближе и обнимая темноволосую за плечи, пытаясь её успокоить. Солар подняла на мужа мокрые глаза.

– Ты мне веришь?

– Всегда!

– Я сумею присмотреть за ними и проконтролирую людей вокруг них. Я научу детей быть такими, как мы. И буду защищать их самих. А ещё с ними всё время будет Ганс. Но ты… Мир О'Коннери, который ты создал для нас… Придумай способ сохранить его для них.

ГЛАВА 1. ПОТЕРЯННОЕ ПРОШЛОЕ

BACKSTAGE: СЕМЬЯ О`К

– Нашла что-нибудь интересное? – Дэниэл, перегнувшись через ручку кресла, заглянул сестре в планшет. Даная, лениво листавшая новый рекламный проект, в котором им предстояло участвовать, покачала головой.

– Я не ищу, я типа работаю…

– Ага, как же… – фыркнул Дэн и вернулся к своему планшету. Практически сразу с его стороны понеслась громкая музыка. Даная поморщилась, и брат тут же надел наушники.

Так было всегда. Ещё с детства они понимали друг друга без слов, порой даже без взглядов. А исчезновение родителей десять лет назад сплотило их намного больше, сделав едва ли не близнецами-эмпатами.

Она отклонилась и посмотрела в иллюминатор. Самолёт летел в тумане, словно в молоке залившем до краёв всё пространство внизу. Но девушка и не старалась что-либо рассмотреть. Её мысли унеслись в прошлое…

Их звали Даная и Дэниэл О'Коннери. Дэн-Дэн О'К, как они называли себя и как их называли дома.

Пусть немного странная и, как многие говорили, эксцентричная, но десять лет назад у них была семья. Их общий отец – Эрнест О'Коннери, и две женщины, на которых он был женат: мать Данаи – Далин, и мать Дэниэла – Солар. Выходцы из России, тогда ещё СССР. Что подвигло их на побег оттуда, никто и никогда не говорил. В свои средние двадцать лет они просто уехали за границу. После пары лет путешествий по миру, как-то особо удачно разбогатев, эта троица осела в Канаде. Приняли гражданство, сменили вместе с паспортами имена. Купили поместье, купили и перевезли туда замок из Великобритании – и спрятались от общественности за заборами и огромными пространствами сельских угодий. Но лишь на время: уж слишком они были необычны, чтобы постоянно оставаться в тени.

Очень скоро после переезда, работы Эрнеста, талантливого художника и скульптора, начали появляться на выставках, вызывая страшный ажиотаж. Мать Данаи взялась сначала за репортёрскую деятельность, а потом ударилась в режиссуру – и весьма успешно, также привлекая внимание общественности. Почти одновременно с ними покинула тень и мать Дэниэла. В нескольких издательствах по всему миру вышли её книги, которые в одночасье заняли верхние строчки разнообразнейших чатов и сделали Солар О'Коннери автором сразу десятка бестселлеров.

Им всем необыкновенно везло. За что бы они ни брались, что бы ни делали и ни покупали, казалось, деньги просто сами падают им с неба. И, как факт, такое положение не могло не вызвать зависти практически у любого, кто хоть как-нибудь соприкасался с миром О'Коннери.

И вот летом две тысячи четвертого года эта странная троица вдруг пропала в неизвестном направлении, оставив в замке двух маленьких детей. Первая версия, мгновенно облетевшая весь информационный мир – убийство! Наверняка из зависти.

Но расследование и поиски быстро свернули, когда спустя несколько дней после исчезновения старших О'Коннери появились люди, отозвавшие иски о пропаже и назвавшиеся опекунами несовершеннолетних детей. Они предъявили для этого все необходимые документы. Проверки не выявили ни единого подлога предъявленных доказательств, и общественности оставалось лишь это принять. Позже всплыла серьёзная, но довольно-таки странная информация. Куда делись родители, так и не сообщалось, но по оставленному завещанию семилетняя Даная и трёхгодовалый Дэниэл признавались наследниками всего состояния семьи и получали безоговорочное право голоса решения любых вопросов относительно себя лично и концерна.

Ходило много сплетен о том, куда пропали такие известные О'Коннери и что будет теперь с их состоянием и бизнесом. И очень мало кого заботило, как всё произошедшее отразилось на детях, на двух маленьких детях, оставленных на попечение чужих людей.

Только в канадском особняке знали, как ещё больше полугода после исчезновения родителей маленький Дэниэл плакал и требовал маму, а Даная молчаливым привидением бродила по большому дому. Она слышала объяснения взрослых, но как она могла объяснить всё брату, если ничего не понимала сама?

Конечно, раньше родители часто уезжали, но всегда кто-то из них оставался с детьми. Чаще всего это была мама Солар. Её работа не требовала путешествий, да и ей самой нравилось быть дома с Данаей и маленьким Дэни. Но если мама Далин и отец отсутствовали дома слишком долго, Солар и дети просто отправлялись к ним. Ехали, летели, плыли для встречи в другом городе, в другой стране, на другом континенте, в другой части света. Родители не признавали возникшую тогда и быстро становившуюся популярной связь – интернет, предпочитая всё и всегда обсуждать лично, особенно друг с другом.

Как и почему они вдруг могли исчезнуть, Даная не понимала. Ни тогда, ни потом, став старше. И тем более не могла с этим смириться. Свыкнуться и принять ей помог братишка. В те одинокие месяцы она начала ночевать с ним в одной спальне, так не давая ему плакать, и чтобы самой не чувствовать себя тоскливо. Они подолгу лежали перед сном, обнявшись, и Даная рассказывала ему о родителях. Всё, что помнила сама и что хотела, чтобы запомнил он. И от этих рассказов становилось как-то легче, как будто бы сами родители снова приходили к ним. Впрочем, может, так оно и было.

В предновогоднюю неделю того печального года, когда весь особняк по обыкновению нарядился для встречи праздника, отсутствие родителей стало особенно ощутимо. Ведь до сих пор они всегда встречали этот праздник вместе – вместе наряжали ёлку, ужинали и веселились, обменивались подарками и радовались любым простым знакам внимания. Но в этот раз новогоднего веселья не получилось. Малыша Дэни просто не смогли усадить за стол. Увидев пустые стулья родителей в заполненной слугами гостиной, он забился в горькой истерике. И даже Даная не могла его успокоить. Она сама едва сдерживала жгучие слёзы обиды. Всё, на что её хватило – это обнять братишку и сидеть на полу рядом с ним, пока, устав от криков, он не заснул. Тогда и она заснула вместе с ним. Их не стали трогать и переносить в спальню. Лишь кто-то из слуг заботливо подложил им подушки и укрыл тёплыми пушистыми пледами.

Проснувшись утром, Даная почувствовала покой и умиротворение. Горе как-то вдруг стало менее острым. А жизнь – не настолько безрадостной.

– Дэн, мне снилась мама. – Это было первое, что сказал после пробуждения брат. Трёхлетний малыш сказал это чисто и чётко, по-взрослому серьёзно, за ночь где-то потеряв детскую картавость и неуклюжесть языка. – Она извинялась за то, что оставила нас, и просила передать… – Он поднялся с пола и звонко поцеловал сестру в щёку. – С Новым годом, родные, мы ещё встретимся!

Последнее он произнёс по-русски. В прошлом мама Солар учила этому языку только Данаю, так как маленький Дэни ещё плохо говорил вообще, и частенько во время уроков она настаивала на удобстве иметь для себя секретный язык. Но тогда девочка её не понимала. И лишь тем утром услышав от брата русские слова, прозвучавшие для неё словно какое-то магическое заклинание, она поняла и поверила. Может, не головой, но сердцем.

Это стало их тайной. Тайной о возвращении родителей, о том, что они ещё когда-нибудь с ними обязательно увидятся. А пока нужно было жить.

И они начали жить. Сразу, незаметно для себя, но слишком очевидно для других, повзрослев после того новогоднего утра.

Их новая жизнь не слишком отличалась от прежней. Просто теперь они реже покидали пределы особняка – лишь для учёбы или по вопросам бизнеса. Да, как ни странно, но в соответствии с требованием завещания родителей они участвовали в бизнесе концерна семьи. Поначалу с ними просто связывались через интернет незнакомые люди, которых мистер Ганс Торнсон, опекун на территории особняка, назначенный родителями, представлял, как работников тех или иных компаний, и с совершенно серьёзным видом они спрашивали, одобряют ли дети проведение разных операций. Возможно, со стороны это выглядело дико. Но Даная не думала об этом. Они с братом каждый раз действительно размышляли над тем, что им говорили, иногда прося для этого дополнительное время. И давали ответ, только поговорив друг с другом наедине.

Ещё, как оказалось, концерн имел много направлений, связанных с детскими товарами, и детей начали привлекать для рекламы этих товаров. Порой именно их желание или нежелание фотографироваться с тем или иным товаром также определяло политику будущих действий концерна.

Только спустя десять лет после исчезновения старших О'Коннери, мистер Торнсон впервые решился на действительно серьёзный разговор с детьми. И речь пошла не о бизнесе. По-прежнему он не мог объяснить, куда пропали родители ребят, и лишь попытался рассказать о подробностях оставленного ими завещания. Например, о том, что, будучи лишь формально опекуном ребят, в действительности он являлся их законным представителем, способным действовать от их лица, но только по их согласию, не нарушая списка дополнительных требований. Как узнали Дэн-Дэн, таких опекунов-представителей у них числилось очень много. Практически в каждой стране, где действовал бизнес или находилась какая-либо собственность семьи О'Коннери. Завещание родителей обязывало этих представителей оказывать ребятам любые помощь и поддержку, которая им могла потребоваться. То есть фактически выполнять их любое желание и требование, любую их прихоть.

Возможно, сообщив об этом, мистер Торнсон ждал, что ребята тут же кинутся в разгул, решив сразу использовать предоставленные возможности. Но их реакция его удивила. Для начала, не сговариваясь, они попросили время на размышления. А спустя несколько дней затребовали: во-первых, полный отчёт о своём состоянии; во-вторых, список мест нахождения других опекунов-представителей.

– Я бы мог передать вам файлы или бумаги, в которых есть вся информация о ваших активах и собственности, но на их прочтение вы потратите слишком много времени. – Мистер Торнсон говорил серьёзно, не проявляя высокомерия. – Вы уверены в своём желании?

– Много времени? – переспросил за сестру Дэн, оглядываясь на стену-экран в кабинете отца, где они и находились. – Насколько много времени?

Но, прежде чем мистер Торнсон ответил, вмешалась девушка:

– Если чтение займёт много времени, может, это можно показать как-то в уменьшенном варианте? Как-нибудь проще, чем документы или файлы?

– Например, как-нибудь нагляднее? – Опекун подался вперёд на камеру, словно разглядывая ребят ближе.

– Да… – отозвался Дэн, переглянувшись с сестрой. – Наглядней, пожалуй, подойдёт…

– Хорошо. – Мистер Торнсон кивнул. – Дайте мне пару часов, я пришлю вам информацию. – И отключился первым.

– Пару часов? – Даная почувствовала себя неудобно.

– Недовольна? – Дэн с ногами забрался в отцовское кресло и уткнулся в планшетник. – Тебе кажется это много или мало?

– Как сказать… – Девушка отошла от стола к шкафам и, задумчиво проводя рукой по корешкам стоявших там книг, договорила: – Много, если у него вся эта информация есть под рукой, и мало, если для того, чтобы ознакомиться с ней, нужно много времени. Как-то не стыкуется.

Она наклонила, не вытаскивая, одну из книг, оказавшуюся томом манги.

– Никогда не устану удивляться интересам родителей…

Дэн даже не взглянул в её сторону, но не замедлил ответить:

– Эксцентричность во всём – негласный девиз родителей.

Ответить было нечего. Даная знала это не хуже брата. А потому просто поправила книжный ряд и, ещё раз пройдясь рукой по корешкам книг, но больше не взяв ни одной, вернулась к столу. Села на его край и, достав айфон, тоже полезла в интернет.

Спустя ровно два часа сработал сигнал приёма связи, и на экране вновь появился мистер Торнсон.

– Ещё раз здравствуйте! – поприветствовал он, попутно вполголоса давая указания кому-то за пределами камеры. – Я подготовил вам отчёт о концерне. Но прошу учесть – это пока предварительная картина, требующая уточнения и прорисовки деталей, но она достаточно наглядна и сейчас для оценки общего масштаба деятельности всего концерна.

Склонившись, он щёлкнул мышкой. Его изображение сложилось в несколько раз и сползло в правый нижний угол экрана, а всё свободное место заняла карта.

– Это карта? – удивилась Даная.

– Карта мира, если точнее, – отозвал брат, привставая с кресла.

– Да, именно так, – согласился мистер Торнсон, – это карта мира, уточнённая по спутникам. С её помощью мне будет удобнее показать обширность ваших… эээ, активов. Информацию, которую мы успели внести, показана графически – световыми точками.

И в следующее мгновение карта, как гигантская ёлка, зажглась обилием огоньков. Некоторые горели отдельно, а некоторые составляли такие обширные группы, что просто слепили белыми пятнами.

– Разными цветами можно показать движимое имущество, недвижимость, акции, долгосрочные вложения, аренду, капитализации, действующие депозитарии и действующие пролонгированные отношения франшизы, франчайзинга и тому подобные договора…

Даная смотрела на карту во все глаза. Своих мыслей не было, но в памяти невольно всплывал голос отца. Тогда, давно, в детстве ей сказали, что она богачка, и она решила это уточнить у родителей.

– Пап, правда, у нас есть всё?

Матери переглянулись, а отец рассмеялся и уточнил:

– Кто тебе такое сказал?

– Ну мне просто сказали, что мы богачи и у нас есть всё-всё! Это правда?

Отец снова рассмеялся и, обняв её, посадил к себе на колени.

– Нет, малышка. Совсем всё нам и не нужно, у нас просто есть всё, что нужно для жизни.

Тогда она и представить не могла, сколько этого «всего» требовалось для жизни их семьи. И только сейчас увидела это наглядно. Да, Дэн прав: для осознания состояния семьи О'Коннери, им требовалась именно такая наглядность.

– На данный момент вы можете ознакомиться с доступной информацией, лишь коснувшись той или иной точки на карте. Если чего-то не будет, система создаст запрос и отошлёт мне. В кратчайшие сроки я подготовлю требуемое. И, кроме того, мы продолжим работу по внесению необходимых уточнений и недостающих данных.

Первым отошёл от шока Дэн. Переведя взгляд на мистера Торнсона, он чуть осипшим голосом спросил:

– А тут ещё чего-то не достаёт?

Опекун кинул взгляд вниз, куда-то на стол, словно сверяясь, и подтвердил.

– Да. Сейчас информация полна приблизительно на семьдесят пять процентов и содержит уточняющих фактов только на пятьдесят. Именно над этим мы и будем работать. – Он замолчал, ожидая новых вопросов.

– То есть здесь не хватает ещё четверти нашего состояния? – Даная не представляла, как Дэну удаётся задавать какие-то вопросы, в то время как она всё ещё не могла прийти в себя.

– Да, именно так. И ещё, насчёт опекунов-представителей. Пока не все из них вышли на связь. Вам переслать уже получившийся список, или подождёте более полной карты контактов?

– Мы подождём, мистер Торнсон. Благодарим и больше не задерживаем.

Опекун кивнул и отключился.

Дэн вышел из-за стола и подошёл к карте. Близко, почти вплотную. И начал рассматривать, водя пальцем.

– Да уж… Ух, ты… Круто… – восклицал он каждый раз, как от прикосновения его пальца на экране раскрывалось небольшое меню с текстом. Прочитав очередную табличку, он с энтузиазмом оглянулся на сестру.

– Ты знала, что у нас есть казино в Лас-Вегасе? – Даная покачала головой. – Смотри, тут доход в реальном времени указан и изменяется каждую минуту!

Изучение данных по карте заняло у них около недели. И даже не изучение… Они просто просмотрели информацию всех заинтересовавших скоплений или одиночных объектов. Просто так, в качестве общего развития. Ведь главное – наглядное отображение собственности семьи О'Коннери – они уже получили. Большего и не требовалось. Лезть в дела концерна на таком уровне никто из Дэн-Дэн не собирался. Зачем, если и без них это работает нормально? Без того хватало вопросов, действительно требовавших их участия.

На том и остановились, оставив карту с теперь постоянно дополняющимися данными на стене-экране в качестве заставки. Приблизительно ещё на неделю.

– Странно, – проговорил Дэн, бросая набирать что-то на ноутбуке.

– Что именно? – Даная, заскучавшая над теорией экономики, подняла голову.

Они вместе делали уроки, сидя в кабинете отца, недавно переоборудованном под их классную комнату.

– Просто странно, – отозвался Дэн и, оставив книги и ноутбук, подошёл к экрану. Остановился в метре от него в позе ценителя искусства, демонстративно заложив руки за спину. – Ничего не замечаешь?

Даная посмотрела на ставшую привычной карту и пожала плечами. Ничего особенного и тем более странного она не видела. Но за прошедшие годы она успела понять, что младший брат, несмотря на юный возраст, всегда оказывался умнее и проницательней неё.

«Он пошёл в отца», – говорили те, кто знал Эрнеста О'Коннери. Хотя, честно сказать, порой Данае казалось, что дело здесь не в наследственности, а в том, что в брате чудом уживались два человека. Подросток Дэн, безбашенный и безалаберный, как все дети, вспыльчивый, непредсказуемый, упрямый – и мужчина Дэниэл, взрослый, умудрённый жизнью, который всё знал, видел, просчитывал наперёд и мог извлекать выгоду для себя из любой ситуации. Поначалу Даная не раз задавалась вопросом, как такое возможно. Ответов не находилось, а потому она просто приняла брата таким, какой есть, порой забываясь и уже не понимая недоумения окружающих, как может ребёнок, каким он выглядел внешне, думать и действовать как взрослый.

Поэтому Даная ещё раз посмотрела на экран, мерцавший огнями. Лишь по истечении двух или трёх минут до неё стало доходить то, что увидел Дэн.

Огоньки облепляли изображения материков довольно-таки густо. Если смотреть не пристально, а чуть отстранённо, то создавалось впечатление, что материки целиком горят яркими огнями. Северная и Южная Америки, Африка, Индостан, Австралия, Антарктида, Арктика, Европа, Россия – россыпи огней вспыхивали на всех океанических акваториях. И при всём этом изобилии света тёмным омутом выглядела Восточная Азия.

Даная встала и подошла ближе, приглядываясь к географическим названиям. Китай, Корея, Япония, Таиланд, Вьетнам, Филиппины, Индонезия, Малайзия. И ни одного огонька. Ничего, пусто.

Дэниэл тоже подошёл и провёл раскрытой ладонью над тёмным пятном. Это не помогло. Отсутствие огней не было дефектом карты или грязью на экране. Практически одновременно Дэн-Дэн коснулись кнопки вызова мистера Торнсона.

Как ни странно, но он ответил не сразу. Когда на экране, наконец, появилось его изображение, он выглядел обеспокоенным и напряжённым.

– Добрый день, – поприветствовал он их. – Что-то случилось?

– Не то чтобы… – протянул Дэн. – Больше похоже, что что-то случилось у вас.

– Нет, ничего не произошло. – Мистер Торнсон отрицательно покачал головой. – Просто в процессе подготовки информации для вас я столкнулся со странным феноменом и вот сейчас решаю, как это перепроверить.

Ребята переглянулись.

– Речь, случайно, идёт не о том, что нет никаких следов присутствия концерна О'Коннери на территории определённых азиатских стран? – спросила Даная, перехватив инициативу.

Глаза их опекуна и представителя расширились.

– Совершенно верно, – потрясённо согласился он. – Как вы узнали?

– Наглядность помогла, – отозвался довольный собой Дэн, отходя назад и нагло усаживаясь на крышку стола. – Но что есть у вас?

– Истоки те же. Заинтересовало, что на этом месте карты нет никаких регистраций. Начали делать запросы – и ответ получили тот же. До сих пор концерн не имел никаких контактов с азиатским сектором.

– Очень странно, – пробормотала Даная, – насколько я помню, мы с родителями несколько раз посещали Японию, и они весьма серьёзно увлекались азиатской культурой. Так почему же?

– Мне также известно о ваших поездках с родителями, – подтвердил опекун. – Поэтому я попытался проверить данный факт с ещё одной стороны…

– Вы решили уточнить, есть ли наши опекуны-представители на территории данных стран? – спросил Дэн, не поднимая головы, просматривая информацию с карты через планшет. – И как, есть? Скорее всего, да, но где-то в одной стране. Например, в Японии, не так ли?

ГЛАВА 2. РЕШЕНИЕ

Для кого-то могло бы показаться странным, но Даная не удивилась, когда Дэн снова оказался прав. Опекун-представитель действительно нашёлся в Японии.

– Здравствуйте!

Мужчина на экране выглядел как обычный японец. Представительный, невысокий, в силу возраста чуть оплывший, но не располневший. С острым, но сейчас немного растерянным взглядом.

– Здравствуйте! – в тон японцу отозвался Дэн, поднимаясь из кресла и склоняя голову в приветствии. – Меня зовут Дэниэл О'Коннери, а это моя старшая сестра Даная. Приятно познакомиться!

– Добрый день! – тоже кланяясь, поздоровалась девушка.

– Приятно познакомиться, – поторопился ответить опекун, – Таканори Кавада, к вашим услугам.

– Итак, когда с условностями покончено, – тут же перестроился Дэн. – По факту вы же знаете, кто мы?

Японец кивнул. Ему удалось справиться с удивлением, и теперь он выглядел спокойно и по-деловому.

– Вы наследники семьи О'Коннери, Даная и Дэниэл. У меня есть документы, по которым я имею право представлять ваши интересы с вашего согласия на территории Японии, и с вашего же разрешения – на территории других стран азиатского сектора. Прошу простить моё первое удивление. Но документы я получил около десяти лет назад, и до сих пор никто со мной не связывался. Я не мог предположить, что встреча с вами состоится.

– Но вы наверняка следили за деятельностью концерна наших родителей? – Касаясь бизнеса, Дэн неизменно превращался во взрослого. – Ведь так?

Японец медленно кивнул.

– Совершенно верно. Я отслеживал деятельность концерна. Я деловой человек и не мог игнорировать хотя бы минимальную возможность работать с такой компанией.

– Вы и не игнорировали. – Дэн посмотрел в планшет, – Есть информация, что вы несколько раз обращались к руководству с коммерческими предложениями…

– Да, именно так. Но мне отказывали.

– Вижу… Ох, Дэн… – Дэниэл посмотрел на Данаю, – Прикинь, отказывали мы!

– То есть? Как? – на лице Кавады-сана снова отразилось лёгкое потрясение.

Даная постаралась улыбнуться самой милой улыбкой.

– Видите ли, по требованию родителей мы принимали участие в работе концерна, даже будучи совсем детьми. И потому большинство коммерческих предложений нам реально озвучивали. Видимо, в том числе запросы от вас. – Девушка оглянулась на брата, но, получив в качестве поддержки только пожимание плечами, продолжила: – И, вероятно, нам они не понравились… Неоднократно…

– Чем на тот момент занималась ваша компания? – вмешался Дэн. – Хотя не важно! Сейчас концерн О'К примет любое ваше предложение и поддержит любое ваше направление развития. Есть ли у вас какие-либо пожелания?

Лицо японца просветлело, и он заулыбался.

– У вас отличная деловая хватка для вашего юного возраста, Дэниэл-сан.

Дэн не потрудился поднять головы, услышав это.

– Просто считайте, что у меня редкая болезнь, когда мозг и сознание взрослеют раньше тела. Тогда у вас не будет нужды отвешивать мне сомнительные комплименты, и вы сможете в полной мере сосредоточиться на делах бизнеса.

Объяснения и слова брата показались Данае слишком грубыми, и потому, как только он замолчал, она снова улыбнулась, подбадривая опешившего опекуна-представителя, и постаралась смягчить общее впечатление.

– Мы благодарим вас за готовность сотрудничества с концерном О'Коннери и готовы выслушать ваши предложения. Думаю, в этот раз вы отказа не получите.

Предложения у Кавады-сана имелись. Много предложений. Создавалось впечатление, что, получив долгожданное согласие на сотрудничество, он торопился восполнить пропущенное за все эти десять лет. Но торопился он как положено достопочтенному самураю, степенно и обстоятельно. Буквально за пару часов от него поступило до полусотни проектов: с полной выкладкой экономических прогнозов и анализом получения прибыли от вложений, и активного участия в них концерна.

Неизвестно по какому признаку отбирались для ребят представители-опекуны, но господин Кавада своего поста точно заслуживал. Дэн-Дэн смогли оценить его по достоинству, уже бегло просмотрев большую часть полученных материалов.

Кавада-сан действительно не терял времени и очень внимательно следил за концерном O'Коннери. Все его предложения были тщательно продуманы и походили на логическое продолжение политики концерна, но именно на территории Азиатского сектора. И это не стоило упускать из внимания, так как до сих пор именно благодаря использованию национальных, географических, и экономических особенностей открываемых рынков, концерну О'К удавалось строить свою собственную инфраструктуру, удачно вливаясь в существующие системы и получая с этого выгоду.

Полностью сосредоточившись на необходимости расширения влияния концерна на территории Азии, Кавада-сан разработал подробнейшие рекомендации к шагам, которые следовало предпринять.

Как ни странно, было предположить, но развёртывание стратегий наступления он предложил начать с Южной Кореи, и дал этому довольно-таки обширное пояснение, снабжённое дополнительными выкладками и анализами. Суть их сводилась к следующему: маленькая, рядом со своими соседями, Южная Корея могла дать значительно больше контактов для бизнеса, чем огромный Китай, выбивающийся в лидеры по производству разнообразнейших товаров, но в буквальном смысле беря количеством, и консервативная Япония, зависшая на стадии традиций и брендов, и на данный момент не имеющая чёткой направленности в политике.

Остальные азиатские страны имели вес лишь в самом секторе и могли пока выступать только в качестве принимающих, но никак не в виде продвигающих торговых площадок. Хотя для их развития в этом плане уже существовало множество предпосылок, которые Кавада-сан также предлагал использовать, но только после укрепления позиций в ведущей тройке.

То есть, Южная Корея, оказавшись своеобразным узлом между традициями и прогрессом, качеством и признанием, и даже выступив, пусть против воли, волнорезом между политиками коммунизма и капитализма, вполне подходила в качестве основного плацдарма будущих экономических завоеваний концерна O’K.

Это звучало убедительно, а потому Дэн-Дэн после непродолжительных совещаний приняли все проекты Кавады-сана, тут же перенаправив в соответствующие подразделения концерна для исполнения, в тоже время оставив за опекуном право контролировать и координировать правильность отработки его рекомендаций.

Личное участие Данаи и Дэниэла в данном случае не требовалось, но выкладки Кавады-сана относительно Южной Кореи их заинтересовали. На фоне новой информации становилось непонятным, почему в своё время родители не стали вводить концерн О'Коннери в Азиатский сектор. И ребята просто не смогли пройти мимо такой вопиющей нелогичности.

Они изучили самую разноплановую информацию об Азиатском секторе в целом и каждой стране, входящей в него – в частности, но единственный вывод, который смогли получить из этого – вероятность, что в своё время старшим O’K помешала политика. Хотя она же не мешала им на Кубе и в сотне других политически кипящих котлах.

Пожалуй, именно это очередное несоответствие убедило ребят в том, что если они хотят хоть что-то понять, то стоит посетить лично хотя бы одну из стран.

Чтобы увидеть всё своими глазами, а не по сводкам и отчётам.

Вариант посещения той же самой Кореи в качестве туристов ими просто не рассматривался. Турист не может увидеть столько, сколько увидит человек, проведший в новой для него стране немногим больше времени, чем отпуск. Кроме того, если это посещение будет связано именно с вопросами бизнеса, вынужденной открытости станет в разы больше. А ещё получение и проверка любой информации уже не станет чем-то вызывающим, а сочтётся само собой разумеющимся.

Такие мысли побудили Дэн-Дэн озадачить Каваду-сана поиском дополнительного проекта, в котором бы они сами могли принять участие, пока в обычных для себя ролях – в качестве моделей.

Опекун-представитель, в чьей компетентности и уже абсолютной невозмутимости относительно восприятия их решений и действий ребята уже убедились, решил этот вопрос крайне быстро и легко. Применив банальную тактику: спрос – предложение, он свёл японскую компанию по производству качественной молодёжной одежды, которая давно искала способы выхода на рынок Кореи – с корейской фирмой, имевшей развитую сеть магазинов по продаже такой одежды. А, дополнив это финансированием от концерна O’K для расширения производства в Японии и оплатой снятия некоторых ограничений по размещению рекламы в Корее – получил двух благодарных партнёров, приличный процент от будущих доходов и весьма жирный контракт на участие в рекламной компании для Данаи и Дэниэла с открытой датой. То есть, они могли приступить к съёмкам, когда будут готовы сами.

Единственное, что не получилось решить сразу – вопрос с жильём. Младших О'К, привыкших к домашнему уюту и свободе своего замка, абсолютно не привлекала идея жить в гостинице. Тем более, то длительное время, которое они планировали провести в Корее по делам бизнеса и со своими личными расследованиями. И потому весьма лаконично, но категорично они высказали свои пожелания. Просторный дом в Сеуле, находящийся на уединенной территории, в удалении, если не от самого мегаполиса, то, по крайней мере, от его центра.

Просторный дом в уединенном месте, удалённый от центра в переполненном Сеуле? Каваде-сану потребовалось около месяца, чтобы найти подобное место. Но он сумел сделать и это, в результате своих поисков найдя и просто выкупив у владельцев огромный жилой дом, внешний вид и внутреннее наполнение которого устроило ребят.

И только тогда, как последние приготовления к поездке завершились, личный самолёт семьи О'Коннери поднялся на крыло, чтобы спустя десять часов доставить Дэн-Дэн в Южную Корею.

BACKSTAGE: ДАНАЯ

Вживую дом Данае понравился ещё больше, чем на фотографиях. Белоснежный, в окружении деревьев и крупных папоротников, похожий на стеклянный кубик Рубика. Одинаково потрясающе он выглядел, как в вечернем полумраке, подсвеченный изнутри и снаружи, так и утром, когда солнечный свет едва поднявшегося светила благодатно заливал весь дом, заполняя его собой до краёв.

За те сутки, которые получились у Дэн-Дэн для отдыха после перелёта, девушка успела полюбить новое жилище, удивительным образом отразившее их с братом общее настроение. Ожидание чего-то интересного и предвкушение разгадки тайны. А самым приятным было то, что никто не нарушал их уединения, позволяя привыкнуть к новой обстановке.

По словам опекуна, который связался с ребятами на следующий день, прислугу предупредили о нежелании новых хозяев с кем-либо общаться, и она будет приходить в строго отведённое время, при этом, стараясь как можно меньше попадаться на глаза. А по возможности вообще избегать встреч.

Таким образом, опекун постарался оградить Дэн-Дэн от излишне постороннего внимания. При этом выяснилось, что за домом будет вестись круглосуточное наблюдение для обеспечения их безопасности. Мера вроде бы излишняя, но отменить которую ребята не решились.

С Кавадой-саном они встретились лично, лишь, когда он в день съёмок приехал за ними сам. По пути рассказал, что компания, с которой концерн подписал контракт на рекламу, уже арендовала павильон для съёмок в здании одного из известных в Корее агентств. К съёмкам всё готово. В один день будет проведена и фотосъёмка, и съёмка для подготовки рекламных роликов. И Кавада-сан беспокоился, что ребята устанут.

– Не волнуйтесь Кавада-сан, мы уже не раз участвовали в продолжительных съёмках, – успокаивала его Даная, – Нам не впервой.

– В любом случае, это крайне тяжело для таких молодых людей как вы, и я хочу, чтобы вы чувствовали себя комфортно. Это моя обязанность – как вашего опекуна и представителя.

– Хорошо, – легко согласился с ним Дэн. – Если нас что-то будет не устраивать или что-то потребуется, мы же просто можем обратиться к вам, правильно?

– Совершенно верно.

– Значит, нам не о чем беспокоиться.

Но кое-что для беспокойства всё-таки нашлось. Помощник Кавады-сана встретил их у здания агентства и тут же зашептал ему что-то на ухо. Опекун побледнел. И оглянувшись в некоторой панике на ребят, зашёл первым. Они последовали за ним. Помощник сначала пропустил их на входе вперёд, но в здании обогнал, чтобы показать какие-то документы охране у входных терминалов. И господа в синей форме их пропустили. С каким-то странным выражением на лицах. Казалось, что они едва сдерживали желание приветствовать ребят, коснувшись раскрытыми ладонями козырьков фуражек.

– Интересно, кем им нас представили? – беспардонно лыбясь, поинтересовался Дэн.

Даная скользнула взглядом по стоящим навытяжку людям и безразлично пожала плечами.

– Не удивлюсь, если племянниками нынешней президента Кореи. Смотри, какая выправка. Только какой смысл…

– Ну, чтобы нас пропустили и не приставали, – наставительно произнёс Дэн. – Тут же мощная иерархия, несмотря на демократию…

– Много ты знаешь, – фыркнула Дэн, – Меньше выпендривайся, а то тебя всерьёз никто принимать не будет.

– Дэн, мне только будет четырнадцать, – брат, дурачась, сделал несколько танцевальных па, легко двигаясь по мраморному полу, – Почему меня кто-то должен воспринимать здесь всерьёз? Мы приехали сюда по своим личным делам и плюс сделать несколько фоток для рекламной компании. Для этого от нас не нужна серьёзность. Нам лишь нужно улыбаться и мило хлопать глазками. То есть всё, как обычно.

Но прежде чем он продолжил, к ним обратился помощник опекуна, буквально перед этим заканчивая разговор по мобильному телефону.

– Кавада-сан попросил меня сопроводить вас до съёмочного павильона. Но пока там кое-какие неувязки, возможно, вы захотите просто прогуляться по зданию в ознакомительной экскурсии?

– Неувязки? – напрягся Дэн, мгновенно становясь серьёзным.

– Не беспокойтесь, – тут же успокоил его молодой человек, – Всё решаемо, просто Кавада-сан не хочет доставлять вам неудобства.

– Хорошо, доведите нас до павильона, – согласилась Даная, и, предупредив попытки помощника возразить, добавила: – Раз Кавада-сан хочет, заходить мы не будем. Но прежде чем мы пойдём любопытствовать, нам нужно знать, куда возвращаться.

Оба собеседника с ней согласились. Довольно щурясь от предвкушения вылазки, Дэн едва дотерпел дойти до дверей съёмочного павильона. И только увидев нужную табличку, тут же испарился в неизвестном направлении. Даная за него не беспокоилась. Они оба имели идеальное чувство ориентации в пространстве, и потому она не сомневалась, что, нагулявшись, брат вернётся сюда же, безошибочно найдя нужную дверь.

А когда, извинившись, помощник исчез в павильоне, Даная осталась в коридоре одна. В отличие от Дэна блуждать по незнакомому зданию ей не очень хотелось. На самом деле, оставшись без брата, она почувствовала себя крайне неуютно. Но стоять перед дверьми павильона означало выглядеть глупо. Такая перспектива девушке нравилась ещё меньше. Поэтому, оглядевшись и прислушавшись, она выбрала самое тихое ответвление коридора и пошла туда, осматриваясь вокруг.

Здание поражало. Интересно и немного странное. Много стекла, бетона, электрического света и музыки. Наполненное людьми, как муравейник. Даже в самых спокойных коридорах люди непременно встречались, разве что значительно меньше: погруженные в свои заботы и мысли, они быстро проскакивали мимо, не обращая внимания на девушку. Она же, стараясь их не беспокоить, просто смотрела по сторонам и искала что-нибудь интересное.

Шла, ориентируясь, в основном, на шумы, уходя от них подальше. И потому, резко зазвучавшая музыка из-за ближайших к ней дверей, девушку немного напугала. Но ритмичная и заводная, музыка привлекла внимание.

Даная осторожно заглянула вовнутрь. Там нашёлся обычный, разве что небольшой по размерам танцевальный зал с двумя зеркальными стенами, в которых отражались семь танцующих девушек. Кажется, шла репетиция.

Не удержавшись, Дэн зашла. Танцовщицы, слишком увлеченные своим занятием, смеялись и попутно показывали друг другу на промахи, по-доброму подтрунивая над ошибающимися, и на зашедшую незнакомку никто не обратил внимания. Видимо, появление чужих людей в танцзале агентства не считалось чем-то из ряда вон выходящим.

Раз за разом звучала одна и та же песня. Одна из девочек по окончанию снова включала её через дистанционный пульт, который на время танца прятала куда-то на пояс юбки. Раз за разом девочки, как в синхронном плавании, выполняли не сложные вроде бы движения, дружно открывая рот под фонограмму, всем своим видом изображая живое выступление. Со стороны выглядело забавно. Но Даная не смеялась. Ведь, несмотря на вполне обычный и даже банальный для попсовой песенки текст, мелодия заводила, и девушке уже просто хотелось попробовать потанцевать тоже.

Её желание исполнилось.

В начале очередного повтора в зал влетела женщина. В деловом костюме, с туго стянутыми на затылке волосами. Вероятно, менеджер или какая-нибудь ассистентка.

– Джоли, – громко позвала она, и осеклась, заметив Данаю, стоявшую у зеркальной стены. Буквально на мгновение её лицо отразило удивление и недовольство, но потом она собралась и подошла к танцовщицам ближе. Тихие переговоры, сопровождаемые бурной жестикуляцией, заняли всего пару минут. А потом они все ушли. Практически убежали, оставив Данаю в пустом танцзале наедине с музыкой, которую забыли выключить. А пульт от аппаратуры унесла с собой та самая девушка, что и отозвалась на имя Джоли.

И Даная решилась. Подошла к зеркалу, ровно туда, где до этого стояли девушки, и, чуть помедлив, вспоминая движения, начала танцевать…

ГЛАВА 3. GOT7, ИЛИ ТОЛПА СУМАСШЕДШИХ ДОРКОВ

BACKSTAGE: MARKSON

Для Марка утро началось почти как обычно. Ну, настолько, насколько оно могло быть обычным в общежитии Got7, где одновременно живёт семь разных по характеру парней, в том числе один до безбожия ответственный лидер.

Открытая резким толчком дверь хлопнула по стене, а вслед за этим…

– Марк-хён, Джексон, подъём, работа!

Джейби. Лидер, которого они выбрали и которого порой в тайне, а порой и не в тайне, сообща желали придушить. Так, от большой любви.

– Какая работа? – простонал с пола Джексон. Марк скосил на него один едва открытый глаз. Кай Ё вернулся со съёмок «Соседей» под утро. И, упав на свой матрас, уснул, не раздеваясь. Сейчас на слова лидера он отреагировал, но вставать не торопился. – У нас же выходной.

– Его отменили, будут съёмки. – Это в дверях снова нарисовался Джейби и оттуда же проорал: – Бэмбэм, буди Югёми! Джинён, вставай!

– Кто сказал? Какие съёмки? Когда? – Марк поднялся. Спорить с лидером не имело смысла. Он как то шило в заде – не отстанет.

– Звонил менеджер Кан, сказал, что у нас есть полчаса! – И снова исчез, на ходу стуча в дверь спальни тонсэнов. – Югёми, Бэмбэм, Джинён! Вставайте!

– Ван, вставай! – Марк пихнул друга вытянутой ногой. – Вставай, тебе ещё в душ нужно! А то потом не попадёшь!

Джексон, промычав что-то нечленораздельное, демонстративно отвернулся в сторону. Марк подумал и с силой запустил в него подушкой. А потом, сорвавшись с кровати, рванул в коридор от столько же прыткого со злости не выспавшегося Вана – чтобы там столкнутся с Джейби, уже опять нёсшегося к спальне тонсэнов. В разношенной майке и линялых боксёрах, лохматый со сна и такой же помятый, но уже в образе ответственного лидера, которому нужно срочно поднять шестерых уставших парней, а поэтому медленно, но уверенно разгонявшегося. Чудом увернувшись от столкновения, Джейби, не затормозив, ворвался к младшим в комнату. Сдёрнул одеяло с Бэмбэма, пнул кровать Югёма, дёрнул дверь комнаты Джинёна.

– Парни, подъём! Работа!

И умчался в свою спальню. Поднимать Ёндже. А утро меж тем становилось очень активным, несмотря на общее желание поспать.

– Хён, берегись! – крикнул Бэмбэм, показываясь в дверях спальни, увидев подносящегося к Марку Джексона. Марк пригнулся, а подушка, запущенная Ваном в его голову, пролетела сверху, и смачно влепилась в едва поднявшегося Югёма, опрокидывая его обратно. Пельмешка не умел рассчитывать силу. Ким Югём тоже. Обиженный макнэ схватил уже свою подушку и со всей дури запустил её в Джексона, который в этот момент пытался достать увернувшегося от него Марка. Попал в пробегающего мимо Джейби.

– Прости, хён!!!

– Задолбали вы! – Лидер обиделся и решил не откладывать процесс намыливания шеи тонсэна в долгий ящик. Пока он пытался достать Югёма, гоняя его по кроватям на пару с Бэмбэмом, а в располагавшейся меж спален гостиной также активно занимались спортом Марк и Джексон, из своей комнаты вышел Джинён. С миной Франкенштейна он осмотрел творящийся беспредел.

– И кто говорил, что у нас работа?

– Я в душ первый!!! – тут же очнулся Джексон и, спрыгнув со всё же поваленного Марка, рванул в сторону ванной.

– Хён, подожди! Ты же там надолго! – Бэмбэм понёсся за ним.

– Чёрт, Ёндже вставай! – опомнившись, заорал Джебом и, бросив воспитание тонсэнов, снова умчался поднимать главного вокалиста и главного соню в одном лице.

Позже Джейби пришлось выцарапывать из душа Джексона, чтобы впустить туда Марка и попасть самому. Тонсэнов он отправил в душ к Джинёну, пообещав тому купить новых шампуней, если эти оболтусы опять что-то там испортят. А когда, одевшись, Марк заглянул в спальню главных сонь, то увидел, как лидер, наполовину одетый, всё ещё трясёт своего «медвежонка», одновременно пытаясь его и разбудить, и одеть.

– Джейби, а про полчаса ты серьёзно?

– Ещё как! Менеджер скоро будет здесь! – Отчаявшись, Джебом уже не потряхивал, а со всей дури тряс спящего Ёндже, на него не реагировавшего. – Ну же, НикИнБи, просыпайся!

– А давай так. – В спальню зашёл Джинён и без предупреждения вылил на голову вокалиста стакан воды.

Это подействовало. Мокрый Ёндже подорвался с матраса как на пружинах.

– Что за?!

В следующее мгновение, едва сдерживая смех, Джинён схватил Марка в охапку и бодро вытолкнул его вперёд себя из комнаты, закрывая следом дверь и оставляя лидера разбираться с обиженным вокалистом наедине.

Всё, как всегда. Обычное сумасшедшее утро в общежитии Got7.

Джейби всё-таки удалось растормошить и заставить собраться их всех, даже Ёндже. Правда, он едва избежал очередной свары из-за того, что не пустил никого на кухню, к заветному холодильнику. Но положение спас менеджер Кан. Его чудный вопль из мобильного Джебома «Парни вниз и быстро!» сработал как виртуальный пинок. И заставил всех едва ли не кубарем скатиться к выходу из подъезда к ожидавшему там микроавтобусу.

– Привет, парни, – поздоровался менеджер излишне бодро, наблюдая, как все привычно рассаживаются по местам, тут же пристраиваясь ещё подремать. – Вы уж простите, что выходной сорвался.

– Вот именно, нам же обещали выходной, – поныл Ёндже со всё ещё мокрыми волосами, надутым ежом оглядываясь на Джейби и Джинёна.

– Именно, вы вчера клятвенно обещали, что он у нас будет! – напомнил Марк, поправляя Югёма, который успел заснуть и едва не упал в проход меж кресел. Макнэ готовился к экзаменам всё свободное время меж репетиций и выступлений и почти не спал последнее время.

– Ещё раз простите, но решение приняло агентство. – Менеджер Кан, извиняясь, впервые выглядел действительно искренним. – Меня самого сегодня сорвали с выходного, я только час назад как из Пусана вернулся. Пришлось семью там оставить.

– Мы даже не позавтракали, – устало пожаловался Джексон. Запал, данный подушечным боем и мини-разминкой, закончился, и ему явно снова хотелось спать. Бэмбэм, уже продолживший дремать у него на плече, согласно кивнул.

– Детки, не ныть! – отрезал Джейби. – Нам не впервой, купим что-нибудь по дороге…

Но менеджер его прервал.

– Уж простите, но лучше закажем на площадку. Мы уже слегка опаздываем.

– Ага, как всегда, – фыркнул Джинён. И Марк его понимал. Скорее всего, завтрак им не грозит, и вероятнее всего он перейдёт в обед. Если повезёт.

Утренними стараниями Джейби прибыли они всё же вовремя. Но на подходе к павильону их остановил звонок телефона. Переговорив с кем-то, менеджер Кан тут же завёл их в ближайшую гримёрную и приказал ждать. На встревоженные расспросы Джебома ответил лишь, что на площадке возникла непредвиденная ситуация и нужно переждать.

Тонсэны тут же устроились в креслах продолжать досыпать. А Джексон, отпросившись у менеджера, прихватив Марка и Джинёна для компании, рванул в кафетерий агентства, надеясь взять что-нибудь перекусить. Джейби, как самый ответственный, остался с младшими и нервничавшим менеджером.

Бросив Джинёна в непривычно заполненном с утра кафетерии выбирать заказ на всех, Джексон вытянул Марка в коридор, якобы подальше от столпотворения. А там исчез. Туану показалось, что того окликнул кто-то из знакомых, и Ван, по обыкновению, помчался здороваться. Но твёрдой уверенности в этом не чувствовалось.

Возвращаться в кафетерий не хотелось. Марк не любил шумных сборищ. Ему более чем хватало общества сумасшедших мемберов. И после сегодняшнего бурного утра ему уже просто физически требовалось немного одиночества. А потому, недолго думая, он просто пошёл по коридору обратно в гримёрную, старательно избегая пересечений с кем-либо.

Услышав знакомую музыку, он из чистого любопытства заглянул в зал для тренировок, откуда та звучала.

В зале, наполненном звучащей из установки музыкой, напротив зеркальной стены танцевала девчонка в светлых шортах и коротком пиджаке, с распущенными кудряшками золотистых волос. Пожалуй, именно это заставило Марка зайти. Ему захотелось узнать, кто это. Среди обилия темноволосых и разноцветных коллег по сцене он не помнил ни одну столь светловолосую. Но девчонка танцевала, легко копируя движения Vidgn Grupp, при этом умудряясь не поворачивать лицо в сторону зеркала, где Марк смог бы его рассмотреть. Танцевала самозабвенно и сосредоточенно, не замечая его, уже зашедшего в зал и стоящего у дверей. Вскоре среди знакомых движений Vidgn Grupp начали проскальзывать вольные интерпретации ещё чего-то, также смутно знакомого. Это заинтриговало. Как и то, что танцовщица продолжала его не замечать, или же игнорировать.

И Марк не вытерпел. Но вряд ли бы он решился просто позвать её. Он лишь подошёл к зеркальной стене, напротив которой она танцевала. Встал на одну линию с ней и, дразнясь, повторил последнюю часть танца. Его отражённые зеркалом движения девушка заметила и, остановившись, обернулась к нему.

Он её не знал.

Красивая какой-то особенной, милой красотой, притягивающей взгляд. Пышная чёлка из золотистых кудряшек, тонкие длинные брови, пухлые губы, широко раскрытые глаза какого-то морского цвета, аккуратный носик на узком личике. С ладной и правильной в нужных местах фигурой. Высокая. Возможно, одного роста с ним. Но, наверно, моложе. Совсем не похожа на кореянку.

Марк оробел. Он всегда робел, когда рядом оказывались чужие люди, и ещё в большее смущение его ввергали оказывающиеся рядом девушки. Он вполне мог улыбаться и делать эгьё для них на камеру. И лишь его неразговорчивость в такие моменты выдавала его робость. Но, оставаясь с ними наедине, Марк полностью терял всю свою смелость и просто мечтал сбежать. Особенно, если девушки начинали проявлять повышенное внимание, узнавая в нём Летающего Марка из Got7. Не то чтобы он не любил людей или не любил девушек. Просто, сказать по чести, чертовски утомительно отбиваться от народа, желающего потрепать тебя как плюшевого мишку только потому, что тебя угораздило родиться красивым. Ведь и мемберы не упускали случая спросить его: «Марк, почему ты такой красивый?» Словно бы на это имелся умный ответ, кроме как «родители постарались».

Но, склонив голову к плечу, девушка оглядела его с ног до головы, не произнося ни слова. Её лицо не выражало ни удивления, ни страха, ни узнавания. Ничего, кроме слабого интереса. Она просто с любопытством смотрела, молча, ожидая его слов… Или действий?

Робость куда-то ушла. Неожиданно для себя успокоившись, Марк прислушался к музыке и сымпровизировал. Глаза девушки сверкнули азартом, и она повторила за ним. Легко, непринуждённо, просто. Но закончила новым движением. Ему на пробу…

Три года стажировки и год адской работы на сцене не прошли даром. Марк не задержался ни на мгновение, повторяя предложенное. И так же, как она, закончил новым элементом.

Это походило на игру. Они обменивались движениями, как мячом, ожидая, когда, наконец, противник пропустит подачу. Но никто из них не ошибался. Даже когда Марк начал вводить в танец всё более сложные элементы хореографии Got7, симпатичная незнакомка, встряхивая пушистыми волосами, повторяла его движения просто как восьмой член группы. Словно всё это время она только и делала, что тренировалась с ними в одном зале.

Когда в зал заглянул Джексон и позвал Марка, они, оба увлеченные происходящим, его попросту не заметили. Но Пельмешка слишком любил быть центром внимания. А потому просто не мог не вмешаться.

– Эй, эй, эй! – запел он, повторяя знаменитый сингл. Впустую. За громкой музыкой его голоса просто не услышали. Но увидели в зеркале.

Блондинка остановилась, резко оглядываясь. И Марк засмотрелся на то, как её светлые кудряшки едва ли не зависли в воздухе от этого движения.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Джексон, подходя ближе к другу, но не отрывая заинтересованного взгляда от девушки. Она же в свою очередь не сводила глаз с него. И казалось, что она по-прежнему никого из них не узнаёт. Иностранка, и не знает Got7?

Марк неопределённо пожал плечами:

– Танцую…

– Делать больше нечего? Забыл, что нас ждут? – прошипел ему Джексон, и вдруг широко улыбнувшись, пошёл в наступление: – Ха-ай! Меня зовут Джексон! А вас?

Девушка не ответила. А наоборот, подобралась, напряглась, теперь уже с тревогой поглядывая на парней и на выход из зала. Похоже, она прикидывала, как сбежать.

– Что за… – вполголоса ругнулся Джексон.

– Может, она не понимает корейский? – предположил Марк.

– Хай! – Тут же затянул Джексон по-английски, снова изображая улыбку Чеширского кота. – Меня зовут Джексон. А вас?

Взгляд девушки стал если не испуганным, то уж точно сильно обеспокоенным. Отчего Марк почувствовал искушение удержать её от бегства, схватив за руку…

Ему этого не потребовалось. Из динамиков установки зазвучала неизвестно как оказавшаяся там песня U-Kiss «Believe» трёхлетней давности, и танцовщицу вновь затянуло. Соединив танцевальные партии вступления вокалистов-сонбэ, она изогнулась причудливым образом, снова повернулась к зеркалу и, улыбаясь, подарила их отражениям воздушный поцелуй.

– Да что такое…? – успел возмутиться Ван. Но Марк ответил на улыбку и вступил в новую партию, повторяя вполне известные движения U-Kissов. Белокурая кудряшка привлекала его всё больше. А мысли о ней вполне совпадали со словами песни, под которую они танцевали.

«Подумай обо мне и не стесняйся.

Я думаю, что мы идеально подходим друг другу.

Я не сделаю ничего плохого, просто давай увидимся снова!»

Лишь пару минут спустя, получив резкий тычок от Марка по рёбрам, в битве решился поучаствовать Кай Ё, в своей манере исказив известные движения. И раздражённо зашипел, когда девчонка, не смущаясь, повторила его вызывающий по-мужски выпад, добавив к нему просто чертовски эротический прогиб и подъём от пола.

Марку потребовалась вся его гибкость, чтобы повторить это за ней, и он не удержался от искушения задействовать в последнем движении Джексона.

Подействовало неожиданно. Девушка остановилась, прикусив губу. Весь её вид выражал обиду и, может, чуточку злость. И понятно, ведь повторить парные движения в одиночку нелегко.

– Дэн? – В зал заглянула ещё одна белокурая голова. – Дэн!

Девушка оглянулась на зов и заулыбалась. По-прежнему не произнося ни слова, она жестом позвала к себе заглянувшего. Им оказался парнишка. Такой же высокий и блондинисто–кудрявый, как и незнакомка. Разве что более худосочный, даже худощавый, и явно ещё моложе. Не смущаясь и ничего не спрашивая, он вошёл в зал и подошёл ближе. И прежде чем девушка молча втянула его в парный танец, Марк успел заметить лёгкое удивление в его взгляде, обращённом к нему и Джексону.

Удивление, не связанное с незапланированным танцем. Парнишка их явно узнал. Но больше ничем не выдал своего открытия. Спокойно, сосредоточенно он подыграл Кудряшке, с лёту уловив условия игры и вместе с ней выдав новые элементы танца. Так начался второй раунд, правда, продлившийся недолго.

Не успело проиграть и пары мелодий, как вдруг оба блондинистых чуда вздрогнули, почти одновременно, и, остановившись, так же синхронно извлекли на свет божий айфоны. Посмотрев на экраны, переглянулись и, не сговариваясь и не прощаясь, пошли к выходу.

– Ну конечно, звонок телефона – отличный способ улизнуть! – пробормотал недовольный Джексон вслед удаляющейся парочке.

Марк же почувствовал злость. Не потому, что ему не удалось поймать Кудряшку на ошибке, а потому, что она уходила сейчас вот так, не попрощавшись. И пусть она и не поздоровалась перед этим, пусть он не знал, кто она и как её зовут… Но, заинтриговать и уйти вот так просто, не оглядываясь? Это злило!

Джексон продолжал пыхтеть на мандарине, и, как казалось, его мог слышать только Марк. Но девушка, вероятно, услышала и, обернувшись, смерила парней изучающим взглядом, а потом…

– Дэн!

Парнишка, почти дошедший до двери, оглянулся через плечо.

И словно начались съёмки Матрицы. Кудряшка, сделав резкий шаг вперёд легко, как на пружинах, оторвалась от пола и полетела в кувырке к Белобрысому. Тот, заметив её движение, прогнулся назад, выгибаясь дугой. Она одной рукой оттолкнулась от его колена, сделала в воздухе стойку Джейби, ещё один поворот в воздухе вдоль оси тела и сальто вперёд. В это же время мальчишка, опершись на одну руку, также вскинулся в стойке, и сальто назад, а, приземлившись, сразу сделал ещё одно сальто уже вперёд. Чтобы опуститься на пол почти одновременно с приземлившейся девушкой. Музыка, словно ожидавшая этого, заткнулась, и в наступившей тишине резко, как звук выстрела, прозвучали щелчки каблуков. Девчонка танцевала в босоножках!

Больше не оглядываясь, ребята вышли из зала.

– Я так не смогу! – запальчиво выкрикнул Джексон после пары минут молчания. И выглядел он так, словно эти две минуты Марк требовал от него повторения такого трюка. Но всё это время Марк молчал, думая о Кудряшке и её партнёре. Вряд ли ребята готовились. Скорее всего, они показали чистой воды импровизацию. И повторить подобное без подготовки мало кто сумеет, потому как от партнёров тут требовались идеальная концентрация и синхронность. При таком раскладе тот трюк, когда Джексон толкает его, прыгающего в сторону, выглядел просто детской игрой. И, как ни странно, Марк не расстраивался, что не может такое повторить. Его, скорее, расстраивала возможная близость блондинистых чуд, способных сделать такое, не сговариваясь.

– Ты знаешь? Я тоже! – рассеянно отозвался он.

– Тогда, может быть, прекратите валять дурака и вернётесь к остальным? – Голос Джейби привёл их в чувство. – Я вас уже полчаса ищу! Не вернёмся – влетит всем!

– Ты их видел? – Очнувшийся Джексон пролетел мимо лидера, зашедшего в зал, и выглянул в коридор.

– Кого?

– Ну… – протянул Марк, тоже направляясь к выходу, – был тут кое-кто.

У дверей он чуть притормозил и, игнорируя непонимающий взгляд Джебома, вдруг сделал сальто назад и тут же вперёд. Смазал. Так чётко, резко и далеко, как у ушедшего Белобрыса, у него не получилось.

– Да, я тоже не могу.

И вместе с притихшим Джексоном, наблюдавшим за ним, они вышли. Джейби оглядел пустой зал.

– Да блин, парни, что произошло?!

ГЛАВА 4. УЛЫБАЕМСЯ, И ПАШЕМ!

BACKSTAGE: O`K

– Что это было? – спросил Дэн, едва они вышли из танцевального зала. Даная пожала плечами.

– Просто так.

– Ты их знаешь?

– Нет. Мне просто музыка понравилась, и девочки до этого хорошо танцевали.

– Девочки?! Какие?

– До меня в зале репетировала какая-то девичья группа. Я немного подсмотрела их хореографию. А потом их позвали, и они убежали, оставив музыку включенной. И я просто решила попробовать повторить их движения…

– А как там оказались эти парни?

– Эльф…

– Эльф? – повторив Дэниэл хмыкнул, – Тощий и светлый… А что похож…

– Да, Эльф зашёл наверно так же, как я – из любопытства. – Даная чуть задержала шаг, вдруг вспоминая выражение лица парня, когда она повернулась к нему. – Он так смотрел на меня, словно ожидал, что я прям там на него нападу. Непонятно, с чего ему вообще пришло это в голову.

– А второй? – переключил её внимание брат.

– Второй, который Пепси…

– Кто?! – в этот раз Дэн от удивления даже остановился. – Почему, Пепси?

– Нууу, – девушка поймала одну из своих кудряшек, – В нём есть что-то от этой газировки. Тёмно-сладкий, шипучий до слёз.

– Ну и аналогии у тебя, сестрёнка. Ладно, Пепси… и что?

– Пепси, кажется, искал Эльфа – так же, как ты меня. А, найдя нас, начал приставать с вопросами.

– Вопросами?

– Он тупо начал клеиться, – Даная смутилась, а Дэниэл рассмеялся.

– И ты тут же попыталась сбежать.

– Типа того…

– И что ж, эти Эльф и Пепси оба тебе реально не понравились? – с хитрым прищуром поинтересовался брат, а девушка почувствовала острое желание съездить ему по уху. И даже в шутку замахнулась.

– А тебе не кажется, что это не твоё дело?

Мальчишка, будучи с ней одного роста, с лёгкостью перехватил её руку. Но шутливость с его лица сползла.

– Хочу попросить тебя об одолжении. Сделаешь?

– Ты о чём? – Даная, вдруг задумавшаяся над подколкой брата, едва не пропустила мимо ушей его просьбу.

– Нууу… То, что мы сделали сейчас в зале. Мы же никогда такого не практиковали. Но сделали это, не задумавшись. – Серьёзность снова исчезла. – Так, что в следующий раз предупреждай пожалуйста! И вообще, тебе стоит немного похудеть, ты мне чуть коленку не сломала!

Сказав это, Дэн хохотнул и рванул вперёд по коридору, убегая от возмущённой сестры. Бегом они вернулись к съёмочному павильону меньше, чем через десять минут. А зайдя, застали невероятную картину. Их опекун, ожесточённо не понижая голоса ругался с представителем компании.

– Мне это чудится? – потрясённо спросил Дэн у сестры.

– Вряд ли, – отозвалась Даная, не менее потрясённая происходящим. – Я тоже это вижу. – И поторопилась вмешаться, подав голос: – Кавада-сан!

Опекун оглянулся на её зов и замолчал на полуслове. Видимо только осознав, что вёл себя неподобающе.

– Мисс О'К. – Он склонил голову, пряча взгляд.

– Что происходит? – Даная не представляла, что может настолько вывести спокойнейшего и рассудительного японца из себя, чтобы тот повысил голос. И даже не так. Что могло случиться, чтобы он начал орать?

– Простите, Мисс О'К, – мужчина не торопился объясняться, старательно не встречаясь глазами ни с ребятами, ни с представителем компании. Тому такое не понравилось.

– Мисс О'К, – решительно заговорил он, – дело в том, что компания решила ввести в рекламный проект дополнительных моделей…

– В том и дело! – снова вспылил опекун. – В контракте прописано, что моделями выступают только семья О'К. Если компания желает, чтобы её продукцию представляли и другие модели, это может быть сделано, но отдельно от семьи О'К!

– Да какая разница! – тоже начал закипать представитель. – Мы уже на съёмочной площадке! Все готовы! Предложенные участники также уже здесь. Это займёт меньше времени в процессе съёмки и сократит время подготовки рекламных проспектов!

– Нет! Я не могу пойти на это! Я этого не разрешаю! – мистер Кавада снова сорвался на крик.

Даная решительно коснулась его плеча.

– Кавада-сан, давайте поговорим.

И мужественно выдержала тяжёлый взгляд мужчины. Долгие десять секунд потребовались ему, чтобы успокоится и согласно кивнуть. Они и Дэн отошли.

– Кавада-сан, вы можете чётче объяснить, в чём дело?

– Мисс Даная… – Мужчина всё же нашёл в себе силы говорить спокойно. – Как вы и говорили, вы с братом давно участвуете в рекламных акциях, рекламируя тот или иной бренд компаний, с которыми концерн О'Коннери вступал в партнёрские отношения. Неотъемлемое условие таких рекламных акций, что вы с Дэниэл-саном снимаетесь только в паре или по одному, без участия других моделей. Но параллельно у компаний всегда оставалось право заключать дополнительные рекламные контракты. И сейчас это условие оговорили заранее…

– Довольно глупое условие, – влез в разговор Дэн, озвучив мысль, возникшую в голове Данаи. – И кому только пришло такое в голову?

Опекун медленно осмотрел их обоих и лишь после этого ответил.

– Данное условие есть одно из распоряжений ваших родителей.

Даная и Дэниэл переглянулись. С момента исчезновения родителей Кавада-сан не первый, кто упомянул их и то, что те оставили какой-то список распоряжений относительно детей. Но никто не говорил, какие именно это были распоряжения.

– А какие есть ещё распоряжения? – тут же спросили ребята.

– Простите, но я могу озвучить лишь то, что на данный момент является предметом спора…

– Хорошо. – Даная первая взяла себя в руки. – Но чем грозит нарушение данного условия?

– Мы обязаны расторгнуть контракт. Концерн с лёгкостью найдёт новых партнёров. Если же я этого не сделаю… – Кавада-сан замялся, но договорил: – Я должен буду уволиться, как любой другой из ваших попечителей, не сумевших выполнить требуемое вашими родителями.

– Простите, – позвал издалека представитель компании, – вы не могли бы решать быстрее? Мисс О'К? Это ведь не страшно! Пожалуйста, соглашайтесь.

– Мы не боимся! – ответил за сестру Дэн. – Дайте нам ещё пару минут! Кавада-сан, всегда есть какие-нибудь оговорки. Что есть здесь?

Опекун взглядом человека под смертным приговором снова осмотрел ребят, но они ответили ему не менее тяжёлым взглядом.

– Кавада-сан, родители пропали десять лет назад… – снова перехватила инициативу Даная. – Мы за это время пусть не выросли, но точно повзрослели, а значит, некоторые распоряжения родителей вполне могли перестать быть актуальными. Наверняка родители это понимали, и значит, точно есть оговорки. Так какая здесь?

– Вам необязательно это делать, концерн не пострадает.

– Лично мне всё равно, буду я сниматься только с Дэн или будет ещё кто-то… – Дэниэл выглядел настроенным серьёзно. – Мне уже просто жаль потраченного времени.

– Я думаю так же, – в унисон отозвалась Даная. – Раз концерн не пострадает в любом случае, то уж давайте закончим съёмки и вернёмся домой!

Опять повисло молчание. Издалека доносились истеричные команды представителя компании, который от безделья начал гонять по площадке стафф.

– Кавада-сан? – нажал Дэниэл.

– Это и есть оговорка, – смирился мужчина, – ваше обоюдное согласие, принятое не под давлением сторонних лиц.

– В этом случае вы не должны будете уволиться? – уточнила девушка.

– Нет, – опекун смутился. – Но простите, что я не смог решить этот вопрос без вашего участия.

– Всё нормально. Рано или поздно такая ситуация возникла бы, – утешил его Дэн и первый пошёл обратно, навстречу обрадовавшемуся представителю компании. – Так с кем мы должны сниматься?

Хватило пары минут, чтобы Даная почти пожалела о своём согласии. На площадку зашла группа из семерых парней, а в их числе те двое из танцевального зала. И семь пар глаз, только найдя взглядами, уставились на неё, как на экзотическую зверушку. Даная ответила им тем же. Начала рассматривать их.

Первым привлёк её внимание высокий парень с круглым лицом и золотистой шевелюрой, совершенно ему не идущей, возвышавшийся на полголовы над группой. Он держался чуть позади и всё равно был виден благодаря своему росту. И интересному выражению лица. Он смотрел на Данаю широко открытыми глазами и с чуть приоткрытым ртом. Так смотрят дети в зоопарке на животных, которых давно мечтали увидеть. С восхищением и опасением. Ну, просто как ребёнок, несмотря на внешнюю взрослость.

Ещё двое походили на братьев: одинаково худощавые и мелкие по фигуре, что довольно-таки сильно выделялось, особенно в сравнении с первым. Почти одинаково одеты, просто иконы моды и стиля. Одинаковые причёски на угольно-чёрных волосах, почти одинаковые лица. Различались лишь их выражения: на лице того, что казался старше – удивление и подозрение. И сразу было не разобрать, какого именно чувства больше. Тот, что моложе, смотрел на неё, распахнув глаза, потрясённо и с каким-то особым восторгом. Даная почувствовала себя свечой новогоднего фейерверка. Пожалуй, только тогда можно испытывать подобный восторг. При этом он чуть приосанился, пытаясь казаться выше и солиднее. Правда, добился этим лишь желания погладить его по голове – за старание: такой милахой он стал выглядеть.

Следующий – какой-то прямо-таки средний. Среднего роста, средней комплекции, средней внешности. Из толпы его выделяла какая-то нелепая, блуждающая по пухлым губам улыбка, неопределённого цвета волосы, издалека кажущиеся влажными, отстранённый вид и родинка под правым глазом. Девушке пришло в голову, что, если бы он закрыл лицо маской, как это обычно делают айдолы в Корее, она бы всё равно смогла узнать его по этому чуть простоватому, далёкому взгляду и этой яркой, как точка, родинке. Вместе со всеми он смотрел на неё, но больше с интересом. Какой

Какой может вызвать что-то новое, ранее невиданное, фантастическое. И столько было этого интереса, что хотелось оглянуться и поискать взглядом то, на что он так смотрел. В голову не приходило, что так можно смотреть на неё саму.

Из троих оставшихся двоих она уже видела раньше. Эльф и Пепси. Но там, в зале, она не сильно-то их рассматривала, увлечённая танцем. Теперь на это время нашлось.

Она не ошиблась, называя парня искавшего Эльфа названием газировки. Казалось ему это подходило просто идеально. Если бы его показали в рекламе, то она даже на мгновение не задумалась бы, что же такое он рекламирует. Симпатичное лицо правильных очертаний с несколько великоватым носом. Сам спортивно подтянутый, что хорошо подчёркивала фиолетовая футболка. Но в дурацких штанах и чёрной бейсболке, из-под которой совсем не было видно волос. Взгляд, искрящийся весельем и чумовыми бесятами. Ухмылка комика, прячущаяся в уголках едва улыбающегося рта. Ухмылка, которая исчезла сразу, как только он вместе со всеми увидел Данаю. А жаль. Ведь с ней он выглядел просто очаровательно. Не то что его идиотская лыба, с которой он пытался знакомиться в танцзале. Теперь, напряжённый, он совсем не улыбался и смотрел на девушку, словно на врага. Со злостью, и… обидой? С чего бы?

Эльф. Кажущийся высоким из-за худощавости и аккуратного узкого лица, вызывал стойкую ассоциацию с киношными эльфами. К этому прилагались сияющие глаза под аккуратными бровями и широкая улыбка, обнажавшая белые клычки, которым позавидовал бы и Эдвард Кален. По крайней мере, теперь становились понятны его ожидания там в зале. Ожидание, что, узнав, она сейчас же на него кинется. Видимо, не только она считала его симпатичным. Скорее всего, он едва отбивался от фанаток. Ещё раз оглядев его, Даная вдруг подумала, что не только от фанаток, но и от фанатов. Тех, которые с голубыми наклонностями. Ведь был он весь какой-то мягкий, нежный, скользящий, сверкающе-жизнерадостный. До момента, пока не столкнулся взглядом с Данаей. И в одно мгновение он изменился. Изменился, как порой менялся Дэн. Вот только что стояло какое-то жизнерадостное шатенистое чудо, улыбающееся и едва заметно покачивающееся от мощи собственной волны позитива, а потом… Лёгкий ступор, узнавание, удивление, напряжение. И снова ожидание. Но чего он мог ждать теперь? Застыв на мгновение, он и не обратил внимания на руку, что легла ему на плечо в успокаивающем жесте.

А Даная обратила. И посмотрела на того, кто пытался успокоить Эльфа. Где-то на задворках сознания мелькнуло удивление, почему она не увидела его первым. Ведь именно он шёл едва ли не впереди всех и одним своим видом навевал мысли о мощи и силе ледоколов, которым по плечу вечные льды. От него одного исходило столько уверенности и харизмы, что хватило бы на сотни человек. Высокий, крепкий, не милый, а скорее очень симпатичный, уверенный. И даже самоуверенный. Похожий на мороженое. Холодный, но бесподобно вкусный пломбир в защитной оболочке замёрзшей шоколадной глазури. Его взгляд был самым интересным из всех на неё устремлённых. Она наверняка знала, что виделись они впервые. Но он смотрел на неё так, словно узнал, и потому сильно удивился, увидев здесь. Но это длилось недолго. Буквально каких-то нескольких мгновений. Потом оторопь и удивление прошли, и парень улыбнулся. Так широко, что его глаза пропали, превратившись в две узкие лунообразные щёлочки! И это сделало его похожим на хитрого лиса.

Семь разных парней и семь разных взглядов, но ни один не отвернулся даже во время собственного представления, словно бы оно было только для неё.

– Come and get it, – начал Лис. По ходу лидер этой группы.

– Got7! Здравствуйте, мы Got7! – тут же одновременно отозвались остальные, и они все вместе показали интересный жест. Опущенная вниз кисть, с поджатыми мизинцем и безымянным, и отставленным большим пальцами. Если присмотреться – походило на семёрку.

– Линия одежды, которую вы будете рекламировать, позиционируется как молодёжная, – начал представитель компании. – Группа GOT7, сейчас весьма популярная, как в Корее, так и в Японии, вписывается в эту концепцию, будучи подходящего возраста. Вместе вы составите очень удачную композицию.

– Может быть, нам не стоило всё же в это ввязываться? – шепотом спросил Дэн, разглядывая пышущих энтузиазмом стаффов, людей компании и остальных присутствующих. – Меня ещё никогда не называли элементом композиции!

– Думал бы об этом раньше, – также шёпотом отозвалась Даная, желая просто спрятаться за спину брата от любопытствующих взглядов ребят, которых назвались группой Got7, а особенно от сверлящих взглядов Эльфа, Пепси и Лиса.

– Понял, учту. – Дэн заметил её метания и взял за руку. – Успокойся, мы же профессионалы. Улыбаемся и машем!

Знаменитая фраза из Пингвинов успокоила. Тем временем мужчина с бейджем «помощник режиссёра» заговорил следующим:

– Для экономии времени организуем две группы. Пока одна фотографируется, другая переодевается, и наоборот. Первая – это мистер О'К, Марк, Джексон, Джинён, Бэмбэм…

К Дэниэлу тут же подскочили девушки из команды костюмеров и поволокли его в общую с остальными примерочную. В ответ на его растерянный и в то же время веселящийся взгляд, Даная лишь ощутила лёгкую тошноту. Раньше им с братом всегда выделялись личные примерочные, никто никуда их не гнал, не торопил, не ставил никаких условий. От них требовалось переодеваться и улыбаться. Но… Дэн, почти исчезая в толпе девушек, снова ей помахал. Точно, улыбаемся и пашем, тьфу ты, машем.

Ох, быстрее бы это закончилось!

– Вторая группа – мисс О'К, Джейби, Ёндже и Югёми… И вам придётся чуть подождать… – скомкал свою речь помощник режиссёра и, ввинтившись в толпу стаффа, сразу же исчез из поля зрения. А к Данае подскочила девушка.

– Мисс О'К, хотите чего-нибудь?

ГЛАВА 5. О ВОЗРАСТЕ, ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

BACKSTAGE: GOT7

– Странное деление… – пробормотал Бэмбэм, переодеваясь сам и наблюдая как парнишке, с которым им предстояло сниматься, удивительно услужливые костюмерши помогают с застёгиванием молний и пуговиц.

– Просто они посчитали, что вы будете недостаточно взросло смотреться рядом с моей сестрой, – в тон ему отозвался этот мистер О'К.

– Это мы-то? С твоей сестрой? – Марк сам не понял, что больше его взволновало. То, что паренёк косвенно представился братом Кудряшки или то, что он весьма неаккуратно надавил на общую мозоль, по крайней мере, двоих из присутствующих. Бэмбэму с его уже маниакальным желанием выглядеть круто и мужественно и ему, Марку. Будучи самым старшим в группе, он болезненно воспринимал намёки на возраст из-за недостаточного роста. Ведь даже макнэ группы был выше его. Белобрыс, походу, знал это, а потому не преминул воспользоваться.

– Ты что, его понял? Что он там на своём тайском брякнул? – тут же влез с вопросами Джексон. – Что он сказал?

– Он удивился тому, как нас, то есть вас, разделили.

– И почему это ты считаешь, что мы недостаточно взрослые? – Марк подошёл к мальчишке вплотную и с мстительным удовлетворением отметил, что, хотя бы его он выше. Оставался вопрос возраста. – Я, между прочим, старше тебя года на… – Он прищурился, прикидывая, сколько может быть лет нахалу. Но тот не стал дожидаться.

– Ты старше меня на семь лет, хотя нет, на восемь лет без одного месяца! – Белобрысая наглость перевела взгляд на Бэмбэма. – Ты старше на четыре года и три месяца, а ты… – он посмотрел на Джексона, – семь лет и четыре месяца!

– Блин, тогда почему ты не называешь нас сонбэ или хёнами?! – разозлился последний, напрочь игнорируя присутствие стаффа. К счастью, те старательно притворялись незаметными и вообще мебелью.

– С чего бы? – Глаза парнишки лукаво округлились. – С какой стороны вы мне братья или коллеги?

– Пацан, а вежливости тебя не учили в той дыре, откуда ты явился? – вмешался, наконец, в ссору Джинён. Сказать по правде, он не совсем понял, почему вообще завязалась перепалка. Ну, то есть, конечно, понял. Пришлый тонсэн явно перегибал палку в общении с ними. Можно было бы сделать скидку, что он иностранец. Но Джинён до сих пор не сталкивался с приезжими, которые с такой лёгкостью могли использовать неформальный корейский. Кроме того, парнишка явно знал и тайский, раз понял бормотания Бэмбэма. То есть хамство и наглость точно не связаны с плохим знанием языка. И всё же оставалось непонятным, почему к нему цеплялись Марк и Джексон.

А тем временем взгляд О'К потяжелел, наглая ухмылка спряталась где-то в серьёзно поджатых губах. Перед ними словно проявился другой человек, много старше любого из них.

– Я не пацан. Меня зовут Дэниэл О'Коннери. Там, откуда я, меня вежливости учили. Просто я не привык её тратить на тех, кто ведёт себя подобно детям, – чётко, на официально-вежливом корейском ответил вдруг парень. – И, должен сказать, что не рад нашему знакомству. – Это он уже сказал на тайском. – Крайне не рад, – добавил на китайском. – Но вынужден отработать сегодняшний день в вашей компании, – закончил на английском, глядя в упор на Марка. Немного склонил голову, то ли в приветствии, то ли в прощании, и вышел из примерочной вслед за девушкой, тянувшей его за рукав к дверям последние несколько минут. Оказалось, что до этого момента её никто и не замечал, сосредоточив внимание на О'К.

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

Несмотря на то, что Джейби обычно признавал лидерство за Джексоном или Марком, в реальной ситуации с проблемами в его отсутствие лучше всего справлялся Джинён. И сейчас то, что он не понимал происходящего, его слегка бесило. Но отвечать ему никто не торопился. Бэмбэм, получивший ни за что, тоже выглядел удивлённым. А вот оставшиеся двое даже не переглядывались.

– Вы его знаете? – дошло наконец до Джинёна.

– Ну, не то чтобы его, – пробурчал Джексон, позволяя обеспокоенным костюмерам, наконец, заняться собой.

– И не то чтобы знаем, – пожал плечами Марк и, проводив Белобрыса взглядом, сразу же вернулся в свой образ милого и улыбчивого вижуала GOT7.

А продолжить разбирательства Джинёну не дали. В примерочную ворвались мейкаперы.

BACKSTAGE: ДЖЕЙБИ

Джейби нервничал. Улыбался, как всегда, «работа – прежде всего», но нервничал. Начал, как только они с парнями пришли на съёмочную площадку. Хотя нет: нервничал с того момента, как утром позвонил менеджер и сказал, что сегодняшний выходной отменяется и им предстоит фотосессия. Для этого нужно срочно приехать в офис агентства. Джейби пришлось потрудиться, пока он смог поднять разоспавшихся парней. Все рассчитывали сегодня отоспаться, и принимать во внимание желание агентства никому не хотелось. Но на то он и лидер, чтобы суметь невозможное, как он делал это на протяжении всего года после их дебюта. Поднял, заставил одеться, едва ли не пинками загнал в микроавтобус, где их уже ждал менеджер.

– Привет, парни, – поздоровался тот излишне бодро, наблюдая, как ребята рассаживаются поудобнее, чтобы ещё подремать. – Вы уж простите, что выходной сорвался.

– Вот именно, нам же обещали выходной, – проныл Ёндже, главный соня, поднять которого оказалось сложней всего. Его волосы всё ещё были влажными после выходки Джинёна, и Джейби заволновался. Главный вокалист умудрялся простужаться даже летом из-за банальных сквозняков, плюс его постоянная аллергия.

– Именно, вы вчера клятвенно обещали, что он у нас будет! – напомнил Марк, отвлекаясь, чтобы поймать Югёма, который уже успел заснуть и едва не упал в проход между кресел. Макнэ готовился к экзаменам всё свободное время между репетициями и выступлениями, и потому почти не спал в последние дни, из-за этого умудряясь засыпать даже на съёмках. Как лидеру, Джебому, наверно, следовало поговорить с ним об этом. Не хватало ещё, чтобы он перед камбэком получил какую-нибудь травму из-за недосыпания.

– Ещё раз простите, но решение приняло агентство. – Менеджер Кан извинялся и впервые выглядел действительно искренним. – Меня самого сегодня сорвали с выходного, я только час назад как из Пусана вернулся. Пришлось семью там оставить.

– Мы даже не позавтракали, – устало пожаловался Джексон, на традиционный выпендрёж, не имея ни сил, ни желания. Он вернулся со съёмочной площадки «Соседей» практически под утро. На данный момент у него единственного из мемберов индивидуальная деятельность забирала и ночные часы в том числе. Так что Джебома всерьёз беспокоило его здоровье. Сразу вспоминалась травма, которую Кай Ё получил перед собственным днём рождения.

Но остальным приходилось не легче.

– Детки, не ныть! Нам не впервой, купим что-нибудь по дороге.

Но менеджер его прервал:

– Уж простите, лучше закажем на площадку. Мы уже слегка опаздываем.

– Ага, как всегда! – фыркнул Джинён. Как участник ещё JJproject, он лучше всех понимал, что, скорее всего, завтрак им не грозит, и он плавно перейдёт в обед. Если повезёт. В прошлом и за этот год такое уже случалось и не единожды.

Прибыли они всё же вовремя. Но на подходе к павильону их остановил звонок мобильника. Переговорив с кем-то, менеджер тут же завёл их в первую попавшуюся гримёрную и приказал ждать. На встревоженные расспросы Джейби ответил лишь, что на площадке возникла непредвиденная ситуация и нужно переждать.

Младшие тонсэны и Ёндже по устоявшейся традиции спать, где только можно, тут же устроились в креслах. А Марк, Джексон и Джинён, отпросившись у менеджера, рванули в кафетерий агентства, надеясь взять что-нибудь перекусить. Менеджер, отпустив ребят, сам умчался выяснять, что происходит на площадке, сказав, что позвонит, когда всё утрясётся. Джебом остался их ждать. И продолжать нервничать.

Лёгкий мандраж начался, когда спустя полчаса вернулся Джинён с пакетом, но без Марка и Пельмешки! Оказалось, что те бросили его в утренней очереди, а сами типа отлучились в туалет. Но не вернулись ни в кафетерий, ни в гримёрную.

Набрав им на мобильные и не дождавшись ответа, Джейби не выдержал. Оставив Джинёна за старшего, сам кинулся искать бездельников, не представляя, правда, куда их могло понести. К счастью, нашёл достаточно быстро. Как ни странно, в репетиционном зале недалеко от кафетерия. Нашёл по возмущенному возгласу Джексона:

– Я так не смогу!

Заглянув, обнаружил обоих. Взъерошенного Джексона, каким он выглядел всегда, когда его задевали, и спокойного и очень задумчивого Марка.

– Ты знаешь? Я тоже…

– Тогда, может быть, прекратите валять дурака и вернётесь к остальным? – взвился Джейби. – Я вас уже полчаса жду! Не вернёмся – влетит всем!

Но вместо того, чтобы послушаться, Джексон ожил и с воплем:

– Ты их видел? – пролетел мимо и выглянул в коридор.

– Кого? – нервная паника Джейби стала сильнее.

– Ну, – протянул Марк, тоже направляясь к выходу, – был тут кое-кто…

У дверей он чуть притормозил и вдруг сделал сальто назад и тут же вперёд. Явно смазал, но не расстроился, а как-то задумчиво и ревниво пробормотал:

– Да, я тоже не могу.

И, вместе с притихшим Джексоном, наблюдавшим за ним, он вышел. Джейби оглядел пустой зал.

– Да блин, парни, что произошло?!

Он не успел выяснить. Почти сразу зазвонил его мобильный. Менеджер звал на площадку. Пришлось бежать, на ходу дозваниваясь Джинёну, чтобы тот выводил младших.

Встретились у дверей павильона. Привели себя в порядок и вошли вместе. Группа Got7 в полном составе – как всегда полны энтузиазма и жизнерадостности. Они начали работать, но нервничать Джейби не перестал. Хуже всего, что он не понимал, почему так беспокоится. Не первый раз у них отменяли выходной, не первый раз везли на фотосессию или съёмки по требованию агентства, не первый раз они, уставшие и голодные, работали на публику. Всё это уже было. Ни одной причины для нервозности. Все знают, что делать, как себя вести. Новость от менеджера, что они будут сниматься не одни, тоже никого не обеспокоила. Наоборот, как и вовремя Live Got7, заставила парней в предвкушении начать оглядываться в поисках партнёров по площадке.

Нашли бы и без подсказки менеджера.

Много раз до этого его и деток спрашивали, как выглядит их идеальная девушка. Отвечали много и разное. В основном так, чтобы не обижать и не разочаровать фанаток. Невысокая. А где вы видели высоких кореянок? Темноволосая – та же история, если не айдол, так остальные почти не красятся, только если в экстремальные цвета. Большие глаза. Все они мечтали о больших глазах. Пластические операции на веках в Корее не делал лишь ленивый. Ну и, конечно же, светлая кожа и открытая улыбка. Ненавязчивая реклама обратиться к дерматологам и стоматологам.

Но в тех ответах имелись и реальные мысли. Обычные для парней их возраста. «Красивая, милая, улыбчивая, та, которая мне понравится».

«Та, от которой я не смогу оторвать глаз», – ответил однажды им Джебом, но не подозревал, что такая девушка может существовать на самом деле. В самом буквальном смысле – Такая.

Она смотрела на них, а он видел лишь её. Весь мир сжался в точку и спрятался в её тени.

Она привлекала взгляды так же сильно, как если бы её освещали все прожекторы площадки. Тонкая, звонкая, в светлых очень коротких шортах, открывавших стройные ноги, пиджак поверх чуть просвечивающей блузки. Золотистые кудри, немного не достающие до плеч, как у известной голливудской актрисы. Симпатичное личико с большими глазами, которые, казалось, ещё шире раскрылись, когда она увидела их, команду Got7.

Не только Джейби, все разом остановились, как вкопанные, разглядывая непредставленную блондинку. Но удивительное дело, что все они рассматривали её молча, не торопясь что-либо говорить. И это не походило ни на одного из них. В голове Джебома снова забилась тревога, а мир начал возвращаться в обычные размеры.

Рядом с девушкой обнаружился невысокий мужчина лет пятидесяти, явно японец, и худощавый парнишка, почти такой же светловолосый, как и она. И такой же миловидный, словно бы младший брат.

За общим столбняком Джейби едва не пропустил знак от менеджера.

– Come and get it? – привычно начал он.

– Got7! Здравствуйте, мы Got7! – так же привычно отозвались мемберы, отмирая. Но, и подойдя ближе к человеку от компании, заказавшей фотоссесию, ожидая продолжения, никто из них не перестал глазеть на девушку.

– Линия одежды, которую вы будете рекламировать, позиционируется как молодёжная, – начал представитель компании, но говорил, больше обращаясь к японцу и его подопечным. – Группа GOT7, сейчас весьма популярная, как в Корее, так и в Японии, вписывается в эту концепцию, будучи подходящего возраста. Вместе вы составите очень удачную композицию.

Девушка слушала молча, когда парнишка что-то шепнул ей на ухо. Она, не поворачиваясь, ответила и вдруг сделала попытку отойти за его спину. Его это развеселило; снова что-то сказав, он крепко взял за её руку, не давая отойти. При этом широко улыбаясь всем присутствующим. Казалось, что они действительно очень близки друг другу. Меж тем ответ спутника девушку успокоил и развеселил. Её губы тронула сначала слабая, а потом удивительно яркая улыбка.

Настолько яркая, что тянуло ей ответить. Но только не Джексону.

– Вот блин, они ещё и лыбятся… – раздражённо пробормотал он, всем своим видом выдавая неприязнь к будущим партнёрам.

– А почему бы им этого не делать, – в тон ему отозвался Марк, резко переставая улыбаться. Не желая разборок на площадке, Джейби успокаивающе похлопал напрягшегося вижуала по плечу.

А тем временем слово взял помощник режиссёра.

– Для экономии времени организуем две группы. Пока одна фотографируется, другая переодевается, и наоборот. Первая – это мистер О'К, Марк, Джексон, Джинён, Бэмбэм…

Худощавый парнишка оказался мистером О'К. Его и названых парней смела с собой команда костюмеров, сорвавшихся с места, словно по команде «Аппорт!». Девушка, оставшись в одиночестве, заметно напряглась. Но лишь на пару мгновений, а потом снова легко и непринуждённо заулыбалась. И только глаза немного выдавали её нервозность. Это в какой-то мере обрадовало Джейби. Ни его одного задевало происходящее.

– Вторая группа – Мисс О'К, Джейби, Ёндже и Югёми… И вам придётся чуть подождать… – скомкано закончил свою речь помощник режиссёра и, ввинтившись в толпу стаффа, сразу же исчез из поля зрения.

Мистер и мисс О'К. То есть точно брат и сестра – природная проницательность Джебома не подвела.

– Джейби-хён, – тихо позвал макнэ.

– Что? – отозвался Джейби, тут же выныривая из своих мыслей и поворачиваясь к Югёму.

– Почему нас так разделили?

Ёндже хмыкнул.

– Ребёнок, лучше спроси, почему нас разделили?

Лидер молча с ним согласился. Такой вопрос звучал бы правильнее. Но переадресовывать его тому же менеджеру не имело смысла, ответ Джейби знал заранее. Его и озвучил.

– Скорее всего, так нужно агентству…

– Но это ведь не означает, что они собираются реально разделить Got7?

Как макнэ Югём часто говорил нелепости и глупости, но порой умудрялся задавать и очень серьёзные, даже сложные вопросы. А после розыгрыша со скрытой камерой распад группы для него стал ежедневным кошмаром. Пусть он это и пытался скрывать, но все парни знали и больше старались не давать ему повода так даже думать.

– Не волнуйтесь, детки. – Джейби обнял младшего за плечи и подтянул к себе Ёндже. – Мы слишком хорошо смотримся вместе, чтобы нас разлучали.

Довольные улыбки послужили ему лёгким утешением, но не убрали тревогу. Без ушедших переодеваться, оставшиеся мемберы чувствовали себя не в своей тарелке. Подскочившая девушка-ассистентка предложила пока обосноваться в стороне на раскладных стульях, что они и сделали. Макнэ тут же взялся за телефон, куда накидал материалов к экзаменам. Ёндже натянул наушники, с которыми не расставался вне общежития: музыка его успокаивала. Джейби же достал айфон. Включив камеру и настроив увеличение, повернул его в сторону мисс О'К, собираясь сделать несколько фотографий для себя. Правда, сомневался, что возможностей гаджета хватит, чтобы сделать качественные снимки такой девушки. И её внешний вид, и её имя будоражили воображение, вызывая кучу вопросов.

Мисс О'К… Мисс «Всё отлично»? Такая фамилия или псевдоним?

Её и сопровождающего японца тоже усадили на складные стулья. Мужчина с кем-то разговаривал по мобильному. На его отдельные слишком громкие высказывания девушка морщилась, но молчала и не прерывала. Впрочем, он сам быстро заметил её недовольство. Тут же поднялся, глубоко поклонился и отошёл в сторону. Это поставило Джейби в тупик. Ведь ребята казались просто какими-то европейскими моделями. А поклон японца говорил, что всё не так. Девушка выглядела и вела себя как агасси, как дочь чёболя в третьем поколении. Но если это так, то какого чёрта она делала на съёмочной площадке? Впрочем, какие только причуды не приходят в голову богатым. Может быть, идея разделить Got7 принадлежала как раз им, а не агентству? Это походило на правду.

Новое волнение на площадке заставило Джейби отвлечься. Из гримёрной, куда уволокли ребят костюмеры, едва ли не выпала девушка-ассистентка, таща за собой блондина О'К. Впрочем, тащила исключительно несколько первых секунд. Так как, только выйдя, они поменялись ролями. Блондинчик остановился и, что-то найдя взглядом в толпе, направился туда. И теперь уже девушка бежала за ним, пытаясь остановить, но на парнишку это не действовало. Не сбиваясь с шага, он спокойно подошёл к группе людей, в которых Джейби опознал и помощника режиссера, и представителя компании, и ещё одного представителя агентства, вместе с их менеджером. Подойдя, О'К склонил голову, здороваясь. И без пауз решительно заговорил.

За шумом, какой обычно бывает на площадке, слова терялись. Но то что парнишка сказал собравшимся боссам, кое-кому из них не понравилось. По правде говоря, на их лицах чётко отразилось любимое всеми старшими выражение «это почему он нас учит?». Парнишка, проигнорировав такое пренебрежение к себе, продолжил говорить.

А Джейби только подивился его наглости. В Корее младшие редко обращались напрямую к старшим, хотя им и разрешалось говорить первыми. Но чтобы вот так, считая себя едва ли не на одном с ними уровне? Только, кажется, что-то мешало боссам послать его куда подальше, и потому, морщась, они продолжали стоять и слушать. Не задавая никаких вопросов. Парнишка, не смущаясь, продолжал, попутно показывая что-то на планшете, который ему подал подошедший представитель-японец. Когда только он успел там оказаться?

– Что происходит? – Ёндже заметил напряжённое внимание Джейби.

– Кажется, мистер О'К толкает какие-то условия, а местные боссы никак не могу решить, как его послать… повежливей.

– Хён, думаешь, съёмки отложат? – с затаённой надеждой поинтересовался Югёми, тоже вклинившись в разговор.

Джейби ещё раз взглянул на выражение лица парнишки и остальных и покачал головой.

– Вряд ли, но подождём.

– Чего ещё? – Вопрос оказавшегося рядом Джинёна застал Джебома врасплох. Оглянувшись, увидел вернувшихся парней.

– Вы уже всё? – удивился он.

– Ну, типа того. – Бэмбэм поправил воротник надетой толстовки с эмблемой компании. – Нас мэйкаперы отправили к менеджеру.

– Почему?!

– Потому что на площадке опять какая-то заминка, – сердито выдал Джексон. И лидер невольно порадовался, что сейчас за ними столько пристально не следят камеры, как на Live шоу. Парни стремительно выходили из образа, переставая походить на самих себя.

– И, кажется, опять из-за этого хама, – Марк кивком указал на О'Кея, всё ещё говорившего с боссами.

– Так кто-нибудь в курсе, чего мы ждём? – прорвавшийся диалект Джинёна выдавало нетерпение. А Бэмбэм, начиная вполголоса бормотать что-то на тайском, снова одёрнул одежду. Испорченный выходной начинал сказываться на общем настрое, и Джейби не представлял, что предпринять. Казалось, что его слов сейчас просто никто не услышит.

– Подождите. Слышите? – Ёндже поднялся со стула, прислушиваясь. Никто и не пытался за ним повторить, не даром он был главным вокалистом, и его слух все признавали лучшим. – Там наша песня, MoonLight…

И действительно, после того, как он сказал, основные ритмы песни услышали и остальные. А вслед за этим толпа боссов расступилась, освобождая место для возникших прямо в воздухе плоских картинок. Стоп-кадры из фильмов и какие-то фотографии. И на всех девушки в обнимку с парнями.

– Это что? – Югёми от удивления застыл с открытым по-детски ртом. Но ему не ответили. Во-первых, никто не понял, спрашивает ли он, как это сделано, или что означают все эти картинки. Во-вторых, никто не имел никаких ответов. В принципе.

– Мистера О'К не устроило ваше разделение, – ответил за всех подошедший менеджер. – Он предлагает сделать пробные фотографии каждого из вас с мисс О'К, а потом выбрать тех, кто так лучше будет смотреться. А это – его представления, как должны выглядеть фотопробы. И ещё… – Менеджер медленно осмотрел всю команду. – Соберитесь! Он хочет сделать из этого Live, а точнее онлайн Live-шоу, чтобы могли выбирать интернет-пользователи.

ГЛАВА 6. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ОКОНЧЕНО? ВСЕГО ЛИШЬ АНТРАКТ!

BACKSTAGE: ДАНАЯ

– Да блин!! – взорвался вдруг Дэниэл, отчего его голос сразу стал слышен на всей площадке. – Это – по-вашему – СЛИШКОМ?! Вы чё, серьёзно? А это тогда что, для категории пять с плюсом? – Отскочив от скучковавшихся взрослых, он с лёгкостью изобразил в танце секси-волны, завершив эротичным выходом со снятием куртки. – Серьёзно?! Да пошли вы!

Возмущённо швырнув куртку на пол, он оглянулся на Данаю.

– Съёмок не будет! Едем домой! – И первый быстрым шагом пошёл к выходу. Спорить с братом Даная и не собиралась. Изначально всё шло не так, и он первый хотел, чтобы это продолжалось. А раз передумал, так тому и быть. Поднялась и пошла, не оглядываясь, на ходу лишь обронив Каваде-сану, который тут же оказался рядом:

– Решите это без нас…

Мужчина согласно кивнул, опуская глаза в пол. Но девушка успела увидеть хищный блеск во взгляде, брошенном им на представителя компании. До этого они остановили гнев японца, приняв навязанные условия. Но теперь, когда Дэн взбунтовался, у их представителей развязались руки. Что ж! У семьи О'Коннери имелись свои привилегии. И последствия для других Данаю не беспокоили. Кроме, может быть…

Уже на выходе, сопровождаемая помощником Кавады-сана, она оглянулась на ребят из Got7. Те стояли в прострации, как и большая часть народа, занятого на площадке. То и понятно. Наверняка подобное здесь случалось и раньше: любые звёзды и модели бунтуют. Просто никто до этого момента не воспринимал Данаю и Дэна как тех, кто может диктовать правила. Перед стаффом Дэн вины не испытывала. Но вот парни… Из болтовни на площадке между скучающими ассистентами она слышала, что айдолов обломали сегодня с выходным ради этих съёмок. А раз съёмки не состоятся…

– Простите, – девушка затормозила, позволяя секретарю себя догнать, – ээ…

– Ито-сан, – подсказал молодой человек, улавливая её заминку с именем.

– Да, Ито-сан. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы приглашённые модели не пострадали в результате произошедшего инцидента. – Она не хотела называть имена или показывать рукой, но её поняли и так.

– Конечно, Мисс О'К-сама, будет сделано.

– И я бы хотела… Было бы желательно… – Она замялась, не зная, как выразить желание, чтобы им всё же дали выходной.

– Мы постараемся полностью компенсировать потраченное ими время. – Помощник Кавады-сана оказался не менее сообразительным.

– Отлично! – Даная вздохнула с облегчением. – И ещё… Вы же знаете, какие тут бывают рабочие графики? Думаю, им не дали времени на завтрак. А теперь они могут лишиться и обеда…

– Хотите ли вы пообедать с ними дома? Или выбрать другое место, где было бы удобно?

Действительно, сообразительность Ито-сана поражала. Даная задумалась. Её спасла смс – Дэн устал ждать. И, как всегда, они думали об одном и том же.

«Обедать с ними у нас дома – это слишком. Но стоит… и поесть вкусностей в каком-нибудь приятном месте!»

Девушка улыбнулась. Брат терпеть не мог извиняться перед кем-либо, кроме неё, считая себя правым всегда. Поэтому и в написании смс или электронных писем всегда опускал слова извинения.

– Ито-сан, полагаюсь на ваш вкус. Что-нибудь не обременяющее и подходящее нам всем.

С этими словами она вышла. В том, что её снова поняли, она уже не сомневалась.

Брата она действительно нашла в машине. Надувшись, как ребёнок, он раздражённо пинал водительское сиденье. Молодой человек в костюме, сидевший за рулём вместо Кавады-сана, стойко переносил это издевательство, не предпринимая попыток остановить.

– Прекрати, – попросила Даная, садясь рядом.

Брат прекратил бить кресло, но не перестал сердиться.

– Они меня взбесили!

Машина легко, без их указаний, сорвалась с места и влилась в поток автомобилей.

– Я это видела. Как и все остальные. – Даная отвернулась к окну, разглядывая город. – Но что ты хотел? Сам же сказал, что тебя не должны принимать всерьёз, раз тебе только четырнадцать!

– Да уж. – Голос брата стал спокойнее. – Я просто забыл, что мы не дома.

– Вот именно! – резче, чем рассчитывала, фыркнула Даная. – И что за фотоотбор? Тебе сейчас уши надрать или подождать до дома? Совсем сбрендил?

– Да что?! – возмутился Дэн, но тут же сник. – Прости! Просто я подумал, раз уж они навязали нам свои условия, то мы должны от этого хоть удовольствие получить.

– Удовольствие? Какое к чёрту удовольствие?!

– Ну, ладно! Тут не только удовольствие. – Дэн снова стал по-взрослому серьёзен. – Как ты уже поняла, Южная Корея – страна, любящая шоу. Вспомни программный ряд каналов. Шоу, шоу, шоу, меж них – новости, дорамы и музыкальные передачи. Поэтому, чем больше мы привлечём внимания, тем будет лучше. Ли Гон Сук, тот, что из «Доктор-Чужестранец» – из каждой его фотоссесии делают едва ли не документальный фильм для потомков. Чем мы хуже? Этот рекламный проект теперь фактически тоже часть плана входа концерна в Азиатский сектор. Поэтому можно с полным правом сравнить его с дебютом. Так что… просто сделаем это. А проваливаться семья О'Коннери не умеет! И где мы встречаемся с Got7?

В этом был весь Дэн. Переходить с темы на тему он умел виртуозно. Даная заулыбалась, неспособная сердиться на него дальше.

– Ито-сан, – брат непонимающее нахмурился, – это помощник Кавады-сана. Он подберёт для нас подходящее место, а также договорится о времени и сообщит…

– Он сообщит через меня, когда место и время будут выбраны, – отозвался с водительского сиденья молодой человек. – Простите, не представился раньше. Меня зовут Нам Со Джун. Кавада-сан распорядился, чтобы я стал вашим помощником на время пребывания в Сеуле.

– Только в Сеуле, помощник Нам? – тут же поддел его Дэн.

– Где вы пожелаете, турэним О'К, – в тон ему отозвался Со Джун.

Даная рассмеялась. Человек, с которым можно было бы пошутить, точно подходил для их общества.

– Очень приятно, помощник Нам.

– Мне тоже, агасси.

– Зовите меня просто Даная, вы же старше. – Со Джун сдержанно кивнул, глядя в зеркало заднего вида, соглашаясь с её просьбой. – Помощник Нам, у меня есть предчувствие, что общий с айдолами обед у нас будет не скоро, поэтому… – Она переглянулась с братом, и тот ответил ей кивком. – Поэтому, может быть, сейчас вы покажете нам какие-нибудь достопримечательности Сеула?

– Разумно. И есть ли какие-нибудь идеи для начала?

– Абсолютно никаких! – в один голос ответили ребята.

BACKSTAGE: GOT7

– Шикарный уход! – выдохнул Джексон, проводив взглядом ушедших О'Кеев. – А нам так можно? А, Лида?

– Рискни, – отозвался Марк вместо Джейби, расслабленно повисая на Югёме, – и нас вышибут из агентства быстрее, чем успеем сказать: «О'К».

– Так что, съёмок всё же не будет?! – Нетерпеливый макнэ просто засверкал от предвкушения отдыха.

– Боюсь, что всё не так просто. – Их менеджер качественно умел портить всё хорошее на корню. – Раз съёмки не состоялись, руководство поменяло ваш график, и сейчас у вас практика до четырёх с новым хореографом…

– До скольки?! – не сдержавшись, тихонько взвыл Ёндже, отчаянно ненавидящий эти часы, когда в ущерб пению его заставляли танцевать. А из-за желания сделать всё также хорошо, как и у других, он уставал от таких занятий в разы больше.

– До четырёх! Считаете, что новый шоукейс сможете отпрыгать без подготовки? Тем более это будет камбэк.

– До шоукейса ещё месяц! – возмутился Джексон, никогда не умевший молчать.

– Правильно, – согласился менеджер. – Всего лишь месяц, чтобы отшлифовать хореографию и записать дополнительные тизеры и фонограммы. И я не понял, вы что, забыли подготовку к дебюту? Расслабились?! После практики Ёндже, Джейби, Джинён – на композицию, остальные – два часа вокала!

– Чего? – Тут уже не сдержался Марк. – Зачем? Уроки вокала нам?

– А ты комментарии к Азиатскому Туру читал?! – тут же набросился на него менеджер. – Твоё с Джексоном выступление?! «Лучше бы просто говорили! Ни песни, ни рэпа! Безголосые прыгучие!!»

Джейби, Бэмбэм и Ёндже едва успели перехватить кинувшегося в драку Джейсона. А предусмотрительные Марк и Джинён закрыли кипящему Пельмешке ладонями рот. Как бы ни обижали слова, менеджер их лишь озвучил, а значит, если ругаться, то точно не с ним.

– А мне тоже вокал? – спросил Югём, пытаясь отвлечь внимание от свалки.

– А куда ты денешься?! Не позорно было хрипеть на Special Stage с Bounch?! Хорошо хоть ко второму куплету пришёл в себя! Совсем распустились! Как вы вообще собираетесь на камбэк выходить с такими-то успехами?!

Джейби, с трудом удерживая беснующегося Джексона, во все глаза смотрел на менеджера. И обычно строгий с ними, умевший находить болезненные моменты, заставлявшие их работать, до такой грубости он ещё не доходил. Не в его характере. Казалось, что он отыгрывается на них за срыв съёмок. Но они тут причём?!

– Ван-Ван-Ван-успокойся, – рэпил Марк, увещевая напарника-трикера. – Какой смысл орать и дёргаться? Пойдём, а я тебе вечером хоть пиццу, хоть тонкацу закажу! Только успокойся!

– Got7? – Звонкий голос привлёк всеобщее внимание.

Перед ними стоял парнишка-рассыльный.

– Ваш заказ… Кола, банановое молоко, пицца, куриные крылья!

– Мы не заказывали! – тут же отрезал менеджер. – Платить не будем!

– А я и не просил. – Паренёк равнодушно пожал плечами, ставя палетку с напитками на пол, сверху выставляя коробки с пиццей и большой бумажный пакет. – Всё оплачено, мне сказали лишь доставить… – И, договорив, ушёл, по-простецки глазея по сторонам. Видимо, на площадке для съёмок оказавшись впервые.

– Пицца! – Джексон тут же забыл про менеджера, кинувшись к пакетам. – Югёми, лови! – Он швырнул макнэ бутылочку бананового молока. – Как ты любишь!

– А что там ещё?

Парни обступили Пельмешку и неожиданный подарок.

– Так, пицца для меня, вы же не любите, а крылья… Крылья, наверно, вам! О, Марк-хён, смотри, яблочный мармелад! – Джексон с энтузиазмом потрошил содержимое бумажного пакета. – И шоколад!

– Живём! – единодушно выдохнули Бэмбэм и Джинён. Остальные же просто тянули руки к угощению.

Разгоревшееся веселье остановил Джейби, заметив недобрый взгляд менеджера.

– Так, детки, берём ноги в руки и в зал. Практика так практика… Давайте, вперёд… – Он начал активно подталкивать всех к выходу, заставляя взять коробки и топать. Ну, во-первых, спорить с менеджером не стоило, а во-вторых, поесть они смогут и подальше от народа, не мозоля глаза стаффу и представителям агентства своим праздным видом.

Новый хореограф оказался не пример круче самого JYP, всегда требовавшего стопроцентного результата. Его не устроило, что парни якобы до сих пор не выучили танцевальный ряд. Орал и ругался, сбивая ещё больше. А особенно пытался оторваться на Ёндже и макнэ. Но если первый действительно до сих пор постоянно совершал ошибки, то чем задел хореографа бедняга Югёми, Джейби не понимал, и потому, будучи на взводе с утра, в конце концов сорвался, заступаясь за мемберов. Теперь уже остальным пришлось держать его, уговаривая успокоиться. Хореографа его внезапная вспышка проняла. Он принял извинения парней за лидера и свинтил, недоработав с ними последний час, но напоследок расщедрившись на похвалу для Марка и Бэмбэма.

Подобное только порадовало. До обещанных уроков вокала и композиции оставалось время, которое парни заняли, уничтожая принесённый ранее съестной подарок. Тем более что после усиленных тренировок есть хотелось, и неслабо, так как утром перекусить успели лишь тонсэны.

– Интересно, от кого такой подарок? – Еда вернула всем благодушное настроение и спокойствие, в том числе и Джексону. Про сорванные съёмки, а главное про причину этого все единодушно и демонстративно решили забыть.

– А не всё ли равно? – Марк распаковал новую мармеладку. Мемберы знали, что он любит мармелад больше шоколада и, не сговариваясь, свалили все сладости рядом с вижуалом. – Любой фанат мог это сделать.

– Но тут всё, что нам нравится. – Бэмбэм жевал куриное крыло, закусывая шоколадом и колой.

– Да брось. – Джинён не отставал, благо крыльев было много. – О том, что Джексон-хён любит пиццу, а Югёми банановое молоко, не знает лишь ленивый! И то, что остальные едят всё, что движется – тоже всем известно!

– Но хёны… – Макнэ аж покраснел от упоминания о любимом молоке. – Было бы здорово как-нибудь поблагодарить этого человека.

– Конечно, – чавкая, согласился Ёндже. – Скажем ему спасибо в ближайшем интервью…

– Рот закрывай, когда ешь, – тут же осадил его Джейби, по привычке начиная следить за общим поведением. – Крошки на пол сыплются!

– А ты, дедуль, не наезжай, тут камер нет, – фыркнул Джексон, но также привычно успокаиваясь. – Но наш милаха макнэ прав

– было бы здорово поблагодарить. Всё-таки неслабо порадовали нас в наш выходной…

– Вообще-то его вам отменили. – Менеджер, как бродяга-вампир, появился снова. – И, если вы уже кончили набивать желудки, пора топать на занятия!

– Эх… – слаженно выдохнули парни, отставляя пустые бутылки и коробки.

– Детки, работаем, – тут же вспорхнул Джейби. – Не расслабляться! Отдохнём дома!

– Ага, покой нам только снится! – промурлыкал Джинён, вальсируя на пару с Ёндже до выхода. – Когда дают поспать! – закончил в своём стиле вокалист.

– I Got, I Got, I Got… seven… – прорэпил Джексон, включив свой обычный режим выпендрёжника, вразвалочку направляясь к двери.

– Let’s go, go, go! – Вслед за ним в прыжках поскакали Марк, Югём и Бэмбэм, усиленно изображая пай-мальчиков.

– Мы уже пошли. – Проскальзывая мимо закипающего менеджера, Джейби не мог сдержать улыбки. Но ничего не мог с этим поделать. Беспокойство, трепавшее ему нервы с самого утра, ушло, а ставшие привычно ненормальными мемберы радовали. Так что!

Не переставая улыбаться, он тоже замурлыкал себе под нос. Настроение стремительно улучшалось. И предстоящий урок композиции начинал радовать, как обычно.

ГЛАВА 7. ВСЕ ЗАГАДКИ ДОЛЖНЫ ИМЕТЬ ОТВЕТ

BACKSTAGE: O`K

Хорошей экскурсии по Сеулу не получилось. Ребята слишком привыкли к климату Канады, и жар корейской столицы им не пришёлся по вкусу. Кроме того, Дэну приспичило заочно поучаствовать в переговорах по поводу сорванных съёмок, поэтому он чаще смотрел в планшет, куда поступали данные от Кавады-сана, чем вокруг. Даная же из-за этого не смогла сосредоточиться на том, что видела сама. И, в конце концов, тоже уткнулась в планшет, решив поискать информацию о Got7. До приезда в Корею она, казалось, слышала о них. Постольку-поскольку. Просто как часть информации о стране, куда они собирались приехать. Но, лишь столкнувшись лично, поняла, что стоит узнать о группе больше, тем более, что благодаря Дэну им предстояло провести друг с другом некоторое время. На страничке фан-клуба натолкнулась на профайлы всех семерых и погрузилась в чтение.

Ничего особенного. Удачно прошли отбор в агентство, стажировались кто сколько и дебютировали в прошлом году как бой-группа с новым направлением. Прослушав несколько треков, натолкнулась на что-то знакомое и, только запустив по второму разу, поняла, что слышала эту мелодию сегодня в съёмочном павильоне.

– Ты их знаешь? – тряхнула она брата.

– Кого их? – Дэн, находясь в цифрах и мыслях, не сразу понял, что она имела в виду.

Даная нетерпеливо сунула ему под нос свой планшет с открытыми профайлами Got7 и звучащим треком.

– Сегодня эту мелодию ты включал на площадке!

– Ну, да, – сообразив, о чём речь, согласился Дэн. – Да, это их песня, да, я их знаю. Ну, как факт, что они есть и что собой представляют. Я же последнюю пару месяцев изучал все направления индустрии Южной Кореи, в том числе и музыкальной…

– Почему мне не сказал?!

– А что бы это изменило?

– Ты подстроил съёмки с ними?!

– Зачем мне это надо?!

Пыхтящие и злые, они уставились друг на друга, совершенно игнорируя вежливое покашливание помощника Нама.

– То есть ты не знал, что их предложат в качестве дополнительных моделей? – немного успокаиваясь, уточнила Даная.

– Ну, подумай сама! Если бы я знал заранее, стал бы срывать съёмки из-за того, что они появились?

Логика в этом имелась. Даная села обратно.

– Дэн, послушай, я правда не знал, что нам придётся с ними…

– И… – вскинулась снова девушка, но брат не дал ей продолжить.

– И даже увидев в танцевальном зале с тобой двоих из них, не подумал, что они здесь по поводу съёмок. Мало ли, что они могли делать в здании своего агентства. Но потом, после выяснения всех обстоятельств, решил, что стоит обернуть всё нам на пользу. Как я уже говорил, если уж входить сюда – то делать с шумом, чтобы нас сразу заметили. А эти парни подходят для такого просто идеально! Вот смотри. – Наступила очередь Дэна сунуть под нос сестре планшет. – Их продюсер согласен со мной. И мы получим их в наше шоу!

На экране планшета светилась открытая рукописная записка.

«Я принимаю ваше предложение. Кроме того, ребятам действительно пора отдохнуть, так пусть это сделают с пользой для дела. Дополнительные…»

Остальное Даная не успела прочитать. Дэн отодвинулся.

– А причём тут отдых ребят, и что дополнительное? – удивлённо спросила она брата, который собирался снова углубиться в переписку.

– Ну, есть у меня кое-какие намётки, просто пока не успел их оформить. Но основные пункты я отправил Каваде-сану, пусть всё подготовит, а там посмотрим…

И, услышав сигнал пришедшего сообщения, он замолчал.

– Мисс Даная, – позвал помощник Нам. Даная вскинула голову и рассеянно улыбнулась мужчине через зеркало.

– Простите нас, мы тут слегка…

– Ничего страшного. Всё нормально. Ито-сан сообщает, что выполнил большинство ваших просьб. Кроме того, как вы и предполагали, найти время для обеда не получилось, но зато после СПА-отдыха, которым предполагается компенсировать потерянный выходной, они прибудут в зарезервированный ресторан. Адрес я получил.

Даная слушала доклад помощника, но почти не слышала, оставаясь в своих мыслях и продолжая читать открытые профайлы. Но слова «прибудут» и «адрес» услышала.

– Помощник Нам, а мы можем заехать в какой-нибудь модный торговый центр? Или во что-нибудь подобное? – спросила она, решительно выключая планшет и откладывая в сторону.

– Зачем? – удивился Дэн, ради этого отрываясь от своего общения. – Решила шопинг устроить?

– Ну, типа того. И в Японии, и здесь принято дарить подарки в качестве извинения, вот и думаю, что стоит сделать подарки им.

– Во-первых, мы уже извиняемся перед ними. – Дэн снова многозначительно помахал открытым планшетом. – А потом ты же можешь просто заказать, что хочешь, незачем ходить по магазинам самой! – Как любой другой мужчина, Дэн терпеть не мог магазинов. А как богатый мужчина, не видел смысла в личной поездке.

– Могу, – согласилась Даная, – но хочу сама выбрать. А если тебе не хочется, можешь пока заняться чем-то другим, я же не тяну с собой насильно.

– Ну, уж нет. – Дэн также решительно отложил планшет, больше не обращая внимания на писк новых сообщений. – Не хочу оставлять тебя одну!

Но его решимости хватило исключительно на один магазин в первом же торговом центре. Уже во втором, устав следовать за Данаей, медленно обходившей торговый зал, он сел в кресло. Потом вдоволь наулыбавшись хихикающим продавщицам, подозвал к себе помощника Нама и начал активно с ним перешёптываться. В результате чего последний кивнул и, взявшись за мобильный телефон, вышел. Даная же, размышлявшая над подарками, этого не заметила. Лишь обойдя зал по второму кругу и решив, что и здесь ничего подходящего нет, вернулась к брату. Тот, принимая чашку чая от миленькой девушки в форме продавщицы, с весёлым злорадством поинтересовался:

– Что, и тут ничего?

Даная расстроено опустилась рядом.

– Раньше я никогда не задумывалась, что любят парни. И, тем более, не представляю, что дарить этим.

– Вот поэтому я и не хотел отпускать тебя одну… Ты такая ещё наивная! – Дэн снова послал улыбку в толпу продавщиц. Но к своему удивлению Даная заметила, что те больше ему не отвечают. То есть они, конечно, улыбались, но уже дежурными милыми улыбками «Ах, наш принц здесь». Перед ними навытяжку стоял мужчина в костюме. А за дверьми торгового зала творилась суматоха.

– Что происходит? – На полном автомате Даная приняла протянутую и ей чашку с чаем. – Что ты задумал?

– Я просто решил немного помочь тебе в поиске, но учитывая, что блуждать по магазинам я не хочу, то всё принесут сюда…

– Что принесут?!

– Даная, эти парни, как и все танцоры, тащатся от новой обуви, тем более от кроссов… Мы просто подарим им их любимые марки, но ты сама выберешь каждому из них тот вид, который понравится тебе…

И под аккомпанемент его слов толпа служащих торгового центра начала заносить в магазин коробки, старательно расставлять их на всех свободных местах, открывая и выставляя обувь наверх.

– Выбирай, – с хитрющей улыбкой разрешил Дэн, – потом помощник Нам выяснит их размер и каждый получит именно своё…

– Ну, ты, блин! – попыталась возмутиться Даная. Но заулыбалась. Брат умел убеждать. А ещё, в этом плане он явно чувствовал себя в своей стихии. И уж точно был прав. Конечно, лучше дарить то, что наверняка понравится. Вдобавок так выбирать гораздо привычнее…

BACKSTAGE: МАРК

Уроки вокала Марк, если честно, не любил. Он знал, что его взяли в группу исключительно из-за внешности и способностей к трикерству. Удачей оказалось уже то, что у него обнаружился приятный баритон и умение читать рэп. Но… JYP строил планы на них всех. И если уж бедному Ёндже с его потрясающим голосом приходилось потеть вместе со всеми над хореографией, чтобы не выглядеть китайским болванчиком на сцене меж танцующих мемберов, то остальным, по мнению JYP, требовалось подтянуть свой вокал до его уровня.

А потому хочешь не хочешь – приходилось заниматься. Разве что до сих пор не так усердно. Да и сами учителя, зная, что и Марк, и Джексон выкладываются по полной на трюках, старались сильно не давить. Но это было до начала подготовки к новому камбэку.

Правда, до сих изменения терялись в череде загруженных дней. Чертовски загруженных дней. Едва закончился Азиатский Тур, объявили о фан-сетинге в США. По возвращении оттуда парней едва не разодрали на части, пытаясь хоть кого-то выцарапать на различные шоу, телепередачи, радиовыступления, рекламы – и всё это на фоне продолжения съёмок третьего сезона Real Got7. Доходило до того, что парни встречались лишь в общежитии, и только вечером или утром. Смотря кто как туда возвращался. Менеджер Кан выцыганил у агентства себе помощника, и они оба носились как угорелые меж площадками, пытаясь успеть везде и развезти всех по местам.

И всё равно несколько раз парни по одному уезжали с площадок с другими группами, с чужими менеджерами, а то и просто на машине со стаффом, лишь бы добраться до общежития. Из-за того, что менеджер или его помощник застревали где-то в другом месте, ещё с кем-то из них.

Обещанный на сегодня выходной должен был стать, наверно, первым в череде недель бесконечной работы. Но он так глупо сорвался из-за неожиданных съёмок, а в результате агентство вспомнило про камбэк и о новых условиях подготовки.

– Ещё раз, – потребовал учитель вокала, шлепая Марка по пальцам указкой. – Ты где? Сосредоточься!

Марк нервно выдохнул спёртый воздух, отдышался, и снова пропел требуемое. Джексон демонстративно закатил глаза и покачал головой. К счастью, Бэмбэм и Югёми, стоя в наушниках в другом углу студии, ни на что не обращали внимания.

– Ну что ж, уже лучше, – смирился преподаватель и повернулся к Джексону. – Теперь ты!

Джексон тут же начал с ними препираться, и, чтобы этого не слышать, Марк увеличил звук на своих наушниках. Смотреть на Джексона без звука куда приятнее и смешней. Считая режим выпендрежа своей особой фишкой, Пельмешка вёл себя нормально только, наверно, в спальне, во сне. Хотя порой Марку казалось, что из-за усталости, которая сейчас взялась за них всех, он теперь хохмит, даже когда спит. По крайней мере, сквозь сон Марк несколько раз слышал какие-то отрывистые реплики друга, после которых он сам же начинал смеяться. А сейчас, оправдываясь перед учителем вокала, он пантомимой пытался изобразить свою неспособность к пению, но трогательную привязанность к танцам и рэпу. Хотя и врал безбожно, так как петь у него получалось с каждым разом всё лучше и лучше.

Наблюдая за его кривляньями, Марк вдруг вспомнил Кудряшку. Танцующую напротив зеркал тонкую фигурку, узкое личико в обрамлении парящих золотых кудрей и широко открытые зеленовато-голубые глаза. Глаза, которые открылись ещё больше, когда он в составе Got7 вошёл в павильон. Да что говорить, Марк и сам удивился. Когда им сказали, что предстоит сниматься с кем-то ещё, он и на мгновение не подумал, что это может быть Кудряшка и Белобрыс. Такое просто не пришло ему в голову. Ведь девушка, одиноко танцующая в танцзале агентства, и её партнёр-трикер могли быть, например, иностранными стажёрами, которые также, как участники Got7, прошли прослушивание. Как объяснение – очень неплохо.

Увидеть их на площадке в качестве моделей уже стало лёгким шоком. Да ещё и Белобрыс подлил масла в огонь своим хамством. Кстати, ни на чём не основанном. Ну, получился у него трюк лучше, чем у Марка, зачем же цеплять остальных? Вон и Джексона завёл снова. Того и так лишний раз лучше не расстраивать, тем более в том, где он считает себя непревзойдённым. А тут опять его ткнули, что он в чём-то нехорош. И даже не в чём-то, а в том, что он будет плохо смотреться с девушкой. Это он-то? Тот, который «wild&sexy»?

Что до Марка, то среди прочего сказанного парнишкой он заметил и порадовался только одному: Кудряшка приходилась тому сестрой. Это определённо радовало. Но то, что она ушла из зала не попрощавшись, всё же продолжало злить. И теперь Марк понимал, почему. Она стала первой девушкой, которой заинтересовался он сам и чьё внимание захотел получить. А она, походу, просто не восприняла его как парня! Если бы она знала о Got7, он бы предположил, что она начиталась яойных фанфиков, где его с кем только ни поженили. Но ведь она ни его, ни Джексона не узнала! И почему же тогда так проигнорировала? Если только…

Учитель снова постучал указкой по пальцам, привлекая внимание. На автомате Марк пропел нужные строчки и вновь погрузился в размышления. Не обратив внимания, как глаза репетитора и Джексона удивлённо округлились.

Вероятно, и в это несильно хотелось верить, но разгадка странного поведения Кудряшки могла быть в её положении. Ведь по факту она оказалась не иностранной стажёркой и даже не иностранной моделью, хотя каким-то ветром её и занесло на съёмочную площадку. Судя по устроенному Белобрысом скандалу, эти О'К находились значительно выше любого из боссов, присутствовавших сегодня. Если даже сопровождающий их японец вёл себя не как их менеджер, а скорее, как их секретарь.

Если это было правдой, то правдой неприятной. Ведь получалось, что Кудряшка считала ниже своего достоинства и положения общаться с айдолом. Пусть в это не верилось, но другого объяснения рассудительный Марк не находил. Впрочем, можно было бы предположить, что она просто застеснялась общаться с незнакомыми парнями. Чего стоил один только Джексон, всегда на публике включавший режим «Намбер уан». Но почему-то для Туана такое предположение в качестве оправдания казалось маловероятным. Слишком уж уверенно держалась Кудряшка на съёмочной площадке. Но может быть, там на её поведении сказывалось присутствие брата и секретаря-японца?

Такие мысли волновали и не давали покоя. Оставалась надежда лишь на обещанные менеджером live-шоу и съёмки. Тогда у Марка точно появился бы шанс всё выяснить, а главное – познакомиться и узнать поближе ту, что его так заинтересовала.

– Хён, скажи честно, ты раньше просто прикидывался?

Вопрос Джексона застал задумавшегося Туана врасплох.

– Ты о чём?

– Ну, что петь не умеешь? Прикидывался, да?

– Ты чё, переработался? – изображая беспокойство, спросил Марк. – С чего ты это взял?

– С того, что сейчас ты пел. – Ван не отставал. Только порой его шутки переходили все границы глупости.

– Да что я пел?! Совсем мозгами двинулся?! – разозлился вижуал в голос. Благо дело, что учитель отошёл к тонсэнам и сейчас не обращал на них внимание.

Но вместо ответа Пельмешка просто включил запись с микрофона Марка. Такая запись всегда велась во время уроков, чтобы потом прослушать записанное и разобрать ошибки. Сначала прозвучала музыкальная фраза, что Туан пропел первой, потом длительная пауза. И голос, зазвучавший после неё, парень не узнал. То есть узнал, но не сразу. Он действительно пел. Может, не так громко, как это получалось у Ёндже и Джейби. Но казалось, что даже лучше Джинёна.

– Ну, так что, прикидывался?

– Ван Ка Ё, – Марк устало позвал напарника по его китайскому имени. – Ты меня знаешь три с половиной года. Считаешь, я всё это время смог бы скрывать от тебя и остальных, а особенно от JYP то, что умею петь? Забыл, как он меня третировал со Stop, Stop, Stop It?

– Но, как же тогда…?

– Понятия не имею, но повторить точно не смогу.

И прежде чем Джексон, набравший воздух, задал следующий вопрос, в класс вокала вошёл менеджер Кан.

– Радуйтесь, парни! На сегодня у вас практика окончена! Быстро собираемся и грузимся в транспорт. Остальные сейчас тоже спустятся, – это менеджер сказал специально для Югёми, уже открывшего рот ради такого вопроса. Тот всегда лез вперёд всех с уточняющими вопросами. Как ребёнок. Собственно, кем и являлся, додумал Марк, вздыхая и глядя на дылду-макнэ. Ребёнок ростом под два метра. Вот им повезло!

ГЛАВА 8. КТО ПО ЧЁМ, И ЧТО К ЧЕМУ

BACKSTAGE: НАМ СО ДЖУН

Как и многие молодые люди его возраста Со Джун долго не мог найти работу после окончания университета. И всё не потому, что у него отсутствовали способности или желание работать. Просто не находилось работы. Пусть не спад экономики, но её серьёзный кризис ставил под угрозу существования множество мелких и средних компаний. Тем самым лишая людей рабочих мест. И как при таких условиях никогда не работавшему специалисту найти что-то для себя?

Множество собеседований, огромное количество разосланных резюме, а в ответ – тишина, или же не менее огорчительные отказы. Ещё хуже воспринимались обещания рассмотреть его кандидатуру при очередном найме.

Порой Со Джуну казалось, что почасовые подработки или работа на полставки – это пик его карьеры до конца жизни. И тогда он сдавался. Ведь беспросветность убивала. Лишала воли, желания что-либо делать, как-либо дальше жить.

Что выводило его из этого состояния, молодой человек не знал. И потому сам удивлялся, в один из дней вдруг обнаруживая себя за столом, снова строчащим кипу резюме, или бегущим на очередное собеседование. В такие времена его кипучей энергии хватало и на то, чтобы проглотить какой-нибудь новый учебник, или изучить какое-нибудь новое направление техники, промышленности, словом любое новое знание, которое попадалось ему на глаза. Зачем ему это было нужно, ответить он не смог бы и самому себе. Но всё равно учил, словно от этого зависела его жизнь.

Очередной отклик на одно из сотен, разосланных резюме застал его на новом витке депрессии.

В тот день он как раз закончил подработку и уже планомерно накачивался соджу вместе с напарником, когда телефон, лежавший в заднем кармане джинс, завибрировал. Но Со Джун не обратил на него внимания. Вспомнить о телефоне и понять, что ему звонят, ему помогла девушка, сидевшая позади, и ткнувшая пальцем в спину, как раз, когда телефон зазвонил снова.

– Да, – устало отозвался он на звонок, не представляя, кому мог потребоваться в столь поздний час. В ответ уверенный мужской голос уточнил, зовут ли его Нам Со Джуном. Получив подтверждение, мужчина пригласил его на собеседование на следующий день в девять утра, и, назвав адрес, тут же отключился, не уточнив, запомнил ли сказанное собеседник. И этому не следовало удивляться. Едва ли не первой своей уникальной способностью в резюме Со Джун всегда указывал способность воспринимать и запоминать любую информацию с первого раза в любом состоянии.

Приглашению на очередное собеседование молодой человек не обрадовался. В то, что его примут на работу – не верилось абсолютно. И, тем не менее, в девять утра на следующий день он без опозданий явился по указанному адресу. Уже на месте сообразив, что оказался у здания известной на всю Южную Корею компании JYP entertainment. Войти внутрь он не успел. Ещё на подходе его остановил молодой человек такого же возраста, в деловом костюме и явно японского происхождения. Как числилось в поданной Со Джуну визитке, его звали Мамору Ито. Секретарь господина Кавады, представлявшего интересы концерна О'Коннери в Азии. Именно Кавада-сан, лично пересмотрев несколько сотен полученных резюме, выбрал Со Джуна, и сейчас через Ито-сана предлагает ему стать персональным помощником для представителей семьи О'Коннери на время их пребывания в республике Корея. И он может приступить к работе немедленно, если согласен.

Вот так просто закончилось в жизни Со Джуна самое короткое и самое результативное собеседование. В ответ на всё сообщенное Ито-саном он смог лишь согласно кивнуть. И тут же получил в руки увесистую папку.

– Здесь ваш личный планшет со всей необходимой информацией. Вы можете ознакомиться с ней прямо сейчас, в кафе неподалёку. – Поверх папки лёг айфон незнакомой модели. Со Джун мог дать голову на отсечение, что в рекламе такой гаджет ещё не появлялся. – Это ваш личный телефон, первые номера – это номера господ О'Коннери, чтобы вы всегда могли связаться с ними. Далее идут номера господина Кавады и мой. Ваши обязанности – выполнять любые требования молодых О'К. По большинству вопросов работать с вами буду я. При необходимости я же буду соединять вас с Кавадой-саном. То есть, те вопросы, которые не сможете решить вы или я, будет решать он. Отказывать господам О'К нельзя.

– Но, как же, я…

– Поверьте, у нас есть множество способов выполнить любое их требование, поэтому не стоит беспокоиться. Сейчас вы можете пойти и выпить чашку кофе. Заодно ознакомиться с материалами, пока господа О'К будут заняты. Позже я свяжусь с вами и скажу с чего вам начать. И надеемся на вашу креативность, а также способность легко подстраиваться под обстоятельства.

Ещё один молчаливый кивок согласия от Со Джуна. Удовлетворившись которым, Мамору Ито развернулся и тут же исчез в здании музыкального агентства. Проводив представителя работодателя всё ещё слегка ошарашенным взглядом, молодой человек с трудом вернулся к реальности и папке, которую держал в руках. Рекомендация ознакомиться с материалами сидя за чашкой кофе в ближайшем кафе – теперь выглядела очень привлекательно, и вероятно стоило её выполнить. Потому как помимо прочего хотелось хоть немного навести порядок во взбудораженных мыслях.

Но времени на полное прочтение файлов в папке под названием концерн О'Коннери у Со Джуна оказалось катастрофически мало. Он не успел выпить и первую принесённую ему чашку кофе, как вдруг полученный от Ито-сана айфон взорвался сигналом вызова.

– Да? – поторопился ответить парень.

– Hyundai Genesis, цвет перламутровая слива, номер 7684, на стоянке перед агентством, ключи вам передаст парковщик. Займёте место водителя. У вас есть минут пять-семь. О'К сейчас выйдут.

Договорив, Ито-сан тут же отключился. Создавалось впечатление, что произошло что-то серьёзное и Со Джун не стал задерживаться. Расплатился за кофе, схватил папку, и едва ли не бегом кинулся к входу в JYP. Машину заметил издалека. Столь представительный седан бизнес класса там стоял только один. Парковщик ни о чём ни спрашивая и не уточняя, передал ему ключи от машины и сразу ушёл.

А Со Джун, поразмышляв пару минут, всё же сел на водительское кресло. Почти сразу же из здания агентства выскочил светловолосый парнишка, ещё совсем ребёнок, лет четырнадцати – пятнадцати, не старше. Не оглядываясь вокруг и не присматриваясь, он прямиком направился к седану, и, обойдя, сел позади водителя. Выглядел он очень раздраженным, и даже злым. И эту злость он начал выплёскивать, сначала немного, а потом уже и с силой пиная кресло впереди себя. Со Джун счёл разумным потерпеть. На ум приходили слова Ито-сана, что отказывать господам О'К нельзя. А в том, что это и есть один из этих самых О'Кеев молодой человек не сомневался. Среди первых файлов, что он успел просмотреть, имелись фотографии одного мужчины и двух женщин европейской внешности. И мальчик, сейчас сидевший позади него, выглядел фактически их копией. Ну, по крайней мере, двоих из них.

Оставалось выяснить, где второй О'К, и что делать дальше. Тем временем ребёнок затих, и, посмотрев в зеркало заднего вида, Со Джун увидел, что тот быстро набирает что-то на своём айфоне. Но как только закончил, нервно бросил гаджет на сиденье рядом с собой и принялся пинать кресло Со Джуна с удвоенной силой, словно бы вспомнив нечто крайне неприятное для себя.

Когда снова завибрировал телефон, молодой человек сначала подумал, что это послание от О'К, который посчитал ниже своего достоинства говорить с водителем вслух. Но оказалось, что пришло смс от Ито-сана. «Доставить господ О'К домой. Адрес ниже я скинул в систему навигатора. Если будут другие пожелания, выполнить, но проинформировать меня».

Едва Со Джун дочитал смс и отложил телефон, чтобы проверить навигатор, дверь в салон автомобиля снова открылась и в машину села девушка. Такая же светловолосая как мальчишка и неуловимо с ним похожая. Значит второй из О*К была она. Мальчик и юная девушка – господа О'К, которым нельзя отказывать. Очень интересно.

– Прекрати, – попросила она спокойно по-английски, и ребёнок тут же затих. Но явно не перестал дуться.

– Они меня взбесили!

Прислушиваясь к их разговору Со Джун завёл машину, и легко вывел её в основной поток на улицу, ориентируясь на показания навигатора, где высветился присланный Ито-саном адрес. Из-за лёгкости, с которой дети говорили на английском, думалось, что это их родной язык. Но разве в Канаде, откуда они приехали официальным языком, считался не французский? Или нет?

– Я это видела. Как все остальные, – девушка отвернулась к окну, разглядывая город. – Но что ты хотел. Сам же сказал, чтобы тебя не должны принимать всерьёз, раз тебе только четырнадцать!

– Да уж, – голос парнишки стал спокойнее. – Я просто забыл, что мы не дома.

– Вот именно! – как-то слишком резко фыркнула агасси. – И что за фотоотбор? Тебе сейчас уши надрать или подождать до дома? Совсем сбрендил?

– Да что?! – возмутился мальчик, но тут же сник. – Прости! Просто, я подумал, раз уж они навязали нам свои условия, то мы должны от этого хоть удовольствие получить.

– Удовольствие? Какое к чёрту – удовольствие?!

– Ну, ладно! Тут не только удовольствие. – мальчик стал вдруг очень серьёзным, и Со Джуну почудилось, что вместо ребёнка на заднем сидении появился взрослый мужчина. – Как ты уже поняла Южная Корея – страна, любящая шоу. Вспомни программный ряд каналов? Шоу, шоу, шоу, меж них – новости, дорамы и музыкальные передачи. Поэтому чем больше мы привлечём внимания, тем будет лучше. Ли Гон Сук, тот, что из «Доктор-Чужестранец» – из каждой его фотоссесии делают едва ли не документальный фильм для потомков. Чем мы хуже? Этот рекламный проект теперь фактически тоже часть плана входа концерна в Азиатский сектор. Так что можно с полным правом сравнить его с дебютом и остаётся только сделать это. А проваливаться семья О'Коннери не умеет! И где мы встречаемся с Got7?

Пока паренёк всё это говорил, опять завибрировал телефон, сообщая о приходе нового смс. «Передайте мисс O’K-сама, что через вас я сообщу, когда место и время встречи будут выбраны».

Со Джун не мог не поразиться тому, как удивительно синхронно думали Ито-сан и младший O’K. И эта синхронность оказалась ему полезной, так как не пришлось ломать голову, о какой встрече ему написал японец. Хотя, пожалуй, некоторые вопросы после этого у парня всё же появились.

Например, как и когда младшие O*K успели познакомиться с самой популярной на данный момент бойз-группой Got7? Просто – когда успели? Ведь, по словам помощника Кавады-сана, они прилетели в Корею едва ли не пару дней назад.

Тем временем девушка, оценив виртуозный переход брата с темы бизнеса на тему встречи, заулыбалась.

– Ито-сан, – начала она, и мальчик непонимающее нахмурился, – Это помощник Кавады-сана. Он подберёт для нас подходящее место, а также договорится о времени, и сообщит…

– Он сообщит через меня, когда место и время будут выбраны, – решил наконец вмешаться Со Джун, надеясь, что его английский будет звучать уверенно. – Простите, не представился раньше. Меня зовут Нам Со Джун. Кавада-сан распорядился, чтобы я стал вашим помощником на время пребывания в Сеуле.

– Только в Сеуле, помощник Нам? – тут же поддел его мальчишка, вдруг с лёгкостью переходя на панмаль.

– Где вы пожелаете, турэним О'К, – в тон ему на официальном-корейском отозвался Со Джун, стараясь не выдать своего удивления. А девушка снова рассмеялась.

– Очень приятно, помощник Нам. – Проговорила она тоже по-корейски, но в отличие, от брата используя неофициально-вежливый стиль, какой обычно и использовали иностранцы.

– Мне тоже, агасси.

– Зовите меня просто Даная, вы же старше, – сразу же попросила она, и Со Джун опять вспомнив правило ни в чём не отказывать, кивнул, вынужденный согласиться с непривычной для него просьбой. А девушка продолжила. – Помощник Нам, у меня есть предчувствие, что общий с айдолами обед состоится не скоро, поэтому… – она переглянулась с братом, и тот ответил ей кивком. – Поэтому, может быть, сейчас вы покажете нам какие-нибудь достопримечательности Сеула?

Ох, уж эти иностранцы. Всегда подавай им достопримечательности!

– Разумно. И есть ли какие-нибудь идеи для начала? – Со Джун почти предчувствовал, что ему ответят, и мысленно начал накидывать маршрут экскурсии. Благо, что во времена подработок быть гидом по туристолюбимым местам Сеула ему тоже приходилось.

Ответ O’K не заставил себя ждать.

– Абсолютно никаких!

Но не смотря на все усилия Со Джуна хорошей экскурсии не получилось. Во-первых, жар уже заливший Сеул явно не пришёлся по вкусу O’K. Выходя на солнце, они торопились зайти в тень, недовольно морщились от него, и старались спрятаться куда-нибудь в прохладу, или же просто поскорее вернуться в кондиционерный комфорт автомобиля. Ни покупка прохладительных напитков, ни мороженого такой настрой изменить не могли. Кроме того, парнишка O’K, покидая машину, обязательно брал с собой планшет, и вместо экскурсии, постоянно с кем-то созванивался, легко говоря то по-японски, то по-корейски, используя на этот раз неофициально-вежливый стиль, как до этого его сестра. Попутно он просматривал получаемую е-майлами информацию. И при этом он выглядел настолько серьёзно и по-деловому, что не только у Со Джуна, но и у девочки не хватало духа его прервать. Она лишь какое-то время недовольно косилась на него, а потом смирилась, и, вернувшись в очередной раз в машину, сама взяла в руки планшет.

Понимая, что на этом его миссия как гида закончилась, Со Джун развернул машину на прежний курс, намереваясь всё-таки отвезти O’K домой, как это изначально планировал Ито-сан.

Но в этот момент на заднем сидении разгорелась ссора. Девочка что-то просматривавшая на планшете, включила музыку. Со Джун не сразу узнал мелодию. Лишь когда она зазвучала на повторе. Одна из песен всё тех же Got7. Нежная композиция похожая на балладу – Moonlight. Но прежде чем песня закончилась, Даная повернувшись к брату, и с силой его тряхнула за плечо.

– Ты их знаешь?

– Кого их? – мальчишка, ещё витая в своих мыслях не сразу её понял.

Сестра нетерпеливо сунула ему под нос планшет со звучащим треком.

– Сегодня эту мелодию ты включал на площадке!

Со Джуну не оставалась ничего другого как продолжать вслушиваться, понимая, что это шанс узнать ответ на вопрос, который его заинтересовал раньше.

– Ну, да, – сообразив о чём речь, согласился младший. – Да, это их песня, да я их знаю. Ну, как факт, что они есть, и что собой представляют. Я же последнюю пару месяцев изучал все направления индустрии Южной Кореи, в том числе и музыкальной…

Нам мысленно присвистнул, в очередной раз, поражаясь этому O’K. После таких слов и такого тона назвать его тонсэном не поворачивался язык. Пусть даже в уме. От продолжившейся перепалки его снова отвлёк телефон, принявший новое смс от Ито-сана.

Когда же прочитав послание, он попытался вежливым покашливанием привлечь их внимание, они пыхтящие и злые, прожигающие друг друга недовольными взглядами, его попросту проигнорировали. Но ссора уже явно шла на убыль.

– То есть ты не знал, что их предложат в качестве дополнительных моделей? – немного успокаиваясь, уточнила девочка.

– Ну, подумай сама! Если бы я знал заранее, стал бы срывать съёмки, из-за того, что они появились?

Со Джун согласился с такой логикой.

– Дэн, послушай, я правда не знал, что нам придётся с ними…

– И… – вскинулась снова девушка, но брат не дал ей продолжить.

– И даже увидев в танцевальном зале с тобой двоих из них, не подумал, что они здесь по поводу съёмок. Мало ли что они могли делать в здания своего агентства. Но потом, после выяснения всех обстоятельств решил, что стоит обернуть всё нам на пользу. Как я уже говорил, если уж входить сюда – так делать с шумом, чтобы нас сразу заметили. А, эти парни подходят для этого просто идеально! Вот смотри, – наступила очередь паренька сунуть под нос сестре планшет. – Их продюсер согласен со мной. И мы получим их в наше шоу!

Пока Даная читала, Со Джун разложил в голове услышанное. По ходу, О'К были с утра на какой-то съёмочной площадке, и именно там столкнулись с Got7. Найм на работу для Нама состоялся буквально на пороге агентства JYP, значит, именно там внутри и находился съёмочный павильон. Но учитывая с какой скоростью вылетел оттуда мальчишка О'К и каким злым он был изначально, то там произошло что-то. И даже не что-то. Он сорвал съёмки из-за появления айдолов на съёмочной площадке. А теперь оказывается, что в последние часы вместо экскурсии парнишка едва ли не лично вёл переговоры с продюсером JYP насчёт какого-то шоу и ребят. И Со Джун не сомневался, что речь идёт опять-таки о Got7.

– А причём тут отдых ребят, и что «дополнительное»? – прочитав, удивлённо спросила девочка, в то время как её брат уже вернулся к своей переписке.

– Ну, есть у меня кое-какие намётки, просто пока не успел их оформить. Но основные пункты я отправил Каваде-сану, пусть всё подготовит, а там посмотрим, – ответил мальчик и, услышав сигнал пришедшего сообщения, замолчал.

А Со Джун наконец получил шанс вклиниться в беседу.

– Мисс Даная?

Девочка вскинула голову, и рассеянно улыбнулась ему через зеркало.

– Простите нас, мы тут слегка…

– Ничего страшного. Всё нормально, – успокоил он, и подумал, что ему до крайности импонирует её способность легко смущаться и смягчать грубость брата. – Ито-сан сообщает, что выполнил большинство ваших просьб. Кроме того, как вы и предполагали, найти время для обеда не получилось, но зато после СПА-отдыха, которым предполагается компенсировать потерянный выходной, они прибудут в зарезервированный ресторан. Адрес я получил.

Со Джун видел, что, не смотря на внимательный вид, девочка его практически не слушала, продолжая листать что-то в планшете. Но на словах «прибудут» и «адрес» подняла голову, а её глаза вдруг загорелись какой-то идеей.

– Помощник Нам, а мы можем заехать в какой-нибудь модный торговый центр? Или во что-нибудь подобное? – спросила она, решительно выключая планшет и откладывая в сторону.

– Зачем? – удивился её брат, ради этого отрываясь от своего общения. – Решила шопинг устроить?

– Ну, типа того. И, в Японии, и здесь принято дарить подарки в качестве извинения, вот, и думаю, что стоит сделать подарки им.

– Во-первых, мы уже извиняемся перед ними. – Мальчик снова многозначительно помахал открытым планшетом. – А потом ты же можешь просто заказать что хочешь, незачем ходить по магазинам самой!

Младшие O’K опять принялись спорить, но Со Джун сразу поставил на малышку, поняв, что она «сердце» этой пары, и скорее всего своё она всегда получала. В то время как младший брат, хотя и выглядел тонсэном, относился к ней как оппа, любящий старший брат. Потакая и выполняя все капризы. Но стоило признать, что Даная не выглядела капризной, и сейчас её просьба явно не звучала требованием избалованного ребёнка.

Со Джун обратился к навигатору в поисках торгового центра. Лучше всех подходил «Сибуи». А то, что в нём всё будет по карману его пассажирам, молодой человек не сомневался. Финансовые возможности этой пары без озвучивания вслух конкретных цифр легко угадывались во всех мелочах. Начиная с любой попавшейся на глаза вещи. Будь-то автомобиль или одежда на детях.

– Ну, уж нет, – парнишка решительно отложил планшет, больше не обращая внимания на писк новых сообщений. – Не хочу оставлять тебя одну!

Услышав последние слова Со Джун усмехнулся. Как он и предполагал, выиграла Даная. А значит, они всё-таки едут на шопинг!

Но решимости младшего хватило исключительно на один магазин внутри центра. Уже во втором, устав следовать за сестрой медленно обходившей торговый зал, он сел в кресло. Со скуки начав перемигиваться с рдеющими от его внимания продавщицами.

Со Джун же замер на входе в магазин. Сейчас его помощь не требовалась, а значит, до возвращения в машину у него оставалось время всё-таки попытаться ознакомиться с информацией по O’K. Но для начала он сообщил Ито-сану об очередном отклонении от маршрута, как до этого рассказал про неудавшуюся экскурсию. Японец выслушал молча, лишь уточнив в последний момент название магазина, после чего отключился.

Но до момента, когда младший О'К подозвал его к себе, Со Джун успел лишь бегло просмотреть профайл самих ребят. По крайней мере, теперь он знал, как зовут мальчика, и то, что с их возрастом он не ошибся. Единственное, что в профайле не объяснялось, это как младший O’K будучи ребёнком умудряется вести себя и действовать как взрослый.

Вот и сейчас, позвав Нам к себе, он спокойно по-деловому, буквально в нескольких словах, обрисовал ситуацию с выбором предполагаемых подарков, и тут же добавил, как хочет всё это видеть сам. Как Со Джун и подозревал речь снова шла о парнях из Got7, но он не знал, как выполнить распоряжение Дэниэла, выданное в форме пожелания. Поэтому в ответ, коротко кивнул, и пошёл к выходу, одновременно набирая Ито-сану. Заставить персонал целого торгового центра работать только на один магазин, чтобы принести туда разнообразную спортивную обувь – сам Со Джун точно не смог бы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.