Анастасия Бондаренко
Безмолвное падение

Пролог

Кровь источала пренеприятный запах ржавого железа. Багровые пятна уже практически полностью въелись в грязный асфальт, окрасив темно-серый бетон в цвет только что опустившегося на город заката. Боль. Множество людей, которым не посчастливилось увидеть данную трагедию, перешептываясь, указывали на страшную картину дрожащими пальцами. То и дело разум каждого посещала она и та же мысль. Слава богу это не я. Ужас. Кто-то из толпы то и дело прищуривался, чтобы получше разглядеть уродливые надломанные кости, выпирающие из-под тонкой сезонной одежды. Из уголка раскрытого маленького рта текла еле заметная тёмная струйка крови. Глаза, словно два стеклянных шарика бесцельно таращились на землю. Отвращение. Свет мигалок полицейской машины то и дело подсвечивал бездыханное тельце то кроваво-красным, то ледяным синим цветом, но цвета совсем не придавали ему жизни.

Она мертва?

Глава 1

– Она мертва?! – истошный возглас внезапно прорезал душный воздух.

Сентябрь не спешил овладевать городом, позволяя последним августовским денькам полностью поглотить его жителей. Пряная тяжёлая влажность, присущая морскому климату, перемешивалась с напряжением, что висело в воздухе с середины прошлого месяца, окуная каждого в туманное, слегка потерянное состояние. Дышать было тяжело каждому, особенно долговязой светловолосой девушке, которая, прижав руку к груди, полными от ужаса глазами смотрела на стоящую рядом приятельницу. Внимание окружающих ей удалось привлечь без особых проблем – молодые люди и девушки, что беззаботно или не очень направлялись по своим делам, попеременно стали оборачиваться к источнику крика. Когда под надписью «Тело нашли» уже второй раз за полтора месяца видишь в газете лицо, как две капли похожее на твоё, становится жутко.

Я остановилась посередине вымощенной красным кирпичом дорожки, с интересом окидывая взглядом происходящее. Незнакомка дрожащими руками отправила газету в ближайшую мусорку и быстрым шагом направилась в сторону университета. Неожиданный толчок в спину заставил меня сделать пару неуклюжих шагов вперёд, я резко вышла из размышлений и обернулась.

– Думаю, вам стоит быть осмотрительней.

– Прости-прости, – рыжеволосый молодой человек в спортивной куртке виновато покачал головой и несмело улыбнулся, поправляя на плече лямку темно-синего рюкзака. Он выглядел так, будто только выбежал из дома – растрепанный, с мягким румянцем на бледных щеках. Желтая футболка под красным бомбером неопрятно торчала из джинсов. – Я тут заблудился немного.

– Бывает, – особого интереса он не вызвал, я пожала плечами и обернулась, чтобы продолжить путь до университета, вновь прокручивая в голове и неловкое столкновение. Обилие людей и неизведанных ранее чувств воспринималось чересчур остро. Меня пронзала каждая вибрация, каждая эмоция и общее настроение, висевшее в воздухе. Казалось, что пространство вокруг не прекращаясь сжималось, а звуки становились всё громче и навязчивее, пытаясь вытеснить меня из этого места. В тихом пригороде, где мне удалось провести последний месяц лета, всё было привычным, знакомым и родным.

– Эй, эй, а как тебя зовут? – молодой человек сделал несколько огромных шагов и без труда меня догнал. – Я Саймон, первый курс высшей математики, – он чуть меня обошёл и с интересом окинул взглядом мой облик. Обратным интересом я не ответила – друзей с первого столкновения заводить я не собиралась.

– Вивиан, – я кивнула вновь и устремила взгляд на виднеющийся впереди кампус.

– А факультет какой?

– Английская литература и творческое письмо.

– Будущий писатель?

– О писателях говорят в настоящем времени, – я покачала головой, на этот раз самодовольно, и игриво улыбнулась.

– Понял, – на его лице не показалось и доли смущения, он всё так же держал шаг, периодически порываясь заглянуть мне в глаза. – Ты местная?

Я кивнула, всё ещё не в силах принять то, что это определение действительно ко мне относится. Местная. Теперь я местная.

– А школа какая? Небось Тринити или Сейл?

– Оксфорд, – я пожала плечами и продолжила путь по залитой солнцем аллее. Вся территория вокруг университета была огромным, ухоженным парком, где студенты проводили время с видимым удовольствием. Саймон удивился, словно услышать название более напыщенной школы он не ожидал.

– Шутишь что ли?

Я покачала головой и слабо улыбнулась. Цель разговора не была мне ясна и я искренне желала его скорейшего окончания.

– Что же ты забыла здесь, в глуши?

– С каких пор Манчестер стал глушью по сравнению с деревушкой, где нет даже метро?

– Так почему к ним в универ не поступила?

– Внезапная смена ценностей.

Я поняла, что мой собеседник отстал, когда в поле зрения перестала маячить рыжая макушка. К счастью, до нужного корпуса мы уже добрались. Я не думая оглянулась и подняла глаза на парня, который беспечно пинал носком кроссовка опавшие, ещё не убранные листья.

– Это мой корпус.

– Э… и правда. Мне в другой. Что ж… Ещё увидимся, Вив?

Меня передёрнуло. Мы были знакомы слишком мало для подобного сокращения имени. Я снова улыбнулась и, молча развернувшись, пошагала в здание университета. Сдержанность была следствием непривычного спонтанного внимания со стороны незнакомца. Прошло много лет с того момента, когда мне приходилось в последний раз проходить через привыкание к новому месту, робкое заведение знакомств и налаживание новых связей. Я вкрадчиво входила в новый этап жизни, не имея понятия о том, что будет ждать меня дальше. Наблюдение за поведением окружающих и частичная его рефлексия сейчас казались наиболее надежным планом.

Я вошла в корпус и осмотрелась. До потолка возвышались белые мраморные колонны. С потолка свисала массивная, увешанная крошечными переливающимися камнями люстра. Высокие стены помещения были заполнены фотографиями самых талантливых студентов и преподавателей. Обилие лиц на портретах складывалось в неповторимый колорит этого места – все изображенные казались разными, лишенными Оксфордского строгого однообразия. Встав на первую ступень широкой лестницы, я оглянулась, движимая желанием самостоятельно оценить обстановку. Стремление юных студенток держаться обособленно или парами казалось свидетельством былой школьной робости. Их одеяние тоже не укладывалось в рамки преставлений об университете – расслабленные и на первый взгляд комфортные образы не имели ничего общего с Оксфордской школьной формой и последними веяниями европейских подиумов. Вмиг собственный наряд показался мне чересчур вычурным, но мысли улетучились так же быстро, как и возникли в моей голове – никому не было дела до первокурсницы с красной помадой на губах.

Нужная дверь кабинета литературы, на удивление, не скрывала за собой наполненный класс. Занятым оказался лишь один стол – стол преподавателя, за которым склонился молодой человек в строгой голубой рубашке с закатанными по локоть рукавами, открывавшими неплохо сложенные мышцы. Светло-медового цвета волосы, в которых с удовольствием играло солнце, шторкой закрывали высокий лоб, и почти падали на книгу, которую молодой мужчина сжимал в руке.

– Добрый день, а… – я не успела даже договорить, как уже завладела его вниманием. Он с интересом поднял на меня светлые глаза.

– Добрый день, мисс, – молодой человек мгновенно встал из-за стола и добродушно улыбнулся, предварительно оглядев меня с ног до головы.

Он был молод, моложе, чем могло показаться на первый взгляд. Неторопливым уверенным движением ладони он провёл рукой по волосам и сделал ещё пару шагов навстречу. Его искрящийся взгляд врезался прямо в меня – большие, ясные глаза цвета плотного голубого льда. Эффект они производили такой же – безжизненный, неестественный холод. – Вы, вероятно, только поступили на первый курс.

Я кивнула и вновь подняла на него глаза. Ещё несколько смелых шагов, и я начала ощущать терпкий запах парфюма с нотками цитруса и сандала, исходивший от строгой, идеально выглаженной одежды.

– Литературы не будет, у вас собрание в спортивном зале, – он покачал головой и уперся ладонями в бока. Под кожей еле заметно проступили плотные синеватые вены. – Вам никто не сообщил?

Я повторила его движение головой и еле заметно улыбнулась.

– Спасибо, – я кивнула и прикрыла за собой дверь, но она тут же распахнулась вновь.

– Найдёте дорогу сами, мисс?

Я не ответила и в спешке направилась вниз, кожа покрылась мурашками и сердце застучало быстрее. Жуткая неорганизованность, которую я позволила себе уже в первый учебный день, злобным эхом отзывалась внутри. В направлении спортзала семенило множество юношей и девушек, в толпе на мгновение показалась рыжая макушка нового знакомого. Внутри высокие трибуны оказались полностью забиты вчерашними школьниками, которые либо испуганно пытались зацепить взглядом таких же бедолаг, либо приняли решение быть максимально активными, и во всю заводили новых знакомых.

Свободных мест практически не осталось, я кое-как смогла пробиться через толпу, подняться выше и занять сиденье между белокурой миниатюрной девушкой и высоким смуглым парнем с волосами по плечи. Было тесно, но мне всё-таки несказанно повезло – студенты, которые зашли на пару мгновений позже, кучкой толпились возле входа без возможности принять сидячее положение. Я вновь осмотрелась по сторонам. Соседка справа, увлеченно изучающая собирающуюся толпу, казалась идеальной жертвой для развязывания диалога.

– Великолепные серьги, – стройные тонкие ниточки из ровных фиолетовых камней, было первым в её образе, что привлекло моё внимание.

– Вы мне? – блондинка обернулась и удивлённо подняла брови, сверху вниз скользя по мне взглядом.

В глаза сразу бросились мелкие, точно детские черты лица. Фарфоровая кожа слегка подсвечивалась розоватым румянцем, светлые брови и ресницы казались почти невидимыми – без выделяющегося макияжа девушка была словно дуновение свежего ветра.

Я уверенно кивнула. Она расплылась в лучезарной признательной улыбке.

– Мне нравится, как помада сочетается с беретом. Вы приехали из Франции?

– Франция? – я еле сдержала усмешку и покачала головой. Если мой привычный стиль вызывает такие ассоциации, неужели с одеждой тут настолько плохо? – Нет-нет, я живу в пригороде.

– Ни слова по-французски? – девушка подняла брови.

– Опять не угадали. Я знаю его как родной.

Собеседница вновь широко улыбнулась, заставив светло-зеленые глаза заискриться.

– Луиза, – тонкая бледная ручка с коротким розовым маникюром оказалась на ощупь словно атласной.

– Вивиан.

– Литература?

– Как ты догадалась? – её проницательность меня поразила, я нахмурила брови и скрестила руки на груди.

– Первое, о чём я подумала при виде тебя.

– А ты…

– Психология.

Наши растерянный взгляды встретились, зеленоватые глаза Луизы теперь засветились смятением. Я улыбнулась первая, девушка смущенно кивнула, заправила волосы за уши, после чего вновь села прямо. Я опустила глаза на спортзал и начала скользить взглядом от одного человека к другому, пытаясь найти ещё кого-нибудь интересного.

Невысокий седовласый мужчина в строгом тёмно-сером костюме выкатился на наспех сооружённую сцену, нелепо похлопывая себя по бокам.

– Прошу минуточку внимания. – он приподнял с высокой стойки микрофон. – Добрый день, дорогие друзья. Я ректор Джеймс Гиббс. Я рад видеть в этом зале столько пытливых умов, столько сияющих глаз, столько людей, готовых погрузиться в мир науки. Я очень рад, что вы выбрали именно наш университет. Манчестер – это про поддержку, про единство, про знания. Я уверен, что каждый найдёт здесь себе дело по душе, обретёт новых друзей и успешно пройдёт долгий, но интересный путь по становлению вашей личности, человека с новыми знаниями, амбициями, возможностями. В вас всех заложен огромный потенциал, и наша задача помочь вам его раскрыть. Мы очень рады приветствовать вас здесь, дорогие первокурсники, и я уверен, что ваши студенческие годы здесь станут самым лучшим временем вашей жизни.

Аплодисменты оказались вялыми и чересчур натянутыми. Студентов с горящими от восторга глазами можно было пересчитать по пальцам. Я постаралась похлопать живее и воодушевлённо улыбнулась. Мне искренне хотелось, чтобы этот новый, неизведанный этап жизни с излишком перекрыл все события, произошедшие до него. Новая маленькая жизнь, которая начиналась уже сегодня.

Появление на сцене эффектной рыжеволосой девушки в светло-зелёном костюме не вызвало предполагаемого интереса. Синеватые отблески мобильных экранов волнообразно переливались по всему залу, очередная лекция про возможности и единство оказалась невостребованной. Но как только девушка начала петь и чистый звонкий голос стал разливаться по залу, словно тягучий мёд, обволакивая каждого и дурманя своей сладостью, заинтересованных взглядов, обращённых к сцене, стало больше. Она была прекрасна – чистое олицетворение этого одухотворённого, пышущего жизнью места.

Старый потрепанный блокнот оказался в сумке как нельзя кстати – уже через пару мгновений тонкая черная ручка старательно скользила по бумаге, складывая ровные линии в образ певицы.

– Это выглядит просто улётно, – Луиза неожиданно перегнулась через моё плечо и покачала головой.

Я вздрогнула, после чего скромно кивнула.

– Спасибо, – и даже когда девушка сошла со сцены и заняла место в первом ряду напротив, тонкие черные линии её волос и ключиц всё ещё продолжили появляться в блокноте.

Когда ректор приступил к обсуждению насущных вопросов, я через силу перелистнула страницу, на новом развороте спешно стали появляться ровные ряды идеально выведенных букв. После окончания собрания я решила переждать поток спешащих юношей и девушек и осталась сидеть на своём месте, Луиза, немного поколебавшись, тоже не спешила уходить.

– Тут так много людей, – я покачала головой, продолжая с интересом следить за тем, как один за другим студенты выскальзывают из помещения, заставляя его опустеть.

– Самый большой университет в городе, – Луиза лишь безразлично пожала плечами. – Легко было поступить?

Её вопрос застал меня врасплох – мозг упорно отказывался понимать, что это значит.

– Меня вот взяли только из-за того, что глава факультета психологии – мамин двоюродный дядя, – беспечно продолжала девушка, вдруг резко начавшая искать что-то на дне бездонной розовой сумки.

– Я проходила в Оксфорд, но решила вернуться сюда, – я кивнула.

– Ты меня запутала. Ты местная или нет?

– Местная, но пять лет жила в школе-интернате.

– А чего вернулась?

– Тут привычнее и спокойнее.

Луиза усмехнулась и покачала головой слишком демонстративно, её губы застыли в снисходительной ухмылке.

– Я только поступила, и в соседнем общежитии убили девушку. Нельзя сказать, что тут спокойно.

Я закусила губу. Убийство, да. Все были одержимы.

– Полиция над этим работает.

– Работает? Ой не смеши, что у нас тут работает?

Я несмело улыбнулась. Стойкое недоверие к правоохранительным органам, казалось, передавалось жителям города с молоком матери.

– Наверное, тебе знать лучше. В любом случае я тут давно не жила, – я поднялась и отряхнула костюм, после чего направилась вниз. Лукавство ли? Споры на социальные темы явно не располагают к дальнейшему общению.

Спортивный зал к этому времени уже заметно опустел, и в голове созрела приятная мысль побродить по окрестностям.

– А ты куда? – Луиза в два счёта поравнялась со мной и заинтересованно вгляделась в моё лицо.

Я повела плечом.

– Хочу прогуляться, посмотреть, что тут и как. Составишь мне компанию?

– Я хотела найти столовую. Ничего не поела утром.

– А… Замечательно. Тогда… ещё увидимся.

– Да-да, конечно.

– Приятно было познакомиться, – слова остались без ответа, поскольку хрупкий силуэт Луизы и же выскользнул сквозь двери и спешно удалялся в сторону столовой. Я проводила знакомую долгим взглядом, про себя гадая, перерастет ли эта случайная встреча во что-то большее.

Глава 2

Чёрный форд остановился у высоких дверей только что открывшегося ресторана в центре города. Людей вокруг было немного – только что открывшееся заведение, способное стать оплотом моделей, юристов и бизнесменов, не совсем пользовалось популярностью. Я вышла из автомобиля, и, нервно поправив костюм, направилась внутрь. В кончиках пальцев еле ощутимо покалывало, я вновь провела руками по плотной ткани юбки и вздохнула. Это было глупо – волноваться перед подобной встречей, ведь мы виделись не так давно, но я всё равно не могла с собой совладать.

– Добрый день, – молодой человек на входе негромко поприветствовал меня и улыбнулся. – Вы бронировали столик?

– Эллен Льюис ожидает меня внутри, – я кивнула и сжала руки в замок позади себя.

– Проходите, – он кивнул в ответ и отступил, позволяя мне войти в зал.

Я оглянулась. Все маленькие столы были аккуратно укрыты, некоторые из них были заняты семейными парами или коллегами по работе – в целом два или три посетителя на стол. Лишь один столик у окна занимала она – невысокая стройная блондинка в светлом брючном костюме перебирала страницы меню, изредка нервно поглядывая в окно. Вид как всегда невозмутимый, отстраненный, но такой родной.

– Привет, – я улыбаясь подошла ближе и несмело помахала женщине.

Эллен перевела на меня глаза, и я смогла уловить, как уголки её губ медленно поползли вверх. Я рада была догадаться, что встреча была желанной не только для меня. Эллен могла чувствовать себя обязанной пригласить меня на обед, чтобы расспросить о том, что происходит в моей жизни, и для этого ей пришлось сильно сократить список важных дел на сегодня.

– Привет.

Женщина поднялась из-за стола, я не сдержала порыв, и первая подошла к ней, чтобы обнять. Мне стало тепло и спокойно, как только я почувствовала запах её любимых духов и коснулась пальцами шелковой блузки. Эллен не отличилась особой тактильностью и как всегда лишь отстраненно похлопала меня по спине, но и этого было достаточно, чтобы насладиться мгновением.

– Как ты? – женщина опустилась обратно за стол, передавая мне один экземпляр меню в кожаном переплёте.

– Всё было замечательно, – я с улыбкой покачала головой, с интересом перелистывая страницы книги. Картинки тёплых и сытных блюд пробуждали во мне аппетит. – Там все такие интересные, – я улыбнулась вновь и положила подборок на руки. Эллен подняла на меня свой ровный, светлый взгляд и долго вгляделась в моё лицо. – И учат там не хуже Оксфорда.

– Великолепно, – женщина сдержанно кивнула и продолжила внимательное изучение ассортимента.

– Как там в департаменте? У вас как всегда завал?

– Да, – она медленно кивнула. По её лицу всё было понятно. Несмотря на то, что мачеха отличалась любовью к идеальному внешнему виду и в любой момент времени выглядела безупречно, сейчас по уставшим светло-голубым глазам, было ясно, что работы в последнее время было много. – Помимо своих обязанностей я выполняю ещё уйму чужих.

– Всё это того стоит, если это поможет укрепить положение хотя бы одной женщины в полиции.

Эллен подняла брови и еле заметно улыбнулась. Тепло разлилось по моему телу. Я произнесла это не для того, чтобы потешить самолюбие мачехи. Я искренне так считала, точно, как и сама Эллен.

– Увы, женщина в полиции – всё ещё исключение, а не правило.

– Женщина – начальница департамента уголовных расследований – это по-настоящему революционно. И ты положила этому начало, – я покачала головой.

– Ты знаешь, кто по-настоящему это начал, – Эллен долго посмотрела мне в глаза. Они, казалось, стали ещё мрачнее и отстраненнее. – Если бы не твой отец, я бы так и осталась в патрульной службе.

– Не думаю, что разновидность социального лифта в этом случае имеет значение, – я отмахнулась, пытаясь вместе со словами мачехи отогнать от себя возможные неприятные мысли. – Главное то, где ты сейчас, и как хорошо ты выполняешь свою работу.

Она просияла, не пытаясь даже скрыть свои эмоции.

– Про тебя там спрашивали.

– Правда? – я отодвинула меню и победно улыбнулась. Слышать о том, что в полицейском участке обо мне ещё помнили, было дороже всяких похвал.

– Малькольм подумывал пригласить тебя на должность пресс-атташе, когда ты хотя бы немного поучишься.

– Дай угадаю – в перерывах между ожиданием коммуникаций с прессой я буду носить кофе и обеды кучке важных хмурых мужчин, которые никогда не соизволят воспринимать меня всерьёз, – я покачала головой и закатила глаза. – Не самая психологически здоровая обстановка.

– Я сказала ему то же самое, – Эллен закрыла меню и отложила его в сторону, устремив на меня свой пристальный, внимательный взгляд. – Ты выбрала?

– Выбрала, – я утвердительно кивнула. – А что там за история с убийством на кампусе? У нас только об этом и говорят.

Эллен покачала головой. Её лицо стало заметно строже и мрачнее. Я знала, говорить со мной о работе она совсем не любила, но каждый раз я надеялась, что мачеха сможет рассказать мне хотя бы что-то, пускай и не такое значительное.

– От тебя сейчас ничего не скрыть.

– Уже второй раз это студентка моего университета, а значит…

– Ты знаешь, я не имею права это обсуждать, – её голос был насквозь пропитан холодом, я поёжилась от того, насколько резко она не дала мне завершить свои размышления.

– Знаю. Папа же тоже не рассказывал, – я провела пальцем по блестящей поверхности столового ножа и покачала головой. Это было не совсем правдой. Он рассказывал, совсем немного, но рассказывал. Эллен молчала всегда. Всё по уставу.

Я так и не поняла, действительно ли женщина пропустила мимо ушей моё высказывание или только решила сделать вид. Она уткнулась взглядом в идеально выбеленную скатерть и молчала. Если бы она показала хоть какую-то эмоцию на своем лице, ей непременно пришлось бы выражать сочувствие, что было для неё почти невыполнимо. Она скорбела по отцу, я знала это наверняка. Я слышала о том, что она ежедневно вспоминает папу после пробуждения, и в те редкие минуты, когда ей удается оставаться наедине со своими мыслями, строит диалоги с ним в своей голове, в самые тяжёлые минуты стараясь найти ответы на свои вопросы. Но подобрать слова утешения для меня по немыслимой причине Эллен была неспособна.

– Ты познакомилась там с кем-то? – мачеха решила перевести разговор в более приятное и отвлеченное русло и это сработало – я тут же расслабилась, слабая улыбка появилась на лице. Разговор о новых знакомых казался намного легче.

– Да. Там очень приятные ребята, и девушки… Очень дружелюбные.

– Будь осторожнее, ладно? – женщина устало покачала головой и потёрла пальцами виски. Прошла всего лишь половина рабочего дня, но видимо её уже одолела мигрень. – Не хочу ни на что намекать, сейчас всё очень сложно, полиция старается обеспечить безопасность каждой девушки в университете, и…

– Я тебя поняла, – я кивнула и поджала губы. – Поняла.

Кудрявая девушка в светло-бежевой форме несмело подошла к столику, боясь прервать разговор за ним, после чего улыбнулась нам обеим по очереди.

– Вы готовы сделать заказ?

– Салат с красной рыбой и воду без газа, пожалуйста, – я улыбнулась и протянула меню обратно официантке.

– То же самое, – Эллен кивнула, и я слегка удивилась. Всё время ожидания она лишь делала вид, что выбирала, а сама находилась в собственных мыслях. Это было на неё похоже.

– Желаете десерт? – официантка с надеждой оглянула нас, и я ничуть не собиралась её разочаровать.

– Нет, спасибо, – Эллен покачала головой, её равнодушие к сладкому не стало для меня открытием.

– Один кусочек шоколадного торта, пожалуйста, – указательный рука рефлексивно потянулась к коротким волосам, я начинала накручивать прядь на палец.

Эллен еле сдержала насмешливую улыбку, и я поймала её снисходительный взгляд. Любовь к шоколаду всегда была поводом для её подтруниваний, а когда она переехала к отцу и обнаружила десятки плиток у нас в квартире, это оказалось для неё полным шоком.

Обед прошёл намного лучше, чем ожидалось. Несмотря на периодически нарастающую неловкость и напряжение, а также частые паузы в разговорах, всё сложилось как нельзя лучше. Серьезных и личных тем совсем не обсуждалось – я по детской привычке хотела поделиться с женщиной сокровенными мыслями, но ясно понимала, что той было не до этого. В ответ на откровения мачеха лишь отмолчится или показательно покачает головой. За все годы, что мы были знакомы, она так и не предприняла ни одной попытки по-настоящему сблизиться, поэтому наши беседы всегда сводились к разговорам о работе, учебе и положении женщины в современном английском обществе.

– Ты не думаешь приехать? – не глядя на экран терминала, Эллен коснулась его картой, после чего поднялась из-за стола и сверху вниз посмотрела на меня.

Я пожала плечами.

– Я пока не строила планов на выходные, – я встала и на секунду задумалась о том, что говорила не совсем искренне.

– Ты же знаешь, что двери открыты для тебя в любое время, особенно если ты захочешь вернуться насовсем.

Я нехотя кивнула. Возвращаться не хотелось. Что в бывшем доме, что в нынешнем, я ощущала себя до жути одинокой. Дело было не в месте жительства, а в окружении, в его отсутствии. Когда я изредка возвращалась из Оксфорда в Манчестер и имела возможность проводить с семьёй сколько угодно времени, наша квартира пустовала – Эллен и папа были полностью поглощены необъятными объёмами работы. Переезд в отдельное жилище, место, из которого я могла создать себе дом самостоятельно, был единственным приемлемым вариантом после наступления совершеннолетия.

– Я знаю, – я слабо улыбнулась и кивнула, желая уверить мачеху в том, что я обязательно подумаю над предложением, но у меня не получилось.

Эллен покачала головой и бесшумно вздохнула. Скорее всего, ей хотелось сказать что-то про серьёзность своих слов и намерений, но настрой её быстро улетучился. Мы молча спустились вниз. На автомобильной стоянке мы одновременно остановились и неловко посмотрели друг на друга.

– Увидимся… – я с надеждой посмотрела на мачеху, судорожно перебирая в мыслях даты возможной следующей встречи, но в голову упрямо ничего не шло. Это зависело не от меня, и мы обе об этом знали.

Она уловила напряжение, вероятно, сама чувствовала себя загнанной в клетку. Следующая встреча была неизбежной – этого требовала порядочность и чувство долга, чем Эллен в силу своей работы была не обделена. Однако эта встреча была бы совершенно неуместной, ведь были дела поважнее, самое крупное расследование за последнее время не могло подождать.

– Я тебе позвоню, – Эллен кивнула и неловко похлопала меня по плечу. – Будь осторожнее, ладно?

– Конечно, – я кивнула. – Спасибо за обед.

Мы вновь устремили глаза друг на друга. Сейчас, возможно, следовало бы обняться, но никто так и не сделал первый шаг. Играть в семью спустя семь лет всё ещё не получалось. Вместо этого я улыбнулась и помахала женщине, после чего первая опустилась в машину. Эллен пару секунд постояла на тротуаре, наблюдая за тем, как я выруливала с парковки, после чего сама села в автомобиль.

Я опустила окна в машине и скрылась за ближайшим жилым домом. Получасовая дорога до пригорода показалась особенно незаметной. Сердце, переполненное новыми впечатлениями, эмоциями и знаниями, то и дело подпрыгивало, весь путь до нового дома я снова и снова прокручивала в голове произошедшее за сегодня. Эйфория от сегодняшних событий накатывала волнами, вынуждая меня то и дело отвлечься от дороги и поддаться приятным чувствам. Это была моя жизнь. Новая, ещё неизведанная ступень, которую мне предстояло перешагнуть. С твёрдой уверенностью в том, что всё обязательно сложится, я уверенно неслась ей навстречу.

Глава 3

– Откройте, полиция! Полиция!

Низкий мужской голос доносился сквозь открытые в каждом доме окна. Было всего семь утра, многие жители района несмотря на будний день даже и не думали вылезать из своих теплых постелей. Грозные возгласы и настойчивый стук в дверь дома заставили многих через силу открыть глаза и выглянуть в окно. Я, будучи не осведомлённой о том, что крики, сопровождающиеся уверенным стуком в дверь, адресованы мне, смешивала холодный клубничный смузи в недавно купленном блендере. Утро казалось замечательным. Я проснулась намного раньше обычного, спешно собралась и с книгой уселась на террасу в спальне. Чтение на свежем воздухе вписывалось в концепцию гармоничного утра – спящие соседи даже и не думали никого тревожить, воздух на улице впервые за долгое время казался лёгким и свежим.

Наконец отпустив кнопку блендера, я услышала назойливый стук во входную дверь. Гостей не ожидалось, поэтому я с опаской проследовала в прихожую.

– Полиция, – вновь послышался голос снаружи – разраженный и взволнованный, он навевал на меня не самые приятные мысли. Поселок был один из самых безопасных, но общая истерия на фоне совершаемых убийств незаметно меня задела.

– Доброе утро, чем я могу вам помочь? – я распахнула дверь и с улыбкой посмотрела на полицейского.

Седовласый полноватый мужчина рукой оперся на белоснежную стену дома. Его лицо смутно казалось мне знакомым, но я никак не могла вспомнить, где я его видела.

– Здравствуйте, я инспектор Кэрол Форбс. Могу я поговорить с хозяином дома?

– Это мой дом, – я прислонилась к косяку и стала наблюдать.

Лицо его немного помрачнело, морщина между бровей стала глубже, карие глаза приобрели черный оттенок.

– Разумеется, я имею в виду… Ваш отец дома?

– Я живу одна. Вивиан Льюис. Приятно познакомиться, – я выдавила из себя улыбку несмотря на то, что сцена начала порядком меня нервировать. Я не понимала, что это значило – отголоски патриархата или же полицейский знал моего отца?

– Извините, мисс Льюис. Вчера вечером из соседнего дома украли велосипед. Вы ничего не видели?

Брови поползли вверх, на лице появилась еле заметная усмешка. Оперативность и добросовестность полиции искренне радовала. В самом Манчестере тоже не могло быть по-другому – когда-то одним из начальников был отец, самый справедливый и человечный из всех хранителей порядка. Да и руководство Эллен не вызывало нареканий – отдел расследований вместе с ней заработал ещё более слаженно.

– Не видела. А это всё? Просто велосипед?

– Не просто велосипед, а скоростной, только что купленный велосипед для горной езды.

Я покачала головой и слабо улыбнулась. Всего лишь велосипед. Не труп студентки на соседней улице.

– Вам, вероятно, очень трудно работать на мелких вызовах.

Мужчина тяжело вздохнул. На его лице показалась благодарность. Детство в среде полицейских научило меня различать все боли, нужды и желания доблестных сотрудников.

– Никак нет, мисс. Это кража, преступление. Мы обязаны на это реагировать. Я не услышал поворота ключей в замке или звука шпингалета. Если вы не закрываете дверь на ночь, вам стоит это делать.

Я слабо кивнула. Вот дурочка, не закрыла дверь. А все предыдущие дни? Я отчаянно не могла вспомнить, запирались ли на замок раньше.

– Спасибо. Это всё, чем я могла вам помочь?

– Да, мисс Льюис. Извините за беспокойство, – он покачал головой, глаза под густыми белыми бровями засверкали. – А, мисс… А Эдвард… Он тут больше не живёт?

Я остановилась. Казалось, меня ударили прямо в живот, вдохнуть не получалось. Я закусила губу и сжала пальцы на косяке, казалось, дерево зашло мне прямо под ногти.

– Вы… посмотрите новости, хорошо? До свидания.

– До свидания. Хорошего дня.

Я опустила глаза и резко захлопнула дверь. Восстановление дыхания заняло пару минут. Начинать день с полиции было чем-то безусловно знакомым. Я перелила напиток в стакан и опустилась за стол. Неспешное, тягучее утро несомненно делало меня счастливой, но этот визит, этот вопрос в конце словно разлил на него мрачные краски. Я медленно выпила смузи, после чего ополоснула стакан, сложила незамысловатый обед в контейнер и вышла из дома.

Машин на дороге было больше, чем всегда – скорость автомобилей была явно ниже скорости самого простого велосипеда. Окна ожидаемо были открыты – вязкая духота всё же опустилась на город, я то и дело встречала лицом теплый напор воздуха.

В центре города было людно. Я вяло тащилась по широкой улице, еле сдерживая себя от ругательств, когда очередной лихач решил обогнать пробку со стороны тротуара. Со мной внезапно поравнялся велосипед, и я с удивлением узнала блондинистую макушку, владелица которой заставила меня открыть окно ещё шире.

– Луиза? – негромко позвала я, сбавляя ход ещё больше. Новая знакомая мгновенно обернулась.

– Вивиан! – воскликнула она так, что вся вереница машин наверняка услышала. Улыбка украсила её разрумянившееся лицо, оно заискрилось неподдельной радостью. – И ты тут?

– Я бы предложила тебя подвезти, но очевидно ты доберешься быс…

Но Луиза не дослушав уже слезла с велосипеда и под нервные выкрики стоящих рядом водителей открыла багажник. Те, кто ехали сзади, уже начали объезжать мою машину, вставшую посреди дороги, в багажник которой девушка отчаянно пыталась запихнуть сложенный велосипед. Я, прикусив губу, негромко застучала ногтями по приборной панели.

– Я положу сюда, не против?

Я устремила взгляд в зеркало заднего вида и покачала головой. Луиза захлопнула багажник слишком громко и поспешила сесть на переднее сиденье. За время всех её манипуляций пробка ощутимо продвинулась. Я нервно надавила на педаль газа, и Луиза вжалась в сиденье от резкого манёвра. Однако ожидать быстрой поездки дальше не пришлось – ряд снова встал.

– Я думала, ты живёшь в общежитии, – я повернулась к девушке, одной рукой сжимая рулевое колесо.

Луиза беспечно отмахнулась.

– После того, что произошло на той неделе, мама потащила меня домой. Она, конечно, сначала предложила мне перекраситься, но я слишком долго добивалась этого цвета, – она взмахнула волосами, демонстрируя мне идеальный блонд с пепельным отливом.

– А где машина?

– А, утром увезли на штрафстоянку. Не знаю, что я там нарушила, но, когда я утром встала, её уже не было. Пришлось экстренно собираться, я даже позавтракать не успела. Я поем тут, ты не против?

Я медленно кивнула и сжала руками руль. Луиза вытащила из пакета свой завернутый в бумагу сэндвич и захрустела салатом. Соус брызнул и тотчас же потёк по её бледному подбородку. Я проследила за траекторией падения майонезных капель и покачала головой. Окно в миг стало грязным. Я открыла бардачок и протянула девушке салфетку.

– Спасибо, – пробубнила Луиза, вытирая жирные капли с лица. – Я ужасно голодная.

Я натянула слабую улыбку и кивнула.

– Какая у тебя первая пара? – Луиза отряхнула руки.

– История литературы.

– Моя кузина сказала, что у вас там просто офигенный препод.

Я безразлично пожала плечами, но Луиза и не думала заканчивать.

– Насколько я слышала, он сам недавно выпустился и параллельно работает в какой-то газете. Молодой горячий писатель. Я завидую тебе, подруга.

Больше мы не разговаривали. Луиза звонко хрустела овощами, заставляя всё внутри меня сжиматься от крайне неприятного звука, я переменно нажимала на педаль газа, наполовину высунувшись из окна, чтобы не чувствовать обилие специй в замкнутом пространстве. Когда я остановила машину на парковке напротив университета, пара уже 10 минут как началась. Внутри всё похолодело – я искренне не понимала, как такое могло произойти, ведь выехала я намного заранее.

– Спасибо, Вив, я побежала, – послав мне воздушный поцелуй, Луиза схватилась на ручку, оставляя на ней жирный след, и выскочила из машины, вновь забыв придержать дверь.

Я бесшумно вздохнула и покачала головой, после чего протерла грязное место салфеткой. Я всё равно опаздывала, пара секунд, потраченные на уборку, ничего не поменяют.

Я поспешила к нужному корпусу, поднялась к уже ранее изведанной аудитории и несмело приоткрыла дверь. Светловолосый молодой мужчина, активно жестикулируя, рассказывал что-то слушателям. Людей было немного, большая часть заинтересованно внимали рассказу, остальные скучали, рисовали что-то в тетрадях или увлеченно листали новостные ленты в мобильных устройствах. Я кинула быстрый взгляд на доску. Небрежным крупным почерком на ней было выведено «Английский романтизм», под надписью – несколько известных фамилий, жирно обведенных в круг. В верхнем углу уже ровнее было выведено «Мистер Адам Филлипс». Я вошла, мужчина тут же обернулся и долго посмотрел в мою сторону. Это он отправил меня на собрание вчера. Я быстро кивнула преподавателю и хотела уже занять место на трибунах, но Филлипс покачал головой.

– Постойте, мисс. Если вы думаете, что истоки английского романтизма совсем необязательная тема для заслушивания с самого начала, может вы зачитаете нам одно из стихотворений… Ммм… Блейка?

Я подняла брови и удивленно посмотрела на трибуны в поисках поддержки, которой ожидаемо не оказалось. Его ерундовая просьба, которую я услышала, выбила меня из равновесия. Некоторые студенты, не раздумывая, сменили фокус внимания и сейчас с жадным интересом наблюдали за вырисовывающейся сценой. Я прокашлялась. Блейка значит? Ну-ну.

– Ни любопытства, ни тоски

Ни в ком не вызвал мой удел.

Никто не подал мне руки,

Никто в глаза не поглядел.

Мир тайных грез и тайных бед

Не озаботил никого.

Промчалось восемнадцать лет

Со дня рожденья моего.

Случалось: забывая спесь,

Душа молила об одном —

Чтоб душу любящую здесь,

Здесь, на земле, найти свой дом.

То было время страстных снов,

Но чувство не вошло в зенит.

И после долгих вечеров

Огонь зари почти забыт.

Иссяк фантазий дивный пыл,

Надежда обратилась в прах,

И дальше опыт мне открыл,

Что правды нет в людских сердцах.

О жизнь – как страшно было в ней

Зреть лицемерье, фальшь, разврат:

Бежать в себя и – что страшней —

В себе найти весь этот ад.

– Прекрасно, просто прекрасно. Только вот это не Блейк, – мужчина скрестил руки на груди и прислонился к высокому столу.

Я покачала головой и спокойно улыбнулась. Не Блейк.

– Эмили Бронте. Вы обсуждаете английский романтизм и на доске нет ни одного женского имени. Я решила это исправить.

– Исправить мою рабочую программу? – преподаватель вздёрнул бровь. Он смотрел на меня холодно и строго, ещё строже и холоднее, чем вчера. Его взгляд был отталкивающе резким, я могла разглядеть в его глазах медленно нарастающее недовольство.

– А чтение стихов при опоздании являются её частью?

– Да, и это ждёт каждого, кто решит опоздать на мои пары. Что касается вас, мисс…

– Вивиан Льюис.

– Мисс Льюис… Репрезентация – это похвально.

– Это не репрезентация. Это одно из самых громких литературных имён 19 века.

– Громких… Какой был псевдоним… Элис Белл? Мне кажется, о таком слышали только мы с вами. И вы думаете, она должна стоять в одном ряду с Байроном и Шелли?

– Так думают все, кроме вас, очевидно, – я завела руки за спину и сжала их в кулаки, к ладоням под давлением ногтей прилила кровь. Ощущение возможной потери самообладания непрерывно нарастало, я почувствовала, как порозовели щёки.

– Давайте обсудим феминистскую литературу в другой раз.

– Это готический роман, а феминистскую литературу породила её сестра Шарлотта.

Мужчина долго посмотрел мне в глаза и закусил губу. Я почувствовала его напряжение – бегающий взгляд явно свидетельствовал о том, что контроль над ситуацией он отпустил.

– «Джейн Эйр», конечно. Присаживайтесь, мисс Льюис.

Я закусила губу и не раздумывая заняла место на первом ряду. Он продолжил лекцию. Явно сбитый с толку, он то и дело посматривал на меня. В его светлых глазах под нахмуренными бровями читался опасливый интерес. Я не смущаясь ловила каждый его взгляд, увлеченно слушала и что-то помечала в тетради, так как рассказ его был вполне познавательным.

После звонка в конце пары я с трудом собрала свои вещи и поднялась из-за трибуны. Я чувствовала на себе взгляд Филлипса и уже ожидала, что он задержит меня, но мужчина ни слова не сказал, и я спокойно покинула кабинет.

– Ну ты даешь, – прозвучал задорный комментарий над ухом. Я подняла глаза – высокий смуглый парень, кто-то из одногруппников с широкой улыбкой глядел на меня сверху вниз. – Смотри ещё, заточит на тебя зуб.

Вивиан покачала головой.

– Ему всё равно, он не видит ничего, кроме себя и своего самолюбия, – я вздохнула и направилась вперед по коридору.

– Хэй-хэй-хэй, – раздался энергичный возглас позади и тяжелые ладони опустились на плечи.

Я вздрогнула, одним резким движением сбросила с себя чужие руки, после чего подняла голову. Передо мной стоял Саймон – приветливая улыбка украшала его веснушчатое лицо.

– Ты ко всем так подкрадываешься? – с губ слетел смешок, я покачала головой, не прекращая свою дорогу.

– Нет, только к тем, кого я рад видеть. – он был словно маленький щенок, который только что встретил своего хозяина. Неловкость нарастала – он так себя вёл спустя менее суток после знакомства. – Так… как у тебя дела?

– Великолепно, – я улыбнулась и за спиной скрепила руки в замок. – Ты в порядке?

– Да, вообще улёт. Вчера с парнями поехали в скейтпарк отмечать начало учебного года. Мы участвуем в организации вечеринки для первокурсников. У тебя как, нет планов на пятницу?

Я улыбнулась вновь. Планов не было и отказывать Саймону я даже и не думала. Это то, чего мне так отчаянно хотелось – веселья и беззаботности.

– Твоя вечеринка, очевидно.

– Ты придёшь? – удивление на лице Саймона и его приподнятая бровь слегка меня смутили.

– Почему нет?

– Супер, я правда не знаю, когда это будет и где, но я буду тебя ждать… Дашь свой номер, чтобы я сбросил адрес?

Я закусила губу и покачала головой. Из сумки я выудила блокнот с ручкой и через пару мгновений на тонкой бумаге уже красовался уникальный набор цифр.

– Ты могла просто вбить его в мой телефон, но да ладно, – парень широко улыбнулся и быстро спрятал листок в карман, будто опасаясь, что я в любой миг его отберу. – Не помнишь, куда и зачем мы должны идти?

– У меня ораторское мастерство на первом этаже в аудитории 12-А, а куда идёшь ты я не имею ни малейшего понятия, – я пожала плечами.

– Я побежал встречать Уолли, увидимся на обеде, – парень неловко похлопал меня по спине и резко сменил курс, направившись в противоположную от меня сторону.

Я покачала головой. Увидимся… Настойчивое внимание нового знакомого с одной стороны меня забавляло, а с другой стороны ужасно раздражало. Слишком легко он пересекал чужие личные границы, которые я была не готова раздвигать. Прошлый опыт, очевидно, диктовал мне держаться от такого подальше, но учеба на собственных ошибках явно не была сильной стороной моей личности.

Глава 4

– Ты идёшь, ты идёшь, ты идёшь? – радостный визг прорезал площадку перед кампусом.

Я, вполне удачно расположившаяся под кроной широкого дерева, обернулась. Луиза со всех ног неслась ко мне с подставкой кофе в руках. Она плюхнулась рядом, протягивая мне высокий картонный стакан, от которого мягкими волнами вздымался пар.

– Я не знала, что ты любишь, взяла моккачино с вафлей и лесным орехом.

Я улыбнулась и покачала головой. Кофе со сложными названиями и кучей сладких сиропов был моей слабостью.

– Отличный выбор, спасибо.

– Так идёшь? – Луиза с силой пронзила трубочкой черную крышку, пластик недовольно затрещал.

– Куда? – я управилась аккуратнее, и делая долгожданный глоток напитка, недоумённо взглянула на знакомую.

– На вечеринку первокурсников, куда ещё?

– А, да. Тему придумали?

– Классические фильмы. Есть идеи для костюмов? Стой, стой, я знаю, тебе бы точно подошло «Криминальное чтиво».

– Да, было бы супер. А ты в чем пойдёшь?

– Сирена Ван Дер Вудсон. Старая американская «Сплетница» тоже своего рода классика, – Луиза широко улыбнулась.

Я слабо кивнула и обвела девушку глазами. Луиза выглядела здорово. Розовый шелковый топ на узких лямках нежно струился по бледной коже, голубые расклешенные джинсы идеально облегали бедра. Из модного шоппера торчала свернутая в трубочку вчерашняя газета.

– Ты носишь её с собой? – я кивком указала на прессу и расположилась поудобнее. Интересно, а я так и не удосужилась раздобыть себе такую же.

– Это? – хмыкнула Луиза и вытащила газету из сумки. – Сестра засунула, не знаю, что они там разбирают.

– Я посмотрю? – я протянула руку.

– Да забирай, – Луиза беззаботно отмахнулась и вложила газету в мою ладонь.

Я разгладила её на коленях и пристально посмотрела на первую полосу. Девушка на фото отдаленно напоминала Луизу. Открытое, лучезарное лицо, большие светлые, вероятно, голубые глаза. Она широко улыбалась с обложки, светящийся взгляд словно закрадывался в душу. Розали Кэмпбэлл. Красивое, нежное имя. Я пробежалась глазами по тексту. Никакой значимой информации о ходе расследования. Конечно, кто им скажет? Зная Эллен, я удивилась, что это вообще как-то просочилось в прессу. Я оглядела двор. Солнце мягко заливало салатовый газон, на котором студенты расположились кучками. Совсем беззаботные, они смеялись и бодро переговаривались с друзьями. Картину омрачила лишь невысокая рыжеволосая женщина, на коленях стоявшая напротив самодельного мемориала около входа на территорию. Её плечи поникли, она то и дело подносила ладони к лицу, платком промакивая глаза. Её грудь сотрясали сдавленные рыдания, кулаками она молотила землю.

Кожа покрылась мурашками. Жуткое зрелище, на которое никто не обратил внимание, заставило меня вспомнить не самые приятные события.

Прошло несколько дней с первого убийства. Я по обыкновению сидела в кабинете, ожидая, пока его владелец вернётся со смены. Я перебирала пыльные бумаги, то и дело посматривая на часы. Он должен был уже вернуться. Уверенность в том, что произошедшее на прошлой неделе вдохнёт в отдел новую жизнь и работа закипит с новой силой, таяла на глазах – на этаже словно по щелчку пальцев выключили звук. Все говорили еле слышно, максимально понизив голос, и перемещались по зданию настолько бесшумно, что я каждый раз вздрагивала, когда неожиданно дверь кабинета распахивалась. Именно поэтому истошные крики и ругательства из коридора тут же нарушили сложившуюся безмолвную атмосферу. Послышались звуки открывающихся дверей, голоса знакомых заводили спокойный разговор. Любопытство пересилило здравый смысл и этику, я поднялась из-за стола и выглянула в коридор. Высокая шатенка вытирала с лица слёзы, не в силах прекратить рыдания. Рядом с ней стоял худой светловолосый мальчик, на вид лет девяти и с испугом смотрел на женщину. Вероятнее всего это была его мать.

– Я хочу поговорить с хэдлайнером расследования! – сквозь слёзы вопила она. – Дайте мне поговорить с начальником!

Из своего кабинета вышел Паркер, один из детективов и подошёл к женщине совсем близко.

– Успокойтесь пожалуйста, мэм. – горячо зашептал он своим глубоким успокаивающим голосом. Отец всегда отправлял его взаимодействовать с людьми – за годы работы в полиции он научился очень тонко чувствовать людей и находить особенный подход буквально к каждому. – Начальник сейчас не в офисе, но я уверен, что вам может помочь кто-нибудь другой. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы решить вашу проблему. Что у вас случилось?

– Мою девочку убили, а вы ничего не делаете, вот это проблема! Я хочу поговорить с начальником, мне необходим начальник!

Осознав, что сцена не самая интересная, все разошлись обратно по своим кабинетам, плотно закрыв двери, поэтому в коридоре остался лишь Паркер, изнеможденная женщина и ребёнок. Я робко направилась к троице.

– Добрый день, – под недоумённый взгляд детектива, я дружелюбно кивнула женщине, после чего опустилась перед ребёнком на корточки. – Привет. Хочешь посмотреть на полицейские авто, пока твоя мама разговаривает с начальником?

Мальчик несмело поднял глаза на мать, женщина часто закивала. Я встала и опустила руки ребёнку на плечи, острые, но теплые. Паркер с благодарностью мне кивнул.

– Пройдёмте со мной, мэм, – он аккуратно коснулся руки измученной матери и указал на лифт. – Вивиан присмотрит за вашим сыном, потом я наберу её, и она приведёт его обратно.

Женщина проследовала за Паркером, около лифтов обернулась и посмотрела на ребёнка. Мальчик помахал ей рукой, мать слабо кивнула в ответ.

– Автопарк у нас внизу, пойдём? – я протянула ему руку, но он покачал головой и проследовал за мной самостоятельно. – Как тебя зовут?

– Питер, – выдавил ребенок, поднял свои бездонные печальные зеленые глаза.

– Я Вивиан.

– Ты тут работаешь?

– Помогаю, – я покачала головой и первая начала бежать по лестнице.

– Что ты делаешь?

– В основном разбираю старые дела и протоколы.

– И это полезная работа?

– Это работа, которую в нужное время кто-то не сделал, и я доделываю её сейчас.

– Почему её не сделали раньше? – мальчик остановился и серьезно на меня посмотрел. Я пожала плечами, его строгость меня смутила.

– Были дела гораздо важнее.

– Например, как найти убийцу моей сестры?

Теперь уже мне захотелось резко застыть, но я этого не сделала и лишь украдкой посмотрела на мальчика. Питер смотрел открыто, ожидая честного ответа. Его внимательный взгляд сейчас искал поддержки. Я молча смотрела на него. Руки задрожали, уже испытанное ранее чувство заполнило грудь. Он был как я.

– Наверное да, – пробормотала я и поспешила вниз. – Пойдём, пока все не уехали. – я крепко обхватила его холодную ладонь с костлявыми пальчиками и повела за собой. Мы спустились на парковку – машин было не так много, большинство сотрудников уехали на вызовы, но посмотреть всё равно было на что. Меня это всё уже не впечатляло, но я не могла сдержать улыбку при виде восторженного лица мальчика.

– Как здорово! – Питер подпрыгнул на месте и отпустил мою руку, после чего подбежал к одному из автомобилей. – А ты каталась на каком-нибудь?

– Очень много раз, – я улыбнулась и мягко кивнула, он даже не представляет насколько много. – Мой папа меня возил.

– А ты можешь попросить его прокатить меня тоже?

– Нет, малыш, извини, – я прикусила губу и покачала головой, после чего отвернулась, мои руки задрожали. Его машина стояла в углу, накрытая тентом, я устремила взгляд прямо на неё. Ни Эллен, ни я так и не осмелились её продать. Дверь гаража открылась, женщина, легка на помине, на своём черном мерседесе заехала внутрь. Удивление на её лице читалось сквозь стекло, я уже приготовилась к тому, что она меня отчитает. Она резко остановила машину и поспешила ко мне, я съёжилась.

– Привет, – Эллен поздоровалась первая и подняла брови, заглядывая за моё плечо. Мальчик явно вызвал у неё интерес.

– Привет, – я неуверенно кивнула в ответ и скрестила руки перед собой. – Это Питер, он… брат убитой девушки… – я понизила голос и подошла ещё ближе. – Его мать очень рвётся с тобой поговорить, устроила здесь переполох.

Эллен бесшумно вздохнула и покачала головой.

– Поднимайтесь обратно, не думаю, что ваше нахождение тут кто-то одобрит.

– Но кроме тебя… – я была готова к спору, но Эллен уже меня не слушала и решительно зашагала вперёд, ко входу в участок.

– Может выпьем чаю? – я обернулась к мальчику и слабо ему улыбнулась. – У нас там есть вкусное печенье.

Питер часто закивал и поспешил за мной.

– Так почему твой папа нас не покатает?

Ком застрял в горле, я медленно сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу и посмотрела ему в глаза. Каждый раз я самостоятельно делала себе больно.

– Он кхм… умер, – голос, кажется пропал, как только я это произнесла, новая волна боли всколыхнулась в груди. Я произнесла это. Признала.

– А…

– Пойдём скорее наверх, малыш, – я покачала головой и поспешила сменить тему. Разговоры об отце навевали мысли, которым сейчас очень не хотелось предаваться. Нужно домой. В одиночество. – Какой ты любишь чай?

– Земля вызывает Вивиан. Земля вызывает Вивиан, приём, – бормотала над ухом Луиза и я не сразу различила её задорный голос.

Я резко отпрянула и недоумённо взглянула на девушку.

– Что такое?

– Я с тобой болтаю, болтаю, а ты сидишь и смотришь на этот алтарь, – она покачала головой и демонстративно надула губы.

– А… Да я вспомнила кое-что. Это неважно, – я отмахнулась и вновь долго посмотрела на женщину. Обессиленная от горя она свалилась на землю. Сердце вновь сжалось, но я знала, что ничем не могу помочь. Я была на её месте и прекрасно понимала, что посторонних людей рядом хотелось видеть меньше всего.

– Так тебе не влетело за опоздание? – через трубочку шумно втягивая остатки кофе, Луиза с интересом посмотрела в мою сторону.

– Читала стихи Бронте на пороге, – я покачала головой, воспоминания об утреннем унижении заполнили моё сознание. – А тебе?

– Решала вслух уравнения из высшей математики, – блондинка печально вздохнула.

– Классный университет. И наказания интересные…

Глава 5

Машина резко затормозила. Я, беспечно отказавшись от ремня, лбом ударилась о подголовник переднего кресла.

– Мы даже не выпили, а тебя уже шатает? Или я чего-то не знаю о твоём розовом термосе, подруга? – звонко усмехнулась Луиза, открывшая дверь авто снаружи, увлекая меня за собой. Я спешно вынула из кармана чаевые и опустила перед водителем.

– Спасибо.

Луиза хлопнула дверью и потянула меня к себе, из-за неудобных каблуков она с трудом переставляла ноги. Оттащив меня от дороги, девушка бросилась меня обнимать.

– Привет.

Я похлопала её по спине и отстранилась, сосредоточив взгляд на её одеянии. Короткая темно-синяя юбка в клетку, белая блузка и галстук. Золотистого цвета волосы волнами струились по плечам, в ушах блестели крупные круглые сережки. Определенно подходит для «Сплетницы».

– Привет, – я кивнула и улыбнулась в ответ. – Ты выглядишь… Просто здорово.

– Спасибо, – пролепетала Луиза, повертевшись вокруг себя и взлохматив волосы. Пальцем задев висок, она сняла с бледного лица тонкую полоску автозагара. – А ты решила выбрать Одри?

– Для Мии Уоллес у меня совершенно ничего не нашлось, – я покачала головой и вновь улыбнулась.

Вещей такого плана в гардеробе у меня и правда не осталось, но и для «Завтрака у Тиффани» найти одежду было также тяжело. Маленькое черное платье слегка висело на талии, поэтому фигура выглядела более прямоугольной, тонкие капроновые перчатки подчеркивали хрупкие кисти, а нитка жемчуга на шее, когда-то принадлежавшая матери, мягко завершала образ.

– Ну и ладно, ты выглядишь просто шикарно, – отмахнулась Луиза и перевела взгляд на бутылку в моих руках. – Шато Лагранж 2014 года? У нас тут Амстел не все купить могут, а ты, подруга, переборщила.

Я пожала плечами.

– Это всё, что было дома. И я совсем не люблю пиво,

Я задумалась, нужно ли было приносить бутылку элитного французского вина на данное мероприятие, но это был единственный из напитков дома, который я пробовала. В шкафчике кухонного гарнитура помимо дорогого вина было в основном несколько видов качественного виски – его дарили отцу на работе и он каждый раз отвозил всё в загородный домик, где отдых в хорошей компании случался гораздо чаще.

– Пойдём, – Луиза слишком крепко обхватила мои пальцы и потянула меня к дому.

Невысокое здание из красного кирпича, казалось, подрагивало из-за громкой музыки внутри. Свет был приглушен, на стенах в комнатах плавали яркие пятна от светильников. Луиза по-хозяйски отворила дверь. Музыка на пару мгновений оглушила меня, но знакомая, не подавая виду и смешно перебирая ногами, проследовала на кухню.

На гарнитуре беззаботно сидела высокая рыжеволосая девушка, над которой навис подкаченный блондин в костюме вампира, и широкими ладонями обхватив её талию, увлеченно целовал её в губы.

– Я же не сильно опоздала? – среди всей груды мусора, неопрятно возвышавшейся на кухне, я еле отыскала упаковку чистых стаканов, после чего внимательно оглядела обстановку. По внешнему виду помещения и состоянию гостей нельзя было сказать, что вечеринка началась всего пятнадцать минут назад.

– Неа, – Луиза отмахнулась и запрыгнула на стол, с интересом наблюдая за тем, как я начала кружить по кухне в поисках штопора.

– Помочь, красотка? – совсем рядом послышался низкий мужской голос. Я поняла глаза. Передо мной стоял высокий темнокожий парень, на лице которого играла самоуверенная улыбка. Казалось, мы учились в одном потоке.

Я покачала головой, обошла молодого человека и, так и не найдя нужный предмет, выудила из ящика нож. Пробка поддалась явно быстрее, чем я ожидала, что заставило меня удивиться. Подобные познания тоже перешли мне от Эллен.

– Где твой стакан? – ладони Луизы были пусты.

– А, я кажется оставила его в гостиной, я сейчас…

– Не нужно, – я подняла руку и покачала головой, после чего разлила вино в два нетронутых пластиковых стакана.

– Уууу спасибо, крошка, – воскликнула девушка и спрыгнула со стола, заставив его еле заметно покачиваться на ножках. – Пошли, – её нарощенные ногти вонзились в моё плечо, и Луиза повела меня в огромную шумную гостиную.

Я успела лишь сунуть бутылку за вазу в коридоре, прежде чем мы оказались посередине следующей комнаты. По размеру гостиная была практически в половину этажа. По периметру стояли небольшие кресла, а в центре комнаты разместилось несколько длинных стоящих друг напротив друга диванов. У дальней стены расположился бильярдный стол, на котором уже стояли пластиковые стаканы, выстроенные в несколько рядов. Рядом с ним парни жарко спорили о том, кто же начнет эту партию бирпонга. Я осмотрелась в поисках Саймона.

– Привет, – в этот же момент его тяжелые грубоватые руки опустились на мои плечи, и белозубая улыбка парня засверкала на его бледноватом лице. – Классно, что ты пришла.

– Привет, да, – я мягко отпрянула и улыбнулась. Саймон однозначно выпил, его зеленоватые глаза сверкали в разноцветных лучах диско-шара.

– Ты нашла что выпить?

– Я принесла вино.

– Супер. Пойдём, я познакомлю тебя со своими друзьями. Ты с нами, Лу?

– Я найду кузину, – девушка, не раздумывая ни секунды, кивнула и помахала мне ручкой с аккуратным розовым маникюром.

Я бросила на Луизу недоуменный взгляд, но не успела ничего произнести, так как Саймон небрежным жестом указал на тройку незнакомых мне парней и аккуратно повел меня вглубь толпы.

– Знакомьтесь, ребята, это Вивиан, – парень с гордой улыбкой указал на меня, руками обхватывая мои плечи. Я инстинктивно сжала стакан, пластик зашуршал под пальцами.

– Привет.

– Здорова, – долговязый худой парень с начисто выбритой головой помахал мне стаканом. – Я Мартин. Факультет биоинженерии.

– Кейси. Информатика, – длинноволосый блондин кивнул намного сдержаннее.

– Я Энтони, сценическое искусство, – темнокожий невысокий паренёк без стеснения уронил руку мне на плечо, я натянуто улыбнулась. – Сама-то на кого учишься?

– Литература, – я медленно отошла к стене, прислоняясь к ней спиной. На первый взгляд новые знакомые показались мне чересчур разными для того, чтобы быть в одной компании, но, если их всех объединял Саймон, это было не так странно. Он казался самым коммуникабельным из всех, кого мне удалось узнать в университете.

– Будущий писатель, ничего себе, – Энтони покачал головой.

– Действующий, – я закусила губу и с еле заметной улыбкой посмотрела на парня.

– Что? – он сощурился, словно не услышал, и стал доставать из кармана сигарету.

– О писателях говорят только в настоящем, – прокричала я чересчур громко, желая убедиться в том, что он меня услышит, но собеседнику, казалось, всё это уже было неинтересно.

– А… да, да, конечно… – безразлично отмахнулся он, пытаясь найти в кармане зажигалку. – Так… тебе весело?

– Вполне, – я кивнула и слабо улыбнулась, осматриваясь по сторонам. Весело не было, было некомфортно. С Луизой явно было лучше. – Я пойду к Луизе, – я подняла глаза на Саймона, тот разочарованно кивнул. С ним тоже было вполне неплохо, но в его компанию я совсем не вписывалась.

Луизу я нашла почти тут же – она сидела на центральном диване, закинув ноги на подлокотник, и болтала с незнакомой мне невысокой блондинкой. Скорее всего, это была та самая кузина, про которую Луиза говорила ранее. Несмотря на то, что они были ровесницами, выглядела её сестра лет на четырнадцать.

– Радость моя вернулась, – Луиза подняла глаза и широко улыбнулась, протянув ладони к моему лицу. Я настороженно нахмурилась и всё же опустилась между сестрами, позволяя Луизе обнять себя за шею. – Мэл, познакомься, это Вивиан, она очень крутая.

– Привет, – я помахала рукой и слабо улыбнулась.

– Я Мэллори, – кивнула девушка и потянулась, чтобы пожать руку.

Я оглядела её снова – сходство с Луизой было неоспоримое. Интересно, она сестра по маме? Несмотря на то, что мы почти неделю провели вместе, я не знала о Луизе ничего существенного.

– Это моя любимая песня, – взвизгнула Луиза, как только старая хип-хоп мелодия сменилась на хит популярного американского музыканта. – Давайте потанцуем.

– Я воздержусь, – медленно протянула Мэллори, поднимая ладони.

– Фу такой быть, – Луиза закатила глаза и схватила меня за руки. – Пойдём.

Я поднялась с дивана и без колебаний проследовала за Луизой на танцпол. Вскинув руки вверх, девушка качалась из стороны в сторону слишком медленно и не в такт, но несмотря на это была искренне счастлива. Было видно, что она определенно наслаждается моментом.

– Я была на его концерте в Лондоне, – прокричала она, опуская руки мне на плечи. Излишний тактильный контакт, которого я была лишена долгие месяцы, очевидно был для меня чужд, но я ещё ни разу от него не отказалась. – Обычно мне нравится спать одному, но не в этот раз, так что приходи ко мне и возьми с собой подругу, – пропела девушка. Я широко улыбнулась и покачала головой. – Не говори, что ты её не любишь. Ну же, я вижу по тебе, что тебе она нравится.

Я закатила глаза. Трек, несомненно, мне нравился и не поддаться приподнятому настроению Луизы было невозможно. Она была тем человеком, который был способен втянуть любого в самое расслабленное и беззаботное состояние из возможных.

– Она спросила меня, как часто я это делаю? Я ответил: «Часто»

– Спросил у нее, как часто она ловила «волну»: «Не так часто».

– Красотки делают всё ради этого. Часто.

– Я же говорила, ты наш человек, – Луиза закинула руку мне на плечо и продолжила качаться в такт музыке. Я сдалась. Тело вмиг избавилось от напряжения, музыка и сам вечер заполнили его до краёв. Вещи, которые ещё до прибытия сюда казались такими важными, сейчас не имели никакого значения. – Часто!

Песня сменилась на старый хит Рианны и от предвкушения подпрыгнула уже я. Вино, которое я успела выпить, немного затуманило разум, и я начала энергично двигаться в такт песне под восторженный взгляд Луизы.

– Швыряем в воздух, швыряем деньги в воздух

И смотрим, как они падают.

Наполняем до краёв, наполняем бокалы до краёв – Вот как мы шикуем!

Обратно на диван я села уже немного уставшая, но очень радостная и сразу отхлебнула из своего стакана. Тот факт, что я оставила его без присмотра в незнакомой компании свидетельствовало о том, что разум явно был затуманен.

– Я знала, что ты умеешь веселиться, – утвердительно кивнула Луиза и опустилась рядом.

– По мне и не скажешь? – я усмехнулась и снова сделала глоток. Вино было теплым и неприятно обволакивало горло, я мгновенно отставила стакан.

– Нууу… – задумчиво протянула Луиза и под моим озадаченнымом взгляд покачала головой. – Ты какая-то… строгая. Как наша библиотекарша, вот. По тебе видно, что ты смотришь на всех свысока.

Брови поползли вверх. Психологический портрет, который выдала Луиза, совершенно не соотносился с собственным самоощущением. Я вцепилась пальцами в жемчуг, напрочь забыв о том, что на мне сейчас не золотая цепочка с подвеской, и покрутила камни между пальцев.

– Это не так, – я несмело покачала головой, на что Луиза вдруг прыснула.

– Может и не так, – она беспечно пожала плечами. – По крайней мере вкус в музыке у тебя хороший.

– Ты так выбираешь себе друзей?

– А ты разве хочешь им стать? – девушка подняла светлые брови и скрестила руки на груди.

– Что, по мне тоже не видно? – я сердито повела плечом, совершенно не понимая, что она вообще тут устроила. Неужели я кажусь настолько высокомерной?

– Ха-ха, расслабься. Я вот что думаю. Мы как-то мало общались с тобой. Вот что я тебе узнала? Ты живёшь в Кросби одна, твои родители крутые шишки в полиции, и ты училась в Оксфорде. Я даже не в курсе, есть ли у тебя парень.

Я закатила глаза. Вот оно, наше главное различие. Она была из тех, кто до сих пор измеряет состоятельность мужчинами.

– Парня нет.

– Вот, уже что-то вырисовывается, – протянула Луиза. – А был хотя бы?

– Был, – я неохотно кивнула.

– Красавчик? – Луиза потерла руки и с интересом взглянула на меня.

– Наверное?

– Так, из тебя всё ещё слова не вытянешь. Вот что я считаю: тебе нужно ещё выпить. Вот тогда мы и поговорим, – Луиза поднялась с дивана и мгновенно скрылась в толпе.

Я тоже встала и вышла из гостиной – в помещении в миг стало слишком жарко, слишком людно, слишком шумно. Я прислонилась к стене на заднем дворе и прикрыла глаза, прижав к себе стакан. В ушах неумолимо слышался стук собственного сердца.

– Вивиан Льюис, – этот голос был словно частью ритма моего сердца – настолько он был тихий и еле уловимый.

Я приподняла веки. Напротив с еле заметной улыбкой стоял мистер Филлипс. Видеть его здесь было совсем неожиданно, но всё же это был он – светлые волосы слегка взъерошены гелем, черная рубашка была идеально отглажена и ровным полотном спускалась на темно-серые джинсы. Он выглядел как самый обычный студент, который, как и все остальные, от скуки забрел на праздник.

– Добрый вечер… – я постаралась сфокусировать рассеянный взгляд на его переносице, чтобы создать иллюзию того, что я честно смотрю ему в глаза. Я ещё не была настолько пьяной, но отсутствие плотного ужина перед праздником сильно повлияло на моё самочувствие.

– И тебе тоже. Веселишься?

Я сделала над собой усилие и кивнула. Веселье. Я старалась, получалось не очень хорошо.

– Что в стакане?

– Шато Лагранж.

– Отличный вкус, – мужчина покачал головой и мягко улыбнулся. Ни следа от былой надменности. – К наряду тоже относится. Холли Голайтли в экранизации Эдвардса это классика.

– Банальность, – я покачала головой и сжала руки в замок. Вены вздулись под пальцами, я чувствовала, как пульсирует кровь.

– Зачем тогда выбрала?

– Потому что я такая же, – я пожала плечами. – Банальная.

– С первого взгляда так не скажешь.

Я помолчала, опустив голову, а потом вновь подняла глаза.

– Разве преподавателям рады на таких мероприятиях?

– Я выпустился из магистратуры в прошлом году, к твоему сведению. Думаешь, старшекурсники воспринимают меня как учителя?

Я развела руками.

– Ваши фото с вечеринки не будут использовать как компромат?

– Кто сказал, что будут фото, да и разве я занимаюсь чем-то непристойным? – мужчина обнажил ряд жемчужных зубов и повёл плечом.

– Я не имею понятия, – я покачала головой и нервно переплела пальцы.

– Копы, ребят, – длинноволосый шатен вбежал в гостиную, хаотично размахивая руками.

Я обернулась и посмотрела в окно. Не встал почти никто. Все некогда светлые разумы были затуманены алкоголем. Студенты всё продолжали болтать и целоваться, совершенно не обращая внимание на возможное сиюминутное окончание вечеринки. Лишь редкие единицы, изначально не имеющие особого желания находиться здесь, повскакивали со своих мест и поспешили покинуть дом через второй вход, пробегая мимо меня. Я резко зашла обратно. Мутный взгляд бегал по гостиной в поисках Луизы, но знакомая словно испарилась.

Я опустилась на край дивана. Вино, которое я продолжала потягивать из стакана, полностью обволакивало тело и разум, погружая в прекрасное томное состояние. Прошло пару минут и на стенах стали отражаться сине-красные огни полицейской машины. Этот факт заставил многих пошевелиться, народ повалил из гостиной в коридор и на верхний этаж. В прихожей послышались тяжелые шаги и грозный, но такой знакомый голос. Я не поверила, услышав некогда родной тембр, медленно поднялась с дивана и, сжимая в руке стакан, настороженно выглянула из-за угла. Там всё-таки стоял он. Сердце сжалось.

Рик. Человек, который долгое время был для меня как член семьи. Стажер отца в прошлом, сержант в настоящем и детектив в обозримом будущем. Раньше я привыкла видеть его рядом в самые трудные моменты жизни, но этим летом, когда нам вынужденно пришлось находиться в одном помещении с утра до вечера, что-то явно пошло не так. Он поймал мой заинтересованный взгляд и еле заметно, почти неуловимо, улыбнулся. Я ожидала от него другой реакции. Он прошел глубже в дом, я выскользнула оттуда. Свежий, слегка прохладный воздух обдал моё лицо. Я несколько раз глубоко втянула в себя его и опустилась на скамейку около входа. Студенты начали толпой покидать здание, музыка вмиг стихла. Прошло минут пять, прежде чем Рик появился на пороге и окинул взглядом двор. Он вновь улыбнулся, глядя на меня, и не спрашивая разрешения опустился рядом.

– Наслаждаешься студенческой жизнью? – мужчина поднял на меня внимательный взгляд и покачал головой.

Я в упор, совсем без смущения рассматривала его лицо, точно как делала раньше. Я не видела его каких-то пару недель, но уже могла утверждать, что что-то в нем изменилось. Он казался более уставшим и потерянным, от былой уверенности и лоска не осталось и следа, тёмная борода неопрятно закрывала половину лица и явно нуждалась в уходе.

– Теперь ездишь по мелким хулиганствам, – протянула я, делая очередной глоток, на лице появилась лёгкая усмешка.

– Учитывая сложившуюся ситуацию, никто не знает, хулиганство это или нет, – он развёл руками.

Я нахмурилась.

– Так, а кто тебя вызвал и зачем?

– Кто-то из соседнего дома услышал женский визг и решил вызвать полицию. Думали, снова убийство.

– Ты стал так буднично об этом говорить, – я откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. В ушах стал нарастать шум, к горлу подступила тошнота, поэтому я поспешила принять исходное положение. – А жертв пока лишь двое.

Мужчина лишь молча кивнул и сложил руки в замок. Его взгляд помрачнел, а нога заскользила по асфальту, будто вычерчивая на земле невидимый рисунок.

– Ты бы была поаккуратнее, – он вновь перевел глаза на меня. Серьёзность его взгляда совершенно не вязалась с этим безмятежным вечером. В каких бы отношениях мы ни были, Рик не мог относиться ко мне без трепета, беспокойства и заинтересованности.

Плечи взмыли вверх и также резко опустились. Я с интересом начала вертеть уже чуть потертое кольцо на среднем пальце. Блики от небольшого камня в свете фонаря играли разноцветными мушками в глазах.

– Тут много привлекательных парней, – на удивление робко пробормотал Рик, постукивая пальцами по коленкам.

Я вскинула голову и облизала губы. Брови приподнялись, но я так и не смогла выдавить из себя даже слово. Рик перехватил мой изумленно-разочарованный взгляд и неожиданно резко поднялся с места.

– Пошли, я тебя отвезу, – он протянул мне ладонь, и я с огромной охотой за неё ухватилась.

Она была горячая и мягкая, как всегда. Пальцы его сжались, моя ладонь оказалась полностью в его власти. Ступни весь вечер так и норовили подвернуться на огромных шпильках, поэтому я не раздумывая сняла туфли и босиком пошагала к полицейской машине. Я по привычке забралась на переднее сиденье и вытянула ноги.

Рик опустился на водительское кресло, дождался, пока я пристегнусь, и отъехал от дома. Я опустила стекло, усыпанное следами пальцев, и высунула голову из окна. Погода изрядно испортилась – ветер перестал быть мягким и нежным и уже безжалостно молотил по лицу, вместо того, чтобы аккуратно ласкать кожу; но из-за острой нехватки воздуха я даже и не думала закрыть окно.

– Тебе тут нравится? – мужчина решил нарушить тишину, которой раньше почти никогда не было в салоне авто, когда мы ездили вдвоём.

Я повернулась и уверенно кивнула в ответ.

– Лучшее место, – я по-хозяйски откинула спинку, насколько это было возможно, закрыла глаза и расплылась в блаженной улыбке.

– Как я мог никогда не видеть тебя такой пьяной? – Рик усмехнулся.

Мне пришлось приложить огромное усилие, чтобы распахнуть веки и сфокусировать свой взгляд на собеседнике. Я покачала головой.

– Я не пьяная. Это была лишь одна бутылка на вечер.

– Трехлитровая?

Я не ответила и вновь закрыла глаза.

– Тебе не составит труда отвезти меня?

– Я же сам предложил. А ещё я так и не был у тебя после того, как ты переехала.

– У меня даже заварного кофе для тебя нет, – протянула я и неожиданно выпрямилась, придала спинке кресла привычное положение и опустила голову на открытое окно.

Автомобиль остановился рядом с домом минут через сорок. За время всей дороги алкоголь из моей крови слегка выветрился под действием холодного ветра, уже не так сильно хотелось спать и беспокоило меня лишь еле ощутимое головокружение. Я молча открыла дверь, переполненная уверенностью в том, что Рик непременно последует за мной. Мужчина не раздумывая вышел из авто и поспешил на освещенное тусклым светом фонаря крыльцо. Я прислонилась спиной к холодной двери и исподлобья посмотрела на Рика.

– Спасибо, что довёз меня… – шепотом поблагодарила я, сжала руки в замок и опустила глаза.

– Не за что, Вивиан. Ты знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать, – он слабо улыбнулся и сделал уверенный шаг вперёд.

Его рука скользнула по моей талии, ощупывая силуэт, и ещё не успела аккуратно опуститься на бедро, как его крепкое запястье оказалось в кольце из моих пальцев. Я покрылась мурашками, ему давно было запрещено касаться меня так. Не выпуская его руки, я подошла близко, опасно близко, и вздёрнула подбородок, чтобы посмотреть мужчине в глаза. В его взгляде, ранее выражавшем желание, в данный момент читалось неестественное смятение. Я подошла так близко, что он мог без труда чувствовать и мои духи, и слабый прелый запах алкоголя. Я потянулась к его уху.

– Если я выпила, это не значит, что со мной можно делать всё, что угодно, – дразня его я провела большим пальцем по щетинистой щеке и резко отстранилась, выпустив его руку из своей руки. – Передавай привет Эллен.

Я резко развернулась и спешно провернула ключи в замке. Ничего больше не сказав на прощание и не услышав никаких слов в ответ, я прошмыгнула внутрь и закрыла дом изнутри, оставляя за свой спиной разочарованного, раздраженного мужчину и всю романтику этого последнего летнего вечера.

Глава 6

– Итак, красавица, рассказывай, куда ты так быстро испарилась вчера? – с шумом опустив на столик две чашки кофе, Луиза плюхнулась на плетеное кресло напротив.

Я стала инициатором встречи ранним утром в центре за час до начала занятий, и Луиза совершенно не сопротивлялась. Она, точно как и я, несмотря на вчерашний кутёж выглядела вполне свежо.

– Меня отвёз знакомый, – я пожала плечами и обхватила руками кружку, желая погреть замерзшие пальцы. Воздух был чересчур свеж, несмотря на медленно восходящее солнце.

– Знакомый, которого не знаю я? – Луиза нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Полицейский, который вчера приезжал, – я кивнула и отпила кофе, надеясь на то, что продолжения данной темы не последует.

– Тот красавчик-сержант? Мамочки, и как вы познакомились? – на её лице показалась неподдельная заинтересованность.

– Он начинал стажёром у моего отца, – я безразлично пожала плечами. Так, как мне бы следовало реагировать.

– Да, и почему на мою маму работают одни восьмидесятилетние бабули? Так у вас в отделе все такие красивые?

– Большинство, – я улыбнулась, в голове перебирая всех, кто когда-либо там работал. Да, Рик определенно был главным секс-символом.

– Срочно устрой мне встречу в следующий раз, – Луиза восторженно побарабанила ладонями по столику.

– Твой отец будет не против целого отдела будущих поклонников? – я усмехнулась и тут же убрала усмешку с лица, поймав на себе озадаченный взгляд Луизы. Что-то, что я не знаю? Не помню из вчерашнего вечера?

– Ему, кхм… без разницы.

– Я что-то…

– Мой отец археолог. На раскопках в Южной Африке нашёл себе другую семью и решил там остаться. Мне было пять.

– Извини, – я подняла стыдливый взгляд на девушку и покачала головой.

– Да ладно, – Луиза беспечно отмахнулась, хотя я всё же уловила её помрачневший взгляд. – Я бы всем говорила, что он умер, но бабуля сказала, что за такое можно попасть в ад, поэтому я с нетерпением жду, пока он сдох… Ой, Вивиан, я что-то совсем не слежу за языком.

Я сжала губы и сквозь огромное усилие покачала головой. Внутри боролись два чувства. Первое – необъятная боль. Второе – облегчение.

– Всё в порядке. Меня весь год оберегали от… подобного, а сейчас… всё как будто снова нормально, – я не соврала. Это правда ощущалось так.

– Нет, мне совсем не стоило трепаться. Знаешь что? Приходи к нам завтра на ужин, да. Моя мама хочет с тобой познакомиться.

– Что ты ей про меня говорила?

– Совсем ничего плохого. Она у меня жуткая болтушка, расскажет тебе обо мне всё. Что ты думаешь?

– Ладно.

– Супер, – Луиза по-детски потерла ладони и широко улыбнулась. От смятения не осталось и следа.

Мы закончили трапезу и пешком направились к университету. Территория кампуса поражала обилием людей. Для утра субботы, когда по расписанию основных занятий быть не должно, людей было так же много, как и в первый учебный день. Всё в точности как тогда, только без отчаянного возгласа и газет с портретом очередной жертвы на первой полосе. Все радостно галдели и смеялись, на лицах читалась искренняя беззаботность. Будто все уже от этого оправились. Будто этого совсем не было. Я не могла отделаться от стойкого тревожного ощущения. Расслабленность студентов, в чьём университете произошло уже два убийства, меня поражала. Очередной удар.

Первый настиг меня, когда я была в самой гуще событий. Окна участка, всегда плотно закрытые в целях безопасности, были полностью распахнуты. Из коридора раздавался шум единственного на этаже кондиционера, по кабинету разносился лишь стук моих пальцев о клавиатуру старого казенного компьютера. Рик нервно перелистывал страницы отчетов, пресекая все мои попытки заглянуть за его плечо. Он бы с радостью дал посмотреть – несмотря на гриф секретности, документ был старый, и вряд ли бы про него кто-то вспомнил. Однако, ему явно нравилось поддразнивать меня и игриво отмахиваться толстенной папкой, хоть как-то разбавляя гнетущую, вязкую атмосферу этого дня. Рация молчала, мы оба уже забыли про её существование, как вдруг, пробираясь через электрический хрип, комнату разрезал негромкий возглас.

– Оксфорд Роуд, девушка лет двадцати, насильственная смерть.

Пальцы, пару секунд назад взметнувшиеся, чтобы вбить в таблицу ещё одно старое дело, повисли в воздухе. Мой внимательный взгляд серых глаз тут же устремился на помрачневшее лицо Рика. Он невозмутимо пожал плечами и поднялся из-за стола.

– Справишься сама? – нервно бросил он уже в проходе, так и не обернувшись.

– Меня вообще-то туда зачислили.

Массивные плечи поднялись и в миг опустились обратно, Рик покинул кабинет. Он ничего не сказал, хотя я ожидала от него хотя бы взволнованного «Правда?».

Я тут же встала и выглянула в коридор. Никакого резонанса. Никаких возгласов и бурных обсуждений. Лишь шум еле-еле работающего кондиционера вдалеке. Жизнь почти не имела значения. Я поднялась, чтобы найти Эллен, но по понятной причине мачеха на рабочем месте отсутствовала. В коридоре меня перехватил Майкл, недавно поступивший на службу двадцатипятилетний патрульный – в его лице, как раз, я и увидела что-то похожее на сострадание.

– Она уехала на вызов.

– Я поняла. Убийство недалеко от Манчестерского университета.

Мужчина покачал головой. В его глазах читалась растерянность, он явно не знал, что сказать.

– Хорошо, что ты не будешь там жить.

– А до апартаментов там сколько… Пятнадцать минут? – я невольно сложила руки перед собой и прикусила губу. Мозг вспух от догадок. Я не знала причину произошедшего, но мрачные, тяжелые мысли полностью заполонили разум. Каждый раз, когда случалось подобное, я искренне думала, что меня это не коснется – и всё благодаря отцу. Сейчас его рядом не было. Мне было по-настоящему страшно.

– Вивиан, это ерунда. Мало ли… пьяная вечеринка, или…

– Тринадцатое июля, два часа дня. У тебя в колледже было много вечеринок в это время?

Я почувствовала его снисхождение, его желание уберечь меня от переживаний. Я не могла скрыть раздражения от его отношения ко мне – стойкая уверенность в том, что с наступлением совершеннолетия отношение сослуживцев отца ко мне изменится, когда-то давно въелось под кожу. Я имела право знать правду. Или всё-таки нет?

Майкл вновь покачал головой и мягко, еле касаясь моей одежды, провёл рукой по моей спине. Я подняла глаза.

– Пойдём, налью тебе чего-нибудь, – он мягко улыбнулся, так широко, насколько позволяла сложившаяся ситуация, и указал рукой на дальний кабинет.

Я, обхватив себя обеими руками, послушно последовала за мужчиной.

– А почему ты не поехал?

– Не знаю, не взяли меня. Может тебя домой отвезти? – он открыл для меня дверь и пропустил вперёд.

– Я подожду Эллен, – я покачала головой и уверенно вошла в его кабинет. Дела аккуратными стопками лежали на столе, все кружки были вымыты и выстроены в ряд перед чайником, книги, дела и кодексы на стеллажах были аккуратно расставлены. Полная противоположность кабинета Рика.

– Заварить кофе?

Я кивнула и осторожно опустилась на диван.

Беседу о колледже, учебе и будущем, сопровождающуюся двумя чашками чересчур крепкого кофе, прервало ограбление на другом конце города, куда Майклу непременно надо было выезжать. Нетерпение, любопытство и желание узнать все подробности случившегося убийства заставили меня бесцельно слоняться по кабинету Эллен, доступ в который я получила при помощи запасного ключа. Помещение было идеально убрано – на полках не было ни книг, ни рамок с семейными фотографиями, которыми так любили обставлять свои крохотные кабинеты другие сотрудники. При вступлении в новую должность она ожидаемо отказалась занимать один из кабинетов покойного мужа, поэтому переехала не в самый удобный по расположению, но однозначно в самый просторный из всех возможных кабинет. Я подошла к окну – окна в пол были определенно не самым безопасным выбором для штаба городской полиции, но нельзя было не признать, что вид на город с последнего этажа был превосходный. Я несмело опустилась на тугое кожаное кресло . Едва ли его можно было назвать удобным – казалось, что оно призывало сидящего на нём ни на секунду не расслабляться. Я прокрутилась на нём пару раз, как вдруг совершенно неожиданно заметила на стеллаже толстую папку с файлами, на ярко-красной обложке толстым маркером было выведено «Эд». Рука невольно потянулась за ней, я открыла первый разворот и, как и предполагалось, увидела там копию первой страницы дела отца. Я видела оригинал случайно зимой, Эллен собирала материалы самостоятельно, пока её не перевели на должность выше и не отстранили от расследования, поэтому законность нахождения данных материалов у мачехи подвергалась сомнению. Я начала с жаром перелистывать страницы, но на удивление никакой новой информации там не обнаружила. Фраза «тринадцать ножевых ранений» по-прежнему заставляла спину покрываться мурашками. За дверью послышались тяжелые уверенные шаги, я сунула папку обратно и вскочила со стула.

Дверь распахнулась, в проём просунулась голова Малькольма.

– Это я, – мужчина улыбнулся. – Всё в порядке, не скучаешь?

Я молча покачала головой, возмущённая тем, что он заставил меня оторваться от просмотра.

– Славно. Зови, если что-то понадобится.

Эллен приехала спустя часа четыре после того, как Рик покинул свой кабинет. Растрёпанная и уставшая – женщина выглядела в несколько раз хуже, чем когда переступила порог департамента утром. Она подняла брови, увидев меня на диване в общей комнате.

– Ты всё ещё тут? – женщина облокотилась на косяк и устало взглянула на меня. Было видно, что разговаривать много она не собиралась.

– Что там стряслось? – я подскочила и кинулась к ней. От громкого возгласа Эллен поморщилась, словно кто-то ударил её по голове. Я мысленно пообещала держать себя в руках, чтобы её не нервировать.

Женщина покачала головой и отвела взгляд. Она явно хотела говорить ни о новом расследовании, ни о других вещах. Словно ей нужно было оказаться в одиночестве и подумать, а моё нервное перевозбуждение не давало ей прийти к нужному спокойному состоянию.

– Поезжай домой. Рик тебя отвезёт, – выдавила Эллен и поспешила удалиться в направлении своего кабинета. Я посеменила за ней, но даже на каблуках она двигалась быстрее.

– А ты?

– Я приеду поздно. Может останусь здесь на ночь, не знаю. Просто поставь дверь на сигнализацию и закрой все окна, – отмахнулась женщина и остановилась напротив нужной двери в поисках ключей от кабинета.

– И это всё, что ты скажешь мне? – я изогнула бровь и скрестила руки перед собой.

Смерть отца. Небрежный тон и отстранённость. Это было типичное состояние Эллен, но в этот раз я и не думала сдаваться. Игра была опасной. Я могла как потерять всё, так и выиграть хотя бы крупицу информации.

Но Эллен в таких играх была сильнее.

– Ровно столько, сколько ты имеешь право знать, – она дежурно кивнула и вошла в кабинет, громко хлопнув дверью перед моим носом.

Я стряхнула с себя воспоминания и прошагала к зданию университета. Июльское дело не было раскрыто до сих пор, и я начала всерьёз сомневаться в том, что в этот раз расследование будет двигаться быстрее. Второе убийство за два неполных месяца. В одном и том же месте. Тихая жизнь, которую я стремилась получить здесь, постепенно ускользала сквозь пальцы.

Глава 7

– Откройте! Немедленно откройте. Ты посмотри какая, ещё и не пускает нас! – задорный голос новых знакомых разливался прямо под дверью.

Я оставила упаковывание в корзинку легких закусок, которые по убеждению приятелей точно не надо было готовить, и поспешила открыть дверь. Гостей я ждала с самого утра, нетерпеливо поглядывая на кухонные часы, но из-за неозвученных никем «обстоятельств», группа молодых людей всё оттягивала свой приезд.

– Привет, хозяйка, – Саймон, который стоял впереди всех, развёл руки для широких объятий и я без особого энтузиазма в них нырнула, похлопав парня по спине.

– Привет, ребята, проходите, – я отстранилась и шире раскрыла дверь, запуская всю компанию в своё жилище.

– Привет, красотка, спасибо, что позвала, – пропищала Луиза и кинулась мне на шею.

Я улыбнулась и тепло обняла её в ответ. Прибытие Луизы точно можно было назвать радостным событием, потому что с собой она взяла не только кузину, но и привычную позитивную энергию, по которой я уже успела соскучиться.

– Как вы добрались? – я вежливо погладила Мэл по спине и вновь улыбнулась.

– Никогда больше в жизни мы не поедем с Кейси, – Луиза картинно покачала головой, не давая сестре вставить ни слова. – Я думала, мы вылетим с моста.

Я демонстративно вздохнула, не особо сильно проникнувшись ситуацией.

– Надо было ехать за вами.

– А это можно есть? – Энтони, выглядывая из кухни, потряс корзинкой. Я с ужасом подумала про стоящие ровным рядом канапе, но всё же выдавила гостеприимную улыбку.

– Было бы здорово, если бы мы подождали до пляжа.

– Руки прочь, обжора! – Саймон потрепал друга по голове и с улыбкой посмотрел на меня. – Выдвигаемся?

– Да, пойдёмте, ребята. Через черный ход быстрее.

Компания решительно проследовала через весь первый этаж в сторону выхода. Парни ожидаемо вырвались вперед, с шумом переговариваясь и то и дело пересказывая друг другу не самые умные шутки. Луиза, как и её сестра, с восторгом рассматривала сначала моё жилище, а потом и местные красоты.

– У тебя с балкона видно море, – восторженно пролепетала Луиза, указывая пальчиком со свежим фиолетовым маникюром куда-то в сторону горизонта.

Я улыбнулась. Мне нравилось то, с каким воодушевлением Луиза всегда говорила о таких, казалось бы, мелочах. Таким отношением к жизни она была похожа на меня, единственное различие было в том, что в последнее время я открыто его не проявляла. Мэллори поспешила к парням, а Луиза, взяв меня под руку, прижалась к моему плечу. Её тепло тут же достигло моей души, я расслабилась и в ответ сжала её ладонь. Я совсем не собиралась проникаться к людям так спешно, но я ничего не могла с собой поделать. Я желала её присутствия рядом.

– Спасибо, что позвала нас, тут так прикольно.

Мне самой было приятно находиться здесь, в теплой компании – я уже и забыла, когда в последний раз это место принимало в себе гостей, особенно в таком количестве. Пустынное побережье вновь заполнил смех, разговоры и шутливая борьба на берегу, пакеты с едой вновь выстроились в ряд около поваленного дерева. Парни уже расстилали плотное одеяло прямо на песке, Кейси успел снять кроссовки, закатил штаны и поспешил прямо к морю, забегая в воду по щиколотку.

– Идите все сюда, тут так кайфово! – парень с трудом мог скрыть нарастающий восторг, которому была готова поддаться Луиза, но я, распознав настрой девушки, быстро её одернула.

– Четырнадцать градусов. Убедительно не советую, – я покачала головой и притянула Луизу ближе к себе, чтобы она и не думала сделать хоть шаг в сторону моря.

– Нам точно нужен костер, – Саймон помахал руками. – Вив, покажешь, где тут набрать веток?

Я растерянно посмотрела на Луизу – уединение с парнем в мои планы точно не входило – и протянула ей ключи.

– Если что-то понадобится, иди в дом.

– Подруга, насколько ты собралась пропадать с этим красавчиком? – Луиза поиграла бровями, на что я лишь закатила глаза и покачала головой.

– Скоро вернусь, – я получше замоталась в шарф, желая согреть уже подмерзающий кончик носа, и поспешила спуститься на берег к Саймону.

– Не холодно? – парень опустил ладонь на моё плечо и мягко его погладил.

Я отстранилась и со слабой улыбкой покачала головой. Мы оба молчали. Песок, сначала мягко струившийся под ногами, сменился на рыхлую почву, осыпавшиеся иголки лиственниц бережно укрывали землю.

– Мы точно не доставим тебе неудобств? Нас такая толпа, ты, наверное, не привыкла к гостям.

– Когда-то этот дом видел компании больше, чем наша, раза в три, – я усмехнулась и покачала головой. Воспоминания о былых временах, именно эти воспоминания, теплом обволакивали душу.

– Много друзей? – парень улыбнулся.

– Не моих, папиных. Он часто собирал здесь всех своих коллег, их жен, детей. Жарил мясо на пляже, к нему присоединялись хозяева соседних домов, и это был огромный праздник на весь посёлок. Было здорово.

– И почему вы перестали всех собирать? – Саймон беспечно пнул сероватый увесистый камень под ногами и долго посмотрел мне в глаза. Я поёжилась, обхватила себя обеими руками, ускорила шаг и постаралась избежать его взгляда. Каждый подобный вопрос, каждое упоминание об отце вгоняло в ступор и изолировало меня от внешнего мира. Я не могла об этом говорить.

– Его не стало в январе, – фраза в очередной раз вонзилась в сердце острым клином. В последнее время подобное признание я начала произносить досадливо часто.

– Вивиан, я… Извини меня, я просто… – Саймон замялся и я тут же почувствовала неясное, медленно нарастающее раздражение. Это то, что никак его не касается, и то, не затронув я по глупости эту тему, он вряд ли бы узнал что-то от меня.

– Всё нормально, не бери в голову, – я резко оборвала его и покачала головой. – Эм… Вот ветки, такие же нужны? – я кивнула на разбросанные под редкими деревьями палки, которые Саймон тут же принялся собирать.

Я расположилась на пне под одним из деревьев, обхватила руками колени и с интересом начала наблюдать за действиями Саймона. Парень, казалось, совсем не спешил набирать охапку веток, он медленно бродил между деревьями, старательно выбирая каждый сучок. Наконец, с трудом удерживая в руках гору сухих палок, Саймон кивнул обратно на пляж, и я поспешила за ним.

– Тебе не страшно жить здесь одной? – неожиданный вопрос заставил меня недоверчиво покоситься на парня.

Я покачала головой и слабо улыбнулась.

– А должно быть?

– Ну ты же знаешь, со всеми этими… происшествиями жить одной не совсем безопасно.

– Убийствами, ты хотел сказать. Не переживай, я в полной безопасности.

– Осторожность никогда не помешает.

– Но и жить в постоянном страхе значит самостоятельно запереть себя в клетке из навязчивых мыслей.

Я поспешила вперед и вышла на пляж раньше. Не знаю, насколько это было красиво и вежливо, но разговор не клеился, и больше всего на свете мне хотелось сбежать от неловкости. Миновав Энтони и Кейси, я быстрым шагом направилась к Луизе, которая так и не сдвинулась со своего места.

– Ты быстро вернулась, – девушка обхватила меня за плечи и потащила к воде.

– На разговорах об убийствах всё закончилось, – я покачала головой и уселась на поваленное дерево.

– Да, очевидно не лучшая тема, чтобы привлечь девушку.

Приготовления к приятному времяпрепровождению тянулись, казалось, вечность. Парни определенно испытывали трудности с тем, чтобы разжечь костёр и Саймон, чьё самолюбие могло быть задето моим предложением ему помочь, упрямо отказывался от помощи. Спустя пару-тройку бутылок сидра на троих костёр наконец разгорелся, и мы разместились почти на самой границе с морем – непослушные брызги то и дело долетали до костра и навсегда скрывались в пламени.

– Предлагаю наконец выпить, – Энтони поднял вверх указательный палец, его язык уже еле слышно заплетался – сидра ему досталось больше всего. Я вытянула из корзинки бутылку с клюквенным соком – употреблять алкоголь не было желания – и подняла её одновременно с другими сосудами, которые сжимали в руках ребята. – За нас и за этот прекрасный вечер.

Треск веток в костре был приглушён звоном бутылок. Саймон сделал глоток и придвинулся ближе ко мне. Я наклонилась к Луизе и ладонями растерла замерзшие плечи.

– Возьми мою куртку, – Саймон снял с себя бомбер и не спрашивая разрешения накрыл им мои плечи. Горячий, немного мокрый от проступившего пота, он пах морским воздухом и какими-то резкими травами.

Я не раздумывая зарылась в одежду и с благодарностью кивнула парню. Несмотря на всю неловкость между нами и его навязчивое внимание ко мне, от такого я отказываться не собиралась.

– Что-то мы тухленько сидим! – воскликнул Кейси. – Предлагаю поиграть в «я никогда не, алкогольная версия».

– Я всеми руками за, но пить не буду, – я покачала головой.

– Нет, так не интересно. Либо все пьют, либо никто не играет.

Я обречённо вздохнула. Дух коллективизма в очередной раз победил здравый смысл.

– Сидр по одному глотку, – я кивнула.

– Итак, – парень потер руки. – Играем во взрослую версию. Я никогда не плавал голышом в бассейне.

Я оглядела компанию и после того, как Энтони сделал жадный глоток, хладнокровно поднесла бутылку к губам.

Кейси присвистнул, Саймон поднял брови, а Луиза восторженно потрясла меня за плечо.

– Что это такое, скромница из Оксфорда? – пропищала вопрос девушка и широко улыбнулась.

Я покачала головой.

– Это было давно и не в Оксфорде, – я пожала плечами и усмехнулась, наблюдая за неоднозначной реакцией. Из всех только Мэллори, казалось, было всё равно, девушка, как всегда, была предельно спокойна и непробиваема.

– Ты расскажешь нам эту историю, красавица, – подмигнул Кейси, и я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.

– Так, давайте дальше… я никогда не танцевала стриптиз, – Луиза с веселой улыбкой оглядела собравшихся. Когда Мэл отпила сидр, и следом за ней это сделала я, гримаса неподдельного удивления показалась на лице Луизы.

– Мне кажется, кто-то сегодня сильно напьется, – Энтони усмехнулся, покосившись на меня. – И вправду говорят: в тихом омуте… – Кейси прыснул, Саймон поднял на меня растерянный взгляд.

Я медленно и с улыбкой кивнула, не выдавив из себя ни единого слова. Вопросы летели один за другим, и чаще всего я одна из немногих прикладывалась к горлышку. Это определенно веселило Кейси и Энтони, а вот Саймон, точно так же, как и Луиза, был немного озадачен. Это было забавно – наблюдать за тем, с каким изумлением они реагировали каждый раз, когда я поднимала бутылку. Вот она, сила первого впечатления. После того, как все окончательно замерзли, было принято решение переместиться в дом. После недолгих посиделок на первом этаже вместе с камином, я расположила всех наверху, а сама отправилась наводить порядок на кухне. Посуда переместилась в раковину, недоеденные закуски в холодильник, стол заблестел. Из-за угла послышались тяжелые шаги, одновременно с этим неожиданно раздался низкий голос.

– Бу!

Я вздрогнула и тут же подняла глаза, Саймон с улыбкой появился на кухне.

– Решил показать мне, насколько здесь опасно жить? – я покачала головой, домывая последнюю тарелку.

– Нет, что ты. Я просто хотел проверить, испугаешься ли ты, – он сверкнул улыбкой, и сел на столешницу. – Тебе помочь?

– Я уже закончила, – я выключила воду и тщательно вытерла руки мягким вафельным полотенцем. – Хочешь чего-нибудь? Чай или…

– Давай я сам заварю, – парень покачал головой и по-хозяйски распахнул шкафчик, после чего вынул оттуда две прозрачные кружки и включил чайник. – Спасибо тебе еще раз за приглашение, мы так здорово провели время.

– Да не за что, я сама очень рада, что все так хорошо сложилось, – я опустилась за стол и наконец расслабила тело.

– Я надеюсь, игра тебя не сильно смутила, – Саймон пристально вгляделся в моё лицо, его взгляд жаждал ответа.

Усмешка сорвалась с губ, я покачала головой. Я чувствовала исходящие от него волны смущения и растерянности. Казалось, мои ответы произвели на него огромное впечатление.

– Я надеюсь, тебя эта игра не сильно смутила. Сколько ты выпил? Два глотка?

– Возможно, у меня не такой богатый опыт, как как у тебя, – он повёл плечом.

Я выдавила улыбку и кивнула. Я долго вгляделась в его лицо, чтобы найти в его глазах разочарование. На пляже каждый раз, когда я делала глоток, Саймон кидал в мою сторону недоумевающие взгляды и еле сдерживался от того, чтобы не задать какой-нибудь уточняющий вопрос. Но сейчас он смотрел на меня так же, как раньше – с преданным восторгом.

Я поудобнее устроилась за столом. Парень начал самостоятельно колдовать над чаем.

– Хочешь что-то сладкое?

– У меня целый холодильник шоколадок, – я кивнула. Он без спроса его распахнул и вытащил оттуда одну из ровных плиток с цельными орехами.

– Подойдёт?

– Без разницы. Там все заснули, ты чего не спишь?

– Я думал, что могу составить тебе компанию.

Я покачала головой. Не могла сказать, что сейчас мне была необходима компания, но его стремление было милым.

– Так… всё, о чём говорили в игре, это правда?

Я подняла брови и усмехнулась. Он явно не прекращал об этом думать.

– Я не понимаю, почему тебе это не даёт покоя, – я скрестила руки на груди и исподлобья посмотрела на парня. – Это часть моей жизни, возможно не самая приглядная, но я не хочу это скрывать.

– Ты видимо многое пережила для своих лет, – Саймон неуверенно кивнул, наблюдая за моей реакцией. – По тебе это видно, ты словно взрослее нас всех.

– Так только кажется, – я закатила глаза. Он произнёс слишком знакомые для меня слова. – Возраст – это такое субъективное понятие. Люди придумали какие-то стандарты поведения, стандарты мыслей. Ты слишком инфантильная для 18 лет или наоборот, ты мыслишь слишком взросло. Но на земле миллиарды людей с абсолютно разным опытом и никогда эти жизненные пути не смогут сравниться друг с другом. Мы мыслим и действуем на свой опыт, а не на свой возраст.

Саймон покачал головой.

– И всё равно я бы до такого не додумался. Мне кажется, тебе было невероятно скучно с нами.

– Мне очень весело, правда. Я давно не испытывала чего-то такого беззаботного, – я выдавила снисходительную улыбку.

– Я рад это слышать. Думаю, людям, которые имели шанс быть рядом с тобой, очень повезло.

– Я не думаю, что они так считают, – я усмехнулась.

– Тяжелое расставание?

– Инициатором всегда была я.

– Разбивательница сердец.

Я покачала головой. Кто-то из моего окружения определенно так считал.

– Я никогда не думала, что нужно терпеть ради чего-то, ради кого-то, ждать пока что-то наладится, если ты несколько раз предпринимал попытки все исправить, и это ни к чему не привело. Вряд ли у тебя получится дождаться момента, когда все резко станет замечательно.

– Я вот не могу похвастаться даже десятой долей такой насыщенной жизни. Всё было очень ровно – одни и те же люди, один и тот же город, одни и те же увлечения. И мне придется провести здесь еще как минимум четыре года.

– Не придётся. Это всегда твой выбор. Ты выбрал остаться здесь, а также можешь выбрать в любой момент сменить место жительства, или город, или университет. Ты не можешь обижаться ни на кого, кроме себя, когда не предпринимаешь никаких попыток что-либо изменить.

– Всё, я сдаюсь, я не могу с тобой разговаривать, – парень усмехнулся и покачал головой. – У тебя десятки аргументов, с которыми я просто не могу спорить.

Я улыбнулась.

– У тебя красивый дом, кстати. Я уже говорил?

– Примерно раз пять, когда мы сидели на пляже, – я усмехнулась.

– Скажу ещё раз. А главное, никаких цветов.

– Что ты имеешь против цветов?

– Дома у родителей всё ими заставлено. Моя мама владелица цветочного бизнеса, у нас дома одиннадцать видов гортензий.

– И я никогда не приду к тебе в гости, потому что у меня на них аллергия.

– Значит есть отличный повод позвать тебя в другое хорошее место.

Беседа длилась долго. По кухне разливался искренний смех, в основном смех Саймона. Я говорила много, и так же много слушала, много наблюдала и делала много выводов. И несмотря на то, что происходящее нельзя было назвать самым комфортным разговором в моей жизни, это был один из тех вечеров, который помог мне вспомнить о том, что всё-таки наполняет мою душу.

Глава 8

Резкий звонок телефона разрезал вязкую тишину в доме. Усталый взгляд скользнул на экран устройства, лежащего в складках пушистого пледа. Учебная неделя выдалась на удивление тяжелой, я хотела потратить целый выходной на заряд социальной батарейки, приглашение на очередную вечеринку или мероприятие, да и просто светский разговор я бы не выдержала. Но звонил не один из университетских знакомых и не одна из старых оксфордских подруг. Звонила Эллен. Я быстро схватила трубку и прижала телефон плечом к уху. Прежде, чем на том конце раздался усталый голос мачехи, я на миг успела подумать о том, что женщина крайне редко сама проявляла инициативу в общении просто так и почти никогда не звонила. Либо что-то случилось, либо Эллен что-то было очень нужно.

– Привет, Вивиан, – её голос был отстранен и спокоен как всегда. Тепло и заинтересованность, которую я ждала в свою сторону, я слышала лишь единожды – на похоронах отца.

– Привет. Ты как? Всё хорошо? – сквозь улыбку мой голос явно зазвучал бодрее и участливее. Какой бы ни была причина звонка мачехи, я всегда была рада её слышать.

– Всё в порядке. Вивиан, я звоню по делу. В домике где-то лежит светло-фиолетовая папка. Не знаю, убирала ли я её в подвал или нет, уже не помню. На ней написано «Потрошитель 2019». Можешь найти и привезти её в департамент? Она сейчас мне очень необходима.

Я сдвинула брови. Пальцы начали играть с длинным мехом пледа, ноги согнулись в коленях. Никогда ранее женщина не посвящала меня в свои дела, а помощь просила только в стенах департамента и в рамках поручаемых рабочих задач.

– Ммм… Да, конечно. Я привезу. Сейчас найду и приеду, – я зажала свой локон между средним и указательным пальцами и сама того не замечая начала закручивать его вокруг них.

– Хорошо, спасибо. До встречи.

– Пока.

Я резко встала и небрежно кинула телефон на диван. В гостиной когда-то давно можно было найти рабочие бумаги отца, но после его смерти всё было убрано в подвал. Эллен в любое время года работала на террасе, поэтому местоположение её материалов было для меня загадкой. Я поднялась на второй этаж в надежде на то, что в спальне можно будет найти что-то полезное. Вещи оттуда по моей просьбе не были вывезены ни после смерти отца, ни после моего переезда. Дверь после неуверенного толчка распахнулась с жутким скрипом. Застыв на пороге, я осмотрелась – это место теперь казалось до ужаса чужим. Давно прошли те времена, когда я забегала сюда с утра пораньше и с визгами прыгала в постель к ещё дремлющим родителям, которые изо всех сил пытались насладиться долгожданным отпуском, или сидела с отцом в тишине, пока он читал книгу, а я, расположившись на полу, увлеченно заполняла свой личный дневник. С появлением Эллен мое присутствие в комнате ограничивалось мимолетным просовыванием головы в дверной проём с целью позвать пару на один из приемов пищи.

Я сделала пару шагов внутрь и опустилась на колени перед кроватью. В последний раз отец был тут после Рождества и некоторые его личные вещи всё ещё лежали по углам на его половине комнаты – на тумбочке стояла коробка от наручных часов и ремень, который он забыл сложить в чемодан, край одеяла был немного откинут, тумбочка не закрывалась до конца из-за забитых в неё вещей. Половина Эллен выглядела куда опрятнее – нетронутая правая сторона кровати, никаких вещей на туалетном столике, в кресле или на комоде. Я пригнулась и вытащила из-под кровати большую картонную коробку, принадлежащую мачехе. Это был странный выбор для хранения архивных документов, в доме было много других мест, где можно было спрятать старые материалы дел. Я отложила крышку. Коробка доверху была забита разноцветными папками, на обложки которых малярным скотчем были приклеены кодовые названия и даты. Нужная лежала почти в самом низу. Желание открыть и спешно пролистать каждое из дел перебороть было тяжело, я через силу закрыла коробку и сунула её обратно под кровать.

Покинув спальню, я не глядя в зеркало накинула куртку, выбежала из дома и села в автомобиль. Сегодня дорога до центра города была особенно тяжелой – на середине пути небо заполонили массивные устрашающие тучи, которые почти сразу извергли на землю шквал тяжелых дождевых капель. На подъезде к городу вереница автомобилей дружно остановилась – пробки в обеденное время субботы были редкостью, но сегодня что-то явно пошло не по плану. Я нервно теребила пальцами маленькую подвеску на золотой длинной цепочке и то и дело выглядывала в окно. Спустя минут 15 движение возобновилось и я, лавируя между машинами, помчалась в центр города. В штабе я не была с последнего дня своей работы летом и сейчас явно испытывала взволнованное предвкушение – столько воспоминаний, столько счастливых, беззаботных дней. Сейчас я вновь здесь – квадратное здание, совсем недавно пережившее косметический ремонт фасада, возвышалось в центре небольшой аллеи. При наличии минимального наружного освещения оно выглядело устрашающе. Я выскочила из машины, прижимая к себе папку, и поспешила внутрь, опасаясь промокнуть полностью. Внутри во всю кипела работа – за пропускным пунктом бегали офицеры с бумагами в руках, кроме гула постоянных телефонных звонков и звука клавиш ноутбука тут ничего не было слышно. Я перепрыгнула пару ступенек и подошла к охраннику.

– Вивиан, – полный тридцатилетний мужчина по имени Бэн отставил кружку кофе в сторону и добродушно мне улыбнулся. Пыхтя, он поднялся со своего кресла и покачал головой. – Я так рад видеть тебя здесь. Как тебя сюда занесло?

Я пожала плечами.

– Эллен попросила занести бумаги.

– А, ну проходи, проходи, – Бэн нажал кнопку у себя под столом и замок на двери открылся. – Заходи как освободишься, поболтаем ещё.

– Хорошо, спасибо, – я улыбнулась и помахала мужчине на прощание.

Внутри оказалось ещё больше людей, чем я представляла. Нашлась парочка тех, кто помнил меня по летней работе здесь, но так как я летела по коридору в сторону лифта, светской беседы не состоялось. Я доехала на шестой, последний этаж и понеслась по коридору. Перед кабинетом для собраний пришлось замедлить шаг. Сквозь прозрачную стену я мельком увидела изуродованное тело девушки – с помощью проектора на светлой стене отображалась фотография с места происшествия. От увиденного желудок скрутило в тугой узел – всё её тело было в рубцах и рваных ранах, посеревшая кожа была грязной, ноги и руки застыли в неестественной позе. Через мгновение кадр переключился – на стене появился портрет парня – возможно чуть старше меня, возможно ровесника. Его карие глаза на фотографии с выпускного из школы были пугающе отстраненными с легким, еле читаемся безумием. Улыбка была, возможно, чересчур широкая и наигранная, руки с силой сжимали только что полученный аттестат. Я отвела глаза и напрягла слух. До меня стали доноситься обрывки разговора, который она не имела права подслушивать.

– Значится подозреваемым… Без особой подготовки… Оставлял следы… Личный мотив… Манчестерский университет…

Дверь в кабинет со скрипом отворилась, и я резко вскинула голову. Сжимая ручку и не выходя полностью в коридор, Эллен стояла, облокотившись на косяк. Светлые волосы были немного взлохмачены, под глазами виднелись серые разводы осыпавшейся туши. Лицо её казалось совсем уставшим и отстранённым.

– Там ужасные пробки… – я замешкалась, но она лишь покачала головой.

– Спасибо, что так быстро приехала, – женщина уверенно забрала папку и оглянулась. Её подчинённые самостоятельно шепотом накидывали возможные версии и идеи. – У тебя всё хорошо?

– Всё отлично.

Эллен слабо кивнула в ответ. Она редко задавала вопрос «Как дела?». «Всё хорошо? Всё в порядке? Всё нормально?» – гораздо чаще звучало в её лексиконе. Возможно, она опасалась ответственности и отчаянно хотела избавиться от обязательств решать мои насущные проблемы. Не было времени, опыта, знаний.

– А ты как? У вас тут завал?

– Да, вроде того, – Эллен нервно постучала пальцами по косяку и на мгновение опустила глаза.

– Вивиан, дорогая, здравствуй, – помимо увлеченных разговоров и стука капель дождя по подоконнику, в коридоре возник ещё один звук – звук знакомого, почти родного голоса. Я в мгновение обернулась – Малькольм – заместитель констебля, глава штаба и самый лучший друг отца шагал по коридору. В его глазах поблескивала искренняя, неподдельная радость от нашей встречи. Он подошел ближе и похлопал меня по плечам, после чего пальцами пригладил свои короткие седеющие каштановые волосы. – Как я рад видеть тебя здесь, как ты поживаешь?

– Здравствуйте, всё отлично, – я немного отшатнулась и искренне улыбнулась мужчине в ответ. Он был поразительно похож на отца. Не внешне – черные волосы отца, его острые и грубые черты лица и плотное подтянутое тело в сочетании с высоким ростом не имели ничего общего с обритыми светло-коричневыми волосами Малькольма, мягким и добродушным лицом и его слегка выпирающим животиком. За годы неразрывной дружбы двое мужчин стали одним человеком. Они делили многое – коронные фразы уже давно были одни на двоих, жесты и мимика одного время от времени точь-в-точь копировали жесты другого. И улыбка у них была одинаковая – не широкая, но самая лучезарная и добрая.

– Как хорошо, что ты заехала. По тебе уже все успели соскучиться.

Я несмело кивнула. Мне искренне хотелось в это верить.

– Когда нам ждать тебя на работу?

– Эллен, кажется, говорила что-то про окончание колледжа, – я посмотрела на мачеху, и та уверенно кивнула.

– Это без проблем, конечно. Я думал, что тебе будет интересно поработать и сейчас. Стажировка, там, или как это у вас называется?

– Я же учусь на писателя, – я покачала головой и слабо улыбнулась. – Ваши криминальные истории не имеют ничего общего с моей специальностью.

Мне было приятно внимание. Приятно находиться здесь, в знакомой обстановке, в месте, которое я знала как свои пять пальцев, но идти по семейной протоптанной дорожке и быть детективом я не собиралась. Если вся работа заключалась в перебирании старых бумажек или обслуживании полицейских, несмотря на острое желание проводить тут всё свободнее время, я желала отказаться.

– Нет-нет, ты будешь в нашем пресс-центре, там тебе придумают интересную работу. Правда ведь, Эллен, это же прекрасный шанс для Вивиан? – Малькольм с энтузиазмом посмотрел на женщину, но она не особо разделяла его восторг. Её лицо по-прежнему казалось отстраненным и безэмоциональным.

Эллен кивнула и вновь оглянулась. Я проследила за её взглядом – ледяные глаза мачехи внимательно изучали погоду за окном. На улице стало ещё хуже. Ветер беспощадно вёл борьбу с отчаянно сопротивляющимися деревьями, дождь был такой силы, что казалось капли способны оставить выемки в асфальте.

– Оставайся здесь, пока там всё не успокоится, – наконец произнесла Эллен и скрестила руки на груди. – Иди в мой кабинет, завари себе кофе, если хочешь. – тонкими пальцами женщина выудила из кармана темного пиджака ключи от своего рабочего пространства и протянула мне.

– Хорошо, спасибо большое, – я с благодарностью улыбнулась.

Эллен сухо кивнула.

– Мне нужно вернуться к работе, – она покачала головой и безмолвно вернулась в кабинет.

– Ещё увидимся, Вивиан, – Малькольм задорно мне подмигнул и нырнул в помещение вслед за Эллен.

Я направилась обратно к лифту. Кабинет Эллен был на этаже, но я подумала поболтать с кем-нибудь из знакомых, пока у меня было время. Войдя в закрытое пространство в одиночестве, я прислонилась к стенке и нажала нужную кнопку. Расслабившись, я приготовилась к быстрой поездке, но дверь с грохотом открылась вновь. Прижимая к себе кипу документов, Рик запыхавшись ввалился в лифт.

– Вивиан? – мужчина поднял брови. Ещё месяц назад я была здесь каждодневным гостем, и он совсем не удивлялся моему нахождению тут.

– Привет, – я по привычке улыбнулась, легко стирая всю возможную неловкость, которая могла возникнуть между нами, и встала прямо.

– Что ты здесь делаешь? – Рик прижал к себе бумаги и нажал на кнопку третьего этажа.

– Эллен попросила меня привезти ей кое-что. Погода ужасная, я думаю остаться ненадолго.

– Не хочешь пойти ко мне? Я сварю кофе.

– С удовольствием, – я не раздумывая кивнула, пытаясь сбросить с себя неясное ощущение.

Мы оба это чувствовали. Некоторое смятение из-за последней встречи, последнего прощания. Я чувствовала что-то чуждое. Я вновь это сделала – подпустила кого-то опасно близко, дала мнимый шанс и надежду, а потом сделала вид, будто ничего никогда не было. Воспитание Эллен.

Мы доехали до нужного этажа и Рик поспешил к кабинету. Тот был в углу, практически скрыт от посторонних глаз. Мы проводили там слишком много времени вдвоём. Несмотря на занятые тяжестями руки, мужчина умудрился открыть для меня дверь и ловко её придержать. Привычная небрежность кабинета заставила давние воспоминания вновь возникнуть в голове и полностью заполонить разум. В дождь, когда абсолютно всех клонило в сон и из-за отсутствия отопления становилось зябко, Рик всегда появлялся здесь с ароматным пряным чаем из кофейни внизу улицы, а в особенно жаркие дни всегда приносил мой любимый Баскин Роббинс с шоколадной крошкой. Стены кабинета слышали как множество веселых разговоров и смеха, так и серьезных тайн, произнесенных полушепотом.

– Посиди тут, я сбегаю за кофе, – мужчина вывалил все документы на стол, за которым я когда-то работала, неловко поправил волосы и поспешил выйти из кабинета.

Я покрутилась вокруг себя и взгляд упал на рабочий стол Рика. В отличие от запасного стола и всего кабинета в целом, он выглядел почти идеально. Книги и документы аккуратной стопкой лежали на углу. На мониторе не было даже ни намека на пыль. Глаза зацепились за висящий на карандаше в стакане тонкий браслет из красной ниточки с золотой подвеской. Мой браслет. Я сняла его и покрутила в руках. Скорее всего он слетел в один из рабочих дней. С улыбкой я повесила его обратно и опустилась на чуть прохудившийся диван.

В помещении стало прохладно, я поежилась. Огляделась в поисках чего-либо, что можно было накинуть на плечи, но на виду ничего ожидаемо не было, хотя я знала, что вся запасная одежда лежит в шкафу. Я не знала, осталось ли у меня право туда заглядывать. Прошло около пяти минут, и дверь со скрипом отворилась. Рик еле удерживал в руках два картонных стакана с кофе и одноразовую тарелку, наполненную сладостями.

– Пэрис вот, передала тебе всякого, – он кивнул и опустил всё на столик. – Ты не замерзла?

– Тут свежо, – я покачала головой.

– Как у тебя дела? – мужчина с шумом хлебнул из стакана и потер ладонью ноющую шею, после чего задумчиво дотронулся до бороды.

Я пожала плечами.

– Всё как всегда.

Рик покачал головой и опустился на подлокотник, оказываясь ко мне слишком близко.

– Всё правда хорошо?

Я неуверенно кивнула.

– Малькольм, хочет, чтобы я поработала тут опять. – я отпила кофе и задержала стакан в руках, чтобы погреть замерзшие пальцы.

– Снова займешь половину кабинета?

– Я пойду в пресс-центр, – я покачала головой.

– Пресс-центр… – Рик усмехнулся. – Теперь они так называют эту горстку недоделанных журналистов и пиарщиков?

Я медленно кивнула. Неловкую тишину прервал резкий звук сообщения. Я откопала в клатче телефон. На экране горело послание от Саймона, неожиданное и не самое уместное: «Увидел цены на Шато Лагранж и сразу передумал звать тебя к себе домой. Пиво завтра в центральном пабе подойдет?».

Я покачала головой и слабо улыбнулась, после чего засунула телефон обратно в сумку и подняла глаза на Рика. Мужчина с еле уловимой усмешкой наблюдал за мной.

– Очередной поклонник? – он сложил руки перед собой.

Я еле сдержала улыбку.

– Всего лишь знакомый из университета.

– Значит, твое сердце свободно?

– Моё сердце с четырех лет принадлежит Железному человеку.

– Да, за него и я бы замуж вышел.

Я покачала головой и с благодарностью посмотрела на мужчину. Мне нравилось, что он всё-таки решил разрядить обстановку. Я почувствовала в ногах нервное покалывание и поднялась с дивана. Бесшумно покружив по кабинету, я остановилась около стеллажа и вновь обвела взглядом помещение.

– Ты вряд ли найдёшь что-то новенькое здесь, – Рик тоже встал, прислонился к стеллажу и по моему примеру окинул глазами изрядно надоевший кабинет.

– Да, я поняла, – я кивнула и без спроса потянулась к толстой книге на одной из верхних полок. – Нетерпение сердца, – я пропела название и пролистала страницы. – Я заберу?

Мужчина покачал головой.

– Мои книги – твои книги, ты же знаешь.

Я широко улыбнулась и убрала спадающие на лоб локоны за уши. Хвостик из коротких волос сделать было трудно и передние пряди всё время норовили упасть на лицо.

– Вив, по поводу того случая после вечеринки…

Я покачала головой и подняла ладони, не давая мужчине закончить. Меньше всего на свете я хотела обсуждать эту глупую, ничего не значащую ситуацию.

– Не извиняйся, Рик, – я отвела взгляд, правильные слова в голову совсем не шли. – Если я захочу тебя поцеловать, я сделаю это самостоятельно, – это прозвучало нелепо, но казалось чистой правдой.

Брови мужчины поползли вверх, лицо вытянулось. Он неловко прокашлялся и покачал головой. Мы оба молчали. Я очерчивала пальцами обложку книги, Рик хмуро на меня смотрел. Я, передумав уносить книгу с собой, всё же поставила её на полку и несмело улыбнулась мужчине, который за этим наблюдал.

– Боже… – он тяжело покачал головой и запустил пальцы в волосы, прикрывая глаза.

– Ты чего?

Дверь в кабинет беспардонно распахнулась и на пороге появилась Эллен. Не беря во внимание общее настроение и напряженную атмосферу в кабинете, она сразу впилась в меня взглядом.

– Так и знала, что найду тебя здесь. Поболтаем у меня? – женщина постучала ногтями по двери.

– Да, конечно, – я искренне ей улыбнулась, а потом посмотрела на Рика. Он казался совсем растерянным и мрачным, но меня это волновало уже не так сильно. – Увидимся, Рик, – я схватила сумку и вслед за Эллен выпорхнула из кабинета. – Вот, – я протянула ключ обратно женщине. Та лишь кивнула и, не касаясь моей руки, подцепила их и убрала в карман.

Мы в полном молчании понялись на три этажа выше. Кабинет Эллен, в отличие от кабинета Рика, был в самом центре этажа, напротив комнаты для совещаний. Не просторный и светлый, за всё время работы женщины он принял в себя бессчетное количество посетителей, в основном девушек. Эллен открыла дверь и тут же включила свет. Только сейчас я осознала, что у Рика мы сидели в полумраке. Кабинет был почти идеально чистый. На столе ничего, кроме закрытого ноутбука и высокой кружки с еле заметными отпечатками светлой помады – лишь этот предмет свидетельствовал о том, что в помещении вообще кто-то бывал. На диване лежало небрежно свернутое темно-синее одеяло. Я поймала себя на мысли о том, что женщина наверняка оставалась тут на ночь. Мачеха убрала одеяло в шкаф и указала мне на диван. Я села на самый край и смиренно опустила руки на колени. Эллен осталась стоять, руки уперлись в гладкий стол позади.

– Ну, что у тебя нового?

– Да ничего особенного, – я покачала головой. Настроения беседовать у Эллен скорее всего не было, поэтому грузить мачеху своими рассказами я не хотела. – У вас, я вижу, дел невпроворот?

– Как всегда, – Эллен пожала плечами. – Прошло так много времени, а мы всё топчемся на месте.

– Ты не ночуешь дома?

Эллен резко посмотрела мне в глаза и покачала головой. В её хмуром взгляде показалось смятение.

– Столько времени тратить на дорогу…

– Там просто пусто, правда? – я в миг пожалела, что это произнесла. Слишком откровенно, слишком разоблачающе. Одно неверное слово, и Эллен вообще перехочет со мной говорить.

Женщина пожала плечами. Видимо била я не в бровь, а в глаз. В пентхаусе с тремя спальными на юге города с трагическим уходом отца и моим переездом было пусто и холодно. Когда я девять месяцев в год проводила в Оксфорде, и дома жили только папа с Эллен, в квартире царил по-семейному уютный хаос. Отец не отличался аккуратностью, поэтому небрежно заправленная кровать, забытая на столе посуда и наспех сброшенные в коридоре ботинки напоминали о том, что в этом доме всё ещё бурлила жизнь. Когда я приезжала на каникулы, жилище перерождалось – я без зазрения совести выговаривала отцу за разбросанную обувь и другие личные вещи. В квартиру стойко въедался запах ванили – мне удавалось заниматься выпечкой почти каждый день. Шторы везде раздвигались, на подоконниках появлялись живые цветы в горшках, и целыми днями на кухне негромко работало ретро-радио со старым блюзом. Сейчас в доме наверняка всё окрасилось в серый и Эллен могло не хватать былого тепла.

– Мне никто не готовит, вот это плохо, – она слабо улыбнулась, и я слабо улыбнулась в ответ. Её признание меня порадовало.

– Приезжай на выходные. Я испеку твой любимый лимонный пирог.

– Посмотрим. Приезжай лучше ты, оставайся насколько пожелаешь.

Я вздохнула. Обсуждать мой визит не хотелось точно так же, как его наносить. Я не была готова вновь очутиться там.

– Возможно мне стоит.

– Конечно стоит.

Повисло тяжелое молчание.

– У сына Малькольма совсем скоро свадьба.

– У Дэни? – мой вопрос оказался чересчур громким, но сдержать своё удивление после упоминании старого друга детства я не могла. Полноценной дружбой это было назвать нельзя. Чудаковатый рыжеволосый сорванец, который был старше на четыре года, всё время стремился подбить меня на какие-то проделки или шалости. Я соглашалась не всегда, но, если соглашалась, ничем хорошим это не закачивалось.

– Да. Он женится и Малькольм пригласил нас двоих.

– Ты пойдёшь с ним? – я вскинула брови. Эти двое за последнее время сильно сблизились и узнать истинную основу их отношений мне было очень любопытно.

– Я пойду одна, – Эллен, со всей суровостью глядя на меня, уверенно покачала головой. – А вот с кем пойдёшь ты, это вопрос.

– Ты о чём? – я недоумевающе подняла брови.

– Рик наверняка хотел тебя пригласить.

– Я и так приглашена, зачем мне быть его парой? – я усмехнулась, хоть и знала ответ сама.

– Я не знаю, мне просто так показалось, – Эллен развела руками, и это всколыхнуло во мне тревожные чувства. Я попыталась изобразить хладнокровие и беспечно пожала плечами.

– Мне неинтересно идти с ним.

– Разве? – Эллен усмехнулась. – Надо же как… Значит при следующей встрече я могу так ему и сказать?

– Мне абсолютно без разницы, что он думает. Если что-то между нами есть, это только у него в голове…

Глава 9

Я сидела в библиотеке, снова и снова перечитывая одну и ту же страницу книги. Мозг отчаянно не хотел фокусироваться на словах, предложения казались нескладными. Я с силой её захлопнула и в сердцах оттолкнула в сторону. Том легко проехался по гладкому столу и остановился в паре сантиметров от края. Я запустила пальцы в волосы и зажмурилась. Что-то было не так. Я ощущала это каждой клеточкой своего тела, будто что-то преследовало меня на каждом шагу. Я покачала головой. Разумеется, это всё из-за последних событий. Когда я была в чьей-либо компании, подобные мысли в голове не появлялись. Луиза всё время болтала на отвлечённые темы, Саймон пытался делать неоднозначные намёки, а Эллен несмотря на то, что её голова была забита расследованием, говорила о нём так, будто оно совсем не имеет значения. Но когда я оставалась одна, я не могла перестать думать. Это всё крутилось вокруг, атмосфера в университете была крайне напряжённая и я не могла ей не поддаться.

Тишину библиотеки разрушил звук СМС. Сидящие за соседними столами студенты недовольно покосились на меня, когда я торопясь начала искать в сумке телефон. Я вынула устройство и с удивлением взглянула на экран. Писал мистер Ларсен – преподаватель по творческому письму. В письме: просьба прийти в его кабинет на разговор, если возможно, то как можно скорее. Я вмиг схватила вещи, поместила их в сумку и поспешила выйти из библиотеки, напрочь забыв про книгу на столе. Цель визита не была мне ясна, никаких догадок о том, зачем я ему понадобилась, в голове не возникало. Я спешно дошла до нужного кабинета и взволнованно постучала. После приглашения войти я распахнула дверь. За широким столом сидел мистер Ларсен – седые волосы аккуратно зачёсаны назад, тёмно-серый костюм был идеально выглажен. Напротив него сидел мистер Филлипс – более развязно, развалившись на стуле и закинув ногу на ногу, он с еле заметной улыбкой смотрел на меня. Я поёжилась от его взгляда и перевела глаза на Ларсена.

– Вивиан, проходи, не стесняйся.

Я тихо прошла к нижней трибуне и села за неё. Мистер Филлипс обернулся и с интересом посмотрел на меня.

– Вивиан, я хотел тебе кое-что предложить, – профессор Ларсен встал и пригладил свои серебристо-седые волосы. – Из года в год мы факультетом участвуем в конкурсе лучших авторских работ, и так как у тебя есть опыт и неплохие навыки, это могло бы стать для тебя отличным шансом.

– Вы хотели бы, чтобы я поучаствовала? – я подняла брови и скрестила руки на груди. Предложение показалось невероятным. Адам насмешливо покачал головой. Я опустила взгляд на парту и провела по ней ногтем, не в силах выдерживать на себе его внимательных, лукавый взгляд.

– Ты показываешь очень неплохие для своего возраста и жизненного опыта результаты по моему предмету, – мистер Ларсен утвердительно кивнул. – Конкурс через пару месяцев. Если начнешь писать сейчас, много времени это не займет. Жанры разные – рассказ, повесть, новелла. Выберешь то, что тебе по душе, да и вдруг у тебя уже есть наработки.

– Я с радостью приму участие, мистер Ларсен, спасибо за предложение, – ответ слетел с губ сразу же, как только появился в голове. Думать над таким я долго не могла. Я хотела писать, я хотела показывать.

– Я очень рад это слышать. Разумеется, я буду во всём тебе помогать, мы вместе выберем направление. Мистер Филлипс сам участвовал в конкурсе. В его годы ему чуть-чуть не хватило до победы. Если у тебя будут какие-то вопросы, ты также сможешь обратиться и к нему. Он будет иногда работать с нами.

– Ладно, – я медленно кивнула и взглянула на Адама. Он с насмешкой в глазах смотрел на меня в упор. Я выгнула бровь. Его участие в нашей работе казалось мне сомнительным. У нас не было так много совместных пар, но каждый раз, когда я на них оказывалась, мне было очень тяжело сдерживать себя и не показывать своего отношения к его напыщенной натуре. – Почему вы не выиграли?

Мужчина прыснул и закусил губу.

– Слишком сильно подстроился под жюри, – он пожал плечами и двумя руками взъерошил волосы.

– Может, Вивиан, у тебя уже есть какие-то идеи? Ты должна писать о чём-то, что очень хорошо тебе знакомо, о чувствах, которые ты когда-либо испытывала. Есть что-то, что приходит в голову?

– Слишком много всего, – я покачала головой. Моя голова и впрямь ломилась от мыслей. Драма? Триллер? Трагедия? Какой жанр выбрать, а главное о чём писать?

– Мы это обсудим. В любом случае я уверен, что для тебя этот опыт не будет лишним. А под моим руководством и с поддержкой мистера Филлипса я думаю, ты сможешь побороться за пятёрку лидеров.

– Мне не нужна пятёрка, мне нужна победа, – я покачала головой, на что мистер Филлипс резко усмехнулся.

– Целеустремлённость – это хорошо, но не надо думать, что ты действительно это сделаешь. Это намного тяжелее, чем кажется.

– Ну-ну, Адам. Вивиан девушка упорная. Она сделает всё по высшему разряду, – мистер Ларсен мягко мне подмигнул, я благодарно улыбнулась в ответ. – Если у тебя нет никаких вопросов, можешь идти.

Я резко поднялась, кивнула мужчинам, и, спешно попрощавшись, вышла из кабинета. Оказавшись одна в коридоре, я широко улыбнулась. Радостное предвкушение от этого предложения затуманило разум. Надо же, настоящий конкурс для писателей. В кончиках пальцев покалывало от волнения, а в голове уже мелькало множество идей. Опыт. Его-то точно предостаточно. Я заслышала шаги позади себя и оглянулась – мистер Филлипс спешно меня догонял.

Поравнявшись со мной, мужчина наклонился ближе.

– Не скатывайся до уровня тинейджерских романов. Такое точно не оценят, – он улыбнулся, я выгнула бровь. Какое самодовольство, и я даже не была удивлена.

– Если бы вам хватило этого «немного», как сказал профессор Ларсен, я бы обязательно к вам прислушалась.

Я улыбнулась и поспешила к выходу из университета. Опыт. Мне нужна полиция. Там точно найдутся истории, которые можно взять за основу, а также обострятся старые чувства и воспоминания. Работа в участке. Мальком меня ждёт и с радостью примет, а недовольство Эллен можно пережить. Я неслась по улицам – расслабленная и счастливая от того, что меня заметили и оценили. Признание. То, чего всегда так отчаянно не хватало.

Я решила сразу поехать туда. Эллен, правда, в департаменте сегодня отсутствовала. Возможно, правильнее было сделать это всё через мачеху, но так как она не одобряла эту затею изначально, я передумала к ней обращаться. Сейчас, когда Малькольм стал главенствовать в офисе, решать все вопросы с ним было намного легче. Добралась я быстро, казалось, что на перекрёстках я пару раз проскочила на красный и превысила скорость, но это было совсем не важно. Бэн не стал даже спрашивать о цели визита и радушно открыл мне дверь, и я, окрыленная своим возможным, пока ещё очень далёким успехом, поспешила добраться до кабинета Малькольма. После непродолжительного стука и приглашения войти, я распахнула дверь сама.

– Привет, дорогая, – мужчина, увлеченно заполняющий за столом что-то похожее на рапорт, поднял голову и улыбнулся. – Эллен сейчас не в офисе…

– Я знаю. Я приехала к вам. Я хотела узнать, в силе ли ваше предложение о подработке, – я неуверенно подняла глаза на Малькольма, тот расплылся в добродушной улыбке.

– Конечно, милая. Хочешь присоединиться к нашему пресс-центру?

Я вмиг расслабилась, напряжение спало как с души, так и с тела. Я совсем забыла, что это может быть настолько легко.

– Если это единственная подходящая должность…

– Думаю, тебе будет там полезнее всего. Хорошо, Вивиан. Я всё устрою, – мужчина мягко мне кивнул и отвёл глаза. Я гадала, вспоминает ли он сейчас о моём отце.

Я искренне улыбнулась и покачала головой. Пока всё складывалось наилучшим образом из возможных.

– Здорово.

– Ещё бы. Эллен, думаю, будет рада не меньше.

– А в этом я сомневаюсь, – я покачала головой и вздохнула.

– Не волнуйся, дорогая, с ней я тоже договорюсь…

Глава 10

– Вот чёрт!

Несколько капель крови упало на идеально отполированный пол. В стены въелся навязчивый запах моющего средства с лимонной отдушкой.

Я отложила нож и подставила руку под холодную струю воды, наблюдая за тем, как вода на дне раковины становится красноватой. Я отыскала в аптечке бинт и наспех перевязала палец, затёрла следы и оглядела кухню. Превосходно. Ещё час назад я перестала вести счёт тому, сколько раз я протёрла плиту, перемыла пол, и как много блюд я в итоге приготовила. Я ежедневно наводила порядок почти во всех помещениях дома, но перед приездом Эллен важно было сделать всё в десять раз лучше, чтобы показать, что я отлично справляюсь с самостоятельной жизнью. Раздался долгожданный звонок в дверь и я слегка улыбнулась. Я была абсолютно уверена в том, что Эллен просто откроет дверь собственными ключами. Я выудила обещанный лимонный пирог из духовки, вытерла руки о фартук и поспешила в прихожую. Эллен стояла на пороге с крайне вымотанным видом. Строгий черный костюм слегка помят, блондинистые волосы с отросшими русыми корнями небрежно спадали на лоб. На лице читалась нескрываемая усталость, а тонкие бледные руки сжимали пакет из местного супермаркета.

– Привет, – я встретила её с теплой искренней улыбкой и отступила от двери, чтобы дать женщине пройти внутрь.

– Привет, – она лишь кивнула и, не глядя на меня, прошагала вглубь дома, на кухню.

Я поспешила за ней. Мачеха придирчиво оглядела обстановку и нахмурила брови, глядя на свежеиспеченный пирог.

– Ты всё-таки решила приготовить… Ну, я попробую завтра, ладно? – она с шумом опустила пакет на стол и начала один за другим доставать оттуда продукты. Ассорти сыров, орехи, вяленое мясо и фрукты. Ничего похожего на нормальную еду. Я с трудом скрывала своё разочарование от увиденного – пирог Эллен есть и не собиралась. – Ты же выпьешь со мной?

Я подняла брови. Никакого намека на посиделки с алкоголем женщина не давала, и в моём представлении мы должны были провести вечер за небольшим чаепитием и ужином, но от предложения я решила не отказываться – такие моменты единения были непозволительной роскошью.

– Ладно.

На лице Эллен сверкнула самодовольная улыбка. Она собрала волосы на затылке и стянула с запястья резинку прямо на светлые спутанные волосы.

– Виски, конечно, я предлагать не собираюсь, а вот Шато Лагранж… – мачеха потянулась к заветному шкафчику, и я прикусила губу. Я хотела было сказать, что его там уже нет, как Эллен с улыбкой достала бутылку вина и поставила на стол. Я замерла. Бутылка там была одна, привезенная из Франции лично Малькольмом, и я совершенно точно забирала её на вечеринку. Я не могла не заметить в крохотном шкафчике такую же закрытую бутылку. Или могла? Та неделя была максимально суматошной, может быть во всей спешке я действительно не заметила, что бутылки было две? Мало ли кто из друзей папы или Эллен дарил им это вино?

Я сняла фартук и достала бокалы и плоские тарелки.

– Так… всё нормально? – Эллен начала выкладывать закуски и кинула на меня беглый взгляд.

– Ага, – протянула я. – Я приготовила ужин.

Женщина отмахнулась.

– Я не голодна. Что с лицом? Какая-то ты слишком озадаченная.

– Я хотела спросить, говорил ли тебе Малькольм….

Мачеха выкинула мусор и сполоснула руки. По её взгляду, точнее по тому, как она пыталась его спрятать, я вновь убедилась в том, что вся эта затея ей не особо нравилась.

– Про работу. Да, говорил. Он очень тебя ждёт, – Эллен напряженно кивнула.

Я видела, как неохотно она обсуждает эту тему, но отказываться от предложения, пусть оно и не нравилось мачехе, я не собиралась. Не в этот раз.

– Я всё равно туда пойду, даже если ты будешь против, – моя настойчивость в голосе приятно меня удивила. Я не думала, что когда-либо смогу быть такой уверенной рядом с Эллен.

Женщина покачала головой. Моя решительность, казалось, не была для неё сюрпризом.

– Вивиан, тебе не нужно спрашивать моего разрешения, чтобы что-то сделать. Так что, перейдём в гостиную? – она взяла тарелки в обе руки. – Возьмёшь вино?

Я схватила бокалы и бутылку и поспешила за мачехой. Эллен расставила всё на журнальном столике, и по-хозяйски опустилась на диван. Я опустилась на другом краю и стала с интересом наблюдать за тем, как Эллен ловко открыла бутылку и плеснула рубиновую жидкость в нетронутые бокалы.

– У тебя тут так чисто, на всё хватает времени? – женщина отпила вина и покачала головой.

Я мысленно улыбнулась.

– Да.

– Деньги не нужны?

– Я справляюсь.

– Справляться недостаточно. Ты привыкла к определённому уровню жизни, и я хочу, чтобы ты его поддерживала.

– Если я буду подрабатывать в участке, я буду зарабатывать.

– Копейки. Если бы ты делала то, что у тебя хорошо получается – копирайтинг, тексты на заказ, ты могла бы сама себя обеспечивать.

– Я хочу делать то, что интересно, и пока мне интересно там, – я пожала плечами. Разумеется, об истинной причине своего рвения я умолчала. Если бы Эллен узнала, что мне нужен лишь материал для конкурса, женщина бы ни за что этого не допустила. Я могла бы десятки раз оправдываться и говорить о том, что засекреченные материалы мне совсем не нужны и я буду только наблюдать за происходящим в штабе, Эллен явно бы это не понравилось.

Женщина лишь покачала головой и ничего не ответила. Атмосфера вечера была напряжённой. Даже после того, как Эллен расположилась на диване полулёжа и сняла пиджак, что могло свидетельствовать о её расслабленности, я не ощущала себя комфортно. Раньше я так тянулась к ней, а сейчас даже не знала, как с ней разговаривать. Мачеха говорила о работе. Я хотела услышать что-то значительное и интересное, но нет – разговоры были о нерадивых сотрудниках и частых внеплановых проверках. От вина клонило в сон, я то и дело прикрывала тяжёлые веки с мыслью о том, что ещё немного и я сладко засну прямо в гостиной.

В очередной раз открыть глаза меня заставил уверенный возглас Эллен.

– Так, я хочу посмотреть, остались ли тут мои платья! – женщина вскочила с дивана и уперлась руками в бёдра. – Пошли, поможешь мне выбрать, в чём мне идти на свадьбу.

Я нехотя поднялась с дивана и прошагала вслед за Эллен наверх. Перед дверью спальни женщина замерла. Я была уверена в том, мачеха была тут без меня, но видимо я ошиблась. Она нелепо кашлянула и открыла дверь. Из-под кровати виднелась картонная коробка с материалами дел, которую в прошлый раз я не удосужилась задвинуть полностью. Эллен зашагала внутрь и огляделась, аккуратно провела рукой по пыльному покрывалу на кровати. Я несмело опустилась на кресло и сложила руки перед собой, наблюдая за тем, как женщина направляется к шкафу. Уверенно распахнув дверцы, Эллен прищурившись окинула взглядом его содержимое.

– Вот это – просто шикарное, – она стянула с вешалки голубое платье-комбинацию средней длины и потрясла его в воздухе.

– Так, значит, ты его наденешь? – я опустила подборок на руки и долго посмотрела на платье. Не помню, чтобы я когда-либо видела его на мачехе.

– Его наденешь ты, – Эллен покачала головой и бросила платье мне на колени. Я подушечками пальцев провела по гладкой шелковой ткани изделия. Женщина вновь отвернулась к шкафу, продолжая рассматривать одежду, а я поднесла платье к лицу. В нос тут же ударил аромат цветочных духов Ланком – один из подарков от отца на прошлое Рождество, запах смешивался с еле уловимым запахом одеколона Босс. Его любимым. Я повесила платье на спинку кресла и подошла к шкафу. Эллен совсем отчаялась и уже ничего не искала – в её руках лежал эффектный темно-зеленый комбинезон, который женщина внимательно осматривала на предмет наличия пятен. Я несмело вытянула руку и скользнула по шершавой поверхности мужского черного пиджака прямого кроя. С самого переезда я не заходила в спальню, чтобы перебрать или посмотреть на его вещи. Сделать это самостоятельно казалось слишком опасной затеей – я была уверена, что вмиг потеряю самообладание, вся напускная стойкость тут же испарится. Когда рядом была Эллен, я чувствовала себя увереннее. Знала, что с ней можно побыть уязвимой, что женщина не даст мне расклеиться. Я на мгновение прижала рукав к лицу и закрыла глаза. В голове тут же начали мелькать воспоминания.

Беззаботное детство. Детство, когда рядом был не только отец, но и мама. Мы втроём на серьезном ужине у начальника полиции. Я застенчиво прячу лицо в толстую ткань отцовского пиджака. Папа нежно хлопает меня по плечам и почти не слышно подбадривает: «Ну же, звёздочка. Ты их всех очаруешь».

Прикосновение легкой руки к моей спине заставило меня открыть глаза и выпустить из рук пиджак. Я вздрогнула и резко обернулась.

– Мне тоже его не хватает, – Эллен долго посмотрела на меня и с горечью покачала головой.

Мы никогда не говорили об этом. Казалось, после похорон отца, до и во время которых мы обе позволили себе ничего не стесняясь выражать свои истинные чувства, Эдварда Льюиса будто перестало существовать. Эллен ни разу о нем не заикнулась, а я ни разу не осмелилась начать о нем разговор. Мне этого хотелось – получить доказательство того, что его жена о нем помнит и всё ещё любит его, но женщина не поддавалась и ни разу так и не произнесла его имени. Поэтому эта фраза, этот мимолетный проблеск эмпатии заставил тепло разлиться по моему телу. Я попыталась соорудить на лице улыбку, но не получилось, поэтому я лишь благодарно кивнула. Мачеха сжала мои плечи, отчего меня словно пронзило током, после чего быстро коснулась губами моего лба. Я опешила и затаила дыхание. Вино явно дало о себе знать. Отличаясь особой сдержанностью даже по отношению к собственному мужу, Эллен публично никогда не выражала чувств ко мне. Желание приласкать кого-то проявлялось лишь после пары бокалов крепкого алкоголя. Учитывая то, женщина приехала прямо после работы и совсем ничего не ела, можно предположить, что то самое состояние наступило быстрее обычного.

– Я постелю себе в гостевой, – прошептала Эллен и ровно, словно грациозный лебедь, поплыла к выходу из спальни, оставляя позади себя груз мучительных воспоминаний.

Я коснулась ладонью дверцы шкафа, а потом тяжело вздохнула, так и не решаясь открыть его вновь. Сжала в руках платье и поспешила выйти из спальни, плотно закрыв за собой дверь. Почему мачеха не хотела оставаться здесь было предельно ясно. Прибираться внизу не было ни сил, ни желания, поэтому я проследовала в свою комнату. Сердце колотилось как бешеное. Быстро переодевшись, я прыгнула в кровать. Сон, на удивление, пришел очень быстро.

Глава 11

Педаль тормоза с силой врезалась в пол и черный автомобиль резко остановился на парковке внизу улицы. Водитель другой иномарки, приметивший это местечко, возмущённо просигналил мне вслед. Не обращая на него внимания и отчаянно боясь опоздать, я спешно покинула машину, перед этим убедившись, что красная помада всё ещё на своем месте. Поспешив вверх по улице, я окинула взглядом участок – стоянка для сотрудников была полупустой, но я, совсем как раньше, предпочла нарезать круги вокруг парка и выискивать себе парковочное место за её пределами. Я поправила черное облегающее платье и по ступенькам взмыла ко входу в здание. В душе трепетало радостное предвкушение. Тепло от летних воспоминаний окутало и мысли, и тело. Я любила это место всей душой, любила сотрудников и атмосферу, поэтому была абсолютно уверена в том, что сейчас всё сложится наиболее удачно.

– Вивиан Льюис, да ты к нам зачастила, – Бэн приветственно встал и покачал круглой головой. На его лице появилась добродушная улыбка.

– И тебе привет, Бэн, – я кивнула и улыбнулась, возможно, слишком широко, но скрыть свою радость я была не в силах.

– Ты пришла к Эллен?

Я покачала головой и с гордостью достала из сумочки временный пропуск. На фотографии я получилась не самым удачным образом, поэтому её я поспешила прикрыть пальцами.

– Вот оно что, – охранник улыбнулся и без особого интереса оглядел карточку. – Ты теперь тут надолго.

Я кивнула вновь.

– Ну проходи, проходи. Удачи тебе! –мужчина нажал заветную кнопку, пропуская меня внутрь.

– Спасибо, – я улыбнулась и помахала сотруднику, после чего оглянулась в поисках того, кто мог проводить меня к новому рабочему месту.

– Вивиан, – послышался радостный голос Малькольма где-то в глубине коридора. Уже через пару мгновений мужчина в синем костюме появился передо мной и спешно меня обнял, но этого времени хватило, чтобы тепло его тела и терпкий аромат Том Форд полностью меня захватили. – А я как раз жду тебя. Как у тебя дела?

– Всё хорошо. Рада быть здесь, – я решила даже не пытаться скрыть свой восторг и покачала головой.

– Я тоже рад. Пойдём, я покажу тебе, где ты будешь работать.

Мы направились к лифту. До четвёртого этажа мы добирались в полной тишине. Малькольм, окутанный желанием как-то разбавить неловкую тишину, носком туфли стучал по грязному полу в лифте. Я с мягкой улыбкой наблюдала за его действиями, не решив, стоило мне вообще начинать разговор. Мне никогда не было неловко рядом с мужчиной, как-никак я знала его всю мою жизнь. Но сейчас бытовой разговор словно был неуместен, ведь с этого дня Малькольм становился моим главным начальником.

– Эллен сегодня в отъезде, – он прокашлялся.

– Я знаю, – я кивнула и обхватила себя обеими руками.

– Ты бываешь дома?

Я покачала головой. За всё это время мне всё же удалось побывать в апартаментах – лишь единожды я ненадолго заехала за теплыми вещами и застала там Эллен. После недолгих посиделок со вчерашней пиццей из доставки мы вышли из дома одновременно и разъехались в разные стороны.

– Я ездила один раз.

– Там, наверное, пусто без тебя.

Я пожала плечами. Квартира встретила меня суровым холодом и темнотой, казалось, Эллен даже не открывала там шторы. Но о своих впечатлениях я умолчала и сейчас, и тогда. Вряд ли бы мачеха обрадовалась подобному замечанию. Лифт остановился. Малькольм пропустил меня вперед, я сделала несмелый шаг и обернулась. Мужчина указал куда-то вдоль коридора. При слове «пресс-центр» я могла представить всё, кроме комнатки с тремя столами, крохотным окном и голыми бежевыми стенами. Стол был занят всего один, у окна. Рыжеволосая молодая женщина с идеальными кудряшками барабанила пальцами по клавиатуре старого компьютера. Мальком постучал в открытую дверь, женщина подняла голову.

– Привет, – она холодно кивнула и сделала большое усилие над собой, чтобы подняться нам навстречу.

– Привет, Николь. Это Вивиан, твоя новая помощница.

Я слабо улыбнулась и приветливо протянула ей бледную ладонь. Прежде чем еле ощутимо обхватить её пальцами, Николь несколько раз пробежалась по мне взглядом. Она поджала губы и еле заметно покачала головой. Брать под свое шефство вчерашнюю школьницу по поручению Малькольма ей явно не хотелось.

– Николь, – наши пальцы всё же соприкоснулись, мы пожали друг другу руки.

– Дальше сами разберетесь, – Малькольм задорно подмигнул и легонько сжал мои плечи. – Обращайся, если что-то понадобится, милая.

Он вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Мне вмиг стало не по себе. Очевидно, он был здесь единственный, кто мне радовался.

– Итак, ты мне не перечишь, делаешь всё, что я тебе скажу, идешь туда, куда я тебе скажу и только, когда я тебе это скажу, – Николь скрестила руки на груди и исподлобья посмотрела на меня. В её зелёных глазах было много усталости.

Я подняла брови, но тут же быстро их опустила, заставляя себя сделать послушный кивок. Спорить было не к месту.

– Поняла.

– Барри сейчас в отпуске, разберешь его стол и можешь работать за ним.

– Где я буду сидеть, когда он вернётся?

– Вот тогда и решим. Сколько тебе лет?

– Восемнадцать.

– Учишься ещё?

– Первый курс.

– Просто прекрасно, – женщина усмехнулась. – И как ты, боюсь спросить, сюда попала?

– Я работала летом в штабе.

– Летом в штабе… Ясно. Разбери стол, скоро вернется Ленни, сходишь за кофе.

– За кофе?

– Латте на соевом молоке, два сахара и двойной эспрессо со сливками. Ленни не любит Старбакс, пойдешь вниз по улице, на перекрестке свернешь направо и на углу возле парка увидишь вагончик, возьмешь его там вместе со свежими круассанами.

– Эм… Хорошо.

– Хорошо. Выполняй, – Николь победно улыбнулась и склонила голову на бок.

Я бесшумно вздохнула и, убедившись, что новая начальница вновь занялась своим делом, начала приводить в порядок заваленный хламом стол. Какие-то газеты, выдержки из дел, старая статистика – это были те вещи, с которыми мне хотелось работать. Несколько раз протерев стол от чего-то липкого и сбрызнув его антисептиком, который по обыкновению валялся в сумке, я поспешила выйти из кабинета. Кофе. То, чего я так хотела избежать, меня настигло.

Найти нужную кофейню оказалось не так сложно, уже через двадцать минут я вновь появилась на пороге нового рабочего места. Помимо Николь внутри сидел светловолосый мужчина в модных очках и светлыми волосами чуть выше плеч.

– Здравствуйте, – я дружелюбно кивнула, пристально глядя на него. – Я Вивиан.

– Ленни, – мужчина встал и слабо улыбнулся. – Обеденный кофе? Прелестно. Николь сказала, чем ты будешь заниматься дальше?

Я робко покачала головой.

– Я принёс старые газеты, – он кивнул на стол, который я недавно освободила. Сейчас на нём вновь возвышалась гора макулатуры. – Найдёшь все статьи про день полиции и вырежешь их, понятно?

– Да, а… Я могу спросить зачем?

Николь недовольно фыркнула и раздраженно на меня покосилась. Ленни лишь снисходительно улыбнулся.

– Будем делать контент с историческими анализом. Выполняй.

Я опустилась за стол и без особого энтузиазма начала перебирать старую прессу. Руки слишком быстро высохли и думать о чём-то кроме увлажняющего крема я не могла. Множество однотипных статей, в которых писалось о самом важном празднике в моей семье. На общей фотографии на одной из страниц в газете, датированной 1998 годом, я неожиданно для себя смогла разглядеть отца. Молодой, ещё сержант, он улыбался, стоя в компании Малькольма и ещё пары незнакомых мне мужчин. Сердце еле ощутимо заныло, я на мгновение прикрыла глаза. Я вырезала статью, откуда с опаской отделила фото и спешно убрала его в карман. На память.

Работу я закончила достаточно быстро, и Николь, не в силах придумать, чем ещё меня занять, великодушно меня отпустила. Я не спешила уходить из департамента, поэтому спустилась на этаж ниже и, пройдя пару длинных коридоров, оказалась около заветного кабинета. Я не знала зачем, но мне очень захотелось оказаться именно тут. Перебирая костяшками пальцев, я негромко постучала по гладкой деревянной поверхности и, не дождавшись приглашения войти, приоткрыла дверь. Рик сидел за столом, склонив голову над бумагами, и увлеченно писал что-то в блокноте. Я облокотилась на дверной косяк и безмолвно продолжила наблюдать за его работой. Наконец голова мужчины поднялась. Рик расплылся в мягкой улыбке.

– Вивиан… – он поднялся со стула и покачал головой. Я сделала пару шагов вглубь кабинета, и Рик поспешил закрыть за мной дверь.

– Ну что, как твой первый день?

Я покачала головой и опустилась на край стола, за которым когда-то работала, уперлась руками в столешницу сзади себя, и усмехнулась.

– Я разношу кофе.

– Мне ты тоже его носила, – мужчина мягко улыбнулся, скрестив руки на груди.

– Ты хотя бы оставлял мне на чай.

Он прыснул. Подошел ближе и убрал со стола толстые папки с отчетами. Я чувствовала его теплое дыхание на своей спине. Казалось, ещё пара сантиметров, и он сможет коснуться её губами.

Дверь варварски распахнулась, и мужчина тут же отпрянул. Я вмиг села ровно и с интересом взглянула на того, кто без спроса нарушил приватную атмосферу кабинета. В дверях стоял Кэмерон – юный стажер, который в конце лета только-только пополнил ряды местных сотрудников. Темно-синяя форма на нём все ещё выглядела так, будто пошита с чужого плеча. Под плотной тканью выпирали лишь острые косточки плеч. Он застенчиво почесал блондинистый затылок и смущенно улыбнулся, глядя на меня.

– Здравствуйте, Рик. Привет, Вивиан, – парень улыбнулся более уверенно и прислонился к косяку. – Как жизнь? – он, очевидно, зашел к обладателю кабинета, но сейчас совершенно не обращал на него никакого внимания. Взгляд его искрящихся светом и юношеской наивностью голубых глаз был прикован к моим серо-голубым глазам. Я небрежно смахнула волосы назад и пожала плечами.

– Всё идёт своим чередом. А ты… как?

– Потихоньку, – парень облизал губы и постучал пальцами по косяку.

– Ты что-то хотел? – Рик нервно повел плечом и исподлобья посмотрел на молодого человека, пальцами сжимая свои бока. Его компания явно не была Рику приятна.

– А… Да… Я хотел попросить ключи от архива, Розмари сказала, что они у тебя.

Рик отвернулся к столу и нащупал в ящике связку ключей, которую резко, через весь кабинет, бросил Кэмерону.

– Ну… ещё увидимся, Вив?

Я расплылась в мягкой улыбке и молча кивнула. Юноша повертел ключи в руках и застенчиво кивнул в ответ, скрываясь в коридоре.

Я поднялась и подошла к окну. На улице было пасмурно и серо, вот-вот должен быть начаться дождь, и теплый, сухой кабинет Рика стал казаться мне ещё приятнее. Я сжала пальцами твердый пластик подоконника и плавно опустила голову сначала на одно плечо, потом на другое, тщательно разминая шею.

– Господи, зачем ты это делаешь, – Рик с шумом выпустил воздух из носа. Я уловила в его голосе нотки раздражения, перемешанного с отчаянием.

Я резко обернулась и подняла брови, спиной прижалась к подоконнику и оглядела мужчину. Его руки упирались в бока, взгляд неумолимо бегал туда-сюда, грудь тяжело взымалась под силой его дыхания.

– Рик… Я не понимаю… – я выдавила это совсем слабо и невинно посмотрела на мужчину, опасаясь, что ещё вот-вот, и он выйдет из себя. Этим обращением я просила его не продолжать, надеясь, что мой голос как всегда одурманивающе подействует на него, но Рик смотрел всё так же грозно.

– Ты знаешь. Неужели тебе так это нравится? Раздавать эту дурацкую надежду налево и направо?

– Какую надежду?

– Ты видишь, как на тебя смотрят мужчины. Как я чёрт возьми на тебя смотрю. И ты со всеми ведёшь себя так, будто во всем мире нет никого больше, кроме него единственного.

– Ты бредишь, – я обхватила себя двумя руками и сильно сжала пальцы. Продолжать, и уж тем более слушать, желания не было.

– Вивиан, – Рик подошёл ближе и вытянул руку. Его пальцы буднично касались моих спутанных волос. Мужчина покачал головой и вздохнул. – Заинтересованность, вот. Ты играешь с ними, давая ощущение значимости… Будто они тебе интересны. Так нельзя. Тебе нужно угомониться.

– Господи, – я покачала головой и отстранилась от подоконника. К горлу подступила тошнота. Сейчас, когда, он словно полностью меня разгадал и я чувствовала себя перед ним чересчур уязвимой, мне нужно было срочно покинуть помещение, но он неаккуратно остановил меня за запястье, несильно сжимая на нём теплые пальцы.

– Это не делает тебя значимее, Вивиан. Ты не станешь более нужной или интересной.

– Да пошёл ты, – я рассерженно скинула с себя его руку и побежала к выходу из кабинета. Мысль о том, что он всё-таки прав, казалась до ужаса пугающей.

Глава 12

День выдался по-настоящему теплым. Несмотря на то, что осень уже давно вступила в свои права и предыдущие пару недель были крайне зябкими, сегодня землю прогревали неяркие остатки солнечных лучей. Поправив объемный черный пиджак, я вышла из такси, остановившегося возле места проведения празднования. Пробки на выезде из города и по пути к заливу заставили меня пропустить церемонию бракосочетания, и я явилась аккурат к банкету. Я сжала в руках коробку с подарком и поспешила к просторному коттеджу, около которого уже стоял ряд элитных машин. Я открыла дверь и уверенно вошла внутрь. В доме играла приятная негромкая музыка, которую сопровождал веселый смех и оживленные разговоры. Прикосновение лёгкой руки к плечу не позволило мне пройти вглубь.

– Ты наконец приехала, – в голосе Эллен слышались нотки ледяной строгости. Я прекрасно знала – мачеха не терпела опозданий и никогда не прощала их другим. Несмотря на то, что это было не её мероприятие, ответственность за моё поведение явно заставила женщину нервничать. Я подняла глаза. Она, как и собиралась, пришла в строгом изумрудном костюме, который мягко струился по стройной фигуре. У светлых волос, сегодня аккуратно выпрямленных и зачесанных назад, уже были закрашены корни, в ушах блестели лаконичные длинные серьги. Эллен выглядела строго и элегантно. Она была хороша и, как и раньше, притягивала к себе заинтересованные взгляды многих мужчин.

– Я не могу регулировать дорожное движение, – я покачала головой.

– Конечно нет, – женщина кивнула и с ног до головы внимательно меня осмотрела. – Платье сидит неплохо, ты так не считаешь?

Я действительно так не считала. Я была ниже его владелицы и не отличалась наличием форм, поэтому платье висело на мне словно на вешалке. Тонкие бретели то и дело норовили упасть с плеч, поэтому мне пришлось захватить пиджак.

Я пожала плечами вместо ответа.

– Ну пойдём, – Эллен указала на гостиную и первая направилась туда.

Я зашла следом и огляделась. Гостей было не так много, как я себе представляла. В основном это были люди, так или иначе связанные с полицейским департаментом и их всех я знала. Но найти виновника торжества было важнее, чем разглядывать знакомых. В последний раз мы виделись зимой, когда он приезжал из Шотландии на похороны моего отца. Это была больше, чем дружба. Долгое время с самого малого возраста мы считали друг друга родными людьми. Все семейные праздники, походы и мероприятия мы находились рядом, рука об руку. Делились самыми сокровенными тайнами, давали удачные, но чаще всего не очень советы по поводу множества вопросов и совершенно не видели в этом никакого романтического подтекста. Я смотрела на Дэни как на старшего брата, которого у меня никогда не было и которого, в силу жуткого одиночества, сопровождавшего меня с малых лет, очень хотела. Да и сам парень видел меня как на назойливую младшую сестренку, которую ему навязали родители. Спустя годы многое изменилось. Он уехал учиться в Шотландию, и наша связь с каждым нём становилась всё слабее. Мы почти не переписывались в социальных сетях, звонки по телефону стали непозволительной роскошью. Но несмотря на это, когда нам всё же удавалось встретиться, это вновь были самые веселые и искренние часы в жизни нас двоих.

Но Дэни не было видно, как и его невесту – обворожительную блондинку Астрид родом из Швеции, которую пару лет назад он привез с собой в Манчестер на Рождество. Я видела девушку лишь раз, поэтому судить о её характере не предоставлялось возможным. Вместо счастливых молодожён передо мной совсем неожиданно появился Рик. В брючном костюме цвета индиго, который стал ему немного тесен, он выглядел почти так же, как в полицейской форме. Борода наконец была идеально пострижена, щетина еле-еле прикрывала кожу. Он мягко улыбнулся и стал внимательно изучать мой образ.

– Привет, Вив, – мужчина улыбнулся вновь и подошёл на полшага ближе. – Выглядишь обворожительно.

Я улыбнулась в ответ и кивнула.

– Спасибо, ты…

– Я знаю, я немного поднабрал, – Рик усмехнулся и покачал головой.

– Перестал бегать по утрам, – я пожала плечами и улыбнулась опять. То, что произошло в тот день в полицейском участке, мы благополучно забыли. На следующий день Рик извинился, извинения я приняла и всё вроде бы стало как раньше.

– Налить тебе чего-нибудь?

Я не успела ничего ответить, как вдруг меня окликнул до боли знакомый голос.

– Вивьен?

Я, до дрожи не любившая искажение собственного имени на французский манер, резко обернулась и, как и ожидала, обнаружила перед собой новоиспеченного мужа.

– Дэниэл, – я покачала головой и, передав подарок Рику, с жаром обняла старого друга. – Поздравляю тебя.

– Спасибо, Вивьен. Я рад, что ты приехала, – молодой человек отстранился и покачал головой. Костюм был великоват, и меня настигли мысли о том, не принадлежал ли он случайно его отцу. Рыжие волосы лежали уже не так идеально, было видно, что внешний вид совсем его не волновал. – Ты прямо-таки расцвела. Очень хорошо выглядишь, – он многозначительно кивнул, и я несмело кивнула в ответ. Об этом не нужно было даже говорить. Это было очевидно, если учитывать то, что последняя встреча прошла на похоронах. Парень и сам, кажется, немного возмужал и оформился – больше не сутулился, его руки и спина стали тверже. – Как ты?

– Лучше всех, – я кивнула и переплела пальцы. – Дэни женился, надо же.

– Ты на очереди, – парень усмехнулся. – Не нашла себе ещё никого?

Я покачала головой.

– Вот и правильно, не нужно это тебе.

– Твоя жена знает, что ты всех отговариваешь от брака?

– Вот как, – позади молодожёна раздался томный мягкий голос. Его широкие плечи обхватили маленькие, похожие на детские, бледные ладони, и рядом с ним появилась худенькая блондинка в лаконичном белом платье в пол. Ткань открывало левое плечо – бледное и острое. Девушка выглядела так, словно только прикоснувшись к ней, её можно было сломать. Белокурые волосы были стянуты в небрежный пучок на затылке. Такая светлая и тоненькая, девушка напоминала фарфоровую статуэтку.

– Астрид, здравствуй, поздравляю вас, – я с особым жаром кинулась обнимать девушку. Она ответила сдержаннее – аккуратно погладила меня по спине и сжала мои плечи.

– Спасибо, – Астрид отстранилась первая и с улыбкой посмотрела на мужа. Ей не нужно было ничего говорить, чтобы мне и не только мне, стало ясно, в каком беспамятстве она от этого парня. – Как у тебя дела?

– Всё отлично, спасибо.

– Ты долго ехала.

– Пробки, – я развела руками, на что Астрид сочувственно покачала головой.

– Дэни, милый, моя бабушка хочет нас поздравить, – Астрид обхватила рукой его бицепсы и заглянула в зелёные искрящиеся глаза.

– Хорошо, увидимся, Вив, – парень подмигнул мне и позволил молодой жене себя увести. Я почувствовала лёгкое разочарование – во мне постепенно угасла надежда на то, что мы с Дэни сможем поговорить по душам.

– Так… Будешь шампанское? – Рик, словно будучи счастлив от того, что остался со мной наедине, указал на начатую бутылку.

Я решительно кивнула. Мужчина разлил напиток по бокалам, небрежно расплескивая его по столу, после чего протянул один мне. Я покрутила его в руках и сделала небольшой глоток. Определённо дорогое, но точно не самое вкусное.

– Вивиан! – снова восторженный возглас позади. Теперь голос был женский, но всё такой же отлично знакомый. Я не успела повернуться, как горячая рука опустилась мне на спину. Передо мной появилась Натали, мать Дэни.

– Привет, дорогая, – женщина всплеснула руками и потянулась меня обнять. Я лишь успела отставить свой бокал и вдруг оказалась словно в теплом коконе, приятно пахнущем розами и мёдом. Я отстранилась и внимательнее оглядела женщину. Последняя встреча с ней, как и с её сыном, произошла в начале года и с того момента она ничуть не изменилась. Может, слегка похудела – её грудь и руки в элегантном розовом платье казались чуть менее объёмными, но в остальном образ был прежним – плотные темные волосы с рыжеватым отливом мягкими спиралями спускались до лопаток, в глазах читалась всё та же нежность и что-то похожее на обожание. Я хорошо помнила этот взгляд с детства – женщина всегда смотрела на меня как на маленькое сокровище. Лишь намного позже я узнала, что их первый ребенок, дочь, погибла совсем маленькой, поэтому Натали так трепетно относилась ко мне.

– Какая ты красавица, – женщина покачала головой и сжала мои ладони, нежно поглаживая пальцы. Я вздрогнула от прикосновения, но старалась не подавать виду. – Ну как ты, рассказывай?

– Всё в порядке, – я кивнула. С каждым разом, что я произносила эту фразу, я постепенно теряла смысл этих слов. – Я очень рада вас видеть.

Женщина покачала головой.

– Я тоже, милая. Пойдём присядем, и ты всё мне расскажешь, – Натали по-матерински обхватила мои плечи и повела меня вглубь зала. Мы уселись на небольшом диванчике в углу, и женщина вновь потянулась к моей руке. – Ну, где ты учишься?

– В Манчестерском университете.

– А почему ты не поступила в Оксфорд? – Натали слегка разочарованно покачала головой. – С твоими способностями и блестящим умом, ты бы была там звездой.

Я натянуто улыбнулась.

– Я хотела быть поближе к дому, – я пожала плечами.

Было неясно, насколько это правда. Из «дома» был лишь физический дом, старая квартира. Ни родителей, ни друзей, ни близких в Манчестере, по сути, не было.

– Ты живешь в пентхаусе?

Я покачала головой.

– В загородном доме в Кросби.

– Ты переехала? Зачем?

– Там очень спокойно.

– Точно, детка, эти убийства, ещё и в твоём университете, – Натали покачала головой и тревожно на меня посмотрела. – Будь осторожна, милая, – женщина сжала моё плечо, после чего кинула быстрый взгляд на Эллен, которая стояла у окна и разговаривала с Малькольмом. Я проследила за взглядом Натали и несмело улыбнулась паре. Малькольм, с которым мне ещё не удалось поздороваться, тепло улыбнулся в ответ и помахал мне. Эллен лишь кивнула, отводя взгляд, чтобы не встречаться глазами с Натали. Я так и не поняла, что между ними произошло, когда женщины стали избегать друг друга на совместных мероприятиях, здороваться совсем холодно и почти не смотреть друг другу в глаза. Раньше их отношения не отличались близостью, но обе были вполне дружелюбны или хотя бы играли в дружелюбие. С определённых пор это всё по непонятной причине было безвозвратно утеряно, и сейчас они старались друг друга избегать. Даже от всегда приветливой и мягкой Натали сейчас исходили нервные сигналы.

– Вы с ней хоть видитесь?

Я кивнула.

– Мы с Эллен пересекаемся почти каждый день в полиции.

– Ты там работаешь?

– Подрабатываю… Хм… Ассистенткой, да.

– Тебе нужно что-то большее, детка. Значительное.

– Все когда-то начинали с малого, – я покачала головой и опустила глаза на собственные ладони, одну из которых по-прежнему сжимала Натали.

– Ты такая разумная и целеустремленная. Я думала, он выберет тебя.

– Что? – я недоумённо подняла брови. Смысл её слов не был мне понятен.

– Дэни. Я думала, Дэни захочет взять в жёны тебя.

Я покачала головой. Мне тут же стало не по себе и я, мягко улыбнувшись женщине, поспешила попрощаться с ней и отправиться на поиски другого собеседника. Я нашла Рика, выпила забытое шампанское, наконец поболтала с Малькольмом и половиной полицейского участка. После чего я снова выпила, недолго потанцевала и пошла на воздух, на задний двор коттеджа, где расположилась около стены, долго наблюдая за тем, как колыхалась вода в пруду. В голове крутились мысли о том, как быстро пролетело время. Вот сорванец, которого я знала с детства, женился. С похорон отца, которые, казалось, были только вчера, прошло уже девять месяцев. Жизнь продолжала идти своим чередом, но меня не покидало стойкое ощущение того, что я застряла где-то вне времени. Всё ускользало, время текло с невероятной скоростью, важные события в жизни других людей происходили одно за другим. Я не чувствовала себя причастной, не чувствовала, что имею к этому какое-то отношение. Мне не было места в жизни других людей, но и своей собственной жизни у меня будто не было. Я застряла где-то посередине и не могла из этого выбраться.

– Так вот ты где, – Рик в который раз застал меня врасплох.

Мужчина, слегка покачиваясь, тяжелыми шагами отбил дробь по террасе и сел прямо на грязный деревянный пол, чинно сложив ладони на колени.

Я покачала головой.

– Ты перебрал, – прошептала я и вздохнула. Ни разу я не видела его в таком состоянии.

– Нет, совсем нет. А вот тебе стоило вести подсчет шампанского, которое ты выпила.

– Которое ты мне наливал, – я усмехнулась и покачала головой.

За весь вечер я совсем не следила за тем, сколько бокалов шампанского прошло через мои руки, отчасти по вине Рика. Он предлагал и предлагал, а я, увлеченная веселыми разговорами с другими гостями, не обращала внимание на то, что игристая жидкость то и дело омывала мой бокал.

– Ты так стремишься повзрослеть, Вивиан, – он покачал головой и опустил голову на руки. – Сколько я тебя знаю, всегда хотела казаться старше. В тринадцать лет ты всерьёз заявляла, что выйдешь за меня замуж. Помнишь это Рождество? Ты была одета в стиле Спайс Гёрлс. Эта красная помада, украденное вино. Тринадцать лет, – мужчина обернулся и подарил мне долгий серьёзный взгляд. Разочарование.

– Я этого не помню, – я беспечно пожала плечами. Разумеется, я помнила это, помнила больше. Любовные записки, которые я так и не решилась передать, спонтанные поездки на работу к отцу, чтобы повидаться с его юным помощником. Забыть это всё было крайне трудно.

– Тебе сейчас всего восемнадцать, и какое наслаждение ты испытываешь, когда изображаешь взрослую и независимую женщину, правда?

– Изображаешь… – повторила я, приглаживая рукой уже смятое на коленках платье. Шелковая ткань под тонкими, не желавшими слушаться пальцами упрямо не могла разгладиться. – А ты тоже всё изображаешь?

Мужчина замер.

– Вивиан, господи, зачем ты делаешь это со мной я сгораю от желания… – я попыталась изобразить его манеру речи. Язык упрямо заплетался, но так было даже более похоже. Я усмехнулась и покачала головой. – А потом: Вивиан, господи, тебе восемнадцать лет, это неправильно», – я поднялась и на негнущихся ногах прошагала к Рику. Присела на корточки, рука глухо опустилась на его плечо. Запах крепкого алкоголя ударил в нос, и стало ясно, что причиной его сильного опьянения было далеко не шампанское. – Вы путаетесь в показаниях, сержант Уоллис. – уязвимым в данный момент казалась точно не я. Рик сидел, сжавшись под хрупкой ладонью. Я прекрасно почувствовала это – его смятение, поэтому с радостью продолжила дальше. – Так… Ты притворялся сейчас или там, в кабинете… – последнее слово я произнесла еле слышно, мой голос отозвался мелкой дрожью в его пальцах. Я нежно погладила его по колючей щеке. Когда-то его ладонь точно также скользила по мягкой коже моего лица, время от времени спускаясь всё ниже и ниже. Мужчина явно боролся с желанием схватить меня за руку и заставить меня прекратить эту глупую пьяную издёвку, но почему-то смирно сидел и продолжал терпеть прикосновения, которые ему непозволительно было терпеть. Я касалась его. – Вивиан Льюис, ты сводишь меня с ума, – я наклонилась совсем близко к нему и нараспев произнесла эти слова, еле сдерживая усмешку. – Малышка, я так…

Мужчина отпрянул и резко встал на ноги, не дав мне закончить фразу, которая однажды по глупости и одурманивающей влюбленности слетела с его губ. Я победно улыбнулась и подняла голову.

– Так что, ответишь на вопрос?

– Вивиан Льюис, ты всё ещё сводишь меня с ума, – устало бросил он и направился обратно в дом.

– Так я и знала, Рикки. Так я и знала! – радостно прокричала я, совершенно не волнуясь о том, что возглас мог кто-то услышать, и долго посмотрела вслед удаляющемуся Рику.

Я поднялась с земли, когда мужчина уже скрылся за дверью. Немного теряя равновесие, я вошла в дом и огляделась. Количество гостей заметно уменьшилось, но даже это не позволило мне отыскать его среди них.

– Ну наконец-то ты здесь, торт уже порезали, – тонкие пальцы обхватили моё предплечье и Эллен притянула меня к себе. Она всунула мне в руки картонную тарелку с тортом, сама взяла себе такую же и отвела меня в сторону. – Боже, да ты пьяна.

– Где Рик? – я вновь оглянулась в надежде увидеть мужчину, но перед взором всё расплывалось. Я начала неохотно ковырять торт, однако сфокусировать взгляд на лакомстве было так же трудно.

– Он ушел, пулей вылетел из дома, – женщина последовала моему примеру и также начала поедать сладкий торт, который она обычно никогда не любила. – Что ты ему сказала?

– У нас был небольшой разговор о том, как он мной одержим.

– С чего ты взяла, что он тобой одержим?

Я выгнула бровь. Неужели Эллен этого не видела?

– По тому, как он… ведёт себя.

– Он ведёт себя как дурак, вот что я тебе скажу, – женщина покачала головой и отправила в рот очередной кусок.

Я промолчала.

– А что у тебя с Натали? – совершенно не стесняясь своего набитого рта, спросила я спустя пару минут и вилкой указала на женщину, стоящую на другом конце зала. Я не была уверена, что мачеху удастся разговорить, но судя по её порозовевшему лицу и веселому блеску в глазах, шанс услышать откровения всё же был.

Эллен усмехнулась.

– Она думала, что я… хм… связалась с Малькольмом. Давно, ещё когда твой отец был жив.

– Эм… у вас был…

– Секс? – Эллен прыснула. – Нет.

– Роман, кхм, ну ладно, – я опустила глаза в тарелку.

– Малькольм был от меня без ума. Говорил мне о том, что именно такой должна быть настоящая женщина. Не как эти… Домохозяйки. Он ушел от Натали, и она думала, что это всё из-за меня. Вот и всё, на самом деле.

– Но сейчас то, в чем проблема? Они развелись.

– Женские разногласия, милая. Нет ничего страшнее женских разногласий…

Глава 13

Стук тонких каблуков тихой дробью разливался по пустому коридору. Время было обеденное, поэтому вне собственных кабинетов или столовой найти кого-то было невозможно. Я прижимала к груди стопку старых газет, которую меня попросили принести из подвала, и спешила скорее доставить их в кабинет, чтобы иметь возможность съездить на обед. Я выгрузила газеты на свой стол, который уже был завален всевозможными бумагами и материалами и нуждался в срочной уборке, и поспешила выйти в коридор. Несколько лестничных пролетов – почему-то сегодня мне хотелось пройтись пешком, и я оказалась около пропускного пункта, на котором разгорелся жаркий спор. Голос спорящего был на удивление мне знаком. Я подошла ближе – облокотившись на высокий столик Адам Филлипс недовольно смотрел на Бэна. Заслышав мои лёгкие шаги, преподаватель обернулся и замер от удивления. На его лице тут же появилась дружелюбная улыбка.

– Вивиан Льюис. Вот так сюрприз.

– Добрый день, мистер Филлипс, – я улыбнулась и приветливо кивнула преподавателю. Сегодня он выглядел как всегда утонченно и аккуратно – серая рубашка была идеально отглажена – кажется, после поездки на машине, ключи от которой выглядывали из кармана джинсов, на ней не появилось ни одной складки. Светлые волосы под действием геля мягкой волной стремились к затылку, кожаные туфли блестели чернотой.

– Что ты натворила, что тебя загребли сюда?

– Она в отличие от вас тут официально работает, – Бэн, который как мне казалось раньше, не был способен ни на одну отрицательную эмоцию, насупившись смотрел на Адама Филлипса.

– Бэн… – мягко начала я. – Это мой преподаватель из университета. Всё нормально, – я повернулась к мужчине, который уперся руками в стройные бока. – Поговорим на улице? Я шла на обед.

Адам бросил хмурый взгляд на Бэна и смиренно проследовал вслед за мной к выходу из здания.

– Могу ли я поинтересоваться, что вы вдвоём не поделили? – я убрала волосы за уши и подняла взгляд.

Адам беспечно пожал плечами, будто это не он раздраженно выговаривал охраннику департамента всё, что он о нём думает.

– Университет – не моя единственная работа. Я журналист в газете и пришел попросить комментарий по поводу расследования убийств студенток Манчестерского университета.

– Вот оно что, – я покачала головой. – Вы в жизни ничего не добьётесь от них.

– Почему же это?

– Вам никто ничего не расскажет. С появлением пресс-центра тут в давно уже не бывает никаких журналистов. Нет, они, конечно, ошиваются неподалёку, но никто их не пускает и уж точно не даёт никаких комментариев.

– А ты, значит, с недавних пор в самой гуще событий? – мужчина усмехнулся. Я сразу различила снисхождение, он смотрел на меня словно на дошкольницу.

– Уже очень, очень давно, – я подняла подборок и ускорила шаг.

– Так мы обедаем вместе? – Адам не поспешил за мной, но в этот раз доказательства заинтересованности в разговоре предоставлять было не нужно.

Я оглянулась. Засунув руки в тонкие карманы брюк и склонив голову на бок, мистер Филлипс терпеливо ожидал, пока я решу, что буду делать дальше. Я лишь несмело кивнула и смиренно подождала, пока мужчина поравняется со мной.

– Тут внизу есть один неплохой итальянский ресторанчик с вкуснейшими десертами. Думаю, твоему бледному лицу не помешает небольшая доза сахара.

Я тут же подняла руку и тыльной стороной ладони провела по щеке, словно пытаясь на ощупь угадать её цвет. Адам прибавил шаг, я, не раздумывая, поспешила за ним.

– Так, расскажешь мне, как так получилось, что студентка-первокурсница знает все секреты городской полиции, а журналист с пятилетним стажем даже мечтать о таком не может? – мужчина повернул голову и встретился с моим смущённым взглядом. Но смятение из моих глаз вмиг пропало, как только я дослушала вопрос до конца. Я исподлобья взглянула на преподавателя и небрежно пожала плечами.

– Лучше вы расскажите, почему в пятницу после работы вашим единственным занятием будет обед со студенткой-первокурсницей?

Адам усмехнулся и прикусил губу.

– Возможно, лучшего собеседника мне сегодня не найти.

– А я о чём? – я игриво подмигнула, забыв о том, что даже за пределами университетской аудитории этот очевидно привлекательный молодой человек был моим преподавателем.

– Нам сюда, – мужчина хотел было взять меня за плечо, но быстро убрал руку, вместо мягкого касания указывая на неизвестную для меня вывеску.

Он приоткрыл дверь, я скользнула внутрь. Меня тут же обдал мягкий, еле уловимый запах ванили. Внутри играла приятная инструментальная музыка.

– Я люблю сидеть у окна, – Филлипс кивнул на столик слева от них, единственный столик около наружной стены, который был пуст.

Я кивнула и расстегнула пальто, он учтиво подхватил его и повесил на крючок возле входа. Я благодарно кивнула и разместилась на диванчике совсем близко к приоткрытому окну. Мистер Филлипс занял место напротив.

– Ну, мисс Льюис. Я всё ещё полон любопытства. Как же вы выбрали такое интересное место для подработки?

Я пожала плечами, начав с напускным интересом изучать меню, лежавшее на столе.

– Я всё детство провела в участке.

– Родители полицейские? – заинтересованно спросил мужчина.

– Отец и мачеха, да.

– Занимают руководящие посты, раз вы работаете там без специальной подготовки?

– Моей отец был начальником штаба городской полиции.

– Эдвард Льюис? – Адам поморщился, казалось, чересчур картинно и наигранно. Если хотел таким образом выразить сочувствие, у него явно не получилось. Оказалось он знает про убийство. Чего уж там… Знают почти все.

Я нехотя кивнула, изо всех сил стараясь сохранять внешнее спокойствие, но каждое упоминание отца заставляло меня чувствовать себя нехорошо. Каждое место в Манчестере, каждый переулок, каждое здание – всё ассоциировалась у меня только с ним. Манчестер никогда не был моим домом без него, и почему-то сейчас я об этом совсем забыла.

– И как вам там работается?

– Прекрасно, мне все как родные.

– И доверяют так же? – Филлипс облизнул губы, на его лице заиграла озорная ухмылка.

– Наоборот, следят еще пристальнее. Мало ли какие секреты я могу выведать.

– И много же вы узнали, мисс Льюис? – он вновь улыбнулся, казалось, ещё демонстративнее.

– Мистер Филлипс, к чему такие вопросы? – я подхватила стакан и покрутила его в руках, заставляя воду внутри образовать небольшую воронку.

– Знаете, мы могли бы друг другу помочь. Вы, как я вижу, со всеми на короткой ноге, и могли бы… Порасспрашивать кого-нибудь. Даже слов вашей мачехи было бы достаточно. А я бы помог вам с семестровым проектом, что скажете?

– Я не понимаю, мистер Филлипс, отсутствие какого качества в вашей личности заставляет вас относиться к материалу об этих бедных, юных девушках как к разменной монете? Вы как стервятник выискиваете информацию, пытаетесь добиться её сомнительными способами, забывая о том, что за этими фактами скрываются реальные загубленные жизни, – я покачала головой, сама удивившись выданной тираде. Мне явно не стоило разговаривать с ним в таком тоне, но слова взять обратно я уже не могла. Адам нервно усмехнулся – казалось, мои слова его даже не задели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.