Coralline
Рубиновая Буса

И вспыхнет Рубиновый свет

Пролог

Под темным куполом неба летел Дракон. Его никто не видел. Уже опустилась глубокая ночь и огромными хлопьями, густой стеной неспешно падал снег. И как можно увидеть Дракона, если его не существует.

Дракон приближался медленно, тяжело размахивая широкими крыльями.

Внизу раскинулся небольшой, но уютный Городок, с глубокой историей и таинственной архитектурой. Его совсем занесло снегом, однако Город светился и мерцал от множества огней, утопая в бусинах гирлянд.

В окрестностях царила тишина. Город спал. Фонари мерно освещали дороги.

Дракон приземлился на крышу дома. В здании напротив, лишь в одном окне горел свет. И Дракон смотрел в это окно.

Глава 1

Из подъезда вышла девушка и побежала в булочную по белому пушистому снегу, которого за ночь выпало довольно много.

Прохладный воздух задорно освежал, и на обратном пути она решила прогуляться через скверик, который удобно расположился за ее домом. Высокие ели низко опустили широкие ветви, густо укутанные снежным покровом.

Горячий, только что испеченный багет, приятно грел ее руки. Она отломила хрустящую корочку, и тут же слетелись голуби и воробьи. Последних прибыло немного. Они прыгали в шумной толпе голубей и быстро перехватывали у них крошки хлеба.

Забавное наблюдение за стайкой птиц, которые будто танцевали на снегу, оставляя нежные узоры своими маленькими лапками, завораживало.

– Гав! – внезапно раздалось за спиной, отчего девушка даже вздрогнула. А повернувшись, увидела игривого щенка таксы, который явно просил у нее кусочек хлеба. Или, может, ей это показалось?

Наверное, выглядела она очень смешно, обнимая багет обеими руками, потому что хозяин щенка еле заметно усмехнулся, но не злорадно, а скорее иронично. Девушка улыбнулась в ответ и спросила:

– Его можно угостить? – указывая на песика.

– Спасибо. Это он скорее играть зовет, – ответил молодой человек.– Вкус хлеба ему незнаком.

– Понятно, – кивнула она, – Значит, его привлек не запах свежей выпечки, – добавила девушка, умиляясь озорным щенком.

Песик уже успел разогнать птичью компанию и, довольный своей победой, обследовал территорию скверика, где все они, каким-то чудесным или странным образом, сегодня собрались.

– Идемте с нами в кафе? – неожиданно предложил молодой мужчина. – Оно недалеко, на соседней улице. С очень странным названием, но очень вкусным кофе, – в ожидании ответа, он смотрел на девушку открытым, слегка изучающим взглядом. Губы его тронула мягкая полуулыбка.

– Почему бы и нет! Багет к кофе у нас уже есть, и я никуда не тороплюсь, – весело отозвалась она, нисколько не смутившись предложением незнакомого человека.

Щенок приветственно помахивал всем хвостиком, пока они протаптывали тропинку на узкой улочке. Снега выпало так много, что его не успевали счищать и вывозить за Город. Но белоснежный его цвет всех радовал, и никто не жаловался.

И снег все падал, падал и падал, будто догадываясь о том, что приносит людям приятные чувства, как подарок, которого все ждут на Новый год.

День выдался пасмурный, но бодрящий. Прохожие кутались в широкие шарфы и капюшоны. И сегодня никто никуда не спешил.

На Город опустилась зима.

***

Кафе оказалось совершенно крохотного размера. И раньше его девушка не замечала, что посчитала странным. В этих местах она жила давно, любила гулять по узким улочкам и всегда знала, что новенького открылось, а что закрылось.

Название заведение носило довольно необычное. При входе висела небольшая табличка, вырезанная из дерева, «Омнибус». Вход, с небольшими ступенями, опускался вниз, в маленький подвальчик.

Внутри располагалось два зала. Вернее, три круглых столика недалеко от стойки бара, а далее в стене – миниатюрный проем, прикрытый тяжелыми бархатными шторами темно-зеленого цвета, прихваченными золотистыми подвязками. И оттуда тоже виднелись столик и кресла.

Приглушенный свет, желтый и теплый, разливался мягко, создавая уют. На каждом столике стояли маленькие лампы с абажурами томно-красного оттенка.

Удобные кресла с высокими спинками надежно укрывали посетителей друг от друга, и потому близкое соседство ощущалось вполне комфортно. Собеседники, уединившись, спокойно общались, нисколько не смущаясь любопытных взглядов, которые отсутствовали, и не переживая, что их приватную беседу услышит посторонний.

Палитра в благородных оттенках коричневого, красного, темно-зеленого и золотого, вносила элемент таинственности. Столы и кресла из красного дерева. Ткани дорогие и натуральные. Сиденья и спинки кресел с мягкой набивкой, и обтянуты тканью цвета охра с золотым рисунком.

Музыка, спокойная и тихая, звучала почти неслышно, приглашая к уютному времяпрепровождению без суеты и спешки.

Наши герои спустились в подвальчик. При входе приветственно зазвучал мелодичный колокольчик.

– Здесь очень… – впечатленная увиденным, девушка подбирала нужное слово, как только они ступили за порог.

–…загадочная атмосфера, – помог молодой человек, приглашая ее к ближайшему столику. Девушка благодарно улыбнулась в ответ. Да, именно эти слова как нельзя лучше подходили к описанию таинственного подвальчика.

Песик, имя которого звучало не иначе, как Парис, уже запрыгнул на кресло, где для него предупредительно положили мягкую подушечку. «Для особых гостей» – так называли здесь животных, которые приходили в кофейню вместе со своими хозяевами.

Заказав по чашке кофе, молодые люди вели неспешную беседу, понемногу привыкая к обществу друг друга. Очарованные новизной встречи и знакомства, они совершенно не испытывали чувства напряжения и неловкости. Вдобавок ко всему, находясь совсем близко, в приятной уютной обстановке, каждый смог хорошо рассмотреть собеседника.

Лицо молодого человека, правильной овальной формы, с волевым подбородком, обрамляли небольшая бородка и усы темно-русого цвета. Черные глаза под жесткими прямыми бровями. Немного влажные после снега волосы, ложились легкой волной. Низкий басистый голос звучал отчетливо и негромко. Звали незнакомца Аарон. Невысокого роста, строен и крепко сложен. Держался он очень уверенно и с достоинством.

Девушка, с тонкой спортивной фигурой, рядом с молодым человеком казалась несколько ниже. Она носила стрижку средней длины. Волосы прямые, пепельного оттенка, с пробором на левую сторону. С правой стороны она аккуратно убирала волосы за ухо. Глаза ее светлые, спокойные смотрели открыто и смело. И в каждом движении, жесте выражались решительность и невидимая внутренняя сила. Девушку звали Ариадна.

– Откуда ты знаешь об этом кафе? – спросила Ариадна.

– Я живу здесь недалеко. И по утрам всегда захожу позавтракать

– Странно, – удивилась девушка. – И я живу рядом. Но ни разу не встречала это кафе. Как и вас, – улыбнулась она, погладив по голове радушную таксу.

– Мы здесь недавно,– ответил Аарон, убирая волосы со лба.

– Ах, воот что, – протянула она нараспев, – тогда могу познакомить вас с окрестностями.

– Нам будет очень приятно, спасибо, – вежливо ответил он. – А кафе ты не замечала, может потому, что оно в подвальчике, – продолжил он после небольшой паузы в разговоре. – Не очень заметно.

– Да, возможно. И вывеску почти не видно, – согласилась Ариадна.– И что это за название такое?

– Омнибус? Старинный вид транспорта. Использовался когда-то.

– Да, да, слышала о таком. Запряженный лошадьми.

– Верно. Многоместная повозка.

– Но здесь мест не очень много.

– Это только для своих, – тепло и слегка загадочно улыбнулся молодой человек. Щенок приподнял мордочку и внимательно посмотрел на хозяина.

– Отдыхай, малыш, отдыхай, – потрепал он за ухо своего питомца.

Его правая рука из-под свитера слегка оголилась, и Ариадна заметила рисунок, который красноречиво и ярко извивался вдоль всего предплечья молодого человека.

– Красивая татуировка. Это Дракон?

Аарон быстро поправил рукав.

– Да, это Дракон, – казалось, он слегка смутился и побледнел.

– Прости,– извинилась она.– Прости, если заставила тебя вспомнить что-то не очень приятное.

– Нет, нет, все хорошо. Тебе не за что извиняться, поверь,– заверил он девушку.

Аарон положил свою ладонь на ее кисть. И тут же девушка почувствовала, что по ее руке пробежало тепло. Голова слегка закружилась, и она вдруг обнаружила, что кафе наполнено посетителями. Мало того, зал большой, и мест в нем довольно много. Официанты сновали между столиками, разносили еду и напитки. Музыка играла чуть громче. Она отчетливо слышала голоса, смех. Все вокруг было очень оживленно и реалистично.

А там, за занавесом…

Оттуда струился совсем другой свет. Рубиновый. Он привлек ее внимание, и она пыталась рассмотреть, что скрывается за этими тяжелыми, бархатными шторами с золотыми подвязками. Ей казалось, что за ними находится кто-то, кого она знает. Но кто же это? И Ариадна даже привстала со своего кресла, чтобы рассмотреть поближе.

– Что с тобой? – вдруг услышала девушка. Вмиг все исчезло. Аарон встревоженно смотрел на нее. Она стояла у столика в некоторой растерянности, не понимая, что только что произошло.

– Очень странно, – взволнованно произнесла Ариадна, усаживаясь обратно в свое кресло. – Кажется, у меня было видение, – и она усмехнулась.

– Я вдруг увидела этот зал большим и полным посетителей! – продолжила девушка, обращаясь к своим новым знакомым. – Представляете?

– Представляем, – улыбнулся Аарон, пристально глядя на Ариадну. Песик широко зевнул, встал, потоптался на месте и снова улегся.

Ариадну внезапно охватило неприятное чувство тревоги. Такое, когда все хорошо, но почему-то становится неуютно, и даже ощущаешь холод, или одиночество.

И она спешно засобиралась домой.

– Мне было очень приятно познакомиться с вами обоими… Изумительное место, и вкусный кофе. Спасибо за интересный день, но мне пора!

– Мы проводим тебя, – Аарон встал, опережая девушку, и подал ей пальто.

Прогулявшись до ее дома, они попрощались, договорившись встретиться через пару дней, или раньше, если получится.

***

Вечером, принимая душ, Ариадна ощущала странное жжение на шее со стороны спины. Еле заметное, но оно было. Она даже подходила к зеркалу, осмотреть шею сзади. Но, нет, все в порядке, кожа чистая, никаких ссадин или царапин. Девушка тщательно нанесла крем, хорошенько втирая и поглаживая саднившее место.

Ночью она то и дело просыпалась от того, что под спиной, будто что-то мешало. Из-за этого несколько раз приходилось вставать и поправлять постель. Заснуть, как следует, не удавалось.

Она подошла к окну, чтобы приоткрыть форточку и увидела, как с крыши соседнего дома метнулась тень птицы с огромными крыльями. Девушка вздрогнула и прикрыла посильней штору.

Постояв несколько секунд, снова осторожно ее отодвинула и украдкой выглянула на улицу. За окном, как прежде, светил фонарь, тихо падал снег. Дремавшие ели, стояли не шелохнувшись. И никаких птиц.

– Надо поспать, – прошептала Ариадна и снова улеглась в постель. На этот раз она тут же заснула. Ночью ей снились кошмары, не смотря на то, что сон был глубокий и крепкий.

Утром Ариадна сидела в подушках, припоминая детали приснившегося, но отчетливо вспомнить ничего не могла. Лишь обрывки сна: топот бегущих ног, шум и грохот, будто что-то рушилось. Во сне ее кто-то звал, она слышала слово «бегите». Иногда она видела яркое сияние и играющих в цветах, смеющихся детей.

Впечатление от кошмара было настолько сильным, что весь день она ходила с неприятным ощущением своего ночного присутствия где-то, но вот где и что там на самом деле происходило, вспомнить не удавалось.

На любимой работе, а работала она в Библиотеке, сосредоточиться в этот день никак не выходило. Она была рассеянной, отвечала невпопад, перепутала полки с книгами, поднялась на лифте этажом выше, потом спустилась этажом ниже, в конце концов, решила пойти по лестнице.

И, когда Ариадна, наконец, вошла в нужный ей зал, то увидела своего недавнего знакомого. Он разговаривал с одной из сотрудниц Библиотеки.

– Так вот же она, – дружелюбно улыбаясь, кивнула коллега в ее сторону. Аарон повернулся, и, увидев Ариадну, поднял руку в знак приветствия

– Привет, – улыбнулась она, подходя ближе. – А где же твой песик?

За его спиной зашевелился мягкий рюкзак, и из маленького отверстия высунулась знакомая милая мордашка. Ариадна протянула руку погладить малыша, и теплый язык песика приветственно лизнул ее ладонь.

– Как вы нашли меня? – спрашивала она Аарона, пока они спускались по лестнице вниз, чтобы прогуляться во время ланча.

– Ты говорила, что любишь книги и часто бываешь в Библиотеке,– торопливо ответил он, выпуская Париса из рюкзака.

– Правда? – она попыталась вспомнить это.

– Да, – уверенно ответил молодой человек. – А так как это ближайшая от твоего дома Библиотека, мы сюда и зашли, – Аарон по-доброму улыбался. Ариадне ничего не оставалось, как только поверить ему. В самом деле, чего ради ему обманывать ее?

В парке они по очереди бросали мяч Парису, который с удовольствием принял игру и был рад, что ему уделяют столько внимания. С оглушительным лаем щенок носился за мячом. Молодые люди много смеялись, валялись в снегу, резвились, как дети. Тем более что и день был очень приятный – солнечный, с высоким голубым небом.

Ариадна совсем успокоилась, и даже забыла о тяжести сна. Во время игры ей удалось немного больше рассмотреть татуировку на руке Аарона. Сильный изящный Дракон, с тщательно прорисованными деталями, абсолютно лишенный агрессии, несмотря на то, что цвет его был черным.

Аарон заметил, что она снова рассматривает его татуировку, и быстро поправил рукав куртки. Их глаза встретились, и оба они почувствовали приятное волнение, которое охватывает внезапно при виде того, кто очень нравится тебе.

– Ты красивая, – произнес он вдруг, снова улыбаясь.

Сейчас Ариадна действительно была очень красива: ее кожа светилась от холодного воздуха, как у дорогой фарфоровой куколки, светлые глаза наполнились живым игривым блеском, красные губы, резко очерченные на этом кукольном лице, бесконечно улыбались, или она заливалась звонким смехом, запрокидывая маленькую головку, с которой постоянно падал капюшон.

Все было настолько мило, что Аарон, завороженный и потрясенный чистой красотой, подошел к девушке ближе, и осторожно убрал волосы с ее лица.

Ариадна прикрыла глаза, так нежны были его прикосновения. Но тут же, будто опомнившись, остановила его руку, ухватив за куртку. И взглянула на него так, будто спрашивала: что ты делаешь?

В этот момент глаза Аарона, которые только что были добрыми, с мягким светом, почернели, а взгляд стал холодным и пронизывающим. Ариадна вновь ощутила ту же тревогу, что и в день их знакомства в кафе Омнибус.

– Извини, – глухо произнес Аарон, торопливо засунув руки в карманы. Он отошел от нее и молча наблюдал за Парисом, который слизывал снег, устав от быстрой игры.

– А давайте я покажу вам тайный вход в нашу Библиотеку, – спохватилась Ариадна и побежала вперед по расчищенной широкой дорожке парка.

Ей хотелось прогнать тревогу, неприятно поселившуюся в сердце, и то напряжение, которое повисло в воздухе. Аарон нравился девушке, его присутствие рядом странным, но приятным образом увлекало ее. И, не смотря на то, что эта была лишь вторая их встреча, она ждала ее с нетерпением, и радовалась, что уже сегодня снова его видела.

– Ну, идите же, идите за мной, – звала девушка, повернувшись к Аарону и Парису, которые еще не сдвинулись с места. И, подождав немного своих спутников, снова побежала.

Они свернули из парка налево, и пошли вдоль стены Библиотеки. Высокое здание, в несколько этажей, из красного кирпича, местами побитого, или выпавшего, восхищало своей уникальной архитектурой и монументальностью.

– Наша Библиотека – это старинное здание. И каждое старинное здание, конечно, со своими тайнами и секретами. Вот, смотрите, мы пришли,– Ариадна провела рукой по нескольким выступающим кирпичам на углу здания, и часть стены неслышно опустилась вниз.

Их никто не мог видеть, потому что они уже вошли на задний двор Библиотеки, который был скрыт от прохожих садом с елями. А сейчас, к тому же, завален сугробами снега. Вниз вели ступени.

– Ну, что? Пойдете? – таинственно, полушепотом произнесла она, и первая юркнула вниз. Вслед за ней бросился Парис. Последним вошел Аарон, оглянувшись назад. Не видел ли их кто?

Как только все трое спустились, стена тихо поднялась обратно, закрывая вход. Но темно не было. Закрепленные вдоль стен светильники, сквозь толстое стекло, рассеивали тусклый свет, к которому вскоре все привыкли, и уже могли различать все на своем пути.

Молодые люди осторожно шагнули вперед, осматриваясь и прислушиваясь. Сухое и теплое помещение хранило звенящую тишину.

– Что это? – спросил Аарон, на всякий случай, подняв Париса на руки.

– Здесь Архив, – ответила Ариадна. – Слышишь звук вентилятора?

Аарон отбросил капюшон куртки с головы на спину, и услышал глухое, еле уловимое движение гигантских лопастей, разгоняющих потоки воздуха.

– Мы нечасто сюда спускаемся. В основном здесь очень ценные старинные книги, которые требуют невероятно бережного обращения. Мы тщательно следим за тем, чтобы они сохранились в своем первозданном виде. Читать их можно только в читальном зале Библиотеки и в перчатках.

В этот момент Парис спрыгнул с рук Аарона и тут же скрылся в лабиринтах коридоров Архива. Лампочка в светильнике, что была рядом, затрещала и начала гаснуть.

Издалека глухо послышались приближающиеся шаги.

– По-моему, кто-то идет сюда, – прошептала Ариадна.

– Парис, Парис, – тихо позвал Аарон. Но тот не отозвался и не появился.

– Надо спрятаться, – девушка слегка потянула своего спутника за рукав.

– А как же Парис? – обернулся он. Но Ариадна уже осторожно шла в противоположную сторону. Аарон пошел вслед за ней. Затем остановился и еще раз тихо позвал:

– Парис! – но снова никакого движения. И он, мягко ступая, поторопился за своей проводницей.

Они спрятались за одну из дверей хранилища. Внутри такой же, как и в коридоре, рассеянный тусклый свет мало что освещал.

– Надеюсь, идут не сюда, – шепотом произнесла Ариадна, прижавшись к стене недалеко от дверей. Молодой человек стоял перед ней. Снова послышались шаги. Ариадна обеими ладонями прикрыла свой рот. Шаги приближались. Кто-то шёл не спеша, останавливаясь. Иногда поскрипывали открывающиеся двери. Вероятно, он или она заглядывали в кабинеты хранилища.

Аарон хотел что-то сказать, но девушка предупредительно подняла указательный палец. И затем еще ближе притянула к себе Аарона, взяв его за куртку, будто боялась, что его увидят.

Кто-то подошел к двери, за которой они спрятались. Слегка приоткрыл ее. Они увидели неясную длинную тень, упавшую из коридора сквозь узкую щель дверей. Постояв пару секунд, и не решившись войти, снова закрыл ее и пошел дальше. Шаги удалялись и, наконец, они услышали звук захлопнувшейся двери где-то наверху.

Молодые люди все еще стояли в напряжении, не шевелясь. Они были так близки, что чувствовали дыхание друг друга. Глаза их встретились, и они уже не отводили взгляда. Их руки соединились и…

Ариадна услышала дробный топот несущихся лошадей. Она повернула голову и увидела перед собой двойку рысаков, запряженных в небольшую повозку, в которой она и находилась. Рядом с ней, и, напротив, на сиденьях вдоль стен, были еще пассажиры. Спереди сидел кучер, который и управлял этой повозкой.

Со всех сторон лился ослепительный дневной свет, а звук копыт оглушал. Повозка неслась с такой скоростью, что всем приходилось держаться друг за друга, чтобы не свалиться. Под ногами перекатывались чьи-то вещи, будто наспех упакованные: небольшие саквояжики, портфельчики и даже просто узелки, из которых высовывались рукава, штанины и книги.

– Эй! – окликнула она кучера. – Куда мы так мчимся? Эй! – ей удалось дотянуться до него ладонью. Кучер обернулся. На нее смотрел Аарон. Глаза блестели на разгоряченном от ветра лице, волосы откинулись назад. Он отвечал Ариадне, стараясь перекричать громыханье и ветер, но она не слышала его слов.

– Что? Что ты говоришь? – кричала в ответ Ариадна.

К шуму добавилось глухое поскабливание чьих-то когтей по дереву, которое заглушало постепенно не только слова, но и топот лошадей. Ариадна напрягала слух, чтобы услышать, что говорит Аарон, приподнявшись с сиденья повозки. И все сильней и сильней слышала лишь звук когтей о дерево.

Через мгновение она снова была в том же помещении, где они спрятались. Аарон стоял близко у дверей, приложив к нему ухо, прислушиваясь. С секунду изумленная девушка еще осматривалась по сторонам, не в силах понять, что реально.

Со стороны коридора раздалось жалобное поскуливание.

– Парис! – обрадованно воскликнула девушка.

Аарон распахнул дверь, и щенок, радостно виляя хвостом, со всей прыти влетел в комнату. Молодые люди, переглянулись, и радостно бросились к щенку, забыв о мерах предосторожности. Парис подбегал к ним по очереди, подпрыгивая и пытаясь лизнуть в нос. Что, впрочем, ему удавалось, потому что они низко наклонялись, чтобы погладить его, радуясь ничем не омраченной встрече.

– Хорошо, что все обошлось, и нас никто не заметил, – говорил Аарон, когда она, наконец, закрыла дверь хранилища и они успешно поднялись наверх.

– На самом деле, ничего страшного бы не произошло, если б там увидели меня, – ответила, улыбаясь, Ариадна, когда они уже миновали задний дворик, ведущий в Архив, и возвращались в парк, – Я ведь работаю в Библиотеке. И у меня есть доступ к хранилищу. Никто бы не удивился. Но вот если бы увидели Париса, – она остановилась, взглянула на песика, потом на его хозяина, – тогда бы возникли вопросы.

И они наперебой начали предполагать, как могли бы развиться события в таком случае, подшучивая над собой, ситуацией и взволнованные таким интересным происшествием. Парис бежал перед ними по снежной тропинке, гордый тем, что никто его не обнаружил.

О том, что у нее снова было видение, как в кафе, Ариадна в этот раз решила промолчать, тем более что и подходящего момента не случилось.

Глава 2

Они встречались уже несколько недель. Ариадна, как и обещала, знакомила Аарона и Париса со своим маленьким Городком. Все меньше оставалось мест, куда они еще не ходили. Наверное, со стороны молодые люди уже были похожи на хороших друзей, или пару.

Но, на самом деле, происходили странные вещи.

Сны Ариадны становились все тревожней и глубже. Она проваливалась в них, как в бездну. И возвращалась из них так тяжело, будто не спала, и проводила эти ночи не в своей комнате, в постели, а просто уходила куда-то. И там была другая, но будто знакомая ей, жизнь.

Она все так же часто слышала свое имя во снах, кто-то держал ее за руку и куда-то вел. Но чаще всего приходилось бежать и слышать разрушающий грохот. И больше всего сны ее мучили ее тем, что она пытается увидеть лицо мужчины, который стоит к ней спиной. Каждый раз она подходит к нему совсем близко, и казалось, мгновение, и он повернется к ней.

В этот момент сон всегда обрывался. Эта фигура казалась ей до боли знакомой, ее же она видела и в кафе Омнибус, когда Аарон прикасался к ее руке, и она уносилась в видения.

Ариадна старалась не придавать этому значения, и ни с чем не связывала. «Просто нарушился сон», – говорила она себе.

Птица с огромными крыльями перестала ее беспокоить, но каждый день ей казалось, будто за ней кто-то следует или смотрит на нее с высоты зданий.

Все чаще появлялось жжение на шее сзади и немного вниз по спине. Оно возникало внезапно и длилось мгновение, но с каждым разом усиливалось, будто всякий раз она получала сильный ожог.

Во время встреч с Аароном ею снова и снова иногда овладевало чувство холодного одиночества. Пронизывающий ледяной взгляд черных глаз Аарона погружал ее в тревогу. Совсем ненадолго, но этого хватало для того, чтобы Ариадна ощутила страх.

И, потом, эти видения, возникающие в тот момент, когда он касается ее руки. Почему они происходят? Что означают? Зачем они вообще появляются? Ариадна задавалась этими вопросами все чаще и чаще.

Аарон обладал еще одной необычной особенностью: если они не встречались несколько дней, то он обязательно появлялся где-нибудь рядом, будто знал, что она здесь. Эти совпадения забавляли ее и волновали одновременно. Откуда ему знать, где она сейчас находится?

Иногда она целыми днями думала об Аароне. Кто он? Откуда и зачем приехал в их город? Где они поселились? Чем он занимается? Она решительно ничего о нем не знала, кроме его имени и имени собаки.

Подруга на работе подшучивала:

– Твой новый знакомый присматривает за тобой?

– Отчего ты так решила? – спрашивала Ариадна, а сердце ее начинало стучать сильнее, потому что ей было приятно это слышать, хотя, на самом деле, она не могла объяснить внезапные появления Аарона.

Вместе с тем, встречи становились все интересней, теплее и сближали молодых людей. И, думая об Аароне в одиночестве, Ариадна давала себе слово расспросить его как следует обо всем, но как только он появлялся, все ее тревожные мысли загадочным образом исчезали. Она попросту об этом забывала, и, находясь рядом с Аароном и его милым щенком таксы, чувствовала себя так, будто знакомы они давно, стало быть, и вопросов никаких не возникало.

Сегодня вечером они встречались в уже полюбившемся им, уютном кафе Омнибус. Ариадна пришла немного раньше. С собой она принесла из Библиотеки Книгу «Драконы. Мифология».

В ожидании своих друзей, девушка осторожно листала тонкие страницы большой Книги. Она достала ее из того самого Архива. Отпечатали Книгу, вне всякого сомнения, давно, и использовали ее довольно часто. Текст местами стал совсем нечитаемым, краска на иллюстрациях поблекла, и потому рассмотреть их как следует, тоже не удавалось.

Но она обратила внимание, что цвет картинок только светло-красный и черный. Линия рисунка настолько легкая и изящная, будто художник использовал самый тончайший инструмент для своей работы. Стараясь разобрать текст, Ариадна включила лампу на столе.

– Драконы? – услышала она над своей головой. Аарон рассматривал изображение на открытой ею странице.

– Привет! Да, они, – ответила Ариадна, закрывая Книгу. – Мне всегда была интересна мифология. А сейчас захотелось узнать больше о Драконах. Только Книга истерлась. Почти ничего не видно.

– Почему вдруг Драконы? – спросил Аарон, внимательно посмотрев на свою спутницу. Парис поднялся на подушке и почесал лапкой ухо. Затем тоже внимательно посмотрел на Ариадну.

Девушка улыбнулась:

– Знаешь, я ведь совсем не помню своих родителей. Всегда жила с Дедушкой. Мы с ним были неразлучны. Он научил меня всему, что я сейчас умею, знаю и люблю. И особенно книги. Поэтому я и работаю в Библиотеке. И у дедушки была особенная страсть – Драконы. Он мог часами мне о них рассказывать. Рисовал их, сочинял истории, читал мне о них. Наверное, он знал о Драконах всё. Но тогда они меня интересовали не так сильно. И только сейчас, когда я увидела твою татуировку, мне вспомнилось все это очень ярко, будто память до этого спала.

Она замолчала, и тень легкой грусти появилась на ее лице.

– Мы никогда не говорили о родителях. Дедушка был для меня всем. Я очень любила его, как и он меня. Более доброго, заботливого и любящего, никого в своей жизни я не встречала. Однажды он просто исчез. Осталась лишь коробка с его записями и рисунками.

Аарон слушал девушку, лишь изредка взглядывая на нее исподлобья. Он упирался локтями в стол, а кисти рук крепко соединил и прижимал их к губам. Молодой человек ни разу не перебил Ариадну, и не задавал ей вопросы. Лишь внимательно слушал, порой потирая лоб снизу вверх, большими пальцами сомкнутых рук.

Ариадна будто и не обращала внимания на своего собеседника. Ей сегодня просто хотелось рассказать эту историю. Она ни с кем не делилась чувствами с тех пор, как пропал ее дедушка. Он действительно исчез внезапно, будто его и не было никогда. Конечно, к тому времени она уже достаточно повзрослела, работала в Библиотеке, но одиночество и горький след от загадочного события с тех пор не оставляли ее.

***

В этот вечер Аарон вернулся домой уставший. Ступал он медленно, почти не отрывая ног от пола. Голова опустилась на грудь, спина ссутулилась, руки безжизненно повисли вдоль тела. По полу тяжело тащились черные крылья. Жесткие, широкие и упругие, они выходили у него из-за спины. Крепкие и могучие в полете и в бою, сейчас и они будто утратили свою мощь, и бессильно спадали вниз. Комнату укрыл полумрак, и Аарон не торопился включать освещение. Он остановился посреди комнаты.

– Тебе надо поторопиться, – прозвучал зычный голос из полутьмы.– Ты ведь понимаешь, что мы должны это сделать.

– Я, но не ты, – тихо ответил Аарон. Неслышно ступая, он подошел к окну. – Ты защищаешь меня. Остальное делаю я. И сейчас мне не нужна твоя защита.

– Поспеши, Аарон. Ты начинаешь слабеть. У тебя нет выбора.

– Она еще не все вспомнила,– нахмурился Аарон, вцепившись руками в подоконник. Его крылья слегка приподнялись, заскрежетав по полу когтистой частью.

И отгородившись крыльями, словно щитом, молодой человек еще плотнее подошел к окну, не желая, чтобы его собеседник видел, как сейчас, в эти минуты внутри него идет жестокая борьба, которая рвет его на части.

Ему невыносимо было даже думать об этом. И разговор этот приносил ему душевные страдания.

– Я не могу сделать это, пока она не вспомнит все. И пока на ее теле не проявится Знак, – тяжело продолжил он, будто преодолевая сложные препятствия.

– Я знаю, – последовал ответ.

– Тогда не торопи меня! – вскричал Аарон, развернувшись в сторону того, кто вел с ним эту непростую беседу.

В углу сидел Огромный Пес. Его увесистая голова доставала до потолка, плотное могучее тело с широкими лапами занимало почти полкомнаты. Глаза светились в темноте желтым светом. Но взгляд его был добрый и теплый. Он смотрел на Аарона с заботой и состраданием. Аарон прошел к кровати и опустился на нее напротив Пса.

– Прости меня, прости, – с сожалением произнес он и сокрушенно опустил голову. – Мы видим ее каждый день. Что, скажи мне, плохого ты в ней увидел? Что насторожило тебя? – задавал он вопросы.

Ответа не последовало. В тишине лишь раздавалось мерное дыхание Огромного Пса.

– Сегодня, когда она рассказывала нам свою историю, я не мог слушать ее без сопереживания, – продолжал Аарон.

Пес улегся на пол, вытянув вперед лапы, и положив на них голову. Аарон сидел на краю кровати, крылья укрывали его плечи и мягко ниспадали на пол, окутывая колени и ступни.

– Сколько в ней любви и тепла к Дедушке. Я чувствовал, что она говорит открыто. Она откровенно делилась с нами своей болью. И разве возможно не поверить ей? Ее сердце наполнено любовью. Чистая и светлая, в ней столько печали и радости. Не правда ли, что от нее исходит сияние? Когда мы с ней встречаемся, мир становится лучше вокруг. Как много она знает, как весела она в часы наших встреч. И с каким азартом показывает свой Город, знакомит нас с ним. В ее жизни случилась беда, но она продолжает любить и умеет сострадать и радоваться. Она живет полной жизнью, не смотря ни на что, – теперь уже глаза Аарона горели, он улыбался, задумчиво поглаживая губы пальцами, и смотрел перед собой так, будто сейчас видел ту, о ком говорит.

И это видение приятно обнимало его, успокаивало, а сердце билось чуть сильней, волнуя его новыми трепетными чувствами. Он снова встал и медленно прошелся по комнате. Крылья мягко шуршали позади него. Аарон подошел к тумбе у стены, рядом с кроватью, и включил лампу. Теплый свет, приглушенный глубоким абажуром, слегка осветил часть помещения. Молодой человек все еще был уставший, но глаза поблескивали яркими огоньками, а черные крылья приподнялись и отливали глянцевым сатином.

– Я давно не слышал столько нежных слов, которые сегодня произносила Ариадна.

– Мы все их забыли, – печально ответил Пес, слегка повернув голову набок.

Они помолчали некоторое время, погруженные оба в грустные воспоминания и размышления о том, с чем они пришли сюда.

– Я не могу, не могу это сделать… Я не могу это сделать сейчас, – конец фразы Аарон произнес совсем тихо и в изнеможении опустился на постель.

Глава 3

На следующий день они отправились к Башне. Это самое высокое здание находилось в центре Города. С его высоты взору открывались все окрестности Городка, и даже больше. В истории местности не сохранилось сведений об этой Башне. Никаких документов, записей, книг, фотографий. Никого, кто мог бы хоть что-то рассказать о происхождении этого здания.

На самой ее верхушке находилась Смотровая Площадка, на которую поднимались на лифте, сооруженном внутри. Площадка, довольно узкая и круговая, помещала не более двух посетителей. Сегодня ее завалило снегом, а в некоторых местах под снегом образовался лед.

– Ну, вот, пожалуйста, смотрите!– Ариадна вытянула руку, показывая на живописный вид, открывающийся с высоты Башни.

– Отсюда видно абсолютно все. Вон там моя Библиотека. Видите, где ели высокие? А вон там скверик, где мы познакомились. Вы только посмотрите, как поэтичен вид сверху на наш Городок. Просто невероятно, – она улыбалась.

– Да, завораживающее зрелище, – подтвердил Аарон, восхищенный картиной, которая раскинулась перед ним.

– И можно громко покричать, – рассмеялась Ариадна и звонко прокричала вдаль. – Огооо!

Эхо отозвалось многозвучно и живо. Молодой человек, охваченный бурным потоком энергии девушки, подхватил ее веселые крики. И теперь эхо, усилившись, переплелось и понеслось по всему Городу, как колесница по небу.

Молодые люди смеялись, шутили, бросали снежки вниз, наперебой друг другу указывали на то, что увидели. Пытались угадать то, что не могли, как следует разглядеть. И даже придумали игру, кто узнает больше мест, где они уже побывали вместе.

Так они обошли всю Площадку вокруг, рассмотрели каждый уголок Города. И Ариадна даже смогла познакомить Аарона с теми достопримечательностями, куда они еще не ходили.

Аарон смотрел на девушку и глаза его снова наполнились нежностью, как тогда в парке. Сейчас она опять светилась тем светом, который вызывал в нем чувство восхищения ею. Ее живость и легкость в общении увлекали его и притягивали к ней. Открытость, смелость и уверенность в каждом своем действии покоряли его настолько, что оторваться от нее взглядом не представлялось никакой возможности.

Ему захотелось ее обнять, и он подошел к ней ближе. Ариадна, увлеченная их прогулкой, заразительно смеялась и что-то объясняла, не замечая того, что Аарон не отводит от нее взгляда. Обернувшись к нему, и увидев, как нежно он на нее смотрит, девушка слегка растерялась, от неожиданности сделала шаг назад, поскользнулась и, не удержавшись, упала на площадку.

Позади нее прогуливался Парис, вынюхивая в снегу следы птиц. Бортики внизу площадки поднимались не очень высоко, поэтому Аарон удержал щенка на поводке. Но, когда Ариадна падала, она инстинктивно ухватилась рукой за этот тонкий ремешок.

От сильного рывка поводок выскользнул из рук Аарона. Парис, не удержавшись от толчка Ариадны, полетел вниз. В последний момент перепуганная девушка успела ухватить ускользающий ремешок. Но щенок был слишком тяжелый. И лед под снегом слишком скользкий.

Ариадна соскользнула вниз вслед за Парисом. Все эти действия, одно за другим, произошли мгновенно, и на то, чтобы их осознать, понять, что происходит, и что надо делать, времени не оставалось.

Ариадна крепко держала Париса за поводок и вместе с ним стремительно летела вниз. Снег. Много, много снега, белого снега.

Ее пронзило стрелой по всему телу. Снова она услышала голоса, крики, шум и топот бегущих ног, как в своих снах. Рубиновый свет, темно-зеленые тяжелые шторы, знакомый человек. Он стоит к ней спиной. Она приближается к нему. И сейчас он обернется.

Ариадна летела. Вернее она кружилась в воздухе. В своих объятиях ее крепко держал Аарон. Правой рукой она прижимала к себе Париса. Вокруг летели снежинки. Большие, мягкие, нежные. Ариадна смотрела в глаза Аарона, обнимая его за спину. Взгляд его черных глаз был теплым, спокойным и нежным.

– Доверься мне, – произнес Аарон. И Ариадна почувствовала себя в такой безопасности, какой не ощущала уже много лет.

***

Ариадна сидела за столом в своей комнате. За окном падал снег.

– Парис, – вскрикнула она. Перед ней вдруг ярко всплыла картинка с падающим щенком. Она схватила пальто и, захлопнув дверь, со всех ног бросилась по лестнице вниз. Ариадна выскочила на улицу и побежала в сквер. Там никого не было.

– Парис, Парис, – отчаянно шептала девушка, продолжая бежать по заснеженной улице. Волосы ее растрепались, не застегнутое пальто широко распахнулось. Глаза взволнованно искали всюду Аарона с Парисом. Она вбежала в Омнибус. Но и там их не было. Столик, за которым они любили проводить время, был пуст.

– Ну, где же вы? Где? – с тревогой озираясь по сторонам, шептала Ариадна. Она бродила по улочкам, искала в парке, в Библиотеке, у Башни. Но их нигде не было.

Замерзшая, испуганная, в отчаянии, она вернулась обратно, и зашла в Омнибус. Устало опустившись в кресло, девушка заказала кофе. Она все еще дрожала от того, что не могла согреться и от того, что могло произойти там, на Башне с ее друзьями. Она взяла салфетку, чтобы утереть слезы, которые никак не останавливались. Над дверью зазвенел колокольчик. Ариадна подняла глаза.

У входа стояли Аарон и Парис. Оба они стояли, как вкопанные, и смотрели, на застывшую, бледную, с чашкой кофе в руках Ариадну, за их столиком. На волнистых волосах Аарона медленно таяли снежинки и поблескивали, образовывавшиеся на их месте, капельки воды. Точь в точь, как огоньки гирлянд в Городе.

Ариадна, не отрывая взгляда от молодого человека с собакой, прерывисто вдохнула воздух полуоткрытым ртом, осторожно опустила чашку на стол и бросилась к Аарону.

– Где вы были? – шептала девушка, глотая слезы, и крепко обнимая его за шею. – Где вы были? Я всюду вас искала.

Аарон прижимал к себе девушку, чувствуя нежный ее запах, от которого у него слегка кружилась голова. Он закрыл глаза и осторожно, едва заметно прикоснулся губами к ее волосам.

Так, обнявшись, они стояли, забыв о том, что находятся в кафе, что рядом кто-то есть, забыв обо всем мире, лишь чувствуя, что сейчас, в этот момент, существуют только они двое.

Чувство это было волнующее, бушующее и новое. Они еще не совсем понимали его, но оно поглощало их полностью, и отказываться от этой страсти они не хотели, даже если б сейчас им взамен предложили миллионы других радостей.

Парис, до этого игриво бегающий вокруг милой парочки, нетерпеливо подпрыгнул и уперся своими передними лапками в ноги Ариадны.

– Парис, малыш! Милый мой! – с радостью наклонилась к нему девушка. – Как ты? С тобой все хорошо? Хороший мой, хороший, – она обнимала щенка, трепала его за ушки, по спинке. Парис светился от счастья. Он вертелся и крутился, облизывал ей руки, поскуливал и тявкал.

Наконец они уселись за свой столик. Аарон, переполненный самыми нежными чувствами, положил свою руку на руку Ариадны:

– Все хорошо, Ариадна, все хорошо,– произнес он своим негромким успокаивающим голосом. И, как только его ладонь коснулась ее руки, она ощутила невероятно сильное жжение позади шеи и вниз по спине. Зал снова изменился и ожил. Она вдруг вскрикнула: Отец! И человек там за шторами повернулся к ней. Но лица его она не увидела.

– Ариадна, Ариадна, что с тобой? Тебе плохо? – слегка взволнованный Аарон принес ей стакан воды.

Ариадна обвела взглядом кафе, затем резко встала и решительно прошла в проем за шторами. За столом сидели трое мужчин, и ее внезапное появление приостановило их беседу.

– Простите, простите меня, – произнесла она, понимая, что поступила неблагоразумно. Обеспокоенный внезапной сменой настроения девушки, Аарон уже стоял рядом. Вместе они вернулись за столик.

– Извините меня, – расстроенным голосом произнесла она, – я веду себя отвратительно. Но все эти события! – она закрыла лицо руками, будто пытаясь закрыться от всего, что произошло и происходит сейчас в ее жизни.

– Я не понимаю, Аарон, я совсем ничего не понимаю. Что происходит? – ее руки медленно опустились на стол.– Аарон, что происходит со мной? Что происходит со всеми нами? Я то проваливаюсь в какие-то видения, то вижу кошмарные сны. И эта боль, это жжение на спине и шее!

Последние ее слова сильно подействовали на Аарона, и он взглянул на Ариадну совсем по-другому, не так, как раньше, внимательнее и тревожней. Он приподнял голову, и губы его слегка дрогнули. Казалось, он хочет что-то сказать, но Ариадна говорила, не останавливаясь, и он не решился перебивать ее.

Глаза девушки горели лихорадочным огнем. Она говорила быстро, и речь ее была твердой и четкой.

– А вчера … или это было сегодня? Что это было? – события вдруг перепутались в ее сознании – Ведь мы падали, Аарон? – спрашивала она, и взгляд ее искал подтверждения своему вопросу. Но не найдя его, повернулась к Парису, и тут же снова ярко увидела так пугающую ее картину, где щенок соскользнул вниз со Смотровой Площадки.

– Мы падали, Аарон, – уже утвердительно говорила она.

– Что происходит, Аарон? Кто вы такие? – произнесла она, заглядывая ему в глаза. Взгляд ее, растерянный, умоляющий и слегка испуганный, все еще оставался полным доверия и любви к ним.

Сейчас Ариадна, наконец, требовала ответов на вопросы, которые не давали ей покоя с самого начала их знакомства. Умная девушка прекрасно понимала, что есть тайна, и, скорей всего, она знает о ней, но что это, разгадать ей не удавалось. Разгадка витала в воздухе рядом с ней, как тонкая призрачная нить, за которую она не могла ухватиться. Тайна эта призрачно скрывалась в ее снах, видениях, и, самое главное – тесно связана с Аароном и его псом.

Она мучилась, и силы ее были на исходе.

Аарон ощущал почти физическую боль, глядя на осунувшееся, уставшее лицо Ариадны с красными, заплаканными глазами. Меньше всего на свете, он хотел бы причинять ей страдания. Но именно это сейчас и происходило, вопреки его огромному желанию, уберечь ее от какой-либо боли.

«Эта сильная девушка, готовая на подвиги, ради близкого, совершит невероятное», – не раз думал он об Ариадне, гуляя с ней по городку, слушая ее рассказы, все больше и больше удивляясь ей и проникаясь уважением.

«И какое же у нее должно быть бесстрашное сердце, если она, не раздумывая, бросилась на помощь щенку там, на высокой Башне, не думая о своей жизни, а лишь о его спасении. Ведь, в сущности, мы мало знакомы, но насколько же она благородна в своих поступках», – размышлял он, оставив ее в безопасности дома, после падения.

Никогда, никогда ничего подобного он не чувствовал ни к кому, кроме нее. Она сняла с него камень, который давно тяжело лежал на его груди. Перевернула его жизнь, открыла новые добрые, теплые чувства, эмоции, которые он не мог, не умел ощущать никогда. И он не знал о них.

Рядом с этой удивительной девушкой, его жизнь и он сам, стали другими. Все стало живым, настоящим. Он проживал рядом с ней радость, восхищение, наполнялся энергией. Она излучала собой такой спектр лучей, который проник в его сердце и поселил в нем добро.

– Ариадна! Я все тебе расскажу! Если ты только готова, я расскажу тебе все! – почти выкрикнул Аарон, не в силах больше сдерживать себя.

Он не молниеносно принял решение, нет. Оно пришло к нему в ту минуту, как он увидел в сквере девушку, которая, улыбаясь, отламывает от багета хрустящую корочку, и бросает крошки хлеба на снег, чтобы покормить птиц холодной зимой.

– И вместе мы справимся,– он выпрямил спину, слегка откинувшись на спинку кресла, и обеими ладонями хлопнул по столу. Парис, нервно поскуливая, вертелся на подушке. И когда Аарон хлопнул по столу, Парис уселся и внимательно посмотрел на него. Аарон утвердительно кивнул ему, и Парис положил на стол мордочку, молча переводя взгляд со своего хозяина на Ариадну и обратно.

– Что, Аарон? Что ты мне расскажешь? – Ариадна, все еще взволнованная, слегка наклонилась к молодому человеку.

Аарон медлил. Он сжал кулаки, лицо его стало бледным. Тело напряглось и вытянулось. Мысли его вдруг в голове перепутались, он пытался начать с самого главного, но произнести это оказалось не так просто. Он думал о том, что своим решением может подвергнуть девушку опасности, и это его сковало намертво.

– Я… я… Ариадна, мы… – слова его путались, застревали, повисали в воздухе, и открыть тайну, к завесе которой так томительно долго всякий раз приближалась измученная усталая девушка, он не решался.

Ариадна еще некоторое время находилась в ожидании, глаза ее были устремлены на Аарона. Она вся подалась вперед, одна рука протянулась по столу навстречу Аарону, а второй она будто сдерживала себя, приложив ладонь к солнечному сплетению.

Парис затих и сидел на подушечке, не сводя взгляда с Аарона, как сидят обычно собаки в ожидании, когда хозяин, наконец, пойдет.

Так они все вместе, не произнеся ни слова, ни звука, просидели несколько минут.

Пик напряжения иссяк, и, как-то вдруг успокоившись и придя в себя, Ариадна откинулась на спинку кресла.

– Хорошо, – решительно произнесла она, – хорошо. Не надо ничего говорить.

Аарон вздрогнул и беспокойно взглянул на девушку. Она уже встала и, подхватив пальто, собиралась уходить. Аарон быстро и как-то нервно поднялся со своего места:

– Подожди, Ариадна, подожди, – он протянул ей навстречу руку, стараясь удержать ее, сдержать ее расстроенные чувства, и, наверное, в какой-то степени гнев, который начал проявляться в резких движениях. – Я сейчас все расскажу!

Но Ариадна смотрела на него упрямо и возмущенно.

– Не надо ничего говорить, Аарон. И я не хочу вас больше видеть! – с этими словами она быстрым шагом направилась к выходу. Хлопнула дверь, пронзительно и громче обычного зазвучал колокольчик.

Парис соскочил с кресла и помчался вслед девушке, которая так стремительно исчезла. Он подбежал к дверям, постоял несколько секунд, прислушиваясь, потом развернулся к Аарону. Сделал несколько шагов к нему, затем обратно к двери. Снова повернулся к хозяину.

Но Аарон, безучастный, стоял у столика, не глядя на него. Парис слегка заскулил. Аарон повернулся и сделал порывистое движение в сторону выхода, но тут же остановился и медленно опустился в кресло.

Парис побрел обратно, неслышно запрыгнул на подушку и свернулся калачиком.

Глава 4

Расстроенная, Ариадна вернулась домой и, не снимая пальто, быстро прошла в комнату, достала коробку с записками и зарисовками своего дедушки. Высыпав все, что там было на пол, она стала лихорадочно перебирать содержимое, читая каждую запись, рассматривая иллюстрации.

Раскладывала их по порядку, насколько ей это казалось логичным. Здесь были рисунки разных Драконов: взлетающих, парящих высоко в небе, вырывающихся из пламени. Были одиночные рисунки и такие, где Драконов было много, и они будто танцевали в каком-то танце.

Нарисованы иллюстрации были с графической точностью, пером и тушью, изящно и филигранно. Бумага уже сильно помялась, листочки истрепались, стали очень тонкие, мягкие, тушь истерлась. И, тем не менее, Ариадна угадывала в них исторический смысл, который дедушка с уникальной точностью оставил на этих листах.

Записи она разобрать не могла. Каллиграфический текст почти совсем стерся с бумаги и для нее стал не читаем. Однако это была не единственная причина. Язык, из которого состояли записки, Ариадне был совершенно незнаком. Снова и снова она пыталась рассмотреть слова. Прикладывала их к окну, подкладывала под них темную бумагу, держала над светом лампы. Но, тщетно, прочитать ничего не удавалось.

Посидев с минуту в задумчивости, девушка, схватив несколько записей и картинок, поспешила к столу, где оставила Книгу. Она распахнула ее и начала быстро листать. Ариадна прикладывала рисунки и тексты, созданные Дедушкой, к тем, что в Книге, и с изумлением поняла, что в некоторых местах они совпадают.

– Что же все это означает? – задавалась вопросами девушка, все еще листая Книгу. – Что ты мне хотел сказать, Дедушка? – вертела она в руках рисунки Деда.

– Что это за язык? – Ариадна разгладила помятую запись.

Больше всего среди этих зарисовок и записей, ее внимание привлекали два рисунка с Драконами – черным и бледно-красным, и в середине Книги большая иллюстрация Планеты с шаром внутри.

Ариадна подошла к окну. Уже слегка стемнело. Немного постояв, постукивая кончиками пальцев по подоконнику, размышляя о чем-то, она вернулась к столу, сложила рисунки с двумя Драконами в карман пальто и почти бегом выбежала из квартиры.

Спустившись вниз, она быстрым шагом прошла к кафе Омнибус, и сначала хотела войти внутрь, но услышала, как зазвенел колокольчик при входе, и, отступив назад от ступенек, ведущих вниз, спряталась за угол. Из подвальчика вышел Аарон. Парис семенил перед ним. Друзья неспешно куда-то отправились. Ариадна решила проследить за ними, и осторожно прокладывала свой путь так, чтобы путники не смогли ее заметить.

Так они миновали несколько улиц, удалившись от кафе на довольно большое расстояние. Свернув в плохо освещенный проулок с основной улицы, Аарон направился к невысокому зданию. Высокое крыльцо освещалось достаточно для того, чтобы Ариадна смогла прочесть надпись.

«Отель? Почему они живут в Отеле?» – смутилась Ариадна, и ей еще сильнее захотелось узнать все о своих таинственных знакомых, к которым она уже прониклась и считала друзьями.

Прошмыгнув незаметно в Отель, она проследовала за ними вверх по лестнице, отставая на два пролета. Иногда девушка украдкой выглядывала, чтобы не пропустить, куда они поднимаются. Аарон остановился на площадке четвертого этажа. И Ариадна чуть было не выдала себя, потому что не успела вовремя остановиться.

Аарон, услышав шаги снизу, обернулся. Девушка быстро прижалась к стене. Свет на лестнице не был ярким. Аарон спустился на пару ступеней вниз, заглянул за перила. Сердце Ариадны билось громко, и ей казалось, что его точно слышно всем, кто сейчас здесь в этом Отеле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.