Наталья Гаврюшова
Женский край земли

Настроение с воодушевлением

Женский край земли, наверное, это самое лучшее место на свете. Там живет много бабочек, растет много цветов, течет много ручьев и высоко в небе парит много птиц… Это край, где всего и всегда много. Как женщин, так и мужчин.

Лёха… Лёшка… странный необыкновенный парнишка. Спортсмен, яхтсмен, воду любит больше, чем воздух. А свою яхту больше, чем маму. Лёшка верит в чудеса, в оседлый счастливый образ жизни, в сметану и в молоко с оладушками. Высокий, стройный шатен, каких еще поискать надо. Оборотистый, веселый угодник дамских сердец, но тоскливец настроения. Вот прямо, как ленивец, только тоскливец и грустивец. Особенно по ночам, когда все его обожающие девушки только и мечтают заполучить такого знатного парня в свои женихи, и нарожать таких же красивых и умных детей, еще и здоровых, и жить какой – то яхтовой жизнью посреди моря.

Лёха, Лёшка так не считает. Он считает звезды при луне каждую ночь и засыпает только под утро. Раньше он каждой звезде давал имя той девочки, которая волею судьбы оказывалась рядом с ним. И со временем имен у звезд становилось все больше и больше. Зоя, Вера, Ника, Мила, Варвара, Ирина, Надежда, Екатерина, Мария, Наташа… Таша…

Лёша – Таша… Лёха – Таха… Все дело в этом «ша»! Ду «ша», шала «ша», два «ша» пога. Лёша, наверное, любил Ташу, когда считал звезды по женским именам, да и сам об этом не знал. Таша возможно тоже любила Лёшу, когда он катал ее на яхте и устремлял свой взгляд далеко в море, где была ее линия горизонта.

Звезд на небе много, они ярко мерцают и крепко держатся за свою ночную свободу. Приятно смотреть на них, и на Лёшу, и на Ташу. Они в женском краю земли, где много мужчин и женщин.

Как – то раз пошел Лёшка в магазин за самыми вкусными булочками на свете, чтобы поддержать свои совершенные формы мужского организма. Двадцать пять лет, а мужские мысли о звездах не дают покоя с одиннадцати. Может быть, булочек надо было в детстве покупать больше? «Мааам! Я какой-то ненормальный? «Почему, сынок? Отчего такой вопрос, Лёша?» «Я много смотрю на звезды и много думаю о них!» «Вот видишь, как хорошо! Ты будешь знать астрономию и станешь астронавтом, и полетишь в космос. А я буду всем говорить, что ты мой сын, а я твоя мама!»

Лёшка рассмеялся, и уже тогда подумал…Эх, мама, мама, там другие звезды, а здесь мои… с именами…их много… Светлана, Елена, Тамара, Виктория, Евгения, Анна, Полина, Виолетта, Наташа, Таша… Наверное, другая…

В любимой булочной булочки закончились, а может их просто не завезли? Но это не важно, главное, чтобы они были, такие пухлые, розовые, мягкие, как … губы у той звезды из детства по имени Дарья.

Дарья, то есть Дашка – это такая томная звезда, у которой все углы под одним углом. И этот угол называется настроение с воодушевлением. Если танцует, то складки на юбке перебирает так, что даже самые отпетые хулиганы перестают ими быть на какое – то время. У Дашки очень красивые длинные рыжие волосы, которые кончиками собирают все огненно – красные точки мира, и сверкают, как углы у звезды на небе. Даша – хороший человек – друг, девушка – товарищ, милый нежный босячок – душа, но не «ша» пог в пару, хотя и Дашааа. Лёша – Даша…Только детство, тихие голоса мам, мяуканье кошки, закипающий чайник на плите, темная ночь и весеннее настроение с воодушевлением и предвкушение чего – то нового, неизвестного, но очень приятного.

Лёшке с Дашей хорошо, как яблоку в вазе, как дымке тумана в поле, как начинке в пирожке. Это странное ощущение дружбы с воодушевлением. Когда ты летишь по просторам двора, напевая песенку и тащишь по изреженной камнями и травой дороге, самокат для друга. Этот друг – не подруга, а друг. Озорной, шальной, игривый, с огромной дыркой на платье, в босоножках на разные ноги, со следами кефира в уголках рта, с гордо – победоносным видом и короной из газеты на голове. Это Дашка! Самый любимый Лёшкин девушка – товарищ! Воодушевленное неземное создание. Ей места, как звезде, на небе. Сиять, мерцать, мечтать и исполнять заветные желания людей. Но у Дашки, как у человека, у которого все, что появляется в руках, то горит и то гаснет, проблема одна – тоска вселенская. Лёшка это знает давно, но не грустит, а молча переживает это вместе с Дашкой. А тоска эта наступает у Дашки тогда, когда ночь такая звездная выпадает, и тогда слезки на лице у Дарьи начинают с таким воодушевлением капать, что под силу это выдержать, наверное, только луне. Она бело – желтая, бледная такая, спящая что – ли и способная поэтому пережить все, что только можно пережить в ночь при ней.

Лешка, как настоящий парень – подруга всегда помнит свое детство, в котором повсюду таскал свой самокат. Вот прямо волок его по дороге, а тот, как – будто упирался и ударял Лёшку задним колесом по ногам, то справа, то слева, как просил, что мол не хочу к Дашке, что она хоть и красивая по-своему, но грустно – нудная. Пусть громкая и несносная днем, но характер ведь, как часть души, никуда не денешь, потому как чужая душа потемки и звезд в ней трудно разглядеть. Самокат у Лёшки был старенький и видавший виды со времен папиного детства. Лёшка бы и сам на нем покатался бы, да неохота вообще движение делать. То ли дело, Дашка. Ей всегда куда – то надо, а толку? Встанет на самокат, да как начинает мельтешить туда – сюда, сюда – туда, и в глаза ее посмотришь, а там ровно так, воодушевленно, но ровно. Как – будто она в закоулках своей девичьей души кого – то оплакивает и сама себе ума дать не может. Вот так и говорит, что вези, Лёшка, свой самокат, буду кататься пока без сил не упаду, а если меня не станет, то ты плакать будешь. А Лёшка слушает все это и стоит, как вкопанный каждый раз и верит, что так и будет, а плакать не хочет. И думает, чего плакать, если Дашка не разобьется. Земля не для этого, а вот в небе, как звезде разбиться можно.

Дотащит Лёшка самокат, а Дашка так с прищуром посмотрит и прокартавит: «ПЛивет! Чё так долго?Конфету тебе взяла, да не выдеЛжала, съела, а то бы сил не было бы на самокате кататься. ПЛавильно?» «ПЛавильно, Дашка!» – ответит ей Лёшка и всю жизнь будет, как верный и настоящий друг отвечать ей: «ПЛавильно! Все пЛавильно!» Кроме одного – тоски Дашкиной с фонтаном воодушевления, который плавит все хорошее в земную пыль, да так ее потом поднимает, что красоты девичьей Дашки и не видно совсем. Все пЛавильно, конечно! Как у звезды на небе, которая все углы пространства под одним углом преломляет, чтобы не нарушать целостности ночного неба. Все пЛавильно!

Но Дашка ведь девушка – человек! Пусть упрямая, дерзкая, несносная, но своя! Своя звезда ближе, но холоднее. Все пЛавильно! Иначе еще с детства, она если очень близко находится, то обжечься можно и упасть без сил на землю. И самокат из папиного детства даже не поможет. Хотя… Дашкино настроение с воодушевлением знает, как никто другой. И разговор у них с Дашкой свой, малопонятный кому. Она кричит, а самокат дребезжит, она по лужам колесами грязищу черпает, а он руль в сторону уводит, она злится на него, а самокат – в звоночке отказывает. Вот прямо, как в жизни между мужчиной и женщиной. Мужчина женщину не всегда ведь понимает, хотя очень старается. А как понять? Все движения изначально разные, пока приладятся, да слюбятся, а потом опять разные. Кипит и бурлит настроение с воодушевлением. И откуда же грусти не взяться?

Мужчина, чем – то похож на самокат, с виду железно – грубоват, но мягкое катание при обоюдных договорённостях обеспечено. Все логично, эстетично, слажено и синхронизировано. Если выпадает хоть какая – то маленькая, вот малюсенькая деталь, все, поломка очень серьезная. А если еще неожиданно, так вообще механическая катастрофа. Все ведь пЛавильно? И нельзя потом при ремонте новую деталь вставить. Нет! Обязательно надо старую, стертую до дыр деталь как – то освежить, дорастить и снова в работу запустить. Побочный эффект будет, конечно. И женщина, зная это,старается изношенной детали новую жизнь так дать, чтобы подарить такое же новое взаимодействие и с ней. Потом встанет аккуратно на самокат, да и то, одной ногой только, а вторая все время в воздухе почти. Надо равновесие держать.А на самокате то руль выкручивается в разные стороны, то сопротивление в колесах ощущается, то звоночек в самый неподходящий момент отказывает.

А женщина – это механизм особенный, ни на что из железок не похожий, тонкая работы природы. Работает циклично, быстро, не раздумывая, многовариативно, без задержек и ремонта. Но поломать тоже можно, если ее, как самостоятельный механизм без предупреждения коротнуть, до верного срабатывает всегда. Эта необходимость возникает тогда, когда неожиданно случается производственный износ и функции начинают давать сбой, производя конфликтные ситуации. И чтобы этого не произошло необходимо всем самокатам вовремя остановиться и дать женскому механизму время для перезагрузки. Все пЛавильно ведь! Вот мужчина, вот женщина – два полноценных от природы механизма, абсолютно полноправные участники любовного движения на земле.

Вот и Лёшка, и Дашка знают об этом, только Лёшка душой понимает, а умом не всегда, а Дашка – и душой и умом понимает, а равновесия найти не может. Что – то в ее механизме женском перетягивает все – таки больше по оборотам, а из – за этого провис в отношениях с Лёшкой случается, вот и звезда с настроением воодушевления. Томная такая, потому как грустная из – за того, что звезда на небосклоне по имени Дарья. Можно ведь все исправить, только зачем?

Всегда есть друг, товарищ и просто хороший Лёшка, он грустивец, почти, как ленивец, еще и тоскливец. Который всегда свой самокат из папиного детства прикатит, и плечо свое подставит, и поддержит в разговоре, и посмеется от души. И какие бы губы пухлые и сочные у Дашки не были бы, дело ясное, самокат самокату рознь равно, как и звезда звезде на небе. Здесь земля, а там небо. Здесь мужчина, а там женщина. Два разных в любви и в тот же момент похожих в природе механизма.

Лёша симпатичный парень, у него длинные темные ресницы. Он верит в то, что видит своими глазами, он чувствует то, что можно потрогать, он мечтает о том, чтобы его звезда по имени Таша всегда была в горизонте его жизни. Чтобы они были, как два «ша» пога, как одна ду «ша» и разделяли кров одного семейного шала «ша».

Поэтому, булочки, конечно, это очень вкусно. Они пахнут ароматом свежезаваренного чая, доносят тихий разговор мам и дарят весеннее настроение с воодушевлением первой детской влюбленности. ПЛавильно ведь?

Большое мужское сердце

Если бы Вера знала, где находится женский край земли, то она первым бы делом поспешила туда. Ведь это такое место для женщины, наверное, где все мужские секретики становятся открытыми и понятными, даже если и какие – то еще не получилось вытащить из его головы, нет, из его сердца.

Сердце…А какое у мужчины сердце? Наверное, с размером в мужской кулак. А кулак у каждого мужчины свой. А если кулак одного мужчины приставить другому, то вполне вероятно, что этот кулак не подойдет. А значит, и размер сердца тоже, и любить, и переживать сильно он не сможет, как тот мужчина, у которого кулак больше, чем у него. И тогда, как выбрать себе мужчину с большим сердцем и при этом не смотреть на размер кулака… Или смотреть на кулак и не выбирать большое сердце… Или учитывать все эти внезапно свалившиеся обстоятельства, которые и не обстоятельства, а всего лишь простая женская логика, и выбирать и кулак, и сердце сразу большие…

Вера вообще еще тоже не знала, как можно понять, насколько большое сердце у женщины, если оно изначально меньше, чем у мужчины. Кулак уже здесь ни при чем. Есть другие весомые и снова внезапно свалившиеся обстоятельства. Например, частота сокращения сердечной мышцы. У женщины она больше. А если женщина сердится, гневится, кричит, так еще больше, так как вынуждена качать кровь очень быстро, так быстро, что даже самое большое мужское сердце за ним не угонится никогда. Простая женская логика. По своей природе женщина изначально совершает больше движений, чем мужчина. Пускай не всегда даже ей понятных, но они ей нужны. А значит, и мужчине независимо от того, какое у него сердце большое или маленькое. И тогда размер кулака не принципиален, как горшок для цветка. Главное, чтобы в нем земля была, а много или мало так это горшку решать, может и цветок не подходит.

Да… Вера совсем не запуталась. Она всегда смело рассуждала, невзирая на мужчин, оказавшихся случайно рядом с ней. Вера – обычный бухгалтер. Вот из тех бухгалтеров, что привыкли не с цифрами, а с циферями работать. Где назойливая приставучесть ко всему делает жизнь невыносимой во всем. Вера вполне интересная дама, у нее даже есть собака по кличке Мона. Вера ее воспитывает, как настоящую сучку с большим сердцем. Мона это не понимает, но инстинктивно знает только одно, что когда кобель приходит, то размер ее сердца его мало интересует, все больше технические аспекты законов природы. Мона вообще – то очень умная собака, не бухгалтер, как ее хозяйка. И ей все равно, что такое цифры, а что такое цифери, одно понятно, что к ней это отношения прямого не имеет. Чисто сопутствующее в отношениях с Верой, как и вполне слышимые ей рассуждения ее хозяйки про большое сердце. Мона вообще не любит все усложнять, хотя воспитывается, как сучка с большим сердцем, где даже физиологически оно должно быть больше Вериного. Потому как она больше движений совершает, и дышит чаще, и волнуется при этом больше. Собачья женская логика…

Вот если бы Вера знала, где находится этот женский край земли, то сразу бы купила туда билет в один конец и не возвращалась бы оттуда никогда. Прямо с Моной ускользнула бы и вещей с собой бы не брала. А что? Она так почти может, а Мона просто может. Кобели они везде кобели. Зачем брать то, что не играет значения в выборе большого сердца. Кобель видит сучку, она еще даже и не видит этого, но своим чутьем понимает четко, что ей сейчас не до стука ее большого сердца и надо на уровне живота быстро сделать свой женский выбор: принять или нет, дать сигнал или не дать, интересен он ей, как кобель или нет. В отведенные ей природой секунды Мона принимает решение и.. не поворачивает даже глаз в его сторону, не то, что головы и.. спокойно проходит с остервенело невозмутимым видом, чтобы не спугнуть красивого кобеля, возможно даже с большим сердцем. А зачем? Дело сделано. Мона не Вера, цифры, а тем более цифери здесь не помогут. Кобель заинтригован, Мона ликует, Вера нервничает. Мол, зачем, ты сучка с большим сердцем, ведешь себя, как пошлая интриганка? Кобель стар, хоть и породист, кобель – нетерпелив, хоть и взрослый, кобель – мало воспитан, хоть у порядочного хозяина живет. Мона?? Девочка?? Остановись!! Иначе, когда подсказывают мои цифры в годах, не видать тебе кобеля с большим сердцем, а если еще и цифери привязать, то все, Моночка, ты обречена прокачивать в своем сердце кровь больше, чем обычно, где не факт, что твое собачье женское сердце станет большим.

Вообще, Моне жутко надоела вся эта отчётная бухгалтерская тема. То баланс, то аванс, то зарплата. Сколько можно? Как увидеть очевидное в близком? Вера, она, конечно, неплохая хозяйка, заботливая, как мать, только все какие – то недочеты пытается вывести, или свести, или найти, или не найти. Жизнь с ней страшно предсказуема, но это и хорошо. В мире современных кобелей иногда это принципиально решающе. Например, пошла Вера в парк с книжками по бухгалтерии, кругом гуляющая атмосфера, читать эти книжки не хочется. Но Вера настроена решительно. Она выбирает самую заметную лавочку, садится так, чтобы ее острые белоснежные колени торчали, как айсберги из воды и не оставляли ни одного равнодушного взгляда у мимо проходящих мужчин. И самое главное, что ей в этот момент тоже все равно, какого размера сердца у мужчин. И сидит Вера и не то, чтобы глаз не поднимает, даже головы в сторону не поворачивает. А я, Мона, сразу рассуждаю, что какая женская невоспитанность без принятия решения своим выбором обременять каждого встречного кобеля, гав – гав, то есть мужчину. Если цифры в моих собачьих годах привязать, то ума у моей хозяйки палата, а если еще и цифери привести, то совсем бедняжка тогда становится, потому как от палаты ума больше женское сердце не наживешь. Вера!! Остановись!! Твоя неприродная предсказуемость отвела мужчин с большим сердцем еще лет на пять, как минимум. Хороший кобель, как и хороший мужик сразу с большим сердцем не рождается, хотя кулак, как и лапа имеют в своих размерах значение. Для всех особей женского пола.

Вера приличная женщина, даже очень, и причем тогда, когда сидит в парке с красивыми оголенными коленками на самой видной лавочке. И профессия бухгалтер ее не портит, и цифры, и даже цифери тоже.

Если бы Мона могла быть Верой, то она бы тоже первым бы делом побежала в парк с книжками по бухгалтерии. А вот оголять лапки бы не стала, дурной тон для сучки. Кобель может неправильно понять. А Моне этого допускать никак нельзя, природа есть природа. Но зато Мона бы с удовольствием слизала бы все мороженое в стаканчиках. Пусть мужчины с большим сердцем посмотрят, какой у нее аппетит. А аппетит, между прочим, в отношениях мужчины и женщины решает очень много. Если у женщины хороший аппетит, то она выберет того мужчину, который любит покушать с аппетитом. А значит, велика вероятность, что мужчина будет крупный, больше, чем Вера, то есть Мона, или в крайнем случае плотнее и сбитее точно. И тогда и сердце должно быть большим точно, иначе как прокачать кровь во время еды с аппетитом. Никак. Простая женская логика. Не может быть большого сердца у кобеля, то есть у мужчины, если женщина живет без аппетита, хоть и в предсказуемости. Поэтому Мона не Вера и никогда ей быть не хотела бы, иначе не смогла бы ощутить, как Вера воспитывает в ней большое сучье сердце. Мона любит Веру беззаветно и всецело просто потому, что она ее хозяйка по имени Вера и Моне больше никаких интриг не нужно для этого, чтобы показать, насколько у нее, как у маленькой собаки сердце очень большого размера.

Если бы Вера знала, где находится женский край земли, который повсюду, то она накупила бы ярких весенних цветов и раздала бы всем женщинам на свете. Потому как, спрятанное в бухгалтерских отчетах, большое женское сердце способно превратить любое мужское сердце в сердце огромных размеров. Вот так предсказуемо, как у Моны в истории с красивым кобелем, где сначала ее право природного выбора, потом снова право ее природного выбора, а потом мороженое для кобеля, с аппетитом, на всю жизнь сладким сахаром, и бесконечным продолжением большого женского сердца. Но, коленки оголять все – таки необходимо! Природой и это предусмотрено! Цифры говорят, что любое женское тело, даже собачье, очень красивое, а если цифери подвязать, то аппетитное по своим формам и природному совершенству. А значит, роковая предсказуемость обеспечена, и мужское сердце работает больше, чем просто насос. И тогда частота дыхания у мужчины выше, и интриги больше. Поэтому книжки по бухгалтерии ничего плохого в себе, кроме того, как сделать баланс, выдать аванс и зарплату, не несут, но читать их надо наоборот. Просто так, как того требует женская логика – вовремя, без запинки, вкрадчиво и без раздумий. Тогда все мужские секретики не то, что на ладошке любой мужчина принесет, а эти секретики сами женщину найдут в лицах красивых кобелей, простите, мужчин, потому как природа одна на всех сучек, простите, женщин, предсказуема.

Да, да, я знаю…

Когда город спит, то начинается другая жизнь. Она не дневная и не ночная, а просто другая. Кажется, что всё потихонечку укладывается спать, но это не так. Конечно, в идеале ставят будильники, а кто – то еще и заводит, мирно преследуя технический прогресс прошлого. И почти уже еле слышно тихое и глубокое дыхание, исчезающий в полумраке разговор в соседней комнате, сладкое посапывание детишек, падающая книга из рук, сползшие на подбородок очки…Тихо… Очень тихо… Благая тишина окутывает своим плотным и пушистым одеялом все песчинки, травинки, камушки, деревья, дома, машины, животных, людей… и только одна кошка по имени Бася тоскливо и без конца разглядывает отражения фонарей в комнате. Странный мир… Все спят или делают вид, что спят? Вот сейчас подойду к Светке, присяду, прижмусь к ней, а она тут же начнет меня гладить, мурррр, душу отвести нельзя. Вот всю ночь просижу, а она гладить так и будет. Так что получается – она все – таки не спит! Или спит, но претворяется. Я же так могу, вроде спать и не спать одновременно. Но я же кошка и более высокоразвитое существо, чем просто особь женского пола. Странный мир… А вот Костик спит, как подкошенный богатырским сном и ничего такого не происходит, когда я прихожу и сажусь к нему поближе на плечо, страстно мурлыкаю и прижимаюсь. А он спит себе, да еще и похрапывает. Я когда первый раз котенком услышала его храп, думала, что стены обваливаются, да, да, по кусочкам. Так испугалась, что взяла и написяла ему в правый тапочек, а потом еще, как забилась клубочком под диван, они со Светкой еле меня вытащили из-под него. А когда вытащили, так смеялись от вида моего, что Костик сам чуть в свой левый тапочек не написял. Мне так точно показалось. Вернее, интуиция дала знать, чутье кошачье. Эх, Костик, зря ты тогда сдержался. Светка посмотрела бы на тебя, что ты такой несдержанный, даже импульсивный и не вышла бы за тебя замуж, а спала бы сейчас с Валерой в одной кровати, не то, что сейчас у вас с ней происходит. Валера всегда меня гладил, и днем, и ночью, и даже утром, да, да, я знаю о чем мурлыкаю. Причем и за себя, и за Светочку.

Странный мир…Я скучаю по Валере, муррр, хороший такой, ласковый, добрый и не храпит. Хотя горазд поспать больше, чем Костик. Может поэтому Светка его и не выбрала. Но когда был Валера, то они всегда спали вместе, даже если сильно и не хотели, да, да, прямо меня выпроваживали за дверь, и говорили: «Иди, Баська, погуляй!» Нормально?! Ночь на дворе, темнота кругом, а ты, давай, Басенька, круги нарезай, где твоя душа кошачья пожелает. И я так чувствовала себя одиноко, что в левый тапок Валере от этого страха одиночества написяла, а потом спряталась за шкаф. Да вот только силы не рассчитала. Залезла так, что вылезти не смогла. В общем, подергалась я, пошипела от негодования и решила до утра подождать. Столько пережила в эту ночь, да такого натерпелась, что грохочаще – булькающий храп Костика навсегда стал бы для меня колыбельной кошачьей. Муррр, вспоминать даже не хочется. Но необходимо, чтобы все – таки мое кошачье слово утвердить, что Светка – дурочка! С утра меня нашли изнеможденной и перебесившейся до состояния «мне все равно». И так смеялись, что снова моя кошачья интуиция сказала, что еще чуть – чуть, и Валера лопнет от смеха и написает в свой правый тапок. Я даже обрадовалась, что теперь один – один! Оба тапка будут обписяны без меня, так как ни Костик, ни Валера еще не знают толком, что я их уже пометила, как все тапки своей хозяйки Светочки. Сначала я, кошка Бася, а потом вы, человеческие особи мужского пола. Да, да, я знаю о чем ночные разговоры мяукаю.

Странный мир… Не понимаю я Светку! Что ей надо? Два мужика, два таких похожих друг на друга, ржут и возможно, почти писяют ей в тапочки, а прогресса нет. Как у механического будильника, который заводить все время нужно, чтобы не останавливался. Ведь те, которые просто ставят – их же проспать легко и просто можно, и даже забыть про них. А этот, последыш технической революции прошлого века всегда на страже времени. Да, да, я знаю, о чем сейчас тикаю. Муррр, чего – то спать захотелось. А все из – за Светки! С ней всегда так тепло и уютно, что сразу в сон клонить начинает, и не страшно, и не одиноко, да и не храпит она. Вот и Костик так решил, когда – то, но потом передумал и спит сейчас в другой комнате. Чего тогда оставаться? Ладно бы, если котом был, там другое, как город, когда спать укладывается. Ему, коту, что много надо, ко мне под бок идет, сядет и начинает прижиматься, мурлыкать по – особому, такой весь загадочный и пушистый становится, что так до утра и остается со мной, такой приглаженный весь неоднократно, да, да, я знаю, о чем кошачье женское мурлычет. И если мы в одной комнате, то никогда в другую спать не уходит, не то, чтобы разные хозяева были. Но вообще, все из – за Светки! Мы вдвоем с котом можем так спать с ней. Может поэтому Костику места не хватает? А Валере хватало. Странный мир…

Костик тоже хороший и добрый, но по – настроению. А со Светочкой так нельзя. Она не для того, так долго будильник заводит. Чтобы в это время Костик заснул, а наоборот, как рекомендует опыт революционного технического прогресса прошлого века, у кого будильник механический есть, тому радость одна. Все под контролем, главное самой не уснуть Светке, пока будильник заводит, да, да, я знаю, о чем разговоры ночные свожу. Может из – за этого Костик спит в другой комнате? Не может так долго ждать Светочку, пока та будильник заводит. А она, как специально и никакой радости. Странный мир… А при Валере будильник быстро заводила и не успевала заснуть, только будильник утром срабатывал, а они с Валерой все равно спали. Ну, я как очень ответственная кошка Бася, изо всех сил царапала дверь, меня ж выставляют, а писять уже некуда, все тапки убрали. А мне и не одиноко, и не страшно, и не грустно, а просто странно, тем более будильник так разрывается и звонит, а мне не трудно.

Ой, надоела мне вся ночная муркотня, пойду за своим котом схожу, оставлю Светочку на будильник, потому, как оставить ее на Костика или на Валеру нельзя, пропадет. Да, да, я знаю, о чем души женские беспокою. Кота сейчас прикушу, вот подойду и цапну, но не писять же ему в морду, он давно меченный мною, или я им. Да муррр, все одно. Хорошо, что не человеческая особь мужского пола, а то бы пришлось Светку отмурлыкивать от очередного хорошего и доброго. А я вот думаю, почему они втроем жить не могут: Светка, Костик и Валера?.. Это было бы совсем по – кошачьи. Светка спит с Валерой, Костик сам по себе, а я в тапки уже не писяю, когти об двери не деру. Только ночь, другую могу кота своего звать так, что переживаю, как – бы Светочка меня вместо будильника не взяла. Как представлю, что за хвост заводить начинает, так готова все тапки мною описянные постирать, дверь залатать, веселиться и не грустить, но кота не звать не могу, природное свойство. У Светочки тоже есть это свойство, только коты, то есть Костик и Валера глухие какие – то. Ничего не слышат!! Ааа! Так вот для чего будильник заводить!! Чтобы им слух в природное кошачье свойство превратить! Они же хорошие, добрые, но не мой кот. Потому как мой кот тоже до души моей хозяйки Светочке, а все, потому что он не глухой и будильник заводить ему не нужно. Странный мир…

Ааааа…спать охота… Светка давно спит и наверное, Валеру во сне видит, не Костика. Костик вон, на кровати в другой комнате спит. Раскинулся по всей двуспальной кровати, совести совсем нет! Не то чтобы человеческой, а кошачьей даже. Мирить их не хочу. Надоели! Всегда так у них! Главное, чтобы меня хозяйка Светочка всю ночь гладила, и я тогда тоже Валеру в ее сне увижу, не кота же своего. Может мне к Валере перебраться? Там нет будильника механического, но и кота моего тоже нет. А двоих нас Валера точно не потерпит. Ведь Светку с Костиком не потерпел. Да, да, я знаю о чем всю ночь вам рассказываю, перепрыгивая через муррр. Странный мир…

Я почти уже сплю или сплю, или нет. Я кошка по имени Бася, и мне можно, как заведенному будильнику каждый природный свой час отсчитывать, хоть я кошачья особь женского пола. А Светочке бросать этот будильник нужно, как пережиток технической революции прошлого века! С современного толка он ее сбивает. Город спит, а будильник нет и не собирается, прямо третий лишний в наших отношениях со Светочкой, или в моих отношениях с моим котом, или в отношениях с Костиком и Валерой, или в отношениях с моим котом с Костиком и Валерой, или в отношениях Светки с Костиком, или в отношениях Светки с Валерой… Странный мир… Хочу спать..Муррр… Муррр… если у вас есть новые глубокие тапки, крепкие деревянные двери, мой кот заодно, и вам одиноко, грустно, страшно и есть будильник, то идите к моей Светке. Я буду там вас ждать, пока город спит и начинается другая жизнь. Не дневная и не ночная. С разными будильниками и человеческими особями мужского пола, хорошими, добрыми, храпящими, гладящими и спящими в одном доме, в одной квартире. Пусть на разных кроватях, пусть с непохожими снами, пусть будет, как пусть. Ведь кошки Баси на всех не хватит, только на одного своего кота, а значит мир не странный все – таки, просто другой временами, непривычный. Днем ведь мы спим одним сном, а ночью другим, и все вообще – то не так. Поэтому, если есть дома такой Костик, то вы радуйтесь – в этом техническая мощь будильника! Потому как природное свойство, как у моего кота заводить не нужно, оно есть тоже у человеческих особей мужского пола, и оно само лучше всякого будильника четко срабатывает. Для этого только надо всего – то один раз в жизни завести и все! Странный мир, с какого края не посмотри… Даже поспать не могу… хотя вроде уже и сплю…Муррр…Сладкого вам будильника в жизни!

Однажды…

Однажды, всегда случается только лишь однажды. Можно долго рассуждать зачем оно приходит и в чем его тайная миссия. Если спросить женщину, то у нее чаще всего однажды – это всегда, а если мужчину, то постоянно. То есть у женщины однажды – это неизменно, хронически, а у мужчины – неоднократно, исправно. Смысл тот же, а подходы разные. Мужская логика, конечно, не женская и не способна самовзламываться по несерьезным моментам, да и по серьезным тоже, но может на неожиданном повороте судьбы притормозить конкретно, и даже остановиться. Это хорошо, иначе бы у женщин реально появилась бы конкуренция. А этого еще не хватало, когда столько забот и хлопот всегда. И эмоции здесь постоянны, на радость мужчин, которые так и ищут этого постоянно. Женщина, конечно, может объяснить все без всяких логик, и всегда готова к тому, что будет снова и снова это необходимое однажды. Неожиданный поворот судьбы, или просто, вздремнула у детской коляски стоя, разницы никакой. Притормозить хотела бы, да не может, вернее не хочет, не то, чтобы остановиться и постоять. Женщине важно, чтобы для нее ее мужчина всегда приносил это слово однажды в качестве постоянно. Тогда она ощущает в себе силы оставаться бессмертным лучиком счастья в его душе, разящей истомой, приятной болью, женским откровением и очень сердечной интимной историей.

Однажды, Василий, находясь в своем очередном отпуске, вальяжно прогуливался по раскаленной от солнца набережной и небрежно оглядывал не просторы моря, не белых чаек, не огромные глыбы камней, находящихся на берегу. А наглым честным мужским образом с удовольствием рассматривал женщин. А их, на пляже всегда почему – то много, и они постоянно притягивают взоры мужчин почему – то. Ах, вот та, в бело – синем купальнике, такая ничего себе, очень даже. Ой, нет, вот эта, в красных шортах, какие ножки, загляденье! Боже, о чем я, лучше всех вон тааа брюнетка, какие волосы, какая грудь, а какие тонкие запястья. Аристократические крови обеспечены. Невозможно собраться с мыслями, они постоянно куда – то исчезают. И только одно в голове – как можно не сойти с ума от того, что женщины всегда есть на пляже и как выдержать этот эротически – волнующий цунами? Срочно в воду! Освежиться, осмотреться еще раз повнимательнее, не быть ханжой своего постоянного мужского раболепия перед женщиной.

Василий так и сделал «Срочно в воду!», причем настолько однажды, что у всех женщин на пляже, это однажды запечатлелось, как яркий отрывок природного совершенства мужчины. Василий плыл и ничего не соображал, чего по его мужской логике и не требовалось. Это и спасало его случайном образом от вероломного женского однажды. Вася, он и не против был там разных отношений с женщинами, но хотелось ему все больше, чтобы исправно и постоянно эти отношения не подводили его благие мужские намерения. Чтобы он не мог притормозить даже при маленьком повороте, чтобы он не допускал даже мысли про остановку, чтобы он, как – то все – таки оставался тем Василием, тем природным мужским совершенством.

Женщины очень часто думают, что мужчины, как огромные валуны на берегу моря, что они непробиваемы и вода их не точит. Что все свои проблемы мужчины решают очень быстро, так как у них все просто, потому как им все понятно. И только у женщин все долго, трудно, потому как все сложно. Но на самом деле, у мужчин гораздо все не просто так. Они могут высоко парить могучими орлами только тогда, когда свободолюбивая чайка рядом, или на худой конец, обычная пташка, которой всегда не все равно, когда куда – то начинает исчезать слово однажды.

Василий – шикарный мужчина, да еще и холостой. Это женщине понятно сразу. Прямо здесь на пляже тут же большая часть быстрым и кратковременным накатом сердечного ритма успела это разглядеть, потому что женская логика очень хорошо знакома с этим постоянно. Однажды было у всех. И плавающий Василий подтверждал это. Не женатый, понятно, за чем приехал на море, понятно, что сам себе красивый, понятно, что способен и на большее, но только постоянно. А Василий вообще – то в отпуск приехал, то есть в отпуске отдыхать, плавать, гулять и загорать.

И вот, первая из женщин не выдержала, женщина в красных шортиках с красивыми ногами. Но она замужем, просто муж и двое детей остались в номере поотдыхать там. И вот она, всем своим демонстративно – боевым видом может быть даже однажды, осмелилась посмотреть в сторону холостого красавца. Вот по женской логике, просто посмотреть. Ну а там ведь все долго, трудно и сложно. И поэтому, она тут же представила себя рядом плывущей с ним. Причем она в белой ажурной шляпе. Причем так случайно морская волна прибила ее красивые ноги в красных шортиках к нервно – плывущему Василию, у которого все быстро, просто и понятно. И она снова живо представила себе, как оборачивается, улыбается ему и говорит: «Простите, пожалуйста, такая волна! Сразу не смогла понять куда меня несет!» И главное здесь по женской логике улыбаться, как можно дольше и продолжать монолог. Что какая теплая вода, жгучее солнце, крикливые чайки и как вас зовут. Обязательно выдержать паузу, потому как свое постоянное однажды можно упустить при одном неверном женском движении. Плыть и держаться, улыбаться и восхищаться, манерничать и подвизгивать. Это очень всегда парализующе действует на мужскую логику. И вдруг, в какой – то момент она реально поняла, что большая часть женщин на пляже практически и одномоментно сделало то же самое, что и она. И успела перезнакомиться в своих головах с неженатым красавцем на постоянной основе. Этого она никак не ожидала, но чтобы настолько. Ну, бабоньки, так же нельзя. Василий не достанется никому, потому как логика мужская говорит, что плыть однажды пока лучше, хоть и со всей женской половиной пляжа, чем это делать всегда и без отпуска.

А Василий тем временем остудил свое однажды плаванием в море и решил выйти из воды, пусть даже к близкому обмороку состоянию. А как без обморока, мужики? Хоть и просто, но очень трудно не отвлекаться ни на что, кроме моря в отпуске. Соблазны «однажды» встречаются на каждом шагу, при каждом взгляде, при каждом дуновении морского ветра. Очень, ну очень хочется найти свое всегда. Это прямо тайная миссия. Такая желанная, что Василий, лежа на берегу среди огромных камней, тут же представил себе, как он плывет, какой он сильный, какой он неотразимый, какой он бесподобный. И как его случайно морская волна прибивает к.. ой…не птичке даже, а к какой – то серой мышке, которая изо всех сил старается грести своими лапками и даже не в его сторону. Кругом вода, повсюду море и еще, как однажды назло, до берега очень далеко. Серая мышка отчаянно сопротивляется волнам и встречному движению с Василием. Василий возмущен. Обычная мужская логика. Ничего не остается, как интенсивнее плыть, чтобы дать это «однажды» этой серой мышке. Как это выматывает, когда ты не знаешь даже в голове и представить себе не можешь, что ты вообще здесь забыл. И Василий как – будто случайно начинает подхватывать серую мышку за судорожно – трясущиеся и уставшиеся лапки, и не выдержав кричит: «Простите, пожалуйста, такая волна! Сразу не смог понять, куда вас несет!!» И главное, здесь по мужской логике, это резко замолчать, как можно быстрее и продолжать лишь понимающим взглядом и спасательными движениями ее монолог. Что, конечно, ничего страшного, что Вы не умеете плавать, что ничего и со всеми такое однажды случается, и всем выражением мужского лица в покаянии снова молча спросить, а как вас зовут. Обязательно выдержать паузу, потому как это может очень вероломно привести к неожиданному повороту мужской судьбы и остановке движения в целом. Остается одно, плыть и не возмущаться, держать серую мышку выше волн и кивать, не дергаться и не смеяться. Это очень всегда безотказно действует на женскую логику. И вдруг, в какой – то момент он понял, что дороже и ближе, чем это серая мышка у него никого нет. И как – бы женская половина пляжа не пыталась бы с ним познакомиться в своих головах, эта половина только даже и не половинка лапки его серой мышки. Эта половинка – серые мышки других красавцев Василиев. И Василий ощутил, что постоянно хочет и ищет знакомства со своей серой мышкой. И смотрел он на сине – белый купальник только лишь потому, что взгляд так скользил по касательной от солнца. И заприметил брюнетку с длинными волосами, высокой грудью и аристократическими тонкими запястьями потому, что ее природная непосредственность занимала ковриком значительную часть площади пляжа. Мысли не исчезали, они беспокоили еще сильнее, что желаешь серую мышку не там, где она постоянно и всегда плавает. Что надо идти дальше, в отпуск, что надо для начала просто расслабиться и возможно, даже остановиться, чтобы серая мышка, которая свободолюбивая чайка сама обрекла тебя на неожиданный поворот мужской судьбы.

Пускай однажды будет всегда и постоянно. Пускай будет мужская и женская логика. Пускай будут Василии, серые мышки, свободолюбивые чайки, красные шорты, высокая грудь, море, пляж и отпуска. Потому как, если по мужской логике – это необходимые условия, чтобы найти свое постоянно, а по женской логике – нельзя упускать свое всегда. Да будет мир в женском краю земли! Воот такой огромный, как камни, лежащие на берегу моря, которые вода с места сдвинуть не может и подточить их тоже. Мирному – время, мужчине – женщина, небу – земля!

Горе не пополам

Жили – были не тужили, ненароком зацепив, по краю земли ходили, женский час душой взвалив… Вот странные эти женщины! Всё понимают, да не всё. Воспитаны по – старинке. Терпи, молчи, не плачь. Спасай, беги, рожай. Пеки, страдай, люби. Свети, гори, неси. Что это? Шла баба по шоссе и зашла во поле, нарожала по росе, по какой – то доле… Откуда доля эта взялась? Это же женщина! Радость, тепло, нежность, мудрость, счастье Божьих очей и милость Высшей справедливости. Баба наша там и здесь, на санях и в хатах, прячет ликом огня спесь, став мужиковатой…

Половинка тебе и половинка мне, я не сплю и ты не спи, я не ем и ты не ешь, я не баба и ты не мужик. Вот именно! Баба! Можно ли быть бабой, сохраняя в себе женщину? Можно ли быть женщиной, сохраняя в себе бабу? Очевидное невероятное.

Качусь по васильковому лугу на велосипеде с плетенной корзинкой. А в ней бутылка молока, горячий хлеб, банка варенья из клубники и.. кусок сала! Вот женщина я или баба? Элегантная я или неотёсанная? Сложная я или простая? Усердно нажимаю на педали дедушкиного велосипеда. На мне белое платье в синий мелкий горошек, бело – кипельные носочки с кружевами на отворотах и классические белые кеды. В волосах синий бант – это очень красиво, и даже как – то трогательно. Особенно для куска сала. Бабушка говорит, что это жизнь. Что бабская воля такая, чтобы женщиной стать, надо сильно ею для других не быть. А зачем тогда мне кусок сала положила? Сказала, что для деда. А деда – то нет! Был когда – то. Только ее велосипед его и помнит. Мужчина ведь такой весь был, не мужик, а мужчина. Странные женщины! Сама вроде, как баба, но женщина, а мужик вроде бы сам не мужик, но мужчина.

Сало – это, конечно, очень хорошо, особенно, когда в нагрузку в корзинку для деда. И очень даже внешний вид не портит. Что за мужицкая воля такая, чтобы мужчиной стать, надо сильно им для других не быть. Ешь сало или не ешь – без разницы, на всякий случай от бабушки, как наказ. Что мол, девонька, сало – это твое, нет, наше второе женское лицо. Потому как всякий мужик, чтобы мужчиной себя показать обязан уметь сало это прочувствовать, прямо на уровне природных мужских генов. Тебе достаточно иметь синий бант в волосах и бело – кипельные носочки с кружевами на ножках в цвет этого самого сала. А платье, это так.. фоном для василькового луга. Мужик так сделан. Бабушка считает, что с наличием куска сала в корзинке, мое женское, не бабское благополучие увеличивается в разы. Особенно, если для какого – то деда на всякий случай. Ну от бабушки, конечно.

Измаялась я.. все это душит изнутри, как сильно завязанные шнурки на моих классических белых кедах. Только шнурки можно ослабить, а как ослабить бабско не бабское, надоедливо изнуряющее, нудно прогорклое, вредно тяжелое. Вот женщина, вот мужчина, они же как – то жили без сала когда -то. Или Ева, как моя бабушка сразу с куском сала для деда на всякий случай пошла на встречу с Адамом, там и соблазнила Адама. Неужели этот факт история умалчивает? Причем, и Ева и Адам голые были, ну там слегка с элементами элегантности того времени. И при этом навеки запечатлелись женщиной и мужчиной, а не бабой и мужиком. Я думаю, что все – таки куска сала у Евы точно не было. Может потом ей пришлось этот кусок как – то найти, чтобы Адам не стеснялся мужиком быть.

Бабушка говорит, что худ мир без мужчин и женщин, и добр мир без них. Вот как это? Странные женщины! И так – не так, и не так – не так. Смысл в том, что плохо, когда их нет, и хорошо, когда их нет. Я думаю, что дело не в куске сала, и даже не в деде, а – в этом на всякий случай. Что хорошо и плохо, когда он есть, что хорошо и плохо, когда его нет. Наверное, Ева была права в том, что свой всякий случай она не упустила, причем без сала. И Адам, хоть и не дед, а мужчина, но на тот момент в долгой перспективе, все – таки дед. А значит, что Ева не баба, а настоящая женщина, очень даже по тем временам элегантная. А все, потому что она первопроходец на тот момент,и все – таки в долгой перспективе – бабушка. И луга василькового не было, и бутылки молока, и банки варенья из клубники и горячего хлеба. И дедовского велосипеда тоже…

Мне грустно. Я почти женщина и почти баба, я почти понимаю и почти нет. Зачем мне кусок сала в корзинке? Адам остался далеко в истории, и тот, мужчиной Евы навсегда.

Я еду по васильковому лугу, сверкая своими классическими белыми кедами.. Стоп! Ослепляя цветы красотой своих совершенных элегантных ножек. Легко, естественно и непринужденно. Мне самой очень нравятся мои слегка пухлые коленки и изящные лодыжки. Наверное, это от Евы, это точно. И это не на всякий случай, а навсегда. Еще, я вообще не сложна для мужчины, так как он видит мой образ в целом, а образ сочетаем с васильковым лугом и еще, если он заметит, с плетенной корзинкой тоже. А для мужика сложна, так как он видит мой образ сразу непростым, причем из – за плетенной корзинки. Наверное, это уже от видавшего соблазны Евы, Адама, так.. на всякий случай. Бабушка говорит, что верить мужикам нельзя, а мужчинам тем более! Если верить, то и бабой и женщиной надо быть! То есть, это как сало в моей элегантной корзинке для деда на всякий случай.

Было бы тесто, пошла бы в невесты, дайте мне место, буду ей честно.. Боль и разлука, радуйтесь люди, счастье и радость, салом на блюде.. Будет веселье, женщине странность, будет сплетенье, мужчине туманность.. Бабой век не горевать, мужику зазноба, без кислиц ему не спать, в поле и у дома..

Сейчас мне стало хорошо так, как никогда. А все потому, что меня окружает васильковый луг. Такой красивый, яркий и сочный. И у меня отличный велосипед, который помнит еще моего деда. Не на всякий случай, а моей, маминой и бабушкиной женской сутью прародительницы Евы. У меня самая настоящая плетенная корзинка, в которой есть бутылка молока, баночка варенья из клубники, уже слегка остывший хлеб, кусок сала и мои бабские мысли. Для деда, конечно. На всякий случай, как говорит моя бабушка.

Пути – пути – дороги.. Все в них давно известно. Мужчина лишь пороги, а женщина часть теста.. Мужик мужчины доля, а женщине вся баба, и в этом Божья воля, и бабушкина правда.

Синий бант – это такое особое украшение, это такая женская странность, это такое чудо света, что только на женском краю земли, любой мужчина – мужик может его увидеть отдельной яркой деталью любой женщины – бабы. И не до куска сала современным Еве и Адаму будет. Красота любви в простом, на всякий случай. Это для деда. А для нас – половинка тебе и половинка мне, часть мужчины тебе и часть женщины мне, кусочек мужика тебе и кусочек бабы мне, одно крыло мне и второе крыло тебе. Это любовь, на всех краях земли, по – элегантному!

Сладкий мир

Самый сладкий мир находится в мамином животе. Там есть всё! Бесконечная любовь, постоянная забота, божественная нежность, созерцание друг друга, движение в такт жизни и целая одна пуповина на двоих! Где самое главное – это самый настоящий женский край земли. Вы знали это? И не обязательно быть женщиной, или мужчиной, чтобы знать это. Достаточно только лишь закрыть свои глаза и ммм…запах маминого тела, стук родного сердца, самые мягкие руки, ласковый струящийся голос, красивая солнечная улыбка и улыбка.. и глаза, самый настоящий женский край земли! В них можно раствориться и не заметить, окунуться и не понять, нырнуть и не показываться, остаться ребенком навсегда и не пытаться убежать от этого.

Вы смотрели в глаза своей мамы? Как давно Вы смотрели в своей мамы? Разве в них что – то меняется? Или это зависит от того, что Вы мужчина или Вы женщина? Нет. Ответ один – мамины глаза самое божественное проявление женского начала. От которого и по доброй воле и снова по доброй воле не уйти. Вот той когда -то целой одной пуповиной на двоих давно так ловко перерезанной акушеркой женщиной. С такими же глазами Бога.

Юля еще не родилась, она была еще там, где – то очень далеко и высоко в небе. Но она уже знала глаза своей мамы. А то, что она Юля – не знала. Так всегда бывает, если очень хочешь стать Юлей, например. Сидела Юля на большой яркой звезде и уже смотрела в глаза своей мамы. И думала, думала, думала… А что, думать там можно, только не сильно. Чисто на тонких оболочках и всего лишь пять минут, пока там. А пять минут может растянуться и в вечность, дело такое. А может, как один миг сверкнуть и все, ты в мамином животе, глаза в глаза души. Так вот, Юля сама не понимала, как так все странным образом получается, и что она ничего для этого не делает. А сидит на звезде и только успевает пожелания мамы выполнять. То она, то есть Юля, должна быть очень милая, потом очень умная с голубыми глазками, нет, лучше с карими, как у папы, невысокая и не худенькая, нет, лучше упитанная с пухлыми щечками, пока маленькая, чтобы зацеловать можно было. А вообще, хорошо бы со светлыми волосиками, прямыми, нет густыми, нет, вьющимися и густыми, чтобы спокойная и такая вся доброжелательная. Вот сидит Юля и думает, что очень уже сильно любит мамиными глаза. Ничего, что приходится по миллиону раз перестраиваться в маминых желаниях ей. Юле это очень приятно. Вернее, ее душе.

Юля будет такая, как будет. Потому что она учтет все желания маминых глаз. Только ей хочется этого побыстрее, чтобы уже не скучала по маме, сидя на большой яркой звезде. Да, да, она сидит. И ждет своего превращения, чтобы тоже стать звездой и сорваться вниз прямо в мамин живот. Этот момент стоит момента рождения!

Юля рисует свое маленькое сердечко на запотевшей стороне звезды. А что, скоро эта звезда полетит в мамин живот. Только эта звезда не знает еще, как ее или его зовут, а вот мамины глаза уже знает. Но грустит как – то. Потому что глаза ее мамы всегда грустные. И нет никаких желаний, какой этой звезде быть. Мальчиком или девочкой, с ямочками на щечках или с длинными ресничками, с толстой мочкой ушка или шелковистыми волосиками… Эта звезда на которой сидит Юля, как только могла поддерживала мамины глаза. Она приходила ей во снах знакомиться. Она поджидала ее в колясках с другими детьми. Она даже гладила своей душой излучение маминых глаз. Но… глаза грустили. Юле было даже как – то неудобно, но она понимала, что так надо. И тоже знала, что и так надо, как у звезды – это хорошо, и так как у нее надо – это тоже хорошо.

Да… сладкий мир… Женский край земли… Хочется полететь звездой в мамин живот, но больше побыть в тех пяти минуточках, которые есть у той Юли, например. Но не быть Юлей, а быть самой собой, чтобы свои мамины глаза только знать. Это так прекрасно знать свои мамины глаза! Сладко – приторно – сиропно! Много света, доброты, чуткости и радости! А еще мудрости! И повыполнять желания маминых глаз. Или побыть, грустной, как та звезда, у которой мамины глаза грустные. Но не быть этой звездой. Только лишь даже меньше пяти тех минуточек, чтобы снова увидеть только свои мамины глаза…

Юля совсем скоро станет звездой и полетит в живот маминым глазам. А большая яркая звезда, возможно еще подождет пока глаза ее мамы перестанут грустить, и возможно тогда, она сразу же полетит тоже к своей маме. Большая яркая звезда могла бы тоже сразу с Юлей полететь, но пока рано. Звезде надо еще погрустить все – таки. Это ее сладкий мир. Это ее чудеса и это ее грустные мамины глаза. По – другому не бывает.

Мамины глаза – это маленькая душа ребенка в большой душе мамы. Это маленькое сердечко в большом сердце мамы. Это маленькая ручка в большой руке мамы. Это любовь. Целая одна пуповина на двоих, целый один живот на двоих, целая одна жизнь с жизнью на двоих. Это больше, чем трепетно и выше, чем проникновенно. Это просто мамины глаза.

Юли, Светы, Паши, Вити, Нади, Юры, Вани, Насти, Димы, вы давно смотрели в мамины глаза? Коли, Маши, Пети, Сережи, Гали, Иры, Тани, Саши, Лены, Миши, вы помните, как вы были там наверху ими? Васи, Люды, Ани, Стёпы, Егоры, Марины, Кости, Толи, Вали, Веры, вы знаете грустные глаза своей мамы? Оли, Гены, Даши, Славы, Максы, Нины, Ромы, Аллы, Кати, Вики, вы догадывались хоть раз в те пять минуточек наверху, например, как та Юля, что вы солнечные лучики маминых глаз?

Все мы – и женщины, и мужчины – это мамины глаза. Такие разные, такие близкие, такие родные, такие самые, самые… Конечно же с желаниями глаз наших мам, конечно же и без них, например, как та большая яркая звезда, которая грустит. Конечно же мы выросшие сердца в выросшем тоже сердце мамы. Это сладкий мир! В нем места хватит всем. На небе и на земле. Потому что повсюду есть свои мамины глаза. Которые с возрастом никогда не меняются, никогда. Оставаясь великой точкой жизненного отсчета каждого из нас.

Я люблю глаза своей мамы! В них всегда есть для меня все. Это мой сладкий мир. Самый восхитительный, самый яркий, самый желанный. Всегда реальный женский край земли. Счастливый, радостный, нежный и мудрый! Я люблю тебя, мама!

Первые три дня в неделю

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.