Александр Лобанов, Андрей Ткачев
Темный контракт. Книга 3

Глава 1

Резкий рывок и остановка. Я поднял голову от шеи муравья и тут же напряг мышцы ног и рук, чтобы крепче держаться за седло, ибо в данный момент мы стояли на стене туннеля, что практически вертикально спускался вниз и расширялся в очередной зал. Упасть тут очень легко.

Хотя нет… Это был не туннель, а одна из труб мусорной фабрики. Разбитая. Искорёженная… Но свет всё ещё тонким лучиком пробивался откуда-то сверху. И вела эта труба в один из нижних уровней мусороперерабатывающего завода.

Муравьёв в трубе-туннеле не было ‒ даже изменённые магией существа не могли полностью наплевать на гравитацию. И спасали принцессу лишь её крылья ‒ пусть и повреждённые, они гудели, позволяя ей парить. Однако муравьи в зале под нами нервно водили усиками, пытаясь понять, что их беспокоит. А вот меня больше тревожило то, что я увидел в центре помещения.

Когда мы сюда отправились, я ожидал увидеть существо в пять, ну максимум ‒ в семь раз больше обычного муравья. Я уже видел принцессу и не думал, что меня смогут удивить… Вот только я ошибался.

Среди разбитых прессов и искорёженных печей, в завалах нанесённого мусора находилась матка. Она была раз в двадцать больше принцессы! Это было не живое существо, а чуть ли не небольшой дом!

Большую часть ожидаемо составляло брюшко: беловатое и полупрозрачное, которое беспрестанно пульсировало и по нему в прямом смысле проходили волны. И каждые пятнадцать секунд оно извергало из себя куколку, которую тут же подхватывал кто-то из рабочих и уносил через один из многочисленных туннелей, пробитых прямо в стенах.

Ещё одна группа рабочих находилась перед головой матки и постоянно подносила ей еду ‒ превращённые в однородное месиво куски, даже не знаю… Термитов? Грибов? Мусора?

Кроме того, в зале находились муравьи-воины, а также самцы ‒ почти десяток муравьёв, размерами, не уступающие принцессе и обладающие крыльями. Более того, это были ветераны… я заметил на них броню из частей тел термитов и кусков мусора, а у одного так и вовсе вместо лапки был металлический протез (правда, я даже не захотел задаваться вопросом, как это вообще возможно ‒ некоторые вещи лучше не знать). Главная ударная сила муравейника и последняя линия обороны королевы-матки.

Хотя раненый немного смущал… Принцесса «утверждала», что её хотели убить именно из-за ранения в бою. Это она меня обманула, получается? Или я её неправильно понял? В любом случае отступать уже поздно.

– Мне никто не поверит в академии… – услышал я бормотание за спиной.

– Уж лучше пусть не верят, иначе твой отец мне голову оторвёт… – усмехнулся я и достал первый баллон с феромонами. – Работаем, как обговаривали.

Не мелочась, я пробил бок чёрного баллона заранее подготовленным куском острого металлического осколка из обвала и просто уронил баллон вниз. С едва уловимым шипением «снаряд» начал падать… а я, поняв, что чуть промахнулся, скорректировал траекторию падения для следующего, повредил второй, а затем третий и четвёртый баллон и уронил всё это вниз.

Роман подключился сразу же, едва заметно корректируя направления баллонов так, чтобы они приземлились ровно на спину матки или рядом с ней. Более того, помощник с помощью телекинеза не давал феромонам сильно разлетаться, так что облако начало накрывать не такую уж и большую область.

В первый миг никто словно и не заметил четырёх маленьких баллонов. Но не прошло и десяти секунд, как матка нервно дёрнулась. Затем ещё и ещё раз.

Муравьи рядом с ней заволновались. Забегали и засуетились.

Матка защёлкала мандибулами и затрясла головой. Она, словно в трансе, зарокотала.

И тут все муравьи начали двигаться. Нервно. Дёргано. Крайне воинственно. Щёлканье, скрежет мандибул, гул от хлопанья крыльев… Шум поднялся такой, что казалось, нас просто снесёт. И если в первые секунды это было растерянно, то чем дальше, тем сильнее внимание всех сосредоточилось на матке муравейника.

А затем первый рабочий напал на свою королеву. Это стало сигналом, и тут же муравьи, один за другим стали бросаться на свою предводительницу и мать, пытаясь уничтожить существо, в котором чувствовали врага. Королева отчаянно взревела и начала крутиться на месте, своей огромной тушей давя муравьёв… но на место каждого раздавленного приходило не меньше трёх новых, что начали облеплять матку со всех сторон.

Единственные, кто не поддался общему безумию ‒ самцы. Они взлетели и начали с воздуха атаковать рабочих и воинов, разбрасывая их в стороны. Эти бойцы нисколько не смущались, что нападают на своих же и что плюются в них кислотой. И тем более, ударяя шипами на концах брюшка. Они знали, кому верны.

Однако нас это уже мало интересовало ‒ для нас произошедшее стало отмашкой, что пора спускаться…

Хотя спуск больше походил пусть и на плавное, но падение – всё же повреждённое крыло не могло удержать принцессу в воздухе. Однако даже подобного было достаточно, чтобы заметить в неровном свете флуоресцентных грибов и мхов, куски хлама, ставшие частью зала по переработке мусора, а самое главное ‒ реагенты и самородные артефакты, образовавшиеся в этом месте. Последних имелось не так много, как в детских, где выращивались куколки, но немало… очень даже немало.

И хотя разум говорил мне, что необходимо отказаться от этих богатств ‒ они не мои. Однако я не мог остаться в стороне: если я не могу их вынести, то я должен использовать их на месте. Тем более что если наше покушение удастся, то у меня появится и душа для фиксации ритуала.

Тут главное, чтобы не повторилось всё, как сегодня днём…

Как бы то ни было, времени было достаточно, чтобы оценить потенциальные ингредиенты и понять, смогу ли я их использовать в каком бы то ни было ритуале? Ведь нарисовать руны в начавшейся бойне будет тем ещё приключением, особенно с учётом, что руны не прощают небрежности и ошибок. Не говоря о том, что соли, свечей и прочих атрибутов у меня и близко нет. Хотя они и не помогли бы: все двигались во время боя.

Матка взревела с новой силой, и жгучая волна неструктурированной магической энергии ударила в стороны. Тех муравьёв, что были на матке, частично опалило и снесло. Тех, кто был чуть дальше, просто разбросало в стороны. Нас же, державшихся в стороне, закрутило, практически впечатало в стену, где принцесса сумела в последний момент выровняться, благо мы почти приземлились.

Королева муравейника была сильна ‒ S-ранг! Не меньше! И даже тысячи подданных В и С-ранга не могли совладать с ней ‒ разрыв в силе нешуточный. Однако даже тысячи маленьких укусов в общей сложности составляли заметный урон: брюшко матки было погрызено, местами кровоточило, а хитин панциря получил несколько длинных царапин.

Плюс феромоны всё ещё действовали, и новая волна муравьёв из туннелей набросилась на свою королеву, подчиняясь заложенным в них инстинктам. Очень похоже на восстание народа, что подпитывается пропагандой извне.

– Действуем, как договаривались: пробуешь подбить королеву из ракетницы и силами, но ни в коем случае не приближаешься, – бросил я Роману, который уже соскочил с принцессы на пол и спешил укрыться за ближайшей мусоросжигательной печью… вернее тем, что от неё осталось за это время.

У молодого Некифорова имелись неплохие шансы на успех ‒ туша огромна для стрельбы. И первый же выстрел улетел с шипением в цель, с прицелом на глаза твари. Мудрый ход, как и последовавшая за ним поспешная смена позиции.

Я же обернулся к принцессе. Несмотря на опасность попасть под шальную атаку, я нашёл время погладить свою соратницу по голове. Мандибулы защёлкали, как мне показалось, удовлетворённо. А я начал рисовать на земле руны, а после указывать на свод зала, в котором они должны располагаться.

Всего четыре руны. На местах четырёх наиболее сильных ингредиентов для артефактов, которые я выбрал для себя приоритетом. Принцесса лишь защёлкала мандибулами и, застрекотав крыльями, поспешила выполнять часть плана. Умное существо и то, что она выполнит требуемое, я даже не сомневался ‒ слишком разумной она была всё это время, пусть и не могла говорить.

Я же ногой стёр ранее начертанные руны, чтобы не мешали. И только после этого рассёк руку валявшейся рядом железкой. Что самое неприятное ‒ руны приходится напитывать собственной кровью. За отсутствие должной подготовки требовалось платить собственной силой и жизненной энергией, а также жизнями и кровью других…

Первая руна была выведена кровью на боку старого холодильника, что стал частью пола. После чего я поспешил по периметру пещеры, дабы рисовать руны на земле… наблюдая, как начертанные знаки древнего языка наливаются светом. Энергии от жертв было предостаточно. Муравьи-рабочие гибли десятками при каждом плевке кислотой или налёте самцов. Куколки, которые не унесли вовремя, лопались. Раненые муравьи стрекотали в агонии… сам воздух был пропитан болью и смертью. Почти как на Арене.

Моё сердце разрывалось от того, что приходится приносить боль и страдание в сердце небольшого, но всё же сообщества. Но контракт превыше всего!

Кроме того меня немного утешало, что души муравьёв не были полноценными. Словно обрывки без сознания и чувств, движимые лишь инстинктами. Разумных существ, вроде принцессы, в улье было не так уж много.

Мне удалось совершить перебежку до раскрученного флаера (непонятно, как он тут вообще появился, ну да без разницы), чья дверь стала полотном моего рунного мастерства. А затем возникла проблема: поток муравьёв, нападающий на королеву, преграждал мне путь. Я уже раз прокатился по муравьиному шоссе и совершенно не горел желанием повторять опыт.

И в тот же момент королева закричала снова. Затоптала. Закрутилась на месте…

Я укрылся за кучей из полупереваренной пищи, наблюдая, как несколько муравьёв врезались в эту кучу, едва шевеля лапками. Пол под ногами трясся так же, как и стены, которые начали осыпаться. Обломок пресса для прессовки мусора вывалился из пазов и буквально расплющил несколько ближайших муравьёв. Части свода зала, разрушаясь по пути на более мелкие части, падали, вызывая лавины из мусора, что находилась под ними и всё это закрывало проходы в туннель для нового подкрепления муравьёв.

Тут я понял, что это мой шанс. Короткий рывок между поваленными и растерзанными телами и через три удара сердца я был на другой стороне пещеры.

Роман выбрал именно этот момент, чтобы телекинезом немного усилить устроенное землетрясение и каменный град обрушился на голову королевы муравьёв. Увы, зал не так сильно пострадал, но даже несколько булыжников, прилетевших по голове матке, заставили её впасть в шок и замереть. И это стоило ей новой атаки муравьёв.

Третья руна на обломке двери, забрызганном остатками нескольких куколок. Четвёртая на обломке стены. Пятая… я не успел ‒ меня заметили несколько муравьёв-самцов, что отчаянно пытались защитить королеву. Они оказались достаточно умны, чтобы понять опасность нахождения в святая святых существа другого вида, от которого фонило маной. И сразу трое направились ко мне.

Пламенная ракета ударила в бок одного из летающих защитников в миг, когда они пикировали на меня. Роман прикрывал меня и его выстрел из ракетницы спалил крылья нападающему, отчего тот рухнул в толпу муравьёв, где его тут же и затоптали.

Но это не остановило оставшуюся парочку: слаженная атака с двух сторон и меня чуть не насадили на шипы. И я искренне порадовался, что во время скоротечной битвы у тварей закончилась кислота. Разбираться с ними времени у меня не было… я уже чувствовал, как энергия переполняет руны и если круг не будет закончен, то всё обернётся банальным взрывом. Не самый плохой вариант ‒ королева будет убита. Но вот умирать вместе с ней очень не хотелось, тем более последствия этого взрыва предсказать будто сложно.

Да и они всё же А-ранга! Пусть эти существа, изменённые в данной аномалии, не умеют использовать ману в полной мере, но тела их достаточно усилены. Я побежал прочь, петляя и маневрируя. Самцы провели налёт. Ещё один. И в третий раз, когда муравьи слишком приблизились, я бросил в одного из них баллончик с феромонами опасности. Мощные жвала буквально разорвали металл баллончика и тут же муравья окутала дымка концентрированных феромонов.

Преследователи сразу отстали, попавшие в дилемму доверия: что важнее ‒ интеллект или инстинкты? А я использовал выигранное время, чтобы завершить начертание последней, пятой, необходимой в моей задумке руны.

Тут же я обернулся и увидел, что принцесса так же закончила с рисованием, даже раньше меня, и теперь пещера начинает наполняться алым светом от рун, впитывающих энергию. Но для начала ритуала не хватает ещё одного, можно сказать, ключевого элемента.

Третий раз матка заревела с нотками отчаянья и боли. И рёв был так силён, что по стенам зала пошли трещины, и я испугался, что руны могут оказаться испорчены. Но нет, знаки устояли. Однако муравьям, да и вообще всему живому в радиусе двух десятков метров от королевы муравейника не удалось уцелеть ‒ пепельный дождь пошёл на головы немногим уцелевшим муравьям. И даже на расстоянии почти в сотню метров я почувствовал жар и понял ‒ феромоны из чёрных баллонов сгорели. Пора вступать нам.

Принцесса, чувствуя момент, бросилась в атаку. В одиночку. С яростным стрёкотом…

Могло показаться, что это самоубийство после стольких смертей обычных муравьёв. Но нет! Прошлые атаки истерзали тело матки, сейчас она выглядела, словно игрушка, пропущенная через мясорубку и наспех сшитая ребёнком. Да и в магическом плане она была слаба… не истощение, конечно, но энергии в разы меньше, чем изначально.

Потому яростная. Неожиданная. И хорошо спланированная атака достигла цели: мандибулы вонзились в основание головы королевы. Не откусили, но плотно сжали и, судя по душераздирающему скрежету, медленно вдавливались во внешний скелет.

И тогда я активировал ритуал. Моя кровь обильно оросила и принцессу, и королеву.

В тот же миг из рун на своде и на полу, лучившихся багрянцем, ударили алые нити. И одна из них тянулась от перчатки, что по своей собственной воле проявилась у меня на руке. Десяток нитей создали кроваво-красную клеть, где оказались заперты монаршие особы. Клеть, где будет решаться судьба титула матки и будущее муравейника.

И я невольно стал живым судьёй данного действа. Хотел я того или нет, но теперь я связан с муравейником и его будущим.

Что я получу? Его силу? Смерть вместе с ним? Как бы то ни было, но мой наруч примет удар первым, став проводником силы.

Глава 2

Ритуал «Сеть власти» – никогда не думал, что мн