Диана Першина
Всегда рядом

Женская рука, немного нервная, с явными признаками старения, но в то же время всё ещё грациозно-изящная, ловко комкает только что по-старинке, напечатанный на машинке, лист и гневно-резко бросает его на пол. Там он оказывается не в одиночестве – листов двадцать покрывают красивый зелёный ковёр, словно кто-то поиграл здесь в снежки на траве.

Простая фраза не даётся женщине уже второй день и это выводит её из себя.

В фильме бы, возможно, к этому кадру была сноска с текстом, который так расстраивал писательницу: “История, рассказанная дальше, очень запутанная и грустная. Началась она красиво, но чем закончилась и закончилась ли, мы узнаем позже”.

Глава 1

Был обычный волшебный вечер на одном из островов Индийского океана. Солнце эффектно садилось и весь остров был освещён бесподобно-живописным закатом, казалось, будто небо и земля слились воедино в огненном экстазе. Своим танцем страсти они заполнили всё вокруг, заставив погрузиться в него и флору, и фауну, и даже “венца творения” – человека.

В такие моменты хочется поставить жизнь на паузу и сказать: “Остановись мгновенье, ты прекрасно”, – и релаксировать, не думая ни о чем…

А ещё – в Таиланде есть поверье, что желание, загаданное здесь, обязательно исполнится, потому что близость к экватору даёт этой “стране свободы” особую энергетику.

В одном из шикарных пятизвёздочных отелей Таиланда, расположенном на острове Пхукет, в бухте, с нетерпением ждали своей свадьбы двое влюблённых, Женя и Лиза. В этот момент они сидели на берегу, обнявшись. Женя был двадцативосьмилетним молодым человеком интеллигентно-романтического типа, немного дёрганым, хорошо сложённым и с бездонно-небесным взглядом. Лиза – тридцатилетней красивой блондинкой модельной внешности, с длинными волосами, ухоженной. Но это не мешало со стороны разглядеть в ней (по её жестам, чересчур откровенному макияжу, излишним эмоциям) девушку провинциального типа. Бесконечно влюблённый Женя этого, конечно, не замечал, для него она была его Афродитой и Афиной вместе взятыми. Он любил в девушке всё: от её обаяния, от которого никому не удавалось ускользнуть (если, конечно, она этого хотела, потому что Лиза могла быть и категорично-жёсткой, когда человек ей не импонировал, – и Женя считал это плюсом); женственной сексуальности (она проявлялась во всём её облике, в каждой детали её одежды, пластичном движении, даже в смешном подёргивании кончика носа, когда она, распалённая спором, что-то доказывала оппоненту); до её мудрости, цепкого ума, изобретательности и детской непоседливости. Молодой человек часто думал, почему ему так повезло и как могла одна девушка соединить в себе столько качеств, которые он ценил в женщинах.

Выросший в атмосфере родительской любви и эйфории от хэппиэндных отношений из фильмов “старого Голливуда”, он долго считал себя заядлым холостяком, который никогда не женится. Не потому что предпочитал одиночество, а потому что был уверен, что не найдёт соответствующего его представлениям об отношениях идеала. Лиза перевернула весь его мир и заставила поверить в обратное. И сейчас Женя как раз размышлял о том, как ловко эта хрупкая и с глазами оленёнка Бэмби девушка заполнила каждый сантиметр его мира. И он был несказанно счастлив от этого.

Женя начал разговор не сразу, будто боясь упустить очарование царившего последние двадцать минут идиллического заката, в которое они полностью погрузились, находясь рядом друг с другом хотя и думая каждый о своём.

– Уже завтра, – вдруг произнес он мечтательно и снова замолчал, будто ругая себя за сказанное в порыве.

Лиза слишком хорошо его знала и поэтому сначала обняла, посмотрела своим пленительным взглядом и смеясь спросила:

– Ты готов? У тебя ещё есть время сбежать.

Женя сразу растаял от любимого голоса и сказал уже более уверенно:

– Куда? К морскому льву?

Так они, весело смеющиеся и беззаботные, снова оказались в полном единении с природой.

И только спустя несколько минут Лиза, вскочив, будто совсем забыла о самом главном, закричала на весь пляж:

– Миииилый, я хочу ливень из цветов, когда мы будем проходить с тобой мимо гостей.

Женя, привыкший к импульсивным поступкам будущей жены, только снисходительно-спокойно улыбнулся:

– Ливень? Я знаю дождь, но ливень – это что-то новое.

И Лиза благодарно на него посмотрела – она знала, что этот мужчина сделает всё, чтобы исполнить её желания:

– Ты же знаешь, что я тебя люблю?

Женя, совсем приобретший уверенность, нежно ответил:

–  Нееет… скажи ещё раз.

Молодой человек начал целовать закивавшую в ответ на его просьбу Лизу.

Но тут у неё зазвонил телефон. Лиза быстро заговорила по-тайски*.

(*Перевод: Да, скажите сеньоре Мангудас, что я завтра буду в районе десяти часов.)

Спустя пару минут Лиза убрала телефон и повернулась к Жене. Она, извиняясь, объяснила:

– Завтра перед церемонией мне надо заехать в соседний отель, в Као Лак, это недалеко, всего в сорока минутах езды отсюда. У сеньоры возникли трудности в общении с персоналом.

Женя будто надел маску, так неузнаваемо изменилось его лицо:

– Это обязательно? Ведь завтра наша свадьба! Тебя не могут оставить в покое хотя бы на два дня?

Но девушка знала, как его успокоить:

– Ты же знаешь, что я тебя люблю? Сеньора – важная клиентка нашего агентства и я обязана следить за качеством её отдыха.

Лиза поцеловала Женю и он смирился.

Спустя какое-то время они уже шли по дорожке, по направлению к отелю, и огненно-красное солнце разрывало небо и освещённый им океан.

Глава 2

Надоедливый будильник разорвал спящую тишину своим звонким треском. Под его скрипящие трели Лиза с трудом оторвала голову от подушки и красивыми голыми ступнями поспешила в ванную. Оттуда она вышла спустя какое-то время, умело вытирая и суша волосы полотенцем и прямиком нацеливаясь на балкон. Зазвучал её красиво-нежный голос:

– Какой сегодня необыкновенно красивый и спокойный океан.

Женя пробормотал, не открывая глаз:

– Ты что-то сказала?

Девушка, не желая прерывать такую сладкую дрёму любимого человека, убаюкивающе произнесла:

– Нееет, спи. Я побежала.

Лиза всё же поцеловала полуспящего Женю и убежала. Молодой человек пытался что-то произнести сквозь накрывающий его всецело сон, но он оказался сильнее его, и Женя лишь промурлыкал себе под нос что-то невнятное.

Через пару минут Лиза уже стояла около такси, задумчиво-продолжительно смотря на окна их с Женей номера и будто сомневаясь в том, что ей надо ехать. В руках она теребила маленькую записку. Она периодически её разворачивала и комкала, на клочке бумаги было нарисовано одно сердце и подписано: “Оно твоё”. Женя постоянно подкидывал ей записочки повсюду. Сегодня она не ожидала их, но нашла в ванной, в шкафчике, рядом с баночкой крема, который она наносила каждое утро.

После недолгих, но мучительных и путаных раздумий Лиза спешно села в машину и укатила.

Глава 3

Тридцатью минутами позже Женю разбудил настойчивый стук в дверь. Он был уверен, что это вернулась Лиза, и еле прикрытый одеялом, прошествовал к двери.

У двери он задумался, тщательнее прикрылся и уточнил:

– Лиза, это ты?

Но в ответ загремел ироничный мужской голос:

– Нет, я не Лиза!

Женя открыл дверь – человеком, его разбудившим, оказался Паша, высокий, двадцатидевятилетний парень, с видом типичного городского ловеласа и немного нарочито развязно-грубоватый. Он был другом, коллегой и по совместительству свидетелем на свадьбе.

Женя радостно, и уже окончательно проснувшись, загоготал:

– Даа, ты не Лиза, дружище! Заходи, Лиза уехала по рабочим делам.

Паша сильно удивился:

– По делам в день своей свадьбы? А ты что делаешь? Скоро церемония, а вы заняты кто чем: Лиза уехала, ты разгуливаешь тут, как Аполлон.

Женя, будто отгоняя злившие его мысли, промямлил:

– Да лан тебе, я в душ. А ты пока подожди меня, вон, телевизор включи.

Паша отсалютовал:

– Ок, шеф!

Женя ушёл в ванную.

Паша же удобно расплылся в кресле. Всё ещё чему-то своему улыбаясь, он глазами стал искать пульт, пока, наконец-то не откопал его в кресле. Обрадовавшись, что вставать за пультом не надо, Паша тут же включил ТВ. Он долго переключал кааналы, пока не наткнулся на старенький, 1950 года, фильм “Всё о Еве”. В разгаре была сцена разоблачения Евы журналистом-рассказчиком. Паша заинтересованно досмотрел её до конца, не на шутку призадумался. Потом выключил телевизор и откинувшись на кресло, немного пафосно произнёс: «Ох, женщины! Имя вам – обман!»

Вышедший из ванны полуодетый Женя решил, что Паша что-то ему говорит:

– Ты что-то спросил?

– Нее, комментирую фильм.

– Ну, ты так и с теликом скоро начнёшь разговаривать.

– Ох, если б не твоя свадьба, показал бы я тебе пару хуков.

И Паша встал с кресла, демонстрируя боксерскую стойку. Женя лишь похлопал его по плечу и пошёл одеваться.

Через десять минут, смеясь, в прекрасном настроении, друзья вышли из номера.

Глава 4

На одном из красивейших берегов океана уже стояла бамбуковая арка для молодожёнов. Розовая ткань и белые экзотические цветы, украшающие её, нежно колыхались под действием лёгкого ветерка. Они контрастировали с необычайно-голубым цветом неба и океана. Справа и слева от арки, вдоль дорожки, в высоких вазах с водой, стояли высокие нежно-розового цвета экзотические цветы.

Рядом – несколько корзинок со срезанными цветами для цветочного дождя.

Любопытные проходили мимо, фотографировали, улыбались.

В арке стоял столик, около которого брачующихся поджидал пожилой церемониймейстер. К нему-то и подошли поздороваться Женя и Паша. К ним же чуть позже присоединилась их общая подруга и свидетельница Лизы Алла, двадцатидевятилетняя брюнетка, смешанного типа женщины-вамп и домохозяйки. У девушки всегда был деловой вид, что бы она не делала, – такой, будто от неё зависело спасение всей планеты.

В спешке поздоровавшись, Алла спросила:

– Лиза вернулась?

– Нет, написала, что будет через полчаса, – Женя немного занервничал, но виду не показал.

– Хорошо. Скажи мне, если ещё напишет, помогу ей одеться.

– Ок!

Паша в этот момент будто проснулся и стал подкатывать к Алле:

– Выглядишь потрясно!

Девушка, и правда, постаралась и выглядела потрясающе в своём алого цвета шифоновом брючном костюме. Материал был до того тонким, что даже лёгкое дуновение ветерка заставляло его двигаться, удачно облегая идеальную Аллину фигуру и доставляя взору Паши дополнительное наслаждение. Походка пантеры сохранялась у девушки даже в туфлях на высоких каблуках, пронизывающих бесщадно мешавший идти ровно песок. Её красивое лицо всегда было идеальным – без единого прыщика, веснушки, словно она была колдуньей, знавшей рецепт зелья чистейшей красоты. Тёмные волосы выгодно контрастировали с цветом костюма и волнами покачивались при каждом её шаге.

Они отошли в сторону. Алла что-то увлечённо рассказывала, она была в отличнейшем настроении. Паша делал вид, что внимательно её слушает.

Женя с церемониймейстером вели шутливую беседу, дабы скрасить минуты ожидания.

И за всем происходящим наблюдал как никогда великолепный океан.

Глава 5

Паша и Алла вернулись из своего недолгого уединения и сейчас что-то сумбурно обсуждали с Женей. Они пытались отвлечь жениха от сомнительно-неприятных мыслей из-за опоздания Лизы. Но Женя постоянно поглядывал на часы.

Паша пытался перевести разговор в шутку и периодически повторял Жене, как мантру:

– Не волнуйся! Скоро прибудет твоя королева!

Алла тут же подхватывала шуточную манеру беседы и поддевала Пашу:

– А тебе давно пора свою завести!

Наконец-то ребятам удалось разрядить обстановку, и все трое, Паша, Алла, Женя, весело рассмеялись.

Всё остальное происходило, как пишут во многих книгах, словно во сне.

Внезапно, как по сигналу, трое молодых людей одновременно обернулись в сторону отеля, откуда бежала, спотыкаясь и голося во весь голос, пожилая женщина. Это была Лизина мама, Инга Сергеевна.

Заглушая страх и слёзы, мать Лизы полушептала-полукричала:

– Женя, цунами…

Женя от неожиданности не мог понять, о чём она говорит.

Остановившись и выдыхая через слово, мать Лизы повторила:

– Сказали…произошло… цунами…

Постепенно он начинал понимать, что случилось и превращался в белое полотно. Его губы посинели и руки задрожали.

Мать Лизы продолжила:

– В Као Лак цунами…накрыло… тот отель… как его… куда поехала Лиза.

Мать Лизы медленно падала в обморок, но Паша чудом успел её поймать. Церемониймейстер поднёс стакан воды. Постепенно женщина начинала приходить в себя.

Паша решил взять ситуацию в свои руки:

– Так! Всем спокойно. Алла, держи Ингу Сергеевну, я бегу к администрации. Идите как можно дальше от берега.

Паша молниеносно побежал к собиравшимся на берегу спасателям. Те увлеченно-громко обсуждали произошедшее в Као Лак.

Паша бестактно ворвался в их разговор. Издалека было видно, как дотошно он их расспрашивал. Спасатели только пожимали плечами – никто ничего точно не знал.

Паша побежал в сторону отеля.

Инга Сергеевна, преодолевшая шок, взяла себя в руки. Увидев бело-зелёное лицо Жени, она взяла несостоявшегося зятя под руку. Трое, Инга Сергеевна, Женя, Алла, поспешили в отель.

Алла пыталась всех успокоить:

– Лиза, наверняка, уже давно оттуда уехала, скоро она позвонит.

Женя после этих слов как будто очнулся:

– Позвонить, конечно, надо ей позвонить!

Женя начал набирать номер трясущимися руками, но у него не получалось. Алла, долго на это смотревшая, наконец отняла у него телефон:

– Я сама, Женя, я сама!

Спустя несколько секунд дозвона, Алла сдалась:

– Гудков нет, сигнала тоже. Наверное, с сетью что-то.

Алла, пытаясь улыбнуться, всё же пробормотала это неуверенно.

Вокруг потихоньку начиналась паника – отдыхающие эмоционально пересказывали друг другу услышанные от кого-либо новости. Несколько человек стояли на улице с уже собранными чемоданами и ждали такси в аэропорт. Поведение всех вокруг казалось нелогичным, но людям, вопреки страху, было спокойнее на улице, рядом с другими людьми, чем в номере, наедине со своими мыслями.

Глава 6

Женя, Паша, Алла обосновались в номере для новобрачных. Их действия напоминали штаб предвыборной кампании, настолько они были слаженными, будто годами отработанными.

Алла, как добрая фея, пыталась разряжать постоянно накалявшуюся обстановку.

Паша в роли вожака продолжал держать всё в своих руках:

– Информации пока мало, администрация отеля сказала сидеть в номерах, скоро начнут эвакуировать людей.

Женя категорично-уверенно заявил:

– Я никуда не поеду, пока не увижу её.

Паша, стараясь не накалять обстановку и вразумить друга, заговорил спокойным голосом:

– Женя, это бессмысленно. Лизу так же эвакуируют, когда найдут. Опасность миновала, но всё же лучше не оставаться здесь.

Тогда Женя недовольно-грубо крикнул:

– Нет! Слышишь? Нееет! Я буду сидеть в номере и ждать её, а если она не приедет через час, я пойду её искать!

Паша хотел что-то сказать, но Алла отвела его в сторону.

Полушепотом она спросила:

– Они ничего про неё не сказали?

Паша отрицательно закивал головой:

– Сказали, что, скорее всего, она была там в тот момент, когда цунами накрыло тот курорт.

Оба боялись, что Женя услышит их разговор. Но в этот момент даже Алла сдалась.

– Ааа! – девушка почти вскрикнула, но Паша успел зажать ей рот.

Быстро собравшись, Алла произнесла:

– Поддержи его, мне надо ненадолго зайти в мой номер, чтобы прийти в себя. Хотя нет. Подожди.

Алла, озираясь на комнату, где находился Женя, открыла шкаф и, сразу увидев в нём то, про что она вспомнила, а именно – свадебное платье Лизы, ловко сложила его в оказавшийся там же пакет. Свидетельница не хотела, чтобы в такой момент Женю ещё больше травмировало что-то, так или иначе напоминавшее о несостоявшейся свадьбе.

Унося ещё одно грустное воспоминание, Алла ушла.

Сразу же после её ухода зазвонил отельный телефон. Немного задремавший Женя тут же вскочил и схватил трубку. Голос что-то быстро и много рассказывал. После его последней фразы Женя уронил трубку на пол и заплакал. Паша молча налил виски и подал другу стакан. Объяснения были излишни.

Глава 7

Работавший в номере и непонятно кем и когда включённый телевизор тем временем подливал масла в огонь. Показывали страшные кадры цунами, и диктор рассказывал о страшном бедствии и прошедших двух днях после него (про эвакуацию людей, поиски близких, разрушения). Несколько раз Паша пытался выключить телевизор – такая напряжённая атмосфера могла свести с ума кого угодно. Он сильно переживал за психическое состояние друга. Но Женя с криком на него накидывался. Как только показывали новый выпуск новостей или свежий репортаж, Женя мигом прилипал к экрану, рассматривая каждую деталь. Он верил, что есть вероятность увидеть среди мелькавших кадров Лизу. Женя превратился за эти дни в тень себя самого.

Ещё через два дня молодой человек начал трезво оценивать сложившуюся ситуацию, чем порадовал друзей, особенно Пашу, который был занят последние дни только поиском ему хороших психологов. Женя понял, что пора прекратить истеричные поиски Лизы, доверив их опытным профессионалам, и вернуться домой, в Москву.

Ближе к вечеру он отправился на берег океана, их, Женино-Лизино, место. Только теперь кругом валялись щепки, грязь. Женя сел и стал тоскливо смотреть вдаль.

Через полчаса к нему аккуратно подошли Паша и Алла. Видно было, что они ещё больше сблизились за эти дни.

Паша, нежно похлопав друга по плечу, произнёс ласково-медленным голосом:

– Дружище, пора.

Женя будто ждал этих слов. Он тотчас же попросил:

– Да, дайте мне ещё минуту.

Алла, старательно прятавшая грусть и слёзы под нарочитую небрежность, тихо протянула:

– Хоороошоо.

Алла отдала Жене букетик любимых Лизой экзотических цветов. Немного подумав, они с Пашей понимающе переглянулись и пошли по дорожке в сторону отеля, оставив другу время проститься с прошлым.

Женя, словно живший в своём измерении, не замечал происходившего вокруг и поэтому не заметил ни прихода, ни ухода ребят. Он даже не осознавал, что в какой-то момент в его руках чудесным образом появились цветы. Он лишь отметил, что это “те самые, Лизины” цветы. Когда-то они, вернувшиеся с отдыха, долго искали и спрашивали у всех знакомых их название – но никто не знал. Пока однажды один из клиентов, довольных предложенным туром, Лизе в благодарность не прислал их – живые, на удивление долго простоявшие. Цветы заставили девушку хлопотать над ними, как над ребёнком. Воспоминание заставило Женю улыбнуться, но жестокая реальность тут же вернула всё на свои места. Как запрограмированный, он кинул букетик в океан и долго смотрел вдаль. Казалось, что только сейчас он ожил, но запрещал чувствам прорваться наружу. Поэтому всё это время молодой человек продолжал стоять с каменным лицом, стараясь не заплакать.

Океан отвечал ему взаимным равнодушием – сегодня он был холодно-серого цвета.

Глава 8

Где-то в Москве, на одной из шумных улиц, стояло многоэтажное офисное здание крупной компании. В одном из кабинетов сидел Женя, в компании он занимал важную должность. Сейчас он что-то печатал. После стука в дверь в комнату пролезла голова Паши:

– Женя, можно с тобой поговорить?

Женя ответил совершенно убитым голосом, вид у него был такой же –причём уже очень давно.

– Да, а где?

– Пойдём в переговорку?

– Ок.

Женя медленно поднялся и нехотя поплёлся в переговорную за другом.

В переговорной Паша играл хорошую мину при плохой игре, но все остальные методы успокаивания он за прошедшие месяцы уже испробовал – не помогало ничего.

Паша не терял надежды вернуть друга к жизни:

– Слушай, давай сегодня после работы прогуляемся в наш любимый бар?

Женю от этих слов словно перекосило, но он сдержался:

– Я бы с удовольствием, Паш, но не могу, занят.

– Чем?! – Паша в какие-то моменты всё же срывался, но быстро остывал. – Извини! Я разговаривал с шефом, вернее – он со мной. Ты знаешь, он тебя уважает, но…

Во время небольшой паузы Паша будто подбирал слова. Женя поднял на него удивлённый взгляд. Паша, собравшись, продолжил:

– Шеф решает не всё, – он выкручивался, как мог. – В нашем бизнесе на пятки наступают каждую секунду, а ты уже полгода такой.

– Какой?

– Отречённый, прости!

– Как? Отречённый? Да пошёл ты после таких слов!

Женя пытался уйти, но Паша остановил его в дверях.

Паша говорил медленно, словно на сеансе психоанализа:

– Я тебя понимаю, нам с Аллой её тоже не хватает. Но, Жень, все понимать не будут, понимаешь, о чём я? Виктор Сергеевич пока осторожно через меня намекает, но долго он терпеть не будет, ты его знаешь. Он любит тех, кто приносит деньги, и быстро забудет все твои предыдущие заслуги.

Женя удивлённо поднял брови, его стеклянные глаза засверкали злобой, перемешанной со слезами:

– Даже так?!

Но постепенно он начинал приходить в себя, взгляд его яснел. Состояние выдавала только ничем не вуалировавшаяся предательская дрожь.

– Но я не могу без неё, веришь? Так плохо мне! – Женя почти рыдал.

– Верю, Жень, как никто! Но надо жить дальше, понимаешь? Жить, а не убивать себя каждый день.

Паша постарался обнять друга:

– Знаешь что? Приходи сегодня к нам с Алкой, давай прямо после работы вместе пойдём? Она давно тебя в гости ждёт.

Женя, быстро надевший свою непробиваемую скорлупу-бронь, спокойно согласился:

– Да, да, ты прав! Наверное… ты прав! Пойдём, если Алла не против.

Паша похлопал друга по плечу. Женя с трудом сдерживал слёзы.

Глава 9

Вечером, в квартире Аллы и Паши, трое друзей ужинали. Казалось, что Женя даже отвлёкся от своего горя. Он прекрасно себя чувствовал рядом с Пашкой и Алкой, настолько они все сроднились за эти месяцы. После ужина Паша начал убирать со стола, а Алла подсела к Жене. Она заговорила нежно-материнским тоном:

– Мне надо сказать тебе кое-что важное.

– Что? – Женя будто воспрянул ото сна.

– Мне трудно говорить, прости. Знаю и тебе нелегко, но выслушай меня до конца, потом кричи.

Женя удивлённо на неё посмотрел. Алла что-то долго искала в телефоне.

– Вот, нашла. На девичнике Лиза…

Женя вздрогнул. Алла продолжила:

– …попросила меня записать видео и показать его тебе только в особом случае. Я долго тянула, прости… Наверное, я была не права, что не показала его раньше. Вот.

Алла отдала Жене телефон. Женя долго не решался нажать плей. Спустя какое-то время на экране появилась счастливая Лиза.

Лиза заговорила своим бодрым и таким любимым голосом, что каждое звуковое колебание отдавалось в каждой клеточке Жениной души:

– Женя, любимый, если ты смотришь это видео, значит, со мною случилось что-то неприятное. Это не мистика и не дурная шутка. Я тебе говорила, что у нас в родне была бабушка, которая видела будущее. Мне от неё достался маленький дар – иногда во сне я предчувствую, что со мной произойдёт. Я всегда верила в это, но, когда встретила тебя, гнала эти мысли прочь. В последний месяц мне снится странное чудовище, поглощающее меня. Я знаю, это бред или просто мои страхи перед свадьбой. Мне оно иногда снилось и раньше. Помнишь, ты ещё обиделся, когда я не сразу согласилась выйти за тебя замуж? Теперь знай – только из-за этого, а не потому – как ты тогда подумал – что я тебя не люблю. Ты – самое лучшее, что случилось в моей жизни! Всегда это помни! Целую!

Лиза улыбнулась его, любимой Жениной улыбкой, которая всегда предназначалась только ему и никто никогда её не видел. Поэтому глядя на живую, хоть и экранную Лизу, он думал, что его сердце или остановится, или разорвётся на части прямо в одну миллисекунду.

Алла всё это время сидела с закрытым ладонями лицом. На среднем пальце её правой руки сверкало кольцо с огромным бриллиантом. Паша деликатно не выходил из кухни. Запись закончилась. Женя, положив телефон на стол, начал дрожать. Алла по-матерински заботливо обняла его. Из кухни со стаканом виски вышел Паша.

Женя залпом выпил принесённый Пашей виски и с трудом выговорил:

– Спасибо, ребята, мне пора.

Паша, собираясь его проводить, начал одеваться. Но Женя его резко остановил:

– Паша, не надо, я не собираюсь прыгать с крыши или кидаться под автомобиль. Я хочу пройтись один.

Паша понимающе посмотрел на друга и остался.

Вышедшего из дома, где живут Паша и Алла, Женю накрыли воспоминания.

Воспоминание Жени

Они с Лизой дома, в их маленько-уютной квартирке на шестом этаже. Романтический вечер при свечах в разгаре: оба, счастливые и нарядные, сидят с бокалами шампанского за красиво накрытым столом и болтают обо всём подряд, как и обычно. Им всегда было о чём поговорить, их вкусы во всём сходились, они одинаково чувствовали происходящее и от этого им не было скучно друг с другом. Напротив, они, как две половинки целого, дополняли друг друга. Сегодня они, говоря их языком, “бесились” – подтрунивая друг над другом, каждый из них с новым пузырьком налитого шампанского пытался поцеловать другого в губы, задача второго была промешать этому.

Их веселье ненадолго прерывает звонок в дверь. Вскочившая от неожиданности Лиза подбегает и открывает, курьер передает ей огромную подарочную коробку. Лиза входит в комнату, еле протаскивая коробку. Женя хитро на неё смотрит.

Лиза радуется, как ребёнок:

– Вот это короб! От кого это, интересно? Ты ничего не заказывал?

Женя отрицательно мотает головой.

Лиза, ребячась, начинает гадать:

– Может быть, мама прислала свои соленья?

Оба фыркают от смеха.

Лиза погружается в некий квест: она открывает коробку, а в ней оказывается коробка чуть меньше, в ней – коробка ещё меньше, и ещё, и ещё, и ещё… и ещё. Лиза уже успевает устать от такого количества коробочек и обёрточной бумаги, как вдруг в её руках оказывается голубая коробочка. В ней она быстро обнаруживает невероятно красивое обручальное кольцо.

Лиза удивлённо смотрит на Женю.

Женя, немного смущается, но быстро берёт себя в руки:

– Подожди секундочку!

Женя выбегает в соседнюю комнату, спустя минуту он возвращается с маленьким букетиком, встаёт на одно колено и делает Лизе предложение. Что он говорил в тот момент, он не помнит – он был в таком смущении и волнении, что делал всё на автопилоте. Хотя они были очень близки, Женя никогда не знал, как Лиза отреагирует на его поступки. Девушка тоже смутилась, какое-то время она молчит, закрыв глаза, будто медитирует. Потом Лиза медленно открывает глаза и начинает сбивчиво (и как кажется Жене, лживо) оправдываться:

– Женя, я не уверена… Я не то, чтобы не хочу замуж… Просто это очень странно… и быстро… и неожиданно.

Женя, растерянно-расстроенный, медленно поднимается с колена. Он, как заколдованный в статую, стоит в этой позе всё время, пока Лиза думает.

После своего неправдиво-нелепого объяснения Лиза уходит в ванную, закрывается на замок и долго там плачет. Женя садится за стол и недвижно сидит, смотря в одну точку. Периодически до него доносятся её всхлипывания, и мысленно он начинает ругать себя за случившееся. Ведь он очень долго сомневался, стоит ли делать предложение в этот день, или надо подождать как минимум ещё месяц. По разговорам и намёкам Лизы ему показалось, что девушка именно сейчас ждёт от него подобного поступка или разговора. Но он ошибся в очередной раз: Лизины сердце и мысли всегда были для него неразгаданным Сфинксом.

Так грустно-непонятно закончился их романтический вечер. . .

Глава 10

Прошло ещё полгода после… Жизнь Жени делилась теперь на до и после Лизиной гибели. На его столе, в рабочем кабинете, стоял красивый календарь – немой свидетель и бесчувственный контролёр его жизни. Сегодня страница была открыта уже на декабре. А за окном вовсю хозяйничала зима, распустившая с утра по всей Москве огромные снежные хлопья и превращавшая повсюду раскиданными сказочными узорами мегаполис в волшебную страну. С момента “после” в своей жизни Женя, раньше обожавший это время года, возненавидел его как самого яростного врага.

Поймав себя на том, что он с умилением следит за выходками зимушки-зимы за окном, он, будто очнулся ото сна, резко встал, чуть не уронив все папки, пристроившиеся на его столе, и вышел из кабинета. Он целенаправленно направился на кухню за кофе.

А там уже минут сорок чаёвничал и успел почти со всем офисом посплетничать Паша.

Паша сразу переключил своё внимание на вошедшего друга:

– Во сколько самолёт?

Женя, ждавший этот вопрос и готовый к нему, безразлично ответил:

– Ночью. Я напишу вам обоим, как обустроюсь.

Паша подошёл ближе и почти на ухо спросил:

– Ты точно не передумал? Мы можем полететь с тобой.

Женя отдал ему чашку приготовленного кофемашиной кофе и поставил ещё одну, себе. После возникшей неловкой паузы он произнёс, уверенно глядя другу в глаза:

– Паш, я хочу провести время наедине со своими мыслями. Прошёл год и…

Тут он всё-таки споткнулся, и Паша не стал его дальше мучить:

– Да, прости, всё понимаю.

Они молча выпили кофе и разошлись по разным кабинетам. Лаконичность была в последнее время главной составляющей их разговоров. Женя жил по принципу экономии языковых средств и сопутствующему этому сбережению эмоций. Любивший поболтать Паша давно к этому привык и был рад хоть какому-то общению с некогда бывшим безмерно позитивным и приветливым Женей.

Глава 11

Женя прилетел в Таиланд вечером. Он направился в тот же отель, что и в начале истории. Дорога от Москвы до тайского отеля оказалась для него на удивление мимолётной. В самолёте и в трансфере он был занят воспоминаниями, и, вопреки привычным, они не были печально-гнетущими, напротив, большую часть времени в голове его мелькали счастливые кадры их с Лизой знакомства, свиданий, отдельные детали их общей магическо-красивой любви. И поэтому сейчас у него создавалось впечатление, что время пробежало так быстро, потмоу что он посмотрел в дороге увлекательно-грустный и трогательно-сентиментальный фильм-экшн.

В отеле Женя не захотел оставаться в номере и, бросив вещи, пошёл гулять. За пару часов он успел обойти всю территорию и, словно опомнившись, вбежал в номер, быстро принял душ, переоделся и пошёл на давно запланированную встречу.

И вот уже минут сорок он сидел за столиком c другими прилетевшими гостями и персоналом отеля. Из общего разговора, обрывков фраз было понятно, что администрация готовится к годовщине трагедии. За столиком обсуждали предстоящий день поминовения: где и как будет проходить церемония.

Сотрудник отеля 1:

– Живые цветы соберут утром…Панихида……родственники…Трансфер в Као Лак отправится завтра в 9 утра…

Сотрудник отеля 2:

– Мы поможем им организовать…Приедем сюда и…Ресторан примет всех родственников…

Сотрудник отеля 3:

– Часть мы разместим у нас, послезавтра надо будет организовать трансфер в аэропорт…

Женя молча слушал собравшихся. Казалось, что он их слышал, но не понимал, о чём они говорили. В ушах Жени периодически возникал неприятный гул. В его памяти срабатывал защитный блокатор: мозг будто не хотел воспринимать происходящее и постоянно отключался. Поэтому мужчина не воспринимал разговор собравшихся целиком. Он отстранённо смотрел по сторонам, лишь иногда, из вежливости, согласно кивая головой на чьи-то слова.

В потоке приходивших и уходивших людей Женя вдруг заметил, как из-за соседнего столика внезапно встала и мимо него прошла странно одетая женщина, замотанная в длинный тёмный палантин. Она шла, прихрамывая, оглядываясь, словно от кого-то здесь скрывалась. Женя отметил, что нервно-дрожащими руками она постоянно прикрывала лицо. Он долго смотрел ей в след, пока женщина не скрылась в темноте. Зачем он смотрел на неё, он не мог себе объяснить, – ни на кого из знакомых она не походила. И тогда он сделал вывод, что, скорее всего, это родственница одного из погибших, а прячется, потому что не хочет транслировать своё горе окружающим. Но что-то, изнутри щекотавшее его память, заставляло его следить за ней, пока она не скрылась из виду.

Глава 12

Разрушенный отель в Као Лак под струящимися лучами утреннего солнца выглядел особенно печально-скорбно. Гнетущая тишина и горе присутствовали во всём и, казалось, навсегда поселились здесь. Природа, несмотря на божественную красоту, уснула в этом трагическом месте, она будто скорбела вместе с людьми. Уже много месяцев велись работы по восстановлению отеля. Но в этот момент и строители прекратили свой рабочий день.

По шикарно-цветущей центральной аллее отеля, от которого остались одни обломки, шло шествие. Люди несли цветы, шарики, портреты погибших. Колонна людей медленно двигалась к океану. Они сами напоминали дружелюбную разноцветную гудевшую волну.

Один Женя, прижавшийся к стволу пальмы, стоял в сторонке. Он находился в состоянии глубокого одиночества, из которого не способны были вывести даже толпы народа вокруг. Это было свидание со своим горем тет-а-тет.

На берегу океана процессия остановилась.

Для произнесения речи вышел управляющий отелем. Это был высокий, обычного управленческого разряда человек, но с небезразличным к чужой трагедии видом. Он заговорил мягко-успокаивающим, но громким и полным сочувствия голосом:

– Сегодня, в этот трагический для нас всех день, я приветствую вас всех, прилетевших из разных уголков света, чтобы почтить память погибших. Горе связало нас единой нитью на всю жизнь. Но эта же нить помогает нам поддерживать друг друга на протяжении всего времени. Давайте продолжать эту горькую традицию встречаться здесь каждый год, чтобы наши погибшие близкие чувствовали, что мы их не забыли…

Плач и овации прерывали речь управляющего. Люди начали обнимать друг друга и сочувственно улыбаться, топя горькие эмоции в сообща страдающей толпе, молекулой которой каждый из них стал на сегодняшний день. Потом каждый бросил букетик цветов в воду. Кто-то запустил в небо воздушные шарики. Женя молча за всеми наблюдал. Улыбка и слёзы перемешивались на его лице. Он наблюдал происходящее действо от начала и до конца с таким вниманием, будто он был его режиссёром. И самым последним ушёл с церемонии.

Находиться в номере в тот день он не смог. И ближе к полуночи Женя пришёл на их с Лизой место. Он сел на берег и долго смотрел вдаль. В его голове, не останавливаясь, проносились одни и те же кадры прошедшего дня. Порой он абстрагировался и думал, что просмотрел какой-то фильм-катастрофу. . . но без своего участия. Потом снова возвращался в реальность и снова начинал плавать в своём горе. . .

Со временем взгляд его стал затуманиваться. И вдруг он увидел идущую к нему по волнам в белом платье Лизу. В руках она держала букетик цветов, который он бросил в океан после её гибели, перед отъездом. Женя был ошарашен. Лиза подошла и обняла его.

Чуть чужим, но таким родным голосом Лиза произнесла:

– Женя, любимый, ты приехал!

Девушка подошла ближе, склонилась и нежно поцеловала Женю в губы.

Женя, ни капли не думая о возможности такого поворота, закричал от безумного счастья:

– Ты жива? Скажи, как это? Ты спаслась? Правда?

– Женя, у нас мало времени. Я пришла, чтобы провести эту ночь с тобой. И проститься навсегда! – Лиза говорила тихо и ласково.

– Как?! Ну уж нет! Ни за что не отпущу тебя, даже не думай!

Лиза поцеловала его, и всё, произошедшее ранее, сгинуло и не могло быть правдой – Женя думал только о здесь и сейчас. И они занимались любовью, долго, страстно, беспрерывно, будто навёрстывая все пропущенные месяцы.

На рассвете Лиза разбудила Женю.

– Женя, проснись!

– Неет, давай ещё поспим, так хорошо рядом с тобой.

– Женя, нам надо поговорить.

Женя нехотя сел, попытался обнять Лизу, но она его слегка оттолкнула.

– Мне пора уходить.

– Как?!

Лиза нежно закрыла Жене рот ладонью.

– Женя, помни, что бы ни случилось, я всегда буду рядом! Я люблю тебя навечно. И я уверена в твоей любви. Но…(пауза). Я уйду через несколько минут и больше мы никогда не увидимся. Если сможешь, приезжай сюда и приходи на это место каждый год в этот день. Но только до тех пор, пока ты не встретишь другую женщину и не полюбишь её.

Женя пытался что-то сказать против, но Лиза продолжила и он замолчал.

– Я повторю, у нас мало времени. Приезжай сюда и приходи на это место каждый год в этот день. Но только до тех пор, пока ты не встретишь другую женщину и не полюбишь её. В тот год, когда ты не приедешь, я пойму, что ты влюблён снова и по-настоящему, и буду счастлива: я буду знать, что ты счастлив. После этого не приезжай больше. Наша любовь особенная и мы будем её хранить всегда в наших сердцах. Но она не должна причинять боль – ни тебе, ни мне. Я буду спокойна, когда увижу тебя снова счастливым. А теперь прощай!

Лиза поцеловала Женю и исчезла, как дымка. Женя моргал, со злостью тёр глаза, оглядывался по сторонам и не понимал, правда ли то, что сейчас с ним случилось. Но Лизы рядом не было. Женя подбежал к океану и начал топтать воду ногами.

– Я ненавижу тебя, проклятый! Будь ты проклят! Ты забрал у меня самое дорогое!

Выговорившись, он упал на песок и зарыдал.

Глава 13

С той непонятно-счастливой ночи прошло семь лет. Женя в тот день был дома. Он изменился внешне: немного поседел, поправился, движения стали ещё более нервными.

Он был пьян, а на полу валялись пустые бутылки. Звонок в дверь привёл его в чувства, но дверь он открыл с трудом.

Вошла Алла, она была прекрасна – одетая в лёгкое летнее платье, с красивым вырезом на груди, волосы собраны наверх. Жене в какой-то момент даже показалось, что перед ним Лиза. Но Алла, несмотря на свой шикарный вид, пришла в слезах.

Девушка немного расстроилась, увидев Женю пьяным. Но, несмотря на своё состояние, он галантно пригласил её в комнату. Да и ей надо было выговориться и поэтому она начала, пренебрегая тем, что он не трезв:

– Паша слетел с катушек, сегодня даже поднял на меня руку. Жень, я делала эти семь лет всё, что он хотел. Я хотела ребенка, он нет. Ладно. Он уезжал на несколько месяцев отдыхать без меня. Ладно. Я чувствую себя тряпкой, никогда такой не была. Но при всём этом я не люблю его. Это просто как болезнь, Жень. Я всегда вас с Лизой вспоминаю, какие вы были счастливые и влюблённые. Все эти семь лет мне так не хватает её.

Женя мало что понимал из её путаного рассказа, он лишь дослушал его до конца, машинально обнял Аллу и неожиданно для себя начал целовать. Алла удивилась, но не стала противится. Женя взял её на руки и понёс в спальню. Эту ночь они провели вместе.

Утром они проснулись одновременно и в жутком смущении. В комнате воцарилось тягостное молчание. Алла начала молча и спешно одеваться.

Женя сначала притворялся, что спит, но потом совесть взяла верх и он сказал:

– Не уходи.

– Я думала, ты этого хочешь, – Алла пыталась произнести это равнодушно, но голос дрогнул.

– Перестань делать только то, что хочет мужчина рядом с тобой.

Воцарилась неловкая пауза.

Алла, хотя и немного обиделась на Женю за его слова, но первая не выдержала:

– Я лучше пойду.

Женя пытался быть вежливым и поддержать разговор:

– Что делать с Пашей?

– У нас давно всё плохо, нам надо было расстаться года два назад, – резюмировала девушка, продолжая собираться. Потом вдруг умоляюще посмотрела ему в глаза и попросила:

– Но давай пока оставим всё, как есть. Не говори ему, ок?

– Как скажешь, – Женя деланно-небрежно пожал плечами. Ему было жутко неловко. Но в то же время его голова раскалывалась и хотелось, чтоб она быстрее ушла.

И Алла ушла. Женя проводил её до лифта, а потом смотрел в окно, пока она не села в машину. Девушка уехала, а Женя нервно опустился на стул и начал истерично смеяться.

– Идиот, вот я идиот!

Глава 14

В городе наступила солнечно-жаркая осень, дававшая возможность получить дополнительный кусочек тепла и отсрочить уныло-дождливую погоду. Дворники мели и собирали в вёдра осенние листья с асфальта. Женя сидел за компьютером, что-то увлечённо печатал. Он был в прекрасном настроении, не свойственном ему все эти годы. История с Алкой быстро забылась и канула в Лету, потому что встречались они теперь крайне редко.

Женину идиллию разрушил звонок в дверь. Нехотя он поплёлся открывать. На пороге стояла Алла, бледная и чем-то встревоженная. Её в этот день он точно не предполагал увидеть.

Но Женя вежливо пригласил:

– Привет, проходи.

Алла спешно прошла в комнату, даже не разувшись. За то время, что они не виделись, она ещё больше похорошела. Казалось, с каждым годом её женская красота брала верх и и не собиралась никуда уходить, наоброт, превращала её, красавицу от рождения, в великолепную женщину. Все эти выводы пробежали в Жениной голове буквально за доли секунды, пока Алка шла по коридору в комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.