Валентина Петрова
Флора-травница

Примечание

Алька Солнцева – студентка, героиня романа «Страгглеры», попав в параллельную реальность, она пишет повесть «Флора-травница».

Флора Фёдоровна Корсакова – студентка, героиня повести «Флора-травница»

Флор Валерианович – дедушка Флоры по материнской линии,Маг

Сергей Сергеевич – ветврач в зоопарке

Хитар – шер-оборотень (волк)

Филис – бер-оборотень (пантера)

Фриг и Фейга – фрайи-оборотни (волшебная птица)

Хлис – шер-оборотень (волк альбинос)

Апоне – Хранительница Рек и Озёр, Элементаль, Волшебное Существо

Мара – жена стражника

Умка – рейтар (медвежонок)

харлуг – лошадь

страгглеры – Алька, Андрей, Пашка, Света, Нина и Галя – попаданцы

Боже, помоги мне смириться с тем, что я не в силах уразуметь.

Боже, помоги мне уразуметь то, с чем я не в силах смириться.

Упаси меня, Боже, перепутать одно с другим.

Старинная испанская молитва

Глава 1. Туманная история

Все сказки от были.

Н.К. Рерих

В сказочно сладкие минуты в Алькиной голове рождалась забавная история о девушке, которая, как и она сама, попала в необычный мир. «Кому же ещё сочинять романтическую повесть о человеке, заброшенном неизвестно куда, как не мне, находящейся неизвестно где», – думала девушка.

Однажды Алька сказала страгглерам, что пойдёт за хворостом, а на самом деле она отправилась в Солнечную долину, чтобы побыть в одиночестве и поразмышлять. Девушке нравилось рассуждать вслух, поэтому сначала она проговаривала свои мысли, а потом записывала их мелким аккуратным почерком в тетрадь. История, которую она придумала, будет о магии, средневековье и о её современнице. «А имя? Может быть, Флора? Пускай её зовут Флора-травница», – подумала Алька, удобно устроившись у тихо журчащего ручья. И на первой странице тетради шариковой ручкой она написала: «Приключения Флоры-травницы и её друзей».

***

– Так вот ты какая! – воскликнула девушка с редким именем Флора, глядя в зеркало. – Но что уж тут поделаешь, если твои родители ботаники! Не в смысле зануды и неудачники, нет! Мои мама и папа успешные ландшафтные дизайнеры, что считается престижной профессией.

Закончив «Тимирязевку», родители Флоры организовали семейную фирму по приведению в цивилизованный вид дачных участков людей, не имеющих ни желания, ни таланта работать на земле. Когда родилась дочь, имя выбрали единодушно – Флора.

– Меня вот только забыли спросить, – ворчал иногда их отпрыск. – Вам самим бы такое имя, на котором все оттачивают остроумие: «Милочка, а где твоя сестрица Фауна, что-то её не видно».

Время шло. К своему имени она привыкла – прожила с ним почти двадцать лет – и не позволяла сокращать. Теперь имя стало предметом её гордости, она не отзывалась ни на Леру, ни на Лору, ни на Фло; этому способствовали рассказы о дедушке Флоре Валерьяновиче.

Внучка составила представление о нём со слов матери: невысокий, худой, очень весёлый и жизнерадостный человек с длинной бородой, густыми светло-русыми волосами, мудрыми голубыми глазами. Флора неоднократно слышала, что похожа на дедушку.

Флор Валерианович был профессором, он преподавал в университете ботанику и считался известным травником, способным распознать и вылечить многие болезни, потому что, как утверждали злые языки, был колдуном. Его заметки с описанием лекарственных трав и рецептов давно перекочевали на рабочий стол внучки. Как и деду, ей нравилось заниматься фармакологией.

Флора Фёдоровна Корсакова уверенно стояла на ногах. Так считала она, так считали её родители. За плечами три курса ветеринарной академии, всё свободное время она проводила в зоопарке, где с удовольствием совмещала и должность помощника главного ветеринара, и конюха, и обслуживающего персонала. Героические попытки родителей привить дочери любовь к садоводству не увенчались успехом, её интересовало создание лекарств и воздействие их на животных.

Сергей Сергеевич – главный ветеринарный врач зоопарка, по совместительству ангел-хранитель и работодатель – не одобрял её увлечения фармакологией. Бубнил, что уже есть разработанные и давно апробированные алгоритмы лечения, есть лицензированные лаборатории, где изготавливают лекарства опытные провизоры, что нечего фантазировать. Флора старательно избегала споров на эту тему, но продолжала собирать травы, составлять микстуры и испытывать их действие на себе, что тщательно скрывала от родителей и от Сергея Сергеевича.

Несмотря на то, что жизнь Флоры насыщенная и разнообразная – учёба, работа, научная деятельность – родители постоянно о ней беспокоились.

В то весеннее солнечное утро, когда все собрались в столовой за завтраком, начался традиционный разговор о планах на предстоящий день.

– Дочь, куда собралась? Каникулы ведь, – спросил отец.

– Флора, поедем с нами. У нас замечательный проект: заказали японский садик, – предложила мама.

– Это сад камней, что ли? Как в храме Рёандзи?

– Нет. Каре-сансун – сад из песка и камней – сейчас в России не востребован, – с сожалением вздохнул отец. – Кстати, у хозяев есть два добермана и сын. Уверен, ты найдешь с ними общий язык.

– Понятно, – вздохнула Флора, опять матримониальные планы. – Нет, так дело не пойдёт! Я сама найду того, кто мне нужен. Не опекайте. Не маленькая. Справлюсь.

– И куда ты хочешь сегодня пойти?

– Забыли? Я же говорила. У Фроськи молоко пропало, лисята ещё глаза не открыли, а смеси составлять это та ещё морока: то калорийная, то жидкая. Вот я, полистав дедушкины записи, обнаружила рецептик, надо только несколько травок найти.

– Так сделай пробежку по аптекам, – посоветовала мать.

– Да ну! Я им не доверяю: коробочки красивые, а содержимое…. У дедушки такая травка описана, но её нет ни в одном определителе. Вот и прогуляюсь в лесок.

– Одна!? Забыла? Дедушка ушел в лес за редкими растениями и не вернулся.

– Когда это было! Чего вы боитесь? Я с собой электрошокер возьму.

– Надолго?

– К вечеру вернусь.

– Оденься потеплее, возьми бутерброды, компас и… – начала перечислять мать.

– Не беспокойтесь. Вы меня столько лет таскали за собой по всяким экспедициям: то на Кавказ, то на Алтай, – остановила её Флора.

– Дочур, звони чаще, чтобы мы не волновались. Хорошо? – попросил отец.

– Не переживайте!

– Когда ты повзрослеешь и перестанешь отгораживаться от окружающего мира? – спросила мама.

– Годы летят быстро, надо создать семью, а не прятаться в вольерах и клетках за спинами непарнокопытных и млекопитающих, – с усмешкой добавил отец.

На что Флора с улыбкой ответила родителям:

– Вам хорошо! Вы – счастливые люди. Любите друг друга, в восторге от своей работы и почему-то считаете, что так должно быть у всех. Я тоже хочу быть счастливой. Любимое дело я уже нашла, осталось только встретить человека, которому буду интересна я и моя работа.

– Поэтому ты никуда не ходишь и ни с кем не встречаешься? – спросила мама.

– Какие мои годы! Вы уже записали меня в старые девы?

– Посмотри на себя! Ты маленькая, хрупкая, тебе нужен человек, который будет тебя защищать и оберегать, – с тревогой сказал отец.

– От чего оберегать? От кого защищать? Ну, маленькая. И что? Вы тоже не гулливеры. Не так ли, мамуль?

– Сергей Сергеевич недавно звонил, сообщил, что ваш новый провизор – очень приятный молодой человек – на тебя с интересом поглядывает.

– Это тот, который руки не знает куда девать? Думаю, он теперь будет смотреть в противоположную сторону, – усмехнулась девушка.

– Ты дала ему пощёчину?

– Нет. Я дала ему подержаться за электрошокер, – ухмыльнулась Флора.

– Боже, в кого ты такая уродилась?

– Это вы меня спрашиваете? Ладно, не скучайте! Мне пора. Увидимся вечером. К вечеру вернусь.

– Оденься потеплее, возьми бутерброды, компас и… – начала перечислять мать.

– Не беспокойтесь, вы сами меня столько лет таскали за собой по всяким экспедициям: то на Кавказ, то на Алтай, – остановила её Флора.

– Дочур, звони чаще, чтобы мы не волновались. Хорошо? – попросил отец.

– Не переживайте! До вечера. Я побежала.

Девушка поцеловала родителей и ушла к себе. Она положила в рюкзак бутерброды, воду, соль и сахар, а затем поспешно надела армейский комбинезон и высокие ботинки. С особой тщательностью Флора упаковала в пластиковый пакет чёрную кожаную рукопись своего дедушки. Привычным движением Флора собрала свои длинные светлые волосы в тугой узел и спрятала их под панаму защитного цвета. В этом наряде она выглядела как маленький худенький солдатик, что создавало комичный эффект.

Посмотрев на себя в зеркало, Флора улыбнулась отражению и сказала:

– То, что надо! Проблем меньше.

Она доехала на автобусе до железнодорожной станции и взяла билет. Было десять часов, когда села в пустой вагон и открыла дедову записную книжку – так она называла толстенный фолиант. Но почему-то захотела спать. Осторожно уложила рукопись в рюкзак и закрыла глаза.

Флора проснулась через два часа. За окном мелькали поля, заросшие васильками и ромашками, светлые берёзовые рощицы и перелески.

Поезд остановился у деревянной платформы, она подхватила рюкзак и выскочила из вагона. Электричка ушла, а девушка остановилась у деревянного стенда, на котором от руки было написано название остановки.

– Странные люди, такому живописному месту названия не нашли, какие-то километры написали. Нет, пусть будет как в мультике, – она чёрным фломастером написала «Ромашково»: – надо посмотреть расписание в обратном направлении. Ого, у меня целых пять часов с хвостиком до ближайшей электрички. Ничего не скажешь, движение на этой ветке очень интенсивное.

Для прогулки девушка выбрала ближайшую берёзовую рощицу. Забросив за плечи рюкзак, спустилась по ступенькам с платформы и с наслаждением вздохнула. В траве громко стрекотали кузнечики, над цветами порхали яркие бабочки. Флора, напевая забавную детскую песенку про зелёного кузнечика, пошла в выбранном направлении.

Шла не торопясь, наслаждаясь чистым воздухом. После городских запахов аромат разнотравья пьянил. Время не имело над ней никакой власти, не надо было расставлять приоритеты, привычный цейтнот отступил. Редкое ощущение. И она безмятежно улыбалась, не зная чему. Заблудиться не боялась, по словам отца, у неё врождённое чувство направления, а компас брала, чтобы мама не волновалась.

Побродив безрезультатно по лесу часа три, сказала:

– Дедуля явно пошутил или напутал. Такой травы здесь нет. Может, он имел в виду тропический лес, а не среднюю полосу России?

Ответа на вопрос она, разумеется, не получила и повернула обратно. На лесной опушке, откуда виднелась остановка поезда, девушка села на пенёк.

– Буду настоящим туристом, берущим с собой много еды и всё съедающим во время первого привала. Возможно, потом что-либо стоящее придёт в голову.

Она достала из рюкзака чистую льняную салфетку, разложила бутерброды с сыром, которые с удовольствием съела, запивая минеральной водой из горлышка. Ярко светило солнце. Флора сидела, наслаждаясь звонкими птичьими трелями и покоем, смирившись с мыслью, что сегодня ей не повезло: необходимое растение не попалось.

Внезапно внимание привлёк небольшой овражек, расположенный в метрах десяти: узкий извилистый, окружённый густой порослью орешника, круто спускающийся вниз. В самом овраге ничего примечательного не было, но над ним клубился плотный зеленоватый туман. Это очень заинтересовало Флору.

– Странно, даже ветерок его не разгоняет, – удивилась девушка, рассматривая необычный феномен.

Посмотрев на часы, отметила, что до электрички ещё два часа. Она свернула остатки трапезы, собрала рюкзак и, держась за гибкие ветви орешника, стала спускаться в овраг.

Правая нога зацепилась за корень, выступающий из земли и, потеряв опору, Флора кубарем скатилась вниз. Ей повезло: дно оврага сухое и густо устлано прошлогодней опавшей листвой.

Потрогав лицо, оцарапанное веткой, поднялась на ноги и огляделась. В овраге царил полумрак, а тумана не было: «Наверное, померещилось», – грустно подумала Флора и стала энергично выбираться обратно. По выступающим корням можно идти, как по лестнице, перилами служили всё те же ветки орешника.

– Хватит приключений на мою голову. Хорошо хоть не ушиблась и ничего не сломала, кроме часов, вздохнула она, посмотрев на треснувшее стекло на циферблате. Поправив за спиной рюкзак, отряхнулась и … застыла.

– Головой ни обо что не ударялась, а местность не узнаю, – прошептала девушка, растерянно оглядываясь и удивляясь тому, что спускалась в светлом березняке, а вылезла в тёмном ельнике. – Может, опять спуститься в овраг, а затем выбраться с другой стороны? Да нет, овраг крошечный! Я никак не могла проглядеть такой ельник, да и берёз здесь нет, а туман пропал. Вот наваждение! Что же мне делать?

Постояв минутку, Флора сказала себе:

– Надо брать ноги в руки и мчаться на электричку, а то родители начнут беспокоиться. Идея! Посмотрю время на мобильнике. До электрички больше часа. Осталось только понять, куда же мне идти.

Она подняла голову, пытаясь определить направление по Солнцу, но небо затянули мрачные тёмные тучи, неизвестно откуда взявшиеся.

– Как странно! Я спускалась в овраг, когда ярко светило солнце и вокруг были берёзы, прошло минут пять, стало пасмурно, а кругом одни ёлки. Будем опираться на логику: когда я обедала, овраг находился впереди меня, значит, пойду в противоположную сторону.

Подул пронизывающий холодный ветер, девушка поёжилась.

– Надо добраться до станции, гроза собирается. Видно придётся обращаться к отцу за помощью. Вот уже с полчаса иду, а местность по-прежнему незнакомая, – с отчаянием прошептала Флора; ей очень хотелось услышать родной голос.

После нескольких безуспешных попыток дозвониться родителям и звонков всем, кто был в памяти её Nokia, расстроенная девушка с раздражением затолкала мобильник в карман штормовки.

– Раз помощи из зала ждать не приходиться, буду выкручиваться самостоятельно. Может, влезть на сосну? Сверху видно лучше.

Она подняла голову, выбирая перспективное для подъема дерево, но отказалась от этой идеи: ближайшие ветви начинались метрах в двух, чтобы добраться до них, нужна лестница.

– Придётся идти наугад. Буду искать речку. У воды всегда живут люди, – с волнением говорила она себе.

Флора прислушалась, но ветер сильно раскачивал верхушки деревьев. Услышать плеск воды никакой возможности. Решив держаться прежнего направления, девушка вздохнула и пошла дальше.

Лес стал дремучим, ёлки и сосны сменились могучими деревьями с толстыми стволами, таких она прежде не видела.

– Надо же, сошла с электрички, побродила с часок по полянкам и заблудилась в трёх соснах. Может, меня леший крутит? Или я сошла с ума? Мне всегда казалось, что с ума сходят постепенно, а я вот так сразу. Да, быстро у меня крыша поехала. И без всякого предупреждения. Обидно.

Грустно-ироничный монолог был прерван, когда деревья расступились, и она вышла на крошечную лесную полянку, в центре которой стояла маленькая бревенчатая избушка. Крыша сооружения не из привычных материалов, а из сухой травы и веток. Девушка глазам своим не поверила.

– Хорошо хоть не на курьих ножках. Хотя в моём положении выбирать не приходится. Вот-вот начнется гроза, – с тревогой посмотрев на небо, вздохнула она.

Подойдя к избушке, постучала в дверь.

– Скорее всего, здесь никто не живёт. Избушка заброшена, – вслух сказала она и толкнула толстенную дверь, которая со скрипом отворилась.

Флора попыталась войти внутрь, но дверной проём загородил высокий – на целую голову выше – худощавый парень, одетый в длинную рубаху до колен, овчинную безрукавку и какие-то странные мешковатые штаны. Хозяин дома босой ногой придерживал дверь.

Насторожённо, не мигая, он смотрел медового цвета глазами, хмуря густые сросшиеся на переносице тёмные брови, которые необычно выглядели в сочетании с совершенно седой шевелюрой. Длинные густые волосы парня достигали плеч и перехвачены кожаным ремешком, образуя некое подобие конского хвоста.

«Теперь я понимаю, что означает косая сажень в плечах. Это когда плечи человека полностью совпадают с дверным проёмом», – удивилась Флора странному в этих обстоятельствах приступу остроумия.

Парень в свою очередь внимательно разглядывал её, загораживая вход. Он ни о чём не спрашивал, не предлагал ей ни пройти в дом, ни проваливать подобру-поздорову.

Мысленно окрестив незнакомца Седым, девушка подумала: «Какой странный тип!» Конечно, при других обстоятельствах она не навязывала бы своё общество столь оригинально выглядящей личности, но выбирать не приходилось. Блеснул ярчайший зигзаг молнии, раздался оглушительный гром. Это решило исход их молчаливого противостояния. Флора проскользнула внутрь, рассудив, что в такую погоду выталкивать одинокого путника не будет даже самый отъявленный злодей.

Она оказалась в единственной комнатке, самой большой достопримечательностью которой была огромная печь. Остальное пространство занимали грубо сколоченный деревянный стол и две лавки, расположенные напротив друг друга. Обстановку жилища девушка с трудом разглядела в тусклом свете, проникающем из крошечного окошка. Других источников освещения нет.

Флора вдохнула запах жилья. Она знала, если ей понравится запах дома, то понравятся и хозяева, потому что души людей, долго живущих вместе, проявляются запахом, который совершенно невозможно ни выветрить, ни заменить каким-либо искусственным ароматом. Отец, знакомый с её теорией, называл Флору неисправимым кинестетиком.

Отметив, что запах, присущий жилищу, ей нравится, решила выяснить, где оказалась. Не торопясь прошла в комнату, сняла оттянувший плечи рюкзак и села на ближайшую к двери лавку, с интересом поглядывая на хозяина домика.

Незнакомый человек сел напротив, глядя на неё со смесью тревоги и удивления. Несмотря на глаза странного цвета и сросшиеся на переносице брови, высокие скулы и чётко очерченный подбородок делали его привлекательным. Флору это успокоило, тем более, что понравился запах жилища.

Молчание затянулось. Девушка ожидала начала разговора, считая, что первым должен заговорить хозяин. Комнатку на миг осветила яркая вспышка молнии, сразу же раздался громкий раскат грома.

– Ты кто? – отрывисто низким хриплым голосом спросил Седой.

– Человек, – вызывающе ответила девушка.

– Кто?

– Человек!

– Обыкновенный человек? – допытывался незнакомец.

– Нет, необыкновенный. Очень голодный, усталый и заблудившийся.

Флора сняла панамку и вытащила заколку из волос, которые рассыпались по плечам густой волной.

– Девушка?! – удивлённым голосом спросил незнакомец.

– А что, разве не видно? – сухо ответила вопросом на вопрос Флора, которую раздражала игра в вопросы и ответы.

– Как ты сюда попала?

– Ногами. Как же ещё?

– Что делаешь в лесу?

– Траву ищу, – устало пояснила Флора.

– Так ты травница?

– Я пережду у тебя грозу? А завтра ты покажешь, в каком направлении электричка. И я уйду.

– Кого ты хочешь найти?

– Электричку.

– А кто это?

– Как кто? Ну, это такое средство передвижения. Ездят на ней, – удивляясь вопросу, пояснила девушка.

– Ты потеряла харлуга по имени Электричка? Могу поискать. Какой он масти?

Флора на миг потеряла дар речи, с испугом глядя на незнакомца, но тот был абсолютно серьезен.

– У меня нет никакого… харлуга, а электричка – это машина, которая ездит по рельсам, ну, такая длинная… зелёная…

– Она плавает по воде? – спросил Седой.

– Не по воде, а по железной дороге, – осторожно поправила его девушка.

– Дорога из железа? Никогда о такой не слышал.

– А ты кто? Куда я попала?

– Я тоже хочу знать, кто ты и куда направляешься?

– Опять мочало начинай сначала, – вздохнула Флора. – Человек я. Заблудилась я. Домой попасть хочу. Что не ясно-то? – тоскливым тоном перечисляла девушка.

Порывшись в кармашке камуфляжа, достала железнодорожный билет. Этот маленький клочок бумаги почему-то успокоил: «Наверное, как всякое дитя цивилизации, я сразу лезу за документом. Всё-таки, похоже, что это не я сошла с ума, а кто-то другой», – подумала девушка.

– Вот мой обратный билет! – и протянула мятую бумажку незнакомцу.

Тот осторожно взял из её рук билет, понюхал его, затем вернул обратно и спросил:

– Ты не назовёшь имя мастера, который так искусен в написании рун? Он работает у короля?

– Мастер? Король? – поразилась Флора.

Вспомнилась фраза из известного армянского мультфильма: «Какой заяц? Какой орёл? Какая блоха?» Девушка с трудом сдержала смех, испытывая странную смесь мыслей и чувств. Совершенно не хотелось вести абсурдный, с её точки зрения, диалог с незнакомым человеком.

– Я – Флора, а тебя как зовут?

– Хитар.

– Вот так имечко! И что оно означает? – изумилась девушка.

– Ну, это такая ягода, её сушат и добавляют в еду. Мама считала, что у меня глаза такого же цвета, – смущённо ответил Седой.

– Ягода? Никогда не слышала о такой, может, изобразишь? – заинтересовалась Флора, доставая из кармашка рюкзака блокнот и зелёный фломастер.

Парень взял фломастер и с недоумением повертел его в руках.

– Такое ощущение, что ты никогда не видел принадлежностей для рисования. Она взяла фломастер и, сняв колпачок, крупными штрихами нарисовала в блокноте листик клёна.

– Здорово! – с восхищением сказал Хитар. – У меня так не получится.

Он осторожно взял в свою большую ладонь фломастер, сжал его в кулаке и коряво изобразил несколько ягод, собранных в гроздь.

– Так это же виноград, – догадалась девушка, – а в сушёном виде – изюм! Слушай, у тебя и глаза такого же цвета, как изюм. Можно я буду тебя так называть?

– Изюм? Но это же чужое имя! Зачем оно мне? – растерялся парень.

– Не хочешь, как хочешь, – покладисто согласилась Флора, но про себя тихо добавила: – для меня ты всё равно Изюм.

– А твоё имя, что означает? Я никогда такого не слышал.

– У меня редкое имя! Так зовут богиню – покровительницу растений.

– Ты – богиня? – приподнялся с места Хитар, с изумлением глядя на девушку.

– Ты что? Какая из меня богиня, – устало отмахнулась от него Флора. – Меня назвали в её честь. Родители – ландшафтные дизайнеры. Вот и приходится отдуваться из-за их богатой фантазии.

– Кто твои родители?

– Садовники, – упростив название, пояснила Флора. – Сады разбивают, цветы и деревья выращивают.

– У короля?

– Какого короля? В лесу монархия?

– Король не в лесу, король в столице, – как маленькой поучающим тоном произнёс новый знакомый.

– А как столица называется? – поинтересовалась Флора, надеясь услышать знакомое название. – Мало ли, кого этот странный человек называет королём? Может, местного мафиози.

– Ритарха.

– А короля как зовут?

– Так же как и раньше – Йолис III.

– Так, очень интересно! И какая это страна?

– Зерания, а рядом Нилагия и Кегония. Откуда ты пришла, если этого не знаешь?

– Из Москвы – это столица России, – в свою очередь озадачила собеседника Флора.

– А это где?

– Слушай, я устала от бестолкового разговора. Кто я? Что это? Где это? Утро вечера мудренее. Завтра я попробую связаться с родителями, они заберут меня и ответят на все твои вопросы.

– Если они придут сюда, то, конечно, ты можешь идти, а если нет, то одну я тебя не отпущу. Мало ли что? Я удивлён, как ты без оружия добралась до моего жилья! Здесь вокруг много кого…. Люди сюда не заходят…

– Это я заметила, – усмехнулась Флора. – Если я не смогу дозвониться родителям, тогда ты меня проводишь до ближайшего к Москве населенного пункта?

– Но я не знаю, где это…

Девушке показалось, что Хитар искренне огорчился, что не может помочь.

– Тогда проводи до ближайшего посёлка, а там я сама разберусь.

– Есть хочешь?

За неё ответил громким урчанием желудок. Парень с улыбкой посмотрел на порозовевшую девушку.

– Ну, что смотришь, я же ясно выразила согласие поужинать, – за нарочитой грубостью попыталась скрыть смущение Флора.

– Ты любишь сырую или жареную? – спросил Хитар, ставя на стол деревянное блюдо с мелкой рыбешкой золотистого цвета.

– Я суши не люблю.

– Это не суши, это фрякса.

– Давай свою фряксу.

Она решила, когда вернётся в Москву, то купит книги по психиатрии, чтобы точно знать с какой патологией в этой глуши столкнулась. Может, в научной литературе есть описание таких случаев, когда человек, живущий в одиночестве в лесу, сходит с ума таким образом, что придумывает не только новые названия хорошо известным вещам, растениям, животным, но и даёт собственное описание мира.

«Самое главное правило при общении со странными людьми: во всем с ними соглашаться», – вспомнила Флора избитую истину.

Она поискала глазами вилку, но не нашла. Откинув церемонии, взяла крошечную золотистую рыбку рукой и, проглотив, восхищённо воскликнула:

– Ой, как вкусно! – и потянулась за следующей.

– Ешь, я ещё принесу! Я сегодня много их наловил. Как знал, что ко мне явится такой прожорливый гость, – добродушно улыбнулся Хитар; с его лица спало напряжение.

Когда блюдо опустело, девушка поискала глазами рукомойник, не найдя ничего похожего, спросила:

– Спасибо за ужин, Хитар. Где можно помыть руки?

– Зачем мыть, когда можно облизать, – удивился тот.

– Ладно, обойдусь своими средствами, – вздохнула Флора, и, достав пачку бумажных салфеток, вытерла измазанные рыбой руки.

Затем вытащила мобильник. Связь отсутствовала. Хозяин домика зорко наблюдал за её действиями.

Перестав нажимать на кнопки и убрав телефон в рюкзак, спросила:

– А ты с кем живешь?

– Один.

Девушка задумалась, слишком много вопросов ей хотелось задать, но она боялась вызвать его недовольство: «Интересно, почему он здесь живёт? Либо скрывается от правосудия, либо сектант. Надо выяснить».

– Почему ты поседел? У тебя что-то случилось? Ты здесь раны залечиваешь… душевные?

– Ничего у меня не случилось. И я не седой. Я серебристый! – обиженно засопел Хитар. – У нас в роду все такие.

– А тогда почему один живёшь, а не с родичами? Скрываешься от кого-то?

– Почему скрываюсь? Это мой лес. Я здесь живу.

Про себя девушка решила, что он сектант-отшельник.

– А твои родичи живут рядом?

– Нет. Наш род предпочитает уединение.

– А ты не знаешь, когда конец света? – спросила она в надежде прояснить ситуацию.

– Я не пророк, откуда мне это знать, – ответил Хитар.

Флора решила, что ошиблась: «Изюм не имеет никакого отношения ни к криминалу, ни к религии. Хочется надеяться, что он живёт один только из-за своей природной нелюдимости».

За окном завывал ветер и хлестал ливень, в домике тепло и уютно, царил полумрак, глаза у девушки слипались.

– Я очень устала и хочу спать.

Несколько мгновений непонятный знакомый смотрел на неё, после чего спросил:

– А ты совсем меня не боишься?

– А надо? – сонным голосом поинтересовалась Флора. – Ты – каннибал? Людей ешь?

Её вопрос вывел Хитара из себя, он возмущённо вскочил на ноги.

– Да ты что?

– Тогда зачем бояться! У тебя глаза добрые.

– А как же ты ходишь по лесу без оружия? Не страшно?

Флора покопалась в рюкзаке.

– Я ношу с собой электрошокер от бешеных собак и нехороших людей.

– А шеров этим тоже можно успокоить, – хмуро поинтересовался парень.

– Не пробовала. Если на меня нападёт этот самый шер, обязательно скажу тебе о результате, – беспечно улыбнулась девушка.

– Ну, если так, забирайся на лежанку, – Хитар указал на печь, – там есть шкуры силов, не замёрзнешь.

– Хорошо, – согласилась Флора.

Она расшнуровала ботинки, сняла камуфляжную куртку, осталась в брюках и мужской рубашке. Встав на лавку, смело полезла на печь, захватив с собой рюкзак с электрошокером.

Её разбирало любопытство: очень хотелось знать, кто такие силы. Оказавшись на лежанке, обнаружила обыкновенные овечьи шкуры, правда очень хорошей выделки, и зарылась в них. Запах овчины не сильный, а усталость – большая.

Выкинув все пессимистичные мысли, Флора пробормотала под нос:

– Вот приеду домой и всё расскажу родителям. Скорее всего, они мне не поверят. Да я бы и сама не поверила, услышав такую историю. Ладно, последую замечательному совету незабвенной Скарлет О,Хара: «Я подумаю об этом завтра».

***

Посмотрев на заходящее солнце, Алька с сожалением закрыла тетрадь. Времени как раз оставалось только на то, чтобы набрать охапку хвороста и бежать в лагерь страгглеров.

Самой себе она сказала:

– Представляю, как раскричатся девчонки! Громче всех будет визжать Светка: «Где тебя носило весь день, если ты собрала столько, что не хватит даже на то, чтобы вскипятить канн?»

Всю дорогу до лагеря Алька придумывала себе оправдания:

– Что бы мне такое сказать? Может, соврать, что плохо себя чувствую? Тогда из лагеря не уйдёшь. Буду молчать и делать вид, что купалась и загорала у озера. Какое они имеют право на меня орать? И почему они не оставят меня в покое?

Глава 2. У тебя глаза добрые

А как мне вернуться, откуда не туда?

из дневника N.N.

В лагере страгглеров Пашка поцеловал Альке руку, выразив признательность за то, что она разогнала печаль-тоску по компьютеру, к которому в этом мире доступа у него уже не будет.

И тут же к Альке подлетели разъярённые Света с Галей.

– Слушай, подруга, ты этой дорожкой не ходи, не по твоим зубам добыча. Ясно? – сквозь зубы прошипела Светка.

– Как интересно! А с чего ты решила, что я на диете? Отношения между мужчиной и женщиной дело двоих. Ты хочешь классический любовный треугольник? – усмехнулась Алька.

– Классический не получится. В нашем треугольнике один из углов явно тупой.

– Ты о себе?

– О тебе, – рявкнула Светка.

– Думаю, что тупым из нас окажется тот, кто позволит собой манипулировать в ущерб собственным желаниям.

– В этом с тобой соглашусь, – кивнула Светка.

– Для создания отношений нужна взаимная симпатия. Наш спор решит время.

– Ты мне не соперница, – жёстко ответила Света.

– А если Пашка сделает выбор не в твою пользу?

– Он сделает такой выбор, какой нужен мне. Ясно? Красавица липовая! Посмотри на себя, чучело.

– Если верить Марине Цветаевой, то «…моя душа чудовищно ревнива; она бы не вынесла меня красавицей». Мне не требуется быть смазливой.

– Вот, даже ты считаешь меня красивой, – с улыбкой произнесла Светлана.

– Есть пословица: красива не красавица, красива любимая. Я ошиблась, оценивая тебя. Ты – чудовище, если хочешь устроить свою жизнь, не считаясь с чувствами и желаниями других. Ты мнишь себя центром, вокруг которого все должны вращаться. Но знай, милочка, упоение собой сопровождается закусыванием другими. Ты самая жалкая из всех нищих духом, – отчеканила Алька, не отрывая взгляда от Светкиных глаз.

– Я нищая духом? Я ем других людей? Галь, объясни, почему всегда так, если внешность не ахти, то каждая каракатица кичится своей душой?

Высоко подняв голову, Алька произнесла:

– Еще Лопе де Вега о красавицах, обделённых чуткостью, сказал: Как удивительно, /Что нет ни признака души /В таком великолепном теле! /Мы часто видим, как роскошно /Цветут бесплодные деревья.

– Так я ещё и ненормальная?! – прошипела Светка, её глаза сузились, лицо побелело, закушенные губы сделали красивое лицо отталкивающим, а распущенные по плечам рыжие локоны слегка приподнялись.

Глядя с детским восторгом на разъярённую девушку, Алька сказала:

– Слушай, Светка, ты так сейчас похожа на медузу Горгону!

Светлана схватила Альку за волосы и крикнула:

– Я тебе покажу медузу, выдра ощипанная….

– Девушки, так нельзя, – Галина вклинилась между ними. – Алевтина, скажи, о чём ты разговаривала с Пашкой, если этот рыбак-фанатик приплыл с пустыми руками?

– Он признавался в любви, – мечтательно протянула Алька.

– Тебе? – изумились Света и Галка.

– Комплексным числам.

У Альки улучшилось настроение. В голове сложился отрывок о приключениях Флоры-травницы. И она побежала в Солнечную Долину, чтобы записать в заветную тетрадь следующую главу.

***

– Уж занесло, так занесло, – усмехнулась Флора, слезая с печки. Вытащив из рюкзака бутылку с остатками минеральной воды, вышла на крыльцо, умылась, прополоскала рот и достала телефон. Связь отсутствовала. Опасаясь, что мобильник разрядится, выключила и убрала в карман.

– Однако пора идти, а Изюма нет. Ведь обещал проводить до города, а сам ушёл куда-то, – вслух рассуждала она, обходя вокруг избушки.

Девушка остановилась возле толстого засохшего ствола дерева на полтора метра в высоту покрытого глубокими царапинами: «Интересно, какого размера кошечка приходит сюда поточить свои коготки», – с уважением глядя на длинные и узкие отметины, подумалось ей.

– Ты уже проснулась?

Услышав хрипловатый голос Хитара, она с улыбкой обернулась.

– Благодарю за завтрак. Я искала тебя. Мне пора уходить. Связаться с родителями опять не получилось. Представляю, как они волнуются! Так ты проводишь меня?

– Я ещё вчера хотел спросить. Ты умеешь разговаривать на расстоянии? Почему же ты не связалась со мной?

– Я не знаю твоего номера. Дай мне его. У тебя Билайн или МТС?

После некоторого раздумья парень спросил:

– Что тебе дать?

– Номер телефона, по которому я смогу тебе позвонить. Вот мой номер, звони, когда захочешь, – и она протянула парню листочек с цифрами.

– У меня нет те–ле–фона. Скажи, а он не опасен? – недоумённо вертя в руках клочок бумаги, спросил парень.

– Нет. Что ты! Это же мобильник, не электрошокер. Хочешь, я подарю тебе телефон? Вот придём в город, я куплю его тебе. И мы сможем звонить друг другу.

– Ну, я это… Да… Согласен… А ты будешь стоять рядом?

– Э… Нет. Ты услышишь мой голос.

– А где будешь в это время ты?

– Там, где застал твой звонок, но ты услышишь меня.

– Ты захочешь разговаривать со мной?

– Конечно, я ведь сама предложила обменяться телефонами.

– Ты странная! Но с тобой интересно. И ты меня не боишься.

– Я странная? – спросила Флора. – Да я проста, как овощ, а вот ты… Я удивлена тому, как можно так законсервироваться! Хочу познакомить тебя с родителями, а то они моим рассказам не поверят. Когда они приедут, весь дом завалят подарками: мобильниками, электрошокерами. Всем, чем ты захочешь.

– Эшокер не нужен. Я не убийца!

– Ты живешь в лесу. Страшно! Вдруг зверь нападёт?

– Зверь? Нападет? На меня?

– Ну да. Ты же сам говорил, что здесь много хищников!

– Есть. Как только ты уснула, я пошёл искать….

– Кого?

– Твоего харлуга по кличке Электричка. Где ты его потеряла?

– Всё! Больше не могу, – плача от смеха, прохрипела Флора, представив, как парень бродит по лесной чаще и зовёт электричку: – Тебе же надо на эстраду! Ты прирождённый комик!

– Чем я тебя так насмешил? – опускаясь на корточки рядом с девушкой, удивился парень.

Размазывая по щекам слёзы, выступившие от смеха, Флора глядела на его простодушно-непонимающее лицо.

– Прошу тебя, перестань меня смешить. Я уже не могу стоять на ногах, – всхлипывая, простонала девушка.

– С тобой всё в порядке? – насторожился парень.

– Конечно. Мне так хорошо давно не было! Ой! Вот она!

Хитар отскочил от Флоры на добрых полметра, озираясь по сторонам.

– Кто? Электричка?

– Да ты что! Какая электричка? Трава! Дед её изучал! Она нужна для лекарства Фроське! Лисятам молоко будет! – радостно прокричала девушка и побежала к зарослям сероватой травы с мелкими жёлтыми цветками, собранными в метёлки.

– Твой дедушка тоже здесь?

– Нет. Дедушка давно умер, – отмахнулась Флора.

Она достала из рюкзака гербарную сумку и уложила так долго разыскиваемое растение.

– Ты говоришь с мертвыми по мо–биль–нику? – осторожно спросил Хитар.

– С какими мёртвыми?

– Ну, с дедушкой?

– Ты что! Как я с ним могу разговаривать! Я же сказала, что он умер!

– Тогда он является тебе во сне?

– Кто?

– Дедушка.

– Слушай, что ты такой бестолковый? Дед мой изучал лекарственные растения. Вот его книга! Смотри! Здесь изображена трава, которую я нашла. Ни по мобильнику, ни во сне я с дедом не связывалась. Понятно? – потеряв терпение, отчеканила Флора.

– А Фроська, которой нужно лекарство. Это кто?

– Лиса. Она в зоопарке живёт. Зовут Фроська. У неё пропало молоко, а лисята маленькие. Вот я и хочу сделать лекарство, чтобы молоко у Фроськи появилось. Ясно?

– А как же этот… шокер, с помощью которого ты убиваешь животных и людей?

– Причем тут электрошокер? Он не убивает, а пугает устрашающим треском, электрическим разрядом на концах электродов и дает время для бегства.

– А потом?

– Если коснуться электрошокером, то человек ощутит боль, упадёт, но потом как ни в чём не бывало встанет и пойдет по своим делам.

– Как ни в чём не бывало, – нерешительно улыбнулся парень.

Он энергично руками взлохматил свою серебристую шевелюру, а затем неожиданно погладил Флору по голове.

– Это просто здорово, что как ни в чем не бывало…

– Ага, замечательно, – осторожно отошла от него девушка, подумав: «Жаль, что я раньше не интересовалась внутренним миром сумасшедших».

Вслух доброжелательным тоном она спросила:

– Теперь, когда мы всё выяснили, ты меня проводишь до города?

– Да. Вот только захвачу кое-что.

– Долго идти?

– Я бы дошёл к завтрашнему вечеру, а с тобой придётся идти дольше, – ответил парень и скрылся в домике.

Поэтому он не увидел появившегося на лице Флоры выражения высшей стадии изумления.

– Ну и ну! – только и произнесла поражённая до глубины души девушка.

Когда Хитар появился на пороге домика с большим мешком за плечами, Флора уставилась на его босые ноги.

– Ты босиком пойдёшь в город?

– Я всегда хожу босиком.

– Тебе виднее. Идём быстрее, – поторопила она, – а то мои родители поднимут на уши всех, разыскивая меня. А что у тебя в мешке?

– Шкуры силов. Ты не должна спать на земле, – произнёс Хитар.

– Что ты ещё взял с собой?

– Ничего. Всё остальное есть в лесу, – ответил парень, углубляясь в чащу.

Флора шла и удивлялась тому, что постоянно ей встречались неизвестные растения, а уж в своих ботанических познаниях она не сомневалась.

– Ну, и что это за растение? – спросила она, разглядывая сорванную ветку.

– Брось! Она ядовитая, – резко приказал Хитар, вырывая из рук растение и с досадой говоря: – Какая ты травница, если ядовитую сель не знаешь.

– У нас такое растение не встречается, – мрачно ответила Флора.

– Ты жила в пустыне, где мало растений?

– Скорее, в каменных джунглях.

– Одни камни и никаких растений? Как же ты стала травницей?

– По рассказам людей и засушенным растениям, – язвительно произнесла Флора.

Два часа шли молча. Флора считала, что регулярные занятия лыжами, плаваньем и конным спортом, позволят быть готовой к любым физическим нагрузкам, но теперь ей приходилось напрягать все силы, что бы не отстать.

Хитар ловко двигался меж кустов и деревьев, казалось, что они раздвигаются и пропускают его, в то время как перед ней смыкаются, цепляясь за одежду.

Рюкзак тяжелел с каждым шагом.

– Давай поменяемся мешками? Мой легче. – предложил Хитар.

Девушка согласилась, она положила рюкзак на землю и на глаз увеличила длину лямок. Хитар перевязывал верёвку мешка. И тут Флора ощутила знакомый запах: так пахла разогретая на солнце шерсть её любимицы – Фроськи, которую она вырастила, в вольер к которой приходила в зоопарке.

Девушка с улыбкой вспомнила, как садилась на маленький пенёк, а лисичка забиралась на колени…

– Ты что делаешь? – хриплым шёпотом внезапно спросил Хитар.

Флора открыла глаза и, увидев расширившиеся жёлтые глаза парня, поняла, что ласково перебирает волосы парня.

Девушка густо покраснела и несвязно объяснила:

– Ой! Извини, пожалуйста, я вспомнила Фроську, дом…

Не глядя на неё, Хитар пошёл вперед. Но подойти ближе, чем на десять метров, она не могла. «И чего возмутился? Меня, значит, можно гладить по голове, а его – нет. И что такого я сделала? Ну, погладила, так не укусила же».

Флора устала и почувствовала голод. Когда в очередной раз едва удержалась от падения, зацепившись за сухую корягу, не выдержала и жалобным тоном попросила:

– Я устала и есть очень хочется.

– Ты ведь торопилась? – удивился Хитар. Казалось, он весь день отдыхал, а не проделал трудный путь через густой лес. Его бодрый вид резко контрастировал с взмыленной растрёпанной и тяжело дышащей Флорой.

– Если мы будем так нестись по кустам без отдыха и еды, меня надолго не хватит.

– Ладно, устроимся вот здесь. Тут ручеек есть и валежника сухого много. Разведёшь костёр пока я охочусь?

– Конечно, – девушка щёлкнула зажигалкой, появился маленький язычок пламени.

– Волшебство! – с детским выражением восторга на лице произнёс Хитар.

– Обычная зажигалка. Вот смотри, если нажать на этот рычажок резким движением, то зажжётся огонёк. Флора вложила зажигалку в руку Хитара и показала, что нужно делать.

– Это амулет?

– Нет. Газовая зажигалка. Когда мы придём в город, я её тебе отдам.

– Отдашь? Просто так?

– Конечно. Мы же друзья!

Хитар помолчал и после минутного раздумья спросил:

– Ктароса или френсля поймать?

– Решай сам, – дипломатично ответила Флора.

– Хорошо.

Когда костёр разгорелся, вернулся Хитар, держа в руках пёстрых птиц, размером с курицу.

– Это ктаросы?

– Нет, френсли. Сейчас зажарим их на вертеле!

– Ты замечательный охотник! Так быстро нашёл добычу, – восхитилась девушка.

– Это может сделать каждый щенок, – пожал плечами Хитар, но было видно, что похвала ему приятна.

– Я раньше таких птиц не видела, хотя два года работала в зоопарке, а уж там-то полно редких птиц и животных. Знаешь, за последние два дня постоянно встречаю незнакомых животных и растений.

– У тебя тоже есть вещи, которые я никогда не видел. Только это меня не удивляет, я раньше не встречался с магами, – произнёс парень, ловко ощипывая птиц.

Он нанизал тушки на гибкий прут, предварительно очистив его от коры, и повесил над потрескивающим костром.

– Ты считаешь меня магом? – удивилась Флора.

– Конечно, кто ещё забредёт в Азорский лес?

– Не знаю никакого Азорского леса. Просто заблудилась.

– Никто не может ходить по этому лесу, кроме лесных жителей и магов.

– Но ведь ты же живёшь в этом лесу. И ничего.

– Я родился и вырос в лесу.

– А я выросла в городе, но это не значит, что я – ведьма, – проворчала девушка.

Её спутник дипломатично сменил тему разговора.

– Если мы так медленно будем идти, то не скоро подойдём к стенам города.

– А мы идём самым коротким путём?

– Конечно. Я хочу увидеть твоих родителей.

– Я тоже, – вздохнула Флора.

Она порылась в рюкзаке и, достав мешочек с солью, протянула Хитару.

– Сетха!

– Соль!

–Ты хочешь разделить со мной сетху?

– Конечно, с ней же вкуснее. У меня ещё и сахар есть, хочешь? – спросила она, доставая коробку с рафинадом.

– Но ведь мы едва знакомы.

– Не знаю, сколько нужно знать друг друга, чтобы дать сетху. Ты уже трижды спас мне жизнь.

– Когда это я тебя спасал?

– Ты приютил, накормил, не дал отравиться, вырвав из рук неизвестное растение.

– Ну, если ты так серьёзно оцениваешь мою помощь, тогда… конечно…

– Ты, бросив все свои дела, помогаешь мне добраться до дома.

– Как не помочь? Ты такая маленькая…

– Ну ты прям как мои родители. Даже интонации те же. Я маленькая, но взрослая, смелая, сильная и ….

Флору остановил громкий смех парня, тот прислонился к стволу дерева, повторяя:

– Сильная, сильная…

Когда Хитар отсмеялся и успокоился, девушка обиженно вздохнула и сказала:

– Я считаю, что настоящие друзья не смеются друг над другом, а только вместе друг с другом. Получается, что мы просто знакомые.

– А ты хочешь стать моим другом?

– Конечно. Когда я с тобой, то чувствую себя защищённой. В наше время это редкость,– поняв, что разоткровенничалась, Флора переменила тему. – Слушай, всё хочу тебя спросить. Мы говорим на одном языке, а названия животных и растений разные. Ты не находишь это странным?

– Я тоже не понимаю, зачем ты придумываешь новые названия?

– Я придумываю? – изумилась девушка.

– Ну не я же, – улыбнулся в ответ парень.

Он снял одну из птичек с огня, бережно взял солонку и осторожно посолил, затем с удовольствием откусил почти половину.

– Ты уверен, что она прожарилась?

– Френсля можно съесть и сырым, – беспечно отозвался Хитар.

– Ясно. Горячее сырым не бывает, – сняв с огня птичку, отломила крылышко.

– Очень вкусно, спасибо! – произнесла Флора, когда от тушки остались одни кости.

У ручья, опустившись на колени, напилась воды. Вернувшись, увидела, что Хитар уничтожил следы их пребывания. На месте костра теперь была кучка поросших мхом валунов.

– Ты говорил, что здесь много хищников.

– И что?

– А я никого не видела.

– Ты же идёшь со мной. Это все знают.

– Ой! Погоди, пожалуйста, – она вытащила из рюкзака маленький пузырёк с жидкостью и протерла содержимым лицо и руки.

Хитар принюхался и чихнул.

– Ну и запах!

– Да уж, явно не «Шанель».

– Зачем ты натираешься какой-то дрянью? У тебя же такой приятный запах.

– Спасибо, конечно, за комплимент, но лучше противно пахнуть, чем быть съеденной заживо.

– Ты боишься, что я тебя съем?

– Да не ты, а противные кровососы, – сказала девушка, прихлопывая очередного комара, с завистью глядя на своего спутника: – Тебя они не трогают, а меня скоро сожрут.

Когда солнце скрылось, Хитар остановился и расстелил шкуры силов.

– Ложись спать. Ничего не бойся. Тебя никто не тронет. Я скоро вернусь.

– Куда ты?

– Охотиться.

– Ночью?

– Ночь – лучшее время для охоты. Странно, что ты этого не знаешь! Нужны припасы. Завтра будем проходить по чужим местам, охотиться без разрешения нельзя.

– А ты скоро?

– Я же сказал, никого не бойся. Это мой лес, – уверенно произнёс Хитар и бесшумно растворился в темноте.

– Да уж! Не бойся! Оставил девушку посреди леса на овечьей шкуре. Спи, говорит, тут полно хищников, но они не тронут, потому что это мой лес, – проворчала Флора, заворачиваясь в шкуру.

Тихо потрескивал костёр и, как это ни покажется странным, она заснула. Очнулась от ощущения, что рядом кто-то есть. Открыла глаза и увидела Хитара, сидевшего у костра.

– Охота была удачной?

– Принес сапиля! Представляешь, повезло. Они ведь не любят пастись у болот. Можно не беспокоиться, мяса хватит до города. А ты спи, завтра будем долго идти.

Девушка кивнула и уснула. Ночь прошла спокойно.

Когда проснулась, Хитар укладывал в мешок большие куски подкопченного мяса.

Он улыбнулся и сказал:

– А я собирался тебя будить.

Флора сбегала к ручью, умылась и привела себя в порядок.

– Я похожа на лешачиху, – с тоской прошептала она, глядя на отражение в воде, – волосы висят сосульками, под глазами синие круги, лицо покрыто царапинами, руки шершавые. Выдержу! Завтра к вечеру будем в городе.

дальше шли они без остановок.

Когда солнце поднялось над вершинами деревьев, Хитар бросил мешок у ног девушки и сказал:

– Подожди здесь. Надо предупредить о нашем присутствии.

Флора вздохнула и присела на поваленный ствол дерева, её радовала внеплановая передышка. Но вдруг совсем рядом раздался протяжный и громкий вой волка. Вскочив на ноги, тревожно оглянулась, ища Хитара. Спустя несколько секунд вой повторился, но уже дальше.

– Кажется, он уходит. А Хитара нет! Что я буду делать, если эта волчара нападёт?

– Всё хорошо, – позади неё раздался весёлый голос Хитара.

– Ты слышал вой?

– Да. Это значит, что можем идти дальше.

– Ты понимаешь язык животных! У нас тоже есть такие люди, но их мало, они жить предпочитают подальше от города.

– Живущие в городах люди сидят за каменными стенами и не слышат друг друга.

– Согласна! Попав сюда, поняла, что я так мало знаю, – она помолчала и добавила, – когда ты рядом, чувствую себя уверенно.

– Это правда, что ты захочешь увидеть меня?

– Конечно. Ты не представляешь, как мне влетит от родителей за отсутствие!

– Тебя будут бить?

– Лучше бы били, а то будут пилить, промывать мозги, вытрясут всю душу.

– Какие жестокие родители!

– Ну что ты, они меня любят.

– И это называется любовью? У нас не так. И потом я не знаю, что твои родители со мной сделают, – поёживаясь, ответил Хитар.

– Они будут рады видеть тебя. Ты надёжный, умелый, ловкий. Боюсь, ты не скоро от них сможешь вырваться.

– Они меня посадят на цепь?

– Нет. Они сами к тебе привяжутся. Ты всё сам поймешь, когда увидишь их.

– Странно, я раньше думал, что люди…

– Не надо обобщать. Нет только плохих и хороших людей, как не бывает монет с одной стороной. Вот и люди, в них столько намешано: трусливый человек может совершить подвиг, а хороший – подлость.

– Может, это и так, тебе видней. Я плохо их знаю, – уклончиво ответил Хитар.

– Чтобы понять и хорошо относится к людям, не нужно жить рядом с ними.

– Ты говоришь странные вещи. Как можно хорошо относиться к кому-то, когда его нет рядом?

– Это просто. Когда я вспоминаю знакомых, то думаю о них с хорошей стороны.

– В твоих словах есть смысл, но всё равно это странно.

– Люди – странные существа. Больше всего боли они причиняют тому, кого любят. Еще Артур Шопенгауэр говорил, что люди похожи на колючих дикобразов, они бредут по холодной открытой местности, им холодно, страшно, они жмутся друг к другу, чтобы согреться, и колют друг друга иголками.

– Мудрые слова сказал твой друг, – согласился парень, с интересом взглянув на девушку. – Отдохнула? А теперь пойдем.

– Он не только мой друг, он друг всем, он – философ и мудрец!

– Хотел бы я с ним познакомиться.

– Он давно умер.

– Как же покойник может быть чьим-то другом?

– Он оставил после себя книги.

– Как твой дед?

Флора решила сменить тему.

– Мы к вечеру подойдем к городу?

– Да, надо поторопиться! На ночь ворота закрывают, а под городскими стенами сидеть до утра не хочется.

– Закрывают ворота? – озадаченно переспросила Флора.

Внезапно вся полученная информация сложилась в общую картину. Она опешила. Внутри всё похолодело. Она осознала, что находится не в привычном мире, а в другом времени.

Девушка, конечно, читала фэнтези о попаданцах в другие миры, в которых герой становился обладателем сверхспособностей, великолепным воином, волшебником, совершал подвиги, но что бы попасть самой – это уж слишком!

– Как называется город, куда мы идём?

– Сегарда.

– Он так всегда назывался?

– Да. А он находится далеко от твоего дома?

– Не знаю, боюсь, я никогда не попаду домой…

– Попадёшь! В городе есть маг, он поможет тебе вернуться, – уверенно сказал Хитар.

– Выходит, у вас есть волшебники?

– А у вас нет?

– У нас в основном обманщики, выдающих себя за магов. Я, конечно, оптимистка, но что-то подсказывает мне, если бы ваши маги умели передвигаться между мирами, наверняка, у нас об этом бы знали, а так…

Флора долго молчала, с трудом приходя в чувство, а потом сказала:

– К тому же, мне нечем заплатить ему. Вероятно, маги берут за свои услуги много денег.

– У тебя нет денег?

– Есть. Вот смотри. – она достала из кошелька сто долларов и три тысячи рублей.

– Эти бумажки – деньги?

– В моём мире на эту сумму можно прожить несколько дней. Ладно, раз мы скоро будем в городе, надо использовать все возможности. Как говорится, будет проблема, то будем её решать. Схожу к магу, в библиотеку. Там видно будет.

– Странно. Для девушки ты слишком независима…

– Будем устраиваться на ночлег. Знаешь, мне неудобно, что только ты охраняешь. Давай так: полночи – ты, полночи – я.

– Замолчи! Вдруг Лесной Хозяин услышит? На весь лес смеху-то будет!

– Не хочешь, как хочешь, – проворчала Флора, укладываясь у костра. Но в эту ночь она заснула только под утро.

Глава 3. Как демоны напали на тюрьму

Если хуже некуда, значит, будет лучше!

из дневника N.N.

Когда показались высокие зубчатые городские стены, сложенные из неровных серых каменных блоков, поросших мхом, Флора тяжело вздохнула. Надежда на то, что она в привычном для неё мире, рухнула.

У больших деревянных ворот, окованных широкими полосками железа, прохаживались два стражника в одинаковых кожаных шлемах и доспехах с металлическими пластинками на груди, вооружённые длинными копьями и мечами, висящими в ножнах у пояса.

Один стражник был высоким и могучего телосложения, другой стражник ниже ростом и какой-то суетливо-вертлявый: не стоял на месте, он то и дело нетерпеливо оглядывался на ворота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.