# Четыре новых сказки из серии «Ребятам о зверятах»

Игорь Дасиевич Шиповских

Это сборник из четырёх ранее опубликованных поодиночке сказок, в которых говорится о приключениях забавных зверят. О том, как они преодолевают внезапно сложившиеся трудности, как с честью выходят из рискованных ситуаций, и как быстро могут сдружиться весьма юные и совершенно разные по своей натуре отроки природы. А действия этих крайне интересных и захватывающих историй происходят практически везде. Стоит только выбраться за город, как сразу начинаются невероятные чудеса. Природа щедро делится с нами секретами жизни своих подопечных, надо лишь приглядеться, и мы всё увидим… Иллюстрация обложки: автор текста – Игорь Шиповских

## Сказка о необычном крольчонке Ромашке и его приключениях

### 1

Как-то недавно, а может и давно, в одной небольшой скромной семье кроликов, которая проживала на широкой лужайке в тихом далёком лесу, появился весьма нетипичный крольчонок. Вообще-то крольчат появилось несколько, как это обычно и бывает у кроликов, но вот этот крольчонок удался не очень типичным, можно даже сказать незаурядным крольчонком.

Все остальные крольчата, как им и положено, ведут себя сообразно кроличьей породе: снуют по норке, пищат меж собой, трутся боками друг о дружку, ушками шевелят, тычутся своими смешными носиками в мамино брюшко, ищут молочка, а этот малыш держится особняком ото всех, вроде как отщепенец. Присел в сторонке, навострил ушки, ни к кому не лезет, не снуёт, не пищит, а лишь ёжится да жмётся к полу, словно исчезнуть хочет или сквозь землю провалиться.

По нему видно, что он здесь чувствуется себя, как не в своей тарелке, будто он тут чужой или боится чего, остерегается своих братьев. А те так и льнут к матушке-крольчихе, молочка у неё выпрашивают да тут же кушают. А как наедятся, сразу спят, носиками сопят. Ну а тот одиночка так и продолжает сидеть в сторонке; не то стесняется, не то скромничает, вроде уже и боятся-то некого, никто ему не мешает, братья-то спят, а он по-прежнему к матери не движется. Тут уж крольчиха не выдержала и взяла на себя инициативу, подскочила к нему и по-своему, по-матерински говорит.

– Ты чего это малыш со всеми вместе не ешь?… может, сил у тебя нет? или просто болеешь?… – спрашивает она, а крольчонок бедняжка ей в ответ лишь носиком шевелит и ничего не говорит, маленький ещё, не умеет. Тогда крольчиха нежность проявила, сама его к себе под брюшко подложила. И вот только теперь крольчонок принялся кушать, учуял молочко и давай питаться. Ну, недаром же кроличий род называется – млекопитающие.

Впрочем, на свете ещё много всяких видов животных относящихся к этой классификации; разные белочки, бурундучки, лисы, медведи, слоны, львы, обезьяны и даже океанические киты с дельфинами, хотя многие несведущие принимают их за рыб, что большое заблуждение. Но сейчас не об этом, а о милом крохе крольчонке, который вдоволь наевшись маминого молочка, так же, как и его братья сразу задремал. В конечном итоге в норке наступила тишина и спокойствие.

Правда это длилось не очень-то и долго. Едва мама-крольчиха успела сама перекусить свежей травки снаружи, как крольчата начали просыпаться и просить добавки. Естественно кормление продолжилось. Однако тот одинокий крольчонок по-прежнему оставался на старом месте, и, не мешая другим крольчатам, смиренно ждал своей очереди. И вскоре она подошла, братья-кролики быстро наелись и снова завалились спать, а мама опять взялась кормить его одного.

Крольчиха уже ни о чём не спрашивала своего одинокого сыночка, а просто кормила. Ну, подумаешь, хочет он питаться отдельно ото всех, ну и пусть питается, лишь бы не плакал и был сыт. Полагаю, такого же мнения придерживалась бы любая мать-кормилица. А потому всё дальше так и пошло, такой приём питания стал повторяться каждый день: сначала ели старшие братья, а уже затем отдельно кроха малыш. При этом матушка-крольчиха несколько раз всё же пыталась приучить сыночка к общему столу, но тот никак не стремился к остальным, так и держался особняком.

### 2

Меж тем время шло, и крольчата стали неизбежно подрастать. Они уже начали достаточно хорошо видеть, слышать и двигаться, чтобы выходить из норки наружу: поразмяться, прогуляться. Честно говоря, дома им было уже тесновато. Да и ребячий азарт в них проснулся, крольчатам было любопытно посмотреть на белый свет, на всё то, что находится за порогом их дома, ведь это так интересно изучать окружающий мир.

И всё бы хорошо, да только тот одинокий малыш так и продолжал сторониться своих братьев. Ну а те в свою очередь дружно веселились, бегали, скакали по поляне, и не преминули придумать своему особенному братцу обидное прозвище. Назвали его «ромашка» в честь цветков, которые росли на поляне поодиночке и казались крольчатам такими же смешными и жалкими, как и их братик.

И тут стоит заметить, что не только кролики страдают таким безобразием, как придумывать своим близким разные обидные клички, и среди людей тоже такое зачастую встречается. Бывает, держится особняком какой-нибудь робкий мальчуган от общей ватаги ребят, так его непременно назовут «маменькиным сынком», «очкариком» или «ботаником», хотя на самом деле он не тот и не другой, а просто ему больше по нраву одиночество. Есть такой тип людей, для них быть отшельником излюбленное дело. Им лишь бы сидеть где-нибудь в тиши в беседке, или на лужке в парке, либо в саду, да мечтать о чём-то светлом и прекрасном. И это нормально. Потом из таких одиночек вырастают либо поэты, либо учёные, либо просто хорошие, добрые романтики.

Вот и этот крольчонок тоже всё больше предпочитал уединённые прогулки и тихие вечера подальше от веселящихся, шумных братьев. Он вполне разумно и даже умиротворённо принял прозвище, которое дали ему братья. Более того, оно ему очень понравилось, он воспринял его как своё собственное имя, спокойно откликался на него и при этом не раз пошучивал.

– Ну и что такого в имени моём, подумаешь, меня зовут цветком, зато теперь никто ко мне не пристаёт и в поле бегать не зовёт!… – несколько рифмовано и даже поэтично радовался он своему одиночеству. Ему всё нравилось вокруг: и деревья с их зелёной кроной, и небо над ними, и густой кустарник по краям поляны, и сама поляна, и свежая трава на ней, которую можно было пощипать и сытно перекусить, или просто любоваться тем как её стебельки забавно колышутся на ветру. При этом случалось, он так увлекался и так далеко забегал, что маме-крольчихе приходилось неоднократно его искать.

Уж она и звала его, и кричала, и прыгала, и скакала по поляне, а он, устроившись где-нибудь в закутке, наблюдал, как стрекочет кузнечик, или как ползёт гусеница, или как муравей тащит груз, превосходящий его по весу в несколько раз. В общем, изучал природу. А со стороны всё это выглядело немножко смешно. Представьте себе картину – увлечённый сынишка-крольчонок зачарованно сидит где-то в кустах, а его мама скачет по поляне и зовёт его по имени.

– Ромашка!… Ромашка!… Ромашка!… – кричала она. И конечно незнакомые со всей подоплёкой обитатели леса могли бы подумать, что это какая-то впечатлительная крольчиха скачет по поляне и вдохновенно радуется цветам ромашкам, тут же растущим. Не правда ли, забавная картина, здесь есть над чем улыбнуться.

Однако самой маме-крольчихе в этот момент было не до улыбок, ведь, во-первых, это всё-таки лес и здесь полно всего страшного и опасного, взять хотя бы тех же хищников, они так и шныряют повсюду. А во-вторых, мама подчинялась инстинкту, и элементарно загоняла всех своих отпрысков на ночь домой. Вообще-то все мамы так делают вечером: и лосихи, и бобрихи, и слонихи, абсолютно все на ночь забирают своих детёнышей поближе к себе. И тут уж ничего не поделаешь, материнский инстинкт сильнее всех обстоятельств, и его следует уважать. Так что если вас мама зовёт домой, то это надо беспрекословно выполнять.

И, разумеется, маленький Ромашка, услышав, как мама зовёт его, тоже беспрекословно выполнял её требования, откликался и бежал скорей домой. Ну а когда вся семья собиралась вместе в норке, то тут же наступал мир и спокойствие. Никто уже не спорил, не ссорился, не обзывался, и все быстро засыпали до следующего утра. Правда Ромашка, как и прежде, держался чуть в сторонке, хотя тепла домашнего очага хватала и ему. Одним словом, всем было уютно и тепло. Таким образом, прошла ещё одна неделя.

### 3

За последние дни крольчата сильно подросли, похорошели и даже как-то возмужали. А надо заметить, что кролики вообще быстро растут и также скоро взрослеют. Впрочем, далеко не все одинаково, в этом есть свои нюансы, ведь порой недостаточно просто повзрослеть, надо ещё умудриться и поумнеть, а вот это не у каждого получается. Взрослеют многие, а ума набираются, к сожалению, единицы. И в этом случае всё было именно так. Старшие братья Ромашки держались все вместе. Вместе играли, безобразничали, шкодили, забавлялись, и конечно не очень-то старались получить хоть какие-то познания. Для них всякие там развлечения и игры были дороже опыта и обучения.

Зато Ромашка проявлял великую тягу к разным познаниям. И когда мама-крольчиха звала всех своих отпрысков, чтобы рассказать им о каких-нибудь важных, жизненных премудростях, то из всего выводка на её призыв откликался лишь один Ромашка. Остальные детки только махали лапками, мол, нам некогда, да продолжали проказничать на поляне, затевая всё новые игры. На что мама порой обижалась, а порой наоборот умилялась, и потихоньку замечала.

– Ну ладно уж, пускай наиграются всласть,… а о премудростях жизни я им потом расскажу,… всё у них ещё впереди. Вон, какие славные ребятишки, мои крольчишки… – улыбаясь, шептала она, и бралась воспитывать лишь одного Ромашку, который был только рад выслушивать мамины поучения, и к тому же успевал задавать ей ещё и свои вопросы.

– Вот ты мама говоришь, что в лесу много всяких опасностей,… и потому надо вести себя осторожно,… но я пока не видел ни одной, и братья тоже!… Вон они, уже который день бегают по поляне, носятся, забавляются, и ничего с ними не случается!… Да они даже не боятся ничего,… им всё равно,… так может, и нет их, этих опасностей!?… – вдруг как-то с утра спросил он у мамы, на что тут же получил подробнейшей ответ.

– Видишь ли, сынок,… всё бывает до поры до времени,… дело в том, что в лесу ходит множество всяких хищников желающих полакомиться нами, кроликами,… это и волки, и лисы, и рыси, и даже птицы, такие как соколы и коршуны!… Уж мы-то, взрослые кролики, хорошо об этом знаем!… Недаром же наш папа на всякий случай настороже стоит, когда твои братья на полянке играют!… Однако вскоре этого будет недостаточно, ведь пока мало кто в лесу знает, что вы у нас появились!… Ну а как слухи по лесу разнесутся, что вы уже есть, так сразу жди непрошеных гостей,… наведаются сюда хищники!… Вот потому-то и надо быть на стороже,… хотя мне и приятно смотреть, как пока беззаботно резвятся твои братья!… Я всё надеюсь, что успею их предостеречь,… пусть, пока маленькие, носятся, ведь впереди у них долгая и полная разных забот жизнь… – вновь поглядывая, как шалят её старшие детки, умилялась мама, на что уже Ромашка делал свои замечания.

– Но как же так,… получается, вокруг нас бродят всякие там лисы, волки, рыси, а братья веселятся,… но это же какое-то безрассудство, так нельзя!… Надо их немедленно предупредить и рассказать им об этих хищниках… – озабоченно протараторил он.

– Ах, Ромашка, да ты только посмотри, как они веселы и радостны,… жалко их тревожить,… пусть хоть ещё чуть-чуть поиграют!… А я пока расскажу тебе, какими коварными бывают эти самые хищники,… они могут обмануть тебя, завлечь к себе поближе и схватить,… тогда уж никак не выбраться!… А могут подкараулить и напасть из засады!… А ещё всегда надо помнить и твёрдо знать, что и коршуны с соколами не дремлют,… летают там высоко в облаках, да только то и делают, что высматривают себе добычу!… А потом камнем падают прямо на неё,… и горе тому, кто не успеет спрятаться от острых когтей охотника!… Вот так-то сыночек… – тут же добавила мама, отчего Ромашка даже заробел.

– Ой, я чего-то боюсь,… а вдруг этот коршун прямо сейчас смотрит с высоты на моих братьев и готовится напасть на них… – испуганно пролепетал он.

– Ну, нет, не бойся,… его сейчас в небе нет,… иначе бы мы его сразу заметили!… Впрочем, да хоть бы он и летал там, наверху, так всё равно не увидел бы твоих братьев,… во-первых, они пока ещё слишком малы, и легко сливаются с травой!… А во-вторых, вон видишь, как пышные ветки деревьев склонясь прикрывают нашу поляну,… с высоты не всегда и разберёшь, что тут происходит!… Зато вон там, дальше, где уже пошла зелёная долина к реке, есть места абсолютно не защищённые от глаз коршуна,… вот туда лучше не выбираться!… Ты понял меня, малыш?… – вдруг спросила мама.

– Да, это понятно,… но зато я не знаю, что мне делать, если увижу, допустим, волка или лисицу?… Что тогда, а?… – переспросил Ромашка.

– А вот это надо смотреть уже по ситуации,… либо убегать без оглядки, либо давать отпор!… Дело в том, что если хищник застал тебя в поле, то это одна тактика, тут надо как можно скорее бежать,… но при этом не забывать вилять, сбивать с толку преследователя,… тогда есть шанс спастись!… Или скажем, на тебя напали из засады, притом где-нибудь в кустарнике,… тогда следует прыгать прямо в кусты, в самую середину забиться,… ты маленький туда ты пролезешь,… а вот хищнику будет трудно достать тебя оттуда, прутья станут ему мешать!… Есть и ещё один вариант,… можно самому напасть на хищника, но это уже самый крайний способ, когда нет иного выхода!… вот так-то!… – быстро пояснила мама, но Ромашка чуток недопонял.

– А как это самому напасть!?… прямо так взять, и накинутся на волка или лису!?… да разве такое возможно!?… – удивлённо спросил он.

– О, ещё как возможно!… среди нас кроликов ходит легенда о том, как небольшой, но смелый отряд кроликов прогнал из своих владений целое людское войско!… – усмехнулась в ответ мама.

– А как это!?… как!?… расскажи!… – вмиг запросил Ромашка.

– Ну, хорошо, рассажу,… а было это так,… в те времена людьми правил великий император Наполеон,… ему подчинялись целые страны, он покорил множество разных земель и народов!… И вот как-то он со своим войском пришёл на наши земли,… решил обосноваться там,… начались разор и безобразия, чего не могли допустить отцы кроличьих семей проживающих на тех землях!… Они собрались воедино, сгрудились, и не стали бежать со своих владений, как это делали другие народы!… Нет, не о своём спасении беспокоились они, а будущих поколениях и отпоре врагу!… Наполеон же тем временем торжествовал,… он ехал в своей карете в окружении подданных солдат и чувствовал себя победителем!… Тут-то на него и налетели наши отважные праотцы!… это была моментальная атака!… Мы, кролики, если надо, то можем и кусаться, и царапаться не хуже любого хищника!… Тот бой был жестоким, много наших предков полегло,… но Наполеон дрогнул и запросил пощады,… не совладал бедолага, развернул карету и бросился наутёк,… и вся его армия за ним сбежала!… Так бесславно закончился его поход на наши земли!… И это исторический факт, а потому тебе следует гордиться победой твоих предков!… Мы кролики тоже сила, и с нами надо считаться!… – слегка задрав нос, в запальчивости вскликнула мама, на что Ромашка справедливо заметил.

– Так вот оно как,… выходит, мы не просто твари дрожащие, а можем быть и героями!… Таким, конечно, стоит гордиться!… – тоже воскликнул он.

– Да, сынок, тут есть чем восхититься!… А ещё в честь нас назвали целую страну,… и это Испания!… Всё дело в том, что когда первые люди ступили на берег новой земли, они сразу увидели там нас, кроликов, мы уже бегали там,… и тогда люди закричали «и-шпаним», «и-шпаним»!… А в переводе с финикийского языка это означает – берег кроликов, то есть наш берег!… Ну, и с того момента страну стали называть, Испания!… И это, безусловно, тоже наша гордость!… – ещё более восторженно добавила мама, отчего Ромашка даже запрыгал.

– Ура!… Ура!… В честь нас названа целая страна!… Как же это всё интересно и замечательно!… Ты мама у меня такая умная, и столько всего знаешь!… – определённо восхищённо заключил он.

– О да, сынок, я много чего знаю, а всё потому что, будучи ещё совсем маленькой, я слушала свою маму, твою бабушку, а уж она была наиумнейшей крольчихой!… И я с удовольствием её слушала!… – вмиг отозвалась мама.

– И я!… И я стану тебя слушать!… И я буду много всего знать!… – радостно воскликнул Ромашка. Однако дальше им порадоваться не удалось, вдруг с поляны примчались братья. Они так набегались и наигрались, что просто зверски проголодались. Мало им того, что они уже на лужайке пощипали травки, так им ещё и маминого молочка захотелось. Ну и конечно мама повела их кормить. Ромашка вновь остался один-одинёшенек, предоставленный сам себе.

Но и ему нашлось, чем заняться. Скучать он не собирался, взял да поскакал на противоположную сторону поляны, в ту её часть, откуда открывался шикарный вид на долину к реке, про которую говорила мама. Ромашке неожиданно захотелось посмотреть на неё. Хоть он и раньше уже там бывал, и не раз заглядывался вдаль, его всё равно туда тянуло. А теперь, после маминого рассказа о величии кроликов, ему стало особенно интересно посмотреть на всё по-иному, новым пытливым взглядом любопытного исследователя.

### 4

В считанные мгновения, всего за несколько десятков прыжков, Ромашка, быстро очутился на краю поляны, как раз там, откуда брала своё начало обширная речная долина. Первым делом Ромашка взглянул вверх, в небо, опасливо предполагая обнаружить там парящего коршуна, после разговора с мамой он стал более осторожен. Но кроме белых облаков и прозрачной, озарённой полуденным солнцем сини, он там ничего не увидел. Вероятно, коршун взял перерыв и теперь отдыхал где-нибудь в тени подальше от палящих солнечных лучей. Уж что-то сегодня было слишком жарко.

Впрочем, Ромашку это мало волновало, ведь он постоянно прятался в сени кустарников и ветвистых деревьев обдуваемый лёгкой прохладой от земли. Однако эта же близость к земле и не давала Ромашке особенно заглянуть вдаль, туда ближе к горизонту. В небо-то смотри, сколько хочешь, обзор хороший, а вот вдаль неловко, мешает трава, уж больно она подросла, вымахала, а Ромашка по сравненью с ней всего лишь маленький крольчонок крохотного роста. Плохо ему из-за неё видно, приходится подпрыгивать, чтоб вдаль посмотреть. Но много не напрыгаешься, лапки устают.

И тогда Ромашка решил забраться на кустик повыше, ведь мама говорила, что в особых случаях так делать можно. Ну, он и вскарабкался на ближайший кусток. С веточки на веточку, да повыше. И тут ему такой роскошный вид открылся, что просто чудо. Сидит он на кусточке, а перед ним красота ненаглядная, прямо залюбуешься: море зелёной травы, сплошь украшенной полевыми цветками, и обрамлённой стеной леса, ажурной полоской уходящей вдаль к голубой ленте-реке. Ну, естественно Ромашка залюбовался всем этим великолепием.

А меж тем его братья опять вышли на поляну поиграть, снова затеяли свою возню и забавы. Правда, на этот раз они были без сопровождения папы-кролика, который обычно следил за их безопасностью, он остался дома, помогать маме наводить порядок. Убираться в норке обязательно надо. А в это время Ромашка так расслабился, так умиротворился, что чуть не задремал и с веточки не упал. Но быстро спохватился и за сучок лапкой зацепился. Встряхнул головой и опять залюбовался, вновь вдаль глядеть собрался. И тут вдруг видит, к их поляне через поле вдоль леска крадётся лиса. Разумеется, Ромашка сразу её узнал, ведь мама ему не раз описывала её всю в подробностях: и рыжая шёрстка, и хвост пушистый, и ушки чёрные торчком. А что уж говорить о её повадках, лиса известная хитрованка, такие козни строит, что любого обманет, окрутит.

Так что Ромашка вмиг насторожился и принялся наблюдать, что будет дальше. Конечно, ему бы лучше сразу тревогу поднять, бежать всех предупредить, но не надо забывать, что он сидел на самой верхушке куста, а оттуда спускаться не так-то легко. Ромашка просто не успел бы предупредить своих близких, пока бы он спустился, пока бы добежал, времени уйма ушла бы, ведь лапки-то у него маленькие, совсем крохотные, много не набегаешь. А вот лиса успела бы его перехватить, потому ему и пришлось с высоты за плутовкой наблюдать. Ромашка правильно рассудил, что остался наверху, тем более папы-кролика на поляне не было и защитить малышей некому.

Меж тем лиса времени зря не теряла и всё ближе подкрадывалась к поляне, на которой в этот момент безмятежно веселились братья-крольчата. Положение становилось напряжённым, надо было срочно что-то предпринимать. И Ромашка наконец-то решился на радикальные меры. Он набрал полные лёгкие воздуха и уже собрался закричать братьям о грозящей им опасности, как тут случилось непоправимое, вместо зычного крика у него вырвался всего лишь негромкий писк, и он нисколько не повлиял на обстановку царившую на поляне, братья просто не услышали его.

Хотя чего уж лукавить, толк с его писка всё же был. Лиса слегка напряглась, видимо всё-таки что-то услышала, уж слух у лис великолепен. Плутовка приостановилась, повела носом воздух и прислушалась. Этой паузы хватило, чтоб Ромашка вновь набрался духа и опять решил закричать. Он был готов обнаружить себя, пожертвовать собой, лишь бы братья сбежали и остались целы, спаслись от лисы.

Однако пожертвовать собой ему не пришлось. Лиса вероятно почуяв, что её рассекретили, резко переменила свою тактику, моментально повернула к лесу и скрылась в его зарослях. Вот она была, и вот её уже нет. Ромашка перевёл дыхание и стал потихоньку спускаться с куста, времени это у него заняло предостаточно, аж целых пять минут, да это и понятно, ведь переволновался, к тому же тряслись лапки, и пересохло в горле. Впрочем, едва он достиг земли, как тут же скорей помчался к своим братьям поделиться с ними всем пережитым.

– Ой, что сейчас было!… вы не поверите!… Я видел, как к нашей поляне подкрадывалась лиса, самая настоящая!… Вы должны быть осторожны иначе быть беде!… – подбежав к братьям, встревожено заголосил Ромашка, но те лишь подняли его на смех.

– Ха-ха-ха,… кто!?… ты!?… ты видел лису!?… Да как так!… ты же вон какой маленький, откуда тебе её увидеть!… ха-ха-ха!… Да вы только посмотрите на нашего тихоню одиночку,… он вдруг решился к нам подойти!… Ну, неужто ты и вправду думаешь, что мы тебе поверим!?… ха-ха-ха… – прихохатывая разгалделись братья, издевательски подтрунивая над Ромашкой.

– Но это правда!… я её видел!… Остерегайтесь её, она очень коварная!… – надсаждая голос, протараторил он, стараясь урезонить братьев, но они вновь высмеяли его. И тогда Ромашка решил обо всём рассказать родителям, папе и маме, предупредить их, раз братья ему не верят. Он скорее ринулся к норке и уже почти добежал до её порога, как услышал тихое попискивание, очень напоминающее призывный, родительский клич кроликов. Родители иной раз так подзывают своих отставших на прогулке крольчат. Что-то среднее между посвистыванием и щёлканьем.

От такого призыва ни один крольчонок не устоит. Даже Ромашка впал в некоторое оцепенение, ему вдруг показалось, что мама зовёт его из кустов. И если бы он не знал, что мама в этот момент точно находится с папой дома, то непременно подумал бы, что она сейчас там, в кустах. На какую-то долю секунды он даже засомневался, и чуть не бросился в эти самые кусты, но вовремя спохватился и остановился. Зато его братья, без всякого сомнения, кинулись на призывное попискивание. И тут же до Ромашки дошло, что это хитрая плутовка лиса подражает его маме, заманивая братьев в ловушку, а те, словно зачарованные идут на этот обман. Раздумывать было некогда. Промедление в таких делах, подобно смерти.

– Так, если я сейчас кинусь домой за родителями, то лиса наверняка успеет заманить братьев, уведёт их подальше и схватит!… А если я сразу брошусь им наперерез, то может, ещё успею помешать планам лисы!… – мгновенно пронеслось в голове у Ромашки, и он выбрал второй вариант. Тут же бесстрашно ринулся наперехват убегающим в кусты братьям.

### 5

А тем временем, поменявшая тактику лиса, своим притворным писком увлекала крольчат всё глубже и глубже в чащу леса. Они следовали за ней безропотно и добровольно, словно глупые мухи, летящие в сети коварного паука. Ромашка оказался прав, он разгадал хитрость лисы, ведь сначала она действительно хотела подкрасться и напасть на крольчат из засады. Схватить сколько успеет и убежать. Но Ромашка, сидя на кусте всё же спугнул плутовку. И тогда она, изобразив кроличьей материнский писк, стала заманивать беспризорных крольчат подальше в лес, где запросто могла бы всеми ими полакомиться, и никакие родители уже не успели бы встать на их защиту.

Ух, и хитрющая же плутовка, не стала рисковать собой, побоялась, ведь кролики-родители, защищая своих малышей, могли бы и покусать, и поцарапать её, их сопротивление было бы жёстким. А тут заманила детёнышей подальше в лес и никакого тебе сопротивления, несколько вкусных пушистых комочков сами идут тебе в зубы. Однако лиса, какой бы плутовкой ни была, не учла боевого настроя маленького братика этих пушистых комочков. А уж он был настроен решительно, ведь заранее знал от мамы обо всех лисьих хитростях и коварствах.

К тому же мама ещё и рассказала Ромашке, какими смелыми и отважными могут стать кролики в трудную минуту, и это, несомненно, вдохновило его. Ромашка невзирая на размер своих крохотных лапок мчал по следам братьев не жалея сил. Скакал и прыгал, как самый настоящий взрослый крольчонок. Пробирался сквозь препоны и препятствия несмотря ни на что: перелазил через громадные сучки валежника, покорял глубокие рытвины и ухабы, продирался через сплетённые заросли травы и кустов. Шёл напролом, не зная усталости.

И вот наконец-то Ромашка достиг цели, выскочил на небольшую опушку, где перед ним открылась ужасная картина. Лиса распрямившись во весь рост, уже раскрыла своё коварство, грозно вглядываясь в глаза оторопевших крольчат. Широко раскрыв пасть, оскалив зубы, она собиралась проглотить сразу всех братьев, ведь они так кучно и близко стояли перед ней. Прямо под самым носом. Ещё бы секунда и лиса сомкнула челюсти, тогда уж точно её длинная пасть уничтожила бы весь кроличий выводок. Ух, прожорливая плутовка, всё бы ей своё чрево услаждать.

И опять-таки у Ромашки не оставалось времени на долгие размышления. Решать надо было немедленно. И тогда он, хорошо помня о наставлениях мамы, что есть прыти скаканул прямо на хитрую лисью морду. Такой прыжок он проделал первый раз в жизни, настоящие достижение. Своими растопыренными лапками Ромашка попал лисе точно в нос. Ещё мгновение и он изо всех сил впился зубами в его чёрный кончик. О, это был укус, каких ещё не знал кроличий род, так укусить, ещё надо постараться.

Лиса вместо того, чтоб сомкнуть челюсти, наоборот только ещё шире их раскрыла, и взвыла, словно ей медведь на хвост наступил. Наверное, весь лес слышал её пронзительный вой. Такого фиаско лиса, конечно, не ожидала, а потому в туже секунду попыталась стряхнуть с носа Ромашку. Но он лишь ещё сильней стиснул зубы, у лисы от этого даже глаза на лоб полезли, и тут уж не понятно от чего больше; то ли от резкой боли, то ли от удивления, что этот маленький, пушистый комочек может принести ей столько страданий. А боль действительно была ужасной, такой боли лиса не испытывала никогда. А виной всему был крохотный, отважный крольчонок, который внимательно слушал мамины поучения, вот уж воистину настоящая сила знаний.

Лиса не могла уже терпеть эту боль и кинулась бежать со всех ног, ни о какой трапезе маленькими крольчатами теперь уж не было и речи. А Ромашка почувствовав, что лиса сдалась и бежит прочь, не стал более сдерживать её и разжав зубки, ловко отскочил в сторону. Отчего лиса помчалась только ещё быстрей, без оглядки, лишь пятки засверкали. Ромашка же легко, словно пушинка приземлился на мягкую лесную подстилку. Мигом отряхнулся, обнюхался, установил своё местоположение в лесу, выбрал направление, и скорей поспешил обратно домой. А уж там его ждал самый, что ни на есть тёплый приём. К той минуте как он подбежал к поляне, его братья уже успели вернуться домой и рассказать родителям что произошло. А было это примерно так.

– Ой, только что наш Ромашка напал там, в кустах, на лису!… Он нас предупреждал о ней, но мы ему не поверили!… Она нас в чащу заманила!… А он как вцепится ей в нос!… А она бежать!… Унесла его в лес!… Ой, какое несчастье!… – затараторили они наперебой, представляя картину случившегося по-своему. Разумеется, родители сразу всполошились, повыскакивали наружу, и уже было ринулись спасать своего крошку Ромашку, а тут он им сам навстречу из кустов выбегает. Ну, они конечно сходу к нему с расспросами.

– Как ты!?… Что с тобой!?… Ты не ранен!?… Всё ли в порядке!?… Не тронула ли тебя лиса!?… И где она сама!?… – тоже наперебой лопочут, гомонят, да осматривают своего храбреца, беспокоятся за него. Тут и братья повыскакивали, и тоже все в панике, переживают, волнуются. Но Ромашка их мигом успокоил, быстро рассказал им, как всё было на самом деле. После чего уж мама-крольчиха расцеловала его всего, а папа-кролик гордо заявил.

– Вот что значит воспитанный и обученный крольчонок!… Он знает, как и за себя постоять, и как братьев из беды выручить!… Молодец, Ромашка!… – торжественно заключил он и тоже поцеловал сынишку. Ну а дальше уже братья-кролики взялись поздравлять Ромашку с победой над лисой. Все дружно без всяких обид и укоров. Одним словом этот случай стал для всех хорошим уроком.

И с этого дня уже никто, ни лиса, ни волк, ни даже рысь, не нарушали спокойствие на кроличьей поляне, потому как по лесу моментально разнёсся слух об отважном и смекалистом защитнике этих мест, крольчонке Ромашке. Вот и выходит, что порой лучше лишний раз послушать умные советы мамы, чем без толку носиться по улице, ведь ниши мамы самые мудрые люди на свете, и никогда ничего плохого нам не посоветуют…

Конец

## Сказка о юном лисёнке Огоньке и его трогательном отношении к маме

### 1

Практически каждый из нас знает насколько милыми и очаровательными могут выглядеть рыженькие, пушистые лисята, да и взрослые лисы тоже, хотя они весьма хитрые и порой даже чересчур коварные существа. Кстати, по этому поводу есть множество баек и историй, а уж сколько фильмов и мультиков снято на эту тему, и не счесть. Лисье плутовство всегда было лакомым куском для сюжетов многих картин. Впрочем, коварство и вероломство лисьей натуры востребованы не только в кино, но и во всех прочих видах искусства, притом во все времена.

Однако мало кто замечал, какими заботливыми и преданными родителями могут быть эти неординарные лесные обитатели. А ведь в местах, где они проживают, иной раз встречается огромное количество всяких ловушек и препон, в которые с лёгкостью могут попасть маленькие лисята. И вот тут-то им на помощь всегда придут их внимательные и крайне бдительные родители. Хотя надо отметить, что и о подобных ситуациях тоже существует немало интересных историй.

И вот одну из таких историй мне недавно рассказал мой знакомый зайчонок Зайчишка, о котором я уже не раз упоминал в своих сказках. Мы с ним частенько встречаемся в лесу, где я люблю прогуливаться, тогда-то он мне и рассказывает что-нибудь новенькое. Ну а на сей раз это была история о маленьком лисёнке Огоньке и его маме. Разумеется, все уже поняли, отчего лисёнок получил такое яркое имя, ведь лисы имеют броский, рыжий окрас, а у Огонька он был особенно отчётлив. И конечно мама сразу назвала его столь живописным именем.

– Ах, какой же ты у меня рыженький получился,… прямо как пламя от костра,… тебя будет видно издалека, когда ты вырастишь,… станешь всех пугать своей ослепительной шкуркой,… звери в лесу будут думать, что к ним приближается пожар!… Хотя возможно к тому времени ты изменишься и поблёкнешь,… но, а сейчас я всё равно назову тебя Огонёк!… – решила мама, и с этого момента так и повелось, едва, кто в лесу замечал маленького лисёнка, как тут же начинал кричать.

– Огонёк!… Огонёк идёт!… – и будь то барсучата или бурундучата, а может и зайчата с бобрятами, все отныне стали называть его Огонёк. А надо заметить, что с момента рождения Огонька прошло совсем немного времени, всего-то несколько месяцев. Но лисята растут весьма бойко и быстро, так что летом уже весь лес знал о нём. И мама была права, многие из обитателей леса путали Огонька с первыми признаками пожара. Заметив среди зелёной растительности ярко-рыжий комок, они тут же начинали паниковать и кричать, «пожар-пожар».

Хотя это был всего лишь Огонёк, пробиравшийся средь кустов поиграть. А уж играть-то он любил больше всего на свете, даже больше чем плотно перекусить или полакомится спелой ягодкой, которой росло повсеместно великое множество. Лес просто-таки кишел ягодами и грибами. К тому же ещё и ароматными, вкусными корешками молодой растительности, их тоже имелось несчётно, а уж это излюбленное лакомство лесной детворы. Вот в таком изобилии и жил Огонёк. Притом ни он один, а практически все обитатели леса. А потому ни у кого и никогда не возникало никаких распрей из-за съестных припасов.

Все жили мирно, спокойно, и даже дружили меж собой. Например, зайчата дружили с бельчатами, бурундучата с мышатами, волчата с медвежатами, утята с бобрятами, лосята с оленятами, а кабанята с барсучатами. Ну а наш Огонёк дружил со всеми сразу, уж такой общительный он был. А оттого у него имелось много всяких развлечений: с бурундучатами он играл в салочки, с медвежатами и лосятами в догонялки, с мышатами и бельчатами в прятки, а с зайчатами и оленятами в чехарду.

### 2

Но особенно Огоньку нравилось общаться с бобрятами. И в этом была своя исключительная изюминка, и конечно заключалась она в небольшом водоёме озерце, что возникло благодаря крепкой запруде-плотине, которую воздвигли родители бобрят на скромной лесной речушке. О, у них получилось великолепное озерцо, прямо-таки роскошный пруд со своими водолюбивыми обитателями: разными уточками, бекасами, лягушками, цаплями, и естественно рыбками, коих развелось тьма тьмущая, несчётные косяки всяких мальков.

И вот они-то эти вездесущие мальки весьма интересовали Огонька. Честно говоря, он иногда любил ими полакомиться, ведь рыбка известная приманка для лисьего рода, и про это тоже существует много разных сказок и баек. Но как бы там ни было, в основном Огонька манила, разумеется, просто водная гладь, он в отличие от своих собратьев обожал порой искупаться в озерце, особенно в сильную жару, какой летом возникает немало. Правда, плюхался Огонёк всё больше на мелководье, вдаль не заплывал: во-первых, там глубоко, а во-вторых, он плавал очень плохо, практически не умел, лишь чуть-чуть, «по-собачьи». Естественно его друзья бобрята всегда были рядом с ним и вместе веселились.

– Давай-давай!… поплыли, искупаемся!… смотри, как мы ныряем!… А если мы так можем, то и у тебя получится!… – не раз зазывали они Огонька плавать с ними на глубине, но он помнил наставления мамы, и остерегался пускаться в дальние плавания. А мама, кстати говорила, вернее, строго предупреждала, что для ныряния под воду надо иметь точно такие приспособленные для этого ушки, как и у бобрят, а иначе в них наберётся вода, и они заболят. Проще говоря, лисицам никак нельзя нырять с головой, ведь это может кончиться весьма плачевно. И Огонёк всегда придерживался этого правила. Впрочем, до определённого момента.

Как-то с ним произошла очень неприятная история. И ещё неизвестно чем бы она закончилась, если бы рядом по чистой случайности не оказалось его мамы. А произошло это во второй половине дня уже ближе к полднику. Огонёк как обычно проводил время со своими друзьями бобрятами на озере. В этот раз они затеялись поплескаться на мелководье недалеко от бобровой хатки, их дома. Между прочим, стояла сильная жара, почти пекло. Так что охладится в водице, было вполне резонным желанием. Однако, то ли по своей молодости, то ли по наивности и неопытности, бобрята не учли одного серьёзного нюанса.

Оказывается, на подступах ближе к самой хатке мелководье резко заканчивалось, и обрывалось вниз, вглубь, на дно. Иными словами возле жилища бобров происходил резкий перепад глубин. И это сделано специально, ведь вход в хатку у бобров находится под водой, и чтоб попасть в него следует подныривать, а для этого нужна глубина. Вот к ней-то, к этой глубине, как раз и приблизились бобрята. Притом не нарочно, а просто заигрались, не заметили в азарте игры, где какая глубина. Тут всё элементарно, на мелководье можно спокойно плескаться, не думая ни о чём, что бобрята собственно и делали. Огонек, конечно, не собирался ни в чём уступать своим друзьям, и плескался наравне с ними, только по наказу мамы не мочил ушки и голову, а в остальном барахтался и брыкался не меньше бобрят.

Но вот в какой-то момент вся гурьба ребятишек невольно перекочевала на место подводного склона резко уходящего на глубину. Естественно бобрята даже и не заметили этого перепада, они просто стали интенсивней работать лапками, у них чётко сработал инстинкт. Тогда как Огонек, не ощутив под собой надёжной опоры, мигом всполошился.

– Что это такое!?… где дно!?… куда земля подевалась!?… я не стою на ней!… ой-ой, мне кажется, я погружаюсь!… – испуганно вскрикнул он, а бобрята, в пылу игривой возни, восприняли его окрик за шутку.

– Ха-ха-ха!… смотрите-ка, он над нами ещё и подтрунивает!… Собрался на нас страху нагнать,… погрузиться он решил,… ха-ха-ха!… Ага, как же, так мы тебе и поверили!… хи-хи-хи!… – не осознавая надвигающейся беды, завосклицали бобрята. Огонёк уже начал тонуть, забился в истерике, но друзья опять восприняли это за розыгрыш, они поверить не могли, что он настолько не умеет плавать. И вот здесь произошло то, чего никто никак не ожидал. На берег вдруг вышла мама Огонька, она как раз пришла звать его на полдник, уж так у них было заведено.

Впрочем, тут нет ничего удивительного, такое встречается повсеместно, почти каждого из нас мама в нашем детстве вот так же разыскивала во дворе и звала домой на ужин или обед. Так что мама Огонька ничем не отличалась от всех остальных мам. Правда она своим лисьим чутьём мигом поняла, что на озерце творится что-то неладное. Огонёк в это время уже не кричал, а барахтался изо всех сил, неотвратимо уходя под воду. На поверхности торчали лишь его ушки да кончик носа. Ещё бы пару секунд и он точно утонул бы, хотя бобрята по-прежнему продолжали играться, не понимая, что происходит.

Но маму не проведёшь детской бесшабашной вознёй, она вмиг осознала, какая опасность грозит Огоньку. Всего несколько стремительных, пружинистых, лисьих прыжков и мама уже тащила с глубины насквозь промокшее тельце своего непутёвого сынишки. Откинула беднягу на берег, мигом схватила его за задние лапки, тут же вытряхнула из ушек успевшую набежать туда воду, и, перевернув, прижала его к себе. Всё произошло мгновенно, но Огонёк был спасён.