# Танго с демоном. Танго эсценарида

Галина Гончарова

В Римате неспокойно? Спокойствие туда и не приходило. Зато приехал наконец наследный принц. Ему пора принимать корону и садиться на трон. И у всех свои планы на предстоящее торжество.
Наследник планирует короноваться.
Его родственники устроили заговор.
Мединцы мечтают о возвращении демонессы.
Работорговцы ловят добычу, в надежде на хороший улов.
И только три подруги ничего не планируют. Они просто влюблены и собираются замуж. Им кто-то мешает? Ах, мединцы, заговор и работорговцы? Что ж, вы сами напросились. Шаманы и маги шуток не понимают, и останавливаться не собираются. А если уж работорговцы похитили мага, то сами и виноваты. Мединцы-то могут еще исправиться, хотя бы некоторые, а вот работорговцам и заговорщикам такого шанса уже не дадут. Феола собирается выдать замуж подруг и готова ради этого на всё.
Жертвоприношение? Призыв мертвых? Укрощение стихий?
Не заказывали? А все равно так и получится. Потому что влюбленный шаман преград не видит.

## Пролог

Бывают такие люди, про которых говорят: ни дома оставить, ни в люди отправить. Вот случается! И что ты с ними хочешь, то ты и делай! Главное, увернуться вовремя, а то всех накроет. Всем достанется.

Кристиан Себастьян Риос, сеньор, был именно из таких.

Вроде и не дурак, но до чего ж ему не везло! Настолько невезучего человека по столице надо было искать и искать. Долго и безрезультатно.

Если из доски торчал гвоздь, то штаны разрывал именно Крис!

Если на дороге разливалась лужа, то мальчишки сшибали в нее именно Криса. Причем не со зла, так-то парень он был неплохой и неглупый, и друзей у него хватало. Но так получалось, что в луже оказывался именно он.

Разбили окно? Разумеется, рядом оказался Крис.

Кто-то проколол шины у мобиля директора? Да, потом разобрались, что это не Крис, но в первую минуту… вот что вы хотите делайте – нагорало именно ему!

За что?

За шкирку!

Крис о своей особенности зна и старался вести как можно более законопослушную жизнь, но все равно то там, то здесь случались с ним мелкие неприятности.

Девушка? Да кто б сомневался, что парню наставили рога последовательно три девушки. Одна – с родным братом Криса. Обидно, между прочим!

Но когда Крис возмутился, его не поддержали даже родители… брата, кстати, тоже. Но… лучше, чтобы гулящая натура сейчас вылезла, а не потом, когда ты на ней женишься.

Это Криса чуточку утешило. Не сильно, но все же. А учитывая, что и брат потом девушку бросил, обида почти прошла. Действительно, кому нужна гулящая девка?

Профессию Крис тоже выбирал себе, исходя из невезучести.

Куда, в чиновники? Так там образование нужно, а какое образование, когда сам из рыбацкого квартала, и семья – еще восемь человек? Родители и так из сил выбиваются, прокормить-одеть, школу еще закончить Крису хватило, а уж дальше – простите. Можешь и сам родным помочь, руки-ноги есть – работай!

Крис и старался, честно. Но было ему сложно.

В торговле с таким антиталантом ему делать было нечего. Разве что нанимали бы для устройства к конкуренту – пусть разорится, проклятый! А так Крис проторговался бы в первые пять минут.

Рыбаком?

Так от него рыба на берег убежит! Вот принципиально, с ним уловы получались в несколько раз хуже, чем без него. И лодки тонули чаще. Вроде ничего и не делал, а вот!

Крис плюнул, да и нанялся матросом на корабль. А что? Там народу много, авось, и его невезучесть заметна не будет! Палубу драить да узлы вязать много ума не надо! Справится! Размечтался…

На несколько рейсов его «везения» хватило. А потом…

Потом все получилось закономерно. А именно – корабль затонул. Да-да, и ничего в этом удивительного нет, во время шторма всякое бывает. Крис толком не понял, в чем там дело, вроде как был маяк, а потом рифы… кто ж матросам такие тонкости разъяснять будет?

Тем более он не знал, что это был не маяк, это мединцы во время шторма заманили на рифы невезучий корабль. Им нужны были люди для жертвоприношения, и они в спешке добирали кого могли. Ну и так… какая им разница?

Этот корабль, тот корабль, лишь бы наловить.

Спасся Крис чудом. Был на палубе, вот его в воду и выкинуло. А те, кто был внутри корабля, наверное, так с ним на дно и пошли.

Чудом же не расшибся о рифы – и на том везение кончилось. Мединцы перехватили его в воде, оглушили и посадили в клетку, как и других моряков. И оставили ждать своей судьбы. Так что везение получилось сомнительным. В воде хоть быстро помрешь, а тут как?

А какая тут судьба? Крис и решил, что терять ему нечего! Сам помрет, так хоть этим тварям напакостит! Вот и кидался на всех, кто рядом окажется.

Вот и с предложением Дареи согласился – ему ж не верилось! Эта тварь чешуйчатая, те твари чешуйчатые… какая разница, кому из них хуже придется? Хоть бы всем и разом – не жалко!

И только потом, когда его действительно вытащили из клетки, когда Дарея принялась рассказывать о Рамоне… вот потом его и пробило страхом. А если сейчас, из-за его невезучести – и беда случится? Дарея ж не знает, что связалась с таким неудачником!

А он…

Ой, мама…

Хоть бы им один раз повезло! Ладно, не ему, но хоть Дарее!

Хоть бы повезло, Творец! Пожалуйста!

## Глава 1

Не все в столице смотрели на похороны короля. Были и те, у кого нашлись дела поважнее. К примеру, сделать так, чтобы вместе с королем весь Римат не похоронили.

Вот и разговаривали сейчас несколько человек, сидя в мэрии, в отдельном кабинете, стены которого специально обили пробкой.

Подслушать?

Какое там! И стены, и дверь глухие, и окна заделаны так, что хоть ты криком кричи – не услышишь. Хорошее место, чтобы поговорить о важных вещах.

– Тан Кампос, это необходимо.

– Риалон, ты уверен?

– И он уверен, и я уверен.

– Вальдес?

– Да, тан Кампос. Мы допросили всех, кого удалось схватить, – Серхио Вальдес едва зубами не скрежетал. Ну как же не вовремя Шальвейн умудрился ногу сломать! Просто капитально не ко времени! Поискать бы более неудачный момент, да вряд ли найдешь! За последние пятнадцать лет – точно. – В большинстве своем это почти нормальные люди.

– Мединцы?

– Да, тан Кампос, – кивнула Феола, которую тоже пригласили на совещание. – Я обследовала их. И тан Карраско тоже. Простите…

Хавьер потер лоб.

– Если вкратце – демонесса умудрялась пожирать большую часть души человека, сливая остаток с душой какой-нибудь водной твари. Или земноводной. То, что получалось, не могло без нее жить, потому что демоническая сила использовалась как скрепы. Когда Синэри Ярадан выгнали из этого мира, ее создания большей частью умерли. Та часть, которая осталась, делится на три части. Первая – потомки переделанных. Да, возможно, они не всегда человекообразны, но у них есть душа. Может быть потому, что один из родителей был человеком. Этот вопрос требует тщательного исследования. Вторая часть – те, кто был изменен, но поглощать их души Синэри не стала. Из-за их – внимание! – магических или творческих способностей! Или из-за того, что они были нужны в других местах. К примеру, как те же Валенсуэла. Они вполне человекоподобны. Или Веласкесы… то есть Арандо. И третья часть. Те, кто непричастен, но по факту – связаны с мединцами. Возьмем ту же Лидию Бенитес. Она слабенький маг, она родила от мединца, она воспитала двоих девочек, хотя могла бы все бросить и уйти.

– Это заслуживает уважения, – скромно вставил свои шесть медяков брат Анхель.

– Безусловно. Она не виновата, но если уж так получилось… что она сделает ради своих детей? Брат, вы ее видели, что вы можете про нее сказать? На что она готова?

– На всё. Она точно знала, что рискует, приходя в полицию, но пошла на это ради Эллоры. Она точно знала, что рискует, но постаралась обезопасить Дарею. Хотя если бы она ее выдала, получила бы больше. Пусть даже Дарею рожала не она, но Лидия Консепсьон Бенитес воспринимает ее как свою дочь, забывая про чешую и щупальца.

– Вот. И я об этом. Три категории, из которых первая – успешно скрещивается с людьми, становясь все более человекообразными. Более того, попадая под власть уже Творца и Ла Муэрте, – кивнул Хавьер. – Вторая большей частью стерильна.

– Из-за демонических эманаций?

– Подозреваю, что тут пятьдесят на пятьдесят. И эманации, и… простите, ритана Феола. Можно поиметь дельфина, но нельзя получить от него потомство.

Феола взмахнула рукой, давая понять, что ей наплевать. Хоть трех дельфинов.

– Третья часть не несет в себе чуждости, но из-за своих убеждений или чувств тоже достаточно опасны.

Амадо шелестнул бумагами. Он и так все помнил, но на всякий случай.

– В данный момент на нашем попечении находится двести двенадцать мединцев и связанных с ними. Из них собственно мединцев… пусть первой категории, никто не возражает против такого определения?

Ответом ему были согласные кивки.

– Так вот, потомков – шестьдесят две штуки. Мединцев второй категории, измененных – восемьдесят шесть. Шестьдесят четыре человека, которые связаны с ними тем или иным образом. Это много. Возьмется ли церковь за их… устройство?

– Безусловно, – согласился брат Анхель.

Епископ Тадео, который ради такого случая выбрался из своих покоев, согласно кивнул.

– Это хорошо. Будем честны, пятнадцать лет они прожили себе спокойно, никому не вредя. Те же Валенсуэла – что они сделали плохого?

– Не считая уклонения от уплаты налогов? – поинтересовался Серхио.

– С этим мы еще разберемся, – отмахнулся мэр. – Тот же Коронель, к примеру, вообще ничего не хочет. Оставили бы его в покое, да и дали творить?

– И то верно.

Амадо побарабанил пальцами по корешку папки.

– Если честно, воду мутят несколько мединцев. Штук шесть или немногим больше. Одного… даже двоих мы знаем. Рамон Амадо Бустос и Сесар Мариано Мартин. Они маги, они мечтают о возвращении Синэри, и они измененные. Сильно измененные.

– Допустим, десяток, – вздохнул тан Кампос. – Как же легко подбить людей на подлость. Как же легко…

– Я не сказал бы, что кого-то подбивали на подлость, – отозвался Серхио Вальдес. – Здесь, опять же, мединцы делятся на несколько категорий. Первая – это те, кто желает возвращения демонессы. Как раз те, кого изменили, но не поглотили их души. Каждому человеку свойственно мечтать о продолжении рода, а их еще и демоническая сила коснулась. Они понимают, что без Синэри у них нет будущего – и стараются всерьез. Еще одна категория, кстати, как те же Валенсуэла, Коронель, Бенитес… им наплевать! Им и так неплохо живется, без Синэри! Третья категория – любители половить рыбку в мутной воде. Проблема в другом. Тех, кто не может жить без демонессы, их, может быть, десятка три. И самые коноводы там – Рамон и Сесар. И здесь мы получаем эффект искры. Которая вроде бы и невелика, но преотлично поджигает хоть хворост, хоть дом. Если убрать эти три десятка, остальные мединцы будут жить мирно. Вне зависимости от того, к какой категории мы их отнесли. Вот, к примеру, Валенсуэла. Им плевать бы на Синэри, но их шантажировали тем, что раскроют их тайну. Тот же Коронель. Он публичный человек. Та же Дарея Бенитес – ей безразлична судьба демонессы, но она по уши влюблена в одного из заговорщиков.

На лицах присутствующих появились грустные улыбки.

Да, и это не ново под луной. Хорошая девочка, плохой мальчик… и мы получаем воровку, убийцу, шлюху или заговорщицу – зависит от везения данной девочки. Та же Феола…

Ладно, ей явно (видно же!) нравится Амадо. А если бы ей понравился кто-то другой? К примеру, из ночных королей города? Наплакались бы все присутствующие!

Вслух этого никто, конечно, не сказал. Жить хотелось.

– Устранить самых отъявленных заговорщиков, и все рассыплется, – подвел итог тан Кампос. – Осталось самая мелочь. Найти их прежде, чем они осуществят еще какой-нибудь план.

Епископ Тадео печально кивнул.

– Церковь готова помочь несчастным. Души у них все же есть, и это души, созданные Творцом. В противном случае эти люди погибли бы, как их нечестивые, изуродованные тьмой братья. Постепенно все образуется, я не сомневаюсь. Не я, так мой преемник справится с задачей.

Брат Анхель энергично кивнул.

Он поможет. Он не откажется.

А Бенитесы… и что? Что такого? Помощь всем нужна! И Церковь готова ее оказать! И духовную, и материальную!

– Осталась мелочь, – ехидно усмехнулась Феола. – Таны, никто не думал, как убедить в своей правоте его величество?

Часть похоронного церемониала она наблюдала лично. Епископ нашел ей место в храме, и Феола успела составить свое мнение о короле, о его сыне и племяннице.

Король, с ее точки зрения, был… ладно! Не морской слизняк. Скорее, морской огурец. Вовсе уж плохо о нем не скажешь, но покушение на свое душевное спокойствие такие люди воспринимают очень негативно. Отплевываются водой и удирают. Ладно, огурцы удрать не могут, этот тоже не удерет, но плеваться будет долго. И убедить его будет сложно.

Это не хорошо, это не плохо, такие люди незаменимы во времена стабильности и равновесия. Но именно этому королю достались безумные качели. Феола сильно подозревала, что Хоселиус Аурелио просто не справится с ситуацией. Не сможет. Но как тогда быть?

Наследник вроде как получше. Активнее.

Но с ним надо разговаривать. Тогда можно будет сказать точнее.

Девчонка сильный огненный маг.

Беременна от такого же, ребенок уже сейчас маг. Это чувствуется. Остальных принцев и принцесс Феола пока вблизи не видела. Издали, но это совсем другое. С расстояния в сто метров ничего толком не поймешь. Человек, симпатичный – и что? Надо наблюдать, чтобы увидеть характер, надо разговаривать. Хотя бы видеть, как интересный тебе человек разговаривает с равными, с низшими, с высшими. Тут много выводов можно сделать. Но – не получилось. Может, потом?

Мужчины переглянулись.

Действительно, как и что тут скажешь королю?

Ваше величество, вот оно, было, разоблачили… это – сказали.

Вторым пунктом признаемся, что разоблачили не до конца и ждем второго раунда. И вот за это уже прилетит от короля и сверху, и снизу. Но оплеухи – ладно! Тот же тан Кампос уже и с креслом мэра попрощался, да и епископ не держится за свой пост. Хуже другое.

Если сейчас его величество их разгонит, а дело поручит кому-то из своих людей. И те все завалят. Собравшиеся здесь, хоть и прохлопали ушами заговор, но сейчас именно они владеют наиболее полной информацией о мединцах. Они знают, чего ожидать и примерно представляют, что нужно делать. А вот остальные…

– Я возьму все на себя, – махнул рукой тан Кампос.

– Мы, – спустя секунду присоединился епископ Тадео.

– Что – одни вы? – удивился Вальдес. – Мне, может, тоже в отставку хочется! Пора дорогу молодым уступить!

– Молодежь против! – возмутился Амадо. – Вы что?! Я не хочу!

– И я не хочу! Мне и на своем месте неплохо! – подключился тан Молина.

Власть? Оно, конечно… когда над тобой никого нет! А тут-то скоро весь королевский двор в столицу вернется. Спорим, что королю куча всего не понравится? Или даже спорить не будем, так поверим? И кто окажется крайним?

Если тан Кампос, так он все равно уходить собирался. Соберет все шишки, да и пойдет себе… ему уж и все равно почти. А если тан Молина? Ему оно надо – начинать службу со взыскания, да еще за чужие грехи отвечать?

Да-да, а вы думали, что есть благородные чиновники?

Будь они хоть трижды таны, все равно – сволочи! Работа у них такая!

Феола все это, кстати, отлично видела. И осознавала. И тана ничуть не жалела. Просто ждала, чем завершится разговор.

Она даже не удивилась, когда приняли единственно разумное решение. К его величеству отправляется епископ Тадео. И он будет разговаривать, рассказывать, вразумлять…

Прекрасная была идея. Увы, как и все идеи, себя не оправдавшая…

Его величество попросту не принял епископа.

* * *

– Доброе утро. Сеньора, сеньорита.

Скромный брат Анхель вежливо поклонился Бенитесам.

В испуге вздрогнула Лидия. Поднесла руку к губам Эллора… вот ничего особенно хорошего они от этого визита не ждали. И понятно…

Мединцы… можешь кричать во весь голос о своей непричастности. Можешь… только вот даже в Книге Творца были притчи о тех, кто выделялся. Был другим.

К примеру, история некоего рыцаря Диего, который воевал с драконом, убил его – и был обезображен драконьей кровью. Покрылся чешуей, стал внушать страх и ужас… думаете, его наградили за победу над чудовищем?

Ага. Убили безболезненно. Благородно удушили перед сожжением.

Люди вообще такие благодарные бывают, когда боятся!

– Доброе утро, – слегка нервно отозвалась Лидия. За ней то же самое нехотя произнесла Эллора.

Она уже решила для себя, если ее захотят убить, просто так она свою жизнь не отдаст. Она будет драться. Пусть без надежды на победу. Все равно она не сдастся.

Да, им обещали, что вроде бы их не тронут. Но это же не гарантия! Мало ли кто и что сказал? Сам брат Анхель не знает, что завтра будет, он же не святой!

– Сеньора, сеньорита, у меня к вам есть небольшое предложение. Вы ведь ни в чем не виноваты, – брат Анхель искренне верил в свои слова. Правда же! – В тюрьме вам сидеть и ни к чему. Но и отпустить вас домой я не могу. Нет-нет, поймите меня правильно. Вы можете совершить одну из трех ошибок. Или связаться с Дареей Лидией и попробовать ее предупредить, а в отличие от вас, Дарея Лидия не питает любви к человечеству, верно?

Верно. И еще очень сдержанно сказано.

– Вот. Вы можете пуститься в бега. Понятно, найти вас можно, особенно с помощью магов, но зачем всем такие трудности? И так дел невпроворот. И третий вариант, самый плохой. Если толпа узнает про мединцев… Мало ли кто сболтнет, мало ли что и кому?

Вот тут ужасом обеих дам и пробило. Словно морозом по позвоночнику.

Об этом они не подумали. А между тем – это не фантазия. Это самая жуткая реальность. Но ведь и такое может быть! Еще как может!

Количество посвященных в тайну очень велико, рано или поздно кто-то проговорится. Не мединцы, нет. Но полиция состоит из людей. А есть еще уборщики, охранники, есть еще семьи… сколько времени потребуется прежде, чем по Астилии змеями поползут слухи?

Поползут, а потом начнут кидаться и жалить, жалить… и отравленное ядом человечество поступит, как и всегда. Уничтожит угрозу. Или тех, кого считает угрозой. Или тех, кто окажется рядом. Мало ли примеров в истории? Толпа – зверь беспощадный и безумный. Воззвать к ней нереально, остановить не получится. Пострадавших будет море.

Лидия – человек. Но Элли-то… у нее ведь есть признаки! Ее можно опознать!

– Потому я предлагаю вам помощь и защиту Храма. Вы спокойно переезжаете в монастырь на побережье, живете там какое-то время, а потом получаете документы на другое имя. И другое жилье, соответственно. С вашим старым домом придется расстаться. Там… произошло нечто не слишком приятное.

– Что именно? – напряглись женщины.

Отец Анхель развел руками.

Да-да, сеньора Эскобар добралась до своего исповедника в тот же день. И уже оттуда информация пошла наверх.

Про Дарею, про чешуйчатого монстра то есть.

Нет-нет, как вы можете думать так о приличном священнике? Он тайну исповеди не нарушил! А вот ДРУГОЙ священник, который… и снова – нет! Не подслушивал, просто задержался в соседней исповедальне! Тоже совершенно случайно! Вот он тоже ничего не нарушил. Он же не клялся хранить услышанное в тайне?

Вот и рассказал… доложил.

А ведь сеньора и потом молчать не стала. И пошел шум, и квартал волнуется… не так, чтобы сильно, но есть у людей вопросы к Лидии. И к Эллоре могут появиться. А вдруг?

Догадываетесь, сеньора, что у вас спросят по возвращении? И кто станет первой жертвой, если что? Вас и раздеть догола не постесняются. В столице неспокойно. И это неспроста.

Лидия только за голову схватилась.

– Дари… я же ей сказала – уплывать!

– Видимо, она ждала вас, сколько могла, – развел руками отец Анхель. – Преклоняюсь перед вами, сеньора Бенитес. Вы смогли научить любить даже мединцев.

– Даже? – насупилась Эллора.

Лидия тоже чуточку нахмурилась и качнула головой.

– Отец Анхель, я не учила любить. Я просто люблю своих девочек. И Элли, и Дари. И неважно, как они выглядят. Есть дети с волчьей пастью, с заячьей губой, с горбами и хромые. И что? Разве родители от этого любят их меньше?

– Часто так и бывает.

– Тогда это плохие родители. А я своих дочек люблю. И их внешность ни на что не повлияет – для меня.

Отец Анхель молча поклонился.

– Восхищен, сеньора Бенитес. Но все же… пусть одна ваша дочь пока в океане, так давайте вы сохраните жизнь другой? Толпа ведь может прийти и к участку.

И будет ли полиция защищать тех, кого считает виновниками всех несчастий? Или сама выдаст их на расправу?

Лидия отчетливо понимала, что и здесь может быть плохо, и там не лучше, но есть ли у нее выбор? Вряд ли. Здесь их хоть как-то защитят. Да, с прицелом на будущее, но сотрудничество обещает быть взаимовыгодным. А еще…

Деньги, документы – в тайнике все есть. Но очень уж тяжело бежать, начинать все с нуля в ее возрасте. И Элли нравится в Римате, и ей. И в столице больше возможностей для девушки.

Они попробуют договориться с церковью. А если ничего не получится – два мага воды всегда смогут… хм… спрятать концы в воду. Следят в основном за Элли. Про то, что Лидия тоже немного маг, никто не догадывается, и это хорошо. Пока она подождет. Пока посмотрит.

Судя по взгляду Элли, девушка была полностью согласна с мамой. Сбежать они успеют. А вот попробовать помочь и себе, и Дари – надо!

– Что вы предлагаете, святой отец?

– Мой мобиль ждет вас. И в монастыре святой Кармелы готов для вас небольшой домик. Там часто останавливаются паломники, может, вы слышали…

Слышали, конечно. Одно из красивейших мест на побережье, несколько целебных источников… правда, от города примерно шесть часов пути на поезде. Но разве это важно? Так даже лучше, толпа не доберется, там разве что пара деревушек рядом, больше строить нельзя, земля монастырская.

– Вы хотите нас туда отправить?

– Да, сеньора. Если вы не против.

Лидия не была против. А собраться… можно подумать, у них что-то есть. Домой ведь заехать все равно не дадут?

– Это было бы опрометчиво, сеньора, – подтвердил брат Анхель.

– Тогда мы готовы, – Лидия накинула на плечи шаль.

– Да, – подтвердила Эллора.

И дверь камеры распахнулась, выпуская их на свободу.

* * *

Можно подслушивать разговоры по телефону. Но физически нельзя подслушать ВСЕ разговоры, вот и этот остался без должного внимания.

– Слушаю?

– Алехандра, ты по-прежнему хочешь стать королевой?

– Да!

В ответе женщина и не сомневалась. Ладно-ладно, короновать ее не смогут, это только для избранных. То есть для принцесс. Но ведь быть супругой короля тоже неплохо? А Хоселиус Аурелио податливый, управляемый… идеальный муж получится, даром что король. Он будет сидеть на троне, а она будет править. Стоять за спиной супруга, казнить и миловать, указывать и распоряжаться. Конечно, можно оставаться и фавориткой. Можно.

Она достаточно умна, чтобы сохранить расположение Хосе на долгие годы. Он благодарный мужчина, он не забудет, кто был с ним рядом, когда он был только ненужным сыном и нелюбимым наследником. Кто скрашивал его дни и ночи, кто целовал и утешал.

История знает примеры, когда страной правили именно фавориты. Но лучше – женой. Так надежнее. Пусть морганатический брак, это неважно. Наследники от правильной супруги у Хосе уже есть, теперь он может выбрать любую.

Ее…

Хосе обязательно на ней женится, и вот тогда-то…

Алехандра даже зажмурилась, представляя, как разберется с теми сволочами, которые ее гнобили, унижали, презрительно фыркали в ее сторону… это двор! Унизить, не сказав ни слова, здесь и такое есть! И возведено в ранг высокого искусства!

Ну ничего, она на всех сволочах отыграется!

– Хосе отдыхает?

– Да.

– Сделай так, чтобы он ни с кем не вел серьезных разговоров до коронации.

– Почему?

– Потому что у одного человека есть компромат… даже не так! Хосе можно убедить, чтобы он короновал своего сыночка! Понимаешь?

Это Алехандра поняла мгновенно. То есть – перспективы!

Что там за компромат, как можно убедить мужчину отказаться от престола – неважно! Понятно же, такие вещи не в телефонном разговоре обсуждаются. Разве что шепотом, за закрытыми вглухую дверями, и с большой оглядкой. Чтобы никто не подслушал.

Но главное сказано, а дальше она сама будет действовать! Она никому не позволит лишить ее трона и короны! Ни за что!

– Поняла! Сделаю!

– Завтра он должен спокойно отправиться на коронацию. И я обещаю, я в следующем году помогу тебе продавить его на брак. Не в этом, но ты и сама понимаешь, какие браки, когда траур?

Алехандра понимала.

– Я сделаю.

– Надеюсь на тебя! Помни, тебе нужна корона, а мне – верная союзница.

Алехандра помнила. Хотя насчет союзников тут еще надо поговорить и подумать. Так что…

Если бы собеседники знали, что, положив телефонные трубки, произнесли почти одно и то же: «Тьфу, дура!», «Тьфу, дурак!». Может, они и стали бы осторожнее. А может…

Может, и нет.

Зов сирены лишает разума? Ну так зов престола лишает его намного быстрее. А уж как качественно – тут хоть уши заклей, хоть глаза, все равно мозги не включатся. Факт.

* * *

– Позвольте!

– Его величество отдыхает!

– Его высочество, – вежливо поправил епископ Тадео красивую женщину, – приказывал докладывать ему в любое время дня и ночи. У меня очень важные сведения, чадо…

Дама заколебалась.

Епископ покачал головой.

– Вижу, чадо, что не тверда ты в вере своей…

Алехандра Патрисия Роблес прищурилась.

– Умоляю ваше высокопреосвященство немного подождать… я разбужу его высочество.

Епископ Тадео качнул головой. Но потом решил сильно не давить. И так мало хороших новостей, а если еще и разбудить короля…

– Хорошо, чадо Творца. Иди, я жду…

Алехандра скользнула в королевскую спальню.

Впрочем, будить его высочество она решила достаточно интересным способом.

Разделась донага, скользнула под одеяло, а дальше – технология известная. Но достаточно времязатратная, так что епископу пришлось ждать около полутора часов. В его-то возрасте.

И ведь преотлично сработало!

Хоселиус вышел из спальни спустя целых два часа – Алехандра старалась не за страх, а за корону. Вышел довольный, разнеженный… и все это время епископ ждал в приемной. А возраст, болячки – все это тоже сказывается. Куда уж тут сражаться!

Ему бы сначала отсечь наглую девку от принца, потом поговорить с ним серьезно, а Тадео уже и стоять сложно, и черные точки перед глазами плавают. Переволновался.

Пора, пора передавать дела брату Анхелю!

И все же епископ попытался.

– Ваше высочество, я умоляю меня выслушать…

– Епископ, любое ваше дело может подождать до завтра.

– Ваше высочество! Не может!

Хоселиус Аурелио махнул рукой.

– Епископ, я умоляю! Не надо портить мне настроение!

Епископ заскрипел зубами. Даже торжествующего взгляда Алехандры не заметил. Да и не смотрел он на фаворитку, не до нее сейчас. Ему. А вот королю – так очень даже. А как разговаривать с мужчиной, когда у него все мысли под женской юбкой крутятся?

Практически никак.

– Ваше высочество…

– Епископ, еще одно слово – и я прикажу вас выставить!

И Хоселиус не шутил.

Все же что-то у него от отца было, жаль, не то, что требовалось. Ума бы к той упертости добавить, хоть пару ложек, так ведь нет!

Сказал – отстаньте, вот и отстаньте все! И точка! А важно, неважно… да что может быть важнее коронации? Ничего!

И сейчас у его величества слишком хорошее настроение, чтобы его разными епископами портить. А там уж и до ночи недалеко…

Тадео едва не взвыл – и отправился телефонировать заговорщикам.

* * *

Письмо обнаружилось на столе в кабинете молодого тана Ксареса. Лежало себе, прекрасно себя чувствовало, кушать не просило. Такой скромный и невзрачный конвертик, из дешевой бумаги, грязный и замызганный. На почте такие продаются буквально за медяки, их самые нищие покупают. На нем даже марки нет, только печать.

Экономка такой выкинула бы в мусорное ведро, не раздумывая.

Потому Лоуренсио и удивлялся – как мимо нее прошло?

А никак. Если бы он поинтересовался на этот счет не у экономки, а у скромного человечка, который приходил камины чистить, ну и подкинул письмецо – дело другое. Но Лоуренсио не знал, и не узнал никогда.

Впрочем, конверт он распечатывал с осторожностью. Вряд ли в нем окажется нечто приятное.


Тан Ксарес.

Мне передали вашу просьбу о встрече.

Сегодня я буду ждать вас в доме № 32 на калле Торо.

Приходите один, мобиль оставьте за три дома от названного.

Каракат.


Лоуренсио скрипнул зубами.

Что ж, друг просьбу передал, теперь надо ехать и видеться с этим самым Каракатом. И разговаривать.

И объяснять, что это был несчастный случай. Да, бывает, ничего страшного…

Смотря для кого, конечно. Если для того бедолаги, который окончил свою жизнь в придорожной канаве, то это страшно. А для самого Лоуренсио…

Хотя для него теперь тоже страшно.

Тан Ксарес подумал еще пару минут, а потом поднялся из кресла.

Да, надо заехать к Анхелю, посоветоваться. Сам Лоуренсио в такой ситуации не был ни разу, может, друг чего подскажет?

Обязательно подскажет, на то он и друг…

* * *

– Твою…!!! – выругался Амадо.

Посмотрел на Феолу и извинился. Девушка только рукой махнула.

И похлеще она слышала. На том же корабле. И в колониях. И вообще – сама бы ругалась. Но Амадо рядом, при нем не надо. Некрасиво.

– А кто к нам может прислушаться, если королю наплевать?

Вопрос был вполне логичным. Мужчины переглянулись…

– Его высочество Бернардо или Игнасио, – твердо решил тан Кампос. – Они единственные, кому не нужна власть окольными путями. Лучше даже Бернардо. О нем я слышал только хорошее, а вот его высочество Игнасио во многом похож на отца. Мягкостью и нерешительностью. У нас мало времени, нам надо было действовать еще несколько лет назад. Но – вот… да, именно его высочество Бернардо.

– И как до него добраться? – задался вопросом брат Анхель.

Его высочество – это тоже не хвост кошачий. По улице он просто так не пойдет, на морском побережье не появится. Во дворце? Сидит он, к примеру, в своих покоях – и сидит себе. Книжку читает, кушать изволит или любовницу принимает. Но не тебя же! Никто никого туда не пропустит. Хоть ты под окнами ори, вызывая его высочество на разговор… впрочем, в таком случае тебя просто отправят куда надо. И орать ты будешь уже из-за решетки. Разве что на магию надежда?

Феола пожала плечами, словно сбрасывая скрестившиеся на ней взгляды.

– Мне надо смотреть. Точнее я ничего не скажу.

– Если так – надо ехать во дворец, – поднялся Амадо.

– Едем, – согласился тан Кампос. – Я вас лично отвезу.

– Тан…

– Хорошо, что Тадео уже там. Но боюсь, что и этого может оказаться слишком мало.

Ага. Если сыночек в папочку пошел. Или в дедушку, что не лучше. Поди, донеси до такого упертого ишака свои мысли! Запаришься раньше! На полпути помрешь с натуги!

Феола махнула рукой. Мол, давайте, я не против! И приняла руку Амадо, не замечая, как переглянулись за ее спиной брат Анхель и Серхио Вальдес.

Оба давно знали Амадо, оба наблюдали, как из склочного и истеричного юнца постепенно вырастает настоящий мужчина – умный, сильный, ответственный, и оба… да! Оба были откровенно рады! Не просто так – рядом с настоящим мужчиной должна быть достойная пара. Не истеричная манерная дура. Не жадная склочная стерва.

Женщина, которая и поймет, и поддержит, и плечо подставит, а если уж край придет, то и клинок в руки возьмет. И тогда врагу только самозакопаться останется.

Альба, увы, не подходила. Она просто жена, с очень ограниченным набором интересов. Дом, подруги, платья, вечеринки. Не очень умная, не слишком образованная, не желающая учиться и узнавать что-то новое.

Плохо ли это? Нет, это обычно. Многим мужчинам именно такая жена и нужна, симпатичная и недалекая. Для кого-то другого она подойдет. А для Амадо уже нет. Он вырос.

Повезло, что ему на пути встретилась Феола. Которая сияет, которая движется вперед, которая готова и учиться, и развиваться, и работать, и поддержать, и помочь в любом деле. Настоящая боевая подруга. Конечно, у них большая разница в возрасте. Но раньше и с большей разницей женили, и ничего, жили долго и счастливо.

Девочка умненькая, девочка серьезная, девочка явно Амадо любит – и что еще надо? Детишек побольше, вот и семья будет хорошая.

Кто сказал, что мужчины не любят выступать в роли купидонов? Тут их сразу три… налетело! Увесистых таких, с ценным мнением. Хорошо еще, Феола не узнала, а то бы недосчитались бедолаги перьев.

Священник, мэр и следователь – неподходящие кандидатуры? Это с вашей точки зрения, а с их – кому еще и судить? Да, купидоны – они и такие бывают. Не та внешность? А тут не вид важен, а функциональность!

* * *

Анхель Толедо растирал виски руками. Накануне он немного переусердствовал в одном милом заведении. Но там такие сеньориты!

Это видеть надо!

Все такие сочные, упругие, руки так и тянутся, то повыше, то пониже… но ведь не просто же так их протягивать! Лучше всего, чтобы в руке был зажат золотой.

А еще можно пригласить сеньориту выпить. И побеседовать… это уже наверху.

Вот он и выпил.

И побеседовал. И… переусердствовал.

А теперь никак не мог понять, о чем говорит ему Лоуренсио.

– Подожди-подожди… Каракат? Ах, ну да, конечно, Каракат!

– Да!

– Письмо?

– Да!

Анхель кое-как собрался с мыслями.

– Сегодня?

– Да!

– Тогда тебе надо идти. Оденься так, чтобы попроще, сам понимаешь, чтобы не вызывать желания тебя постоянно доить!

– Я больше платить не стану! Не хочу!

– Понятно. Но если этот тип тоже попробует тебя шантажировать?

– Пусть попробует! – расхрабрился Лоуренсио. – Пусть тогда сами приходят, будем разговаривать! Или я один раз заплачу – или будем разбираться иначе! Я вообще пойду в полицию!

– В полицию? Зачем?

– Чтобы они мне предоставили людей для охраны. И пусть эти уголовники приходят! Плевать на них три раза!

Анхель соображал достаточно быстро. Вот и сейчас он уже пришел в себя, он уже придумал, что говорить Лоуренсио… нет-нет, только полиции тут не хватало!

– Думаю, сейчас в полиции с тобой разговаривать не станут. Похороны, коронация – им сейчас ни до кого. Разве что потом поговорят, только для тебя будет уже поздно.

И так это зловеще прозвучало, что Анхель сам себе умилился.

Кто умничка? Он умничка! Такого дурачка нашел для дойки! И ведь как успешно продвигается процесс! Жаль, сестра его сорвалась, ну так всему свое время!

Лоуренсио признал правоту друга и чуточку растерялся.

– Так… а как тогда?

– У меня есть знакомые наемники. Найми их на пару дней, или, если что, продлишь контракт?

Лоуренсио и не раздумывал.

– Отлично! Друг, ты меня просто спасаешь!

Анхель слабо улыбнулся.

– А зачем еще существуют друзья?

Надо поговорить со Слизнем. Вот и решена проблема, как попасть в дом к Ксаресам! Лоуренсио сам их пустит!

Только вот… что с самим Лоуренсио делать?

С одной стороны, можно бы еще долго его доить.

С другой…

Если Алисия и Ортис нашли общий язык, то достаточно быстро Рауль займет место Анхеля. А там и разъяснит Лоуренсио кое-какие тонкости. Это сейчас приятель не желает ничего слышать, а потом… Анхелю ли не знать, как внушаем Лоуренсио?

Лучше получить разовую выгоду, чем вообще никакой. Какое горе!

Дом ограбили, тана Ксареса убили, ритан похитили… а как этим делом будут заниматься? Это еще вопрос. Коронация же! Когда полиция опомнится, три раза поздно будет!

И Анхель заулыбался другу. Барана, назначенного на шашлык, негоже пугать раньше времени.

* * *

Алисия сначала немного боялась.

Ортисы…

Как они ее примут? Что скажут? О чем подумают?

Сначала ей было страшновато. Но потом…

Тан Хосе Хуан Ортис оказался вполне себе милым и приятным в общении человеком.

Ритана Моника Лаура Ортис, мать Рауля, улыбалась ласково и спокойно. И Алисия чуточку расслабилась.

– Привет! А я – Лия Моник! Младшая сестра этого буки! Ты Алисия Катарина? Красивое имя!

Веселый вихрь кудряшек, бантов и улыбок закружил рядом с Алисией, затормошил, ухватил за руки.

– Цыц! – рыкнул Рауль.

Но было видно, что младшую сестру он любит.

Алисия улыбнулась в ответ. Феола… да, она была такой же. Когда-то, давно, наверное. До Адэхи…

Сестру Алисия любила. Но как же ей хотелось иногда вот такое – легкое, веселое, а не вековую мудрость, которая выглядывала из глаз Фи в ответ на какой-то вопрос. Хотелось и вместе поиграть в куклы, и посплетничать о мальчиках, и косметикой поделиться, и роман вслух почитать, ночью, под одеялом – только вот не сложилось. Судьбой Феолы распоряжался Адэхи.

Алисия не спорила, талант, тем более такой, надо развивать, надо обучаться, иначе последствия могут быть страшными. Но… в то же время у нее было ощущение внутренней несправедливости.

Алисия искренне считала, что родители допустили ошибку, отдавая Феолу в обучение. Но – кто бы ее тогда спрашивал? И кто бы спрашивал родителей?

Лия Моник была ее идеалом младшей сестры. Легкая, смешливая – Алисия не удержалась, подхватила девочку на руки и расцеловала в обе щечки.

Лия обняла ее за шею и улыбнулась маме. Вот, она же говорила, что братик себе хорошую невесту найдет! А ей никто не верил! А она знала!

– Знаешь, – тихонько созналась ей Алисия, – я ужасно люблю мармелад. Апельсиновый.

– А я – молочное желе.

– И его тоже. С ванильным кремом.

– Ага…

И две красотки переглянулись с полным пониманием.

Родители Рауля тоже переглянулись. Одна из спасенных собак подошла, ткнулась носом в ногу Алисии, и та мимоходом, привычно ее погладила. Не оттолкнула, не фыркнула – просто погладила, как привыкла.

И на лицах Ортисов появились улыбки.

Кажется, это правильная и хорошая девушка? Она впишется в семью?

Надо еще посмотреть, но первое впечатление было отличным.

– Алисия, вы пообедаете с нами? Обещаю, молочное желе с ванильным кремом – будет.

– С удовольствием, – совершенно искренне сказала Алисия. Желе она действительно любила, в отличие от Феолы, которая называла его противной медузой и фыркала над ухом.

И обед был вкусным, и разговор вполне доброжелательным.

Алисия рассказывала о себе, не стесняясь.

А что? Если они с Раулем поженятся – в семье секретов быть не должно. Разве что очень важные. К примеру, спрятать новогодние подарки от мужа – святое дело. И от детей тоже.

Интересно, как маме это удавалось?

Да и нечего Алисии скрывать, в ее жизни все просто и прозрачно. Жила на островах, приехала в столицу. Совсем недавно. Родные?

– Да, мы – младшая ветка Ксаресов. Местных. Но когда отец женился на матери, дед выгнал его, и вряд ли признает нас обратно. Так что на благосклонность Ксаресов рассчитывать не стоит.

Ортисы разве что плечами не пожали.

– Это не страшно. Это на совести Патрисио Ксареса.

Алисия примерно так и думала.

– Плантация отойдет Лоуренсио, наверное. Родители пока не знают. Я там жить не хочу, если только Рен или Фи, если они захотят… Феола может, наверное.

– Феола – ваша младшая сестра?

– Феола Амадина Ксарес. Да, Фи – моя младшая сестра. Они с Раулем знакомы.

Рауль ответил улыбкой.

– Феола – забавная и милая, я надеюсь, они с Лией подружатся. Ей бы такая приятельница не помешала.

Раулю было за что благодарить Феолу. А еще он понимал, что младшая сестра его невесты разбирается в людях не хуже, чем он сам. Может, даже и лучше. Как она сразу-то Толедо гонять начала! Посмотреть приятно!

Лие такая подруга пригодится, пусть малышка учится, если проницательности можно научиться! Если это не врожденный талант.

– А она любит молочное желе? – Лия в этот момент под шумок доедала третью порцию.

– Феола предпочитает свежие фрукты и мясо, – созналась Алисия. – Сладкое она не слишком любит. Фи у нас маг, и сладкое у нее ассоциируется с усталостью, с магическим истощением. Оно служит, чтобы восстанавливать силы.

– Маг?

– У нас есть это в роду. По маминой линии, кажется, – Алисия чуточку смутилась. – Нам с Лоуренсио не досталось практически ничего… так, показали пару приемов. А вот Фи…

– Семейная история? – уточнила мать Рауля.

Маги в семье? Это интересно…

Алисия развела руками.

– Мама упоминала, что в их семье несколько раз рождались шаманы. На островах это не редкость… наверное, надо рассказать сейчас. У нас не настолько чистая кровь. Когда индейцы уходили из этого мира, они ушли не все. Осталось несколько десятков тысяч человек. Кто-то не хотел уходить с земли предков, даже понимая, что умрет здесь, кто-то договорился с завоевателями, кто-то остался специально… не знаю, как было у моих предков. Постепенно кровь смешалась. Как видите, у нас нет ни красной кожи, ни характерных индейских черт лица. Но иногда в нашем роду рождаются дети, обладающие силой. Только не такой, как у магов, а шаманской.

– Это чем-то отличается от магической силы? – поинтересовался тан Ортис-старший. Против индейцев он ничего не имел. Наверное, потому, что никогда их не видел.

Было и прошло, они ушли, и все забылось. Другое дело, что знать надо. Мало ли что и как в роду проснется? Сила – это вам не слух или голос, она представляет реальную опасность для окружающих. И лучше об этом знать заранее.

– Не особенно. Такие дети могут обучаться, как обычные маги. Только учить их надо с малолетства, дисциплина должна быть строгой, и конечно, лучше, если они будут обучаться у шамана.

– И где можно будет найти шамана? Если что?

Алисия пожала плечами.

– В нашем случае – Феола. А так… шаманы сами находят учеников. Как я поняла – я тогда была маленькая, мама потом объясняла, шаманов рождается достаточно мало. Если их сила невелика, человек будет жить, как и обычно. Может, будет более удачлив, может, более талантлив – это не страшно. А если рождается человек, наделенный большой силой, это как будто кто-то начинает в тумане бить в бубен. И ближайший шаман приходит к ученику. Это их обязанность.

– А если не придет?

– Только в том случае, если шаманов на земле не останется. Это их обязанность. Долг перед миром, Адэхи рассказывал. Учитель Феолы.

– Он и вас учил?

– Нет, что вы! – Алисия даже головой помотала. – Ему нельзя! Между шаманом и его учеником очень серьезные связи и клятвы, мы с Лоуренсио просто не смогли бы! Я обычный человек. Мой брат тоже. А Феола… это бывает очень и очень редко. Один шаман на двадцать – тридцать тысяч человек – уже много.

Ортисы успокоились окончательно. Понятно же, если такой расклад… вряд ли их внуки и даже правнуки будут шаманами. А то и вообще никогда не случится.

Да и пусть его.

И разговор пошел уже в более привычном ключе.

Приданое и остров. Доходы и связи. Родные и близкие.

И конечно, самое-самое главное! Как организовать свадьбу! Это должно быть не просто так, это должна быть шикарная свадьба! Первое событие года сразу после коронации…

Но это уже обсуждалось в более узком кругу. Между Алисией и ританой Ортис.

Шикарное платье, украшения, гости, прием… тут не бывает мелочей! Все очень-очень важно. Сегодня как раз начнем обсуждать, к осени все и готово будет. А то и к зиме. Тогда надо будет еще меха предусмотреть. Шубку или накидку. И сапожки…

Зимняя невеста – это тоже можно сделать красиво. Дайте только время…

* * *

– Кажется, беда идет с неожиданной стороны? – Эктор Ксарес вопросительно смотрел на брата.

Эмилио кивнул.

– Да, я не ожидал, что отец захочет сам жениться. Ты, полагаю, тоже.

– Ему уж на том свете демоны прогулы проставляют! Жениться, твою… – прошипел любящий сынок.

– Не плюйся, – вытер лицо Эмилио.

– Потерпишь, – огрызнулся Эктор.

Не плюйся!

Он и рад бы, да вот беда! Зубы вылечить тоже хороших денег стоит. К магу не пойдешь, они столько берут – подумать страшно. А без мага… тоже деньги нужны, везде они нужны. А отец что-то не спешит раскошеливаться. И помирать тоже.

Теперь вот эта девка гулящая приблудилась! Еще этого им не хватало!

Ага, планы у отца! Жениться он не собирается! Что, тут идиоты есть?

Сначала отец к Альбе Риалон интерес проявляет, потом просит Розу с ней познакомиться, потом в дом приводит, потом платье заказывает за свой счет! Да не абы где – у Наранхо! Там цены ломовые! Лошадь глянет – и подохнет! Но ведь заказывает! И оплачивает, и срочно, и на похороны короля Альба их сопровождала. И на коронации будет – вместе с сыном!

И как это назвать?! А как это стерпеть?!

Не для того они столько лет жилы рвали, чтобы эта тварь пришла на готовенькое, и весь пирог в одну морду слопала! Ой, не для того! И терпели, и зубы стискивали, и ждали…

Думаете, легко им пришлось?

Лучше не думайте! На каторге всяко проще! Долби породу, да и долби себе, а тут… поди, потерпи капризы властного и жестокого старика! У Эктора зубы сыплются, словно виноград переспевший, у Эмилио веко дергается и пальцы дрожат. Не от хорошей жизни!

– Я думал, что дети Хулио могут быть опасны, но такого не предвидел, – сознался после небольшой паузы Эмилио. – Полагал, отцу уже женщины лет десять как не нужны.

– Сам думал. Согласен, – кивнул Эктор. – Теперь давай думать, что делать.

– Есть варианты? Сам понимаешь, Альба – не причина, а следствие.

– В смысле?

– Ее уберем, так отец другую девку найдет. Думаешь, мало баб, которые за деньги не то что под старика – под козла лягут?

О количестве продажных баб в столице Эктор имел представление достаточно смутное. За отсутствием денег. Но головой закивал с пониманием ситуации.

– Да, ты прав. Но тогда…

– Тогда…

Несколько секунд братья молчали. Эктор – старший, более тощий и лысоватый, похожий на отца. Эмилио кругленький и румяный, с легкомысленными даже сейчас кудрями.

Страшно им было. Страшно произнести непоправимые слова, страшно произнести их первым страшно, страшно…

Эктор родился первым – и решился первым.

– Пока жив отец, опасность будет сохраняться. До самой его смерти…

– Да, до самой смерти, – эхом откликнулся Эмилио. – А ведь отец уже старенький. У него сердце… которое может и не выдержать ночи, проведенной рядом с красивой женщиной.

– Уверен?

– Есть специальные препараты… в крохотных дозах их подливают в борделях. Сам понимаешь, не у всех оно… того! Хорошо обстоит… стоит.

– А если в больших дозах?

– Тогда – всё.

Мужчины переглянулись еще раз.

– Ты в бордель не собираешься? – поинтересовался у брата Эктор.

– Можем и вместе сходить.

Этого Эктору не хотелось. Но с другой стороны…

Братья? Увы, сейчас еще и сообщники. Эмилио не станет рисковать ради него и брать всё на себя. Эктор тоже не стал бы.

Некоторые вещи они будут делать вместе.

Прости, папа, но все надо делать вовремя. Умирать – в том числе. А то ведь и помочь тебе можно…

* * *

Ее высочество Ленора сейчас находилась у матери.

Валялась на кровати, легкомысленно грызла засахаренные орехи (захотелось, вот!!!), болтала о всякой ерунде. Маргарита слушала ее с умилением.

Дочка рядом, дочка поняла, во имя чего все было сделано, дочка не сердится – что еще-то нужно?

Выдать дочку замуж. И в идеале – переехать к ней поближе. И крейсировать весь год между ней и сыном. И сына еще женить. И внуков дождаться, и побольше, побольше! Впрочем, сын что-то говорил уже на эту тему. Есть у него девушка на примете!

Вроде как невеста не самых благородных кровей… да и плевать!

Отец бы не разрешил, а Рита даже рыбачку примет! Лишь бы мальчик был счастлив!

Сомневаетесь? А зря!

Рита так натерпелась в своей жизни, что ради детей пошла бы на всё! Она не была счастливой?! Так она будет – вместе со своими детьми! Будет! Вопреки всему и всем назло!

Пусть Лоренсо женится хоть на ком! Маргарита и поможет, и подскажет! И прикроет, если что! Детей она же прикрывала от двора? Сама в этом гадюшнике варилась, сама терпела и стискивала зубы, сама выслушивала отца и принимала проявления его самодурства!

Вот и сейчас – справится! Прикроет детей! И любого заставит закрыть рот!

Ленора выходит замуж за мага? Да замечательно! Детка, вы же не будете ребеночка растить в Академии? Давай подумаем, где вам дом купить? Может рядышком?

– Мам, дорого!

– Девочка моя, ты принцесса! И приданое у тебя есть! Какое дорого?

– Ну…

– Твой жених тебя любит?

– Да, – в этом сомнений не было.

– Просто пропишем дом как мой подарок на свадьбу, вот и все. Против этого вы возражать не станете?

– Не знаю. Мам, я поговорю с Альваресом.

– Может, вместе поговорим?

– Нет, сначала я са… ма…

Маргарита с ужасом наблюдала, как закатываются глаза ее дочери, как выцветает, теряет краски, ее лицо, как Ленора откидывается назад… она еще не видела своего ребенка в состоянии глубокого транса. Но это был именно он.

Ленора ощутила это именно как далекие удары барабанов. Пока еще на самой границе восприятия.

Бам. Бам! БАМ!!!

Ко дворцу приближалось – НЕЧТО.

Некто.

Человек, безусловно. Это не спутаешь. Но человек… обычные люди проходят серым фоном. Маги словно светятся. А этот человек не просто сияет. От него или от нее волна расходится по округе. Да такая, что даже необученный маг почувствует, не то что она!

Ленора понимала, что идет кто-то сильный. Очень сильный, сильнее, чем она, чем Альварес, может, в несколько раз сильнее. С миром ли он идет? Или с войной?

Ленора прислушалась, метнула вперед свою силу, словно копье – пока прощупать!

Кто ты?

Зачем ты здесь?!

И словно солнцем в ответ ударило.

Бывает такое, когда в разгар жаркого солнечного дня выходишь из аудитории на улицу – и тебя словно волной тепла и света окутывает. После древних камней, после сумрака аудитории, после сырости и легкого запаха плесени, с которым в университете не могут справиться никакие маги.

Такой уютной и хорошей кажется солнечная аура! И поневоле улыбаешься.

Это не прямой ответ, нет. Но сразу ясно, что пришедший не враг. И зла не несет.

Здесь и сейчас такое не спрятать, любые воинственные намерения оставят свой след. Любые…

Можно лгать при встрече, лицом к лицу, глаза в глаза.

Нельзя лгать здесь и сейчас, когда встретились две души, две силы. Силы… Ленора не считала себя слабой и хрупкой, давно уже не считала. Она – одна из самых сильных огневичек. Да и Альвареса нежным мальчиком не назовешь, он был сильнее Леноры в несколько раз. Но то, что к ней приближалось…

Нет, там не было такой уж невероятной силы.

Может, даже в чем-то Ленора была сильнее. Или могла сильнее ударить огнем. Но это… к ней приближался не огонь.

Хаотичный клубок, сплетение нитей всех цветов, все силы – тут и земля, и вода, и воздух, и огонь, и все они гармонично сплетены между собой, вопреки всем правилам Академии.

Стихия может быть только одна. Остальные рядом с ней не уживутся.

Альварес представал как клубок огненно-красных нитей, Ленора знала и о себе, но тут… тут представлены все стихии, и все они находятся в равновесии, все они неотделимы друг от друга. Этот человек может воззвать и к огню, и к воде, равно. Хотя такого вроде бы и не бывает?

Или бывает, просто не обо всем знает Ленора?

Женщина напряглась, пытаясь задать вопрос. Хотя бы один. Коротенький.

– Кто ты?

– Я… иду. Я не причиню вреда! Встреть меня!

Девичий голос донесся словно из дальней дали. И Ленору просто выкинуло из транса.

– Нора!!! Ленора!!!

Мать трясла ее за плечи, пыталась привести в чувство.

Ленора поморгала глазами, осознавая себя уже не на тонком плане, а в комнате, в маминых покоях, полулежащей в кресле… и осознавая, что ей ничего не примерещилось. Оно приближается. И надо встретить этого человека.

– Мам… все хорошо… правда!

– ПРАВДА?! – взвилась Маргарита Мария. – Правда?! Ты как мертвая лежишь!!!

– Я… это транс.

– Транс?! Какой транс?! Что это вообще такое?! Зачем?!

И как тут объяснишь, чтобы быстро и мама поняла? А времени точно нет, ЭТО приближается! Почему ничего не чувствуют придворные маги?

Хотя после Карраско туда никого приличного не набирали. Да и вообще… магия – это ежедневная работа над собой и своей силой. При дворе это нереально. Понятно, они и не чувствуют.

Или это нечто приоткрылось только для Леноры?

Они знакомы?

Ответы ждут на улице.

– Мама, нам нужно выйти…

– Куда?!

– К нам кто-то едет. Кто-то очень сильный. И этого человека надо встретить.

Когда было нужно, Маргарита Мария соображала очень быстро.

– Маг? Враг?

– Нет. Я не стала бы драться, правда. Мам, я бы лучше сбежала. Это не человек… это человек, но он сильнее меня в разы. В десятки раз.

Маргарита Мария поежилась. Кто-то? Маг? Сильнее ее ребенка? А… туда точно надо идти?

– Нора, может быть, не надо? Пусть… пусть придворные маги…

– Они даже не почуяли эту силу. Ты же видишь…

– Вижу?

– Если бы хоть почувствовали, тут было бы невесть что. Мам, надо потом всех этих магов поменять и разогнать. Не понимаю, что они тут делают! Студентов из Академии набрать – и то пользы будет больше. Все, у меня нет времени! Я пошла! Побудь пока тут.

Маргарита Мария только головой покачала.

– Я с тобой.

– Зачем?

– У меня все же больше прав, чем у тебя, Нора. Мало ли что понадобится! Меня послушают и слуги, и стражники. Тебя мало кто знает, а я принцесса, пусть даже и побывавшая замужем.

– Хорошо, мам. Идем…

Маргарита Мария крепко обняла дочь и на секунду вот так застыла.

Даже на долю секунды.

Ленора не знает, что планирует ее мать. И не узнает никогда, разве только… Если это враг – Маргарита Мария ничего не сможет сделать. Что она против мага?

Пустота.

Хотя – нет. Одно она сделать может.

Первый удар врага придется на нее. Один шанс она даст дочке и внуку. Хотя бы один шанс, одну лишнюю секунду. А за это и своей жизни не жалко.

* * *

Дарея, в силу своей внешности, не могла общаться с людьми нормально. Иначе она бы поняла, что ее предложение… нелогично. И это еще мягко сказано.

Вот просто – приходит в полицию человек.

Здравствуйте, я тут в курсе о готовящемся заговоре… давайте срочно принимать меры!

Что ответят полицейские?

Конечно-конечно, вы вот тут посидите, сейчас лекарь подъедут.

Потому как таких знающих – легион. Теория заговора – одно из самых распространенных психических заболеваний. Кто там заговаривается, на какую тему – неважно! У кого-то мединцы хотят мир уничтожить, у кого-то муравьи мечтают вырасти размером с человека и всех сожрать – неважно!

Лекари всем помогут! У них работа такая!

Конечно, Лидия многое ей рассказывала, и Эллора делилась подробностями, но в чем-то Дарея просто оставалась ребенком. Всех тонкостей человеческих взаимоотношений не поймешь, пока не поваришься в этом котле, пока сам не поговоришь с людьми, не поработаешь…

Дарея просто не понимала, почему так нельзя?

Почему нельзя прийти в полицию, почему ее не услышат, почему никто и ничего не станет делать.

А правда – почему?

Все же логично, если ты знаешь о готовящихся проблемах, их надо предотвратить.

Врет? Но она же не врет! Почему ей не верят?! Просто – почему?!

Крис мог бы ей кое-что поведать, но тоже предпочитал промолчать. Зачем? Он половину объяснить просто не может, вот и ни к чему. Дарее не нужны такие сложности.

А ему нужно понять, как действовать.

Заговор существует, мединцы тоже, покушение на короля надо предотвратить… но – как?! КАК, во имя Творца?!

Как бы ему пробиться хоть к кому, обладающему властью? У Криса ни денег, ни связей, ни власти, ни знакомых – ничего! Вообще ничего! Разве что фатальная невезучесть! И на его плечах повисло ТАКОЕ! Страшно же!

А действовать надо, никто и ничего за него не сделает!

Вот оно, здание полиции.

Вот охранник у входа.

И к кому обратиться? К нему? А там, за городом, ждет Дарея… ждет, переживает, нервничает… Почему-то Крису и в голову не приходило, что она может его обманывать.

Не выглядела чешуйчатая девушка вруньей. Особенно когда жаловалась на своего парня.

Выглядела расстроенной, усталой, измученной, но не лгуньей. Это ведь тоже видно, если кто видеть хочет. Крису часто врали, он-то знал. Дарея не лгала, он не лжет, осталось донести это до кого-то высокопоставленного и добиться конкретных действий.

Ей-ей, Землю повернуть проще, да она и сама вертится! А тут… как все сложно! Что делать-то? Попробовать в полицию хоть зайти?

Парень огляделся, подумал… шагнул вперед – и в него кто-то врезался.

– Ой!

– Смотри, куда идешь!

Пабло с утра был не в настроении. И почему бы? Странно даже!

Но на службу явился. А что ему – убегать? Между прочим, место хорошее, деньги капают, чего уходить? Некромант недоволен? А он тут не главное начальство… может, Пабло просто от морга в другое место переведут? И будет всем хорошо…

А тут этот оборванец…

– Простите, сеньор!

– Простите?! – вскипел Пабло. – Да ты смотри под ноги! Ты тут вообще что делаешь, крыса корабельная?! Только мостовые пачкаешь!

Крис едва не застонал. Вот, сейчас его погонят отсюда, вид-то у него и правда не так, чтобы очень… и как потом возвращаться? И что он Дарее скажет?

Еще бы пара минут, и Пабло пинками прогнал парня от здания полиции. Но вот этой пары минут и не хватило. Может быть, повезло Крису.

А может, не повезло Пабло? Кто ж теперь скажет? Но… на него налетел Хавьер.

Треси сегодня с ним не пошла на работу, а кушать хочется. Вот и выскочил жуткий некрос в обеденный перерыв за пирожками. И, возвращаясь обратно, обнаружил интересную сцену.

Как Пабло гонит кого-то от морга.

Ну тут бы Хавьер вступился за человека просто из врожденной вредности. За любого человека, которого будет гонять и ругать этот конкретный охранник. Вообще – любого. И почему ему так Пабло не нравился? Наверное, что-то личное…

– Рот закрыл. И пошел писать заявление на увольнение.

Пабло сначала хлопнул глазами. Но рот не закрыл. Видимо, разгон уже набрал, сложно остановиться было…

– Тан некромант, вы это… здесь не то… я вам не этот, который…

Хавьер и слушать дальше не стал. Вот еще, время на каждого дурака тратить? Есть проступок? Отлично, напишем докладную, этого хватит для увольнения. А если у парня веская причина ломиться в полицию – тем более. Не похож этот юноша на человека, который часто прибегает к помощи правосудия. А вот на человека, у которого беда случилась, серьезная беда – так даже очень похож.

– Значит, уволят вечером. Брысь с глаз моих, – цыкнул Хавьер в сторону Пабло. – У тебя какое дело, моряк?

Крис долго и не думал. Вряд ли его к мэру подпустят, или там к начальнику полиции. А тут маг, некромант, и выслушать его готов, и охранника прогнал – чего еще ждать-то? Разговаривать надо!

– Вот, тан некромант.

И разжал протянутую руку.

На ладони моряка блеснула чешуя Дареи.

Перед тем, как отправиться в город, Дарея оторвала Крису несколько чешуек со своего щупальца. Получилась рана… Больно, конечно! С вас бы кусок кожи по-живому срезать! Но и выбора никакого не было!

Уж до простой мысли дошли и Крис, и Дарея. Вот является невесть кто, неизвестно откуда – и что? Ему так сразу и поверят? Сам бы Крис точно не поверил… остается только хоть какое доказательство предъявить. Дохлого мединца?

Так их взять неоткуда. И не согласилась бы Дарея убивать своих собратьев.

Оторвать у себя щупальце? Такое она тоже сделать не могла, это как руку себе отрубить. Оно потом вырастет, но это потом, потом… сейчас-то больно! А если придется действовать? Куда-то бежать, плыть, драться? Рана помешает.

Оставалась только чешуя.

Дарее все равно было больно, но других доказательств у них не было.

Вот эту чешую Крис и показал на грязной ладони. Хавьер долго не раздумывал. Что-что, а это он мог опознать за перестрел.

Чешуя мединца? На ладони у человека?

Как минимум его надо выслушать!

– Идем со мной. О таком на улице не говорят.

Что-то пробулькал Пабло, но на него уже никто не обращал внимания. И на злобу, которая горела в его глазах – тоже.

Крис послушно проследовал за Хавьером в морг. Некромант выглядел достаточно страшным, но после мединцев моряка даже не подмораживало в его присутствии. Чего уж там… некромант его убивать не собирается. А мединцы хотели…

И путешествие под водой тоже…

В морге Хавьер бросил сверток с пирожками на стол, кивнул Крису.

– Кофе будешь? Или чего покрепче?

Покрепче хотелось. Но мало ли что дальше будет? Так что Крис мужественно качнул головой.

– Нельзя пока, тан…

– Карраско. Некромант.

– Нельзя мне, тан. Видите чешую? Это мединцы…

– Вижу. И даже, что она свежая. Ты кого-то из них убил?

– Нет, тан Карраско. Наоборот, мне помогли убежать от них…

– Подробнее, – попросил Хавьер, не отвлекаясь от кофе. Та еще зараза, только отвернись – убежит! А ты потом оттирай горелку! Не-не, так некромант не соглашался.

Вот, сейчас пенка поднимется, можно будет и отвлечься. Хотя у Треси тот же кофе получается намного вкуснее…

При мысли о невесте некромант улыбнулся. И тут же вернулся к делу.

– Тебя похитили? Или что?

– Корабль наш потопили, – принялся рассказывать Крис.

Хорошим рассказчиком его назвать было нельзя, мужчина запинался, возвращался к одним и тем же событиям, повторялся, ругался, вставлял ругательства… Хавьер это терпел. Потому что понял, что речь идет о важном деле.

Гнездо мединцев.

И Дарея Бенитес.

– Дарея Лидия?

– Да, она так себя называла.

– И Рамон?

– Рамон Амадо Бустос. Я точно помню.

И откуда было о таком знать моряку? Конечно, может, это и ловушка, но вряд ли. Уж настолько-то Хавьер в людях разбирается! Видно же, что моряк этот простой, как два медяка, что вляпался он в заварушку, а вот что дальше-то делать, и не подозревает.

А еще…

– Ты знаешь, что на тебе проклятие?

– На мне? Че-го?

– Невезения. Такое, мелкое…

– Ни… себе, мелкое?!

– Жизнь тебе изгадить оно вполне способно.

Крис и не сомневался. Собственно, уже. С детства гадило. Почему он не знал? Да кто ж о таком скажет? Это к магу надо попасть, а магов не так много, некромантов и вообще… Вы их много в трущобах видели? Вот и Крис не видел. А жаль.

– Тан… и что теперь с этим делать?

Хавьер задумался, но ненадолго. Телефонировал Вальдесу, уточнил кое-что и кивнул Крису.

– Иди сюда.

– Ээ-эээ…

Не то чтобы Крис боялся. Он просто… некромант же! Кто его знает, чего там в темную голову придет? Может, ему жертва нужна? А что? Знаете, какие истории про них рассказывают? Вот и не надо вам такого знать, спать лучше будете!

– Иди-иди, с тобой сейчас даже рядом стоять – дело сомнительное. Сам не вляпаешься, так других подведешь.

– А с этим можно… того? Чтобы проблем не было? Разобраться, или еще как?

– Жить с этим не советую. Когда все закончится, придешь ко мне. Разберемся…

– К-как?

– Проводится ритуал, проклятие отправляется к тому, кто его наложил, и живи спокойно, хоть до ста лет. И с тобой ничего не будет, не переживай. А пока…

На шею Крису легла цепочка с небольшим белым кулоном. Щадя бедолагу, Хавьер не стал говорить, что это человеческая кость. Один из его первых опытов, как раз против вот таких проклятий… Не то чтобы они были серьезными или особенно прилипчивыми. Но пакостными, мелкими и трудно снимаемыми. А еще так проклясть может даже склочная соседка. Тут лишь бы ляпнуть от души – и приклеится. Иногда к виновнику, иногда на ребенка переползет. Хавьер сам сколько видел…

– А оно не…

– За пару-тройку дней ничего с тобой не случится. А потом я с тебя проклятие сниму, и все будет в порядке. Поехали.

– К-куда, тан?

– В королевский дворец.

Крис как рот открыл, так его и закрыть забыл. Так и в мобиле ехал, молча и с открытым ртом.

Хавьер не возражал. Пусть хоть как, лишь бы помогло. Лишь бы разобрались с планами мединцев вовремя. А то у него планы, ему жениться хочется, некогда ему с этими чешуйчатыми гадами возиться!

* * *

– Нас встретят, – Феола выглядела подозрительно довольной.

В отличие от Леноры, она не выглядела потерявшей сознание. Сидела в мобиле спокойно, разве что глаза прикрыла.

И несправедлива была Ленора к придворным магам. Феола просто искала именно ее. Именно принцессу, которую видела на площади. К ней и тянулись все ниточки.

А маги…

А что они могут почувствовать?

Феола ведь не маг как таковая. Ее собственная сила – невелика. Может, рану вылечит. Может, молодость чуток продлит. Но не больше.

То, что увидела Ленора, не было силой самой Феолы. Просто шаман – часть окружающего мира. Понадобится ей сила воды – вода поделится. Сила земли? И земля радостно раскроет для нее свои ладони. Шаман ведь не так силен, это особенность его силы.

Маг гнет мир под себя, преодолевает его, ломает. И чем больше его сила, тем страшнее его влияние.

А шаману не надо влиять. Ему или ей достаточно просто попросить. Поговорить, объяснить – и если его действия несут пользу для мира, ему помогут. И ответят.

Зачем для такого невероятная сила? Правильно, незачем. Но кто в Астилии видел шаманов? Давно уже их не рождалось на этой земле…

Мобиль остановился у ворот дворца, Амадо вышел сам, но помочь Феоле не успел. Серхио оказался быстрее, да и ближе ему было – не обходить вокруг мобиля.

И у ворот ждали две женщины.

Мать и дочь, явно. Мать постарше, со следами былой красоты, вся в лиловом и сером, лицо строгое и решительное. Вторая – симпатичная брюнеточка с золотистыми искорками в глазах. Смотрит с любопытством, но тоже явно готова… к чему? К нападению?

Феола шагнула вперед. И протянула перед собой раскрытые ладони.

– Я пришла с миром.

Ленора тоже сделала шаг вперед.

– ТЫ?!

Сказано это было с таким удивлением, словно вместо Феолы на мостовой стоял семиголовый зеленый дракон. Еще и хвостиком так кокетливо помахивал. И неудивительно.

Ленора ожидала… да чего угодно! Архимага, к примеру! Седого и с посохом. Или того же дракона – неудивительно. Но явно не рыжую девчонку младше нее самой на несколько лет. Откуда такая сила в таком возрасте?!

Вслух Ленора этого не сказала, понятно.

– Ты кто?

– Мое имя Феола Амадина Ксарес. А то, что ты видишь, легко объяснимо. Я – шаман.

Еще бы Леноре это что-то объяснило! Не сталкивалась она раньше с шаманами, никак, нигде! И в университете такому не учили! И… делать-то с ней что? Что дальше?

Феола поняла затруднения принцессы.

– Если я дам слово не вредить тебе, твоей матери, брату и ребенку, мы сможем поговорить под крышей? Не здесь, у всех на виду?

– Моему мужу?

– Ты пока не замужем. Отцу ребенка, но мне кажется, что его тут нет? Я бы увидела такую силу, – пожала плечами Феола.

– Ты и это видишь?

– Я – шаман. Чтобы тебе было понятно, я обязана это видеть. Равно как и многое другое. К примеру, у твоей матери давно и прочно болит желудок. И если она в ближайшее время не займется своим здоровьем, ты ее потеряешь.

– Ой…

Маргарита Мария поверила как-то сразу.

Желудок действительно болел, иногда до слез. Так, что она в рот взять ничего не могла. Ее по нескольку дней тошнило, рвало, она едва могла воду с лимоном пить, и то по чуть-чуть. Но… откуда об этом может знать рыжая девушка?

– Причина вашей боли мертва. Но изменения пошли дальше, – Феола приглядывалась к женщине. – Могу я полечить, можете потом к другому магу обратиться. Там работы ненадолго, но болезнь надо задавить в зародыше сейчас. Пока еще есть возможность.

– Вот сейчас и полечишь, – приняла решения Ленора. – Идем. Заодно и поговорим.

– Тогда сразу… позвольте представить вам. Тан Карлос Мануэль Кампос, тан Серхио Мария Вальдес, тан Амадо Эрнесто Риалон, скромный брат Анхель… епископ Тадео пытался получить аудиенцию у его высочества, но ничего не вышло. Может быть, мы и его тоже пригласим?

Ленора подумала пару секунд. А потом тряхнула головой, окончательно уничтожая сложную прическу, на которую с утра служанки полчаса потратили.

– Сначала моя мать. Потом все остальное. Вы же не просто так здесь? Обещаю, я помогу, чем смогу. Но – потом.

Феола кивнула.

Сила Леноры была такова, что болезни она… не то чтобы не видела. Огневики это могут. Да любой маг может заметить непорядок в ауре. Но вот правильно распознать его, поставить диагноз, вылечить… это другое, совсем другое.