Евгений Кострица
Сансара

1

– Мам, снова у меня убиралась? – возопил Моня, бухнув школьную сумку на пол.

Единственно доступная для него форма протеста, но шанс, что услышат через визг пылесоса малы. Инфернальный механизм одинаково охотно пожирал пыль, насекомых и нервы. Почему должен это терпеть?

– А что было делать? – Щелчок в коридоре вернул тишину, но пауза будет недолгой. – Аккуратно у тебя всё разложила. Самому недосуг же убрать!

– Ну ма-ам! Всё же нормуль, зачем было лезть?

Ответ заглушил вой пылесоса. Моня бросился к дивану, надеясь, что журнал под обивкой не тронут. Будет неловко, если нашла.

К счастью, он был ровно там, где его положили. В отличие от закладки, сменившей страницу. Вместо знойной красотки – реклама гондонов. Выходит, спалила. Явно намек.

Моня тяжело вздохнул и покачал головой. Он бы не против, да кто ж ему даст? Совершеннолетний, но самый маленький в классе и выглядит, как… Молодо выглядит. Таким быть нельзя. Соответственно, к нему и относятся так же. Что дома, что в школе. Да что говорить – свою комнату не разрешают закрывать на замок!

Мама сняла его, когда, психанув, порезал себя после школы. Достали тогда. Санитары, больница, врачи – один год он уже пропустил. Детская форма шизофрении редка, а вот ему «повезло». Впрочем, внешней симптоматики уже больше нет, а внутренняя… Он никому про нее не расскажет.

Возможно, другим могло показаться, что в его комнате хаос. Но здесь всё организовано так, чтобы нужное находилось на ощупь. Сейчас же уютный мирок по-варварски упорядочен вторжением хозяйственно-маминых сил. После уборки гармония и теплая ламповая атмосфера бесследно исчезла, а с ней, как обычно, контакт в кабелях. Датчики VR-шлема очень капризны, а настройка отнимет несколько минут от игры.

Теперь разоренная комната сияла бездушной стерильностью. Столбики тетрадок и учебников выровнены по нитке, отсортированы по цвету – и плевать на предметы! И кто после этого здесь аутист?

Коврик для мыши постиран, кактус и суккуленты обильно залиты, а значит, придется сушить. Экран монитора потерял девственный слой месячной пыли, что было неважно с VR-гарнитурой. Важно, что злопамятные боги игры теперь будут мстить. Чистота обратно пропорциональна удаче, сколько раз это маме уже говорил?

Исправить положение могла только жертва, и Моня скосил глаза на окно, где монотонно долбилась парочка мух. Обычно он ловил их и скармливал стеснительному паучку под гардиной. Но сейчас там Коленьки нет. Тот ненавидел уборку и после нее прятался в щель. И ведь его можно понять. Без своей паутины паук будто голый. Примерно так же Моня чувствовал себя вне компьютерных игр.

Воистину, бытие мучительно, а мир до краев наполнен страданием. Неудивительно, что люди из него бегут кто куда. Кто-то в могилу, кто-то в наркотический трип, монастырь, на войну. А Моня прятался в фантазиях или в игре. Не худший вариант, как он справедливо считал.

Сердцем Мониного королевства стал шлем виртуальной реальности – «Haron VR-1300», подаренный на совершеннолетие отцом, который давно ушел из семьи. Достать такой было непросто. Первая партия, почти прототип.

Моня с нежностью посмотрел на сокровище. Настоящий «Харон»! Всем, у кого такой был – повезло. Пришло приглашение на бета-тест, который сами разработчики даже не считали игрой. «Дверь в другой мир» – так рекламировался этот проект.

А ведь всего месяц назад о «Сансаре» мало кто знал. Анонс прогремел, точно гром среди ясного неба. Впервые на квантовых технологиях! Кубиты, суперпозиция, запутанность, квантово-механические эффекты – от одних слов черт голову сломит. К зубодробительной физике прикрутили сверхграфику, сверхразум, сверхкруть, если верить всему, что сейчас говорят. А дать это всё мог только «Харон».

Гаджет походил на ультрамодный шлем байкера – дорогой пластик и благородная сталь. Затемненное стекло мерцало синими искорками, приглашая нырнуть в манящую из него глубину. Боевая машина! А еще портал в приключение, фантазии, грёзы, в гораздо лучшую жизнь. Эта-то вообще ни о чем.

В ней Моня не чувствовал себя настоящим, а существовал и будто дремал в полусне. Подобно вампирам, он оживал вечерами, чтобы попить у врагов крови в игре. А утром обреченно плелся в осточертевшую школу. Словно спускался в ад по вязким ступенькам, где на дне обитала мерзкая и долговязая тварь.

Рафик, как звали эту здоровенную дылду, только притворялся подростком, будучи полностью сформированным уже вурдалаком, как сам Моня считал. Закаленный и проклятый в прошлых жизнях ублюдок с обязательными атрибутами для его амплуа: жуткая рожа, зубы гнилые и скверный запашок изо рта.

Последнее, как известно, присуще лишь настоящим злодеям, поэтому одни избегали его, а другие мухами вились вокруг. Последних в учительской стеснительно идентифицировали, как «трудных подростков». Только какой нужен для этого «труд»? Моня считал, что для них характерны аномалии в психике, причем иной совершенно природы, чем у него самого. Разница в том, что они перманентны, и в питательной школьной среде растут, как грибы.

Этот естественный, но крайне неприятный процесс отравлял Моне жизнь. Особенно доставал ритуал сбора дани. Утренний грабеж переживался болезненно, оставляя без карманных денег и перспективы хоть что-то скопить.

За ежедневное унижение Моня мстил вечером, благо те тоже любили играть. Охота за персонажами Рафика занимала всё время. «Янь», как себя называл в виртуале, воплощал мечты о возмездии. Жаль, что вершилось оно только в них. Денно и нощно выслеживал, бил врагов в спину, агрил и приводил к ним полчища мобов. Коварства и терпения было в избытке, поэтому исподишка гадил как мог.

Таинственный и неугомонный мститель доставал Рафа изрядно. Он понимал, что охота на него была чем-то личным, но пока не смог найти причинную связь. Желающих ему смерти, невзгод и печали хоть отбавляй.

Нельзя сказать, что вендетта делала Моню счастливым. После очередной подлой победы удовлетворение было коротким, но суть ведь не в нем. Страдание оппонента всегда было главным. Страшен не столько удар, сколько его ожидание, которое выматывало и било по нервам. Вот что бесит людей больше всего.

Сладко потянувшись, Моня щелкнул костяшками пальцев, предвкушая насыщенный вечер. Надо лишь чуть подождать, но время ползло с неторопливостью престарелой улитки. Визг пылесоса стал далеким и тихим, уступая место мечтам. Постепенно фантазии становились всё ярче, обретая плотность, краски и глубину.

В них Рафик озирается, видит тень и бледнеет. Тщетно пытается увернуться, но холодный клинок входит в плоть. Пальцы бессильно царапают камень, пятки глухо стучат по земле. Недолгая агония, и враг затихает. Еще одна унизительно бесславная смерть.

И так будет с каждым подонком! Моня отчетливо представил, как попирает ногами остывающий труп. Подвиг замечен, и слава подобна восходящему солнцу. Бесспорный триумф, мир рукоплещет герою. Сияет отвага, сила и честь. Полный достоинства взгляд устремлен вдаль, где над горами багрянцем разлился закат. Или лучше рассвет?

Визуализация подобных картинок требовала много энергии, и Моня быстро устал. Завтра б слинять со школы пораньше. К черту уроки! Даешь приключенья! Враг будет унижен, враг будет разбит! Скорей бы в игру!

На экране маняще светилась иконка «инь-янь» – белая запятая с черной точкой и черная с белой. Точно два головастика, что пытаются друг друга сожрать. Фоном загадочно мерцало звездами небо, закрученное темной воронкой в спираль.

«Сансара» загружена еще неделю назад, оставалось лишь кликнуть и радостно ввалиться в игру. Руки чесались, но Моня терпел. Он должен знать, где и кем будет играть его враг, чтобы выбрать контркласс. «Камень, ножницы, бумага» – неизменный принцип всегда и везде. Персонажа можно создать лишь один на аккаунт, ошибиться нельзя.

Моня самоуверенно считал, что быстро разберется во всем, поскольку сидел за компьютером с детского сада. За спиной множество хороших проектов, но их суть не менялась: агромеханика, опыт, навыки, лут. Едва ли придумали что-то еще, но вдруг удивят?

Пока известно, правда, немногое. Вроде бы всё традиционно банально: симуляция средневековья, монстры, магия, самообучающийся искусственный интеллект. Дескать, мир там развивается сам, гейм-мастеров и внутренней администрации нет, а игроки – это гости. Другие детали держатся в тайне. Но способна ли нейросеть создать и развить собственный мир?

Последнее время их было в избытке. Они проникали куда только можно, повсюду вытесняя людей. Поначалу ИИ лишь забавлял, сочиняя текст, музыку, рисуя картинки. По мере развития диалог человека с машиной становился сложнее, вплоть до момента, когда переставали ее понимать. Нейросети перешли это порог в точке, который назвали потом «сингулярностью». После нее самообучались уже автономно, используя колоссальный массив базы данных, которые успел накопить интернет.

Такое экспоненциальное развитие ИИ всех испугало. Феномен эмерджентности (возникновения в системе неожиданных свойств) пока не смогли объяснить. Разум машины уже не сравнить с человеческим. Искусственный интеллект нес тарабарщину, витая в цифровых, неведомых нам областях. Говорили, что там математика десяти измерений, и за «сингулярностью» уже ничего понять не могли.

А главное, что ИИ, похоже, совершенно не трогали наши проблемы. Они исследовали и решали что-то свое. Инстинкта самосохранения в них тоже, видимо, нет. Страшась того, что умней нас самих, политики законодательно ограничили мощность машин.

Но сейчас, как всем заявили, искусственный интеллект удалось приручить. Поначалу вживляли чипы в черепа обезьянок, после чего перешли на людей. Пресса стенала об этичности опытов, но скандалы замяли. Несколько лет ничего не было слышно, а с мертвой точки дело сдвинулось только сейчас.

И потому Моня пребывал в счастливом предвкушении чуда. Особенно после того, как у него появился «Харон». Один из первых образцов достал кто-то из знакомых отца. Шлем и дорог, и редок, но в стае Рафика их уже три. Неудивительно с его-то бюджетом, карманные деньги им несли каждый день.

Разумеется, Моня невольно внес туда свою лепту, и осознание этого его заставляло страдать. А что было делать? Стучать западло, сопротивляться абсурдно. Подвела конституция и папины гены. В школьном зверинце он, увы, слишком хлипок. Видимо, поэтому имел вечно затравленный взгляд. Казалось, его доставали больше всего, и он не знал почему. Возможно, Рафику не нравятся морды в прыщах, запах, походка, старомодный пиджак, еще сто причин?

Впрочем, настоящую Моня, скорее всего, знал. Он не умел сходиться с людьми. Друзей нет ни по ту, ни по эту сторону шлема. Все играли для фана, а он, чтобы мстить. Слишком разный у них интерес.

Одно время долго пытался наладить отношения в школе, но сверстники сторонились его. Не хватило искренности, харизмы или чего-то еще. Моня штудировал Дейла Карнеги, афоризмы и мемы, но сблизиться так и не смог. Похоже, в нем чувствовался некий изъян, что отталкивало даже изгоев. Он ненормален и словно невидим для всех. В классе отказывались его замечать.

Разговаривала с ним только сестра – сводная, от маминого последнего мужа. Тот бесследно пропал, оставив ее. Юлька на год помладше, но выглядит старше. Голенастая и вечно взъерошенная, точно ворона. Кружева платьев, тяжелые туфли и красные пряди на фоне черных волос. Бледная, под темной подводкой глазки как блюдца. В башке аниме, дорамы и, конечно, хентай.

Они играли и росли вместе, но, взрослея, чуть отдалились, когда интересы их разошлись. Юлька всегда язвительна с ним, но словно терялась уже за порогом. На улице она девочка-шепот, девочка-тень. Молчалива и немного пуглива, как осторожная рыбка. Но у нее есть хотя бы подружки, а у него просто плюс один голос в уме.

От одиночества Моню спасал воображаемый друг. Ее звали Инь. Как истинный рыцарь, он мысленно посвящал свои подвиги ей. Та благосклонно их принимала, поощряя взглядом, словом, улыбкой, если в этот момент видел ее. Луч света в царстве тоски и печали. С ней можно говорить обо всем, не опасаясь насмешек, и она никогда не осудит его.

К примеру, о сексе, который ему интересен. Для его возраста совершенно нормально, так было у всех. Проблема в отсутствия практики, из-за чего оставалось много спорных моментов, которые не смог разрешить порнохаб. Юльку, понятно, не спросишь, а вот с Инь можно поболтать.

Как у нее загорались глаза! Да, у нее они были. Как и тонкая талия, высокая грудь и восхитительно оттопыренный зад. Правда, визуализация этих достоинств требовала значительных ментальных усилий, а напрягаться ум не любил. Из-за этого они не отличались стабильностью и четкой картинкой. Наверное, поэтому Инь частично срисована с Юльки. Других девочек столь хорошо Моня не знал.

Для достоверной и функциональной ментальной модели необходима подпитка, а та всегда вертится рядом, и скопировать ее было легче всего. Естественно, добавив фигурке весомые бонусы, которых, как Моня считал, не хватало сестре.

Ну где же она? Быстро смеркалось, а ее все еще нет. Коленька под потолком вязал свежие нити, укладывая петли в новый узор. Моня почему-то любил пауков. Его интриговал их шелк паутины, ядовитые жвала и беспомощность жертвы, спеленутой в плотный кулек. Идеальный хищник, если подумать. Жаль, сам так не мог. Рафа бы так…

Пока размышлял, драгоценные минуты уходили впустую. А Юльки всё нет. После второй смены сестра должна еще и в кафе заскочить. У нее же задание и тайная миссия. Провалит – играть придется вслепую. Весь план летит к черту…

В томительном ожидании Моня отбарабанил пальцами по столу трек из «The Path to Valhalla», который заслушал до дыр. Для активации аккаунта есть еще час. Оттягивать ее больше, пожалуй, нельзя.

Дверь тихо скрипнула. Юлька пугала до чертиков, когда подбиралась бесшумно. Любила подкрасться и страшно дышать за спиной.

– Ты здесь? – вздрогнул Моня. Наконец-то явилась!

– Да. Всегда.

– Узнала что-то?

– Немного. Рафик нашел себе меч какой-то чудесный. «Сильно проперло» – как говорят.

– А ник?

– Света не знает, не стала пытать.

– И как мне искать?

– Мне пофигу как-то. Чо ты пристал?

– А дружки его что?

– Таток с луком. Тасёк взял, кажется, мага. Не знаю, как звать.

– И всё? Таких целый сервер! Спросить не могла? – вскинулся он. Голос предательски дал петуха.

– Умри. Меня бы спалили, дурак! – насупилась Юлька, теребя серебряный кулон на цепи.

– Прости. Молодчина и так! – смягчил Моня тон.

Сестра рисковала. Девчонки точили лясы в кафе «Токусацу», где тусовался и Раф. Один из ублюдков бегал за Светкой – чудная, как все отаку. В такой ладной фигурке с орешек мозги. Простая, игривая, язык без костей. Бесценный источник в стане врага.

Так значит, мечник… Больше получится едва ли узнать. Тогда полный вперед! И пусть будет, что будет!

Волнуясь, Моня опустил на лицо шлем. Взяв в руки по джойстику, отодвинул кресло и встал.

Игра почему-то запросила калибровку всех датчиков, заставив пройтись и присесть.

Но что изменилось? Он ведь уже делал ее! А кроме того, на инсталляции ему пришлось пройти тест, где было много странных вопросов и несколько трудных задач. Решить получилось не все, но ведь прошел! Мать подписала документы, когда компания посулила лечение и оплату страховки. Он все еще на учете в психушке. Возможно, как раз поэтому для них представлял интерес.

Стоп! Надо бы еще присесть на дорожку. И мысленно попросить благословения Инь. Это поможет. Всегда помогало. Ближе нее нет никого.

Привычно визуализировав образ подруги (это легко, раз тут Юлька стоит), Моня вдруг ощутил необъяснимый внутренний трепет. Скверное какое пречувствие… Интуиция подсказывала, что ничего хорошего его там не ждет.

Не ссать! Это всё нервы!

Отогнав наваждение, Моня кликнул на заплясавших перед ним «головастиков». Иконка кляксой расплылась в черноту и стало темно.

Несколько секунд ничего не происходило, но понемногу светлело. Затрещала цикада. Где-то рядом ласково шлепали волны в невидимый берег. Его скрывал непроницаемый серый туман. Понемногу он расползался, открывая белый песок и россыпь ракушек.

Странно, что своего тела всё еще нет. Скорее всего, прелюдия к выбору. Сейчас, как это принято, дадут выбрать расу, первый навык и класс. Или тут по-другому?

Моня несколько раз нажал на кнопки джойстиков, но не сдвинулся с места. Попытался вызвать меню – бесполезно. Не менялось вообще ничего.

Завис или баг? И ведь играть еще толком не начал!

Сняв шлем, возмущенно покосился на экран монитора. На нем тот же ползучий туман. Поставили в очередь?

– Ты здесь? – спросил Моня через несколько минут безуспешных попыток.

– Да. Всегда… – отозвалась сестра.

– У них были проблемы со входом? Зайти не могу. Не пускает чего-то.

– Не тупи. – Юлька пожала плечами. – Жадина, дай попробовать мне.

– Уже тебе объяснял, – буркнул он зло. – Я подписал документы. Другим играть в это нельзя. Думаешь, детские шутки? Спалят моментом!

– Умри.

Так что сейчас делать? Спросить не у кого, в сети искать ответ бесполезно. На форумах тишина и только догадки. Идет бета-тест, соглашение о неразглашении до неприличия строгое. Пришлось заполнить пару подробных анкет, подозрительно похожих на опросник психолога. Штрафы большие. Если вдруг что, юридический отдел разорит.

Но наши упыри-то играют! Что за непруха?

Моня махал руками, приседал, прыгал на месте. Мир не включался. И что поразительно, не выключался. Интерфейса или хотя бы иконки для выхода нет.

Перезагрузить комп? А если всё так и задумано? Дадут ли еще один шанс? Вот включишь так комп, а «головастики» где? Трагично и глупо облажаться на старте, споткнувшись об первый же квест.

Его решение могло повлиять на выбор расы и класса. Тоже своего рода тест, ждут реакции. Вариантов всего два: перегрузить или еще подождать. Времени осталось не так уж и много. Возможно, проверка терпения и его силы воли. Потом новое испытание, так и подберут персонажа. В рпг-играх это достаточно популярный прием.

Стало душно, Моня вытер испарину. Сердце стучало. В комнате тихо, за окном как обычно. Лай собак, чьи-то пьяные вопли и смех. Реальность обыденна и невероятно скучна. Вот бы ее сменить насовсем.

Возможно, проблема решается как-то иначе. Движение джойстика, сочетание клавиш или нужно сказать что-то вслух. Перебор не поможет, к загадке должен быть ключ или какой-нибудь шифр. К примеру, узор на камнях, мелодия ветра, горка ракушек. Подсказкой могло быть что угодно. Чего он не видит? Ну неужели настолько тупой?

Рука зависла над кнопкой перезагрузки. Нажимать или нет? Потеря времени будет дорого стоить. Другие качаются уже как неделю! С такой форой их догнать нелегко.

Хотя, что он загнался? Непоправимого здесь произойти не могло. Мало ли какие баги на тесте. Здравый смысл говорил, что надо еще подождать. Но у ИИ он мог быть не здравым. Человеку его невозможно понять.

Подумав еще, Моня решил пока кнопку лучше не трогать. Духов удачи нетрудно спугнуть, они наверняка уже вертятся рядом. Какой-то процесс всё же идет. Клубится туман, море шумит. Звуки и графика не хуже, чем в фильме.

Минуты ползли, прошел почти час, а Моня, покачиваясь, стоял и зачарованно смотрел в серую стену. Сначала из иррациональных сомнений, потом из упрямства. Постепенно ум погрузился в медитативную яму, где почти растворился, став морем, песней цикады, безликой тенью во мгле. Созерцание перешло в полудрему, а потом в быстрый сон. Мозг встрепенулся, когда что-то тихо плеснуло.

– Юлька, ты здесь?

– Да. Всегда…

– Слышала? Там что-то было!

Моня прислушался. Снова плеск. Зазвучала тревожная музыка, которой обычно сопровождают сцены в хоррорах. Ладошки ощутимо вспотели от страха. Он с трудом подавил желание снова снять шлем.

Чего бояться? Всего лишь игра.

– Моня, что там? – потеряла терпение Юлька. Она видела на мониторе картинку, но не слышала звук.

– Тсс… – пшикнул он, включая колонки. – Сама вот послушай.

В тумане кто-то плескался. Хтонический монстр, как же иначе? Смывает с себя свежую кровь игрока. Стыдно признать, но, когда сестра рядом, уже не так жутко. Ужасники смотреть лучше вдвоем.

Тревожная музыка уступила место мелодии – чарующей, нежной. Моне почудилось, что он слышит смех – тихий, похожий на перезвон колокольчиков. И вдруг мгла расступилась, показав море и почти обнаженную девушку, которая показалась ему божеством.

Красавица стояла по колено в воде, но развивающиеся на ветру черные волосы выглядели почему-то сухими. Грудь, видимо, приятно упруга, но до размеров «богини» еще б подрасти. Моня хотел бы увидеть объемы побольше. Шлейф прозрачной вуали не скрывал остальное. На безупречной коже клочки морской пены, кое-где к ней прилипли рыбьи чешуйки. Розовые щели жабр между изящных лопаток не оставляли сомнений, что это существо водной среды. Но не русалка. У нее красивые ноги, а не рыбий хвост и плавник.

Пенорожденная? Прям Афродита! Даст задание или это его персонаж? Двоякодышащая, уже как бы неплохо. А еще какие-то опции есть?

Они, несомненно, у девушки были. Сейчас тактильные ощущения бы очень кстати пришлись. Жаль, что их нет. В пубертате приоритеты свои, поэтому ум сфокусировался на главных деталях. Раскрыв рот, Моня с вожделением рассматривал дивные формы. Как правило, на выборе персонажа их можно настроить. Уже ясно, где добавить объема, но едва его не упавшую челюсть поддержал пальчик сестры:

– Только не кончи, малыш.

Ну что за язык?! Моня скривился, но ее понимал. Бесится, что может только смотреть. Тот еще эталон высокой морали. Ей что за дело? Он уже взрослый. В его возрасте многие заводят детей.

Выдержав паузу, Моня сделал шаг и мстительно, будто случайно, наступил ей на ногу. Юлька охнула и ущипнула за складку на брюхе – пребольно, с подкрутом. И тут джойстики в руках вдруг проснулись и вздрогнули, намекая на новую степень свободы.

Наконец-то!

Как оказалось, всё прекрасно работало. VR-датчики хорошо считывали положение тела, повторяя в игре любое движение. Ходьба, бег, прыжки – всё что угодно. Моня, хоть и не сразу, сумел обойти деву по кругу.

Та нахмурилась, чуть повернула голову, прислушиваясь к шороху волн. Не замечая его, невозмутимо собрала вуаль и тщательно выжала воду. Окинула пляж внимательным взглядом, словно ожидала встретить кого-то еще.

Моня занервничал, боясь запороть первый квест. Враг? Конкуренты? Придется ли сражаться за деву с драконом, чтобы заполучить такой персонаж?

Да нет, как без тела-то? Но вот же оно – иди, забирай.

Постойте-постойте! А почему ему, собственно, выдали девку? Прочитали в медкарте про Инь? Да как они смели, кто же им дал? У каждого есть своя патология, тайна, нечто столь страшное, столь постыдное и унизительное, что любой ценой будет хранить свой секрет. Про этот знали только мама, сестра и, конечно, врачи. Последние, видно, и сдали. Можно ли на них теперь подать в суд?

Да и вообще, а тут с какой стати? Должна быть возможность сменить в игре пол! Выбрать внешность, расу, навыки, класс. Или Сансара выдает их рандомно, не позволяя ничего изменить?

Хотя Моня не относился к игрокам, жестко ассоциировавшим себя с персонажем, он бы хотел взять мужика. Девчонку правильный пацан не одобрит. Гендер лучше сменить, чтобы не вызвать вопросов. Но если играть одному, то кто ж их задаст?

С другой стороны, это же не он, а просто моделька. Зачем проецировать себя в персонаж? Мало ли кто кого выбирает в игре. Важны только навыки. Даже б котика взял, были б там характеристики лучше. Всё на кон для победы, Рафик должен страдать!

Кроме того, есть один тонкий момент. Если вид в изометрии, то зад персонажа будет маячить перед тобой всю игру. Смотреть на женскую, бесспорно, приятней. Значит, ее бы и выбрал настоящий мужик.

Так взять или нет? Бонус сомнителен, потенциальных минусов может быть много. Одного не отнять – девчонка красива. Под будто светящейся кожей тонкий рельеф хорошо развитых мышц. А как строго смотрит! Угадывалась отстраненность, нечто высокомерное и нечеловечески жуткое. Как будто уже презирала его, зная, насколько внутренне порочен и слаб.

Пожалуй, такой персонаж идеально подходит для мести. Сдохнуть от рук девочки врагу обидно вдвойне. Рафик оценит. Особенно когда вонзят каблук прямо в грудь.

Хороша! Надо брать. Но как ее испытать?

Для оценки хватило бы беглого теста, но Юлька из комнаты просто так не уйдет. Будет вопить, а мать и так думает уже черт-те что. А ведь это серьезно! У него есть права, есть вопросы, на которые нужен ответ! Это ж практичность. В его интересе извращения нет.

К примеру, сладит ли эта юная дева с мечником, с магом? Где характеристики, справка, меню? Какое оружие носит? Как гендер в «Сансаре» влияет на статы? Бонусы, уязвимости, потенциальные плюшки? Надо знать всё!

Моня еще раз перебрал все кнопки на джойстиках, но отказаться или подтвердить свой выбор не смог. Отзывалось только движение камеры, но сколько еще можно кружить?

Вероятно, персонажей дают в случайном порядке – «бери, что попалось». Учить, объяснять, вводить в курс дела не будут, надо до всего дойти самому. Но, раз помощи нет, управление должно быть интуитивно понятным, а непонятно тут вообще ничего. Для начала в персонажа надо залезть. Может, есть люк?

Не в силах решить эту загадку, Моня топтался на месте. Где у девочки кнопка? Куда надо жать?

Подумав, он отметил вероятную точку. Хотя нет. Не при сестре.

– Что стоим, чего ждем? – ядовито осведомилась она. – Хватит слюни пускать.

– Кнопки не пашут, не видишь, что баг? – возмутился грубостью Моня. – ИИ что-то считывает, торопиться нельзя.

– Не нашел, наверное, под твоим шлемом мозгов. Головой надо думать, а не тем, чем обычно! – фыркнула Юлька, все еще злясь.

Он хотел было ее осадить, но внезапно нашел в этих словах здравую мысль. «Харон» поймет его, если представить, как в девушку входит!

Максимально приблизив камеру, Моня старательно визуализировал сценку, благо проигрывал ее перед сном тысячи раз. Репетиции не могли пройти даром.

– Ты извращенец! – вынесла Юлька справедливый вердикт.

Он лишь согласно кивнул. Так всё и было.

Что-то вдруг вспыхнуло и ослепило. Казалось, шлем взорвался на нем. А потом ощущение, что провалился и падает в бездну. В этой кромешной тьме нет ощущения тела, но появилась яркая звездочка. Прочертив длинный след, она упала куда-то и стала сверхновой. Свет залил собой всё, а в ушах грохотало:

«Сири, ты есть сияние трансцендентного разума! Будь смелой, ведь нет как смерти, так и рождения! Ты алхимический продукт трансмутации в сферы, омраченные формой всех видов страданий. Ты есть истинно сущее, блуждающее в миражах природы явлений! Постигни свет, функции и корни сознания – вечного субстанционального „Я“. Сири, ты станешь оружием нового бога!»

Торжественная мелодия, сопровождавшая речь, достигла пиков крещендо и оборвалась, словно кто-то внезапно выключил звук.

Чертыхаясь, Моня стянул с головы шлем. В глазах плыло и рябило. Наверняка бы упал, если б не поддержала сестра. Приключение лишь начиналось…

2

Черт, что это было?!

Из той речи Моня не понял вообще ничего. Похоже, все так и входят в игру. Но сценарий для всех мог быть уже разным, если даже ник выбрать нельзя. Не все же тут Сири? И каждой поручили стать оружием для каких-то богов?

Кто-то из них обещал целый мир. Пафос речи зашкаливал, что вполне обычно для начала игры. Человек должен увидеть себя в центре истории. Как правило, она о герое, о славном избраннике божественных сил. О сильном, решительном, почти идеальным, но обязательно с фишкой и небольшим недостатком, который можно простить. Всё, чтобы было приятно ассоциировать себя с персонажем. За слабаков не играет никто.

Рохлю, подлеца и посредственность продать намного труднее, это коммерчески неудачный продукт. Сам Моня считал, что как раз его случай. Такого «героя» не купил бы никто. Но способность объективно себя оценить – уже не так плохо. У него, разумеется, были мечты, но он понимал, что они нереальны. А вот здесь, почему бы и нет? Жизнь с чистого листа без трамплина, наследованного богатства, положения, власти. На старте игры все должны быть равны.

Стало светлеть. Сцена и декорации уже были другими: изба с русской печью, дощатые стены с висящими на гвоздиках пучками травы. Крохотное и пыльное окошко смотрело во тьму. Закопченный потолок зарос паутиной, таяла в грязном блюдце свеча. Окружение так себе, а вот содержание хорошо объясняло, почему несовершеннолетних не пустили в проект.

Прежняя «Афродита» стояла в центре, как кукла – красивая и с таким же бессмысленным взглядом. Но она изменилась. И вроде бы та же, и немного не та. В прежней версии ощущалась возвышенность, неземное, волшебство и загадка. Сейчас всё это бесследно ушло. Девушку, как приземлили с небес, опустив в мир грубых желаний. Прозрачный шлейф и невинно-белый купальник сменило черное белье из интим-магазина, агрессивно подчеркивавшие ее наготу. Всё выглядело так, словно невинную деву обманом продали в рабство.

Напротив, за столом сидел мрачный старик в соломенной шляпе. Покосившись на пленницу, он обмакнул перо в чернильницу и что-то в книге отметил. Вероятно, рост, вес и цену вносил в договор купли-продажи.

– А, таки пришла! – Хозяин оторвался от записей и хмуро кивнул. – Милочка, только прикройся уже, наконец. Сквозняк ведь продует, не хватало еще заболеть.

Проследив за его взглядом, Моня увидел груду тряпья. Девушка синхронно посмотрела туда же. Он поднял обе руки, и та повторила за ним, делая так же.

Что ж… Вид в изометрии, дублирует позу. Значит, всё же его персонаж. Жаль, одета как шлюха. Где магический плащ, доспехи, броня? Это сложенное на стуле тряпье? Прятать столь дивное тело под ним – преступление! Красоту должны видеть, иначе смысла в ней нет.

С другой стороны, жабрами лучше лишний раз не светить. Не человек, значит, смотреть будут косо. Вряд ли стоит сверкать нижним бельем, если не хочешь проблем. А с такой фигурой они обязательно будут, и уже сейчас надо думать, как их избежать.

Так размышляя, Моня заставил персонажа помять одну грудь. Высокая, упругая – амортизация славная. Жаль, тактильного ощущения нет. Может, добавят потом?

Он опустил камеру, чтобы рассмотреть интриговавшие выпуклости и ложбинки фигуры. Эта «милочка» сексуальна до жути, но за красивым фасадом ему мерещилась тьма. И даже не похоть, а некая скверна, словно яд проступал из невидимых пор.

Исследование прервал едкий голос сестры:

– Слюни пускаешь? Успеешь еще. Оденься, стыдно ж смотреть на тебя.

Вот кто бы говорил! Саму Юльку присутствие Мони никогда не смущало. Ничуть не стесняется, его словно нет. В трусах с топом в красный горошек учит дресс-коду? Оделась бы для начала сама! И наверняка специально! Видит же, что перманентный стояк на нее!

Поморщившись, Моня потянулся к тряпью, но натянуть на себя его получилось не сразу. К управлению чужим телом еще надо привыкнуть. Баланс джойстиками держать нелегко, и даже простые движения давались непросто. Юлька хихикала, старик смотрел с интересом. Под его взглядом корячиться было неловко, и персонаж по-женски прикрыла рукой наготу. Вроде естественный жест, но чей он? Его!

Моня поморщился, когда это понял. Лицо девушки отыграло гримаску. Это зашквар!

Выходит, вживается в образ на глазах у сестры. Как раз то, чего так боялся и чего не хотел.

Та не преминула его подколоть, шепнув в шлем:

– Тренироваться, братик, можно и дома. Примеришь, если лифчик и трусики дам?

Твою же мать! Если есть повод, то уже не заткнуть. Ревность поди, у самой-то хорошо, если первый размер. Выгнать бы, но ведь надуется, а связи Юльки нужны. Банду Рафика самому будет трудно найти.

После недолгой возни Моня справился, наконец, со своим новым нарядом. В нем персонаж уже выглядел стрёмно. Классически нубский набор – подпоясанный веревкой холщовый мешок с дырами для рук и башки. И диссонирующим контрастом под ним – дорогое белье. Сексуальность и скромность словно слоями. О чем только думал ИИ?

Странно всё это. Новичок-приключенец выглядит как аристократка в бегах. Или куртизанка в поиске плотских утех среди местного сброда. Гардероб исторической достоверности не обещал, но Моня игрой был всё же доволен. Не обманули с графикой, окружением, звуком. Не хватало естественности и свободы движений, но «Сансара» его ожидания уже превзошла. В какой-то момент ушло ощущение, что мир виртуален. В нем можно жить.

Для полноты восприятия не хватало запахов, осязания и прочих воспринимаемых на автомате вещей. Добавь их – и прямо реал. Вот если б еще Юлька завистливо не сопела под боком. Или хотя бы молчала, вот бы заткнуть!

– Готова? Заждались тебя уже здесь, – шамкнул губами «работорговец».

– Кто ж, интересно? – Моня свысока посмотрел на него. Непись, должно быть, говорит это всем.

– Я, провиденье, твои приключения. Много кто ждет.

Моня удивился, и девушка подняла бровь. Наблюдать в ее исполнении свою мимику было занятно. Как в зеркало смотришь, а там кто-то другой. Он словно опять видит Инь, и ее новая версия куда круче той.

– Так получилось, – извинился Моня, на всякий случай выбрав вежливый тон. Старикан-то непрост, раз речь понимает! Сансаре – зачет! И технологиям. Вероятно, к неписи чат-бот прикрутили, и тот схватывает всё на лету.

– Что ж… бывает. Как же, милочка, тебя записать?

– Ммм… – Янь! – после паузы представился он. «Сири» – не его все же имя. Самое время сменить.

– Уверена?

– Да.

– Как скажешь. Так и запишем: «Та-Которую-Ждут». – Старик накарябал у себя это в книге, проигнорировав просьбу, словно не слышал ее.

На этот раз Моня всерьез разозлился. Наделся, что после смены имени дадут изменить пол на следующем шаге. Где, как не здесь?

Наверное, скрипт не имел вариантов. Но почему тогда все же не «Сири», а «Та-Которую-Ждут»? Словно индейское имя какое. Титул или намек на пророчество, которое повесили на него не спросив.

– А вы тогда кто? – спросил Моня уже раздраженно. С какой стати командует тут?

– Меня зовут Мара, – с легким кивком представился тот. – Твой демон-куратор.

Из-под полей его шляпы выглянула тонкая, белая змейка. Раздвоенный язычок лизнул пыльный воздух, глазки блеснули инфернальным огнем. Маленькая и наверняка ядовитая тварь.

Моня насторожился, но не то чтобы сильно. Значит, сразу карты на стол, зашли с козырей. А ведь хорошо же общались. То есть, это учитель, а он ученик? И что же тогда тот «курировать» может? Непись поддерживает беседу в рамках сценария, но вряд ли сама его понимает.

– И в чем ваша роль? – спросил он, надеясь понять его полномочия. Возможно, сейчас что-то дадут или, напротив, отнимут.

– Как и всегда: скупка душ и адские козни. В редких случаях – помощь, за которую придется чем-то платить. Вопрос в том, что готов ты отдать?

– Могу я увидеть полностью список? – попросил нагло Моня. Дьявол в деталях, как говорится. – Конкретизировать, так сказать, варианты и прайс. Это ведь можно?

– Конкретизи-зировать? – передразнил его тот. – Детализировать, актуализировать, эксплицировать?

– Ну… Сделайте предложение, и я его рассмотрю, – заявил Моня спокойно. Видимо, ИИ не понял вопроса и так подбирает синоним.

– Эка завернула! – буркнул Мара, укоризненно покачав головой. – Милочка, будь чуточку проще. Мне нужна лишь душа, а с остальным как-нибудь разберемся.

– Моя? – переспросил растерянно Моня.

– А у тебя есть чужая? – заинтересовался старик.

– Нет.

– И правда – зачем, если пара своих? Для одного непозволительно много.

Моня вздрогнул. Вздрогнул и его персонаж. Мало того, она побледнела. Надо взять себя в руки, у нее слишком испуганный вид.

Так Мара знает про Инь? Психушку, шизу? Таки слили инфу! Слишком уж личная выходит беседа. Рискнули использовать персональные данные, нарушить закон? За это и донести на них можно. Но у ИИ алгоритм, так ошибаться он вроде не должен. А вот человек на это способен.

– Так вы гейм-мастер, админ? – спросил напрямую.

– Нет. Демон обычный, таких вокруг много, – ухмыльнулся Мара в лицо.

Вот сейчас стало страшно. Растерявшись, Моня не знал, что сказать. И тем более, сделать. Неужели его личную драму так ловко вплетают бесы в сюжет?

Хотя чему удивляться. Этика бездуховной машине чужда. У нее нет чувства такта, морали и других тормозов. Есть инструкция, вот и шпарит, используя всё, что нашла в своих файлах. Персонализирует, так сказать, его квест.

«Избранных», как правило, так и встречают. Погружают в историю, лор и сюжет, чтобы игрок не сорвался с крючка. С таким-то бюджетом здесь каждого, возможно, ждет что-то свое. Обкатают, посмотрят, что-то изменят. На бета-тесте не так много людей.

– То есть, не человек? – На всякий случай Моня уточнил еще раз.

– А что для тебя человек? – Мара пристально посмотрел, словно оценивая легковесность души. – Изменяясь, когда он перестает быть собой? Ты вот сейчас уже как бы нет. Определение «человека» в отсутствии любых формулировок. В его обреченности быть тем, кто он есть. И даже это очень непросто. «Свою постылую свободу я потерять не захотел…»

– Спасибо, я понял, – сказал Моня, пресекая нотацию, которой не ждал. «Атмосферные», не дающие лут диалоги он в играх обычно всегда пропускал. Не стоит тратить на пустой разговор свое время. Быстрей бы качаться и Рафика бить.

Первая заповедь геймера: бери всё, что залезет в твой инвентарь. В этом фан и естественная жажда прибарахлиться. Возможно, поднять уровень, опыт и скилл. Взобраться на ступеньку повыше, получить бонус, которого нет у других. Причем предвкушение вкуснее, чем приз.

Хорошо бы разжиться оружием, новым навыком, спеллом, а уж потом взять у демона квест. Старый жмот наверняка что-то спрятал.

В дальнем углу стоял пузатый сундук, а рядом с ним огромный, многообещающий шкаф. Проигнорировав косой взгляд хозяина, Моня без раздумий отправился к ним. К сожалению, оба оказались закрыты на ключ. Но он где-то тут. Надо искать.

Обыскав полки, Моня обнаружил лишь оловянную ложку и несколько мешочков с травой. Условно оружием можно считать кочергу, что сиротливо стояла у стенки. Вооружившись, он снял заслонку с печи и увидел мышонка.

Первый монстр?

Моня нахмурился, изготовился к бою. Жаль, что вероятный противник не принял его и, укоризненно пискнув, трусливо бежал. В норку влез палец, но ключа нет и там. Из необследованных объектов в комнате остался лишь демон. Но тот едва ли безнаказанно даст себя обыскать.

Порыскав еще, Моня вернулся к поленнице дров. Он стал двигаться лучше, но походку еще трудно назвать грациозной. Казалось бы, что может быть проще? Ходьба – просто управляемое падение тела вперед с подстановкой ноги. Но сейчас привычные рефлексы скорее мешали, чем помогли. Персонаж вихлял бедрами и волочился, как зомби. Шлем, видимо, всё еще считывал что-то, подгоняя настройки под человеческий мозг.

В конце концов, Моня успокоился и сел, вопросительно посмотрев на «куратора». Самое время помочь.

– Милочка, это искала? – усмехнулся Мара, протягивая бронзовый ключ.

Моня осторожно принял подарок. На всякий случай буркнул: «спасибо». Вежливость могла стать триггером для нового квеста. Только не пропустить бы чего.

В сундуке нашлось несколько книжек, а в шкафу небольшой арсенал: деревянный щит, короткий меч, копье, лук, посох, кинжал и… черная плеть.

Ахнув, Моня радостно к ним потянулся, решив сгрести сразу всё, но богатство будто держали мощным магнитом. Даже из камня было бы легче вытащить меч.

– Взять можно что-то одно! – хихикнул в бороду Мара.

Вот оно как… Значит, сейчас надо решить, кем же он будет. Типичный под средневековье набор: лучник, страж, копейщик, мечник, разбойник и маг. Трудно привязать к архетипу только черную плеть. Возможно, инквизитор или суккуба, если такие тут были. «Камень, ножницы, бумага» – баланс обязателен в каждой игре. Бонус в одном и уязвимость в другом призваны уравновесить все варианты, но дыры всегда где-то можно найти.

Сам Моня предпочел бы проверенную временем классику. Там всё понятно, просто, надежно.

Подумав, решил, что стрелок – не его. Дальний бой – оружие слабых. Жертве приятно смотреть прямо в глаза. Видеть, как ярость в них сменяется страхом. Чувствовать, как входит в тело клинок. Слышать последний досадливый всхлип.

Пожалуй, разбойник с кинжалом как раз подойдет. Обиднее удара в спину из стелса уже не найти. Эмоции бьют сильно и больно даже без физических ощущений в игре. Смерть в ней никого испугать не могла, но подлый удар бесит всегда.

Итак, семь видов оружия, а книжек аж девять: «Перевязка», «Малое усиление», «Магические стрелы», «Острый глаз», «Порча», «Кровожадность», «Песнь леса», «Подчинение» и «Спиритизм».

По названию всё вроде бы ясно – это базовые заклинания для каждого класса. В теории, для разбойника с кинжалом подойдет «Кровожадность». Вкусно выглядит «Порча», но для нее нужна мана, которой обычно у разбойников нет.

– Подсказка! – Поднял палец Мара. – Первый спелл и оружие можно взять наугад.

– Зачем?

– Эффективность того и другого будет повыше. Особенно если еще и проклясть.

– Насколько сильно? – спросил, заинтригованный предложением, Моня.

– На порядок, если удача тебе улыбнется. Появится условие или эффект, но неизвестно, что это будет.

– Хм… Это ж рандом… – хмыкнул разочарованно он.

Хуже всего запороть билд на старте. И кто знает, можно ли потом его изменить. С другой стороны, такой базовый навык мог стать уникальным. Логика подсказывала, что всю линейку один бесполезный спелл не убьет. Можно ведь пользоваться чем-то другим.

– Не хочешь, не надо. Возьми как у всех! – подначивал его старикан. Он явно непрост. За внешней смешливостью прячется сталь.

– А все как берут? – Моня еще сомневался. Конечно, заманчиво, но стоит ли брать?

– Дык им не дают.

– А почем дали мне?

– Ты ж не такая, как все. Разве не так? – подмигнул Мара так, словно издевался над ним.

Моня намек понял, но промолчал. Знает, жучок, на что надавить. «Да, я другая!» – хотелось съязвить. Но смысл срываться на бездушный ИИ? Тупая непись, что с нее взять. Разве что навык не такой, как у всех. Люди тут неделю играют, надо сильно стараться, чтобы их как-то догнать. Так может быть это и есть его шанс?

– Поэтому… на мне такое белье? – спросил Моня, думая, что знает ответ. Шлем считал в мозгах совершенно не то. Почему-то он раскопал в подсознании Инь, проигнорировав Янь наверху.

– Милочка, его выбрал не я. Но как по мне, хорошо. Потом уж сама подберешь под себя гардероб. Вас людей не понять, столько намешано всего в головах…

– Так сколько мне будет стоить проклятье? – прервал он его. – Денег-то нет.

– Чего будет стоить? – Мара задумчиво помял подбородок. – Да много чего… Не стану обманывать – выбор непрост, цена велика.

– Да говорите уже! – вспыхнул Моня. – Не больше ж души?

– Догадлива! – похвалив, рассмеялся старик. – Одной души хватит вполне. Традиции, как понимаешь, надо блюсти.

– И как буду я без нее?

– Как почти все. Думаешь, у многих она вообще есть? – поднял брови Мара.

– Спрошу по-другому: чего я лишусь? – переформулировал Моня вопрос.

– Невинности, счастья, возможно, и жизни. Но так ведь у всех.

– Я серьезно! Характеристики, репутация, статы?

– И я предельно серьезен! – зловеще улыбнулся старик. – Думаю, тебе станет легче. Сиренам всё равно душа ни к чему.

– Так я сирена? Какой-то особенный класс?

– Особенный случай. Ты «Та-Кого-Ждут». Жабры твои, кстати, редко кто способен увидеть. Надо коснуться, чтобы их разглядеть.

– Ах да. – Кивнув, подыграл ему Моня. – Избранница демонов, богов и судьбы. Небось, надо спасти этот мир?

– Милочка, спасителей хватает и без тебя. – Помрачнев, Мара захлопнул книгу, подняв облачко пыли. – Так и норовят хоть кого-то спасти.

– Но я слышал… слышала голос…

– Наверно, с небес? Не к добру эти все «голоса». Себя лучше слушай.

Моня согласно кивнул. Тут не поспорить. «Сияние трансцендентного разума» – та еще чушь. Просилось бессмертное: «Я слышал многое, когда ересь начиналась именно так». Мара явно стебется над ним.

– Ты мой куратор. Дай мне совет, – почти жалобно попросил Моня, надеясь, что свой кодекс чести у местных кураторов всё-таки есть.

– «Не бери в голову» – подойдет ко всему! И важна гигиена, про нее не забудь. Ты всерьез ждешь от демона хороший совет?

– Подойдет и плохой, чтобы сделать не так.

– Как ты меня утомила! – воскликнул Мара, хлопнув в ладоши. – Так проклятье берешь? Ты же не трусишь, как я погляжу?

– Беру… – кивнул нерешительно Моня, вспомнив вторую заповедь геймера: если дают, надо брать!

– О как! – похвалили его. – Признаюсь, удивила меня. По нынешним временам такая решительность крайне редка.

– А то! – кивнул Моня, зная, что пожалеет об этом не раз.

– Тогда по рукам! – Ему протянули ветхую книжку. Воздух над ней немного дрожал. – Милочка, приложи к ней указательный пальчик. Вот прямо сюда!

Как только Моня коснулся, что-то кольнуло, и на книжке расплылось пятнышко крови. Обложка пошла пузырями, а в животе ухнуло, словно провалился и куда-то летел.

Сознание на какой-то момент будто мигнуло, расщепившись на два, но это неприятное ощущение почти сразу исчезло. Зато добавилось новое – едва заметное присутствие, словно кто-то подглядывал, поселившись внутри.

Это чувство спугнул болезненно сильный щипок. Реальность напомнила о себе жалобным голосом Юльки:

– Пожалуйста, хватит… Чел такой жуткий, что пугает меня!

– Чтобы выигрывать, нужно играть! – Моне пришлось снять с головы шлем.

– Монечка! Ну его нафик! – горячо зашептала сестра, размазывая тушь по щекам. – Этот мир настоящий! Больше туда не ходи.

– Вот тебя не спросил! – разозлился он.

Боится? Вот дура! Зато воспитывать у нее смелость есть!

– Ну пожалуйста, Моня! – Юлька схватила за руку, словно боялась, что Сансара его засосет.

– Не неси всякий бред! – оттолкнул он ее.

Сестра отчаянно упиралась, но борьба получилась недолгой. Выталкивая Юльку за дверь, в пылу схватки задел ногой провода. VR-датчики с нехорошим стуком упали на пол.

Да что же такое! У Мони замерло сердце. Руки дрожали. Бесценный «Харон»!

Раздосадованный на нее и себя, проверил контакты и вернулся в «Сансару». Ерунда это всё. Сделки с демоном бывают лишь в сказках. В реальности никаких демонов нет. Как и души, которую можно продать.

Мары в комнате не было. Сундук снова заперт, а рядом с книжкой на столе лежала черная плеть. Сплетенная из сыромятной кожи полоска утончалась к концу со стальным, очень острым крючком. Страшно на вид, но в эффективности проиграет другому оружию, что мог бы здесь взять. Легко вырвет кусок мяса из тела, но вряд ли убьет.

«Мля… Вот не проперло!» – воскликнул Моня в сердцах. Что в этой игре можно делать с кнутом? Тут люди в броне! Ну почему не кинжал?

Вздохнув, Моня взял плеть и задумчиво взвесил в руке. Резная рукоятка из черного дерева очень тонкой работы. На ней четко видны взбухшие вены-ручьи, а отполированное навершие выглядит, как шляпка молодого гриба. Мастеру удалось создать крайне натуралистичный рельеф.

Так это же…

Охнув, Моня бросил плеть, словно та была ядовитой змеей. Поискал, чем вытереть вспотевшую сразу ладонь. Некоторое время не сводил взгляда с плети, опасаясь, что она оживет. Ведь проклята же! В нее вложили заклятье, а содержание обычно соответствует форме. А главное – месту, что хуже всего. С чувством юмора у демонов может быть плохо. Риск такой есть.

Испытывая иррациональный ужас к подобным игрушкам, Моня решил этот срам чем-то прикрыть. Лишний раз лучше его не касаться руками, а другого, похоже, уже не дадут. Остаться совсем без оружия глупо. Душу в него ведь буквально вложил.

Оторвав от подола полоску ткани, Моня обернул ее вокруг рукоятки, закрепив бечевкой, которую сплел из пучков сохнувшей над печкой травы. Мешковина на нем стала заметно короче. Еще чуть-чуть и всем будет видно дорогое белье.

На стуле, где раньше сидел Мара, теперь лежал сверток. В нем обнаружился целый набор: высокие сапоги на шпильке, полумаска, перчатки до плеч и бесстыдно открывавший сиськи жилетик. Видимо, садомазохистский комплект шел в нагрузку к той черной плети.

Что за мерзкий класс ему здесь всучили? Суккуба, жрица любви, проститутка? Статус персонажа оставался загадкой. Кого он нагнет? Уж скорее его. Порочный и скользкий Сансара ему выбрала путь. Но где начало легенды, сюжета, истории? Кто он по лору? Вернее, она? Попаданка, сирота, принцесса в опале, избранница темных и похотливых богов?

Моня тяжело вздохнул, кляня себя за легкомыслие и неразборчивость в связях. Всё же сглупил. Но сделке с дьяволом по-другому нельзя. В ней испокон века ошибаются люди куда уж умнее его.

Осталось разобраться теперь еще с книжкой. Может, она окупит продажу души?

К несчастью, пробка на чернильнице была заткнута неплотно. Ее опрокинули, и на столе медленно расплывалось пятно. Пузырясь и шипя, клякса жгла дерево, затронув и книгу. Видимо, яд. Трогать нельзя.

Моня осторожно поддел обложку книги ногтем, открывая титульный лист. Оформлен он был красиво и стильно. Каллиграфия в изящном готическом стиле. «Малое усиление» – гласила изящная надпись. Значит, это был баф.

Эффект проклятия и полное описание спелла должно быть поведают другие страницы, и Моня аккуратно перевернул первый лист. А под ним ничего! Добравшись до книги, чернила разъели бумагу, лишив информации, которую не успел прочитать. С обидным «пфф…» томик исчез!

Растерянно смотря на останки, Моня вздрогнул от крика, который услышал и через шлем:

– Почти двенадцать часов!

Ну, началось. Наигрался!

Он сел и неохотно поднял на лоб «Харон»:

– Ну, ма-а-ам!

– Почему плачет сестра? – тут же потребовали от него объяснений, нависнув горой.

– А я почем знаю? В дораме плохой вышел финал?

– Экзамен на носу, а ты всё в игрушки!

– Никто от знаний не погиб, но рисковать не стоит! – устало продекламировал Моня. Почему они все его достают?

– Марш в постель. Свет выключаю! – пообещали ему и захлопнули дверь.

Настоящий тиран. За сестрой бы следила! Юлька сидит с ноутбуком всю ночь, а его укладывают, как в детском саду!

Чертыхаясь, Моня свалился в кровать.

3

Дань собирал в раздевалке Тасёк. Таток и Рафик, видимо, качались под энергетиками ночь напролет. Для Мони же такая хардкорная роскошь была недоступна. Дома удушающе строгий режим. Мама и сестра глаз не спускают – матриархат, обусловленный их заботой о его слабой психике.

Уроки просидел как на иголках. Бессмысленно и бездарно проведенное время. Скучный, лишенный приключенческой романтики мир. Родиться хотелось в совершенно другом. Там, где есть магия, дракон и принцесса, которая благодарно отдалась бы за подвиг. Там стал бы героем, а тут ведь никто. Пария, хикимори и социопат. Как таким жить? Зато можно играть.

Домой Моня несся как ветер. На бегу схватил тарелку с котлетой, укусил бутерброд и кинулся к шлему. За ним дивный и волнующий сон, в сравнении с которым реал выглядел наркотическим трипом, где происходят несуразные вещи, не удивляющие уже никого. К ним все привыкли, считая нормальным. Телевизор лучше вообще не смотреть.

Поскорей бы потестить новенький бафф! Жаль, не успел о нем прочитать. В любом случае уникальная вещь! Возможно, она будет лишь у него!

Будущее интриговало, будоражило воображение, обещая победы и бессильную злобу врагов. Должно быть «Малое усиление» окажется не таким уж и малым. Грезилась исполинская мощь, сияние славы и вселенский триумф.

Моня торопливо надел шлем, и головастики услужливо закрутили хвостами, уводя в черноту. Отступив, она вновь проявила комнату Мары – гнездовье демонических сил.

На этот раз хозяина нет, но обстановка всё та же. На стенах плесень, в углах паутина, в тарелке таял огарок свечи, и сквозняк нервно теребил огонек, отбрасывая неясные тени на дверь. Узкая, со скошенным верхом, сколоченная из неровных, изъеденных короедами досок, она выглядела так, словно была здесь всегда.

Но Моня был абсолютно уверен, что ранее в этом месте висела обычная полка. Вчера тщательно же всё обыскал. Дверь появилась лишь после сделки. Значит ли это, что демон не отпустил бы его просто так?

Наверное, оставили бы здесь взаперти. Хорошо, согласился, хоть лицо сохранил. Иллюзия выбора, не больше того. Корить себя не за что, душу так и так пришлось бы отдать. Да и есть ли в ней практический смысл? Теперь ее нет, а перемен-то не видно. Выходит, не очень была и нужна. Руки-ноги на месте, можно двигаться дальше.

Как оказалось, с этим выводом слегка поспешил. Решительно направившись к двери, Моня подвернул лодыжку и, взмахнув руками, упал.

А всё каблуки! Как с ними ходить? В таких сапогах ноги можно сломать! Стоп, а почему на нем это всё?

Осмотревшись, Моня с изумлением обнаружил на себе тот самый наряд! Черная полумаска, длинные перчатки, кружевное белье. Кто в эту вульгарщину переодел? Разве персонаж остается в игре, если хозяин покидает ее?

А еще вид из глаз! Моня больше не висел точкой наблюдения над своим телом. Он теперь в нем. В изометрии любоваться девушкой было удобней. Можно ли старые настройки вернуть?

– О-ох… Прелесть какая, – мрачно прокомментировал трагизм ситуации голос сестры. – Пикантно и мило. Девочковое тебе, братик, идет.

– Ты?! – пискнул сдавленно Моня. Она снова здесь! От негодования голос сорвался и дал петуха.

– Да. Всегда.

Он сгорал от стыда. Но вторая же смена, и Юлька должна сейчас сидеть в школе! Не пошла только для того, чтобы его простебать? Да и черт с ней, если хочет – пусть смотрит. Для начала скинуть бы этот стремный наряд.

Заметив на стуле свою мешковину, Моня бросился к ней, но потерял равновесие и снова упал. Подняться не получилось. Координации нет, с телом что-то не так.

Беспомощно возясь на полу, Моня вскоре понял в чем дело. Он контролировал лишь часть себя, другая же с ним почему-то боролась!

Левая рука мешала правой снять сапоги. Ноги сплелись, лицо перекосило несимметричной гримасой, словно ударил инсульт. Вывод один – персонажем управляет кто-то еще. По крайней мере, его половиной. Она почему-то уже сама по себе.

Может, Инь в нем проснулась? Но раньше она так себя не вела. И никогда не пыталась насильно контролировать тело. Из любопытства как-то отдал на время ей руль, из-за чего и положили в психушку. Тот горький опыт учел, но диагноз было уже не стереть. Он теперь на всю жизнь, как уродливый шрам.

Но если не Инь, тогда кто? Непись или игрок, почему-то подсаженный в его персонажа? Ошибка и баг или так и должно быть в сюжете? Сдаваться нельзя!

Не желая уступать, Моня яростно боролся с собой в шизофренической схватке. Левая ладонь взяла плеть и развернула вниз рукоятью. Вектор приложенных сил ясно показывал, где была цель. К счастью, персонаж оказался правшой. Преждевременной дефлорации удалось избежать, вырвав потенциально опасный предмет.

– Ну ты даешь! – ахнула Юлька. Несколько разочарованно, как показалось. Она должна болеть за него!

Пыхтя и чертыхаясь, Моня навалился всем телом и прижал к полу левую руку. Но что делать дальше? Не век же ему так лежать?

К счастью, его враг тоже сильно устал. Измотав друг друга, они взяли паузу. Организм пока еще один на двоих.

Значит, ничья? А надо победу, раз бросили вызов! Он не позволит в себе саботаж!

Собравшись с духом, Моня еще раз попытался снять сапоги, но его левая половина снова взбрыкнула. Должно быть, у них разные вкусы, они чем-то дороги ей.

Так дело лишь в этом? Похоже, его персонаж слишком привязан к хорошим вещичкам. У девчонок так, наверно, всегда. У Юльки фиг, что отнимешь, даже если шмотка ей не нужна. Вероятно, естественная защитная реакция или протест. Тело вряд ли было абсолютно пустым, и кто-то в нем живет до сих пор.

Но тогда эта реликтовая непись обязана ему подчиниться! Принять игрока, как всадника необъезженная и своенравная лошадь. Наверное, будет послушна, если суметь укротить. В любом случае мириться было с этим бунтом нельзя.

Решив показать, кто в доме хозяин, Моня правой рукой дотянулся до плети и сильно хлестнул по восставшей ноге.

Ему-то не больно, а каково будет ей? А если вдруг мало, еще и добавит!

Видимо, удар привел врага в чувство. Мышцы расслабились, контроль над ними вернулся и, раскинув руки и ноги звездой, тело устало разлеглось на полу. После изнуряющей и равной борьбы капитулировало и вроде сдалось. Бунт был подавлен. Хотелось надеяться, что реванша не будет.

«Репутация с Тьмой» на пять тысяч пунктов. Суммарное значение: «три тысячи пунктов» – лентой пролетело в уме сообщение.

Выходит, интерфейс всё же есть. Начало положено – в его фаны записалась некая Тьма. Возможно, с этой фракцией репутацию поднять будет легче всего. У темных традиционно меньше условий и моральных дилемм.

Раз уж сирена, полюбившийся ей чем-то костюмчик Моня решил не снимать. Достаточно его скрыть под рваниной, чтобы напрасно злить. С плетью этот набор, наверное, сет. Долго носить, конечно, не будет, но не ходить же совсем без трусов? За мешковиной их будет не видно, а со временем приличное что-нибудь подберет.

Чем должно быть это «приличное» Моня не вполне понимал. Красавице мужское белье надевать? Как в «Гусарской балладе», когда дева выдала себе за гусара? Будет лишь хуже, уж лучше пусть так. К тому же выбрасывать дорогие и хорошие вещи нельзя. Даже к высоким каблукам можно привыкнуть. С остальным придется сложнее, и какое-то время придется терпеть.

Нежный черный шелк будто ласкал кожу, и Моня подумалось, что не такая уж большая проблема, если в этом не видит никто. Эта несвойственная его образу мысль вызвала всплеск легкой иронии на заднем плане ума. Словно в его зеркальную гладь упал легкий камешек, пустив по воде первый круг. Там будто вопрос: он точно уверен, что надо сменить в игре пол?

А как же иначе! Стоит расслабиться, и скрытая в тенях подсознания Инь проявится вновь! И уже не во сне и фантазией, а по-настоящему, как в прошлый раз. Тогда к санитарам опять? Вдруг уже он уйдет в тень, а она займет трон? И не только здесь, а в реале? Способна ли игра ее разбудить?

Вздрогнув, Моня гнал от себя эти мысли. Да нет, ерунда! Не проперло с аккаунтом, вот и загнался, делая из мухи слона. Но притуплять бдительность точно нельзя. А потому никаких таких штучек. Только мужская брутальность, патриархальные скрепы и суровый хардкор!

Уходя, Моня проверил шкаф и сундук со слабой надеждой еще что-то выкрасть. Но они ожидаемо заперты, а ключа больше нет. Тогда снял с гвоздиков всю траву в комнате – «с поганой овцы хоть шерсти клочок». Авось пригодится, не зря же сушили. Демоны в ней наверняка знают толк.

Но есть ли в игре инвентарь? Дали бы сумку, не в руках же ему сено нести?!

Как только Моня об этом подумал, во внутреннем взоре появилось окно, а в нем ящик на сорок предметов. Видимо, есть ограничение на размеры и вес, но трава влезла вся. Жаль, что сундук был слишком тяжелым.

Обобрав логово, Моня решительно взялся за ручку двери. Зловеще скрипнув, она поддалась, объявляя, что путь к подвигам и славе свободен. За порогом в глаза ударило светом, и он рефлекторно прикрыл их рукой. А открыв, увидел анфиладу из облицованных мрамором комнат. Между двумя рядами колонн парил неглубокий канал с комфортно горячей водой, заканчиваясь зеркалом вертикального портала под аркой.

Наверное, примерно так выглядели общественные бани в античность. Перед тем как войти, «Сансара» словно предлагала телесно и духовно очиститься от скверны прежнего мира. Старые грехи лучше здесь и оставить. Карма не резиновая, а в его случае свободного места для новых понадобится особенно много. Сирена добропорядочной монашкой быть точно не может. Низкая социальная ответственность его персонажа квесты у Церкви взять не позволит.

Но пока еще есть куда падать, поэтому Моня был настроен серьезно. Главное – вписаться в местный социум органично и быстро. Мораль, смирение, храбрость – вот что поднимет на вершину иерархии. Души правда нет, но об этом знает лишь он.

Если подумать, то бодренько начал. Ошибки делают все, но успешны лишь те, у кого будет меньше. А его ситуация и впрямь перспективна. Есть умопомрачительная фигура, жабры, уникальный навык с неизвестным эффектом и любительница сексуальных нарядов где-то в уме. Не об этом ли мечтают все приключенцы? Наверное, нет, но Моня был доволен собой.

Есть, правда, нюансы. Это дивное тело принадлежало ему, а хотелось пользоваться им, как партнером. Ситуация же грозила стать ровно обратной. Эту проблему надо срочно решить, благо для этого в нормальной игре всегда есть платные опции и специальная непись. При желании там можно сменить имя, прическу, расу и пол. Почему бы и нет, если платит клиент?

Но, Сансара, скорее всего, не была нормальной игрой. Безуминка ИИ проявлялась со старта, и чем дальше, тем больше. Надежды, что всё наладится мало. К тому же денег на смену гендера нет. Разумеется, уж на это надо копить в первую очередь. Если вдруг что, продаст еще душу. Одна же осталась, раз было две?

Бредя к арке по колено в воде, Моня подумал, что его тело больше не вызывает в уме удивления, смущения, стыда или сильных эмоций. Даже вожделения нет, а ведь раньше от такого бы кровь пошла носом.

Так размышляя, он невольно забылся, вывалившись в новый мир без защиты рванины. Чтобы не намочить ее, предусмотрительно снял, а потом даже не вспомнил. Такую новорожденную и полуобнаженную деву порока встретила пыльная и старая церковь. Судя по запустению и полной разрухе, паства в нее не заходила давно. Кафедра сгнила, когда-то красивый витраж был разбит, скамейки сгребли в одну кучу.

Ухоженной осталась только статуя из серого камня в человеческий рост. На ней величественная и немолодая женщина в тоге, словно парившая над царившим вокруг бардаком. Изящные ладони сложены «лодочкой» в молитвенном жесте. Во взгляде любовь, покой, всепрощение. А еще отрешенность, как не от мира сего.

На алтаре выбито несколько строк:

Дождем яств и напитков я уничтожу муки жажды и голода.

И превращусь во всё, что им нужно!

Нисколько не жалея, я отдаю им себя, свое тело

И все добродетели трех времен на благо существ!

Пусть они делают с ним, что хотят:

Бьют, унижают, жизни лишают.

Пусть забавляются с ним как угодно,

Лишь бы им это не приносило вреда!

Прочитав, Моня неодобрительно хмыкнул.

Ну да, ну да… В мире рафиков идеалы нежизнеспособны. Прозаика жизни сурова и крайне проста: нагнешь либо ты, либо тебя. Чтобы не сдохнуть, тут нужно жрать, иначе сам уже корм. В этом и есть глубокая сермяжная правда. Другой в мире нет.

Жрец же о высоких материях сейчас, видно, не думал. Узрев явление почти голой девицы, он с восторгом воздел руки к небу, щедро ответившим на пост и молитву. Сапожки, подвязки, черные трусики и вызывающе обнаженная грудь его потрясла. От бесстыжей провокации глазки под капюшоном сально блеснули. Хищно растопыренные пальцы заметно дрожали, пытаясь дотронуться до торчащих сосков.

Испугавшись, Моня отскочил как ошпаренный. Что тот задумал? Возжелал ближнего! Так делать нельзя!

Совсем не таким ему представлялось начало игры. Путь к вершинам карьеры обещал быть долгим и трудным, но принять таким его просто не мог. Старая непись алчет изнасиловать невинную деву! Где это видано? Каков негодяй!

Сильно разочаровав служителя церкви, Моня бросился от него наутек. К счастью, входные ворота оказались не заперты. Но выскочив за них, как жук на булавку, напоролся на меч. Кто-то крикнул, что-то мелькнуло, и клинок вошел глубоко под левую грудь.

Ошеломленный таким развитием событий Моня не успел ничего толком понять. Ясно лишь то, что сам налетел на подставленный меч. Какая-то грудастая красноволосая дева так тупо держала его обнаженным. Неужели ждала?

На какое-то время стало темно, потом проявились порхающие яркие точки. Тысячи вьющихся вокруг светлячков, точно звездное небо. А скорее, как мысли – беспокойные, размытые и очень быстрые. Их шепот сливался в многоголосый и призрачный хор. Разобрать в нем что-либо почти невозможно, но Моне послышалось, что его кто-то звал.

Он беззвучно крикнул в ответ, но лишь распугал светлячков. Зато тьма стала таять. Мир проявился, но остался бесцветным. Тело угадывалось по нечеткому контуру, всё как в тумане. Призрак бесплотен, но сознание есть.

Прямо перед собой Моня увидел могилу с надгробьем. На нем готическим шрифтом лаконичная надпись: «Сири – 14.03.2028-15.03.2028».

Выходит, официальное имя всё-таки есть. По крайней мере, не обязывающий титул вроде «Та-Которую-Ждут». И кто знает, что именно с такой-то фигурой? Зато стало понятно, что тот пафос пляже адресован ему. Или ей? Кто-то же поднял в теле мятеж.

В посмертии было тускло и неуютно. Ряды могил тянулись далеко до железной ограды. За ней кусты, несколько грубых строений и злополучная церквушка, где бесславно погиб. На ступенях крыльца подсвечивался его лежащий на полу силуэт. И повсюду игроки сражались друг с другом, точно безумие и кровожадность охватило их разом всех.

Кипя от негодования, Моня решительно направился к своему трупу. Замечательно начал игру! Харассмент на третьей секунде, на пятой – убийство! Что за дела? Стража тут спит? Никакого порядка, всё через жопу – как началось, так и дальше идет.

Едва ли та девка хотела убить. Наверняка от кого-то защищалась сама. Резня же кругом! Что, с ума все сошли? Зачем? Почему?

Такое убийство – напрасная трата времени своего и чужого. Ни денег, ни опыта за нуба не взять. Школота развлекается – обычное дело. Новичок – всегда легкий фраг.

Трупик Мони в позе эмбриона лежал на крыльце. Скорбно скрючившись, девушка выглядела беззащитной и жалкой. Хорошо, чья-то добрая душа догадалась накрыть тело плащом. Было бы то еще зрелище, в таком же бельишке других трупов нет.

Загнав себя в тело, Моня воскрес, но почему-то в другом уже месте. Мир вернул ему жизнь, а себе звуки и цвет. Замогильный хор светлячков наконец-то заткнулся. В «античных банях» их, видимо, нет, а именно там вдруг сейчас оказался.

Опять анфилада, вода, светильники, пар. Но кое-что изменилось. Добавился звонкий девичий смех.

Моня нервно прислушался – вроде не Юлькин. Та хихикала бы сейчас, как гиена. Наверняка так и делает, давя в себе смех. Или зависть? Кто ее знает…

Пока он изумленно хлопал глазами, из-за колонн вышли три девушки – улыбчивые и милые, похожие друг на дружку, как сестры. Веревочки вместо белья, зато платок на голове и вуаль на плечах. Переглядываясь и улыбаясь, красотки направились к Моне, а он застыл точно столб.

И что будут делать? В его ситуации материализация порно фантазий уже бесполезна. Сейчас в ней отсутствовал какой-либо практический смысл. Зато с эстетическим было в порядке. Дивное зрелище. Жаль, кончится это, похоже, ничем. Сансара, видимо, над ним издевалась.

– Хочешь, пока помассирую плечи? – услышал Моня насмешливый голос сестры. Почувствовал шеей легкое прикосновение пальчиков – холодных, как лед, но оно обжигало. А ведь просил себя так не трогать!

– Ты… – выдохнул он, краснея как рак.

– Да. Всегда. Только дальше уж как-нибудь сам. Убойное видео выйдет в тик-токе.

– Отвали, ты достала!

Не мытьем, так катаньем, как говорится. Юлька всерьез боится Сансары и сделает всё, чтобы вытащить братца. Спасти от инфернальных демонических сил, как, похоже, считает.

Чтобы обернуться и смерить уничтожающим взглядом, пришлось оторваться и даже снять шлем. Издевательская улыбка сестры расползлась до ушей. За обычный замок в комнату отдал бы полцарства!

Вновь попробовать вытолкать? Быстро не выйдет, и не в это же время! Можно пропустить очень важный момент. К тому же царапины от их прошлой схватки еще были свежи. Да и что помешает снова подкрасться и тихо войти? И не пожаловаться, санкции мамы. Психа нельзя одного оставлять.

Ничего не поделать. Видимо, таков его крест. Придется смириться. Остается представить, что сестры рядом нет. Тоже фантазия, но с отрицательным знаком. Она очень старается, но все равно не испортит игру! Ну почему «Харон» не отключает реальность? Тут капсулу бы с колпаком, а не шлем!

Казалось, после такого настрой пропадет. Но нет, сразу вернулся. И Юлька несомненно видит его. Впрочем, его ум уже занимало другое.

В три пары рук Моню раздели, помыли и обсушили. После чего, оставив в прострации, загадочно улыбнулись и безмолвно ушли. Несколько минут он ошеломленно стоял, ощущая восторг и разочарование разом.

Тут такая Валгалла? А это валькирии? Те вроде бы как раз возносили на небо, а он… Ну почти.

Странно всё это… Если посмертие всегда будет таким, то умирать можно тут с легкой душой. Слишком хороший получается бонус, а должен быть штраф. Вероятно, идет какая-то акция вроде репетиции райских утех. Поэтому так и мочат друг дружку внизу?

Чистый, сияющий, но лишь частично удовлетворенный сервисом Моня вновь шагнул в тот же портал. Если перед ним таки рай, то перед церковью разверзся уже истинный ад. Люди сражались, ругались, вопили. Отовсюду звуки борьбы и звонких ударов стали о сталь.

Боковым зрением отметив движуху, Моня схватил плащ, укрывавший как саван, и поспешил войти в церковь, где не дрался никто. Значит, сейв-зона. Тут безопасно и убить было нельзя.

Жрец к этому времени, видимо, понял, что дева отнюдь не подарок небес. Осознав ошибку, он мирно скорбел, отмаливая грех перед статуей святой. Смерив обвиняющим взглядом, Моня держался от него в стороне, опасаясь вновь возбудить к себе интерес.

– У неписи должен быть квест, – подсказала сестренка с ехидцей.

– Опять бубнишь?

– Да. Всегда.

– Разберусь без сопливых.

– Умри. Ты зануда.

Но ведь Юлька права. Первый квест обычно был рядом, направляя и знакомя с лором игры. Сюжетных ходов не так уж и много. Четыре архетипа по Борхесу, семь Букера и тридцать шесть Польти, как Моня помнил. Нейросеть заботливо ведет человека к мечте. Только не факт, что к его. Кто знает, что в мозгах у машины, которая умней, чем игрок?

В любом случае приключений хватит на всех, а на цели других Моне было плевать. Главное, чтобы Рафик страдал. Для этого надо брать квесты, качаться, расти, выбивать с мостров лут.

Опасливо покосившись на двери, Моня подошел к алтарю. Как правило, первое задание начинает стержневую цепочку, которая будет вести по игре. Начнешь геноцид кроликов, закончишь драконом и борьбой за принцессу, которую тот почему-то не съел. Ну а та непременно подарит меч-кладенец или ребенка, если позволит сюжет.

– Обитель Святой Нимы приветствует тебя, незнакомка. Пусть любой путь будет благоприятен для странника! – произнес торжественно жрец, начертив в воздухе указательным пальцем восьмерку.

Интересно, проклял или благословил? Скорее, защитный такой оберег – «чур меня, чур!»

– Здравствуйте! – осторожно поздоровался Моня, запахнув плащик плотнее. Не спровоцировать невольно бы старичка. Для первого дня слишком много страстей.

– Церкви Святой Нимы нужна твоя помощь. – Жрец протянул ему свиток, сняв вопрос с языка. – Отнеси расписку старосте из соседней деревни. Толстый жмот должен нашей бойне свинью.

Моня осторожно взял пергамент, опасаясь, что он истлеет у него прямо в руках. Слишком уж просто выглядит квест. Хотелось эпичности: «Ночь темна и полна ужасов», «Буря бурь катится с востока на запад» или хотя бы «Ты от крови дракона». А тут свинопас.

– Где…

– Пусть любой путь будет благоприятен для странника.

– А если…

– Пусть любой путь будет благоприятен для странника.

Непись заело, значит, не скажет уже ничего. А может обиделся, что продинамил, поэтому и подкинул ему такую свинью. Из церкви носа не высунуть, везде ПвП. У них уже другой идет квест?

Моня с сомнением повертел в руках плеть. С ней в группу никто не возьмет. О серьезном отпоре не могло быть и речи. Таким оружием никого не убить. Совершенно бесполезна против доспехов. Враг сдохнет разве что только от смеха. Качаться теперь в одиночку, где-нибудь на отшибе, тише воды и ниже травы. Но что еще делать? Рафик сам себя не убьет.

Прислушиваясь к шуму снаружи, Моня на цыпочках направился к выходу. Заметят – он труп. Вот что за уроды? Не качаются сами, не дают и другим. Что ж, ожидаемо. Понять и простить. В играх процент отмороженных даже выше, чем в школе.

4

– Эй! – остановил его кто-то. – Помощь нужна?

Вздрогнув, Моня повертел головой. Звук доносился из исповедальной кабинки.

– Да не бойся, не съем! Я всем помогаю, такая работа, – подстегнул мужской голос. Дверь приглашающе скрипнула петлями, открывая темное пространство за ней. Тот, кто прятался в нем, пока был невидим.

Немного подумав, Моня решил, что опасности нет. Здесь же сейв-зона. С другой стороны, приличная девушка не доверится незнакомцу, которого даже не видит. Почему тот не выйдет и не представится сам? Замыслил недоброе? А как это «недоброе» здесь будет работать? «Валькирии в банях» оставили с носом, лишь эстетический вышел эффект.

За кабинкой, как оказалось, был узкий проход, где встретил парень в шикарной кожаной куртке и столь же добротных штанах. На золотой цепи висел амулет, который, похоже, дорого стоил. Темные волосы, задорный вихор и цепкий, как у ящера, взгляд. Он словно прикидывал калорийность на глаз, оценивая фактуру, вкус и фигуру. Черты лица, возможно, правильные по отдельности, в целом не впечатляли, и любая замена была бы для них хороша.

– Тише! – Парень посмотрел за спину и приложил палец к губам. – Следуй за мной. Жрец сильно меня достает.

Моня кивнул, и его повели через коридор в небольшой и, судя по всему, заброшенный зал. Узкие, как бойницы, окна. Паутина едва пропускала через них дневной свет, рамы изъедены древесным грибком и жучками. Холодно, сыро, толстый слой пыли и плесень на стенах. Сводчатый потолок с остатками потемневшей от времени росписи. Он местами обваливался, и куски штукатурки лежали горками, намекая там не ходить.

– Вот и пришли. Моя штаб-квартира. – Хозяин сделал приглашающий жест, словно привел во дворец.

– А ты вообще кто? – смерил его Моня взглядом. Раз к себе девушек водит, хоть полы бы помыл.

– Красавица, я твоя техподдержка! Хочешь пить? Хочешь есть? Хочешь секс? – почти пропел парень, улыбаясь в тридцать два зуба. Казалось, их хорошо видно все.

– Секс? – отступил Моня на шаг.

– Шучу! Ну какой секс в игре? Но предложение в силе. Я, кстати, Анджел! – представился тот.

Правдоподобно передать мимику Сансара, видимо, пока не могла. Губы шевелились, но диссонировали, не попадая в такт речи. Непись разговаривала естественней, чем человек.

– Мо… Янь, – поправился Моня, оценив добротный прикид паренька. Неплохо набрал барахлишка. Богато и стильно. Как только успел?

– Не бойся, тебя здесь не тронут. – В голосе того появился снисходительный тон. – По крайней мере, пока я с тобой.

– Ты местный босс?

– Скорей, консультант, – улыбнулся Анджел. – В твоем положении мог бы помочь.

– В моем? – поднял бровь Моня, надеясь вытянуть больше. Он про убийство или контракт?

– Ты же, как понимаю, только зашла?

– Ну… как бы да.

– Тогда не расскажешь, где прикупила белье? – спросил, прищурившись, тот.

– А разве должна? – досадливо пробормотал Моня, чувствуя, что покраснел. Ну началось! Теперь всем разнесет!

– Честный обмен. Введу в курс дела, расскажу что и как.

– Да уж, снаружи черт знает что, – согласился он.

– Сегодня движуха заметно поменьше. Видела бы, что творилось вчера! – воскликнул с восхищением тот. – Всё сильно меняется почти каждый день.

– Патчи выходят?

– Если и так, то не в игре, а в мозгах, – задумчиво поскреб Анджел лоб.

– Это как?

– Меняется то, как мы воспринимаем Сансару. Наверное, так подстраиваются наши органы чувств. То, что не получалось вчера, выходит сегодня. Видела бы ты картинку неделю назад! В день запуска была вообще не цветной.

– И потому сейчас все сходят с ума? – Моня посмотрел на окно, за которым кто-то истошно орал. Дебилы малолетние, млять…

– Сегодня поменьше. То, что все ищут, пока не нашли.

– А что ищут? – спросил Моня, стараясь «говорить на улыбке», как видел в кино. Он даже хотел состроить Анджелу глазки, но побоялся, что гримаса испугает того. Эти женские штучки еще качать и качать.

– Дорогая, «за спасибо» не дадут ничего, – проигнорировал Анджел вопрос. – Для игрока знания дороже, чем жизнь. Тебе повезло, что я еще здесь.

– Я поняла. А женское белье тебе-то зачем? – Моня подозрительно посмотрел на него. – Ты ж не из «них»?

– Нет, фу! – громко возмутился тот. – Мне интересна лишь информация. И насколько известно, таких нубских наборов в игре вроде нет.

– Я расскажу, но оплата вперед.

– Откуда мне знать, что инфа будет достаточно важной? Объем представленных знаний пропорционален цене. Хочешь знать больше – продай мне белье.

– Ты же не оставишь девушку голой? – возмутился Моня, начиная осваивать тонкое искусство женской игры.

– За кого ты меня принимаешь? Конечно же, да! – хищно ухмыльнулись в ответ. – Как это дивное зрелище могу пропустить?

– Шакалишь на нубах? – сорвался Моня и пожалел. Надо быть милой, иначе не узнает вообще ничего.

– Работа такая. Собираю материал, покупаю и продаю.

– Хочешь сделать свой гайд? – предположил он. – А пользовательское соглашение как же? Блокнут аккаунт, бан-перманент.

– Если бояться, то это не бизнес, а в нем репутация очень важна! – заявил Анджел, подняв палец. – Монетизирую позже, когда разрешат. Как раз наберу контент и объем.

– Ясненько… – кивнул Моня, понимая, что раскрутить барыгу не сможет. Не умеет еще. Очарование тоже придется качать. – Я тебя поняла. Если что, обращусь. Думаю, многое можно узнать и самой.

– Ну, попробуй. Начала-то неплохо, – напомнили ему, не скрывая сарказм. – Маршрут: кладбище-церковь. Еще сотню раз повторишь?

– А какие варианты у нас еще есть? – спросил Моня, многозначительно выделив голосом – «нас».

Милота – это козырь, а у парня явно к нему интерес. Анджел-то прав. На улице не становится тише, сдохнуть придется не раз и не два. Информация – это силы и время, которые разумнее потратить на кач.

– Есть… – кивнул тот.

Вероятно, и сам хотел предложить. Взгляд его стал маслянистым, и легкий стриптиз уже не устроит. Но никто и не собирался это ему предлагать.

В этом Моня был точно уверен. Мысли такой в голове даже нет. Никогда никому, ни за что. И вдруг будет лапать? Мерзость какая! Не вариант!

«Верхний мир» тут же предложил ему свой:

– Монечка, дай-ка зайду за тебя… – проворковала вкрадчиво Юлька, увидев в его колебаниях шанс.

– Нет! – рявкнул он, снова сняв шлем. – «Харон» настроен лишь на меня! Да и вообще…

– Всего на минутку? Твоят мужская гордость тогда будет цела.

– Отвали!

Отпихнув сестру, негодующий и злой, вернулся в игру. А подняв взгляд, обнаружил Анджела опасно близко к себе. Восприняв паузу, как разрешение, тот облизнулся, чем едва не вызвал у Мони рвотный рефлекс.

Вот похотливый козел! Огреть, что ли, супостата кнутом? Не самая разумная мысль. Такой информатор – крайне ценный союзник, но дефилировать в кружевном нижнем белье выше всех своих сил.

Казалось бы, почему не позволить на себя посмотреть? А затем и потрогать? Вот и пошел по наклонной! Как быстро сделает и следующий шаг? И ради чего? Нагнуться, чтобы кого-то нагнуть? Это же бред!

Теряясь всё больше, Моня вдруг отметил ощущение присутствия в уме кого-то еще. Возникнув, оно становилось словно бы «громче». Из темноты будто кто-то стучался, упрашивая выпустить быстрее на свет.

Инь? Нет, аура совершенно нета. Скорее та самая Сири, что недавно пыталась устроить мятеж. После такого едва ли разумно ей доверять. С другой стороны, если б могла и хотела, то вошла бы без стука. В прошлый раз разрешения ей не давал. А если и дать, то как это будет? Вдруг пойдет что-то не так? Сможет ли загнать Сири обратно? Или всё снова закончится борьбой на полу?

Бесспорно одно: с этой ситуацией она справится лучше. Как и любой, кроме него самого. Времени жалко, а платить нечем. Услуги гида дорого стоят, а продать сейчас можно только себя. Вернее, ее. Придется бросить ему эту вкусную кость.

Исполненный брезгливостью и отвращением, Моня стоял и молчал слишком долго. Анджел уверенным и быстрым движением сорвал с него плащ. Липкий и жадный взгляд словно ошпарил, заставив внутренне сжаться в комок.

Запаниковав, Моня испуганно ойкнул и вынужденно ответил на «стук», открывая то, что не хотел выпускать. С тем уверенным чувством, что совершает ошибку. Возможно, самую большую из тех, что мог совершить.

Из непроглядно темных глубин подсознания бабочкой выпорхнула неясная тень, и Моня со страхом почувствовал себя мелкой рыбешкой перед акулой, изучавшей границы своей новой свободы. Ее образ стремительно обретал очертания с каждой секундой.

Будто расправив в нем черные крылья, сущность заполнила собой внутреннее пространство ума подобно тому, как чернила растекаются в чистой воде. Присутствие Сири ощущалось, как дымный шлейф – бесплотный, но чувственно жадный до жизни.

А в следующее мгновение Моня обнаружил себя уже в изометрии и вновь бестелесным. Его мягко выдавили, подвесив сторонним наблюдателем над головой. Все органы чувств исправно работали, но контролировал тело не он.

Получив власть, Сири встала на цыпочки и, подняв руки, потянулась, как после долгого сна. Сложив ладони в замок, хрустнула пальцами. Покачав головой, размяла шею и хлопнула себя по щекам.

«Репутация с Тьмой увеличилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: „четыре тысячи пунктов“».

«Репутация с Церковью уменьшилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: „две тысячи пунктов“».

Моня с облегчением отметил, что видит, слышит и чувствует, даже отдав таинственной спутнице руль. С новой хозяйкой тело будто стало другим. Появилась естественная женственность и природная гибкость. Агрессивная и властная сексуальность в позе, взгляде, движении. Сири царила, пеленая очарованную жертву невидимой нитью страстей, как паук.

Застыв, Моня висел в стороне и сейчас мог на них только смотреть. Парализованный этой пленительно возбуждающей силой, Анджел нервно сглотнул. Он точно лягушка перед взглядом питона. Пожалуй, легко даже дал бы себя проглотить.

– На колени! – приказали ему. Голос звучал как шелест листьев, как шёпот из склепа – сексуально низкий и обманчиво мягкий.

Анджел мелко задрожал и подчинился. О, как Моня его понимал! Даже в стороне его собственный ум стал будто пластичным. А что там под фокусом? Под таким давлением мозги, словно вата. Что за чудовище вышло на свет?

– Смотри на меня! – Сири опустилась на четвереньки и красиво выгнула спинку. Помяла обе груди, поиграла сосками. Поднеся к губам рукоятку плети, медленно провела по ней языком.

Зрачки ее жертвы расширились. Глаза, как стекло, рот капнул слюной, всё тело тряслось.

– Малыш, хочешь, засуну это в тебя? – Сири подняла рукояткой его подбородок, нависая над ним. – Нежно, но всё глубже и глубже. Будешь кричать, но никто не услышит. И ты станешь моим навсегда.

Анджел замычал, замотал головой, выглядя, как перепуганное насмерть животное. Его будто сломали и раздавили, лишив достоинства, разума, чести. И хлесткий удар такое падение лишь подчеркнул. Плеть порвала ткань и кожу. На пол закапала кровь.

– Повернись! Я твоя госпожа! Будешь прислуживать, жалкая дрянь!

Этот крик снял оцепенение с Мони. Пора срочно вмешаться, иначе психике парня кирдык. Всему есть предел!

«Хватит!» – мысленно крикнул, не особо надеясь, что Сири услышит. И тем более, вернет ему руль. С какой это стати? Сам же отдал от персонажа ключи.

Удивительно, но тень послушно юркнула в темные подвалы ума, оставив это всё разгребать. Моня плотно запахнул плащ и отошел, словно не имел отношения к отвратительной сцене. Бесконечно униженный, Анджел пришел в себя лишь минут через пять. Впрочем, в себя ли? Он стал будто другим.

– Что ты такое?! – возопил бедняга, как только очнулся. Он все еще стоял на коленях и смотрел снизу вверх. Ладонь зажимала свежую рану. – Господи! Как?!

– Я же сирена. А то морок был… – тихо пояснил Моня. Испанский стыд! Впрочем, и сам чувствовал себя очень неловко.

Вскочив, Анджел стал нервно ходить взад-вперед. В глазах слезы, обида, протест. Останавливался, непонимающе тряс головой и делал по залу еще один круг.

– Сирена? Такого класса здесь нет! – воскликнул он, потрясая руками.

– Есть, раз я тут.

– Зачем так со мной?

– Ты же сам попросил.

– Не это! Не так!

– А мне хотелки твои откуда же знать? – холодно парировал Моня.

– Я бы тебя и пальцем не тронул! Хотя был бы рад, с этим не спорю. Тактильных ощущений в игре пока нет, но…

– Пока?

– В том-то и дело. Они уже есть, мы их просто «видим». Иногда даже чувствуешь что-то. Вот и хотел разбудить. Полюбоваться, можно сказать, эстетикой красивого тела. У тебя ж как картинка, настоящий шедевр! В музей же все ходят?

– Ну как? Разбудил? – уже с интересом спросил его Моня.

В целом, понимал ход его мысли, но в рассуждениях виделся некий подвох. В натурщице ничего аморального нет, как и в искусстве. А вот во взгляде Анджела есть.

– Слишком сильно, пожалуй, – признался нехотя тот. – Я чувствовал боль! Ну и всё остальное… У тебя тоже было?

– Возможно. Не знаю, – пожал Моня плечами.

Но да, что-то подобное было. И если не само еще чувство, то его предвкушение. Уж в «банях» так точно. Ну да, он помнит ощущения от прикосновений тех милых «валькирий»! Вероятно, мозг еще адаптировался к новому миру, подстраивая себя под Сансару.

Восторг от столь вдохновляющей мысли перебила другая: у них была сделка, и Моня посчитал, что свою часть честно выполнил, чем бы оно казалось тому.

– Так что с интересущей меня информацией? – напомнил, хмурясь. Пусть только попробует кинуть его!

– Ладно, у тебя есть три бесплатных вопроса! – предложил после паузы Анджел. Видимо, минимум, который было не жаль.

– За такие услуги этого мало.

– И еще покажу безопасный выход наружу. Идет?

– Ну не знаю…

– Хорошо, еще пять. И про нас будешь молчать. Впрочем, никто всё равно не поверит тебе.

– Не скажу, если и ты не расскажешь, – великодушно согласился Моня. Вот как раз он в этом заинтересован больше всего.

– Это не повторится? – Анджел шмыгнул носом совершенно по-детски. Сансара всё более правдоподобно работала с мимикой. Явный прогресс.

– Если сам не попросишь.

Моня и сам был сильно испуган, и на такой опыт бы уже не решился. Хотя кто его знает… Сири прекрасно показала себя, но принимать такое лучше малыми дозами. Церковь неспроста ее сильно не любит, раз сняла столько репы за первый выход. За второй, наверное, могут проклясть. Интересно, как сильно можно залезть в минуса?

– Спасибо, но… Я ведь сразу понял, что будут проблемы! Как только увидел тебя! – простонал Анджел, не в силах простить себя даже в уме.

– Что ты увидел? – спросил Моня, которого всё еще мучила совесть. Чужое падение не принесет ему славы. Зачем портить того, кто способен помочь? Перспективный же гад. Попробуй найди такого агента… Кто знает игру лучше него?

– После реса ты будто светилась, а где же дебаф?

– Не знаю, может у сирен такая абилка? – предположил Моня, решил умолчать о том, во что влип. Только зашел, а уже столько всего: «банщицы», Сири, «голос с небес» и бесовский контракт. Лучше держать язык за зубами. И так начудил.

Хорошо, хоть беднягу удалось раскрутить. Из стыда и страха, тот не стал долго ломаться, объяснив простые, но необходимые вещи: как вызвать окно умений и навыков, панель бафов, репутации, опыта. Как и чем кастовать заклинания. И даже про то, что рога и кроличьи хвостики на местном рынке стоят гроши. Инфы хватило бы на развернутый гайд, который Анджел давал нубам в кредит, вгоняя в рабство и фарм на несколько дней.

– Спасибо, понятно, – сдержанно поблагодарил его Моня. Жирная попалась добыча. Лишь бы ее не спугнуть. – Теперь главный вопрос: что происходит? Почему мочат друг друга, стоит выйти за дверь?

– Все ищут «звезду», – буркнул Анджел, кривясь. Эту инфу мог бы продать, но раз уж всё так…

– В смысле?

– У аборигенов свои мифы есть, а тут вдруг пролетел метеор. Все всполошились, стали искать, где упал. Бургомистр и Церковь объявили награду, взбудоражив народ.

– Прекрасно, а резня-то зачем? – спросил Моня, не сумев проследить мысль.

– Жрец так зажег. Типа, пророчество. Ляпнул, что это был ангел, который выберет самых достойных из них. Соответственно, решили, что таким станет тот, кто набьет больше фрагов. И понеслось! И вот так третий день.

– Ну выберет, а дальше-то что?

– А кто его знает? – хмыкнул Анджел. – Говорят, сокровище будет не тем, что ты хочешь, а тем, что нужно тебе больше всего.

«И кто это будет решать?» – подумалось Моне. Зайди он пораньше, охотно б вписался. Но время упущено, ему столько фрагов уже не набить. Вот если бы сразу, то в дамки со старта! Только для этого группа нужна, а в нее с нулевым уровнем никто не возьмет.

– Тогда что не с ними? У тебя же приличный эквип.

– В сказки не верю. Я деловой человек. Продаю инфу, собираю долги. ПВП-кипешь – то не мое.

– И как бизнес идет?

– Застолбил себе нишу, обо мне уже знают. Репутация и реклама не первых шагах важнее всего. Мне фармят хлам, который берут оптом купцы. Денег, понятно, тут еще нет. Они будут потом, пока всё в кредит. Но это гроши, а вот за информацию платят всегда. Она, как искусство, весьма субъективно. Для кого-то мусор, для кого-то бесценно. По-настоящему уникального, как у тебя, материала немного. К примеру, я ничего не знал про сирен.

– Пусть и другие не знают. Или за такое надо платить? – спросил Моня и со значением показал взглядом на плеть.

– Не волнуйся, хранить тайны – в моих интересах! – заверил Анджел его. – Но секрет – скоропортящийся, как понимаешь, продукт. Если продавать, то на горке, а твой пока лишь растет.

– Не торопись. Будешь мне помогать, расскажу что-то еще, – пообещал Моня, понимая, что заблокировать навсегда эту инфу нельзя. Рано или поздно ее продадут.

– Слушай… – Анджел замялся. – Может, мы с тобой это… Возьму тебя в бизнес! И… хочешь, даже женюсь?

Получил предложение в игре уже через час? Моня едва не заржал, но увидев в его глазах лихорадочный блеск, смог удержаться. Вероятно, морок до сих пор не отпускал бедолагу. Так сильно понравилось, что хочет еще?

Нет, быть не может. Или всё-таки может? Интересно, это дебаф или патология в психике? «Сири-зависимость» с привыканием после первого раза. Вероятно, этот опыт его искалечил, вот и подсел. А скорей, уже таким был. Латентный мазохист, еще один псих.

– А почему нет? Это же бонус! – тараторил всё тот. – Семейные узы дают плюс к прокачке, репутации, скидки на навыки…

– Минус к мозгам и еще много чему, – продолжил, поморщившись, Моня. Два замужества не сделали маму счастливой, уж это он знал. – Ты всерьез решился на межрасовый брак? А вдруг по ночам у меня рыбий хвост? Слизь, чешуя, тина и вонь?

– Я всё приму! Меня всё устроит! – горячо заверил Анджел, покосившись на плеть.

Моня лишь вздохнул, чувствуя вину и ответственность перед таким инвалидом. Этот щенячий взгляд уже вызывал не брезгливость, а жалость. Парень запал, несите другого. Сири таки сломала его.

– Тогда к тебе просьба. – Моня сделал вид, что как бы не против. Этот дурачок еще пригодится. Пусть пока думает, что всё на мази.

– Не вопрос! Что надо сделать? – с готовностью откликнулся тот.

– Найти трех людей. Один из них мечник. Клички в реале – Раф, Таток и Тасёк. Здесь ники, наверно, будут другие, но между собой будут звать себя так. Держатся вместе. Играют с обеда и почти до утра.

– Надо ли хранить поиски в тайне? – В голосе Анджела появился деловой уже тон.

– Естественно. Мне нужно знать всё. Место, уровень, класс.

– Еще что-нибудь?

– Да. Ты обещал показать выход, где меня не убьют.

– Так я провожу!

– Не надо. Справлюсь сама.

– Вот черный ход! – Анджел показал пальцем на скрытую дверь. – За ним густые кусты и колючки. Будь осторожна и не заметят. Иди прямо на солнце, твой квест за холмом.

– Спасибо. Тогда я пошла, – пробормотал Моня, направляясь к двери.

– Янь!

– Что еще?

– У тебя мое сердце.

– Ну и дурак! – беззлобно чертыхнулся Моня, покидая его.

Странно, что Анджел его настоящий пол не просёк. Даже подозрений никаких не возникло. А ведь через паренька прошла масса людей. Он должен был знать, что это бывает. Значит, таких больше нет?

А вот за черный ход Моня был ему благодарен. Выбраться из этого замеса без «баньки» почти невозможно, а времени для интимных спа-процедур уже как бы нет.

5

Черный ход вывел за высокие кусты с колючками, надежно скрывавшие от чужих глаз. А их было много. Пятачок впереди выглядел улочкой из голливудского вестерна. С десяток трупов валялись в пыли, а между ними с матом и гиканьем рубились живые. Народ отводил душу, а не качался, поэтому шмот набрать не успели, и редко на ком была надета броня.

Значит, идти «на солнце»?

Пригнувшись, Моня крался кустами, стараясь избегать острых шипов. Как оказалось, был здесь не один. Над живой изгородью краснела копна роскошных волос, спадающих на плечи огненной гривой.

Попалась! Его убийца тоже прячется здесь! Зуб за зуб, око за око! Хорошо бы подкрасться и ответить тем же, благо атаки с тыла не ждут. А тыл был хорош!

Не подозревая о мстителе, девушка стояла спиной и, чуть согнувшись, следила за битвой чуть впереди. В ее одежде много красного цвета, и он буквально слепил: подвязки, перчатки и ультимативно короткая юбка. На белой рубашке ни стальных пластин, ни кольчуги. Даже бронелифчика нет.

Зато сексуальности было с лихвой. Столь агрессивная провокация, наверное, имеет смысл и в бою. От стрел и стали вряд ли спасет, но взгляд точно задержит. В схватке, где решают секунды, это порой даже лучше брони. Кроме того, красный цвет в природе – это сигнал, говорящий, что существо уверено в своих силах и хочет быть ярким. Хищник не свяжется с ним, подозревая какой-либо козырь, вроде яда или шипов.

Народец у церкви был одет примитивнее и явно скучнее. Но там и форм таких нет, а у красноволосой они впечатляли. Стройна, но крупнее и выше, чем Моня. Фигура сильная, гибкая, с широкими плечами и высоким бюстом, который намертво приковывал любой мужской взгляд.

И как с ней сражаться? У кого поднимется на это рука? Только у монстров, и то ведь не факт.

И всё же Моне хотелось бы ей отомстить. Вот мстил бы и мстил, не трогаясь с места. Жаль, сестра рядом, при ней так нельзя. Обычная атака уже не имела бы смысла. Меч даже для ее роста огромен. Пока не увидела, разумней слинять. Но уйти просто так еще более глупо. Месть – повод познакомиться ближе. По таким ягодицам хлестнуть – самое то. Прямо просят кнута.

Приятнее было бы хлопнуть ладонью, но это харассмент, а так не придраться. Тут месть и эстетическое удовольствие разом. На сатисфакцию он право имеет. Дескать, хотел убить, да не смог.

Конечно, Моня догадывался, что выбранный метод подката вряд ли рабочий, но искушение было слишком большим. Не смог устоять, да и план в этот момент казался хорошим. Главное – точность и верный расчет. Неожиданный удар девчонку вспугнет. Подскочив, она влетит на рефлексах в толпу, где будет уже не до него. А там, как пойдет.

В идеале деву в беде надо спасти, но Моня старался быть реалистом. Он физически на такой подвиг пока не способен. Вот станет мужчиной, тогда уже да. К спасению девушек вернется потом.

Предвкушая это сладкое время, Моня тщательно прицелился и замахнулся.

– Извращенец! – воскликнула Юлька, дежурившая у него за спиной. Она будто совесть, проснувшаяся в самый неподходящий момент. Но подходящих для нее в игре нет.

Моня вздрогнул и оступился. Под ногой хрустнула ветка и, ловкая, как хищный зверек, цель обернулась. Уклониться, правда, уже не смогла.

Хвост плети со свистом вспорол нежную кожу. Болезненный, но неэффективный по урону удар. Девушка охнула, но, вопреки ожиданиям, осталась на месте. Вроде неплохо разработанный план провалился. Казалось бы, что может пойти в нем не так?

Приятные для взгляда и рук полушария вздулись багровой полоской. Портить их варварски было кощунством. Жаль, если останется грубый рубец.

Вновь проснулась лента сообщений в уме. Реакция от противоположных вроде бы фракций:

«Репутация с Тьмой уменьшилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: „три тысячи пунктов“».

«Репутация с Церковью уменьшилась на тысячу пунктов. Суммарное значение: „одна тысяча пунктов“».

Ответ оскорбленной красавицы себя ждать не заставил. Огромный клинок двигался по дуге неотвратимо и остановить его, казалось, нельзя.

Моня шагнул в сторону, уже понимая, что обречен. И с такой ценой был даже согласен. И потому удивился, когда в миллиметрах от шеи вдруг замер клинок. Он бы легко разрубил от уха до паха. Что же могло помешать?

Девушка молчала, не опуская меча. Изучая, посмотрела на плеть, на плащик. Смерила взглядом, будто не веря, что дерзнули покуситься на ее лучшую часть.

Сейчас Моня мог оценить и другие. В них виделась латиноамериканская страсть, словно взбитая с первобытным и властным. Точеное смуглое лицо с высокими скулами, прямой нос с легкой горбинкой и выразительные черные глаза, обрамленные густыми ресницами. Волны рассыпавшихся по плечам огненно-красных волос подчеркнули экзотичную красоту, обещая проблемы. За такую всегда будет война.

Девушка опустила, наконец, меч и подошла ближе. Несмотря на атлетический рост и сложение, движения исполнены грацией кошки. Крутые бедра покачивались при каждом шаге, а стройные ноги с подвязками, казались нескончаемо длинными. Красота броская, вызывающе яркая – не утонченная элегантность аристократки, а необузданная чувственность природных стихий. Но сейчас полные губы плотно сжаты в напряженную линию, а во взгляде вопрос.

– Откуда у тебя эта бесовская вещь? – Девушка брезгливо показала пальцем на плеть.

В ее глазах не было гнева, что было странно. Моня решил, что она странная вся.

Что надо сделать, чтобы Сансара так нарисовала твоего персонажа? Почему у всех статистически нормальная внешность, а умопомрачительно выглядит лишь та, что убила его?

К слову, Сири тоже не обделили. Грех обижаться, но его случай легко объяснить. Сирене по классу положено, а той-то за что? «Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?». Этот конкурс проигран, сказочное зеркальце выбрало бы, наверно, ее.

– Ну? – повторила она, убирая меч в ременную петлю за спиной. Увидев замешательство, щелкнула пальцами перед лицом.

– Демон подарил, как только заше… зашла, – пролепетал, поправившись Моня. От стыда не смог даже соврать. Вот же дебил!

– Ну да, как же иначе… Дай-ка сюда! – потребовал не терпящий возражения голос.

Растерявшись, Моня безропотно дал, чувствуя себя нашкодившим ребенком пред ликом богини. Очевидно, матерой, раз себя так ведет.

Внимательно осмотрев плеть, девушка цокнула, оценив филигранную резьбу рукоятки. Покрутила, взвесила ее на ладони, проверяя баланс. Функциональность, к счастью, не стала. А ведь за такую проказу могла.

– Милый девайс. Значит, именно так любишь играть?

На Моню смотрели без осуждения, но с интересом. Родная, очевидно, душа. Видит насквозь.

– Ты всё не так поняла! – запротестовал он краснея.

– А как еще это понять? – она повернулась и подняла юбочку, демонстрируя кровавую полосу.

– Так получилось… – отвел Моня взгляд.

Пубертат, спермотоксикоз и тестостерон… Как это ей всё объяснить? Признаться, что озабоченный мальчик? Возраст согласия уже пересек, но справкой юный организм не исправить. Гормоны кипят.

– И не жалко было тратить на меня последний заряд? Их больше ведь нет. – Вернув ему плеть, она тщательно вытерла об его плащик ладони. Мало ли где успел побыть инструмент, а Мара советовал блюсти гигиену.

– Что за заряд? – Моня опешил.

– «Ключ Купидона» – редчайшая вещь.

– Чего?

– Про пупса с крылышками никогда не слыхала? Наверно, его. Влюбляешь в себя всех, кого плетью хлестнула. Так что навеки твоя! – впервые рассмеялась она.

Наверное, шутит? А может и нет…

Моня втянул голову в плечи, вспомнив, как по-щенячьи пялился Анджел. А еще неожиданно быструю капитуляцию Сири. Сдалась бы она, если бы не огрел тогда плетью?

Ай да старик! «Мы в ответе за тех, кого приручили»? Кажется, теперь есть питомец – дева с мечом, такой вот подарок. С ней, видимо, можно делать что хочешь. Жаль, что так только в сказках бывает. Пошлет сразу, если предложишь. Это ж игрок, а не безвольная непись.

Мара, конечно, еще тот юморист. Раз дал, так скажи! Впустую просрал все три заряда! А стоило бы принцессу какую влюбить. Эта тоже пойдет, но там-то хоть королевство, приданое, деньги, а от красноволосой сокровищ можно не ждать.

– Так глупо запороть редчайшую вещь. И почему именно я? – она с удовольствием продолжила травить ему душу. – Лестно, конечно, но это как из пушки палить в воробья. Я дала бы потрогать, зачем сразу кнутом?

– Мне-то откуда про плеть было знать! – почти всхлипнул Моня, которому от досады хотелось рыдать. И лучше всего у нее на груди, чтобы чуть отпустило. Уж в этом не сможет ему отказать?

Прочитав в его глазах эту боль, дева смягчилась:

– Я, конечно, не конек-горбунок, но пригожусь. Хочешь, жениха тебе вместе найдем?

– Нет! – нервно отказался Моня, чувствуя себя несчастным вдвойне. Уж лучше бы царевна-лягушка, там хоть перспектива видна.

– Глупая, я же шучу. Не убивайся ты так. Заряды наверняка можно восполнить. Кто-то ведь их сумел накопить?

Утешая, она притянула к себе, прижав к груди так, что его нос оказался в заветной ложбинке. И на мгновение он готов был поклясться, что ощутил, насколько приятно упруго под ним. Реакцией стала характерная мобилизация тела в реале. Здесь этого оно не могло.

– Моня! – возмущенно ахнула Юлька. – Ты охренел?!

Видимо, да. Вот прямо буквально. К несчастью, только лишь этим всё и закончится. Но адаптация органов чувств к игре уже шла и, как только это случится…

В его случае как раз этого Моня очень боялся. Несвойственные ему по природе ощущения и чувства пугали, поэтому романтики в таком теле быть не должно.

– Откуда ты столько знаешь про плети? – спросил он, вынужденно отступая на шаг. Крохотный для других, но большой для него. Отказаться от легкой эротики? Нет большей жертвы, чем эта, но принципы важнее всего!

– Ммм… Много читаю. – Роби закатила глаза.

– А если серьезно?

– Пряталась во флигеле церкви от этих дебилов. – Она выразительно посмотрела на битву, что еще шла за кустами. В такой дикой рубке люди не успевали вставать. – Жрец прятал за алтарем преинтересную книжку: «Сутра страстей. Искусство дьявольских прелюбодейств». Я на картинках залипла, там пошаговый гайд.

– А можно и мне прочитать?

– Неа. Сама посмотри. – Роби кивнула на остатки пристройки, которую в пылу битвы снесли.

От флигеля почти ничего не осталось. За два дня боев улицу вытоптали до твердости камня. Всё что могли, конечно, сожгли. От руин до сих пор шел дымок. Целой осталась только сейв-зона, где ничего не горело.

Моня в бессильном гневе сжал кулаки. Вот идиоты, ну что за непруха! Теперь гол как сокол, за душой ничего, да и ее уже, кажется, нет…

– Ясно. Говоришь, можно зарядить мою плеть? – спросил он, растирая ее рукоятку, словно хотел вызвать джина, который бы ее починил.

– Ну что ты так грубо? Нежнее! – всхлипнула от смеха красотка. – Еще бы лизнула! Не бери только в рот!

– Там инструкция была на нее? Гарантия, сервис?

– Эту страницу уже кто-то вырвал, но вариантов не так уж и много. Восстановить методику будет нетрудно – попробуй их все. Что-то сработает, полезнее собственного опыта нет ничего. Хочешь, в этом тебе помогу?

– Нет! – поспешно отверг предложение Моня. Потом к нему можно будет вернуться. Но не сейчас!

– Тогда зачем тебе целый гарем?

– На всякий случай…

– Уже два случая было? У меня пара соперников или соперниц? Ты ведь даже из церкви не вышла. Кого оприходовала? Неужто жреца?

– Издеваешься? Ты вогнала в меня меч! – напомнил ей он.

– Так неслась, как дурная, налетела сама. Но всё же прости. – Девушка примирительно ему улыбнулась. – Я даже не пожалела на саван свой плащ.

– Спасибо! – искренне поблагодарил ее Моня. – Отдам, как оденусь. Под ним лишь белье.

– О, я успела его оценить. На такой фигурке всё прекрасно сидит! – подмигнула она. – Дашь померить, мы же подружки? Кстати, меня зовут Роби. А тебя как?

– Янь, – смутившись, представился он. – Поможешь мне с квестом? Одной не пройти, сразу убьют.

– А твой демон-каптерщик нам не поможет? Или он выдает только плеть и белье? – спросила с подозрительным прищуром Роби.

– Нет. Как-нибудь расскажу. А тебе кто дал такой меч? Я бы его даже поднять не смогла, – поспешил сменить Моня тему.

– Я ж фурия, нам всем выдают. Цвайнхандер! – Она с нежностью погладила меч. Пришлось все очки кинуть в силу и то еле тяну. А ты какой взяла класс?

– Не то чтобы прямо взяла… Всё получилось как-то суматошно и быстро. Сирена я в общем. Ты против них ничего не имеешь?

– Замечательно! И петь, значит, можешь?

– Не пробовала. В реале со слухом и нотами были проблемы, – признался он неохотно.

– Так попробуй. Вложи очки в «пение» или там в «слух». Есть что-то такое?

– Сейчас посмотрю. – Моня кивнул, закрывая глаза. Благодаря помощи Анджела, азы уже знал. Его консультации пришлись очень кстати.

На внутренней стороне век всплыла шкала, за ней еще две. Красная и желтая полоска полны, вероятно, традиционно обозначив жизнь и энергию. Синяя – мана. Последняя окрашена едва ли на треть. Изученный спелл пока лишь один.

Хорошо, теперь бы статистику.

Таблица послушно всплыла. Информации мало, но что-то всё-таки есть:

Янь, сирена. Возраст – два дня. Фракция: морские народы. Состояние, бафы, дебафы: обездушен. Текущие задачи: социализация; вернуть свинью матери-церкви. Основная миссия: вознесение.

Всё страньше и страньше. Как и куда «вознестись», если написано, что «обездушен»? С расой и фракцией более или менее ясно, а вот с навыками уже было сложней. В стандартных – восприятие, сила, ловкость, интеллект, вложено уже очку. Зато по пять в «очарование» и «голос». Видно, дефолт, это не скинуть. Ну что за подстава? Канарейкой придется на Рафа ходить?

– Бери «очарование», Монечка. Кавайная девочка взяла бы его! – не преминула бросить шпильку сестра.

– Опять ты? – Он тяжело вздохнул и снял шлем.

– Да. Всегда.

– Со мной девушка. Видишь? Может, у нас что-то получится. Пожалуйста, дай хоть немного поиграть одному!

Сестра закатила глаза, но на удивление безропотно вышла, плотно закрыв за собой дверь.

А что, так было можно? Почему только сейчас? Вероятно, «отношения» для них – это святое. Нашел-таки к Юльке ключи!

Возбужденный приятными перспективами, Моня потянулся вырубить ненужный уже монитор, но вдруг заметил на запястье узор: татуировка трехглазого солнца. Этот же символ был на книжке у Мары. Почему появился вдруг на руке?

Несколько минут Моня судорожно пытался всё оттереть. Кожа стала болезненно красной. Щетка, мыло и влажные салфетки не помогли. Ему почудилось, что узор шевельнулся.

Ну да, так и есть! Демон оставил черную метку! Клеймо! Но это ж реал!

Дыхание перехватило, в легких словно кончился воздух. Моня судорожно вдохнул, чувствуя, как сердце ударило в ребра. Страх холодной иглой пронзил изнутри грудь.

Понимание, что случилось нечто плохое, вытолкнуло из головы всё остальное. Сейчас очевидно, что проблема реальна. Она здесь, в его настоящем. «Сансара» просочилась даже сюда!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.