Игорь Шиповских
Сказка о похождениях неугомонного плута-соблазнителя Прошки, кой своим вокалом милых вдовушек покорял

1

Как-то на досуге вечерком я просто от нечего делать попытался подсчитать, сколько всего в мире существует литературных изысков посвященных различного рода проходимцам: плутам, жуликам, аферистам и даже разбойникам. А в результате оказалось, что подобных произведений имеется беспредельное множество. И чего только не посвящено людям с авантюрным складом ума; сложены тонны разной прозы – создана прорва всяких романов, повестей, рассказов и новелл об их нетривиальных деяниях. При этом поэзии сочинено тоже немало, написаны немереные тома, воспевающие неблаговидные проступки хитрых пройдох и изворотливых мошенников (вспомним хотя бы сочинение Н. В. Гоголя о ловкаче Чичикове).

Кроме того написаны кипы стихов, од и поэм, прославляющих похождения бравых рыцарей удачи – так в былые времена называли кровожадных пиратов-флибустьеров и прочих морских разбойников (даже Шекспир упоминал их в своих сонетах). Впрочем, если говорить о самих рыцарях, об этих реальных сухопутных скитальцах, то они тоже по своей сути являлись людьми авантюрного склада характера, и вели свои походы больше для грубых завоеваний, нежели чем для благовидных дел. Другое дело писатели придавали их похождениям романтизм и великодушие, хотя на самом деле это было не так.

К тому же, многие с виду благородные короли, герцоги, графы и цари, тоже не блистали бескорыстием, непорочной честностью и безгрешием; вся их жизнь была связана с интригами, заговорами и борьбой за престолонаследие. Притом борьбой любыми способами. Аристократия не чуралась коварства, гнусности, измен и устранение своих конкурентов; одна только «Варфоломеевская ночь» чего стоила, в течение всего нескольких часов были уничтожены более тридцати тысяч человек. И лишь за редким исключением появлялись истинные герои, стремящиеся к святой Вере и справедливости.

Однако речь сейчас идёт не о них, а как раз, наоборот, о тех, кого мы называем аферистами, жуликами и шарлатанами. Так что с этого момента количество сочинений о пройдохах и плутах увеличится ровно ещё на одну историю. И в этом нет ничего необычного, ведь с первых дней существования человечества промысел хитрых мошенников и ловких обманщиков только нарастал, да они и сейчас продолжают находить всё новые способы своих проделок, притом совершенствуют их и отрабатывают до идеального состояния.

Хотя на этот раз имеет смысл поговорить об одном способе, который насчитывает, пожалуй, тысячи лет, но он же, этот способ, и является самым верным и безотказным. Вот только пользоваться им могут жулики, обладающие особо обворожительной и даже обольстительной внешностью, этакие неотразимые красавцы или красавицы. Но с другой стороны, если внимательно посмотреть на всё человечество сразу, то среди него можно выделить немало очаровательных и обаятельных людей, кои запросто подойдут на такую роль. Подобные люди водились всегда. Как сейчас, так и в стародавние, почти допотопные времена.

2

И вот одним из таких красавцев в те далёкие времена являлся некий молодой мужчинка. Сказать про него, что он выглядел как юноша, теперь никак невозможно, ибо ему на тот момент уже исполнилось немало лет, где-то порядка тридцати. А для эпохи, в которую он жил, это считалось весьма внушительным возрастом, ведь тогда как раз набирал силу XIX век, шла его первая половина. И такие великие деятели как Чаадаев, Белинский, Грибоедов, и даже Пушкин только начинали своё шествие по литературному поприщу, и знать о существовании нашего героя просто не могли. Зато сам герой чувствовал себя весьма комфортно для того времени.

Большую часть своей жизни, её расцвет, он провёл в праздности, разгуливая с утра и до ночи по разным приёмам, салонам, гостиным и будуарам, где волочился за многочисленными милыми вдовушками и наследницами приличных состояний. Дело в том, что после военной кампании Наполеона 1812 года, в России, во многих её городах образовалось крайне ощутимое количество вдов и наследниц, чтоб начать скучать от недостатка мужского внимания. Печальный итог нашествия корсиканского супостата. Ну а в столице такое чувствовалось ещё острее. В результате чего таким личностям как наш герой, последние десять лет жилось весьма вольготно. А особенно ему. Его везде принимали с большой охотой, и он пользовался огромным успехом у женщин с эротическими наклонностями.

Так уж вышло, что войны он избежал. Элементарно заболел. Накануне всех событий подхватил какую-то простуду, не то ветрянку, не то водянку, и промаялся ей весь период нашествия в деревне, на попечении у пожилой дальней родственницы в уездной богадельне. В общем, запутанная история, но он остался жив, и не преминул воспользоваться этим в своих корыстных целях. Иными словами тут же по выздоровлению ринулся в столицу очаровывать новоявленных вдовушек и стяжать у них средства на собственное существование.

Вот тогда-то, в те послевоенные годы, он был крайне молод, почти юн, и практически все тамошние вдовы находили утешение в его объятиях. За что щедро одаривали его деньгами своих почивших на поле брани мужей. Вот такая пошлая и даже немного подленькая закономерность образовалась. Но что уж тут поделать, такова жизнь; кто-то гибнет за капитал, а кто-то его потом имеет. Одним словом наш герой оказался типичным альфонсом-обольстителем, а если по-простому, то жуликом, мошенником, и заядлым обиралой на доверии.

Впрочем, сказать, что он был таким уж типичным, заурядным стяжателем, будет неверно – отличительная изюминка в нём всё же была. В придачу к его восхитительной внешности, у него имелись ещё и вокальные данные – его голос, он им владел в совершенстве. Пел наш герой крайне изумительно, как говаривали иные ценители «то был фонтан наслажденья». Женщины обожали слушать его вокал; томный, слегка с хрипотцой и нежностью, он производил на них магический эффект, вплоть до мистического. Дамы тянулись к нашему герою, как мотыльки, летящие на огонь: безотчётно и покорно. А он и не брезговал их назойливостью, и обирал их смело и дерзко, при этом считая себя правым.

– А почему я собственно не могу этого делать? Отчего это не дозволено брать денег с дам!?… Кто сказал, что это аморально, платить за красоту?… А ведь я особенно красив, необыкновенно изящен, очарователен, и, несомненно, обходителен!… Так пусть и платят мне,… я же не виноват, что их мужья погибли и дамы теперь одиноки,… а значит, отныне они мои!… И только мне властвовать над их умами, и самими телами конечно тоже!… – не раз говорил он сам себе, как бы успокаивая свою совесть, которая всё же иногда ещё тревожила его.

3

И вот здесь уже наконец-то подошла пора назвать имя нашего героя, стоит-таки упомянуть. А звали его броско и даже вызывающе – Прохор Петрович Громов. И, разумеется, это был псевдоним, специально означенный лишь для того, чтоб с гордо поднятой головой посещать светские приёмы, балы, банкеты и салоны. На самом деле его сызмальства кликали просто, Прошкой, отчество он присвоил от великого императора Петра, а родом он был из села Громыхаило, что располагалось на юге Малороссии, оттого и получилась столь звонкая фамилия – Громов. Зато теперь здесь в столице он блистал своим ярким и размашистым величанием.

Впрочем, он и вёл себя также размашисто; бесконечно кутил, куролесил, менял наряды, рисовался, хвастал своим якобы знатным происхождением, при этом немерено тратил денежки охмурённых им вдовушек и наследниц состояний. Средств на свои увеселения и удовольствия он не жалел. К тому же ещё и много играл в карты, азарт обуревал его, и естественно он проигрывал. Прохор хоть на лицо и был писаным красавцем, но вот по игорному разуму оказался профаном. Так что ни в преферанс, ни в вист, ни в штос, ни даже в бостон успеха он не имел. Оттого постоянно нуждался в деньгах. Ну а его щедрые покровительницы не отказывали и регулярно снабжали его средствами, однако Прохор всё же сетовал.

– Ах, кабы мне ещё и не надо было за ними волочиться, то вообще было бы не житьё, а сказка!… Потребовал с них денег и всё,… никаких тебе шашень,… сразу получил нужную сумму и конец разговорам,… забрал и пошёл дальше в карты играть… – уж так он мечтал жить, ленясь даже исполнять свои услуги альфонса. Ему бы только чтоб всё само собой в руки текло, без какого-либо труда и напряг. В общем, Прохор лишь кутил, ел, пил, да время в карточных застольях проводил. Вот именно так и пролетело последнее десятилетие его жизни. Оглянуться не успел, а ему уже под тридцать лет.

– Да уж,… вот так дела!… Это что же получается, время к старости идёт, а у меня нет ни своего капитала, ни своего дома,… как говорится ни кола, ни двора!… Я всё прокутил, просадил, промотал, в карты проиграл, и теперь на бобах остался!… А ведь у меня уже начинаются проблемы со здоровьем: то сердце колет, то лёгкие жмёт, то суставы ломит, то желудок болит, а то и горло тревожит… – вполне серьёзно задумался Проша, почувствовав реальное приближение старости.

И опять-таки надо заметить, что в те времена старость наступала весьма рано, и тридцатилетний господин мог считаться «глубоким стариком», а двадцатилетняя барышня называться «немолодой», об этом даже сам Пушкин писал. Но Прохору в ту пору было не до Пушкина, у него теперь в голове столько разных мыслей роилось, что поневоле задумаешься о будущем. А оно, кстати, не сулило ему ничего хорошего, и Проша решил действовать.

– Всё хватит кутить,… немедленно ищу себе богатую вдовушку, женюсь на ней, и обеспечу себе безбедную старость!… Вот только кого бы мне выбрать, ведь среди моих знакомых уже не осталось холостых вдовушек,… все вовремя удачно повыходили замуж, и теперь крайне успешно эксплуатируют своих супругов!… Ах, какая досада… – первым делом подумал он, но поразмыслив ещё чуток, вдруг оценил обстановку несколько иначе.

– Хм,… а что если кто-то из них вновь как-то так внезапно овдовеет!?… Проще говоря, можно выбрать удобную для себя дамочку, и как бы невзначай, взять и устранить её муженька,… отравить, например,… или же подстроить лошадиное бешенство на конной прогулке!… А что такого, если вдруг лошадь понесёт!? и её никто не сможет остановить!… Вот супруг и разбился, строптивая кобылка попалась, и всего делов-то,… да таких случаев тысячи,… никто и не подумает разбираться в этом деле!… А ещё мужа можно ловко подстрелить на охоте,… таких случаев тоже масса,… неудачный выстрел, и хлоп, не стало владельца приличного капитала,… зато его вдовушка свободна, тут-то я и пригожусь… ха-ха… – неожиданно задался столь жестокими идеями Проша, хотя до этого об убийствах и разных там непотребствах никогда не помышлял.

Но здесь видимо уже настолько припекло, что пришло время браться за кистень. Впрочем, нечто подобное, рано или поздно, должно было случится, а это говорит о явно подленькой душонке Прохора, ибо он ради собственного благополучия был готов сотворить страшную гнусность – погубить добропорядочного мужа. Хотя убийства мужей в те годы не было чем-то уж таким оригинальным, они случались с невероятной частотой. А всё потому, что в обществе существовала такая вещь как дуэли. Так что смертельные поединки проходили регулярно. Множество честных и бесчестных мужей нашли себе гибель в этих печальных развлечениях. И кстати, примеры гибели на дуэлях всем известных великих поэтов, служат тому прямым доказательством.

Однако то, о чём помышлял Прохор совсем другое дело, это, как бы сказали меломаны – из другой оперы. Проша-то хотел устранить конкурентов тайно, без шума и дрязг, подло исподтишка, не в открытом противостоянии лицом к лицу, а мелькенько, гаденько, словно вор крадущий самое ценное. И вот тут-то до Прохора дошло, как мерзко он хочет поступить. Он будто очнулся от чего-то грязного, скверного, смердящего.

– О нет, до такого коварства я ещё не опускался!… Ну ладно я творил всякие глупости,… ну там отбил у мужа жену, сделал её своей любовницей, почти рабыней,… это я себе позволял!… Это ещё куда не шло, такое я с лёгкостью проделывал, и не раз,… но чтобы такого, чтоб умерщвлять соперника, верного мужа, к этому я пока ещё не готов,… да и вообще вряд ли когда-либо сподоблюсь!… Нет уж, лучше я для начала обращусь за советом к моей старой доброй родственнице,… к моей троюродной тётушке… она мне хоть и седьмая вода на киселе, но плохого не посоветует, уж сколько раз выручала… – резко отказавшись от злонамеренных идей, решил Проша и отправился к своей дальней родственнице. А она, между прочим, была крайне знатной дамой.

4

Когда-то давно, по молодости, тётушка весьма удачно вышла замуж, её супруг оказался титулованной особой и при значительном капитале. В результате чего тётушка прочно обосновалась в столице, завела знакомства со многими богатыми семьями, заимела связи в аристократических кругах, и даже по сей день знала обо всех продвижениях в этих самых кругах, как говорится – держала руку на пульсе. Правда бедняжка рано овдовела, ведь её муж был человеком преклонного возраста. А с годами у неё появились и финансовые трудности. Впрочем, это никак не помешало ей продолжать вести светский образ жизни, и быть в курсе всех более или менее значимых событий в столичном высшем обществе.

Благодаря чему и её племянничек Проша в своё время приобщился к этой самой светской жизни; он часто посещал различные приёмы и салоны, проникал в будуары, и имел от своей тётушки все необходимые ему сведения о прелестных и богатых вдовушках. В общем-то, у них с тётушкой образовался некий взаимовыгодный тандем. Тётушка снабжала Прошку важными данными, а он щедро платил ей за это комиссионные, от которых она, конечно, не отказывалась, и всё приговаривала.

– Я женщина пожилая, и много всякого натерпелась,… рано потеряла мужа, осталась без покровителя, отчего сама веду управление усадьбой и делами, а потому цену благополучию знаю!… Так что мне в хозяйстве каждая копеечка пригодится,… нынче содержать дворню, дорогое удовольствие!… – замечала она и, разумеется, была права, притом не только в этом вопросе, но и во всех прочих нюансах связанных с жизнью в столице, а это можно сказать особая наука, требующая много ума и даже мудрости. А потому Проша и на сей раз решил обратиться к тётушке за советом. К её дому он примчался моментально, ведь бывал у неё неоднократно, и прямо с порога начал свои причитания.

– Ах, моя дорогая тётушка,… мой милый друг,… вы столько раз выручали меня своими советами, что я и теперь не преминул обратиться к вам!… Дело в том, что я внезапно ощутил резкую потребность в женитьбе,… у меня просто нет ни сил, ни возможностей оставаться холостым!… С недавних пор я чувствую себя больным, разбитым, утомлённым и беспомощным,… мне срочно нужен покой, отдых и хороший уход!… Более того, я абсолютно разорён, у меня нет средств к существованию, и даже крыши над головой я не нажил!… Я обречён на нищенство, лохмотья, и жалкое прозябание где-нибудь в ночлежке!… Я полностью сломлен, унижен, оскорблён!… Я в панике, и не представляю, что мне делать,… весь в сомненьях, и не знаю, кого выбрать себе в жёны!?… Мне нужна богатая и заботливая вдовушка,… но где она сейчас такая есть!?… Я уж всех перебрал, однако никто из них не подходит!… Мне просто-таки необходима ваша рекомендация, моя дражайшая тётушка!… – несколько сумбурно и в то же время умоляюще вскричал Проша, при этом театрально заламывая руки, словно в плохой пьесе. На что тетушка, будучи женщиной предусмотрительной, тут же ему ответила.

– Ах, милый мой Проша,… то, о чём ты просишь совершенно невыполнимо в сложившейся ситуации!… А я между прочим уже давно предвидела, чем закончатся все эти твои пустопорожние похождения по вдовушкам!… Я хоть с этого и имела свою выгоду, но предупреждала тебя, что при столь бурном образе жизни ты быстро износишься и скоро постареешь!… Говорила, что все эти твои возлияния с друзьями, бдения по ночам за карточным столиком, непременно отразятся на твоём лице и здоровье тоже!… И вот результат, ты нищ и хвор,… в тебе осталась лишь капля прежнего лоска!… Пусть война и дуэли не свели тебя в могилу, но твоя вечно разгульная жизнь, также не даст тебе шансов на существование!… Ты подошёл к черте, после которой лишь пустота,… хотя и можно ещё повернуть назад,… и ты вовремя решил это сделать!… Пора тебе остепениться и наконец-то выгодно жениться,… но, к сожалению, только не здесь,… в столице это просто невозможно!… Да ты и сам в этом убедился,… понял, что тут ты себе никого не найдёшь, и не выберешь!… А вернее будет сказать, что это тебя здесь никто не выберет себе в мужья,… в столице тебя всякая собака знает, уж настолько ты порочен и скажен!… Ведь в тебе нет ни капли совести и чести, ты за грош и мать родную к богу приберёшь, хотя и славно о любви поёшь!… Впрочем, тебя сейчас даже твой знаменитый вокал не спасёт,… у нас нынче тебя никто в мужья не возьмёт!… Любая вдовушка уж так с тобой намаялась, что знает тебя как облупленного, и ради тебя жертвовать своим вдовьим спокойствием и капиталом не станет!… Вот так-то!… – почти менторским тоном произнесла длинную тираду тётушка, тем самым чуть ли не подписав Проше печальный приговор. На что он тут же болезненно отреагировал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.