Сборник рассказов
Нелл Кьюри

Иллюстратор Нелл Кьюри

Дизайнер обложки Нелл Кьюри

Корректор Олеся Шевцова

Корректор Валентина Карионова

Корректор Мария Яковлева

Корректор Анна Абрамова

Корректор Алексей Леснянский

© Нелл Кьюри, 2023

© Нелл Кьюри, иллюстрации, 2023

© Нелл Кьюри, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0062-0872-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– — – – – – — – – – – – — – — – –

– — – Научная фантастика – –

ПРОВОДНИК

I
Разговор с профессором

– В следующем учебном году будет сделан особый упор на результаты практических работ, – разглагольствовал седовласый лысоватый профессор, без энтузиазма смотревший на огромную аудиторию, которую наполняло двести с лишним студентов.

Большинство из них профессор считал совершенно бесполезными, ещё часть попадала в категорию ленивых и нерадивых, а та малость, которая выдерживала критику, всё равно бы не получила ни одной высшей оценки.

– Учебный период завершился, – продолжал профессор Брук, – и встретимся мы снова после больших каникул. Следующий учебный период – заключительный шаг к завершению вашего образования, и придётся выполнять много самостоятельной работы… – не прекращая говорить, профессор поглядел на часы.

До конца встречи оставалось совсем немного, его речь стала торопливее. Нужно было закончить до перерыва, и он успел. Последнее слово прозвучало, послышались глухие удары гонга, профессор устало опустился на стул перед рабочим столом, снял очки и принялся их старательно протирать.

Студенты ринулись к выходам, чтобы поскорее покинуть здание и ощутить дыхание свободы от учебной рутины.

Четверо парней отделились от толпы и направились к кафедре. По пути один из них – Пит, юноша невысокого роста, остроносый, с серебристой кожей и серебристо-серыми волосами на голове – остановился в стороне, а остальные трое – Аркано, Норт и Джек – подошли к профессору.

Заметив их, он вздрогнул, поскольку не любил эту троицу и даже, скорее, боялся. На протяжении долгих лет на поприще преподавания он не сталкивался с такими учениками.

Они могли учиться, но не хотели прикладывать должных усилий. Взамен шкодили, будто школьники, и в большинстве случаев жертвой их «милых» шалостей становился он – уважаемый профессор Вениамин Брук.

А баловались ребята частенько.

Однажды из лени они не успели подготовиться к зачёту и в последний момент с целью оттянуть «экзекуцию» подсыпали профессору в кофе слабительное. Несчастный учёный весь день просидел в укромном, но не малоизвестном месте.

Как-то эти студенты добавили Бруку в обед веселящий порошок.

Через несколько минут профессор, прибыв на плановое заседание методистов, поверг собравшихся коллег в шок, впав в состояние безудержного веселья, заходясь в приступах дикого хохота.

Оглядев «сорванцов», профессор свёл брови к переносице.

– Чем обязан? – он вытер со лба пот, мгновенно выступивший при появлении парней.

Один из студентов, Аркано, синекожий уроженец Ганимеда с короткими чёрными волосами, сделал шаг вперёд.

– Профессор, подскажите, как я могу исправить оценку по химии в ближайшие дни?

Профессор надел очки и внимательно посмотрел на парня.

Представлялось очевидным – Аркано требовалось позарез исправить оценку, и поскорее. Брук не знал, отчего такая спешка со стороны того, кто обычно не волновался о своей успеваемости, и не преминул поиздеваться:

– Сожалею, голубчик, но в ближайшие дни вы исправить её не сможете! – профессор пожевал губами, наслаждаясь моментом.

– Почему?

– Экзамены сданы, учебный период окончен, и экзаменационная комиссия отправилась отдыхать, – со всем удовольствием выдал Брук.

Синяя кожа Аркано на лице покрылась светлыми пятнами.

– Но профессор…

– А чего вы хотите от меня? – прервал его Брук. – О чём вы думали, подготавливаясь к экзаменам?

– Я, сэр…

Профессор вновь перебил его:

– Я и впрямь ничем не могу вам помочь. Помимо того, говоря об исправлении оценок, напомню – вам следовало просить не только за оценку по химии… По основному предмету вы получили отметку ниже среднего. Разрешите полюбопытствовать, отчего вас волнует плохая оценка по предмету, идущему в вашем учебном курсе на второстепенных ролях, а плохая отметка по основному предмету вас совсем не волнует?

– Мой дядя безумно мечтает, чтобы я хорошо знал химию! Он сильно рассердится, увидев итоговую оценку по данному предмету.

– Вы ожидаете жалости с моей стороны? Но – нет, как не силюсь! Вам необходимо относиться к учёбе серьёзно, однако вы и пробовать не хотите. Вы безнадёжны!

– Кто вам дал право бросаться такими словами?! – вырвалось у Аркано от неожиданности. – Это непедагогично!

– Хм, как вы заговорили! – удивился профессор. – Невероятно, как вы преуспели в областях, не связанных с вашей будущей профессией! Вначале вы блещете немалыми познаниями фармацевтики, ловко орудуя порошками, а теперь это… «непедагогично»! – он усмехнулся. Потом его лицо посерьёзнело: – В отношении вас лучшие приёмы педагогики меркнут и теряют всякий смысл. Я знаю! Я уверен! Даже расшиби я себе и вам лбы об эту деревяшку… – Брук хлопнул ладонью по крышке стола. – Вы ничему не научитесь! Вам никогда не получить высших оценок, за какой бы вы предмет НИ взялись! Вы самые ленивые, самые бестолковые и… и… Уходите! Учёба кончилась, и десять минут как я на заслуженном отдыхе, и видеть вас не желаю! Прочь! – лицо Брука побагровело.

Он разозлился и явно не собирался идти на компромиссы, и студенты поспешили удалиться.

Вместе с Питом, топтавшимся в стороне, парни прошли к машине и забрались внутрь. Выводя транспорт со стоянки на дорогу, Аркано сказал:

– Я раньше не замечал за профессором ничего подобного. Он разозлился! Надо же! – Юноша повторил обидные слова Брука и покачал головой. – Да-а-а, когда дядя узнает о моей оценке по химии, то лишит меня карманных денег на каникулы. Необходимо придумать, как обвести дядю вокруг пальца.

– Забудь! – отмахнулся Норт. – Выберем место для отдыха подешевле.

– Знаешь, белобрысый, я и мысли не допускаю о том, что придётся так низко пасть! – ответил Аркано. – Место для отдыха дешевле! – воскликнул он. – Чёрта с два профессору удастся испортить нам каникулы. Я проведу дядю.

К разговору подключился Пит:

– Аркано, это нехорошо. Дядя тебя любит, нельзя поступать с ним дурно.

– Пит, кончай брызгать слюнями! – поморщился Аркано. – Я, по-твоему, дядю не люблю?! Он мне дороже всех на свете! Он – единственный мой предок! Но это не даёт ему права измываться надо мной.

– Но он и не измывается. У него есть ценности. С ними и связаны требования к тебе. Нельзя обманывать его – деньги того не стоят.

– Пит, не ной! – вспылил Аркано. – Чёрт, мне уже перехотелось брать эти деньги! Проклятый профессор загубил такой прекрасный день, а может, и каникулы. Уж лучше бы я к нему не подходил.

– Как ни жаль, но профессор сказал лишь правду!

– Тебя она тоже касается!

– Не спорю. И уже думаю, как исправиться. Надо поднатужиться.

– Хм… Вот еще! Ни за что! – отрезал Аркано.

– Зря. А я решил изменить к себе отношение профессора. Его слова унизительны. В новом учебном периоде я получу самые высокие баллы! – уверенно сказал Пит.

– Хм, тебе придётся пахать над книгами все каникулы. И когда я и остальные вернёмся с отдыха, мы найдём засушенного книжного червячка, придавленного увесистым томом! – хохотнул Аркано.

– Ты хочешь сказать – я не стану отдыхать? Я поеду с вами, но вернусь пораньше и успею подготовиться к новому учебному периоду.

– Ну, хорошо, значит, червячок будет не таким уж сухим. Глядишь, и откачать сумеем! – заухмылялся Аркано.

– Кто сказал, что я стану сидеть над книгами? Это неэффективно! Вплотную ими я займусь в начале учебного периода. Я выполню задание, назначенное профессором на каникулы.

– Шутишь?! Задумал взяться за исследовательские работы?

– Да!

– Надеешься совершить великое открытие?

– Я отправлюсь исследовать планету Эко-2. Мне дедушка рассказывал про неё. Там пещеры, способные читать мысли людей и воплощать их в образы, придавая им материальную плотность. А ещё на Эко-2 есть танцующие камни!

Рыжий марсианин Джек, обнажив зубы в улыбке, засмеялся.

– Пит всё ещё носит подгузники!

– Ты спятил, Джек? – не понял Пит.

– Такой большой, а в сказки веришь!

– Кто говорит о сказках?! Ты же знаешь, мой дед входил в число первооткрывателей планет возле других звёзд. Он сам побывал на Эко-2 и видел всё своими глазами.

– Может, ЧТО-ТО он и видел, но с возрастом и наступившими тогда же маразмами это приобрело нереальное описание.

– Как хочешь, Джек. А я полечу на Эко.

Машина притормозила возле высокого белого особняка, за которым на многие мили тянулись частные владения, принадлежавшие хозяину дома.

Аркано завёл машину во двор и минутой позже четверо студентов вошли в холл белоснежной усадьбы.

Парни прошли в гостиную.

В большом кожаном кресле у широкого окна сидел дядя Аркано и, читая газету, курил сигару, утопая в ароматном дыму. Так уважаемый бизнесмен Уильям Фокс проводил короткий послеобеденный отдых. Казалось, в данный момент его интересует только газета, но он заметил племянника с друзьями раньше, чем они успели поздороваться.

Отложив планшет, мистер Фокс кивнул в знак приветствия и с ходу сообщил:

– Дорогой племянник, десять минут назад звонил профессор Вениамин Брук. Нам следует немедленно переговорить, мой юный друг, – он поглядел на остальных мальчишек, вежливо поздоровавшихся, и, кивнув в ответ на приветствие, сказал: – Молодые люди, вам принесут подкрепиться и выпить, а я прошу извинить меня и моего племянника, нам необходимо ненадолго удалиться.

Мистер Фокс встал из кресла и увёл Аркано в соседнюю комнату.

Спустя полчаса студенты сели в машину и помчали от дома дяди Фокса.

Аркано плюнул в окно.

– Профессор – последняя свинья! Едва мы вышли от него, он позвонил дяде. И дядюшка лишь из-за большой любви к своему единственному дитю, то есть ко мне, оставил меня жить. Никаких карманных денег не светит!

– Плохо дело, – согласился Джек. – Пока ты общался с дядей, я позвонил домой. Мои родители тоже говорили с профессором. Мне выделят всего-навсего треть обещанной суммы.

– А мне повезло больше, – сообщил Норт. – Мои предки не видят ценности в профессии исследователя. Они только и ждут, когда меня выгонят из Учебного корпуса, и я вернусь на родные поля сеять хлеб! Меня не накажут точно! Отец уже купил новый комбайн и ожидает моего возвращения домой, так его ободрил звонок профессора.

– А чем похвастаешь ты, Пит? – поинтересовался Джек.

– Кроме брата, у меня никого больше нет, а он и говорить с профессором не станет. Карманных денег меня брат не лишит, но и сверх того не даст, я ведь не окончательно забросил Учебный корпус, и у него нет возможности затолкать меня в армию.

– При таком раскладе хорошего курорта нам не видать, – разочаровался Джек.

– При таком раскладе нам никакого курорта не видать, – проворчал Аркано. – Остаётся днями напролёт перед телевизором сидеть, а по вечерам в бар захаживать да в ночной клуб тёлок полапать.

– Вы знаете, сколько стоит подержанный, но не самый захудалый звездолёт? – спросил Пит.

– Не интересовались! – буркнул Аркано.

– А я интересовался. Купить относительно сносное судёнышко, походное и исследовательское снаряжение наших денег хватит. Отправимся на Эко-2. Заснимем на видео пещеры, камни, возьмём образцы – и готово! Задание домашнее – выполнено, отдых – нескучный и полезный, и останется что рассказать однокурсникам.

– Ты болен, Пит, и давно! – сообщил Джек.

– Постой, Джек, – вмешался Аркано. – Мы пролетели мимо горячих пляжей и сногсшибательных тёлок, но намечается реальный шанс утереть профессору нос. Я согласен с Питом.

– Сущий бред! – отмахнулся Джек.

– А я тоже считаю, что Пит дело говорит, – поддержал Норт. – Ты, Джек, в меньшинстве. Летишь с нами?

– Куда все – туда и я! – сдался Джек и почесал рыжую макушку.

II
Подготовка к экспедиции

– Рэй¹! Эй, Рэй! – позвал Пит, привлекая внимание брата, копавшегося под брюхом машины на подъездной дорожке.

Кроме матери да её родни, парни ничего общего не имели. И все удивлялись тому, как эти два совершенно разных человека уживаются в одном доме в мире.

С детства робкий, скромный, тихий мальчик Пит, став юношей, оставался таким же безобидным убеждённым пацифистом, в жизни мухи не обидевшим. Он категорически был против одежды из натуральных материалов, рьяно радея за защиту животных и растений. Не переносил табак, наркотики, алкоголь и вредную пищу.

Брат Пита отличался от него практически всем. Кроме того, что Рэй родился от другого отца, он и характер имел совершенно иной. С пелёнок Рэй выделялся дикой неуёмностью, позже переросшей в неуправляемый бесшабашный нрав. В школе он постоянно затевал драки, а как только окончил учёбу, ушёл служить в армию. Вся его сущность стремилась к военному делу, и он преуспел в нём.

Став офицером и получив много наград, Рэй отдал армии немало лет, но, потеряв с тем часть психического здоровья, был отправлен домой.

В отличие от Пита, Рэй терпеть не мог синтетики и носил одежду из чистого хлопка и натуральной кожи. Не пил газированные напитки без содержания алкоголя, много курил и жить не мог без вредной пищи.

– Эй, братишка! – Пит наклонился к Рэю и потрепал его по колену. – Вылезай!

Из-под машины выбрался мощный, высокий чернокожий мужчина в бандане. Поднявшись с подъездной дорожки, Рэй наотмашь хлопнул брата по плечу, выражая лучшие чувства. Пит едва удержался на ногах…

– Привет, братишка! – улыбнулся Рэй, обнажая красивые белые зубы. – Обедать будешь? Я голоден как волк.

Пит, ёжась и потирая ушибленное место, сделал шаг в сторону.

– Я тоже… Плечо… наверное… будет болеть.

Рэй улыбнулся.

– Ты пацан или девчонка, чего сразу ноешь? От дружественного хлопка ещё никто не умирал. Пойдём в дом. Эвелина² накрывает стол.

Когда братья вошли в гостиную, Рэй плюхнулся на диван и щёлкнул ключом банки с пивом, открывая сосуд.

Пит сел рядом.

– Ну, какие новости? Будешь? – предложил Рэй брату другую банку пива.

– Ты же знаешь – не буду, зачем опять предлагаешь?

– Наступит ведь день, когда ты станешь мужиком. Я жду! – Рэй достал бумажник, извлёк банковскую карту и отдал её Питу. – Придумал, на что спустить карманные деньги?

Пит улыбнулся, забирая карточку.

– Спасибо! Поверь, я не потрачу твоих денег зря.

– Моих! – Рэй нахмурился. – Они и твои тоже. Я обещал маме заботиться о тебе, пока меня не сразит вражеская пуля, и я держу обещание. Вот! – он протянул к брату крепко сжатый кулак, а потом поднёс к своему уху и потряс рядом. – Вот оно! Гремит, как и прежде, словно сегодня зажал в руке.

– Деньги я потрачу для учёбы. Я хочу отправиться в путешествие.

– Да-а-а?

– Ага, по космосу.

– Интересная идея! Мой брат говорит как мужчина. Путешествие по космосу – достойное дело. Но денег у тебя маловато. Поведай мне, куда ты собрался лететь. Возможно, я сочту необходимым добавить средств для твоей затеи.

Пит, воодушевлённый словами брата, выложил всё.

Выслушав Пита, Рэй мгновение выглядел удивлённым, потом покрутил головой, потерев указательным пальцем нос:

– Эко-2! Вот те раз! Плохо ты слушал деда. Или не всё запомнил, будучи маленьким. Я об Эко-2 знаю побольше тебя и согласен – путешествие выйдет отменное. Говоришь, Аркано, Джек и Норт тоже летят? Мне нравится! Насчёт проводника – я знаю одного малого, который может им поработать. Ну, а если не сам, то посоветует специалиста по планетам типа Эко-2. Но в любом случае карманных денег тебе будет недостаточно. Я готов помочь, правда, при одном условии… Ты возьмёшь меня в экспедицию.

– Чего? Куда? На Эко? – подскочил Пит. – Тебе это зачем?

– Я уже говорил – ты мало знаешь об Эко. Иногда там нужны люди, как я – способные метко стрелять, а ещё лучше – убивать голыми руками. Без меня вам не обойтись там.

Пит думал… Он не имел большого желания находиться под постоянным наблюдением и заботой брата. Однако предложение Рэя гарантировало стопроцентный успех экспедиции, и Пит не устоял:

– По рукам, братишка!

– По рукам!

– Твой брат летит с нами?! – воскликнул Аркано, поглядев на Пита так, будто тот сказал нечто из ряда вон выходящее.

– Да! – кивнул Пит. – Он берёт на себя роль спонсора и летит с нами.

Джек скривился:

– Пит, но у Рэя шарики в голове перепутались от службы в армии.

– Он не буйный! – развёл руками Пит. – Так, иногда бегает по дому и хлопает мух с воплями: «Умри, гадина! Да здравствует свобода отечества!»

Джек хмыкнул.

– А на́с он, как мух, хлопать не начнёт?

– Я же говорю – он не буйный.

– Ладно, кто хотел развлечений? – привлёк внимание Норт. – Вы их получите, надо-то всего-навсего позволить потерянному вояке почувствовать себя снова при деле. Рэй пригодится нам в качестве телохранителя. Кто из нас умеет стрелять? Никто, кроме Пита.

– И то я пушки боюсь! – поморщился Пит. – И никогда не посмею даже угрожать живому существу – это отвратительно, бесчеловечно! А убить…

– Ладно, Пит, с тобой всё ясно! – прервал друга Норт. – И где ещё найти такого спонсора?! Полагаю, дальнейшие прения – бессмысленны!

Джек и Аркано молчали, и Пит сказал:

– Ну, если все согласны, поехали в «Кентавр». Через полчаса нас там будет ждать Рэй.

В указанное время парни добрались до бара. Войдя внутрь, они огляделись.

В тёмном углу, скрываясь за обшарпанной перегородкой, сидели Рэй и незнакомый ребятам мужчина лет сорока.

Рэй дымил сигарой, а его компаньон пил пиво и курил сигарету.

Студенты поздоровались, присоединяясь к ним за столиком.

– Это – Александр Лужский, – представил Рэй друга. – Благодаря Александру, мы получили выход на посредника, связующего с проводником по Эко-2. Самого проводника можно увидеть лишь по прибытии на планету. Почему-то он не хочет показывать всем лицо и входит в контакт с путешественниками непосредственно на месте перед экспедицией.

– Вон посредник пожаловал, – Лужский, подняв руку над головой, помахал кому-то в толпе посетителей.

К столику приблизилась высокая молодая женщина в тёмных зеркальных очках, одетая в чёрный кожаный плащ.

Подсев за столик возле Лужского в самом затемнённом месте, незнакомка кивнула в знак приветствия, закурила сигарету и, выдохнув дым, спросила:

– Значит, вы собрались на Эко-2?

– Да! – важно кивнул Аркано, опережая других с ответом.

– Зачем? – прозвучал новый вопрос.

– Для исследований.

– Подробнее!

– Пит, как там…

– Пещеры, которые читают мысли и превращают их в образы, а ещё…

– Нет! – неожиданно отрезала посредник. – Хаш³ туда экспедиции не водит! – Незнакомка затушила сигарету и собралась встать, чтобы уйти.

– Почему? – не понял Аркано.

– Не водит – и всё! До свидания! – посредник встала.

– Леди, пятнадцать тысяч за эту работу! – напомнил Рэй, пытаясь остановить её.

– Нет…

– Двадцать!

– Нет, – всё ещё порывалась уйти незнакомка.

– Пятьдесят! – распалялся Рэй, входя в азарт.

Посредница опустилась обратно на стул.

Она сняла очки, открывая изумрудные глаза, окаймлённые чёрными густыми ресницами. Отбросив со лба белокурый локон, выбившийся из причёски, девушка оглядела мужчин:

– Впервые вижу самоубийц, готовых заплатить любые деньги, чтобы получить самую мучительную смерть! – она достала новую сигарету и прикурила. – Сколько вы ещё предложите за каждое «нет»?

– Сколько угодно, – решительно заявил Рэй. – Но мы получим проводника со всеми его потрохами! Теперь хотя бы из принципа!

– Ваш принцип может обернуться боком.

– А не боится ли сам проводник тех мест? – Рэй усмехнулся.

– Ха! Ха! – дразнясь, отрывисто произнесла посредник. – Шутите?! Хаш тех мест не боится, но считает нечестным брать деньги за то, что не сможет показать – трупы уже не видят!

Рэй потёр лоб, раздумывая.

– Наверняка есть способ уговорить проводника.

– Неужели вам прямо невтерпёж подставить свой зад под неприятности?!

– Не представляете аж, как! – улыбнулся Рэй.

– А эти парни? – незнакомка кивнула на студентов. – И они летят?

– Ещё бы! – деловито вымолвил Аркано.

– Вам, ребятки, следовало бы передумать – и прямо сейчас! – посоветовала посредник.

Джек хмыкнул:

– Нечего нас пугать. Мы полетим – с проводником или без!

Девушка перевела взгляд на Рэя.

– Пятнадцать тысяч – сразу, остальное – потом. Правда, я думаю… – она поднялась с места и надела очки. – …Брать остаток будет не с кого! – посредник бросила на стол перед Рэем визитку. – Позвоните, когда подготовите звездолёт и снаряжение, – она скользнула к толпе и исчезла.

III
В полёте

Спустя несколько дней студенты и Рэй прибыли в астропорт. На одной из площадок возвышался шестиместный звездолёт.

Джек, сражённый до глубины души величественным видом корабля, восхищённо произнёс:

– Чудо! – юноша летал за всю жизнь только раз – в детстве, с родителями. Они переселялись с Марса на Землю, получив выгодное предложение от службы трудоустройства, с тех пор Джек звездолёты близко ни разу не видел.

Новоиспечённые путешественники поднялись на борт. И корабль под управлением киберпилота оторвался от Земли, уносясь ввысь.

Шли дни, полёт студентам нравился, предоставляя возможность получать удовольствие то от безделья, то от игр, затеянных в спортзале. Иногда они собирались в каюте отдыха и по нескольку часов беседовали, обсуждая предстоящее дело.

Вот и сейчас мальчишки собрались вместе и принялись составлять план исследовательских работ.

В каюту вошёл Рэй и, сев за стол к ребятам, взял бутерброд и некоторое время молча с отсутствующим видом жевал. Затем, бросив еду на тарелку, обратился к студентам:

– Послушать вас – мы в зоопарк собираемся! Определённо, до вас не доходит – наши задницы попадут в экстремальные условия и, скорее всего, по пути никаких засад с фотокамерами на тамошних кроликов устраивать не будем. И наловить насекомых наверняка не выйдет. Взгляните… – Рэй включил экран, вмонтированный в переборку каюты.

На мониторе проступил пейзаж Эко-2.

– Я тут покопался и обнаружил некоторые сведения. Посредник предупреждала не зря. Там, куда мы направляемся, нас ждёт полоса препятствий. Путь лежит через нехоженые леса и горы. Всюду рытвины, ямы, ручьи, пересохшие русла рек и бесчисленное количество хищных животных.

– А проводник не должен позаботиться о выборе лучшей дороги? – Джек почесал затылок.

– Дорога там одна. Я сказал, какая, и считаю верным, не откладывая, начать подготовку вашей физической формы. Иначе дальше, чем на милю, от корабля вы не уйдёте – силёнок не хватит.

– Что подразумевается под словами «начать подготовку»? – насторожился Джек.

– Побегать немного, позаниматься со снарядами в спортзале. Развить ловкость, выносливость. Нытикам, вялым сопливым сосункам нечего и соваться на Эко. Хотите знать – там, в отличие от Земли, и гравитация больше на десять процентов. Потому до конца полёта будем привыкать к другому притяжению. Я приказал компьютеру изменить гравитационный уровень на борту. Любой, походив минут десять, заметит, насколько это нелегко по сравнению с привычными условиями. А на Эко, преодолевая препятствия и таща на себе снаряжение, вы взвоете тотчас и запроситесь домой.

– Ты нас убедил! – согласился Джек. – Но меня беспрестанно мучит один вопрос: почему нельзя посадить звездолёт прямо у пещер? Зачем приземляться так далеко от места и потом топать пешком?

– На Эко обитают странные существа, способные уничтожать любую технику. К нескольким местам на планете эта живность никогда не приближается. Для нас это плато 294, там и планируется посадка. И пешком идти придётся именно поэтому.

IV
Проводник

Звездолёт мягко опустился на каменистое плато близ подножия гор в южной части планеты Эко-2. Посредник обещала встречу с проводником в этом месте.

Компьютер засвидетельствовал присутствие человека у входа. Студенты и Рэй проследовали к открывающемуся люку. Когда они увидели персону, поднявшуюся на борт, то пришли в замешательство.

Перед ними стояла белокурая, зеленоглазая незнакомка, которую парни встречали в баре «Кентавр».

– Добрый день! – поздоровался Рэй. – Проводник, оказывается, работает не один? Приятный сюрприз – получить в придачу к нему такой бонус! – заулыбался он. – Красивая женщина в компании – всегда залог хорошего настроения.

Игнорируя фамильярный тон Рэя, блондинка поздоровалась в ответ:

– Добрый день! – и, усмехнувшись, спросила: – Вы готовы начать путешествие?

– Разумеется! А где проводник?

– Перед вами! Я – Хаш! Ваше снаряжение собрано?

Рэй и остальные удивлённо уставились на девушку.

– Розыгрыш мы не заказывали! Нам нужен был проводник, – Рэй нахмурился. – Вы хотите сказать, тот знаменитый, незаменимый проводник и вы – одно лицо?

– Вы идёте? – Хаш поправила небольшой рюкзак, висевший на спине. – Самое время! А может, назад полетите? Если не уверены в своих силах, лучше сразу – домой. Не отнимайте моё время попусту, кроме вас, много желающих посетить Эко, и среди них нет самоубийц вроде вас.

– Мы в себе уверены, – возразил Рэй. – А вы? Помнится, вам не хотелось нас вести.

– Ради вас же. Но коль вы такие смелые, я не прочь взглянуть на вас в пути. Я-то не пропаду! Восемь лет каждый дюйм вымеряется моими ботинками здесь. С закрытыми глазами пройду и не споткнусь. А вы готовы? Если да, то берите вещи и – пошли, – проводник вышла из корабля наружу.

– Что же делать? – обратился Пит к брату.

– Идти за ней, – пожал плечами Рэй, поднимая свой рюкзак с палубы из кучи других. – Рекомендации за неё, а пол проводника разве имеет значение? Проводнику положено знать, как и куда идти. Никаких других функций на него не возлагается. О выживании обычно заботится сам отряд. Надевайте рюкзаки – и вперёд! – он легко закинул на спину свою поклажу и пошёл к люку.

Студенты послушно выполнили указание и двинулись за ним.

Джек ворчливо пробурчал:

– И зачем мы тренировались? Даже девчонка может бегать по планете…

Возглавляемые проводником, парни пошли к спуску с плато.

Хаш, гремя ботинками по острым камням, уверенно ступила на неровную поверхность спуска, ведя студентов и Рэя к редкому леску впереди. Когда отряд оказался среди деревьев, путь уже продолжался по сухим веткам, сплошь устилавшим землю, и низеньким пенькам, торчавшим повсюду. Ветки трещали и хрустели под ногами, рассыпаясь на куски, а пеньки сильно мешали идти, так как о них все спотыкались.

По деревьям скакали небольшие пернатые, покрытые колючками, которые шуршали при каждом движении.

Из кустов слышались возня, писк и скрежет.

Студенты вооружились видеокамерами, чтобы запечатлеть живность, попавшую в поле зрения.

Скоро лес значительно сгустился. Окружая людей, он высился тёмной массой, обступая со всех сторон, и казалось, что заросли не имеют конца.

Отряд шёл уже несколько часов, студенты начали уставать.

Джек вздохнул:

– Когда привал?

– Пока не выйдем из леса, никаких привалов, – отозвалась Хаш. – Тут останавливаться опасно.

– Что, колючая птичка клюнет? – хихикнул Джек.

– Можешь вывернуться наизнанку, ехидничая, а останавливаться мы не станем.

– У меня нет сил больше идти… – проныл Джек.

– Придётся поднатужиться!

– Ещё чего! Мы на отдыхе, а не на работе. Я хочу привал! С меня хватило тренировок, устроенных Рэем в полёте, вам я издеваться над собой не позволю!

Хаш сердито нахмурилась.

– Предстоящий путь – самый опасный здесь. Смертельный! А я намерена довести вас живыми. Потому не мешайте мне! Следуйте каждому моему слову – и доберётесь до пещер и камней, или оставлю вас тут. Выбирайтесь сами! – внезапно она умолкла.

Сорвав с пояса излучатель и махнув рукой на кусты, проводник приказала:

– В укрытие, быстро!

Над верхушками деревьев плыла тёмная масса.

Студенты мешкали.

– Рэй, загоните их в кусты! – бросила Хаш. – Вы-то чего стоите, рот разинув?

Когда Рэй затолкал мальчишек в укрытие и следом забрался сам, то не заметил рядом проводника.

Студенты тоже обратили на это внимание.

– Куда она делась? – приглушённым голосом произнёс Джек, попав под влияние обстановки и инстинктивно переходя почти на шёпот. Юноша, ёжась под ветками, попытался оглядеться в поисках проводника.

– Сидите тихо! – послышалось шипение Хаш за спинами студентов и Рэя.

Парни повернулись.

Проводник забралась в кусты, не задев ни единой ветки и не издав ни малейшего шума.

– Что там над деревьями? – прошептал Норт.

– Молчи! – Хаш стала наблюдать за обстановкой наверху.

Через пару минут проводник, уже не таясь, встала на ноги и повесила оружие на пояс.

– Можно идти! – она выбралась на тропу между деревьев, видимую только ей.

Отряд присоединился к Хаш, и поход возобновился.

– Что это было? – полюбопытствовал Аркано.

– Лучше тебе не знать, – проворчала проводник, закуривая.

Впереди виднелся обрыв, разделявший лес на две части, – отдалив их друг от друга ярдов на пятьдесят. И влево, и вправо – куда хватало глаз – тянулась разверзнутая пасть бездны, и лишь большущие деревья, поваленные через неё, соединяли края пропасти. Стволы в три-четыре обхвата лежали штабелями, сложенные в такую идеальную пирамиду, что казалось, будто её собрали руки разумного существа, а концы брёвен имели идеально ровные срезы.

Путники остановились перед импровизированным мостом.

– Здесь были люди! – воскликнул Пит.

– Нет, – возразила Хаш. – Местные муравьи укорачивают себе путь на другую сторону леса через обрыв, сваливая деревья таким образом.

– Муравьи? – Пит с ещё большим удивлением уставился на десяток толстых брёвен, наваленных друг на друга.

Его друзья поразились не меньше.

– Хотелось бы увидеть такого муравья, – загорелся Аркано.

– Шансов нет. Они выползают наружу в дождь, – Хаш забралась на брёвна. – Сейчас вы пойдёте вслед за мной на ту сторону обрыва. Будьте осторожны!

Отряд перебрался через пропасть и, оказавшись опять в зарослях деревьев, продолжил идти.

Через час лес кончился, и путешественники очутились у подножия большого скалистого образования. Чтобы обойти его стороной, не хватило бы и суток, потому пришлось карабкаться к вершине.

Вскоре удалось осилить две трети подъёма.

Джек заныл:

– Я не в состоянии двигаться ещё. Я требую привала!

– А я требую – пошевеливаться, – отозвалась Хаш. – Осталось немного. Скоро отдохнём.

– Какие сладкие слова! – воспрянул духом Джек. – Бальзам на мои ободранные руки и порванные штаны.

– У тебя есть силы шутить? – удивился Аркано.

Рэй подогнал парней:

– Давайте, ребятки, поживее. Все устали, но раскисать ни к чему, сделается только хуже.

Достигнув вершины гряды, путники приступили к нелёгкому, утомительному спуску с другой стороны.

Джек опять завопил:

– Кто обещал отдых? Где привал?!

– Сейчас спустимся на поляну и вон за тем пригорком остановимся, – махнула Хаш рукой вперёд.

– Скорее бы, – запыхался Джек, начав торопливо перескакивать с камня на камень, с уступа на уступ.

– Эй, малый, не спеши так. Дорога неровная, булыжники скользкие, – предупредила Хаш.

Но разве Джек слушал? Он скакал, как горный козёл, и в следующее мгновение, полетев с ног, покатился вниз по камням.

На счастье, пологий участок заканчивался, и Джек не успел серьёзно пораниться, отделавшись несколькими ссадинами, шишками и царапинами.

Рыжий чертёнок подскочил на ноги и стал отряхиваться и отплёвываться от грязи, набившейся ему в рот.

Остальные, до этого ускорившие темп, спеша ему на помощь, облегчённо вздохнули.

Хаш подошла к Джеку вперёд всех:

– Где-нибудь болит?

– Нет! – мотнул головой сорванец и, слегка подпрыгнув, поправил рюкзак.

– Значит, всё цело?

– Почти, – кивнул юноша.

Внезапно проводник размахнулась и залепила Джеку подзатыльник, а потом, с силой пихнув мальчишку в плечо, прошипела:

– Выкинешь нечто подобное снова, и я оторву тебе уши!

Джек отшатнулся от неё, отмахиваясь обеими руками:

– Отстань! Посмей ударить ещё, и я дам сдачи!

– Попробуй ослушаться ещё, и я тебя прибью! – Хаш повернулась и пошла к поляне, раскинувшейся в нескольких десятках ярдов от каменной гряды.

На краю поляны возвышался холм, покрытый сочной серебристо-зелёной густой травой, которая взбиралась чу́дным ковром с равнины до самой макушки пригорка.

Проводник завела отряд за возвышенность и остановилась.

– Привал! – сообщила она, сбрасывая с себя рюкзак и садясь на траву.

Студенты и Рэй побросали поклажу и занялись приготовлением еды.

Джек упал возле сумок:

– Мои ноги… они нестерпимо болят!

– Они у всех болят. А, парни? – обратился Аркано к товарищам.

Рэй усмехнулся:

– Мало я вас тренировал в полёте. Мы шли несколько часов, и вы раскисли. Посмотрите на проводника – вот настоящий солдат!

Мальчишки недовольно поморщились.

Пит, прихватив еду, подсел к Хаш и предложил:

– Покушайте – это расслабляет.

Проводник поглядела на студента:

– Я на работе, какие расслабления?! Мой долг – находиться в форме, чтобы ваши задницы не пропали, – она встала с земли и надела свой рюкзак. – Собирайтесь! Закат – через четыре часа. Надо успеть добраться до места ночёвки, – Хаш отвернулась и стала через оптический усилитель разглядывать что-то вдали.

– Мы не отдохнули! – застонал Джек.

Проводник убрала бинокль и, повернувшись к мальчишке, окинула его взглядом.

– Выберемся из этих дебрей, и я перестану вас подгонять.

Путешествие продолжилось.

Слева в полумиле край травяной равнины обрамляла лесистая поросль, а справа, загибаясь в полукруг, – каменная гряда. На приличном расстоянии виднелось новое возвышение. Оно походило на мохнатый серебристо-зелёный валик и ограждало фронтальный край равнины. За бугром растянулась серебристо-сиреневая занавесь небосвода.

Примерно час отряд шёл в направлении возвышенности. Оставалось преодолеть ярдов триста на пути к ней, и Джек, махнув рукой в ту сторону, слегка подтолкнул Пита в спину:

– Спорим, я первым буду там!

– Я не побегу, – отрицательно покачал головой парнишка. – Я слишком устал.

– И я устал! Но дорога покажется короче и легче, если поиграть. Давай, бежим! – Джек сорвался с места.

Пит замахал руками и побежал следом со словами:

– Я тебя перегоню!

– Стойте! – воскликнула Хаш. – Там – обрыв!

Пит сбавил темп и крикнул:

– Слышал, Джек?! Стой, там – обрыв!

Джек или не слышал, или не хотел послушаться. Он нёсся сломя голову к возвышению.

Пит вновь перешёл на бег в намерении догнать друга:

– Стой, Джек! Остановись!

Рэй отшвырнул рюкзак и помчался за мальчишками.

Проводник заставила Норта и Аркано ускориться, вместе с ними пускаясь вдогонку за бегущими.

Тем временем, обогнав Пита, Рэй был уже почти у цели – ему оставалось сделать ещё шаг, чтобы схватить Джека, но тут непослушный мальчишка вспрыгнул на возвышенность – и исчез…

Сделав последний рывок и вскочив на верх пригорка, Рэй бросился на траву, заглядывая вниз.

Пит добрался первее других до брата и, желая ему помочь, тоже улёгся на холм. Юноша не допускал и мысли о том, что Джека уже не спасти.

Хаш, Норт и Аркано подбежали следом, застав происходящее в самом разгаре.

За холмом зияла огромная пропасть, а из её крутых стен торчали колючие кусты и корявые корни.

Джек висел над тёмной бездонной пастью, отчаянно цепляясь за ветки кустарника, к счастью, крепко сидящего в грунте.

Рэй предпринял очередную попытку дотянуться до Джека, но не смог.

В ход пустили верёвку.

Не умолкая и на секунду, Джек верещал:

– Помогите! Помогите! Умоляю…

С помощью товарищей Рэй спустился за Джеком и втащил его наверх.

Мальчишка, скуля, отполз подальше от обрыва. И, посмотрев на изодранные и исколотые колючками кустов руки, покрытые кровью, взвыл пуще прежнего.

Рэй закурил сигару и зажал её в зубах. Отвязав от себя верёвку, он с невозмутимым видом стал методично её сматывать через согнутый локоть. Периодически Рэй поглядывал на Джека, как бы прикидывая – наказать ли его и каким образом.

Пит, присев рядом с Джеком, потрепал его по плечу.

– Хватит, не раскисай! Я займусь твоими царапинами, – он полез в сумку за аптечкой.

Но Джек не успокаивался.

Хаш, оценивающе глядя на Рэя, заметила:

– Вы не только следите за своей формой, но и умеете ею пользоваться с умом.

– Я солдат! – гордо ответил Рэй.

Хаш улыбнулась и перевела взгляд на Джека и Пита.

Пит заканчивал делать перевязку, а Джек, перестав вопить в голос, негромко под нос причитал.

Проводник достала из кармана небольшой коробок, выудила из него зелёную таблетку и протянула её Джеку.

– Проглоти!

– Зачем? – Джек не торопился выполнять указание.

– На Эко много болезней. Люди переносят их плохо. А кусты, о которые ты поранился, – грязные. Съешь таблетку.

Джек забрал пилюлю и положил её в рот.

Проводник подняла свой рюкзак.

– Пора! Придётся поторопиться – потеряно много времени. Скоро закат, а до места ночёвки идти порядочно.

Отряд возобновил движение, сейчас проходя по краю обрыва. За пятнадцать минут путешественники дошли до редкого леса из тщедушных деревьев и, пройдя сквозь него, вышли к высоким скалам, которые предстояло обойти по левую сторону, где они местами сходили на нет или были относительно низкими.

Покрытая острыми камнями неровная дорога там и тут пролегала по уступам, на которые пришлось карабкаться. Некоторые камни и выступы покрывал иссиня-чёрный мох, скользкий, имеющий неприятный резкий запах, от которого перехватывало дыхание и слезились глаза.

Пит умудрился срезать кусочек мха для последующего изучения, управившись с этим очень быстро и избежав ворчания проводника, по-прежнему подгоняющей отряд.

Пошёл дождь. Вначале он накрапывал, а спустя пару минут стал более уверенным, а ещё через четверть часа зарядил всерьёз.

Теперь путешественники пробирались между двух пиков, преодолевая завалы булыжников, которые приходилось переползать. Кое-где попадались валуны, осложнявшие движение ещё больше. От дождя, лившего мощными потоками, камни намокли и стали скользкими, и чтобы их перелезть, требовалась масса усилий.

Кроме того, отряд промок с головы до ног, замёрз, устал и хотел есть.

Пит зачихал и захлюпал носом.

Рэй потребовал:

– Пит, немедленно надень куртку!

Пит на ходу снял рюкзак, на время передал его брату и, натянув на себя куртку, застегнул её полы до самого верха.

Аркано усмехнулся:

– Какой прок в одежде? Под дождём она мгновенно намокает!

– И тебе бы не повредило одеться потеплее, – заметил Рэй. – Простудишься!

– Я? Вот ещё! – Аркано забежал немного вперёд и взобрался на очередной валун. – Ганимедианцы простудой не болеют.

– Не замечал!

– Во всяком случае – я! – ботинки Аркано внезапно заскользили по мокрой поверхности, и он взмахнул руками, стараясь удержать равновесие.

– Осторожнее, Аркано! – предупредил Норт.

Аркано упал, скатившись с камня кубарем, ругаясь и чертыхаясь.

Остальные поспешили к нему.

Быстро поднявшись на ноги, Аркано, поморщившись, провёл указательным пальцем над верхней губой. Палец покраснел.

– Кажется, я сломал нос!

– Нечего было вытанцовывать на этом булыжнике! – хмуро проговорила Хаш. – Не останавливайся. Нужно спешить, смеркается. Со сломанным носом ведь можно идти.

Аркано нахмурился, вытирая платком кровь и шагая дальше с друзьями.

– Да он, пожалуй, и не сломан. Я лишь больно им ударился.

– Тем более!

Отряд ещё шёл меж скал, когда из надвигающихся сумерек вынырнули две огромные тени и метнулись к людям.

Хаш, молниеносно сорвав с пояса излучатель, крикнула:

– На землю! Быстро! – из её оружия посыпались яркие вспышки жёлтого света.

Излучение впивалось в громадные туши, казавшиеся бесформенными в полутьме уходящего дня.

Рэй, не оставляя без контроля действия студентов, присоединил огонь своего излучателя к вспышкам проводника.

Мальчишки ни живые ни мёртвые со страху, упав на мокрую землю, в ужасе затихли.

Безобразные волосатые чудовища парили над головами людей. Выстрелы причиняли им недостаточно вреда! Крылатые твари наступали.

Одна вплотную приблизилась к Рэю, заваливаясь на него. Проводник тем временем старательно удерживала огнём на расстоянии второго монстра, но тот, казалось, не замечал жалящих выстрелов и с воплем всей массой бросился на проводника.

Хаш отшвырнуло на каменную стену скалы, ощетинившуюся острыми блестящими шипами.

Излучатель проводника отлетел далеко в сторону. Кроме ножа, у Хаш ничего больше не было, но его она достать не смогла. Трёхпалая чешуйчатая лапа с острыми когтями крепко впилась в горло проводника. Уродливая морда, разинув клюв, тянулась к голове жертвы. «Милая птичка» готовилась отужинать…

Хаш и без оружия сдаваться не собиралась! Она вцепилась в морду чудовища одной рукой, сдерживая изо всех сил зверя, пальцы другой руки сложились в прямую линию и нанесли короткий, резкий и сокрушительный удар в глаз чудища. Горячая жижа брызнула в лицо проводнику.

Животина взвыла от боли и ярости, но хватки не ослабила. Задыхаясь и почти теряя сознание, Хаш ударила снова.

Очередной нечеловеческий, полный боли вопль сотряс воздух. Зверя отбросило в сторону. Чудовище взмыло ввысь, оставляя свою жертву.

Проводник рухнула на камни…

В то же самое время между Рэем и вторым «птенчиком» разворачивалось нешуточное сражение. Монстру не удалось ухватить Рэя когтями даже после целой серии попыток. Тогда зверь вознамерился забить жертву клювом.

Рэй стрелял до тех пор, пока не кончились заряды в оружии. Затем он стал отбиваться прикладом излучателя, с переменным успехом попадая гадине по морде.

Ни одна сторона не успела и шагу сделать к победе, как зверь внезапно оставил Рэя и улетучился вслед за раненым монстром.

Рэй бросился к Хаш.

Ливень с неба хлестал, как и прежде. Струи дождя стекали по проводнику и успели смыть с её лица и одежды следы бойни с кошмарной тварью. Хаш лежала с закрытыми глазами и не шевелилась. Бледное лицо пересекали царапины, сочившиеся кровью, тут же смываемой дождём. Намокшие волосы слиплись в несколько прядей и разметались по камням.

Рэй опустился на колени возле девушки и, взяв в руки её запястье, попытался нащупать пульс.

Слегка приоткрытые губы проводника дрогнули. Она резко села и, широко распахнув остекленевшие глаза, вцепилась рукой в горло Рэя.

Он, застыв от неожиданности, удивлённо глядел на неё, даже не пытаясь освободиться.

Мгновение – и пальцы Хаш расслабились, глаза приобрели человеческое выражение, и рука осторожно отодвинулась от Рэя.

Проводник мотнула головой:

– Простите!

Рэй улыбнулся.

– Настоящий солдат должен быть всегда наготове! Вы как?

Хаш порылась в карманах, отыскивая и доставая пачку с сигаретами:

– Отлично! А вы? – дождь моментально измочил сигареты, и проводник отбросила их с явной досадой.

Рэй ответил:

– Не хуже! Мой убийца улетел за вашим «цыплёночком». Кстати, почему он так орал?

– Если бы вам выбили оба глаза, вы орали бы так же! – на лице проводника возникла хищная ухмылка, а в глазах полыхнул дикий пламень.

Рэй остолбенело уставился на неё.

Хаш и зверская жестокость вместе с трудом укладывались у него в голове.

– Что, ваши иллюзии о девчонке-проводнике рушатся? – хмыкнула Хаш и, вставая, кивнула в сторону студентов – мокрых и напуганных. – Подберите котят, и пойдёмте!

Мальчишки сгрудились на валуне и тряслись от сырости, холода и страха.

Проводник поискала глазами свой излучатель – тот валялся в луже. Подобрав оружие, Хаш повесила его на пояс.

Рэй заметил:

– У вас сзади куртка и руки в крови… вы ранены…

– Вероятно, я укололась о шипы, торчащие из скалы, – она поглядела на острые каменные иглы.

– Благодаря рюкзаку, они не вонзились вам в спину, но руки вы разодрали изрядно. Необходимо обработать раны…

– Нет времени, – Хаш пошла вперёд, вынуждая парней следовать за собой.

Преодолев проход между скалами, путники вышли с другой стороны на каменистую равнину.

Сумерки с каждой минутой становились плотнее. Впереди виднелись джунгли. Тучи редели, проступали первые звёзды и луны. Дождь немного утих, сменив темп, перейдя с ливня на редкие капли.

За́росли оставались по левую сторону. По правую теснились новые горы. Они вскоре закончились, и за ними расстелилось плоское зеркало озера.

На берегу Хаш объявила остановку.

Наступила полная темнота. В джунглях, расположенных в пятидесяти ярдах от озера, царила тишина.

Дождь превратился в мелкую морось.

Озеро отражало редкие звёзды и луны, пробивавшиеся через рваные тучи, которые ветер не спеша отгонял к джунглям.

Царили полный покой и умиротворение заснувшей природы.

Хаш приказала разбить лагерь под сенью деревьев на краю зарослей.

Студенты поставили палатку и с разрешения проводника развели костёр.

Норт, Аркано и Джек расположились возле огня, готовя ужин. Пит отправился брать образцы лиан и некоторой другой растительности, теснившейся поблизости.

Рэй подошёл к Хаш. Она копалась в своём рюкзаке.

– Пора бы заняться вашими ранами, проводник? – Рэй сел возле неё.

Хаш кивнула и что-то достала из рюкзака.

Рэй склонил голову, заглядывая за спину проводника, и осмотрел её руки выше локтей.

– Ваши «царапины» стоит хорошенько обеззаразить и подлатать.

– Этим я сейчас и займусь.

– Позволите помочь?

Хаш пожала плечами:

– Вообще-то вы мне ничего не должны. В условиях нашего договора не было прописано, что на заказчика возлагается обязанность лечить проводника-растяпу.

– Оставьте, – отмахнулся Рэй. – Люди должны заботиться друг о друге.

– Отлично! Можете мне помочь! – разрешила проводник, впихивая в руку Рэя какой-то предмет. – Воспользуйтесь этим.

Рэй осмотрел вещь.

– В армии мы называли эту штуковину лучевым степлером. Дико больно, но раны зарубцовывает мгновенно. Вы готовы пройти такую пытку?

– А у меня есть выбор? – усмехнулась Хаш, передавая Рэю другой предмет. – С этим вы знакомы?

– Разумеется! Антибактериальный спрей. Польём им ваши повреждения, а потом поработаем лучевым степлером. Вы готовы?

Хаш сняла рубашку, обнажая руки, оставшись в пятнистой форменной майке.

– Валяйте!

Рэй нажал кнопку, и баллончик зашипел, выпуская зеленоватую струю на раны проводника. Вещество вспенивалось и испарялось, едва касалось тела. В ход пошёл хирургический степлер. Луч скользил по тканям, мгновенно сращивая их, уничтожая всякие следы повреждения.

Завершив лечение, Рэй передал инструмент обратно Хаш.

– Чудесная процедура, – улыбнулся он. – Кажется, будто в тебя впиваются сотни раскалённых иголок.

– Почти – так. К счастью, у меня высокий болевой порог, и для меня иголок чуть поменьше. Примерно десяток! – усмехнулась проводник, бросая аптечку в рюкзак, и, достав новую рубашку, оделась. – Вы… – она прервалась, дикие вопли Джека переключили на себя её внимание.

Рэй тоже повернулся.

Джек сидел у костра с друзьями и вопил невероятным образом:

– Мои руки! Посмотрите!

Рэй поднялся с травы.

– Пойдёмте, взглянем, почему это малый так орёт.

Хаш встала и следом за Рэем подошла к костру.

Джек продолжал верещать:

– Я умираю! Мои руки!

– Эй, Джек, чего ты кричишь? – Рэй наклонился над ним. – Ты голосишь так, что враг, обосновавшийся за многие мили отсюда, услышит и подумает, будто ему снится кошмар.

– Руки! Посмотрите на них! – верещал мальчишка, захлёбываясь истерикой и слюнями.

Рэй наклонился и, взяв руку Джека, осмотрел её в свете костра.

От кончиков пальцев до самых запястий и выше кожу на руке Джека покрывали трещины длиной с дюйм. Трещины уходили в мясо, но не кровоточили и внутри почернели.

– Что это такое? – Рэй показал руку Джека Хаш. – Подобное я вижу впервые.

Проводник нахмурилась.

– Местная болезнь. С медицинской точки зрения объяснений у меня нет, хотя я знаю, чем это лечится. Одно мне непонятно, почему парнишка заболел? Я давала ему лекарство. Джек, ты съел ту зелёную таблетку?

Юноша поднял на проводника глаза, но отвечать не спешил.

– Так съел или нет? – допытывалась Хаш.

– Я не счёл её обязательной… – признался Джек.

– Выходит, ты положил её в рот, пока я смотрела, а потом…

– Выплюнул. Мне она показалась излишним… э-э-э… У меня есть прививки от всех болезней.

– Ты дурачок или прикидываешься? – рассердилась Хаш. – Тебе сделаны от известных болезней прививки. Они не спасут тебя от заражения инфекцией, о которой врачи и не слыхивали?

– Я подумал, раз вы даёте мне таблетку, значит…

– Это ничего не значило! – перебила Хаш. – Ту пилюлю делали не врачи.

– Но тогда она не прошла должных испытаний, и я мог отравиться или…

– Никаких «или»! Твоё единственное спасение – принять препарат, иначе болезнь сгложет тебя целиком и полностью.

Джек вновь заныл.

Хаш достала новую таблетку и протянула её пареньку.

– Эту пилюлю съешь, пожалуйста. Скоро болезнь остановится, а потом начнёт регрессировать.

Джек забрал таблетку и проглотил.

Хаш некоторое время смотрела на него, потом, направляясь к прежнему месту, недовольно бросила:

– И вообще, ты начинаешь мне надоедать! – она прошла ко входу в палатку и села на рюкзак.

Рэй некоторое время говорил о чём-то с Джеком и остальными мальчишками, затем отошёл к проводнику. Наблюдая за ней, он спросил:

– Хаш, вы когда-нибудь едите?

– Да, иногда! – улыбнулась она.

– А не перекусить ли нам на пару? Я прихватил ещё пиво.

– Нет, есть мне не хочется, а уж тем более пить спиртное… – Хаш дрожала.

– Вы замёрзли?

– Нет. Подцепила местную лихорадку. В последние три года это постоянное явление, и я не обращаю внимания на такие мелочи. – Проводника знобило уже всерьёз, и выглядела она неважно.

– Может, вам пойти и как следует выспаться?

– Нет, на работе я сплю мало и редко.

Рэй поднялся с места и скрылся в палатке. Скоро он вернулся с одеялом.

Хаш курила, устремив невидящий взгляд в сторону костра. Рэй подошёл к ней и накинул одеяло ей на плечи.

Проводник вздрогнула. Она не видела, зачем Рэй ходил в палатку, и немало удивилась его поступку.

В ответ на её изумлённый взгляд Рэй пояснил:

– Мне показалось, вам необходимо согреться. Надеюсь, вы не станете сердиться на меня за это?

Хаш пожала плечами:

– По правде, я не нуждаюсь ни в чьей опеке, но всё равно спасибо. А теперь обратите ваше доброе сердце к Джеку. Ему куда хуже. Болячки доставляют неприятные ощущения. Напоите его горячим чаем, дайте успокоительное и уложите спать, иначе к утру он сойдёт с ума.

– Да, вы правы, – кивнул Рэй, – этим юнцам без няньки – никак! – без особой охоты он оставил проводника и переместился к студентам.

Хаш плотнее закуталась в одеяло и, склонив голову, задремала.

V
Знакомство с Толстушкой

Тучи постепенно растворились, открыв небосвод.

Наступил рассвет, разогнав ночную мглу. Серебристая вода в озере блестела в утренних лучах солнца. Капельки росы драгоценными камнями искрились на траве.

Из проснувшихся джунглей доносились вопли местных обитателей.

Норт, Пит и Аркано, разбуженные Рэем, возились у потухшего костра, готовя завтрак.

Хаш так и сидела, закутанная в одеяло, начав утро с нескольких таблеток и воды.

Следуя решению проводника, Джека сразу будить не стали.

Рэй обратился к Хаш:

– Как вы себя чувствуете?

– Неплохо! Я даже поем, – ответила она.

Из палатки донеслись душераздирающие вопли.

– Джек вернулся из объятий Морфея! – усмехнулся Пит. – Когда проснулся я и увидел его, мне стало нехорошо. Он весь в этих ужасных полосках, – юноша подошёл к проводнику, поднося ей завтрак.

– К вечеру прекратят возникать новые, а к завтрашней ночи начнут исчезать самые первые, – сообщила Хаш, забирая у Пита бутерброд и стакан с кофе.

Вопли в палатке не стихали.

Пит спросил:

– Проводник, а Джеку можно продолжать путь?

– Да, – Хаш принялась за еду.

Аркано двинулся к палатке.

– Если он не перестанет голосить – я его убью! Джек, – заорал Аркано, приближаясь к цели, – заткни пасть! – он скрылся в палатке.

Хаш, откусывая бутерброд, проводила его насмешливым взглядом.

Пит и Норт засмеялись.

Из палатки пулей вылетел Джек, а следом выскочил Аркано.

Джек добежал до Норта, Пита и Рэя и остановился.

Аркано подступил к Джеку и, вцепившись ему в воротник, взревел:

– Ещё раз завопишь не своим голосом, и я зашью тебе рот!

– Хорошо, хорошо! Договорились, я буду делать это своим голосом! – на лице Джека возникла пакостная ухмылка.

Аркано дёрнул друга за воротник.

– Никак орать ты не будешь! Иначе я тебя отделаю, не посмотрю, что болеешь!

Пит поморщился, оглядывая Джека:

– Фу, болячки при ярком свете кажутся такими противными.

Джек вырвался от Аркано и сел на траву.

– От тебя, Пит, я такого не ожидал!

– Но – правда! Твоя кожа вся в трещинах! Противно!

– Вот укушу тебя, и ты заразишься! – сердито буркнул Джек.

Осмотрев свои руки, а затем и ноги, задирая по очереди штанины брюк, он, вздохнув, добавил:

– Хотя ты прав, смотрится паршиво.

Хаш закончила есть и сказала:

– Пора собираться. Доедайте завтрак и пакуйте снаряжение. Сейчас мы находимся на участке пути, сравнительно безопасном, но следующий отрезок надо постараться одолеть за день, чтобы к ночи достигнуть спокойного места. Тогда очередная ночёвка получится не хуже предыдущей.

– Как – пора собираться? – воскликнул Джек. – Мы никуда не идём. Я болен!

– Можешь оставаться здесь. Отлежишься и догонишь нас, – Хаш сбросила с себя одеяло и, собрав рюкзак, встала и закурила.

Джек посмотрел на друзей:

– Я очень болен, и едва держусь на ногах, и, возможно, даже скоро умру. Вы что же, потащите меня, обрекая на ещё большие муки?

– Хаш сказала же, хочешь – оставайся тут, – ответил Аркано, ещё злясь на товарища.

– Разумеется, один я не останусь. Но вдруг по дороге я умру, тогда что?

– Не переживай, зароем тебя по всем правилам погребальной церемонии! – усмехнулся Аркано.

– Ты – злющая гадюка! – обиделся Джек.

– А ты – вопящий козёл! – ответил Аркано.

– Сам козёл! – разозлился Джек.

– Нет, козёл – ты!

– Ты козёл!

– Ты – козёл!

– Сам козёл! Самый последний козёл! Всё из-за тебя!

– Что? – не понял Аркано.

– Ты потащил нас сюда, и по твоей вине я умру! – вконец расстроился Джек.

– Между прочим, лететь на Эко была идея Пита.

– Но ты её поддержал. Напомню, я изначально высказывался против и здесь только поэтому!

– Тебя никто силой не тянул.

– Но я не мог бросить друзей.

– Тогда заткнись и помоги собраться.

– Ты гиена!

– А ты койот!

– А ты – скунс!

– Я тебя ударю! – пригрозил Аркано.

– А я – тебя! Я выбью тебе зубы.

Оба мальчишки стояли нос к носу.

– Жаба! – вновь обозвал Аркано.

– Пиявка! – не уступал Джек.

– Ишак!

Спор продолжался. Норт и Пит смеялись.

Хаш и Рэй переглянулись.

– Надо бы разнять котят, не то и впрямь подерутся, – заметила проводник.

Спор накалялся.

Рэй направился к задирам:

– Я надеру им уши!

Прежде чем Аркано и Джек успели вцепиться один в другого, Рэй оказался возле них и распихал по сторонам:

– Угомонитесь оба! Мы прилетели на Эко-2 не для ссор.

– Пусть рыжий закроет рот! – возмущённо воскликнул Аркано.

– Нет уж, ты закрой рот! – зло прорычал Джек, норовя налететь на товарища с кулаками.

Рэй стоял между мальчишками, преграждая им путь друг к другу.

– Я сказал: угомонитесь!

– Я ему морду набью по-любому, – ярился Аркано, тоже делая попытку миновать Рэя и ударить Джека. – Пусти, Рэй, я ему врежу!

– Забудь! – Рэй продолжал стоять между студентами и, расставив руки в стороны, удерживал обоих парней на расстоянии.

– Рэй, ты мешаешь восторжествовать справедливости! – заявил Джек.

– Хочешь справедливости? – спросил Рэй.

– Да, хочу! – подтвердил Джек.

– И я хочу! – напирал Аркано.

– Отлично, я вам её предоставлю! – Рэй схватил обоих парней за грудки, поставил перед собой и, размахнувшись, влепил вначале Джеку по уху, а после – Аркано.

– Это вас устраивает?! – он оглядел ребят. – Достаточно ругаться, или получите ещё!

Мальчишки в ответ выказали полное недовольство:

– Так нечестно, Рэй, – обиделся Аркано, абсолютно уверенный в своей правоте. – Почему досталось и мне?

– Вы оба просили справедливости и получили её поровну.

– Ах, поровну! А вот и нет! – воскликнул Джек. – Аркано досталось меньше. Врежь ему ещё!

– Я обоим добавлю, если вы не успокоитесь. Помогите собрать снаряжение и пошли, или я рассержусь.

– Ты, Рэй, задница лошадиная! – скривился Джек, отходя к палатке и начиная её складывать.

– Ещё слово, и я всерьёз тебя отлуплю, – предупредил Рэй и, пихнув в плечо Аркано, добавил: – Ты тоже ступай и помоги Норту и Питу.

Аркано заворчал и пошёл собираться.

Норт и Пит успели упаковать основную часть снаряжения.

Джек швырнул в общую кучу собранных вещей упакованную палатку. Аркано сгрёб мелочь и, ссыпая её в сумку, хмуро посмотрев на Рэя, пробурчал:

– Можно топать!

Хаш взяла с земли свой рюкзак и надела его на спину:

– Пойдёмте. Давно пора, – она пошла вдоль берега озера.

Солнце с каждым часом поднималось выше и выше, лёгкий ветерок гонял редкие облачка. По воде время от времени пробегала чуть заметная рябь.

Постепенно лес и озеро сдвигались ближе, и спустя несколько часов отряд шёл по берегу, проходя меж деревьев, плотно подступивших к воде. Лес охватил озеро со всех сторон и отодвинул горы, скрывая их от глаз.

Хаш предостерегла:

– Смотрите в оба! В первую очередь – под ноги. Будьте готовы ко всему! В панику – не впадать! Пока мы вместе, никто не погибнет!

Джек безрадостно усмехнулся.

– Обнадёживающее заявление. Но для меня оно ничего не значит. Мои раны жжёт нестерпимо, и я согласен на всё, лишь бы прекратился кошмар. Не спасайте меня, что бы ни случилось!

– Опять ноешь? – заворчал Аркано.

– Заткнись. Тебе слова не давали! – огрызнулся Джек.

– И тебе не давали, но ты пасть разинул, – ответил Аркано.

– Заткнись, пиявка!

– Сам заткнись, урод!

– Отставить! – приказал Рэй. – Вы цепляетесь друг к другу, как две вздорные шавки. Я вам языки поотрываю, замолчите!

Джек и Аркано умолкли, хмуро переглядываясь и обмениваясь многозначительными жестами.

– И руки выдерну тоже, если продолжите их использовать для оскорблений, – предупредил Рэй.

Бросив на него злой взгляд, Аркано зашёл немного вперёд и продолжил идти отдельно, не желая лицезреть Джека.

Хаш посмотрела на рассерженных мальчишек.

– Конечно, не моё дело, но лучше вам помириться. Не в том вы месте, где годится паршивое настроение и плохие отношения в отряде. Вдруг уже в следующую секунду понадобится помощь одного другому?

– Я не собираюсь помогать этому козлу! – отрезал Джек. – Хоть он шею сломит – мне будет наплевать.

Аркано, по-прежнему шагая перед друзьями, повернулся к ним, идя спиной вперёд, и, ткнув в сторону Джека пальцем, недовольно проговорил:

– А то я́ стану переживать, случись с тобой беда! Тупой кабан! Ай! – идя задом наперёд и не видя дороги, Аркано споткнулся и упал. Лёжа на спине, мальчишка корчился, хватаясь за левую лодыжку. – Моя нога! Это ты виноват, рыжий пёс! – прорычал он, извиваясь от боли и злости.

Джек фыркнул:

– Больно тебе?! Поделом! Помучайся, – он отступил от остальных, столпившихся возле Аркано, и, встав у ближайшего дерева, отвернулся, с безразличием запихивая в рот жвачку.

Пит, Норт и Рэй опустились на колени около Аркано.

Пит спросил:

– Где болит?

– Внизу под ботинком, – простонал Аркано. – Я, наверное, сломал щиколотку.

– Давай посмотрим, – решил Рэй.

Пит принялся осторожно расстёгивать пряжки на ботинке раненого.

Аркано поморщился:

– Полегче, Пит, очень больно, аж в ушах звенит!

– Хорошо, хорошо, потерпи.

– Ой, ой…

Пит снял с Аркано обувь и аккуратно ощупал ступню и лодыжку.

– Ты потянул связку.

Аркано очень расстроился.

– О-о-о! Растяжение сразу лечится только в больнице! – он сел и, взяв свой ботинок, ударил им по земле. – Чёрт!

– Наложим повязку, ходить будешь! – обнадёжил Рэй.

Пит достал из аптечки эластичный бинт.

– Я спец по перевязкам, так обмотаю, что враз забудешь о растяжении!

– Знаю! – буркнул Аркано, позволяя Питу наложить на больную ногу бинт.

Хаш, наблюдая за происходящим, молча курила, о чём-то размышляя.

Пит, закончив перевязку, стал собирать вещи. Аркано надел ботинок.

Проводник, отбросив окурок, вознамерилась что-то сказать, но её прервал дикий вопль Пита. Юноша, размахивая руками, грохнулся на землю. Нечто тащило его к кустам.

– Помогите! На помощь!

Одновременно и Рэй, и Хаш похватали излучатели и открыли огонь по кустам, а напавшему оставалось приложить совсем немного усилий, чтобы утащить жертву в своё укрытие.

Аркано и с больной ногой пытался подняться, чтобы помочь. Желая спасти друга, Джек и Норт кинулись к Питу и чуть не угодили под выстрелы. Рэй и проводник отогнали их прочь.

Мощный огонь из оружия опалял растение. Лучи один за другим нескончаемым потоком вонзались в самую гущу кустов. Листья чернели, рассыпаясь, ветки трещали и обугливались.

Ещё мгновение, и похититель оставил Пита в покое. Бледный от пережитого ужаса, перепачканный землёй, юноша, получив свободу, подскочил на ноги и отбежал от куста.

Рэй и Хаш прекратили огонь.

Всерьёз обеспокоившись состоянием брата, Рэй просил:

– Пит, ты в порядке?

– К-к-кажется, да! – запинаясь, ответил паренёк, ещё не оправившись как следует от шока.

Рэй поинтересовался у проводника:

– Что это было?

– Хотите знать? – усмехнулась Хаш. – Разберите остатки кустов и взгляните. Вам понравится находка.

Рэй, надев чёрные кожаные перчатки, шагнул к обгорелым ветвям и принялся их расшвыривать в стороны. Открывшееся зрелище привело в ужас студентов и даже у Рэя вызвало отвращение.

Усыпанная пеплом от кустарника, в небольшом углублении лежала белая бесформенная масса, изрытая выстрелами. Рядом валялось срезанное огнём щупальце, и ещё три, безвольно разбросанные вокруг тела, дополняли вид, и без того отталкивающий. В обожжённых ранах вспучивалась крупными пузырями белёсая мутная пена.

– Какая мерзость! – выразил вслух общие мысли Джек, морщась от отвращения.

Хаш оглядела отряд:

– Полюбовались и пойдём!

Монстр не подавал признаков жизни. Аркано осмелел:

– Нужны пробы, пахнет открытием.

– Ишь, какой умный! – фыркнула проводник. – Забудь!

– Но тварь – дохлая, что мешает исследовать её?

– Дохлая?! Кто сказал? Её нельзя убить. Скоро она восстановится и возобновит охоту. Решил стать её следующей жертвой?

Аркано открыл рот, намереваясь ответить. Судя по выражению его лица, желание брать образцы неведомого существа у студента поубавилось значительно.

В разговор вступил Пит:

– Но немного времени, очевидно, есть. Я мигом! – он метнулся с пробиркой к зверюге и мгновенно запасся образцами. – Готово, проводник! – одним прыжком Пит очутился возле друзей. Довольный парнишка поднял пробирку перед глазами и улыбнулся: – Профессор Брук обалдеет!

Проводник, заворчав себе под нос, повернулась в нужном направлении и возобновила шествие.

Пришлось идти медленно. Аркано едва наступал на больную ногу, хотя и не жаловался, правда, временами он начинал отставать.

Рэй и Норт неоднократно предлагали раненому товарищу помощь, советуя продолжать путь, опираясь на них, но он упорно отказывался.

Отряд углубился далеко в джунгли, проходя отрезок пути, особенно густо заваленный сухими листьями, ветками и обломками лиан.

Хаш указала вниз:

– Уделите внимание поверхности. Старайтесь ступать по веткам, траве и листьям. По голой земле не ходите, – она сняла с пояса оружие и кивнула Рэю сделать то же.

– А если кто-нибудь наступит-таки на голую землю? – поинтересовался Джек.

– Этот «кто-нибудь» домой уже не попадёт.

– Кажется, я устал, – сдался Аркано. – Норт, иди сюда, я обопрусь на тебя.

Норт поравнялся с Аркано и подставил ему плечо.

– Ты и Рэй правы, так гораздо легче идти, – признался Аркано. – Честно скажу, нога болит зверски. Видимо, она превратилась в болванку, опухла и пульсирует, пульсирует…

– Не переживай! Мы будем помогать, сколько потребуется, – успокаивал друга Норт. – Я устану – возьмёшься за Рэя.

– Осторожнее, Джек! – предостерегла Хаш, заметив, как паренёк оступился и чуть не угодил ногой на оголённый пятак почвы.

– Я попал на какую-то скользкую ветку, – отозвался Джек.

Аркано спросил:

– Проводник, мы не могли бы остановиться минут на десять?

Озабоченная создавшейся ситуацией, Хаш вздёрнула брови:

– Ты настолько устал?

– Порядочно! – признался Аркано.

– Хорошо! Но всего десять минут, – согласилась проводник. – Садитесь на ту кучу листвы и никуда с неё, пока не возобновим путь!

Норт помог Аркано устроиться на ворохе сухих листьев и сел сам рядом.

Остальные разместились возле них.

Мальчишки достали провизию, решив воспользоваться моментом и поесть. После предыдущего перекуса прошло много времени, и все успели сильно проголодаться.

Джек устроил возню с Нортом.

Хаш недовольно заметила:

– Джек, немедленно прекрати лезть к Норту. Ему необходимо нормально отдохнуть.

– Но он не против поразмяться, – развёл руками Джек и пихнул Норта в бок локтем.

– Против! – Норт попытался отодвинуться, а Джек не отставал. – Я против этих глупых игр. Отвали, Джек! Достаточно! – рассердился Норт. – Хаш права, я устал, дай отдохнуть. Вечно тебе неймётся! Ты начинаешь раздражать! – протестовал несчастный, уворачиваясь от тычков друга. – Угомонись!

Джек прекратил экзекуцию.

– С вами от тоски помрёшь! – вздохнул он. – То не делай, это не делай. А чего делать?

– Сидеть и отдыхать!

– Вот ещё! Я не устал!

– Раньше ты и десяти ярдов пройти не мог – просил привала. Что изменилось теперь? – удивился Норт.

– А я взял и привык к нагрузкам! – ехидно ответил Джек и снова пихнул друга локтем в рёбра.

Норт сунул под нос Джеку кулак.

– Ткни снова, и я тебя ударю!

– Не посмеешь! – Джек опять толкнул приятеля.

Отпихнув задиру, Норт прорычал:

– Последний раз предупреждаю – оставь меня в покое, или ударю!

Джек подорвался на ноги и, театрально хлопнув себя ладонями в грудь, воскликнул:

– Ударь! Ну же, ударь меня! Ты, лучший мой друг!

– А ты́ мне – друг?

– Да!

– Не верится! Друзья так не поступают, – заметил Норт.

Джек пнул его в ногу.

Норт тоже встал.

– Джек, зачем ты нарываешься? Хочешь поссориться? С Аркано вы повздорили, теперь я́ чем тебе не угодил?

– Мне надоела твоя белобрысая физиономия! – высказался Джек.

Норт с размаха съездил кулаком в челюсть Джека так, что тот едва не упал.

Джек с совершенно обалдевшим видом уставился на Норта, хватаясь за лицо.

Рэй и Хаш переглянулись.

– Пора отправляться, – решила проводник. – Привал затянулся.

Она и Рэй встали.

Рэй обратился к Норту и Джеку:

– Эй! Вы двое, собираемся!

– Отлично! – Джек набычился. – Только дам сдачи белобрысому!

– Не вздумай! – попытался остановить неугомонного мальчишку Рэй.

Джек, игнорируя предупреждение, развернулся и ударил Норта. Тот отлетел с листвы и приземлился на оголённый пятак почвы.

Мгновение – и товарищи увидели, как Норт беспомощно исчезает в некой субстанции, коей и оказался лысый участок земли.

Никому и в голову не могло прийти ничего подобного.

– Вытащите меня отсюда! – заорал Норт.

Доля секунды – и друзья собрались возле него, а он уходил всё глубже и глубже в студенистую массу, погрузившись в неё по пояс…

В руках Рэя возникла верёвка, он бросил один её конец студенту, давая возможность зацепиться.

С первого раза Норту не удалось поймать верёвку, и Рэй предпринял ещё одну попытку, но и она тоже оказалась безуспешной, а юноша исчез уже по грудь.

Рэй понимал – на очередной эксперимент времени нет, и сменил тактику.

– Норт, держи руки над головой и не шевелись, – Рэй делал из верёвки лассо.

Юноша послушно выполнил приказ, да впрочем, иного выхода и не имелось. Масса втянула парня уже по шею и не позволяла опустить руки, будучи невероятно плотной, поддаваясь лишь там, где хотела сама.

Рэй раскрутил верёвку и с первого раза набросил петлю на запястье студента.

– Цепляйся второй рукой и держись! – Рэй принялся тянуть верёвку.

Западня не желала отпускать добычу. Рэй потянул сильнее. Норт, утонув по самый нос, перестал погружаться. Требовалось приложить больше усилий. Остальным членам команды представилась возможность помочь.

Вначале удалось вытащить парнишку только на несколько дюймов – хищная масса упорно сопротивлялась, силясь засосать жертву обратно. Люди не сдавались и общими стараниями победили.

Оказавшись на свободе, Норт отполз на листву и, освобождаясь от верёвки, оглядел себя.

– Фу! Что это за субстанция? Я намок и воняю, как труп, но на мне не осталось и куска этой дряни.

– Переоденься! – велела Хаш. – На тебе пищеварительный сок твари. И не забудь почиститься в лучевом очистителе, иначе разъест кожу.

Норт кивнул и полез в рюкзак за вещами.

Через час путешественники миновали зону опасной земли и приблизились к краю леса.

На сей раз Аркано вёл Рэй. Больная нога нестерпимо мучила студента, и скоро он вновь попросил привала.

Хаш не согласилась:

– Никаких остановок.

– Чёрт! – проворчал Аркано.

– Скажи спасибо Джеку, – отозвалась Хаш. – С ним останавливаться здесь – подобно смерти.

– Рыжий баран! – выругался Аркано, выливая гнев на виновного. – Моя нога распухла и скоро оторвётся – такая она тяжёлая, а из-за тебя, рыжая морда, мне остается только мучиться. О! Как больно!

Джек молчал.

Отряд миновал заросли и вышел на огромное пространство, покрытое густой сочной травой.

Вдалеке, на другом краю поля, виднелись животные. Они неспешно ходили взад и вперёд и щипали траву.

– Это кто? – спросил Джек проводника.

– Местные жвачные животные! – ответила Хаш. – Давайте отойдём от джунглей подальше и сделаем привал.

Не прошло много времени, а отряд уже сидел на траве, приступив к еде и отдыху.

Аркано вытащил из ботинка больную ногу и, обследовав её, поморщился:

– Так опухла! Как ещё бинт не лопнул?

Джек огляделся:

– Славненькое местечко! А где кусты? Проводник, мне бы…

Хаш махнула рукой в сторону двух больших валунов ярдах в тридцати от них:

– Видишь те камни? Они выше тебя, подойдут, думаю.

Джек подорвался с места и бегом помчался в указанном направлении. Очутившись у камней, он мгновенно скрылся за ними, но секунду спустя появился вновь и, несясь кругами и зигзагами обратно к лагерю, вопил во всю глотку:

– Отвали! Чего привязалась? Отстань, уродина!

За Джеком галопом скакало невероятное четвероногое создание размером не больше пони с ушами, как у спаниеля, и огромными чёрными круглыми глазами. Мохнатый хвост торчал вверх, а белоснежная грива развевалась на ветру.

Животное по собственным причинам отделилось от стада, пасшегося вдалеке, и щипало траву за камнями.

Джек бежал к друзьям со всей мочи и орал:

– Уйди! Прочь, корова мутированная! Помогите! Она сожрать меня хочет! Помогите!

Рэй схватил ружьё, но Хаш его остановила:

– Не надо, Рэй! Животное неопасно. Скотина хочет познакомиться поближе, а лучше – подружиться.

Рэй убрал руку от оружия, с сомнением взглянув на Хаш.

Она добавила:

– Эти весёлые создания любят яркие цвета, и рыжий Джек с оранжевой кожей пришёлся по душе Толстушке.

– Толстушке?

– Ну да! – Хаш повернулась к Джеку, нарезавшему круги уже возле лагеря.

Животное носилось за студентом, упорно норовя догнать и лизнуть длинным серым языком, болтавшимся «наперевес» изо рта.

– Уберите ЭТО от меня! – верещал Джек. – Чего вы сидите и смотрите? Я прошу прощения за всё, только не дайте тварине меня сожрать! Видите, она норовит заглотнуть меня? Вон как язык вывалила! – он побежал по новому кругу, увиливая от животного. – Уйди, волосатая уродина! Оставь меня, я несъедобный. Я как отрава – съешь меня и сдохнешь! Погляди, я весь в болячках – тронь меня и заразишься!

– По-моему, это существо решило загнать Джека до смерти, – сделал вывод Пит.

– Надо отпугнуть скотину! – Рэй встал и принялся хлопать и шипеть на животное: – Брысь, глупая!

И животина, заметив Рэя, замерла на месте. Потеряв всякий интерес к Джеку, скотина ринулась на Рэя, да с такой прытью, что он, не успев увернуться, был сбит с ног.

Белое волосатое существо, встав над новой жертвой, стало старательно облизывать её.

– Уйди! – воскликнул Рэй, закрывая руками лицо от мокрого языка, норовившего обслюнявить с ног до головы. – Брысь, мохнатая лошадь!

Проводник стояла рядом и смеялась.

– Чего вы смеётесь, Хаш? Припугните её хорошенько! – взмолился Рэй. – Я не хочу бить это создание.

Хаш подошла к животному совсем близко и потрепала его по загривку. Девушка старательно сдерживала смех:

– Хватит, Толстушка, хватит, и так всех насмешила! Иди сюда!

Скотина, перестав облизывать Рэя, застыла над ним. Поразмыслив мгновение, животное уткнулось мордой проводнику в ладонь с хлебом.

– Вот так, дорогая, не следует пугать гостей.

Рэй поднялся с травы и, отряхнувшись, посмотрел на Хаш и Толстушку, съевшую угощение и облизывающую руку проводника.

– Я чего-то не понимаю? Это животное…

– Моё! Я приручила его. На Эко-2 данный вид существ сродни земным карликовым коровам. Жвачное млекопитающее – самое доброе и умное по сравнению с другими тварями здесь.

Рэй кивнул, оттирая себя салфеткой от слюней животного.

– И слюни у неё выделяются галлонами.

– От радости.

– Что? – не понял Рэй.

– Толстушка, веселясь, всегда брызжет слюнями. Вы с Джеком ей очень понравились. Как и её сородичи, она плохо различает светлые тона, но…

– Оранжевые и чёрные парни приводят её в восторг! – догадался Рэй, усмехаясь.

– Точно! – улыбаясь, подтвердила Хаш.

Джек вздохнул, наконец, переводя дух.

– Я чуть в штаны не наделал. Вот мерзкая тварь! Я зашёл за валуны и… а тут – это волосатое чудище, – он пошёл обратно к камням, продолжая бурчать.

Рэй и Хаш сели опять за еду.

Толстушка, получив новую порцию угощения, плюхнулась на траву рядом с людьми и, положив голову проводнику на ноги, задремала.

Появился Джек:

– На этот раз повезло, – он наклонился и потянулся к Толстушке. – У-у-у, корова мутированная!

Животное, выглядевшее спящим, резко взмахнув длинным пушистым хвостом, огрело Джека по носу.

Студент отшатнулся.

– О, зверюга, все слова понимает. Лихо вы её вышколили, проводник.

– Да! Лишь ты никакой дрессировке не поддаёшься, – съязвила Хаш. – Продолжишь в том же духе, натравлю на тебя Толстушку. Знаешь, как она кусается?

– Нет! И знать не желаю! – отвернулся Джек.

VI
Звенящее озеро

После отдыха отряд продолжил путешествие, уходя с поляны, где встретил Толстушку.

Животное не осталось с сородичами, а отправилось с людьми, вышагивая возле проводника.

Чтоб облегчить мучения Аркано с больной ногой, его рюкзак навьючили на Толстушку, и та спокойно переносила возложенные на неё обязанности.

Так когда-то приучила её Хаш, и теперь Толстушка была рада сделать приятное человеку, столь ласковому и всегда щедрому на угощения.

Отряду предстояло перебраться через пересохшее русло реки, преграждавшее дорогу.

У канала стены под уклоном спускались ко дну, и их покрывали мелкие круглые серебристые камни, среди россыпей которых на дне торчали угловатые булыжники.

Хаш предупредила:

– Между собой камешки склеены магнитным взаимодействием и потому не скатываются вниз. Но сила, соединяющая их, ничтожна. Только мы коснёмся камней, и они начнут осыпаться. Ступайте по склону осторожно.

Потратив минут двадцать на переход канала и потеряв около двух часов на то, чтобы перебраться ещё через несколько таких же, путники подошли к песчаной равнине.

По ней бегали многоногие существа размером чуть больше морского краба. К людям, вторгшимся на их территорию, они не проявили ни малейшего интереса, целиком занятые собственными заботами. Многоножки носились в разные стороны, некоторые «крабы» периодически исчезали в песке, другие появлялись, таща в клешнях куски местных ископаемых, залежи которых размещались глубоко в земле.

Странные создания сносили груз в кучи, разбросанные по равнине, и бежали дальше. Другие их сородичи копошились возле добытого материала, сооружая высокие куполообразные конструкции.

Чтобы запечатлеть по пути возню обитателей равнины, Норт достал видеокамеру.

– Необходимо позаимствовать кусок их стройматериала для исследований, – решил Аркано.

– Я возьму! – Пит уже намеревался отделиться от отряда…

– Стой! – приказала Хаш. – Если ты приблизишься к их стройке, да ещё и возьмёшь камень, никто живым отсюда не уйдёт.

– Эти куски – камни?

– Местные углеродные соединения.

– Алмазы?!

– Да!

– Их здесь на многие миллиарды!

– Как видишь! Но они никогда не превратятся в деньги. Существа на стройках никого не трогают, пока не протянешь руку к их материалу.

– А что они сделают? – Джек с интересом наблюдал за многоножками.

– Отгрызут нос, руки, ноги, а остатки закопают в песок, – поведала Хаш.

– А если их полить огнём из оружия? – предположил Джек.

– Их – сотни и тысячи. Всех не видно. Большинство под песком. Но тронь кого-нибудь наверху, и вылезут другие. Они обгложут нас раньше, чем кончатся боеприпасы. По-твоему, отчего я до сих пор работаю проводником и не воспользовалась алмазами? Когда-то и я хотела легко разбогатеть и жива осталась чудом. Мне повезло, началось землетрясение, и эти создания бросили работу и убежали. «Стройки» погрузились в песок, прежде чем я успела воспользоваться отсутствием зверей и прихватить побольше камней, спасаясь сама.

– А аэролёт? – высказал мысль Джек.

– «Милые зверюшки» стреляют кислотой, и любой летательный аппарат превратится в куски оплавленного металла.

– А если не опускать машину слишком низко, а, скажем, на длину щупа. Сто ярдов – немалое расстояние.

– А зверьё стреляет кислотными снарядами на сто пятьдесят ярдов и более. Но сперва они отгрызут щуп. Поверь, камни не взять. И вспомни: в районе между плато с кораблём и пещерами с о́бразами, местные пернатые уничтожат любую технику. Забыл о тех чудесных птичках, напавших на нас в горах?

– Не-е-ет! Помню! Ещё и пешком идти вынуждены из-за прекрасных птах. Настоящий кошмар. Знай я заранее, не полетел бы на Эко-2. А Пит говорил, что полёт сюда и исследование планеты станут увеселительной прогулкой.

– Дело в направлении. Иди мы в другую сторону, так бы и было.

Джек почесал рыжую макушку и, оглядываясь, задал новый вопрос:

– А усыпить многоножек можно?

– Нельзя! Пробовала!

Солнце клонилось к горизонту. Наступали сумерки, медленно окутывая предметы мрачными тенями.

Песчаная равнина кончилась, и отряд, перебравшись через очередную пересохшую реку, вышел на широкое поле, покрытое травой и низкорослыми кустами, растущими там и тут.

Далеко справа в вечерних сумерках громоздились массивные очертания гор, слева терялось продолжение поля. Впереди виднелись сполохи, похожие на молниевые вспышки.

– Хаш, что там? – махнул рукой Норт.

– Через час придём туда, и посмотришь, – ответила проводник.

Сумерки постепенно обернулись полной мглой, вновь полил дождь.

Когда отряд преодолел половину намеченного пути, то вымок до нитки. Но это никого не волновало. Развернувшееся зрелище полностью завладело общим вниманием.

Там, где сверкали вспышки, темнота была реже и виднелся свет, становившийся ярче с каждой пройденной милей. Скоро перед глазами отряда развернулась необыкновенная долина, над которой расстилалась яркая слепящая пелена света.

Из долины кверху стремительно поднимались светящиеся шары. Они прорывались сквозь пелену в небо и взрывались, разлетаясь в стороны молниями.

– Что это? – восхищённо воскликнул Пит.

– Спустимся туда, – Хаш указала на огромную площадь внизу, залитую светом и окружённую покатыми склонами, затянутыми вьющимся растением с серебристыми стеблями и листьями. Проводник подошла к краю и начала спуск.

Толстушка вприпрыжку скакала вокруг хозяйки, не отставая от неё ни на шаг.

Студенты и Рэй шли за ними.

Джек заметил:

– Чего корова так скачет? На ней рюкзаки навьючены. Ей не тяжело?

– Толстушка – выносливое существо, – пояснила Хаш.

– Почему бы ей тогда не везти на себе Аркано с его больной ногой?

– А разве Толстушка виновата в том, что Аркано подвернул ногу?

– Нет… но… – начал Джек.

– Так почему же она должна расплачиваться? – перебила Хаш. – Толстушка не заставляла идти Аркано спиной вперёд, а потом подворачивать ногу.

– Вы очень безжалостный человек! – заявил Джек.

– Ты жалостливый! – фыркнула Хаш. – Едва не перебил половину отряда и толкуешь о жалости, – она закурила сигарету, продолжая спускаться к долине.

Когда путешественники прошли склон, перед ними предстала каменистая равнина, исчерченная паутиной трещин. Здесь оказалось значительно теплее.

Из щелей в почве местами росла золотистая трава и ярко-красные цветы на тонких жёстких длинных стеблях с ворсистыми листьями, щетинившимися по краям острыми шипами.

Повсюду из трещин пробивались яркие лучи света и, поднимаясь ввысь, смешивались и превращались в светящуюся пелену.

Особенно необыкновенно выглядели растения. Свет пронизывал траву и цветы, создавая невероятную картину.

Местами, прямо из-под земли, вырывались светящиеся шары.

– Красота! – Пит был очарован пейзажем.

– Любуйся! – улыбнулась Хаш. – Нам предстоит заночевать тут – у тебя вся ночь.

Вдалеке возникло нечто блестящее. Подойдя ближе, отряд увидел ровную поверхность озера, сверкавшую в свете долины.

От берега людей отделяло всего несколько десятков ярдов. До путешественников донёсся едва уловимый звук. И лишь оказавшись у самой воды, отряд расслышал лёгкий шуршащий звон, исходивший от озера.

Ничего подобного студенты и Рэй никогда не слышали.

– Какой волшебный звук! – Пит встал у воды.

– Подожди пару часов, и увидишь такое… – улыбнулась проводник, снимая с Толстушки поклажу.

Не прошло и десяти минут, как студенты разбили палатку и приготовили аппаратуру для исследований, после чего сели ужинать, желая поскорее расправиться с едой и приступить к работе.

Как и в первый раз, Хаш заняла место у входа в палатку. Отсюда проводник могла наблюдать за студентами, поддерживая контроль.

Толстушка прыгала у воды, то забегая в неё по самую шею, то выскакивая.

Рэй, захватив провизию, подсел к Хаш.

– Составите мне компанию за ужином? – предложил он. – Вам давно пора подкрепиться. Не дело тратить столько энергии в походе и так мало есть.

– Возможно, позже я перекушу, а сейчас… мне не хочется, – ответила Хаш.

Рэй заметил:

– Как ваша лихорадка?

Проводник улыбнулась.

– Думаете, я выйду из строя раньше, чем завершим начатое?

– На самом деле это меня не беспокоит, – развёл руками Рэй. – Тревожит то, что человек может пропасть.

Хаш кивнула, ехидно посмотрев на него.

– Занятно! Но если я не смогу продолжить путь, ваши деньги окажутся потраченными зря.

– К чёрту деньги! – проворчал Рэй.

– Да ну?! Вы платили мне не за то, чтобы я болела и ставила под сомнение успех операции.

– Вы, определённо, смеётесь! – изумился Рэй.

– Нет, серьёзно! В крайнем случае Лужский даст вам номер счёта, с которого вы сможете вернуть деньги.

– Издеваетесь?!

– Ничуть! Лишь стараюсь жить честно!

– Хорошо! А сейчас совершите ещё один благородный поступок! Идите спать! Когда человеку нездоровится, ему следует уделять внимание отдыху!

– Я не могу спать на работе!

– Путь займёт ещё трое суток.

Хаш опять усмехнулась:

– Так мило с вашей стороны! Однако спать я не пойду!

Рэй пожал плечами. Дальнейший спор был явно бессмысленным. Он раскурил сигару и сидел молча, глядя прямо перед собой.

Постепенно свет в долине начал меркнуть, лучи погасли, и в конце концов наступила темнота. Только озеро светилось бледным призрачным сиянием. Звон стал громче и отчётливее.

Студенты собирались скрыться в палатке, но, заметив перемены, остановились.

– Почему звук усилился? – попытался выяснить Пит у Хаш.

– Я-то почём знаю?! Вы здесь копошитесь с разными приборами, они вам пусть и подскажут, – отозвалась она.

Пит переглянулся с друзьями. Мальчишки решили отложить сон и ещё поработать с аппаратурой.

Едва парни успели установить опять приборы, возникло новое явление.

Яркие светящиеся фигуры выскользнули из озера и закружились над водой.

Пит воскликнул:

– Снимай, Норт, снимай!

Норт ещё не убрал видеокамеру и быстро возобновил съёмку, направив объектив на происходящее.

Светящиеся фигуры вращались, совершая замысловатые движения в стороны. Они взлетали и опускались, порой касаясь воды, но не потревожив её гладкой поверхности.

Студенты, зачарованные, смотрели во все глаза, забыв подключить и запустить в работу приборы.

Толстушка выскочила из озера и скрылась за палаткой. Шоу над водой напугало животное.

Хаш сидела на своём рюкзаке со стаканом чая и сигаретой и дремала.

Рэй смотрел на озеро.

Постепенно звон ослабел, став, как и прежде, едва различимым, а светящиеся фигуры исчезли в воде.

Мгла в долине рассеивалась. Из трещин в почве снова полился яркий свет.

Студенты покопались ещё немного с оборудованием и, обсудив увиденное, отправились спать.

Толстушка вернулась в воду и продолжила купание.

Под утро свет угас опять, но теперь озеро не пело громче и не представляло невероятных зрелищ. А на рассвете погасло и мерцание от воды, и долина превратилась в самую обыкновенную, каких на Эко-2 было множество.

VII
Стеклянные горы

Проснувшись, студенты позавтракали и свернули лагерь. Покинув долину, отряд оказался на безразмерной с виду равнине, сплошь покрытой песком.

Из стороны в сторону метались какие-то мелкие животные.

Равнина забрала весь новый день. До самых сумерек, прерываясь на короткие передышки, отряд шёл по песку. Ботинки путешественников глубоко утопали в нём. И на ходьбу требовались дополнительные усилия.

От чрезмерной нагрузки ноге Аркано серьёзно досталось, и как юноша заметил, такими темпами домой он вернётся инвалидом.

Бодрым и воодушевлённым выглядел Джек, не замечая усталости. Его болячки заживали на глазах, и сорванец, радуясь долгожданным изменениям в здоровье, опять стал чрезмерно неугомонным.

Хаш, в свою очередь, тоже чувствовала себя намного лучше. Лихорадка, наконец, оставила проводника.

Как Хаш и предупреждала, предстоящий участок пути оказался самым трудным. Пески тянулись бесконечно, и ночевать устроились там, где застала темнота – посреди равнины.

Пока студенты и Рэй разбивали палатки и накрывали ужин, проводник пристроилась в стороне, налила себе чай и принялась отмечать на карте пройденный путь.

Скоро путешественники сели ужинать. А после еды Джек по обычаю его родной планеты достал ароматические порошки и, заправив один в электронный испаритель, хотел включить аппарат, но Хаш не разрешила:

– Сегодня лучше обойтись без этого!

– Почему? – Джек продолжал возню с приборчиком, настраивая режим и время работы.

– В этом месте вызывающие запахи опасны.

– Что за чушь? Если я нарушу обычаи моих предков, у меня не усвоится пища и это плохо кончится! – Джек уже собирался нажать кнопку и включить испаритель, но Хаш с многозначительным видом положила руку на приклад излучателя.

– Не смей, я сказала! Если ты один раз воздержишься от привычного ритуала, ничего страшного не случится, но вот если по твоей милости нас искусают местные насекомые, то с волдырями мы ходить будем потом несколько дней.

Джек непонимающе уставился на проводника.

– Какие насекомые здесь, в песках?

– Невероятно кусачие! – Хаш посмотрела на Рэя. – Лучше отправиться отдыхать сейчас, чтобы успеть выспаться до рассвета.

Студенты не стали дожидаться приказаний Рэя и, прибравшись после ужина, ушли в палатку.

По словам проводника, в этих местах не требовалось оставлять караульного, и можно было спать всем одновременно, поэтому Рэй отправился вслед за мальчишками, а вскоре и Хаш, закончив работать с картой, ушла в свою палатку.

Но в эту ночь выспаться никому не удалось, поскольку лагерь поднялся задолго до рассвета.

Первым проснулся Пит. Вначале парнишка какое-то время вертелся в полусне, и ему грезилось, будто он попал в гигантский муравейник и его жалят огромные чёрные муравьи… От укуса одного такого здоровенного насекомого Пит с воплем проснулся и понял, что его продолжает кто-то больно кусать и наяву. Студент принялся остервенело чесаться.

От его вопля проснулся Аркано. Заметив, что Пит сидит на своём спальном месте и скребётся обеими руками то тут, то там, Аркано негромко спросил:

– Пит, ты чего?

– Происходит что-то ужасное! – так же тихо ответил юноша, засовывая руку себе за воротник и раздирая шею ногтями. – Меня кто-то кусает, и всё тело чешется.

От входа, где лежал Рэй, послышался его голос:

– Ты не единственный, Пит. Я минут десять уже не сплю оттого, что меня кто-то грызёт, и вся кожа зудит.

Аркано добавил:

– Чувствую, теперь и у меня тоже! – он перебрался через спящих Джека и Норта и вылез из палатки, а за ним вышли Рэй и Пит.

При свете луны они осмотрели себя и обнаружили, что покрыты огромными волдырями, полными внутри мутной жидкости.

Оттого что Пит сильно чесал руки, на них волдыри лопнули, открыв страшные мокнущие раны. Увидев этот ужас, Пит, почувствовав головокружение, сел на песок и закрыл лицо ладонями, старательно пытаясь побороть тошноту.

Рэй присел возле брата, достал сигару и, вертя её в руках, стал раздумывать, как поступить лучше – разбудить Хаш сейчас и узнать у неё, что же такое приключилось с ними, или покурить и пойти ещё поспать, а уж на рассвете основательно углубиться в проблему с волдырями.

Аркано, не в силах стерпеть зуда, стоял рядом и чесался.

Тут из палатки вылез Норт и, подсев к товарищам, зевая, принялся рассматривать свои руки.

– Вы поглядите! – юноша продемонстрировал друзьям свои волдыри. – Что это? А как чешется, я даже проснулся.

– У нас такие же! – Аркано сел рядом с Нортом и показал ему свои руки.

– Я не могу спать из-за этого зуда!

– Никто не может, – подтвердил Аркано.

Рэй вдруг спросил:

– Мне одному показалось, что в палатке пахнет ароматическими порошками Джека?

– Ну, мы особенно не принюхивались… – неопределённо начал Аркано и умолк, заметив на лице Рэя такое решительное выражение, что было, без сомнения, ясно – Джеку конец!

Только Рэй не успел предпринять каких-либо действий, так как Джек в этот момент уже проснулся сам и, выскочив из палатки, стал рассматривать зудящие руки. Увидев на них огромные мутные волдыри, он с ужасом воскликнул:

– Что это?

– У тебя хотел спросить! – грозно проговорил Рэй. – Вопреки запрету Хаш, ты включал свой испаритель, пока все спали, ведь так?!

– Да, включал! А что такого?! – фыркнул Джек. – Марсиане из поколения в поколение вдыхают благовония после еды, и никто ещё от этого не умер. Эту традицию я впитал с молоком матери и никому не позволю лишать меня законного права жить по обычаям моего народа.

– Вот дурак-то! – воскликнул Норт. – Ведь Хаш же не говорила, что ей не нравятся твои ритуалы. Она же объяснила тебе, что запахи привлекут насекомых. Мало нам было сложностей в дороге, теперь ещё и эти нестерпимые зуд и жжение. Мне кажется, если я не сдеру с себя кожу, то рехнусь.

Аркано, разглядывая в очередной раз свои волдыри, поморщился:

– Предлагаю содрать шкуру с Джека! Кто – за?

– Несомненно – все! – поддержал Норт. – Уверен, в этот раз даже Пит возражать не станет!

– Идите… вы… – рассердился Джек. – Мне надоела эта ваша дурацкая планета и её бесконечные несчастья.

Разговор студентов разбудил Хаш, и она, выбравшись из своей палатки, подошла к парням. Увидев их опухшие физиономии, покрытые пузырями, проводник рассмеялась.

– Ничего не скажешь, красавчики!

Пит спросил:

– Что теперь с нами будет, проводник?

Хаш присела рядом с парнишкой и, взяв его руку, осмотрела волдыри и ранки от расчёсов.

– Мне неизвестно средство для лечения этих укусов, поэтому мучиться вы будете дня три. К завтрашнему дню сдуются пузыри, а зудеть и гореть кожа будет ещё пару суток. Главное, не чесать, иначе заживать разодранные места будут очень долго.

Пит, глубоко вздохнув, недовольно поглядел на Джека.

– Противный эгоист!

С рассветом отряд отправился в дорогу. Пески и теперь виднелись на много миль повсюду, и только на горизонте маячило нечто тёмное и высокое, поднимающееся в небо.

И этот день прошёл, мало чем отличаясь от предыдущего, разве что теперь в качестве разнообразия студенты и Рэй мучились от назойливого зуда и нестерпимого жжения. Товарищи ужасно сердились на Джека, и тот был очень тихим, стараясь лишний раз не привлекать к себе внимание. Сам он от волдырей страдал не меньше, но при этом не пожаловался.

К глубокой ночи путешественники вышли из песков.

Перед людьми высились горы.

Хаш провела отряд в пещеру, и студенты занялись обустройством на новом месте.

Проводник ушла в дальний угол и достала электронный планшет. Как обычно, она отметила на карте пройденные мили и стала заполнять дневник⁴ путешествия, который мог пригодиться в будущем. По опыту она знала, что в дороге не бывает мелочей. Владение информацией об изменении погоды, ландшафта, путей миграции животных и прочего могло в дальнейшем значительно облегчить поход или даже спасти жизнь.

Тем временем студенты развели костёр возле пещеры и, устроившись у огня, достали провизию.

– Завтра последний день пути! – Пит снял ботинки и вытянул ноги. – Надеюсь, нам хватит сил и терпения.

– А куда деваться?! – Аркано автоматически стал растирать повреждённую ногу, хотя сейчас боль от растяжения заглушали нестерпимый зуд и беспощадное жжение от волдырей. – Хочешь не хочешь, а топать дальше придётся! – он поморщился. – Надеюсь, у пещер и камней удастся постоять день-другой и восстановить силы.

– Хорошо бы! – Норт тоже разулся. Стянув с себя куртку, он постелил её на пол и улёгся на ней, укладываясь на животе. – Вот бы ещё и зуд прекратился.

Утро началось, как обычно, с завтрака и сборов. Студенты, покинув пещеру, цепочкой спустились за Хаш к подножию горы. Рэй замыкал шествие.

Отряд потратил несколько часов на то, чтобы преодолеть этот отрезок пути. Оставляя позади ущелья и скалистые переходы, путешественники миновали горы и очутились на травянистой равнине, передний край которой обрамляла кромка высокого густого тёмно-зелёного леса. Небо было безоблачно, солнце стояло в зените, ярко освещая окружающий ландшафт.

Пит, потирая зудящий подбородок, обратился к Хаш:

– Проводник, по подсчётам, это последний день пути, как думаете, успеем раньше ночи достигнуть места?

Не поворачиваясь и не меняя шага, проводник проворчала:

– К вечеру будем там!

– Здорово! – обрадовался Пит. – Как я ждал этого дня! Я увижу своими глазами то, о чём рассказывал дедушка, – он похлопал ладонью по видеокамере, висящей на поясе. – Мы запечатлеем всё, ради чего мучились. И тогда профессор Брук поставит нам наивысшие оценки!

– Если, конечно, то, к чему тащатся наши задницы, существует, и мы не зря связались с этим путешествием и окунулись в ад, – фыркнул Джек. – Но вдруг это бред твоего деда? Тогда останется провозгласить нас полными идиотами, а благополучное возвращение на корабль будет считаться невероятным везением.

Отряд вошёл в лес.

– По-твоему, проводник повела бы нас в никуда? Как видишь, о пещерах и камнях знают и другие люди, – Пит оглядывался по сторонам и, наслаждаясь зрелищем, вдохновлённо сказал: – Какая красота!

Темно-зелёная листва густо покрывала высокие деревья, меж которых виднелись круглые полянки, где резвились мелкие животные. Белые и серые мохнатые комочки носились друг за другом, повизгивая и хрюкая.

В листве что-то шевелилось, шурша и поскрипывая. Кусты наполняли трескотня и бормотание.

В воздухе вокруг отряда парили белые в синих пятнах шестикрылые создания величиной с летучую мышь.

Пит включил видеокамеру.

– Ну-ка, милые птички, помашите мне крылышками!

Отряд приближался к туману, до которого оставалось около мили.

Хаш, не останавливаясь и не оборачиваясь, сказала:

– Туман очень густой, и в нём можно потеряться. Дорога там одна – тропа шириной в четыре фута. Подойдём к туману и будем держаться друг за друга и идти только прямо. Ни шагу в сторону. По краям тропы обрыв. Глубина пропасти неизмерима. Из неё поднимается туман. Температура в нём низкая, и тропа скользкая.

– Вы обещали на этом участке наиболее безопасный путь! – напомнил Рэй. – И говорили, что в худшем случае мне самому придётся вести отряд по этой дороге.

– Сложись ситуация, предполагаемая мной, куда бы вы делись? Либо пошли бы вперёд, используя мои заметки в планшете, либо вернулись бы ни с чем. А дорога здесь и вправду безопасна. Хищных тварей нет.

– Мне нравится ваш юмор! – хохотнул Рэй.

– Наслаждайтесь! – пренебрежительно усмехнулась Хаш.

Перед туманом путешественники выстроились в цепочку. Проводник пошла первой, а Рэй – замыкающим.

Уводя отряд за собой, Хаш наказывала:

– Идём прямо! Представьте, будто вы шагаете по канату, ни дюйма в сторону! – она шла медленно, стараясь не торопить идущих за ней людей, давая им возможность ступать уверенно.

Вокруг становилось всё холоднее и холоднее. Спустя двадцать минут повеяло морозом и отряд начал дрогнуть. От студёного воздуха деревенели руки, немело лицо.

Тропа утеряла шероховатость, превращаясь в скользкую ледяную дорожку. Благодаря острым металлическим шипам, которыми были оснащены подошвы ботинок, отряд уверенно держался на ногах.

Густой туман, казалось, залипает в глаза, нос и рот, и в довершение к этому из-за тумана видимость полностью отсутствовала, что невероятно действовало на нервы и держало всех в сильнейшем напряжении.

Постепенно холод ослабел и, наконец, отряд достиг места, где тропа вновь стала шершавой, а туман значительно поредел, давая возможность путешественникам смутно различать хотя бы спины друг друга.

На скользком отрезке пути то слева, то справа возле людей слышалось постукивание и сопение.

Когда туман достаточно рассеялся, студенты и Рэй увидели Толстушку. Оказывается, она носилась поблизости. Животное возникало с той стороны и около того, кто иной раз выдерживал линию шагов недостаточно прямо. Каким образом она сама не падала с края скользкой тропы, оставалось загадкой. А едва закончился опасный отрезок дороги, Толстушка умчалась вперёд к проводнику.

Кругом опять высился лес, густо заросший гигантскими деревьями и ароматными колючими кустами. Пит возобновил работу с видеокамерой, желая запечатлеть как можно больше подробностей об Эко-2.

Вскоре из чащи отряд вышел на поляну, окружённую высокими пологими холмами, покрытыми травой и мелкими синими цветочками.

Рядом раскинулось озеро. Над ним летали птицы. Дальний берег водоёма обрамляла роща деревьев – тонких и гибких, похожих на ивы.

Более живописного места отряд ещё не встречал.

За озером и рощей виднелось что-то высокое. Нечёткими очертаниями оно поднималось к небу, искрилось и переливалось сотнями бликов в свете ярких лучей местного солнца.

Пит, успев заснять на камеру пейзаж вокруг, навёл объектив на сияние.

Достигнув озера, отряд пошёл по берегу.

Толстушка прыгнула в воду, ступив в неё по колено, и принялась с жадностью пить, отфыркиваясь, храпя и сопя.

Утолив жажду, корова выскочила на берег и помчалась за людьми. Они не успели отойти далеко, и животное мигом догнало путешественников и заняло место впереди всех.

Отряд добрался до рощи и двинулся через неё.

Деревья покрывали жёлтые крошечные листочки и колючие ягоды, зелёные и блестящие. Ветви низко клонились к земле, а у озера касались поверхности воды.

Живности заметить не удалось, и Пит немного расстроился. Его настроение улучшилось, лишь когда отряд прошёл рощу, и вдали вновь предстали сверкающие очертания.

Пит завопил от восторга:

– О! Стеклянные горы!

Перед ними виднелись прозрачные горы. В бесчисленных гранях отражался солнечный свет, сверкая, он струился бликами и искрами.

Чем ближе подходил отряд, тем удивительнее становилось зрелище. И окончательно студенты пришли в изумление, оказавшись у подножия.

– Пробы! Надо взять пробы! – замельтешил Пит. – Хочу узнать состав материала.

– Взгляни сюда! – Аркано махнул рукой вправо. – Вход совершенно круглый!

Пит подскочил к проводнику:

– Хаш, туда можно войти? Ну, пожалуйста!

Она улыбнулась.

– Можно! Туда и идём, обойти эту махину нереально, – проводник первой ступила в отверстие, ведущее внутрь горы.

Пол, стены и потолок тоннеля были прозрачными и твёрдыми, причём проход сохранял размеры и идеальную окружность на всём протяжении.

Шаги людей производили звенящий звук, отдаваясь эхом.

Пит снимал на камеру и не переставал восхищаться:

– Невероятно! Лучи солнца проникают через все слои, и на любой глубине светло, как днём. Учебный Корпус сойдёт с ума от удивления, посмотрев запись.

– Добраться бы домой живыми! – отмахнулся Джек и сказал Толстушке, которая шествовала рядом, звонко цокая копытцами по прозрачной породе. – Эй, корова, хватит топать, того и гляди, всё вокруг рассыплется!

– Ты можешь врезаться в эти горы на истребителе, и после не останется и царапины. Их не берёт ни алмазный, ни лучевой резак, – проговорила Хаш, закуривая. Дым сигареты, поднимаясь вверх, исчезал, просачиваясь сквозь породу. – Этот материал не горит, не входит в контакт с холодом, не растворяется в кислотах… В общем, при любом воздействии остаётся в неизменном виде.

– И кусочка не отковыряешь? – спросил Пит. – А пробы?

Проводник развела руками.

Они подошли к месту, где тоннель разветвлялся, образуя три хода, из которых Хаш, выбрав левый, повела отряд дальше.

Множество раз путешественники попадали в пещеры, имевшие несколько выходов, но Хаш снова и снова уверенно следовала вперёд, ступая в один из них.

Около двух часов они вымеряли ногами лабиринты, прежде чем вышли наружу и увидели огромную долину, которую справа и слева обступили травянистые холмы, а впереди – белые скалы, величественно поднимавшиеся к небу. Правее у подножия блестело озеро, а слева теснились деревья, покрытые вьющимися растениями с серыми тяжёлыми бутонами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Имя Рэй – здесь английское имя, означает: мудрый защитник. Способствует своему обладателю в политической деятельности, а также в карьере на государственной службе. Благодаря природному оптимизму и очарованию люди с именем Рэй вызывают доверие, отличаются привлекательной внешностью и обаянием, которыми не стесняются пользоваться при удобном случае.

Вернуться

2

Эвелина – старенькая экономка, которая работала в доме с незапамятных времен. Парни уже давно относились к Эвелине, как члену семьи.

Вернуться

3

Имя Хаш – здесь бурятское имя, означает: халцедон. Обладатель имени Хаш – личность независимая, стремящаяся к свободе, склонная к риску и авантюрам. Хаш может похвастаться аналитическим складом ума и умением находить выход из любых ситуаций, скептически относится к мнению окружающих, ценит свой жизненный опыт и зачастую руководствуется интуицией, любит путешествовать, делать новые открытия.

Вернуться

4

Хотя Хаш этим путем уже ходила, она все равно вела записи. Обновляла их и дополняла.

Вернуться