Владимир Никитин
Дело о любви

1

Гости торчали на верхней палубе в ожидании отплытия. Никакой концерт в тёплый майский вечер не мог загнать их в салон. Ещё недавно Олег сам сидел на носу теплохода и подбадривал себя: если номер не удастся, то и ладно, мало кто увидит его позор. Все же здесь – под открытым небом, смотрят, как проплывает мимо оранжевая башня Москва-сити, и за ней прячется солнце, уносящее с собой день.

Распорядитель мероприятия, коренастый увалень в костюме, как будто занимал всю палубу, курсируя от гостя к гостю и знакомя их между собой. Пиджак он скинул на руку, а на дорогой рубашке виднелось большое мокрое пятно. Увалень всё время находился в движении и постоянно буравил взглядом посетителей. Несколько раз он должен был встретиться глазами с Олегом, но каким-то чудом умудрялся этого избежать. Казалось, он обладает даром проходить сквозь ненужных ему людей.

Незадолго до выступления Олега распорядитель объявил публике: «В ресторане накрыли столы, спускайтесь», – и палуба опустела.

Вода забурлила под крыльями теплохода.

– Олег, ты следующий! – крикнул ему ведущий со ступеней и показал пальцем вниз.

На парне был яркий пиджак в клетку и бабочка. Почему это всегда так – чтобы никто не запомнил лицо? Любой может сказать, как выглядит конферансье, и это будет одно и то же описание.

Олег нервно сглотнул и стал спускаться. С каждым шагом идея читать вслух свои рассказы казалась всё более неудачной. Есть ещё возможность соскочить и сбежать отсюда…

На сцену вышла парочка с одной гитарой на двоих.

«Это не то место и не то время».

Вчера Олег до ночи репетировал свое выступление. Каждую неделю он готовит спикеров к презентациям. А себя что, не может? Дошло до того, что Олег стал запинаться, как будто разучился говорить. Ничего, оратор Демосфен подвешивал меч над плечом, чтобы оно не дергалось.

Минуты таяли. «Скоро меня вызовут», – рассматривая сцену как эшафот думал Олег. А затем скользнул взглядом по залу, стараясь не останавливаться на лицах. С десяток столиков полукругом. Значит, половина гостей будет слушать спиной. За каждым столом восемь человек, сидящих в притирку. Пожалуй, им так тесно, что совершенно плевать на слова со сцены. Хороший текст или строка их вряд ли впечатлят. А вот ушедший сосед, освободивший место для их комфорта, – может. Если не успеют подать закуски, хотя бы уделят внимание его рассказу. Пока на столах только сервировка и серебряные статуэтки – час назад представителям лучших компаний вручили премии.

Парочка допела. «О чём была песня – никто не запомнил. Тоже будет с моим выступлением», – решил он.

– Твой выход! – позвал ведущий.

Олега стало трясти. Левое плечо стремилось вверх, словно его подбрасывали. Он вышел на сцену, чуть не уронив листки. «Надо успокоиться, – внушал себе. – Даже если сейчас не выйдет, это ещё не конец. Я уже отправил рукописи в десятки издательств. Наверняка где-то да получится. Не смотри в зал, не отрывай глаза от рассказа».

Через какое-то время буквы на белом листе стали плясать.

В зале возникло движение. Олег поднял голову и проглотил конец фразы.

Свет рампы слепил, и всё равно он увидел, как на задних рядах недовольно что-то обсуждают, как будто обращаясь к нему. И крепче, до боли в пальцах сжал микрофон, чтобы тот не выскочил из влажных ладоней. Другой рукой он схватил плечо и как будто превратился в монумент.

«Вспомни, как переходил мост и на середине решил посмотреть вниз. Охватил страх, и ты понёсся вперёд, чтобы как можно быстрее преодолеть высоту. И когда бежал, не было страшно».

И Олег побежал по буквам, стараясь прочитать до конца, пока он хоть как-то держит себя в руках. А потом ещё раз поднял глаза. Стали подавать закуски. Зрители склонились над блюдами.

Высокая худощавая девушка из первого ряда шумно встала и неторопливо пошла к выходу, по пути перешучиваясь с официантами. Около пресс-волла она остановилась, и вытянув над головой статуэтку, поманила к себе фотографа.

За тем же столиком Олег заметил её подругу, которая продолжала смотреть на сцену. Он сосредоточился на ней и постепенно расслабился. Мышцы чуть успокоились, ему больше не казалось, что они выпрыгивают из тела. Дочитал он вполне уверенно, но слушали уже единицы – в зале звенели приборы.

После выступления конферансье благодарил его и шептал, продолжая улыбаться залу:

– Звукач намудрил, задние ряды ничего не слышали.

Отпустив липкий микрофон, Олег спустился со сцены. Впереди – вереницы столиков, позади – лестница на палубу. Он быстро развернулся и поднялся по ступеням.

На носу теплохода никого не было, лишь внимательная девушка из первого ряда зажигала сигарету и одновременно говорила по телефону.

Олег с интересом рассматривал незнакомку. Лет тридцати, эффектная, с тонкими правильными чертами лица, стройная – почти невесомая. Одета в алое платье с открытыми плечами. Блестящие чёрные волосы убраны в аккуратный хвостик. Тёмно-карие, немного восточные выразительные глаза, плотно сжатые широкие губы, высокие скулы, щёки немного горят.

– Вы ничего не ели.

В его словах слышалась благодарность.

– Привычка, – телефон уже исчез в сумочке. – Всегда могут о чём-то спросить.

– Как вам … тут?

– Занятный текст, – ответила она, проигнорировав слово «тут». – Тебя же это волнует?

Собеседница с улыбкой дотронулась до его плеча, словно хотела подбодрить. «Сейчас она заметит, как трясётся мышца». Но нет, плечо было в покое и даже расслабилось после её прикосновения. Вблизи девушка казалась еще более красивой.

– И это тоже.

С первой минуты он почувствовал легкость в разговоре с ней и решился спросить:

– Вашей подруге не понравилось? Она вышла, когда я читал.

– Ммм… Лере? Мы с ней работаем. Не стоит обращать внимание, возможно по делу отвлекли. Хотя… кого мы обманываем. Какие у нее могут быть дела, кроме любовных – шутливо закончила она.

– Вы…

– Настя! Вот ты где!

Резвый увалень влетел в их разговор и оттеснил Олега, прежде чем он успел что-то сказать. Распорядитель – а это был он – рукой как будто очертил магический круг и пригласил в него ещё несколько человек. И тут же Настю окружила компания в пиджаках.

– Я вам рассказывал, что эта прекрасная молодая девушка – директор издательства? – хорошо поставленным голосом провозгласил увалень.

Пока Настю не закрыли спины, она быстро кивнула Олегу.

«Подежурю немного, вдруг скоро уйдут», – решил он.

Вот только «компания пиджаков» не хотела покидать новую знакомую. А вскоре распорядитель отделился от них и приблизился к Олегу:

– Отойдем, поговорим по поводу вашего… чтения.

Он не представился.

«Может хочет снова пригласить? Понравился текст. Или предложит выступление в более подходящем месте. Но если я сейчас отлучусь, то упущу ее», – колебался Олег. – Хотя… вряд ли ей удастся быстро освободиться». Он кивнул толстяку.

Они отошли к бару. Распорядитель взял кофе, не заплатив и не предложив напиток Олегу.

– Программу изменили, – сообщил он. – Будут номера, более подходящие под наш формат.

Олег поймал себя на том, что не слушает собеседника. Его совершенно не волновало, что ему говорят. Он смотрел мимо увальня, сквозь стеклянные двери и видел, как Настя быстро уходит из ресторана, не отнимая телефон от уха. А потом направляется к траппу и сходит на берег.

Отодвинув удивленного собеседника, Олег бросился вслед за девушкой. И почти догнал ее недалеко от причала, когда она остановилась около темной машины.

«Как же обратиться: Настя, Анастасия?», – думал он, теряя время.

Девушка убрала телефон и нырнула в салон автомобиля. Фары зажглись, и машина тут же сорвалась с места.

Пройдя несколько сот метров до ближайшей парковки на набережной, Олег сел за руль и включил зажигание. На лобовом стекле появились капли.

Деловой квартал был необычно тихим. Город выглядел обыденно, как случайный набор дорог, мостов и машин. На соседней высотке в туманной мороси плыли неоновые буквы. Свет фар выдернул из темноты пару: парень обнимал свою подругу, укрывая от непогоды.

– Это же я, – подумал Олег.

Пару лет назад он стоял в этом же месте. Обнимал свою возлюбленную, уезжавшую учиться в Питер, и прятал её от дождя.

– Я думала, ты будешь отговаривать меня от поездки, напридумывала кучу причин, почему это не так плохо, – произнесла девушка. – А ты не стал. Не знаю, что и думать. И легче вроде, и тяжелей от этого.

– Это хорошая возможность. И так наверное лучше для твоего будущего, – сказал он подготовленную фразу.

Она оторвала голову от груди Олега и улыбнулась ему:

– Что мы можем знать о будущем…

Она уехала. И уже вскоре попросила навестить её на выходных, чтобы вместе посмотреть Царское село. Олег увяз в делах и пообещал, что обязательно приедет, но чуть позже. И в те выходные она решила одна отправиться в пригород; и около вокзала её сбила машина. Узнав об этом, Олег изводил себя весь день. Если бы он выбрался бы к ней, ничего этого не произошло бы. И она была бы жива. К вечеру сердце стало выпрыгивать из груди. Олег чувствовал, что задыхается, не может дышать. И только приняв успокоительные, он смог остановить приступ.

И тогда в первый раз у него дёрнулось плечо. Вначале почти незаметно. Потом сильнее. И всё чаще, и чаще пульсировали мышцы. Олег больше не чувствовал себя хозяином своего тела. Как будто неведомая сила брала контроль над ним и заставляла делать то, что хочет. Он стал прислушиваться к себе, считать частоту подёргиваний.

И вот сегодня тик вдруг пропал благодаря Насте, которую он только встретил и уже успел потерять. «Настя», – повторил он с удовольствием. Имя ему нравилось.

Олег потушил фары, и влюбленные исчезли. Возвращаться сразу домой ему не хотелось. Выйдя из машины, он еще час гулял под дождем по набережной.

***

Когда Олег уехал из столицы, никто из коллег не удивился. Все тогда бежали из крупных городов. Говорили, что боятся вируса, а спасались, как и он, от людей.

Он снял домик на берегу озера в Ленинградской области, с небольшой пристанью для катера. И на ближайший месяц отказался от всех проектов.

Накоплений должно было хватить до конца лета. А писать речи для других, пуская в голову чужие голоса, ему не хотелось. Через несколько дней телефон наконец замолчал.

Спустя неделю Олег открыл личную почту, отсортировав письма по теме «автор в издательство». Отписались только два редактора, оба коротко отказали в публикации рукописи. Один ответ он запомнил, тот начинался с нелепого «Увы…»

«Странно, мне совершенно всё равно», – удивился Олег.

Прежде он бы долго пытался расшифровать тексты писем, увидеть скрытый смысл за скупыми буквами. Представлял бы персонажа, который мог в деловом письме написать «Увы». Но всё это вдруг стало неважным. Его мысли были заняты только Настей. Девушкой с теплохода. И представлять он мог только ее. Их недолгий разговор. Как она стоит с телефоном. Как прикуривает. Как улыбается и трогает его плечо.

«Плечо!», – вспомнил он. И не доверяя своим ощущениям, потрогал его. Мышцы оставались совершенно спокойны. Как будто ее прикосновения обладали целебным свойством.

Минула еще неделя, и воспоминания о той встрече не стали менее яркими.

А что если найти её? Не так много Насть руководят издательствами.

Вбив имя и должность в поисковой строке, Олег прошёлся по интернет-страницам. На одном из сайтов он нашел старую новость с ее фото, презентацию книги какого-то писателя. Отыскать ее в фейсбуке не составило труда.

«Отлично, статус – «онлайн». Она прямо сейчас в сети! Повод, нужен повод, чтобы написать», – бормотал он себе под нос.

Что ж, есть же и очевидный.

«Анастасия, добрый день, – начал он печатать. А затем исправил на «Настя, привет!» – будто они давно знакомы.

«Я хотел обсудить сотрудничество. У меня есть рукопись…». Он несколько раз перечитывал своё сообщение, прежде чем послать ей. Слово «рукопись» казалось ему архаизмом. «Текст» – слишком неконкретно. И только кнопка «отправить» остановила его сомнения. Письмо улетело, и тут же ее статус сменился: «была недавно».

Час Олег не отходил от ноутбука. Ничего. На протяжение дня заглядывал на свою страницу – вдруг ее ответ попал в спам. И снова – пусто. И лишь спустя несколько дней сообщение посветлело – его наконец прочитали.

«Просмотрела и сразу вышла из сети. Значит, проигнорировала», – решил он.

И когда Олег собирался спустить сап на воду, неожиданно пришел ответ.

«Привет! Приезжай на выставку в Питер, поговорим. Буду там завтра». И выслала афишу.

Его сердце сильнее забилось. Не раздумывая, он купил билет на ближайший поезд и покинул дом на озере.

На станцию Олег приехал заранее и в нетерпении влетел в вагон. Сиденье рядом с ним было занято. Его соседка в маске чуть подвинулась. Когда он наконец устроился на своем месте, та перешла к очередной серии мультфильмов. Олег украдкой рассматривал её, пытаясь понять, настолько ли она юна для них. И хотя не смог определить её точный возраст, предположил, что двадцать пять ей, пожалуй, есть.

– У вас работает wi-fi? – спросил, чтобы девушка повернула лицо. Над маской он увидел серые глаза и по ним догадался об улыбке. С качества связи они быстро перешли к мультикам, а потом и к маршруту – так Олег пытался понять, где она живёт.

– Вы в Питер в гости или Москву посещали?

– Я из Москвы, еду к своему парню. Пока на выходные.

– Пока?

– Я скоро перееду в Питер.

– Насовсем?

– Надеюсь, – улыбнулась она.

Его вопрос прозвучал некорректно. «Не насовсем, если только расстанемся», – так он закончил фразу, которая не прозвучала вслух.

Они стали говорить о путешествиях по всему миру, о городах, об отелях, откуда её выгоняли.

– За что? – со смехом спросил Олег.

– В бассейне были не в купальниках.

– Без одежды? – не подумав, переспросил он.

Девушка чуть помедлила с ответом:

– В белье.

Олег вспомнил, что они не так хорошо знакомы, да и вообще не знакомы, и назвал своё имя.

– Юля, – ответила она, и легко перешла на «ты».

Позже, когда принесли кофе и сэндвич, она сняла маску, и Олег увидел её лицо. Плотное, с волевым, возможно, слишком тяжёлым для девушки подбородком.

– А ты к кому едешь? – спросила Юля с улыбкой.

«В ее вселенной ехать можно было только к кому-то, а не куда-то».

– К девушке, на книжную выставку. Она там по работе.

– О как! Мы оба едем к близким, в другой город. Как будто в своем нет тех, кто нам нужен, – рассмеялась Юля.

Олегу польстило, что Настю назвали его близким человеком. И он не стал поправлять собеседницу.

– Мы только познакомились, – сказал. – На теплоходе.

Юля вздохнула.

– Начало отношений – это прекрасно. Я скучаю по этому времени.

Они говорили и говорили, делились интересами и желаниями, где хотели бы побывать и почти дошли до мечты, когда голос объявил, что поезд прибывает в город-герой Санкт-Петербург, и оба расстроились.

– Как быстро, – сказал Олег.

– Ага, – кивнула Юля, – Чуть не засыпала, а в итоге время пролетело как один миг. Ну, у нас еще есть пятнадцать минут…

И они снова увлеклись беседой.

– Так ты много где была?

– Да. Хотя до ужаса боюсь летать. И любая поездка по железной дороге и тем более на машине напоминала мучение. А дома усидеть не могла. Хотела каждый день просыпаться в новом городе. И вуаля – сейчас и летаю, и на машине езжу. И на поезде, как видишь.

– И как переборола страх?

– Скажи свои версии. Только честно.

– Алкоголь. Таблетки. Психиатр.

Она долго смеялась.

– Ты забавный. Два слова. Вестибулярная гимнастика.

– Я понимаю значение всех слов, но всё вместе не очень. Хорошее дело?

– Попробуй. Оно того стоит.

«Как же повезло твоему парню», – чуть было не сказал он, когда девушка резко встала, чтобы достать сверху сумку. Поезд шёл всё медленнее, и стоя в тамбуре, Олег мог разглядеть таблички на станциях.

«Вот и закончилась поездка, и общение с Юлей, и недолгое знакомство. Вопрос лишь в том, кто первым бросит: «Пока».

Конечно, это сделала она и побежала по платформе навстречу жениху.

«Хорошего отдыха», – тихо сказал ей вслед.

***

Выставка проходила на Дворцовой, и в сезон все недорогие отели в центральном районе были выкуплены. Олег поселился в гостинице на Петроградке в бывшей коммунальной квартире. Погуглив, он узнал, что в девятнадцатом веке в здании были расквартированы лейб-гусары и находилась гауптвахта.