Алиса Абра
Линия грома

Пролог

Лена смотрела в окно. Внезапный удар грома заставил её отшатнуться и отступить в глубину комнаты, хотя за окном сиял безмятежный солнечный день, стрекозы кружили над альпийской горкой, и разве что вечно гомонящие птицы притихли.

– Грозу обещали, – проронила гостья, с интересом рассматривая отделку стен в гостиной. Лене подумалось, что эта дама она из тех вечных «девушек» что трепетно следят за своей внешностью до глубокой старости чтобы «волосок к волоску», «ноготок к ноготку». Впрочем, и сама Лена была такой, в той, в прошлой жизни, не потому что ей это нравилось, просто работа требовала соответствовать. Она глянула на свои руки с огрубевшей кожей и улыбнулась.

Спутник гостьи по-хозяйски оглядывал камин и кресло-качалку возле него, похоже размышляя втиснется ли в оное его расплывшееся тело, хотя возрастом он был куда как моложе Лены. Надо сказать, что это кресло она везла аж из Италии, потому как в нём она почувствовала частичку своего дома, который с любовью выстраивала почти три года. Она вникала в дела, связанные со строительством, искренне полагая, что таким образом постигает душу будущего дома. Интерьер обустраивала сама не доверяя дизайнерам и дом вышел такой, каким она видела его в своих мечтах. А теперь она его продаёт. Жизнь разделилась на «до» и «после». И она ничуть не жалела. Её душа теперь не здесь, не в этом доме.

Потенциальная покупательница застыла, разглядывая на полке камина фотографию, которую Лена забыла убрать.

– Так вы «она»?! – женщина перевела изумлённый взгляд на Лену, та кивнула. Заметив радостный блеск в глазах, решила, что уступать в цене, как планировала прежде, не станет. Одно дело просто купить дом и совсем иное купить дом у знаменитости пусть и бывшей. – За границу переезжаете, – покупательница понимающее кивнула и вздохнула с явным сожалением, что это не она переезжает.

– Нет, – усмехнулась Лена, – перебираюсь поближе к линии фронта, чтобы много времени на дорогу не тратить, – визитёрша приоткрыла рот от удивления, в её глазах читалось полное непонимание и искренняя неприязнь такого подхода к жизни. Впрочем, Лена это поняла сразу, потому и устроила провокацию. А вот спутник дамы, наоборот как-то весь подобрался, приосанился и с интересом воззрился на Лену. Теперь он не выглядел пухлым рохлей. Лене доводилось не раз наблюдать подобное преображение там, на «лини грома», как она называла линию фронта, хотя многие бойцы её именовали ласково «ленточка». Она довольно часто сталкивалась с людьми весьма успешными, что побросали свои дела и устремились туда. Что ими двигало? Нереализованный азарт военных приключений? Желание доказать себе, что и ты чего-то стоишь? Желание защитить и помочь тем, кто нуждается в помощи? Наверное, всё вместе и у каждого своё. Лена же, побывав однажды на «линии грома», возвращалась туда снова и снова, а теперь и вовсе решила переехать. Да, у неё ещё оставалась квартирка в столице, но она была необходима ей для работы, как временное пристанище. А вот с домом, который она выстраивала с такой любовью, Лена решила расстаться.

Часть 1 Егор

Глава 1

Сильный красивый голос летел над затаившим дыхание залом, заполняя его. Тонкие длинные пальцы ударяли по струнам отбивая звенящий ритм. Девушка с гитарой казалась чудом невесть как попавшим в это малоподходящее для неё место. Её растрёпанные светлые волосы в лучах низкого солнца окружали голову золотистым нимбом. Он улыбнулся и вслушался в текст песни. Когда рефреном зазвучал его позывной, она взглянула ему в глаза, а он смутился и отвёл взгляд. Это совпадение, это просто стихи. Ему удалось убедить себя, и он снова посмотрел на певицу, она улыбнулась, и он готов был поклясться, что она улыбалась именно ему.

Позывной «Гром» возник сам собой от прозвища, прилипшего к нему с детства, его фамилия Громов. Теперь о позывном придётся забыть, его военная жизнь окончена. А мирная? Об этом лучше вообще не думать. Настроение резко испортилось. Он прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, концерт продолжался.

– Вы спите? – спросил тихий голос и это было странно, он давно уже не мог самостоятельно уснуть, а лишь впадал в непродолжительное забытье после обезболивающих, потом снова накатывала боль. Его осторожно тронули за плечо. – Вы задремали, – чуть громче проговорила женщина, но эхо опустевшего зала усилило её голос, он тряхнул головой прогоняя остатки сна. Похоже он проспал весь концерт.

Перед ним на стуле сидела певица, кутаясь в тёплый шарф, что был наброшен поверх объёмного свитера, осень с дождями обрушилась резко, внезапно. А она вовсе не так молода, как ему показалось вначале. Тонкие пальцы нервно натягивали широкие рукава отчего из одного виднелись только кончики с аккуратными ноготками и неприметными мозолями, похоже игра на гитаре не прошла даром для её нежной кожи, а он по армейской привычке первым делом обращал внимание на руки собеседника, выискивая мозоли характерные для стрелка. Другой руки у неё и вовсе видно не было отчего девушка казалась безрукой, он с тоскливой горечью взглянул на свой пустой рукав.

Прошло уже около двух месяцев, а он изо дня в день, когда удавалось провалиться в забытье, видел один и тот же сон, как он ползёт по болоту. Его отряд проводил разведку, нужно было на месте убедиться, что враг готовит наступление, о чём свидетельствовали данные с беспилотников. В предрассветных сумерках им удалось близко подобраться к окопам противника, чему способствовала лесистая местность, и послушать о чём говорят бойцы. Те недоумевали зачем бронетехнику гоняют туда-сюда, сжигая тонны горючего и пехотинцев перебрасывают с места на место, а настоящего подкрепления, которого они так ждут всё нет и нет. За ночь разведгруппа побывала в нескольких точках на этом участке фронта и везде противник делал одно и то же – имитация, а значит наступление будет где-то в другом месте.

Они уже уходили, когда по ним открыли миномётный огонь. Парни остались целы, а его зацепило, левой руки он не чувствовал, поясницу жгло. Отдал приказ оставить его и быстро уходить, друг Тимоха вколол ему обезболивающее, наложил жгут и порывался остаться, но он приказал уводить парней, с ним они далеко не уйдут, а погоня он чувствовал уже где-то рядом. Он слышал собачий лай, по запаху крови его найдут быстро, а ввязываться в бой рискованно. Тимофей зыркнул злобным взглядом, но приказ выполнил. Когда за парнями сомкнулись ветки кустарника, он медленно встал и побрёл в сторону болот, а болота в том районе знатные. Он постепенно ускорял шаг, желая отвести преследователей подальше, его группа должна вернуться на базу как можно скорее и доложить обстановку. Эх, если бы не проблемы со связью!

Он уже слышал голоса и рычание пса, почуявшего кровь, но упорно продолжал идти, выбиваясь из сил. Когда ноги совсем ослабели, он свалился и пополз, выбирая подходящее место для последнего боя. За вывороченным пнём обнаружилась яма, куда он и залёг, достал гранату, с огромным трудом удалось выдернуть чеку. И тут по лесу пронёсся надрывный пронзительный горестный вой. Это собака или волк? Он прислушался, голосов слышно не было, только заунывный вой снова зазвучал над лесом. Он лежал, продолжая вслушиваться в каждый шум в каждый шорох.

Очнулся, когда его легонько похлопали по щекам. Парни укладывали его на носилки, он хотел было возмутиться, но Тимофей сообщил, что отправил двух бойцов на базу с докладом и они уже на месте, связь заработала. Рядом с разведчиками мелькал снайпер в костюме кикиморы, жутковатый камуфляж.

– Его благодари за спасение, Егор, – кивнул в сторону снайпера Тимоха. А тот присел возле крупной овчарки и что-то зашептал ей на ухо, потом махнул ему рукой, мол «не за что» и молча исчез среди деревьев, собака побежала за ним. Снайперы в деле вообще немногословны, существуют в каком-то своём мире, правда обычно работают парами, но этот был один и точно не из их подразделения.

Пока парни бегом тащили его к медикам, Тимоха не давал ему отключиться. Он рассказал, как на полдороги перед ними, как чёрт из табакерки возник этот самый снайпер, пробубнил что-то вроде «своего заберите» и быстро направился в лес. Тимоха отправил двоих с докладом, а остальные пошли вслед за снайпером. По дороге они наткнулись на тела врагов с аккуратными дырками во лбу и двоих пленных накрепко связанных, снайпер дал понять, что они его добыча.

Так с разговорами его доставили в полевой госпиталь, потом была эвакуация вертолётом, оправка в лучший военный медицинский центр, но руку сохранить не смогли. Теплилась надежда, что он хотя бы сможет ходить, но и здесь судьба оказалась не на его стороне. Осколок застрял в позвонке так, что делать операцию не решились, опасаясь ещё больше усугубить ситуацию.

Теперь он пребывал в реабилитационном центре. Он сам попросился сюда, пусть это было и не лучшее место, но оно находилось недалеко от «ленточки» и парням удавалось временами его навещать. Их визиты стали единственной связью с его прошлой жизнью, за которую он с упорством обречённого продолжал цепляться, никак не желая признать, что для него всё кончено. И вот уже месяц он обитает здесь, потому как жизнью это назвать сложно. Инвалидное кресло, медперсонал, их искренне-сочувствующие взгляды и готовность ему помочь, всё это раздражало, а порой и бесило. Бессильная злоба – вот как называлось его состояние. И постоянная изматывающая боль не дающая спать ни днём ни ночью, «фантомные боли» – так говорили врачи. Ночами, стоило ему ненадолго забыться подобием сна, он вдруг чувствовал, как его руку начинают перемалывать в мясорубке и с криком просыпался, пытаясь выдернуть её из кошмарного жёрнова, но руки-то и нет. Он просил сделать ему укол и на некоторое время боль уходила, а после всё повторялось сначала, сны о болотах, мясорубка, боль.

Иногда выпадали хорошие дни, когда боль отпускала, когда ноги его слушались и он мог самостоятельно выходить на прогулку, тогда появлялась надежда, что может всё наладится, говорят и такое случается, он начинал строить планы как восстановится, как снова будет служить пусть и не на поле боя, но он офицер, опыта и знаний достаточно, можно преподавать. Но потом ноги становились ватными, боль накатывала с новой силой, и он впадал в состояние полного безразличия, когда единственное чего хотелось это пустить себе пулю в висок, только вот оружия у него не было. И он вспоминал, как полз по болоту, как зажимал в руке гранату. И почему она не взорвалась, когда он отключился? Наверное, всем было бы лучше. А ещё во сне он видит глаза, что смотрят на него с укоризною и он никак не может понять за что.

Певица продолжала сидеть перед ним на видавшем виды стуле, этот пансионат, ставший теперь реабилитационным центром для инвалидов, сохранился ещё с социалистических времён, и мебель похоже была родом оттуда. Ему, наверное, следовало бы извиниться за то, что уснул, но настроение было не то. И ему неважно, что она о нём подумает. Женщина всё также теребила рукава своего свитера словно не решаясь начать разговор, потом тряхнула головой и громко выдохнула.

– Я хотела бы вам помочь, – наконец произнесла она.

– Руку новую отрастить? – язвительно бросил он, надеясь, что она обидится и отстанет. Творческие люди ведь самовлюблённые эгоисты, так по крайней мере ему всегда казалось. И эту уверенность в нём подкрепила Настя, его бывшая жена. Настя была неплохим дизайнером, ему нравилось смотреть как она работает, превращая обычный интерьер в нечто совершенно уникальное, но потом она увлеклась абстрактной живописью и стала считать себя художником. Поначалу её картины, которые она создавала вместе с интерьером очередного кафе или офиса, пользовались успехом, но, когда свои так сказать «шедевры» она решила выставлять в галереях, покупать их не спешили. Она считала, что общество глупо и не понимает мировых тенденций. Он предлагал ей вернуться к дизайну, а картины сделать его элементом, фирменным стилем, если угодно, но она и слушать ничего не хотела. Попав в тусовку художников в большинстве своём таких же «непризнанных гениев», как и она сама, она грезила персональными выставками где-нибудь в тихой Европе или шумной Америке, правда отправилась в Польшу, предварительно подав на развод. Детей у них не было, развели быстро. Он пробовал жить прежней жизнью водителя-телохранителя, но армейский друг, служивший по контракту, предложил пойти на службу в его часть. А потом жизнь в стране и мире так изменилась, что он оказался на войне.

– Новую руку? – женщина смотрела на него глазами удивлённого ребёнка. – Я хотела… – она снова замялась. – У меня есть друг, он отличный хирург, – вдруг быстро заговорила она, – он сможет сделать вам операцию на позвоночнике, нужно только ваше согласие.

– У меня нет денег, – сухо проронил он.

– Оплата пойдёт из фонда, – скороговоркой сообщила она, ожидая положительного решения. Конечно, ему следовало немедленно соглашаться, что ему терять даже если эта надежда призрачна? Другого шанса точно не будет.

– Я подумаю, – всё же ответил он, от сочувствия окружающих его коробило. Она недоумённо пожала плечами и сникла.

– Позвоните мне, когда примите решение, – она устало поднялась со стула, вытащила из кармана брюк смартфон, набрала номер. Его телефон отозвался вибрирующим звуком в кармане пижамной куртки. – Теперь у вас есть мой номер, – она направилась к двери. – И да, вам привет от Тимофея, их перебрасывают дальше на запад, – обернулась она, уже взявшись за ручку.

– Вы знакомы? – удивился он.

– Я выступаю не только здесь, но и там, – она сдержанно улыбнулась. – Друзья беспокоятся о вас.

– Как вас зовут? – он направил инвалидное кресло к двери.

– Лена.

– Спасибо, Лена. И … я согласен.

– Тогда не будем терять время, транспорт прибудет через тридцать минут, -сообщила она радостно улыбаясь.

– Но, надо, наверное, оформить какие-то документы, – растерялся он.

– Все формальности я улажу, давайте лучше займёмся сборами, – она распахнула перед ним дверь.

Сборы много времени не заняли и вскоре он благодаря стараниям дюжего хотя и немолодого санитара Гриши и бригады медиков был благополучно загружен в прибывший медицинский автомобиль. Молодые парни в белых халатах решили сразу приступить к обследованию, цепляя к нему провода кардиографа. Машина шла на удивление плавно, хотя прежде он на собственной спине прочувствовал все кочки и выбоины этой дороги, когда его везли в пансионат. Машину мерно покачивало, и он неожиданно для себя задремал.

– Прибыли! – разбудил его голос и обдало холодом из открытой двери. Ему даже показалось, что повеяло морозцем, впрочем, скорее всего это ото сна. Машина стояла внутри освещённого помещения, возможно, парковки. Его выгрузили на каталке и завезли в лифт, что оказался рядом. Из лифта они попали в коридор отделения весьма приличной на его взгляд клиники. Медсестра на посту с помощью смартфона считала данные с аппарата, что предоставили ей сотрудники «скорой».

– Везите в третью, – скомандовала она. – Врач сейчас будет.

Его завезли в палату да так и оставили на каталке, впрочем, через несколько минут появился довольно молодой мужчина.

– Я Денис, если хочешь Антонович, друг Лены, – представился он. – Ты Егор, как? Готов прямо сейчас? Или денёк-другой полежишь для адаптации?

– Уж лучше сразу, – отозвался он. – Чего тянуть?

– И то правда, – согласился тот. – Лена мне твою медкарту и все обследования ещё пару недель назад переслала. Сейчас тебя подготовят и начнём, – он ободряюще похлопал его по руке.

Появились медсёстры, раздели его и ловко переложили в каталку-капсулу, которая сверху автоматически закрылась прозрачным куполом. Подобного ему прежде видеть не доводилось, похоже это весьма дорогая клиника. У него даже мелькнула мысль, а вдруг это центр трансплантологии и его сейчас разберут на запчасти, ходили слухи, что в стане врага такое частенько случается с тяжелоранеными. Неужели и он попался на заманчивое предложение? А впрочем, ещё недавно ему и вовсе жить не хотелось, так стоит ли переживать? Просто обидно, что он поверил женщине, а если она…

Глава 2

– Как дела, командир? – он пытался что-то ответить, но издал лишь булькающий звук. Глаза открывались с трудом, он лежал всё в той же капсуле только теперь она была доверху заполнена жидкостью, и при этом он почему-то мог дышать. Он шевельнул рукой, жидкость оказалась приятно-мягкой на ощупь, но плотнее воды – этакий жидкий кисель, правда совсем прозрачный. От такого сравнения ему сделалось смешно, он улыбнулся и пошевелил ногами. Ноги его слушались! Он качнулся всем телом и почувствовал себя пловцом на волне. – Притормози, командир, а то вылетишь на пол! – Из-за стекла ему улыбался Денис. – У нас всё получилось, поспишь ещё денёк в капсуле и будешь свободен! – спать и правда хотелось.

Следующее пробуждение случилось уже в палате. За окном шёл снег!

– Как ощущения? – с улыбкой спросил Денис.

– Настроение отличное! – признался он и сладко потянулся, пошевелил ногами, согнул, разогнул. – Смотри-ка, работают! – с восхищением взглянул на врача.

– А то! У нас здесь всё работает!

– А рука-то не выросла, – попенял он, показывая из-под одеяла короткий остаток плеча, раньше на эту тему он и разговаривать спокойно не мог, а теперь вот шутит.

– Ну, ты и нахал, братец! – поддержал шутливый тон Денис. – Мы ему ноги можно сказать соорудили, а он ещё и руку требует. Руку сначала отработать надобно.

– Ты это серьёзно?

– Вполне! Подопытным пойдёшь?

– В каком смысле?

– Наши спецы тестируют новую линейку протезов, поучаствовать хочешь? Предупреждаю, гонять будут нещадно! Нагрузки как на военном полигоне.

– Годится! – сразу согласился он. – К полигону мне не привыкать!

– Вот и ладушки! – врач удовлетворённо потёр руки. – Завтра и приступишь, а сегодня отдыхай. Это тебе на память, – он поставил на прикроватную тумбочку прозрачный флакончик, на дне которого лежал металлический осколок размером с чечевичное зёрнышко.

– Надо же, маленький, а столько проблем, – проворчал Егор с неприязнью поглядывая на «подарок». – Денис, а снег давно идёт? – заинтересовался он, уводя разговор с неприятной темы. Не хотелось ему омрачать воспоминаниями столь чудесный день.

– Уж пару недель, осень же.

– Когда выезжали дождь был и листья зелёные.

– Так, то у вас «там» – листья, а у нас «тут» – сугробы!

– А мы где?

– Это Сибирь, детка! Самый её как говорится север, – усмехнулся врач.

– Как же я тут оказался?

– Как, как? Воздушным транспортом, по-другому никак! Ты проспал всю дорогу. Прости, Егор, у меня дела, а ты давай осваивайся! Лежмя не лежи, но и бегом не бегай, – подмигнул ему Денис и вышел.

Егор повернулся с боку на бок, привычной боли в спине, что неотступно сопровождала его в последнее время, не было и это уже казалось счастьем. Он осторожно, всё ещё не доверяя своему телу сел на кровати, посидел, покрутился из стороны в сторону, прислушался к своим ощущениям, ощупал рукой спину в поисках послеоперационного шва, закрытого повязкой, но, к удивлению, ничего не обнаружил, разве что слегка болезненный участок кожи. Он недоумённо пожал плечами, встал и медленно прошёл к окну. Взгляд остановился на белой сове, что, не мигая взирала на него своими жёлтыми глазищами с пушистой лапы заснеженной ели. Похоже и правда север.

– О! Сосед проснулся! – услышал он голос, стена отодвинулась, являя рыжую кучерявую голову улыбчивого паренька. – Я Зазик, – представился он. – Можно Азиз, но Зазик привычнее. Пойдём на завтрак что ли!

– Ты что, сквозь стены ходишь? – усмехнулся он, мальчишка был занятный, чем-то похож на молодого весёлого танкиста, с которым он познакомился в первый свой боевой выход, наверное, потому и запомнил. Они возвращались с задачи, уставшие, грязные, промокшие и начался обстрел, залегли в лесополосе. А тут выезжает шальной рыжий на танке и орёт: «Давай за мной!» Сам разворачивает башню и лупит. Они само собой воспользовались предложением и укрываясь за танком выскочили из опасной зоны, а после на броне домчались с ветром и грязью, подгоняемые вражеской артой. Про безбашенного рыжего танкиста много баек ходило. После они ещё пересекались несколько раз, но подбили говорят, танк рыжего выгорел дотла. А он даже имени его не спросил.

– Егор, ты что, меня не узнал?! – расхохотался парень.

– Рыжий танкист?!

– Ну, да! Помоги мне! – Зазик крутил головой пытаясь протиснуть плечи.

– Сейчас! Что же ты сквозь стену ломишься?

– Не стена это, а ширма, её сдвинуть надо, а у меня не получается, руки заняты, – совместными усилиями ширма сдвинулась, открывая точно такую же палату, он молча смотрел на рыжего. Парень опирался на костыли, одной ноги не было вовсе, а вместо другой из-под пижамных штанов выглядывал металлический протез необычной конструкции. Единственной уцелевшей конечностью была левая рука, которой он опирался на костыль, от другой руки осталось едва ли три четверти, ею он каким-то образом удерживал второй костыль и при этом Азиз излучал искреннюю радость и веселье. – Если устанешь от меня, не парься, просто закрой ширму и всё! Пойдём есть! – и рыжий бодро поскакал к двери.

– Говорили, что ты погиб вместе со всем экипажем.

– Не дождутся, – хихикнул рыжий. – И про экипаж врут, живы все, – Зазик притормозил у двери, ожидая пока та откроется, они здесь похоже были на фотоэлементах, что значительно облегчало передвижение инвалидам.

– А что произошло? – ему было интересно, как рыжему при таких увечьях удалось выжить, кровопотеря-то огромная. Меж тем из коридора они свернули в трубу тоннеля, на удивление светлого, хотя лампочек Егор как ни вертел головой обнаружить не смог.

– Какая-то дрянь в танк прилетела, а я на башне сидел, – охотно отозвался рыжий. – Повезло, что машина дала ходу и удар пришёлся по касательной, вот башню и снесло, вместе со мной. Аллах велик! Чеченские братья неподалёку оказались, меня сразу жгутами обвязали и доставили в госпиталь, после я уж сюда попал, – беззаботно рассказывал он словно речь шла не о его жизни, а об очередном приключении, коих в его безбашенной службе похоже было предостаточно. – Ну, открывай! – Зазик хитро прищурился, остановившись у большой двустворчатой двери с иллюминаторами, что напоминала вход в особо опасную зону.

Почувствовав подвох, Егор осторожно прикоснулся к двери и створки вдруг разъехались в стороны, наполнив пространство многоголосьем шумного зала.

– А чего, сама не открывается? – удивился он.

– Для нас это запретная территория. Мы в самоволке. Никому ни слова, – шёпотом предупредил рыжий прохиндей и попрыгал вперёд. Егор смотрел по сторонам не понимая, где он оказался, на больницу это место походило меньше всего.

Огромный зал с купольным сводом был разделён на зоны с разнообразной растительностью и фонтанами, где располагались небольшие кафе, магазинчики и просто уютные уголки для отдыха.

– Что-то непохоже на больничную столовую, – с издёвкой проговорил Егор.

– А разве я говорил про столовую? – парировал рыжий. – Я знаю местечко, где готовят дивное мясо на углях, сочное с румяной поджаренной корочкой, – от этих слов рот Егора сразу наполнился слюной. – Больничная еда от нас ведь никуда не денется? Её, кстати, тоже готовят отменно.

– Ладно, веди к мясу, – согласился он.

– У нас с тобой на двоих пара ног и пара рук, – размышлял рыжий лавируя между деревьями в кадках по одному ему ведомому маршруту. – Нужно занять место поближе к жаровне.

– Азиз, ну, где ты пропадаешь?! – крикнула молоденькая девушка с двумя хвостиками, что торчали забавными рожками и помахала ему рукой.

– О! А нас уже ждут! – он подмигнул Егору и направился в её сторону. За длинным деревянным столом с деревянными же лавками сидела группа молодёжи. Полная приветливая женщина в костюме трактирщицы по-матерински обняла Зазика и чмокнула в щёку.

– Ты сегодня с другом? – она одобрительно глянула на Егора. – Ребятня тебя уже заждалась.

– Да вот, чуток припозднился, – усмехнулся рыжий.

Их как дорогих гостей усадили во главе стола, а дородная хозяйка поставила перед ними тарелки с аппетитными кусками мяса с дымком и салатницы с овощами и зеленью.

– У меня нет денег, – шепнул Егор другу.

– И не нужно, – отозвался тот. – Расскажешь пару боевых историй, только не страшных, ни к чему детей пугать. Тёть Зоя, – обратился он к хозяйке. – А налей-ка нам кваску!

Пока они раскладывали по тарелкам еду, она принесла запотевший кувшин с напитком, отёрла его дно полотенцем и наполнила керамические кружки.

Егор уже и не помнил, когда ел с таким удовольствием, в последние два месяца он вообще не ощущал вкуса пищи. Азиз же успевал не только поглощать мясо, но и увлечённо рассказывать о своих военных приключениях. Ребята слушали, открыв рты.

– А-а, вот вы где! – стройная девушка в камуфляже укоризненно покачала головой и погрозила пальцем.

– Всё, спалились, – прошептал кто-то из ребят.

– Азиз, они опять из-за тебя опоздали на урок! – девушка одарила рыжего суровым взглядом.

– Аннечка Фёдоровна, не сердись! – лучезарно улыбнулся тот. – Фронтовой друг прибыл, – он указал глазами на Егора. – А ребята пусть напишут сочинение на тему моих рассказов. Идёт? Считай, что занятие провёл я! – он гордо выпятил грудь.

– Ты мне в который раз урок срываешь, – она демонстративно закатила глаза.

– Аннушка, ну не сердись! – вступилась хозяйка заведения. – Всё же фронтовые друзья и ребятам интересно.

– Тёть Зоя, и ты туда же! Вы мне дисциплину портите!

– Анна Фёдоровна, мы напишем сочинения, вам понравится! – наперебой загалдели ребята.

– Хорошо, – сдалась она. – Но все встречи вне уроков! – многозначительно произнесла она, сверля взглядом Зазика.

– Как скажешь Анночка, – сразу согласился он и толкнул под столом Егора, поиграв бровями скосил взгляд на симпатичную учительницу. – Хороша, как весенний цветок, – прошептал он и причмокнул губами.

Ребята попрощались и потянулись вслед за учительницей что, вздёрнув голову делала вид, будто весьма расстроена сегодняшним инцидентом.

– На самом деле она славная, молодая ещё, – как-то по-отечески мудро улыбнулся Азиз, и Егор вдруг почувствовал, что его впечатление о рыжем весьма обманчиво.

Хозяйка принесла им ещё квасу и румяные пироги с сыром.

– Спасибо, тёть Зоя, – поблагодарил Азиз. – Но нам ещё в больничной столовой отметиться нужно, а то доктор обидится, – он подмигнул Егору. – Денис ведь для каждого индивидуальный рацион подбирает исходя из тяжести ранений. – Егор удивлённо вскинул бровь. – Наука, а ты как думал?! – изрёк он, поднимаясь из-за стола.

– Так я вам с собой заверну, – хозяйка быстро сложила пироги в бумажный пакет и сунула в тканевый рюкзачок. – Вот вечерком чаю попьёте! – она протянула его Егору.

– Спасибо за заботу, – он смущённо опустил глаза и кинул взгляд на Азиза, тот кивнул, Егор закинул рюкзак на плечо и помог другу с костылями. Назад они шли знакомым маршрутом. – Всё же без денег как-то не удобно вышло, – посетовал он.

– Ах, так ты же новенький, здешних порядков ещё не знаешь, а я балда забыл тебе сразу объяснить, – фыркнул рыжий, мгновенно обращаясь в безбашенного Зазика. – Не парься, здесь как в Турции – всё включено! Можно есть и пить сколько угодно, только доктору ни слова! – он зыркнул на друга.

– Азиз, а ты по национальности кто? – спросил он, уж очень необычным был рыжий приятель.

– Понятия не имею, – отозвался тот, – я ж детдомовский. У нас бабушка-татарка работала Нафиса Идрисовна, звала меня Азизом, а после опекунство оформила и к себе взяла, говорила, что я на брата её очень похож. Вот так я стал татарином. Бабушка Нафиса была очень добрая, покинула этот мир, когда я в армию ушёл, а после я на войну подался.

Егор слушал рассказ и вспоминал свою маму, которой запретил приезжать к нему в госпиталь, как она не уговаривала, потом, конечно, поговорил с отцом, объяснил, что видеть пока никого не может и просил успокоить мать, пусть лучше внуками занимается. У сестрицы детишек двое, а скоро и третий на подходе. Сейчас подумал, что нужно обязательно поговорить с родными, а то ведь он даже звонить им перестал, отделывался несколькими строчками в мессенджере.

Больничная столовая оказалась вполне обычной, но кормили действительно хорошо. После мясного завтрака он с удовольствием загрузил в себя овсяную кашу с фруктами, порцию свежайшего творога со сметаной и чай с молоком. Азизу же подали куриный бульон с яйцом, картофельную запеканку с мясом и чёрный кофе.

– Какая разная у нас с тобой диета, – усмехнулся Егор, посматривая на друга, что уплетал за обе щёки будто и не ел мяса в таверне.

– Ничего удивительного, – отмахнулся тот. – Ты послеоперационный, а мне на тренировке силы нужны.

– Да какие тебе тренировки?! – изумился Егор.

– Как это какие? Ты глянь, какую мне ногу забабахали, – он задрал штанину, обнажая металлический протез, части которого в точности повторяли все косточки скелета. Зазик скинул больничный шлёпанец и пошевелил железными пальцами. – Хочу вторую ногу такую и руку, – он повертел остатком руки. А для этого тренировки нужны, сам скоро узнаешь! – он залпом выпил кофе. – Ладно, мне пора, а ты не скучай! – он сунул костлявую стопу в шлёпанец, поднялся и направился к выходу.

– Я вижу вы подружились, – к Егору подсел Денис. – Наверняка уже побывали в таверне, – он хитро прищурился. – Я знаю страсть Азиза к мясу и ничего не имею против, только ему об этом не говори, – Егор удивлённо взглянул на врача. – Понимаешь-ли, парень привык к бурной насыщенной жизни, ему здесь приключений не хватает, вот я и устраиваю для него разные трудности, – он смущённо пожал плечами. – Азиз у нас как пилюля от хандры и уныния, просто антидепрессант ходячий!

– Мы с ним с фронта знакомы, – улыбнулся Егор.

– Вот как? То-то он к тебе в соседи набивался, хотя у него отдельная палата была. Да, хочу тебя сразу предупредить, посещения родственников невозможны, потому как мы очень далеко от цивилизации и сюда прибывает только спецтранспорт, но интернет работает исправно, общайся сколько захочешь, правда рассказывать всего, что ты здесь увидишь нельзя. Поскольку ты согласился участвовать в испытаниях, тебе предстоит подписать договор о неразглашении, у нас здесь зона повышенной секретности. Новейшие разработки, сам понимаешь, – Денис смерил его серьёзным многозначительным взглядом.

– А почему у меня шрама на спине не осталось, – задал Егор вопрос, что так мучил его.

– Так я же говорю – новейшие разработки, – усмехнулся тот, – малоинвазивная медицина. Ладно, мне пора, – он протянул руку прощаясь, Егор ответил рукопожатием.

Вернувшись в палату, он достал из тумбочки смартфон с намерением позвонить родителям, но его взгляд упал в окно, и он снова увидел белую сову, что таращила на него свои жёлтые глазища, она покачала головой и взлетела так мягко, что даже не потревожила свежевыпавший снег на лапах высокой ели. Сова напомнила ему, что он находится где-то в Сибири, а значит дома ещё ночь и будить родителей своим звонком сейчас точно не стоит.

Глава 3

Постучав, в дверь заглянула медсестра и пригласила его к заведующему отделением.

Егор подтвердил своё решение участвовать в испытаниях, выслушал инструкцию о соблюдении тайны, подписал договор о сотрудничестве и отдельно договор о неразглашении полученной во время пребывания здесь информации. После его отвели на примерку протеза, чему он весьма удивился, ведь согласие он дал всего лишь пару часов назад.

Протезист оказался бородатым здоровяком, увидев Егора он расплылся в улыбке словно они сто лет знакомы.

– Мне Зазик о тебе рассказывал, – пояснил он, осторожно пожимая его руку, протянутую для приветствия. – Вот, принимай аппарат! – он открыл блестящий металлический футляр, где на подкладке из стального цвета бархата возлежал металлический скелет руки, увитый проводами и трубками. – Красавица, правда?! – он радостно взглянул в глаза Егора, тот его радости не разделял, потому как протез выглядел откровенно пугающе, особенно на фоне шикарного чемоданчика. Хозяин кабинета не услышав восторга, обиженно выпятил нижнюю губу и засопел. – Садись, примерять будем, – пробурчал он. – Или ты передумал? – и он взглянул так, что у Егора мурашки побежали по спине и показалось будто волосы на загривке становятся дыбом.

– Не передумал, – Егор стиснул зубы и сел в предложенное медицинское кресло, хотя если честно сейчас ему больше всего хотелось сбежать подальше от этого человека, что наводил на него какой-то животный страх. Но он вспомнил, как недавно хотел пустить себе пулю в висок, как потом решил, что попал в лапы чёрных трансплантологов и ему сделалось стыдно от собственных страхов. Он глубоко вздохнул и расслабился, отдавая себя в руки бородатого человека.

– Вот и хорошо, вот и правильно, – приговаривал тот, бережно поднимая протез с его бархатного ложа, будто мысли Егора угадал. – Можешь закрыть глаза, если тебе неприятно. Меня кстати Аким Михайлович зовут, но все кличут Михалыч.

Егор прикрыл глаза, из-под ресниц наблюдая за манипуляциями Акима, а тот словно и забыл про него. Он что-то тихо приговаривал, поглаживая протез и отсоединяя его трубки и провода от небольшой коробочки. Егору даже подумалось, что Михалыч малость не в себе, но он быстро отогнал эту мысль, а мужчина всё продолжал ворковать над железной рукой, как над малым ребёнком.

– Ну, начнём, – пробасил Аким. – Сейчас будет немного неприятно, – предупредил он, одевая эластичный манжет на культю Егора, тот сразу сдавил мышцы, а Михалыч быстро вставил остаток руки Егора в коробочку, к которой крепился протез. Место соединения обожгло, а после будто пронзило сотнями мелких молний. Такая же боль пронзала спину Егора, когда в его позвонке сидел осколок и от которой он уже начал отвыкать. – Дыши глубоко, – посоветовал Аким, – сейчас отпустит.

Боль действительно угасла, Егор взглянул на плечо, где крепилась коробка и понял, что он ошибся. Коробка на деле оказалась прозрачным пластиковым сосудом с кисельной жидкостью, в которую теперь была погружена культя и где она соединялась с протезом, который без трубок и проводов выглядел костлявой рукой скелета и оттого казался ещё безобразнее.

– Ну, пошевели пальцами, – потребовал Аким, Егор выполнил указание. – Да не на этой руке, а на новой! – Егор обалдело вытаращился на Михалыча. – Чего смотришь? Пробуй давай! – рыкнул он, Егор с неприязнью глянул на протез, не понимая, чего от него хотят. – Ладно, – смягчился Аким, – закрой глаза и представь, что у тебя не эта рука, а твоя бывшая, – Егор заметил, что тот упорно не называет своё детище протезом. Последовав совету, он закрыл глаза и представил свою руку. – Так, хорошо, теперь сожми кулак. Отлично! Теперь щёлкни пальцами. – Услышав характерный щелчок, Егор удивлённо распахнул глаза и увидел, как протез замер со сложенными в щепоть пальцами. – Отлично работает, – Аким с любовью погладил протез, словно это Егор был приложением к железной руке. – Отнесись со всем вниманием к тому, что я тебе сейчас скажу, – он опять пронзил Егора столь тяжёлым взглядом, что у того волосы зашевелились и ему с трудом удалось совладать с паникой. – Это не протез, как ты думаешь. Здесь, – он нежно погладил железную конечность, – скрыто нечто, оно быстро учится и чем раньше ты с ним поладишь, тем легче тебе будет в дальнейшем. Иди уже, – он устало махнул рукой. – И не бойся меня, это я только с виду страшный.

Егор быстро покинул кабинет. Запоздало вспомнив, что забыл попрощаться, он возвращаться не стал, вспоминая дикий взгляд Михалыча и свой необъяснимый страх перед ним. В коридоре опершись на костыли стоял Азиз.

– Красавица! – цокнул он, поглядывая на железную руку.

– Ты это серьёзно?

– Абсолютно, ты ещё просто не понимаешь с чем имеешь дело, – он хитро усмехнулся.

– Так объясни!

– Прости, брат, это уже часть тебя и только тебе с этим разбираться и жить.

– Да ну вас всех! – Егор досадливо махнул рукой и пошёл по коридору.

– Не сердись! – Азиз поспешно запрыгал следом. – Я действительно не могу тебе помочь даже при всём желании. Пойдём на обед, а то я проголодался как зверь! – Егор усовестился и замедлил шаг, подстраиваясь к походке друга.

Они сели за облюбованный утром столик. За два месяца Егор приноровился обходится одной рукой, а потому продолжал действовать как привык. Обед оказался обильным и сытным.

– Единственное, что я могу тебе посоветовать, – Азиз был на удивление серьёзен. – Забудь, что это протез. Действуй так, будто это твоя прежняя рука. Поверь, я знаю, что говорю.

После обеда настроение несколько улучшилось, и он не стал вступать в спор с единственным на сегодняшний момент другом, хотя то, что тот говорил, Егору казалось сущей глупостью.

– Я спать, – заявил Азиз едва они вошли в палату. – Ширма, – скомандовал он и та поехала, разделяя палату на половины. Егор удивился и зачем рыжему понадобилось устраивать цирк с отодвиганием ширмы вручную? Впрочем, зная его любовь к приключениям… Он подумал, что стоит подробнее разузнать у друга о технических прибамбасах этого места. Егор взглянул в окно, на улице смеркалось и ему показалось, будто мелькнули белые крылья, а может то была вьюга, что начинала петь свою песню и сыпать в окно пригоршни снега. День становится всё короче, наверное, скоро полярная ночь.

Егор достал телефон и нажал вызов родителей. Обрадованная мама торопливо рассказывала семейные новости, а он всё время чувствовал, что она с трудом сдерживает рыдания.

– Мама, у меня уже всё хорошо, – уверял он. Он хотел рассказать о клинике, но почему-то не смог, а сказал, что заключил контракт и теперь работает на севере. Услышав, что в комнату вошёл отец, он включил видеосвязь. Мама улыбалась, украдкой вытирая слёзы, отец по-военному бодрый, ведь он полковник в отставке и тоже хотел на фронт, но врачи запретили, рассказал о новом назначении на оборонный завод. Егор доложил ему о контракте, об участии в особом проекте и пообещал звонить чаще, передал привет сестре, её мужу и детям. И что мешало ему раньше общаться с близкими? Он не знал. Слушая голос вьюги, он прилёг на кровать.

Мягкие белые крылья окутали его, даря тепло и спокойствие, ему снился голос ветра и бескрайние заснеженные поля с низкорослыми деревцами, что как островки возникали то тут, то там среди белых просторов…

Глава 4

– Вставай, сосед, нас ждут великие дела! – раздалось у него над ухом. Открыв глаза, Егор обнаружил неугомонного рыжего с неизменной улыбкой на губах. – Ты что, в спячку впадаешь?! – веселился он. – Вчера будил тебя на ужин, да где там! Отвернулся на другой бок и засопел, пришлось одному в столовую тащиться. Ты давай быстрее! На тренировку скоро, а тебе лёгкий завтрак не повредит, не ровен час, ноги протянешь, – насмешливо фыркнул он.

Егор проворно вскочил с кровати и отправился в душ, давно он не чувствовал себя таким бодрым. Вспомнил, что снились ему снег и вьюга, в которой он будто бы летал, что было странно, последний раз он летал во сне ещё в школьные годы. Хорошо, что не снились болота и не случилось той боли, которая стала его бесконечным кошмаром. Хотя теперь воспоминания о болотах казались чем-то далёким, словно это происходило не в его, Егора, а в чьей-то другой жизни.

Он быстро принял душ, глянул на свою спину в зеркало и никаких последствий операции, как ни приглядывался обнаружить не смог. Он оделся в спортивный костюм, что оказался в шкафу и удобную обувь, которую сначала принял за кроссовки. Он хотел было расспросить Азиза о занятной обуви, но тот так быстро поскакал из палаты, что Егор с трудом за ним поспевал. Завтракали молча и быстро, хотя Егор всё ещё не мог отделаться от блаженного чувства полёта, которое наполняло его неописуемым восторгом. В таком же бодром темпе Азиз вёл его по коридору на «полигон», именно так он назвал пункт назначения.

За распахнувшейся перед ними раздвижной дверью, обнаружился большой спортзал, разделённый на зоны, в одной он увидел множество тренажёров, а в другой перед зеркальной стеной уже выстроились в две шеренги мужчины с протезами вместо рук и ног, что сразу бросилось ему в глаза. Они в отличии от него были одеты в шорты и майки. Егор только теперь обратил внимание, что у Азиза появился протез руки, он собирался поздравить приятеля, но в зал вошёл крепкий мужчина в летах, одетый в камуфляжные штаны и футболку, его мускулатуре мог любой атлет позавидовать. Он бросил недовольный взгляд на Азиза и скомандовал:

– Встать в строй! – тот указал взглядом на Егора, мужчина кивнул. – Новенький работает позади всех, Азиз опекает, – распорядился он. Азиз подтолкнул зазевавшегося Егора задавая направление, и они пошли в глубину зала.

– Кто это? – тихо спросил Егор.

– Максим Борисович, наш командир, – шепотом отозвался друг. – Позывной Лютый, может слышал на фронте, – Егор был несказанно удивлён, о полковнике ходили легенды, только говорили, что погиб он.

– Ну, дроны-камикадзе, готовы работать?! – громогласно рявкнул тот.

– Готовы! – дружно крикнули бойцы. В зале зазвучала ритмичная музыка, Егор отметил, как слаженно двигаются мужчины выполняя разминку с элементами рукопашного боя, он даже порой не мог различить, где живые конечности, а где протезы. Азиз опираясь на костыли, тоже старался выполнять доступные ему движения.

– Новенький, включайся в работу! – приказал командир, зычным голосом перекрывая музыку. Егор вздрогнул и начал двигаться.

Он честно пытался выполнять упражнения, но протез категорически не желал его слушаться, лишь только когда он закрывал глаза и представлял свою руку, ему удавалось совладать с упрямым механизмом. Когда же он открывал глаза и видел железный скелет вместо руки, протез тут же замирал. На самом деле, как объяснил ему Азиз, тот не был металлическим, а был сделан из специального материала по свойствам и структуре идентичного человеческой кости, а металлический оттенок, который ввёл Егора в заблуждение, ему придавало специальное покрытие, обеспечивающее прочность. Эти знания, впрочем, никак не повлияли на процесс обучения, протез оставался недвижимым, пока Егор не закрывал глаза и не представлял собственную руку. Полковник, поглядывая на него досадливо морщился и качал головой. К окончанию занятий Егор вымотался и физически, и морально. Ему хотелось оторвать злосчастный протез и зашвырнуть куда-нибудь подальше.

– Егор, ну почему ты меня не слушаешь? – пенял ему друг за обедом. – Прими свою новую руку, как часть себя и вот увидишь, всё наладится! – он хотел было возразить, что ему-то легко рассуждать, но вовремя спохватившись, что положение друга куда плачевнее, чем его самого, передумал.

– Лютый вон какой здоровый, – проворчал он.

– Ага, – согласился Азиз, – только безногий, как и я. В отставку вышел полковником, потом пошёл добровольцем… попал под удар вражеской арты, спасая раненых. Всех вытащил, а сам вот…

– Никогда бы не подумал, что он инвалид, – смутился Егор.

– Он мечтает создать отряд из таких же как он и вернуться туда, говорит, что враги за ноги ему задолжали.

– Думаешь, у него получится?

– Поживём-увидим, – пожал плечами Азиз, искоса поглядывая на друга. Идея командира пришлась Егору по душе. Он тревожился за своих парней и очень хотел вернуться. А если это действительно шанс?

Следующие несколько недель прошли в бешенной работе. Егор тренировался как заведённый два раза в день в зале, между тренировками посещал бассейн, который тут тоже имелся, а ещё в тире. Он всё-таки спросил у Азиза про удивительную обувь, удобство которой оценил сполна. Вернее, надев башмаки, сразу о них забыл и вспомнил лишь вечером, хотя раньше новая обувь порой создавала проблемы. Друг рассказал, что здесь разрабатывают и тестирую много интересных, а главное полезных вещей, в том числе военное оборудование, обмундирование и спортивную одежду. В последнем Егор убедился сам, ежедневно выбегая на пробежки утром и вечером, наматывая круги по обширной территории. Спортивная одежда тоже была под стать обуви, она сама села по фигуре, в ней он чувствовал себя комфортно как в помещении, так и на улице, не испытывая ни жары, ни холода, а ведь тропа его ежедневных пробежек пролегала в настоящем заснеженном лесу. Теперь его не удивляло, что многие здесь предпочитали носить камуфляж.

Пробегая мимо своего окна, он всякий раз бросал взгляд на ель, надеясь увидеть сову, но она так ни разу больше не появилась. Он чувствовал, как тело быстро восстанавливает прежние навыки и даже становится крепче и выносливее, но гадкий протез никак не хотел его слушаться, их взаимодействие оставалось на прежнем уровне. Вечерами он просто валился на кровать и засыпал мертвецким сном. Но порой, когда накатывало состояние дикой хандры и уныния от неспособности совладать с упрямым изделием, он слушал в наушниках песни Лены или смотрел её видео, которое отыскал в интернете, а после ему снились белые мягкие крылья, что баюкают его над заснеженными равнинами под призывное пение ветра и того ему на душе делалось тепло и спокойно.

Глава 5

Как-то утром не обнаружив Азиза на месте, Егор подумал, что друг решил его не тревожить и отправился в свою любимую таверну за порцией мяса на углях, куда частенько хаживал пока Егор бегал перед утренней тренировкой. Ему тоже захотелось мяса, и он пошёл знакомым маршрутом, правда Зазика он обнаружил в небольшой кафешке, приятель о чём-то беседовал с Михалычем, они пожали друг другу руки, и Аким быстро ушёл, а Азиз увидев Егора приветливо замахал, подзывая к себе. На столе источая аппетитный запах стоял уже разрезанный мясной пирог, часть которого видимо пришлась по вкусу Акиму, у Азиза на тарелке лежал целый кусок, а значит другу было не до еды. Весь его загадочно-предвкушающий вид показывал, что он готовит какую-то авантюру. Впрочем, Егор с вопросами не лез, предпочитая, чтобы приятель раскололся сам, он уже чувствовал его нетерпение. Он сел за стол, неспешно налил себе чаю из стоящего на столе чайника и отрезал большой ломоть пирога.

– Решил подкрепиться перед тренировкой? – Егор указал взглядом на тарелку друга.

– Сегодня у Лютого выходной, – оповестил тот, за глаза друзья только так называли командира, потому как позывной точно отражал его крутой нрав. – На рыбалку отправился, – доложил Азиз, откусывая кусок пирога. – Может и мы прошвырнёмся? – он заговорщически подмигнул Егору. – Надоело уже! На территории все дорожки исхожены, все ёлки изучены! Нужны новые впечатления!

– Ты уверен? – Егор покосился на костыли друга.

– Уверен, – твёрдо ответил тот. – Ты же будешь со мной! – в любом другом случае Егор наверное бы не согласился, но раз тренировки не будет, то он просто понятия не имел, чем себя занять.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – вздохнув, пробормотал он.

– А то! – Зазик лучезарно улыбнулся и заказал солянку. Горячий суп пришёлся весьма кстати. Егор, уплетая суп с пирогом вспоминал воскресные мамины блины, теперь он часто звонил домой.

Азиз продолжал отмалчиваться, и не спешил делиться своим планом, что крутился в его рыжей голове, а в этом Егор был уверен. Они миновали светлый и совершенно безлюдный тоннель, что несколько удивило и остановились у двустворчатых дверей с иллюминаторами. Егор улыбнулся решив, что они у цели и тронул двери рукой, те беспрепятственно их впустили и тут же сомкнулись, он с недоумением взглянул на друга. Они оказались в небольшой комнате, где кроме пары аскетичных диванов ничего больше не было. Рыжий с ухмылкой тронул стену, и та открылась, показывая гардеробную с комбинезонами и специфической обувью.

– Ты что, на горных лыжах решил покататься?! – опешил Егор, рассматривая ряды ботинок.

– Не боись, мы только погуляем, но одеться нужно теплее, – он ловко выудил комбинезон и кинул его на диван. Помогая друг другу, они облачились в комбинезоны и высокие сапоги, что Егор принял за лыжные ботинки. По настоянию Азиза он надел подшлемник, перчатки, защитные очки и застегнулся до самого носа.

Азиз радостно попрыгал к следующей двери, на которую Егор не сразу обратил внимание, та была массивная одностворчатая и тоже с иллюминатором, рыжий глянул в оконце и толкнул плечом дверь. Егор следил за другом, помогая ему выйти, а когда дверь за ними закрылась, огляделся и ахнул. Вокруг расстилалось белое поле с низкорослыми деревцами, что виднелись островками то тут, то там среди снежного безмолвия. Не это ли ему снилось во время ночных полётов? Вдруг налетел ветер, и снежная равнина зашептала, запела зимнюю песню зарождающейся метели.

– Нам туда, – подтолкнул его плечом Азиз, указав на скалы, что тёмной громадиной виднелись справа, а Егор никак не мог оторваться от созерцания безбрежной равнины. – Смотри, а то снежную болезнь заработаешь, – хихикнул друг, – тундра она такая, поймает и не отпустит! – он медленно, но упорно двинулся к скалам.

– Зазик, а как это возможно? – удивился Егор. – На территории ёлки высокие растут и гораздо теплее, – он почувствовал, как морозные иглы впиваются в открытую кожу лица и поспешил закрыться по самые очки, вот ведь рыжий провокатор, мог бы и предупредить. Впрочем, его переполняло восхищение от увиденного, и он не сердился на друга.

– Город находится под защитным куполом, – пояснил тот, настойчиво ковыляя к изъеденным ветрами камням, – там свой микроклимат. А сейчас мы на природе, в её естественной красоте и великолепии.

– Да уж, потрясающее зрелище! – согласился он. Добравшись до скал, Азиз привалился спиной к камню и поднял голову вверх.

– Смотри, начинается! – проговорил он. Егор устроился рядом и устремил взгляд в небо, там медленно загорались зелёные всполохи северного сияния, у него перехватило дыхание, он любовался завораживающей картиной вдруг ожившего неба, что рисовало яркие этюды, маня остаться здесь до окончания феерии.

Он бросил взгляд на дверь тоннеля откуда они недавно вышли и увидел громадину светлого купола, который возвышался призрачным миражом на фоне снежной равнины, он пожалел, что люди в городе не видят сказочной красоты небесного сияния. Краем глаза он заметил Акима, что вышел из двери и топал по снегу в белом медицинском костюме и казалось, что мороз вовсе его не тревожит. Азиз толкнул его в бок, и Егор вновь поднял глаза к небу. Движение небесного огня заставило его забыть обо всём, он не знал сколько прошло времени и очнулся от крика Азиза.

– Там медведь! – друг дернулся от скалы, а из-за неё с грозным рыком на них наступал крупный белый медведь. Егор застыл, не в силах оторвать взгляд от могучего красивого зверя, тот снова рыкнул и Егора одолел дикий страх, он метнулся в сторону. – Замри! – крикнул ему Азиз. – Если побежишь, он примет тебя за добычу, надо напугать его шумом, – и он принялся колотить костылём по камню с таким неистовством, что тот погнулся, а сам он рухнул, беспомощно барахтаясь в снегу.

Медведь меж тем продолжал приближаться. Егор отчётливо слышал шумное дыхание зверя, он вспомнил, как не раз уже чувствовал, что находится на краю гибели, к которой сам ещё недавно стремился, так стоит ли переживать? И он расслабился и посмотрел на Азиза, тому с трудом удалось сесть, теперь он молча глядел ему в глаза, словно просил прощения за всё. Егор усмехнулся, ведь он искренне хотел поблагодарить друга за сегодняшний день и эту прогулку. Медведь втянул носом воздух, заглянул Егору в глаза с укоризною, в чём тот готов был поручиться. В это время Азиз подтянув к себе другой костыль, стал что есть силы молотить им по скальному камню, извлекая отвратительные скрежещущие звуки, медведь недовольно замотал головой и попятился, тогда друг запустил в него костылём, но промахнулся, и мохнатая лапа зверя наступила на костыль Зазика и тот хрупнул, сгибаясь под медвежьей тяжестью, зверь недовольно рыкнул и пошагал прочь. Егор сел, где стоял.

– Не расслабляйся, друг! – крикнул ему Азиз. – Он может вернуться, нужно быстрее выбираться отсюда.

Егор подскочил, метнулся к рыжему, подхватил его на руки и скорым шагом направился к двери, что ярким пятном виднелась сквозь зарождающиеся снежные вихри.

– Где вас носит?! – проворчал Аким, поравнявшись с ними у самых дверей. – Пурга скоро будет, я выскочил вас поискать, – он открыл дверь, пропуская друзей.

– Там медведь был, – сообщил ему Егор.

– Знаю, видел, – он кинул в угол искорёженные костыли Зазика, – жаль, что не сожрал вас, хлопот меньше было бы, – буркнул он, стряхивая снег с головы. – Вон подпорки свои не забудь, путешественник! – бросил он Азизу и кивнул в сторону стены, где стояла пара новеньких костылей, затем быстро ушёл.

Опустившись на пол, Егор с Азизом громко расхохотались и долго не могли остановиться, вспоминая свою прогулку. Егор помог другу освободиться от комбинезона, разделся сам и повинуясь указаниям Азиза, надлежащим образом расположил вещи в шкафу.

– А рука-то твоя смотри как хорошо работает! – хмыкнул рыжий, наблюдая за Егором.

– Надо же, а я ведь и забыл о ней, – удивился тот, поглядывая на исправно работающую конечность, – вернее забыл, что она вроде как не моя. – После этих слов рука замерла, – «прости, я не хотел тебя обидеть», – подумал он, поглядывая на неестественно скрюченные костлявые пальцы и те вдруг пришли в движение.

Азиз потащил его в таверну, а Егор не стал сопротивляться потому как изрядно проголодался, виной тому мороз или приключения сегодняшнего дня, над этим он даже не задумывался, он просто наслаждался жизнью, чего не делал уже очень давно. Это небольшое путешествие словно изменило его, то, что терзало в последнее время, вдруг внезапно исчезло и наступило состояние покоя и тихого счастья от простых и, казалось бы, привычных вещей. Он с удовольствием ел, смотрел на огонь в жаровне, наблюдал за тем, как споро управляется тётя Зоя. Азиз был беззаботен и весел, словно не он только что чуть не угодил в лапы зверя, и Егор разделял его радость. Уходили сытые и довольные, тётя Зоя упаковала им с собой блинчики и протянула пакет Егору, тот взял его новой рукой ничуть не смущаясь, а хозяйка подбадривающе улыбнулась.

Азиз отгородившись ширмой, отправился спать, похваставшись перед этим, что завтра ему сделают вторую ногу, так обещал Аким, и костыли станут не нужны, Егор конечно же порадовался за друга.

Походив по комнате, он остановился возле окна. На темнеющем небе переливаясь яркими всполохами горело северное сияние. Раскинув белые крылья, мимо окна пролетела сова, взглянула на него жёлтыми глазами и улыбнулась. Егор не знал умеют ли совы улыбаться, но эта улыбалась, он чувствовал, и на душе стало тепло. Он позвонил родителям и долго разговаривал с ними и даже с сестрой, что оказалась у них в гостях, а потом решился позвонить Лене, чтобы поблагодарить за всё, за этот вновь открывшийся ему мир, и за него самого, наконец нашедшего себя в этом мире. Но абонент оказался недоступен. Что ж она занятой человек и неизвестно где сейчас находится. Егор почувствовал острое желание вернуться туда, на ленточку, к своим парням. Ему просто необходимо найти и поблагодарить снайпера, что не дал ему погибнуть, дай бог, чтоб тот был жив и здоров. Возможно, он встретит и Лену, ведь она часто бывает там, теперь он постоянно слушал её песни, и многие знал наизусть.

Часть 2 Научная рота

Глава 1

– Ну что, бойцы, – Алексей Петрович поморщился, окинув взглядом своё подразделение. Угораздило же его получить ранение, теперь вот вместо передовой придётся нянчиться с так называемой «научной ротой». Мобилизованное пополнение прибыло накануне вечером, не имея ни малейшего представления ни о воинской службе, ни о дисциплине. Бойцы выглядели… а как могут выглядеть те, кто кроме мышки, клавиатуры или планшета ничего в руках не держал? Тут были и худые, с отсутствующим взглядом все погружённые в себя индивидуумы, и молодые, но уже с залысинами при длинных лохмах пузатенькие весельчаки, что жили с неизменной кружкой кофе в руках и сыпали мало кому понятными шутками. Они сами же при том громче всех смеялись. Загнать бы их всех в окопы, но увы, у них другие задачи. – Кто со мной на передовую? – спросил он и гомон мгновенно стих, на командира уставились недоумённо-испуганные взгляды. – А вы как думали?! Врага надо знать в лицо! – раздражённо рыкнул он. Уж лучше бы его ремонтной ротой командовать назначили, чем этой братией, что общается на каком-то своём птичьем языке, а он чувствует себя полным идиотом.

– Я! – звонко выкрикнул щуплый парнишка и вытянувшись в струнку шагнул к нему.

– Что, самый храбрый? – усмехнулся он.

– Никак нет, самый любопытный!

– Что ж, пойдём, любопытный, – рассмеялся Алексей.

– И я с вами, – ещё один тщедушный догнал их у выхода и ухватив первого за руку, уставился на Алексея умоляющим взглядом. И что-то в этом взгляде смутило командира, перевидавшего на своём веку немало новобранцев.

– Девка?! – опешил он от своей догадки, плотнее прикрывая дверь в казарму. – Да как ты сюда попала?

– Пожалуйста, пожалуйста, только не выгоняйте, – заскулила она. – Нас разлучать нельзя, – она прижалась к парню, а Алексей отметил, насколько они похожи. В новой форме, что была великовата обоим и в подшлемниках, которые они зачем-то натянули прямо в казарме, хотя теперь ясно зачем. «Двое из ларца, одинаковы с лица», – вспомнилась старая сказка. И если бы он не был отцом трёх дочерей, то вряд ли бы опознал в новобранце девчонку.

– Нет, ну это вообще чёрте что, – буркнул он. – Вы что близнецы?

– Двойняшки, – ответил парень, прижимая к себе сестру.

– Только вас ещё не хватало на мою голову. Ладно, едем на передовую, а там видно будет, – он завёл их на склад, где хранилось обмундирование и лично подобрал им бронежилеты и шлемы. – Сначала тяжеловато будет, – предупредил он, подгоняя застёжки, на девочке, чтобы броник сел правильно, – придётся потерпеть.

– Я потерплю, – с готовностью согласилась она и бросила взгляд на брата, что уже оделся сам. Алексей проверил и удовлетворённо кивнул. – Как звать-то вас?

– Он Потап, а я Полина.

Бронированный автомобиль медленно тащился по расквашенной дождями просёлочной дороге, Алексей смотрел на осенние поля, усеянные воронками от снарядов. Он уже принял решение, но молчал, скажет потом… после. Машину оставили в лесополосе, замаскировав сеткой и ветками с посечённых осколками деревьев, что валялись вокруг в избытке. После двинулись по неприметной тропе, которая привела к укрытию снаружи напоминающему груду поваленных деревьев после стихийного бедствия или хатку бобра-переростка, но спустившись вниз по ступеням оказались в хорошо оборудованном блиндаже со спальными местами, небольшой печкой, столами и даже ноутбуками на них. Бойцы встретили Петровича как родного, тут же угостили всех чаем, а он выложил на стол сладости, которые предусмотрительно прихватил с собой.

– Вот привёз пополнение на экскурсию, – кивнул он на ребят. Понятно, что с такими бойцами на передовой делать нечего, но надо же с чего-то начинать, потому и привёз он их на линию обороны, где разведчики отдыхали между рейдами в тыл врага. Отсюда до передовой было прилично, хотя грохот орудий не смолкал ни на минуту. – Покажите им, чем вы тут занимаетесь.

– Что ж, пошли, – отозвался молодой боец и сунул в руки Потапу маленький квадрокоптер. Они вышли из укрытия и запустили дрон.

– Можно я, – Потап протянул руку к пульту управления. Боец, получив кивок одобрения от Алексея, передал гаджет.

– Что будем искать? – спросил Потап.

– Всё что найдёшь, – усмехнулся боец. – Нас интересует то направление, – он указал рукой в сторону, откуда доносился гул канонады.

Потап уверенно вёл аппарат, то резко снижаясь чтобы рассмотреть позиции неприятеля, то быстро взмывая ввысь ловко маневрировал, спасая дрон. Боец только успевал передавать координаты обнаруженного противника.

– Быстро в укрытие! – скомандовал Алексей, заметив в небе чужой дрон и выдернул пульт из рук вошедшего в раж Потапа.

– Пять секунд, – взмолился тот. – «Птичку» жалко, – командир глянул грозно, но пульт вернул.

– Вас засекли, сейчас ответка пойдёт! – рыкнул он и все рванули к блиндажу. Загрохотало так, что Полина не удержалась на ногах и Потап, подхватив её под руку, впихнул в подземное убежище. Успели вовремя, почти полчаса противник утюжил поле и окрестности, где они находились ещё несколько минут назад, а довольные бойцы снова пили чай. Потап прижимал к себе сестру, что вначале вздрагивала от каждого разрыва, но после несколько успокоилась, вслушиваясь в разговор.

– А ты молодец! – похвалил Потапа боец. – Сразу столько всего вскрыл! Мы за этой реактивной установкой давно гонялись, но никак поймать не могли, а ты раз, и всё! – Потап смущённо отводил взгляд, Алексей Петрович задумчиво косился на парня. Когда обстрел закончился он предложил вернуться на базу.

– Нет, я тоже хочу попробовать! – упёрлась Полина. – Зря что ли ехали?

– Один уже поработал, – хмыкнул Петрович. – Вон даже благодарность от комбрига пришла, – услышал он переговоры по рации.

– Ну, пожалуйста! – просила она.

– Пусть попробует пацан, – вступился за неё боец. – Прилётов больше не будет, сейчас им точно не до нас, слышите, как наша арта их кроет? – Алексей махнул рукой, мол делайте что хотите, но сам тем не менее с интересом наблюдал за ребятами.

– Жаль, что «птицу» потеряли, – вздохнул боец, – но она свою задачу выполнила.

– И ничего не потеряли, – возразил Потап. – Я её в лесополосе усадил, сейчас вернём.

Когда они выбрались из укрытия, Потап поработал с пультом и вскоре коптер завис над их головами. Полина забрала у брата пульт и дрон закружился в немыслимом танце.

– Куда летим? – спросила она.

– Туда, – указал направление боец. – Там вражеские позиции на окраине города.

Полина управляла коптером внимательно вглядываясь в экран и диктуя бойцу координаты целей. Сначала он не верил и требовал подтверждения, тогда она снижала квадрик, и оказывалось, что в уцелевшем гараже частного разбитого дома, скрывается танк, а в здании промышленного цеха установлена гаубица, ствол которой выходит в окно. Боец только завидовал остроте её зрения и вниманию к деталям, по которым она безошибочно находила цели.

– А это что? – спросила она, указав на целую сеть разветвлённых окопов.

– Укрепрайон, – поморщился боец. – Долбим его уже не первый месяц, но проломить никак не можем, там бетонные бункеры попрочнее нашей «избушки», – он указал взглядом в сторону блиндажа, а Потап придвинулся к сестре с интересом разглядывая укрепления на экране.

– Есть у нас одна штучка, – задумчиво произнёс он, – может попробуем? – он взглянул на Алексея.

– Алексей Петрович, вас командир бригады просит заехать вместе с ребятами, – доложил боец, впрочем, тот и сам это слышал по рации.

– Скажи скоро будем.

– Всё ребята, по коням! – скомандовал он и направился к машине.

Штаб бригады обосновался на окраине посёлка в подвале неприметного полуразрушенного дома, тот подвал был глубок и просторен. Местные говаривали, что когда-то здесь обретался известный в округе винодел, давненько правда это было, уж и винокурни не осталось, а вот подвал уцелел. Ребята с интересом рассматривали стены из старого красного кирпича и сводчатый потолок, сделанный из него же.

– Твои орлы? – усмехнулся невысокий пожилой лысеющий мужчина с аккуратно подстриженной седой бородкой, протягивая Алексею руку для приветствия.

– Так точно, товарищ комбриг, – ответил тот и пожал руку.

– Хлипковаты что-то, – улыбнулся он.

– Каких выдали, – развёл руками Алексей.

– Двое из ларца! – хохотнул он. – Близнецы что ли?

– Двойняшки, – отозвался Потап.

– Говорят, они что-то придумали, чтобы укреп взломать, – комбриг взглянул на Алексея, тот хотел было возразить потому как вовсе не был уверен, что Потап может предложить нечто дельное. – Если есть хоть какой-то шанс, – не дал ему высказаться комбриг, поглядывая на ребят. – Тащите сюда хоть чёрта лысого! Всё готов попробовать. Сердце кровью обливается, как представлю сколько моих парней поляжет, если придётся штурмовать, а ждать долго тоже нельзя. Укреп этот торчит понимаешь, как… кость в горле! – закончил он, взглянув на ребят, хотя крепкое словцо так и рвалось с языка.

– Хорошо, завтра с утра прибудем, но за результат, сам понимаешь, ручаться не могу, – пожал плечами Алексей.

– Да я за соломинку готов ухватиться, лишь бы парней сберечь!

– Договорились! – Алексей протянул ему руку, тот ответил крепким рукопожатием.

Назад ехали молча, Алексей планировал отчислить из подразделения обоих, всё же девчонке на войне не место, даже если не на передовой, но ребята оказались весьма полезны и это ставило его в тупик. Он командир, но в то же время отец, как поступить? Тех обалдуев, что всю жизнь грели попу в офисном кресле, он с удовольствием бы загнал на пару дней в окопы, чтобы ощутили остроту момента, а не обменивались дурацкими шуточками. Но этих ребят, что были сегодня с ним ему стало по-отечески жаль. Завтра, потому как обещание дано, они съездят, и на этом всё.

Вернулись уже в сумерках, он помог новобранцам освободиться от брони, понимая, как особо тяжело пришлось Полине и проводил на кухню.

– Наташа, принимай бойцов, – обратился он к статной поварихе, – накорми, да размести их отдельно от остальных. Та приветливо улыбнулась и быстро накрыла на стол.

– Девчонка что ли? – всплеснула руками она, Полина смущённо отвела взгляд. – Ты вот что девонька, на кухню пойдёшь, мне в помощницы, – та недовольно нахмурилась. – Иначе отправит вас Петрович домой, как пить дать отправит, я уж своего мужа знаю, три дочки у нас, – Полина подняла на неё удивлённый взгляд. – Да-да, после ранения всё на фронт рвался, так я сказала, что одного не пущу и поехала с ним, старшие дочери-то взрослые, так что без нас обойдутся, а я для него, как якорь, чтобы снова в самое пекло не полез, здоровье уже не то. Ты оставайся пока при мне, помощь на кухне нужна, а я с ним поговорю, после оно уж как-нибудь утрясётся. Скор мой Петрович на принятие решений, а уж если решение объявил, то вряд ли отступит. Нам женщинам стоит быть мудрее, – она подмигнула Полине, – и не давать мужчинам возможности принимать решения о которых в последствии они станут жалеть. А ты слушай, да на ус мотай! – улыбнулась она Потапу, что с интересом наблюдал за разговором позабыв о еде, тот смущённо опустил взгляд. – Комнатка у меня найдётся, – снова обратилась она к Полине, – хочешь одна живи, а хочешь с братом.

– С братом! – тут же выпалила девушка.

– Прибраться только там нужно, – Наталья открыла шкаф и стала снимать ключи с бирками, что висели на гвоздиках, – от подсобки, от продуктовой кладовой и от вещевого склада, – поясняла она, отдавая их в руки Полине, – бери всё что необходимо, а жить будете как раз напротив, вот этот от вашей комнаты, – она вручила ей последний ключ. – Да, туалет и душ в конце коридора, – добавила она. – Вы ешьте, ребятки, ешьте пока не остыло!

Полина хоть и разомлела после сытного ужина, но увидев вполне уютную комнату, это не в казарме на пятьдесят человек на двухярусных кроватях спать, быстро взялась за уборку. Потап тоже включился в работу и вскоре они улеглись в чистые постели.

В подразделение они прибыли вчера уже за полночь и улеглись спать в чём были, в помещении бывшего спортзала, превращённого в казарму. Потап быстро заснул, а Полина так и не сомкнула глаз, потому что сосед с нижнего яруса храпел как трактор. Утром им выдали обмундирование, началась суета, толкотня, потом общее построение и поездка на передовую. После стольких событий она мгновенно провалилась в сон.

Глава 2

Звонок комбрига разбудил Алексея ранним утром, тот сообщил, что выслал за ними БТР, чтобы доставить на место. Алесей чертыхнулся, он ведь даже не спросил вчера, что придумал Потап, надеялся разобраться утром. Вчера весь вечер он гонял в хвост и в гриву молодое ленивое пополнение, годное только спать и жрать.

К счастью, Потап с сестрой уже вовсю помогали Наталье на кухне, Алексей одобрительно хмыкнул, всё же золотая жена ему досталась. И пусть она уже дважды бабушка, а ещё хоть куда! Годы не испортили её красоту. Работала она главным бухгалтером в крупной для их городка компании, но бросила всё и поехала с ним. Эх, ей бы полком командовать! Может с её помощью и сложится у него с этой интеллектуальной братией.

Она тем временем уловив озабоченный взгляд супруга, быстро накрыла стол и усадила всех завтракать. Полина ещё вчера рассказала ей, что сегодня их ждут у комбрига. Серёжа, а ныне командир бригады Сергей Владиславович, был давним приятелем её мужа, в молодости служили в одном гарнизоне в далёкой степи, теперь это уже другая страна. Потом служба развела их в разные стороны, но связи они никогда не теряли, а как началась война, друзья, вышедшие к тому времени на пенсию, организовали добровольческий батальон и пошли на фронт. Наталья в тайне от мужа, понимая как важно для него оставаться «в деле» просила Сергея подобрать ему работу по силам после ранения. Вот Сергей и организовал «научную роту», куда отправлял умных, но не пригодных для передовой мобилизованных, которыми пополнялся и их добровольческий батальон, теперь ставший частью бригады регулярной армии. Алексея конечно раздражало поведение этих «бойцов» и то, что он вынужден торчать в тылу хотя грохот канонады порой доносился и сюда, но Наталья верила, что всё наладится, ведь они только начали свою работу. Алексей выглядел моложаво-крепким, но после ранения начались проблемы с сердцем, чего он категорически не хотел признавать. Спасало то, что свою жену он слушался беспрекословно, а она взвалила на себя часть его забот. Полина с братом ей сразу приглянулись, чувствовала она, что ребята хотят остаться и постаралась окружить их тёплым отношением, да помочь советом.

– Так что ты за штуку там придумал? – Алексей взглянул на Потапа, что доедал последний оладушек, запивая горячим чаем.

– Долго объяснять, лучше на месте всё покажу.

– БТР прибыл, – сообщила Полина.

– Откуда знаешь? – удивился Алексей.

– Слышу.

– Она у нас глазастая и ушастая, – хихикнул Потап, а рация командира оповестила о прибытии транспорта. БТР действительно уже ждал их. Они быстро нацепили броники и подхватили шлемы, Наталья сунула в руку Полины сумку с пирожками. Тесто она с вечера поставила, а ребята утром помогли налепить.

– Чайку там попьёте, – шепнула она девушке, а как двинулись к выходу, перекрестила их.

БТР доставил к тому самому месту, где были вчера. В блиндаже их уже поджидал комбриг.

– Доброе утро, господин комбриг! – поприветствовал его Потап.

– Что ты несёшь? – укоризненно покачал головой Алексей.

– Запомни боец, господ у нас здесь нет, зато есть товарищи, – наставительно заметил Сергей. – Доброе утро всем! Ну, чем порадуешь? – сразу обратился к Потапу. Тот достал из кармана смартфон, положил его на стол и активировал экран.

– Ты что, не знаешь, что смартфоны на передовой под запретом?! – возмутился Алексей, коря себя, что понадеялся на мальчишку.

– Не переживайте так, Алексей Петрович, я этот смартфон подправил, теперь это пульт управления для Хмурого, – он вынул из кармана нечто и положил на стекло телефона.

– Что это? – Алексей наклонился ближе и разглядел средних размеров жука, ему захотелось срочно провалиться на месте.

– Дорн, но очень маленький, – беззаботно отозвался парень, – сейчас он подключится к каналу и начнём работать.

– А почему Хмурый? – поинтересовался Сергей с интересом наблюдая за забавным парнишкой.

– А вы на его лицо взгляните! – он двумя пальцами взял жука и сделал его фото, а потом увеличив изображение показал комбригу.

– Ужас какой! – хохотнул тот, из экрана на него таращились маленькие злобные глазки, а под ними хищно скалились огромные щетинистые жевала.

– Хмурый готов, – оповестил Потап, зажал того в кулаке, а после раскрыл ладонь. – Лети, – скомандовал он, тот расправив крылья взлетел, сделал круг по блиндажу и вылетел наружу. – Изображение можно вывести на экран ноута чтобы всем видно было, – Сергей согласно кивнул. Потап положил телефон рядом с компьютером, немного поколдовал с ним и на экране появилась лесополоса, над которой летел жук.

– Откуда он знает куда лететь? – удивился Сергей.

– Вчера мы обследовали эту местность, а сегодня я заложил координаты в полётное задание, позже буду корректировать вручную, как обычный коптер.

Жук летел низко, позволяя в подробностях разглядеть обустройство укрепрайона противника, увидев щель в дверях бетонного ДОТа, он проворно юркнул туда. Сергей и Алексей прильнули к монитору, когда увидели, что жук попал в координационный центр, где собралась группа офицеров что-то оживлённо обсуждая, слышалась иностранная речь.

– Жаль переводчика нет, – посетовал Сергей.

– Я всё записываю, – ответил Потап.

– А документы на столе можно рассмотреть? – спросил Алексей, жук завис над столом, его камера сфокусировалась и стали чётко видны листы с текстом и планшет с картой, по которой водили пальцами присутствующие, обсуждая план действий.

– Взорвать бы их к чертям собачьим, жаль маловат твой жук, – вздохнул Сергей.

– Хмурый может рой управляемых боеприпасов туда сопроводить, – проронил Потап, продолжая следить за дроном.

– Это действительно возможно?! – ухватился за идею комбриг.

– А почему нет? Все координаты в его памяти, только действовать нужно быстрее, пока эти не разбежались, – он кивнул на экран. – Если я правильно понял, то они ждут ещё прибытие какого-то важного чина.

Пока комбриг связывался по рации со штабом и объяснял ситуацию, жук покинул укрытие, он летал над укрепрайоном, наблюдая за окрестностями и периодически обследуя все укрепления, что попадались ему на пути.

– Удалось договориться, – Сергей откинулся на спинку стула, – надеюсь, что у нас всё получится, ну если и не всё, то укреп точно под ноль раскатаем, координаты-то есть.

Потянулись минуты ожидания, постепенно они складывались в часы, Полина предложила попить чаю, но все отмахнулись, вглядываясь в монитор, ведь важный гость давно прибыл, а желанные боеприпасы нет. Алексей нервно мерил шагами небольшое пространство блиндажа, Сергей сидел, вскидывая голову на каждый шум.

– Всё не успели, – вздохнул он, оторвав взгляд от монитора, – гость уезжает.

– Машина пришла, – оповестила Полина, Сергей выскочил из блиндажа и не выбирая выражений начал подгонять бойцов. Потап дал координаты и боеприпасы один за другим стартовали к целям.

Сергей с Алексеем нависли над Потапом, что сидел за монитором. Они увидели, как первый снаряд атаковал автомобиль, что готовился увезти важного гостя, которого задержали разговором прямо возле машины, следующий влетел в бойницу ДОТа, откуда ещё не успели разойтись офицеры, из бойницы вырвалось пламя. Дальше по цепочке уничтожались все укрепления и склады боеприпасов, где успел побывать жук, а он парил над районом, передавая на монитор картину разрушений, уцелевшие солдаты бежали в поля подальше от полыхающего зарева.

– Начинаем наступление, – скомандовал по рации комбриг. – С богом, ребята! – Сергей обнимал Алексея похлопывая его по плечам. – Теперь можно и чаю! – он довольно потёр руки. Полина с помощью хозяев блиндажа накрыла стол, в центре которого установила пакет с пирожками, комбриг тут же схватил один. – Узнаю Наталью, – с блаженной улыбкой произнёс он, откусив кусочек. – Передавай привет жене, – кивнул он другу, – пироги у неё как всегда отменные!

– Ты этого жука сам смастерил? – поинтересовался Алексей, когда БТР вёз их обратно по ухабистой раскисшей от осенних дождей дороге, размолотой гусеницами танков.

– Нет, это Поля у нас мастер-миниатюрист, хобби у неё такое мелкую живность мастерить, она если что и блоху подковать может, а я только мозги Хмурому прокачал, да камеру настроил.

– А ещё что-нибудь эдакое сделать сможете?

– Ставьте задачу, а мы подумаем, как решить.

– Вижу вы дельные ребята, – он задумчиво потёр подбородок. – Ты Полина оставайся при кухне, – она вскинула недовольный взгляд и обиженно засопела. – Да пойми ты, с меня же начальство голову снимет, если узнают, а повариха ни у кого вопросов не вызовет. Время пройдёт, сделаете дрон новый или ещё чего, глядишь и зачислят тебя в научную роту.

БТР подвёз их к самому входу и только теперь в уже сгустившихся сумерках ребята разглядели трёхэтажное здание, что таращилось тёмными глазницами окон и лишь на первом этаже кое-где виднелся свет, проложивший дорогу через тёплый переход прямо к спортзалу. «Похоже на школу», – подумалось Полине. В утренней суматохе она даже и не взглянула на строение, где им теперь предстоит жить, а вчера так и вовсе не до того было.

– Ну наконец-то, – всплеснула руками Наталья, встречая их у дверей столовой, – а я уж жду, жду! Давайте умываться и за стол, пойду второй раз ужин греть, – и не дожидаясь ворчания мужа, что он де на службе, скрылась на кухне, не станет она говорить, что волновалась, что связывалась с Сергеем по рации.

Когда Полина с Потапом заглянули на кухню, Наталья сидела одна за накрытым столом.

– Садитесь, ребятки! – кивнула им. – Петровичу нездоровится, лекарство ему дала, да в постель уложила. Понервничал видать, а нервничать ему нельзя, – вздохнула она. – Ну, ничего, сейчас заснёт, завтра огурцом будет.

– Алексей Петрович разрешил мне остаться на кухне, – поделилась новостью Полина, Наталья довольно улыбнулась, не зря она вчера мужу намекала, что тяжело ей одной такую ораву кормить.

– Так давай сегодня и начнём кашеварить! – предложил Потап.

– Отдыхайте, вы ж и так за целый день намотались! – отмахнулась Наталья.

– Мы весь день за монитором сидели, – возразил он, – надо немного размяться, – Полина согласно кивнула.

Облачившись в халаты и колпаки, они приступили к заготовкам овощей на завтрашний день, потом отмывали огромные кастрюли и драили пол.

Когда все намеченные дела были окончены, Потап остался помогать Наталье с разборкой консервов и другого провианта, что доставили сегодня, а Полина отправилась в душ. Она на ходу расплетала косичку, которая изрядно растрепалась, ведь Полине приходилось весь день прятать её в подшлемнике, не снимая его даже в блиндаже дабы не выдать себя. Волосы давно следовало остричь, но она вспомнила длинные «хвосты» некоторых сослуживцев из научной роты и улыбнулась.

Разомлев после горячего душа, она завернулась в мохнатый халат, что дала ей заботливая Наталья, пусть тот и был изрядно велик, намотала на голову полотенце и собралась зайти на кухню за тёплым молоком с печеньем, которое та ей пообещала. Едва она вышла в коридор, как нос к носу столкнулась с пузатым хихикающим сослуживцем с неизменной кружкой в руке, что и сейчас была при нём.

– О! А у нас тут и девочки есть! Иди ко мне крошка! – осклабился он, прижимая её своим животом к стене.

– Отстань дурак! – фыркнула она.

– А то что? Мамочке пожалуешься? – свободной рукой он попытался задрать халат.

– Зачем мамочке? И сама справлюсь, – Полина с силой дёрнула его за прядь длинных сальных волос, что болтались неопрятными сосульками, хоть прикосновение к ним и вызвало у неё чувство брезгливости, пнула по ноге и оттолкнула, тот от неожиданности потерял равновесие и повалился на пол, кружка расплёскивая остатки кофе покатилась по полу сопровождаемая гулким эхом.

– Что случилось? – на шум из кухни выбежала Наталья.

– Да вот, боец споткнулся, – невинным голосом произнесла Полина. – Видимо физподготовка страдает, нужно больше тренироваться.

– Ну, сука, ты у меня ещё получишь! – прошипел он сквозь зубы, медленно поднимаясь, отряхнул штаны, поднял кружку и направился в казарму.

– Полина, если что не так, сразу мне скажи, – Наталья озабоченно заглядывала в глаза девушке. – Тут ведь мужики одни, они хоть и со странностями, но лучше уж сразу окоротить, иначе и до беды недалеко.

– Всё хорошо, тёть Наташ, – уверила она.

Наталья, размашисто орудуя шваброй и тихо ворча убирала пятна кофе с пола, Полина прошла на кухню, налила себе в кружку тёплого молока, прихватила тарелку с печеньем и отправилась восвояси. Она никак не могла избавиться от детской привычки – молоко перед сном, да если честно и не хотела, и была рада, что Наталья её понимает.

Вскоре пришёл Потап, он подсушил полотенцем короткий ёжик свежевымытых волос, раскинул полотенце на стуле, а сам завалился на кровать. Может и ей стоит постричься наголо, глядишь проблем меньше будет? Полина улыбнулась.

– Ну, рассказывай, что на самом деле случилось? – с усмешкой спросил брат.

– Да толстопузый приставать начал, – отмахнулась она, – я и не сдержалась.

– Это который?

– Тот, что вечно с кружкой ходит. Боится, что сопрут? – ухмыльнулась она.

– Это Грязный Гарри.

– Кто же его так обозвал?

– Это он себя в соцсетях так позиционирует, я прошерстил его аккаунты, мутный тип, но имя Гарри настоящее. Считает себя гуру в области компьютерной техники, а сам людям через свои блоги всякое залежавшееся барахло впаривает за приличные деньги разумеется.

– Многие так живут, – пожала плечами Полина.

– Но мы не из их числа, – возразил Потап.

– Мы да, – согласилась она. – Когда же ты успел инфу на него нарыть? – удивлённо взглянула на брата.

– Ночью, – фыркнул тот, – это ведь он храпел на нижнем ярусе, спать не давал.

– Я думала ты спал.

– Ага, как же! Ты Поль, будь поосторожнее с этим придурком, не нравится он мне и камеру носи с собой постоянно, мне так спокойнее будет, – с этими словами он заглянул под кровать и выудил оттуда объёмный рюкзак Полины, а из него достал кожаный кофр. Потап сел и стал сосредоточенно крутить колёсики замка набирая числовой код, после характерного щелчка открыл крышку.

– Ну, кого выбираешь? – спросил он, Полина подошла и села рядом. В ячейках лотка лежали разнообразные насекомые.

– Нет, эти не походят, – качнула головой она. – Ходить с тараканом или древоточцем на плече не лучшая идея. – Давай посмотрим другие лотки, там у меня есть более гламурные экземпляры, – она вынимала и разглядывала копии насекомых, каждая из которых была уникальным произведением, тут были и яркие бабочки с нежными крыльями и изящные стрекозы, но всё было не то. – Вот он! – наконец она вытащила лоток, где в одной из ячеек лежала зеленоватая бронзовка, весьма похожая на брошь. – Завтра посажу её на воротник или карман. У девочки ведь могут быть свои маленькие причуды?

– Да у нас тут все с прибабахами, так что на общем фоне ты будешь выглядеть до отвращения нормальной, – хохотнул Потап. – Кстати, сдаётся мне, что нам скоро снова придётся поработать. Кого из маленьких бойцов отправим на «дело»? – он кивнул на кофр с насекомыми.

– Осень же, про насекомых скоро придётся забыть, – вздохнула Полина, – посмотри в кармашке, там у меня коробка с экспериментальными образцами. – Потап вытащил из бокового кармана рюкзака жестяную баночку и отдал её сестре. Полина открыла крышку и стала перебирать небольшие шарики.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.