Патриотический сборник «ZOV»
Главный редактор Юлия Гриценко

© Издательство ВоокВох, 2023

Наталья Завершинская

«Вековой неуёмною болью…»

Вековой неуёмною болью,
Посыпаемой свежею солью
Незажившею раной старинной
У России болит Украина…

Борис Страхов

Рождение ненавязчивого патриотизма

За два месяца до выборов президента, февраль 2018-го, смотрел передачу «60 минут» телеканала «России 1» и слушал выступление Маргариты Симоньян, читавшей пасквильные стихи оппозиции, смысл которых: В. В. Путин, уходи сам, не доводи до гражданской войны.

Нижеприведённые стихи являются ответом на требование провокаторов.

Такое происходило и во времена А. С. Пушкина, и намного раньше.

«Клеветникам России», Александр Пушкин:

О чём шумите вы, народные витии?

Зачем анафемой грозите вы России?

Ответ провокаторам!

Весь Запад – Ненависть и Злость,
Потоки лжи на Русь он льёт.
Ему Россия – в горле Кость,
Из «пепла» Мощно Восстаёт!
Такую Правду нужно знать:
Европа жаждет сотни лет
Россию в клочья разорвать,
Извечный это их завет.
Иудин грех всегда в «почёте»,
Людей, чтоб Родину продать,
За «тридцать серебром» найдёте,
А что потом?.. Им наплевать.
В стихах мерзейших – ваш кумир
Стоит на стороне врагов,
Народ – как никогда Един,
Россию защитить готов!
Пустой идеи ради вы
Свою Отчизну, свою Мать,
Готовы утопить в крови,
Культуры весь уклад сломать.
Всегда за Путина, за Русь!
Противен мне ваш злойнавет,
И этим статусом горжусь! —
Такой предателям ответ.
Харизме Путина готова
Отдать Россия голос свой:
Он дела человек и слова —
Нарушил Запада покой!
Владимир Путин – Мир, Надежда,
Об этом президент радеет,
Борьба идёт, мы с ним, как прежде,
Россию отстоять сумеем!

Оппозиция требует смены руководства России, основываясь на том, что президент основное внимание уделяет внешней политике, в результате которой мы находимся в клещах санкций США. Большие средства выделяются армии, и придаётся второстепенное значение внутренним проблемам России. Но наибольшее раздражение оппозиции вызывает довольно продолжительное нахождение у власти В. В. Путина.

США образовались, после уничтожения индейцев, коренного населения, как государство работорговцев и «джентльменов удачи» во времена золотой лихорадки. Две мировые войны способствовали им выйти на первый план мировой экономики и после развала СССР стать в политике мировым «Паханом», а в экономике «Рэкетиром».

Если вы не желаете кормить свою армию – то будете кормить чужую, а чтобы Россия существовала как государство – нужно её очень хорошо кормить. За этим весьма заботливо следит наш президент. А послание федеральному собранию 2019 года, которое посвящено почти исключительно социальным проблемам, даёт ответ и на запрос оппозиции о внутренней политике. Теперь подходим к щепетильной теме о длительности президентства. Владимир Путин выбирается народом, он легитимен, с высочайшим рейтингом доверия, которого нет ни у одного мирового лидера. Каждое государство переживало «смутные времена», но так как мир стал глобален, то и «смутное время» стало мировым явлением (надеюсь, вы это заметили), а «на переправах лошадей не меняют». Президент великолепно справляется со своими обязанностями, в прекрасной физической форме. И дай Бог ему ещё лет десять проработать на этом поприще, и тогда любой его преемник России не будет страшен. У России нет времени на эксперименты, она должна встать полностью «на ноги» только при президенте Путине.

Обращение

Я, Страхов Борис Борисович, гражданин России, житель Москвы и рождённый в столице, проживающий в ней с 1937 года (имею медаль «Ветеран труда», около 60 лет трудового стажа – пишу об этом не ради старческого кокетства, а для понимания сути дела), находясь в бодром состоянии духа и ясной памяти, предлагаю Государственной Думе и Совету Федерации вынести постановление о сооружении памятника при жизни гражданину и президенту Российской Федерации, Путину Владимиру Владимировичу, водрузив монумент непременно в Крыму, в Севастополе, рядом с памятником Владимиру Великому, Мономаху.

Основания

Удержал Российскую Федерацию от развала – тенденции были, что самое главное в деятельности президента. Редко об этом говорят, а нужно акцентировать этот момент.

За Мюнхенскую речь, где президент России обосновал ложность политики американской гегемонии в миропорядке и объявил о суверенной политике России.

За восстановление мощи Вооружённых Сил России.

За присоединение нашей исконной территории – Крымского полуострова, где родилась слава Черноморского флота России, где было пролито много русской крови при защите Севастополя, как в 1848 году, так и в Великой Отечественной войне, осуществив чаяния не только крымчан, но и всего российского народа.

За защиту Сирийского государства от исламских террористов, агрессивная деятельность которых могла распространиться на территорию России (а заодно прекратилась череда свержений глав африканских государств, неугодных американским политиканам).

За разумную, миролюбивую политику: как внешнюю, так и, подчёркиваю, внутреннюю (хотя многие критикуют президента за внутреннюю политику, но всему своё время – нельзя «объять НЕОБЪЯТНОЕ»),

История возникновения и обоснование

Эта мысль возникла у моего старшего сына, когда я встретился с ним в кафе на Преображенке, мы обсуждали фашистский переворот на Украине в 2014 году (как продолжение серии цветных революций), организованный американцами, а также присоединение Крыма к России. Он мне сказал: «Папа, за этот смелый, нелёгкий поступок стоит поставить Путину памятник!» Я согласился с ним.

Америка забыла о том, что действие равно противодействию: вспомним слова из Библии, произнесённые Иисусом Христом: «Кто против вас – тот за вас!» Перефразируя высказывание, можно сказать: «Только враг тебя заставит быть Сильным, Умным и Организованным!» Что и происходит в настоящий момент с Россией, то есть американская политика и санкции делают Россию Умной! Организованной! Сильной!

О памятнике я намекнул модератору соцсети «ВКонтакте» Славе Славянову во время предвыборной президентской компании – он ответил: «Рано». Пришлось согласиться: вой, который поднимет Запад, несравним будет с внутрироссийским.

Пояснения

Господа, отвечаю на ваш немой вопрос: «Откуда такойнеудержимый пиетет к Путину?» Всё течёт, всё меняется. Такое отношение было не всегда: вот пример из моего философского произведения в стихах «Размышления».

Стал Начальником ты как?
Ведь вчера ещё – никак!
Знаем мы давно об этом —
Здесь прямая связь с портретом.
Президент – крутого нраву!
Судит всех везде по праву,
Сомневается кто в нём —
«Мочит» в нужнике дубьём!
Сила! Власть! Но… tete-a-tete:
Это – «Наш» менталитет,
До сих пор он всё поёт:
Террористов всех убьёт.
Президента стиль таков,
Кажется, портрет готов,
Нужно смелость нам иметь,
Чаще в зеркало смотреть.
На него нельзя пенять,
Нам себя лишь в нём видать:
Над собою ставя «сани»,
Отражаемся в них сами.

Президент – крутого нраву! Судит всех везде по праву, Сомневается кто в нём – «Мочит» в нужнике дубьём! Сила! Власть! Но… tete-a-tete: Это – «Наш» менталитет, До сих пор он всё поёт: Террористов всех убьёт. Президента стиль таков, Кажется, портрет готов, Нужно смелость нам иметь, Чаще в зеркало смотреть. На него нельзя пенять, Нам себя лишь в нём видать: Над собою ставя «сани», Отражаемся в них сами.

Это было написано в 2002 году. Но меняется человек, становятся видны его действия, его принципы, менталитет – меняется и отношение к нему. Волею судеб, заброшенный «смутным временем» на вершину политической власти, Путин, которого учили и друзья, и враги, проявил себя способным учеником: оказался прекрасным пловцом в бурных водах большой политики, в результате чего Путин стал Путиным!

Иоганн В. Гёте, немецкий мудрец (1749–1832):

Средь малых действуя, мельчаешь,
А средь больших и сам растёшь.

Владимир Владимирович принципиален, это признано всем миром. Принципы свои не меняет, прежде всего он – человек Слова! А этим всё сказано: Путин, будучи на самом верху власти, не предал ни Собчака, ни Ельцина. Последнему – дал возможность уйти достойно в мир иной, отдав все почести, какие только возможны, не мешал строить Ельцин-центр в Екатеринбурге, построил памятник Собчаку как великому гражданину Санкт-Петербурга. За это он снискал глубочайшее уважение, думаю, не только друзей, но и разумных противников.

Посмотрите, как он самоотверженно работает, дав себе два дня на отдых, а потом опять бесконечные тысячекилометровые перелёты, совещания, нагоняи и так далее, в течение двадцати лет: конечно, не царское дело указывать, где и как строить, контролировать выплаты зарплат, но что делать – периферия слушает только железную волю президента. Регионы – это беда, особенно мэры мелких и средних городов.

В силу определённых обстоятельств мы не можем воздать должное президенту Путину В. В. при его жизни, об абсурдности этой традиции сказал очень красноречиво У. Шекспир:

Чтоб мы как должно ценное ценили,
Оно должно покоиться в могиле.

Я не восхваляю Путина, а отдаю ему должное, как достойному сыну России, народ которой всегда в «смутные времена» выявлял великие, героические личности: Александра Невского, Дмитрия Донского, Минина и Пожарского, Барклая де Толли.

Но эти личности проявили себя во времена войн, а вы попробуйте проявить себя в мирное время, не допустив, не провоцируя воинственные настроения, хотя их достаточно, как с внешней стороны, так и с внутренней. Наш президент, уделяя огромное внимание развитию экономики армии, флоту, ВПК, занимается Миротворчеством!

Не допустить современную Войну намного предпочтительнее, чем героическое участие в ней, поэтому я вношу в вышеперечисленный ряд героических личностей Владимира Путина. Но мне могут возразить: «А как же специальная военная операция?» СВО предотвратила внезапное нападение на Россию фашистской хунты Украины. Это было НЕОБХОДИМО!

Необходимость создания

А теперь подумаем, почему я разразился этой статьёй? Очевидно, подсознательно это копилось очень долго и созрело на закате жизни, как Илья Муромец 33 года копил силы, лёжа на печи, а так как я копил силы намного дольше, то естественный акт самовыражения, спонтанный всплеск вербального патриотизма, получился значительной силы и таким пафосным.

Я тоже поражён собственным взрывом патриотизма. Откуда это, эк меня понесло: я раньше не замечал за собой таких всплесков пафоса и патетики. Стал копаться в своей ничем не примечательной жизни и нашёл («Кто ищет – тот найдёт»).

Милый мой, где ты родился? В столице России городе Москве! В каком месте Москвы? В древнейшей её части, в Зарядьевском переулке Китай-города (название никакого отношения не имеет к Китаю), на берегу реки Москвы.

Таким образом, я родился и жил в доме, построенном на сакральном месте, насыщенном духом многовековой древности когда-то живших здесь русских людей, знавших боярина Кучку и князя Юрия Долгорукого. Этот дух неизбежно проникал незримо в человеческие души живших здесь людей и с веками становился всё сильнее. Прожив в доме более двадцати лет, я невольно аккумулировал в себе этот Дух, прорвавшийся в конце концов из недр моего подсознания в виде данной статьи с опозданием в шестьдесят лет. Не в моих силах возвести памятник президенту России из бронзы и мрамора, но в моих силах возвести вербальный памятник!

Памятник президенту

О чём шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?

Александр Пушкин. Клеветникам России

Запад – Зависть, Ярость, Злость,
Лжи потоки Льёт на Русь,
Русь ему – что в горле Кость,
Знать боится нас, как трус.
На Олимп взлетевши Власти,
«Смуты» прекратил пожар —
Эхо перестройки страсти,
Мудрости явив свой дар.
Умный, сильный духом Вождь
Родину спас от развала,
Развенчал Европы ложь,
Дел благих свершил немало.
Бой идёт с фашистским Злом —
Возрождается и множит,
Одержим идеей, чтоб
Русь сломить и уничтожить.
Не тревожьте ЖИЗНИ НИТЬ!
«БЕЗ РОССИИ МИРА НЕТ!» —
«Вечный враг» пусть уяснит…
Наш «САРМАТ» пришлёт «ПРИВЕТ»!
Санкций вал и фейков «свинство
Англосакского Урода»
Укрепляют лишь единство
Президента и народа!
Путин – Совесть, Честь, Надежда,
Справедливость, Долг и Правда!
Одолеем с ним, как прежде,
Силу «западного Гада»!
Мир свернул на новый лад,
Всех народов он – «Мессия»,
Жизни на земле Гарант,
Посему: «Vivat, Россия!»

Резюме

БЫТЬ ПЕДАГОГОМ – значит сочетать в себе единство трёх ипостасей: УЧИТЕЛЯ, ПСИХОЛОГА и ВОСПИТАТЕЛЯ.

УЧИТЕЛЬ непосредственно влияет на объект обучения.

ПСИХОЛОГ анализирует систему социального, личностного и творческого потенциала ученика.

ВОСПИТАНИЕ – не сиюминутный процесс, требующая большого терпения, очень деликатная, тонкая область образования, исключает ПРЯМОЛИНЕЙНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ на свой объект, как это делает педагог-предметник.

Ручейки воспитательной информации, поступая из различных источников, должны ВОСПИТАТЕЛЕМ НЕНАВЯЗЧИВО направляться в ПОДСОЗНАНИЕ ученика и, набрав КРИТИЧЕСКУЮ МАССУ, перейти в ОСОЗНАННОЕ понятие. Особенно это касается ПАТРИОТИЧЕСКОГО воспитания.

Александр Головко

За Родину, за Путина!

Когда в атаку шли бойцы
В лихие дни войны,
Срывая глотку, храбрецы
Взывали к остальным:

«Вчерашний „младший“ брат пустил
В руины весь Донбасс.
На беспредел смотреть нет сил…»
И Путин дал приказ!

Камчатка встала и Кавказ,
Сибирь, Урал… страна
За русский мир и за Донбасс —
Единством Русь сильна!

Мы помним клич из кинолент:
«За Сталина, вперёд!»
Сегодня – Путин президент,
И с ним наш весь народ!

Страну великую сплотил,
В обиду не даёт,
Я клич бы новый подхватил:
«За Путина – вперёд!»

Исчерпан будет инцидент,
И он уже грядёт.
Ведёт к успеху президент,
И точно приведёт!

Алевтина Кудря

По ZoVy сердца

– Девочки, на поляну приедут три машины с солдатами за брёвнами. Нужна ваша помощь.

– Сколько у нас времени?

– Два часа.

– Не волнуйтесь, чрез два часа будем готовы.

Девочки – это серебряные волонтёры, одной 77, второй 78, третьей 68 лет.

И полетели звонки.

– Катерина, нужно что-то на стол…

– Хорошо. Обещаю блины с творогом и мясом, есть солёное сало, могу сварить картошку для твоего жаркого. Только за хлебом нужно сбегать.

– Отлично. Хлеб у меня есть, не ходи. Готовь блинчики. Картошку не забудь посыпать зеленью. А сало у тебя замечательное. Уверена, оно уйдёт на ура.

– Елена, ты хвасталась котлетами. Ещё живы?

– Сколько нужно?

– Сколько сможешь?

– Есть 40 штук. Кстати, я уже связала три пары носков. Прихватишь?

– Отлично. Носки нужны. Жду тебя.

– Я не смогу поехать, внуки должны прийти.

– Ничего, мы с Катериной справимся. На поляне уже Анна нас ждёт, и Элеонора чуть позже подъедет.

– Кстати, тут мои и соседские внуки передали письма солдатам. Прихватишь?

– А как же. Письма они ждут. Ты же знаешь, что у них все стены в землянке обклеены этими письмами и детскими рисунками. «Так легче воевать», – говорят они.

– Кстати, ты мне напомнила, моя внучка Милана тоже написала письмо солдатам.

– Ей же шесть лет.

– Ну и что. Она ходит в подготовительную группу, и рисунок у неё замечательный.

Сама Алла достала заготовки голубцов, быстро обжарила и поставила тушить до готовности.

«Не забыть бы сметаны к голубцам. – (Мясо на жаркое уже обжарилось, она быстро нашинковала лук, морковь и к мясу добавила.) – Через полчаса будет готово и жаркое, – удовлетворённо подумала она. – Вдруг еды не хватит, – рассуждала она. – И солдат накормить, и сами волонтёры после работы тоже должны подкрепиться. Они с шести утра уже на делянке».

Вот и компот готов. Достала огурцы свежие, помидоры и мандарины. Сын передал несколько кг для солдат. Не забыть бы их прихватить. Рядом положила пакет с письмами от школьников 28-й школы и две большие коробки с продуктами от детей. Завуч школы Нина Николаевна передала. Главным образом конфеты, печенье чай, кофе и сигареты, которые положили родители школьников для солдат. Звонок прервал её мысли. Звонила коллега по волонтёрскому движению – Людмила. В телефонную трубку понеслось:

– Алечка, на завтра ничего не отменяется?

– Нет, как договаривались, вся наша группа идёт плести сети. Сбор в десять ноль-ноль.

– А Клавдия будет?

– А как же. Кстати, она в этот раз возьмёт свою внучку. И Тамара идёт с подружкой – Лидией.

– Тамара? Ей же восемьдесят шесть лет?! Какая молодец!!! А подруге сколько?

– Чуть меньше – восемьдесят три года. Но Лидия с первых дней в организации группы по вязанию сетей. Так что она АС.

– Алечка, ты не забудь банки принести, должны привезти воск для свечей.

– Хорошо, что напомнила. Конечно, прихвачу.

– Я уже приготовила банки. У меня их скопилась целая сумка. Всё, всё, всё. Больше не буду отвлекать. Целую. Пока. До завтра.

Прошло два часа. Её подружки принесли готовые продукты, заботливо закутанные в полотенца. Вскоре волонтёр Николай приехал за ними. У Николая отец – бывший военный, и когда он узнал о группе «Бобры» и чем они занимаются, то сказал сыну: «Сын, твоя задача – Родину защищать, а если ты в тылу, то сделать всё возможное для победы. Выше этой работы и чести нет ничего на земле. И никогда не будет…»

Загрузили кастрюли, термосы в машину, и вот уже все на поляне. Солдаты ещё в пути. Погода с утра была пасмурная, а к полудню совсем испортилась, пошёл моросящий дождь. Столы накрыли пленкой, это самое простое, а вот брёвна стали скользкие, и их трудно удержать. Но «Бобры» не оставили работу.

– Осторожнее, – раздался крик, и на землю упало очередное дерево.

После падения дерева волонтёры обступили бревно, чтобы срезать ветки. Заработали топоры и пилы. Готово очередное бревно.

Волонтёры взяли маркеры и подписали его.

Спецоперация на Украине показала, что неравнодушных людей в Белгороде и Белгородской области очень много. С самого её начала в регионе возникли десятки сообществ, где белгородцы помогают беженцам и военнослужащим. Эти волонтёры – люди новой формации: поднявшиеся в трудный час и отдающие все силы для помощи нуждающимся. Так организовалась группа молодых людей – «Бобры». «Бобры» с 6–7 утра уже на поляне заготавливают брёвна для блиндажей. Мужчины валят деревья, женщины очищают их от веток. И завершающий этап – подписывают каждое бревно. Основная буква Z, что означает «Мы с вами», «За Победу!».

Подъехали машины с солдатами. Появилась работа для серебряных волонтёров. Те, как радушные хозяйки, стали угощать солдатиков.

– Вначале давайте подкрепитесь, сынки, а уж потом будете загружать машины. Стол небольшой, самодельный, скамейки не всем хватит, но это не беда. Стоя даже вкуснее.

Молодые солдатики, вчерашние школьники, скромно обступили стол.

– Чего стоите, разбирайте еду.

– Вкусно, спасибо вам всем, – поблагодарили они за еду.

Один из солдат, взяв блинчик, не стал есть, а аккуратно завернул в салфетку и положил в карман. Увидев взгляд Аллы, объяснил:

– Друга угощу. Всё очень вкусно, напоминает дом.

– Ешь сам, мы вам дадим с собой для друзей.

– Спасибо, – покраснел солдатик.

Вскоре подъехали Эля с Татьяной. Эля привезла берцы, два тепловизора и квадрокоптер.

– По нашей просьбе ребята из Осетии передали вам, – объяснила она, передавая всё офицерам.

Элеонора росла в семье военного. Её отец служил в Арктической Полярной авиации особого назначения, охранял северные границы России, воевал в Афганистане. Её дед служил в штабе во время ВОВ, дошёл до Берлина в звании полковника. Второй дед – Герой Советского Союза, возглавлял киевское подполье, был расстрелян фашистами. Она говорит: «Я хочу мирного неба, чтобы моя дочь ничего не боялась и спала спокойно. Поэтому я помогала и буду помогать нашим защитникам». Группа «Бобры» – это и её детище, тем более что название придумала она.

– Что вам ещё достать, заказать, ребятки? – спросила она.

У офицеров уже был список. Элеонора прочла его и сказала:

– Отлично. Получите в ближайшее время. Будем на связи.

Татьяна – молодая девушка, только год назад окончила медицинский институт, привезла лекарства защитникам и тактические армейские аптечки.

Вскоре и дождь прекратился, даже солнышко выглянуло. Загрузили машины брёвнами, распрощались с защитниками. Серебряные волонтёры тоже уехали, а «Бобры», немного подкрепившись, продолжили работу. Завтра приедет следующая группа солдат.

Брёвна, уложенные в два-три ряда, реально защищают наших защитников от гранат. Землянка – она спасала и во время Великой Отечественной войны и сегодня в борьбе с коллективным Западом спасает наших солдат, наших детей. «Если мы не станем надёжным тылом – уже завтра к нам придёт война», – говорят «Бобры». Великую Отечественную выиграла не только армия, но и крепкий тыл, который всё отдавал для фронта и победы. А сейчас всё и отдавать не нужно – просто помогать в меру сил. Сила единства народа и смелость наших бойцов – в этом заключается наша победа!

Да, эта группа – реальные патриоты, которые не дожидаются команды сверху, а уже здесь и сейчас пытаются помочь.

Любить свою страну так же естественно, как любить своих родных. А они любят свою Родину!

Когда-то Эля, будучи школьницей 10-го класса, в 2000 году писала в сочинении:

«И сейчас, я уверена, если нужно будет, то мы – современное поколение – тоже встанем на защиту своей Родины. Так было и так будет всегда. Родина у нас одна, и если не мы, то кто её защитит. Я люблю свою Родину, свой город с его улицами с повседневной суетой и будничными заботами, с бабушками, сидящими на скамеечке, с детьми, играющими в песочнице. Я люблю свою страну, но любовь моя не слепа. Я вижу многое, что вызывает во мне боль и негодование. Да, хватает ещё у нас бездельников и просто нечистых на руку. Но не они олицетворяют наш народ. Мойнарод – это моя семья, учителя и друзья. Это мои любимые поэты и писатели, артисты и музыканты. Они – моя родина, и я её очень люблю».

Ольга Карагодина

Расплескался зеленью лес

Расплескался зеленью лес,
Раскидались ветками ели,
И казалось бы, ждать чудес,
В это чудное летнее время.

Время солнца и дивных цветов,
Пенье птиц до утра не смолкает,
И в России не счесть уголков,
Где душа вольный дух испытает.

Обнимает с небес синева
Всё живое на этой планете.
Но обманчив лик колдовства,
Разбивая мечты о лете.

В небе гром, и осколки летят,
Убивая жизнь на излёте.
Смотрит ввысь неразумный малыш
На кусочки железа в полёте.

Мама молится: «Боже, услышь!
Отведи беду от сыночка!»
И, собой малыша закрыв,
Прикрывает глаза платочком.

И осколки вдруг разошлись,
Синева их вокруг раскидала.
И смеётся счастливый малыш,
Словно жизнь началась сначала.

Галина Сахнюк

Февраль

Февраль. Самый коварный месяц зимы в Новороссийске. То тёплый, лучащийся солнцем и первыми цветами, то суровый, с ледяными ураганами и солёной пургой. Именно таким он был в сорок третьем, именно таким он удался и в двадцать третьем, через восемьдесят лет, но это, в общем, неважно. Ветер, дождь и снег всё равно не смогли помешать тысячам людей почтить память тех, кто когда-то погиб за город у моря.

Шторм идёт волна за волной,
Цвета алой зари кровавый прибой,
Алый рассвет над водою встаёт,
Берег изрыт воронками влёт,
Алая кровь здесь уже не течёт.
В камни впиталась и в землю ушла,
Корни даруя десанту в века,
Чтоб здесь утвердились назло всем штормам,
Что были и будут, на страх всем врагам.

Солёной корой покрывается снег,
Такой же солёный и чёрный, как хлеб,
Который годится лишь смерти одной,
И смерть не задобришь пустою мечтой.
Пусть встанет стеною последний предел,
Останется враг опять не у дел.
Зароется в землю, себя хороня,
Лишь память останется, подвиг храня,
О «чёрных бушлатах», отбросивших смерть
Туда, где дано ей самой умереть.

Большая земля и шторм в феврале
Помнят снег тот кровавый на Малой Земле.
И, память отныне в сердце храня,
В огне «Бескозырки» год за годом граня,
С цветами и лентами скромный венок
Плетёт человеческой веры поток
Для тех, кто хранит этой бухты покой,
Судьбой расплатившись за мир и покой.
Для тех, кто отныне впаян в металл,
Что тоже, как знамя, когда-то был ал.
Для тех, кого помним всегда в феврале,
Чьё сердце пылает и жжёт на заре
Внутри монумента на Малой Земле.

Алексей Преснаков

Мариуполь

Едут молча две машины,
По дороге колесят.
Мариуполь за спиною
Наши «Тигры» сторожат.

Только двадцать километров,
Дальше сами полетим.
Полон бак, воды в достатке,
По дороге поедим!

Из колонны серолицых,
Потускневших от беды,
Слышен плач малых детишек,
Плачут даже старики.

У дороги, на привале,
Кто-то кормит малышей.
Раздают паёк солдаты,
И торопит их старлей.

Рядом встали у воронки,
Помощь выгрузив скорей,
Провожатый ополченец
Мамок выдернул, детей.

Что купили, всё раздали!
Под полтонны привезли!
Ленинградские ребята
Собирали как могли.

Кинул клич: «Кто тут без крова?
Кто с детьми? Без мужиков,
В Ленинград лежит дорога —
Двадцать мест, ну, кто готов?»

Три семьи, и две в сторонке,
Малыши кругом стоят.
Рюкзачки, серы от грязи,
На плечах у них висят.

Присмотрелся и увидел:
А у мальчика в руке —
С жёлто- синею полоской
Крокодильчик на брелке.

Мамы две, и две повязки
Чёрной лентой в голове.
И без слов тут всё понятно,
Почему те в стороне.

Посмотрели друг на друга,
Слов никто не говорил,
Молча я кивнул, в машину
И других я посадил.

И, оформив документы,
Пару «Тигров» дал старлей:
«Только двадцать километров.
Дальше сам, братан, скорей!!»

И, обнявшись, попрощались
Две военные души.
Все готовы? Ну, рванули!
Перекуры не нужны.

Нас, таких ребят, здесь много!
Здесь не только Ленинград!
С Брянска, с Вологды, Тамбова
За свой счёт сюда летят.

На «копейках», «мерседесах»
По велению души
Из Донбасса вывозили
Под обстрелом сатаны.

Едут молча две машины,
По дороге колесят.
Мариуполь за спиною
Наши «Тигры» сторожат.

Только двадцать километров,
Дальше сами полетим.
Полон бак, воды в достатке,
По дороге поедим!

ZOV предков

Непрошеных гостей встречали мы не раз,
Здесь многие чужой кусок урвать хотели,
Но в горле мы вставали костью поперёк,
Враги от боли после войн тех
                        подранком так ревели!!!

В землице столько нашей их лежит,
Французов, немцев, англичан
                              и прочих супостатов.
Кто, обнажив мечи, пытался нас поработить,
Но всё закончилось позором их,
                         такие вот дела, ребята!

Они все разом, каждые сто лет подряд,
Пытаются и тужатся все вместе,
Ни разу ни один проклятый враг
                        не победил Россию!!
Кладезь мудрости, пример любви к отчизне,
                              совести и чести!!!

Сейчас опять шакалами идут и стаей воронья
Обходят и летают над землицей нашей,
Но предков Z.O.V. к борьбе и независимости
                                        в генах на века,
Мы не рабы!!! Нам суверенность
                                     и свобода краше!!!

Одесса

Сегодня вечером поставлю на окно свечу.
Сегодня в доме нет ни смеха, ни веселья.
По коридорам и по комнатам одна лишь
                                  бродит Скорбь.
Туда, обратно, словно призрак, привидение.

А в кабинете в кресле за столом
Ещё одна сидит, забравшись в человека,
                                           невидимка.
Ей имя Злость, она сейчас здесь за столом
                                        и Бог и царь
И в голове рисует человека мрачные картинки.

В углу, под образами, тихо и не поднимая глаз
Сидят Прощение, Добродетель, Кротость.
«Не ваш сегодня день», —
                       напомнит призрак Правда им.
А Память лишь кивком её одобрит.

Скорбь в мрачный кабинет зайдёт,
                               покажет всем на дверь,
Они не будут спорить, препираться.
И только Памяти она позволит с нами посидеть.
Втроём должны сегодня мы остаться.

Два призрака и человек, одна свеча.
В соседних окнах огоньки от свеч мерцают.
Сегодня в этот день мы «помним и скорбим»,
Мы не забудем никогда второе мая!

Посвящается Виктору Карцеву-Донецкому

Братья- воины, вы наши соколы!
Те, что мразь чистят, да до корня.
Знаю, вы там за всех нас воюете,
Вам зачтётся всё это в века.

Бьётесь вы за детей и за матушек,
Что за восемь лет полегли,
И за наших мужчин да за батюшек,
Что в Донбассе жили они.

Отомсти ты, боец, за всех детушек!
За дедов с орденами ты мсти!
Что политы фашисткойненавистью,
Но за Виктора ты отомсти.

Бей ты пулями, бей гранатами!
Как деды мразей наши жгли!
Бей «Калибрами» да «Солнцепёками»,
Но за Виктора ты отомсти!

Ты пошли пулю меткую в ворога,
Что по мирным в Донбассе стрелял!
Ты пошли её и за Виктора,
О котором ты толком не знал.

Не озлоблен я, но не милостив
К тем убийцам, что руки в крови.
Отомсти ты, солдат, за Виктора!
Я прошу тебя, отомсти!

Племя людоедов

Ну вот и всё, окончились все зрады, перемоги.
Пустая болтовня, о помощи мольбы.
И выползают крысы из подвалов
«Азовстали» обречённо,
Со злобным взглядом, дети ада, дети сатаны.

На теле выколоты знаки, как печати.
Клеймённые, кто душу дьяволу давно продал.
Здесь палачи, насильники, садисты,
прочие маньяки,
Как будто их Рогатый лично ездил выбирал.

Слова про жалость, милосердие никто из них
не знает.
Чужая жизнь для них не стоит медного гроша.
Но шкуру серую свою крысиную спасая,
Зелёнкою замазывали свастики на теле, черепа.

Надменный взгляд, им никого не жалко,
Позёрство от бессилия, что некуда давно
уже сбежать,
Здесь ведьмы, черти, прочее исчадие ада,
Им жизнь крысиная лишь только дорога —
на остальное просто наплевать!

Выходит племя людоедов, кто будет на века
как отрицательный синоним!
Здесь нет героев, здесь истории ошибки, пособие —
каким не надо быть.
Учебник памяти живой, который мерзко
пахнет серой!
Всё то, что мы не можем больше допустить!

Пусть суд свершится! Каждому воздастся
по заслугам!!!
Пусть суд свершится! Что б никто от наказания,
возмездья не ушёл!!!
За все дела, за горе, муки,
причинённые страдания,
Карающий меч правосудия куда рубить нашёл!!!

Анна Сурманова

Рассвет

Что же мы делаем? Небо в царапинах.
Кровью запятнан чуть выпавший снег…
Кровью запятнано платьишко в крапинку…
Милой малышки 12 лет.

Милое личико, косы да бантики.
Взгляд, в пустоту устремлённый навек…
В ручке зажаты конфетные фантики.
Кто же виновен? Один человек?

Нет! Это каждый, кто молча последовал.
Каждый, кто жил, будто этого нет.
Каждый, кто в баре однажды беседовал:
«Хм, я бы справился лучше, чем дед!»

Я молчаливая, я безголосая…
Виновен не тот, кто нажал на курок…
Мы за спиной у них мягкою поступью
Следуем тенью до края дорог.

Время пришло! Просыпайтесь, любимые!
Тень обратите в искрящийся свет.
Ладонь разожмите, чтоб девочки милые
Снова без страха встречали рассвет.

Александр Лукин

Работайте, братья…

Памяти Магомеда Нурбагандова

«Работайте, братья!» Их много осталось,
Но сила ведь в правде, а правда за нас!
Я сделал, что мог, кто-то скажет, что мало, —
Нас время рассудит… Потом, не сейчас.

Я сдал, не колеблясь, последний экзамен.
Небесная высь – мой последний приют.
Победа не скоро, но будет за нами!
И, в списках не числясь, останусь в строю.

Мне сверху видней. Осторожней, ребята!
«Растяжка» в траве, чуть помедленней шаг,
Заметьте: листва пожелтела, примята.
Я молнии вспышкой подам нужный знак.

Полынь догорает, и зябко до дрожи.
На мост не вступайте, идите в обход.
Родная земля, я уверен, поможет,
И завтра увидим, как солнце взойдёт.

Всему вопреки к вам вернусь отголоском
Израненных строк, и, пробив интервал,
Останется шрам, чуть заметная сноска —
«Он жил среди нас и за нас умирал».

Николай Ювица

Солдаты Победы

Как мы любили это время!
Когда в объятьях тишины,
Спускались ангелы на Землю —
Те, не пришедшие с войны…
А всех живых мы обнимали,
И поклонялись как могли,
Даже детьми мы понимали:
Они – нас всех уберегли!
С ними парады наблюдали,
Что так любила вся страна,
Их боевые трогали медали,
Заслуженные кровью ордена.
Поклон солдатам той Победы!
Всем тем, кто нам её завоевал,
В одном строю шли наши деды —
Простой солдат и генерал!

Прости, отец

Опять война, отец, на нашей Украине.
Под Николаевым как раз стоит рубеж.
А те места, где ты катался с сыном,
Даже захочешь, больше не найдёшь…
И спалены посадки все над Бугом…
До Вознесенска все идут пешком.
А больше – тут боятся с перепуга,
Вообще, оставить на минуту дом…
Здесь в свастиках теперь свои герои,
Для них Советов ненавистна власть,
Кричат они, что скоро всех зароют,
И на детей своих им тоже наплевать.
Прости, отец, что мы не защитили
Все то, что нам бы надо защищать,
И что бандер мы к власти допустили,
И нам теперь плоды их пожинать…
Но, слава Богу, Крым опять российский
Как и Луганск, и почти весь Донбасс,
И ждут тут канонад артиллерийских
И танков, что покажут украм класс…
Одна надежда на российского солдата,
Им снова нас пришлось освобождать…
Но жалко их – так молоды ребята,
За нас приходится им жизни отдавать!

«На мою родину закрыта мне дорога…»

На мою родину закрыта мне дорога,
А дух бандеровский вовеки не принять,
Таких, как я, нас тоже очень много —
И мы сумеем Украину отстоять!
Проснитесь те, что не совсем там очумели,
На чьи вы грабли решили наступать?!
Вы своим детям – такой участи хотели?
Никто не будет их даже вспоминать!
Мы шлём проклятья всем неонацистам,
Их свастику давно пора уже сорвать,
И никогда не победить вам коммунистов,
Их внуки вышли рога вам обломать!
Быть моей родине всегда со своим братом,
Нам нечего делить, и никому мы не должны,
Перед российским преклоняюсь я солдатом —
Великой родины они достойные сыны!
Спасибо – им скажите за их смелость,
За то, что снова нас пришли спасать.
И победят они, кому б то и ни хотелось,
Призвание России – мир весь защищать!

Русскому воину

Памяти новопреставленного

русского воина Никиты,

распятого укробандеровцами

И в какой шкуре они бы ни предстали —
Бандеровцы, нацисты иль других кровей,
Они давно людьми быть перестали,
А врут, что невзлюбили москалей.
И в злобе той, веками воспалённой,
Такие твари до сих пор ещё живут?!
Пусть проклянут вас матери и жены,
И дети ваши за ублюдков вас сочтут!
Грядёт тот суд, и занесён меч острый,
Всем вам гореть в нещадном том аду.
Но прежде разорвут и матери, и сёстры,
И жены тех, в чей дом вы принесли беду!
Придётся отвечать за каждого солдата,
За души всех распятых вами москалей,
Они проводят вас под самые ворота ада,
И вам там шкуры не спасти своей!

Президентам Украины и России

Господа президенты,
Вы читаете в лентах,
Что народ для вас пишет
Там про эту войну?!
Где помощники ваши?
И зачем кормят кашей,
Чтоб мы только молчали
У чьей-то воли в плену?!
Там сыны наши гибнут
И себя рвут под танками,
Как вы будете нам —
Их домой возвращать?!
Как отцам с матерями
Про груз 200 расскажете?!
Как невестам с друзьями
Их останки встречать?!
Так когда, наконец,
Вы и сами усвоите,
Что у всех нас не будет
Больше жизни другой!
Господа президенты!
Мало что кому хочется,
И на что вы надеетесь,
В назидание другим?!
Так услышьте и вы
Глас простого народа —
Он ответ один скажет:
«Мы войны – не хотим!»

Вячеслав Асанов

Не дай нам, Бог

Не дай нам, Бог, войне случиться,
Как в сорок первом, у реки…
Хотя – к победе время мчится,
Но жертвы слишком велики.
Не дай нам, Бог, чтобы бомбили
Страну от края и до края,
Чтобы сирены страшно выли,
Народ под землю загоняя.
Не дай нам, Бог, чтоб погибали,
Горели заживо в огне,
Чтоб никогда мы не считали
Солдат, убитых на войне.
Пусть мимо время войн промчится,
Продли нам мира срок.
Не дай нам, Бог, войне случиться,
Не дай нам, Бог, не дай нам, Бог…

Крымский мост

Благословил Крым Андрей Первозванный,
Владимира князя крестил Херсонес.
Сюда приходили гости незваные —
Полчища их не перечесть.

Припев:
Крымский мост связал воедино
Разные берега.
Дорога на Керчь через море
Красиво проложена.
Крымский мост – русский мост —
Родина моя.
Ты вернулась, чтобы остаться
В Крыму навсегда!

Крым пережил много нашествий,
Но под врагами горела земля.
Город-герой Севастополь не сдался —
Выстояла наша крепость- броня.
Гордость российская – крымские здравницы,
Воздух целебный, простор голубой.
Отдых в Крыму не хуже, чем в Ницце,
Теперь по мосту едем прямо домой!

Припев.

Война

Война задумана не нами.
Она – виновница несчастий, многих бед,
Но развевалось наше знамя
Как знак свершившихся побед.

Припев:
Враг не пройдёт, победу одержит
Наша армия, наш народ.
Выйдет в море, сверкая орудьями,
Наш российский доблестный флот.

Русские воины – наши деды —
Умели, как встарь, хорошо воевать,
Но нелегко доставались победы,
Никто не хотел умирать.

Припев.

Мчатся танки, ребятушки, с Богом!
Жуков скомандовал: «Вперёд, на Берлин!»
Вот оно волчье, фашистское логово —
Битва один на один.

Припев.

Сквозь треск пулемётов и грохот орудий
Гудят, нарастая, крики «Ура!».
С фашизмом покончили русские люди;
В свои дома возвращаться пора…

Припев.

Победа

Много жизней унесла война,
Бе(з)пощадною всегда была.
Не жалела и солдат своих,
Возвеличила подвиг их.
Дома матери, и боль в глазах —
Сыновей своих дождутся ль нет?
Жёны тоже ждут все во слезах,
А война уже несколько лет…

Припев:
Победа, победа, победа!
Мы верили в то, что придёт она
И кончатся наши страданья и беды,
Закончится страшная эта война.
Победа, победа, победа!
Больше не надо ни с кем воевать.
Обнять теперь можно и внука, и деда,
Жену и старушку мать. Ура!

Да, силён был и бе(з)страшен враг —
Сёла жёг и занимал города.
Но в России потерпел он крах,
Врагов гнали мы во все времена.
И фашистская бежала орда,
Сдаться в плен – у них был шанс один.
Огрызались огнём города,
Взят Рейхстаг, и пал город Берлин.

Припев.

Много жизней унесла война,
Бе(з)пощадною всегда была.
Не жалела и солдат своих,
Возвеличила подвиг их.

Припев.

Чёрное море

Билися с греками за Евпаторию,
Завоевали всю территорию.
Тмутараканское царство в расцвете —
Кровью достались победы эти…

Припев:
Чёрное море, русское море —
Красивые берега.
Чёрное море красным от крови
Было во все времена…
Чёрное море… Русское горе
С Чёрного моря пришло.
Русским героям в битвах на море
Головы сложить суждено…

В причерноморских степях было тихо,
Пока не пришло туда воинство скифов.
Воины-скифы, царские скифы
В русских сказаниях, песнях и мифах.

Припев:
Чёрное море, русское море —
Красивые берега.
Чёрное море красным от крови
Было во все времена…
Чёрное море… Русское горе
С Чёрного моря пришло.
Русским героям в битвах на море
Головы сложить суждено…

Римляне, готы, гунны и тюрки,
Болгары, хазары – кого только нет…
Что же хотели, чего нужно им?
Наш полуостров Крым!

Припев:
Чёрное море, русское море —
Красивые берега.
Чёрное море красным от крови
Было во все времена…
Чёрное море… Русское горе
С Чёрного моря пришло.
Русским героям в битвах на море
Головы сложить суждено…

Крымское ханство, с нами по-хамски
Они разговоры вели,
И неожиданно нападали,
И города наши жгли…

Припев:
Чёрное море, русское море —
Красивые берега.
Чёрное море красным от крови
Было во все времена…
Чёрное море… Русское горе
С Чёрного моря пришло.
Русским героям в битвах на море
Головы сложить суждено.

Виктор Бобылев

Иного пути нет

В победном сорок пятом наши отцы, деды и прадеды добили фашизм в его логове и подвергли его суду международного военного трибунала.

Однако оказалось, что зараза фашизма хуже раковой опухоли. Мало победить и осудить фашизм, его надо тщательно и повсеместно уничтожать. Ибо его метастазы склонны к рецидивам и реваншу. Что мы и наблюдаем сегодня.

Европа опять тяжело заболела фашизмом. Источники и очаги этой заразы находятся в мозговых центрах натовской Европы и Америки. Но её метастазы расползаются по всему миру.

Сложившаяся ситуация требует безотлагательного хирургического вмешательства по пресечению этого убийственного процесса.

И опять, кроме России, в мире нет другого целителя, способного на это.

Россия уже приступила к этой сложной и длительной операции.

Европа вместе с Америкой визжит и извивается, стонет и скрежещет зубами, в припадках злобы пытается максимально навредить России, хочет вырваться из умелых и крепких рук извечного целителя и спасителя своего.

России не приходится рассчитывать на чью-либо добросовестную, эффективную и бескорыстную помощь. Но и на полпути остановиться невозможно.

Фашиствующие сатанисты тащат человечество на плаху апокалипсиса.

Народам мира, чтобы выстоять и не пойти на поводу у сатанистов, надо встать с Россией плечом к плечу и дать сокрушительный отпор разрушителям жизни на земле, пожирающим всё и всех, кто не может оказать должного противодействия. Это и есть путь к спасению человечества. ИНОГО ПУТИ НЕТ!

С фашизмом мы уже сталкивались. Это была наша Великая Отечественная война 1941–1945 годов.

Против нас тогда воевала не только гитлеровская Германия, но и почти вся Европа, сдавшаяся Гитлеру, примкнувшая к нему и вместе с ним воевавшая против нас.

Тем не менее мы выстояли и победили. Это мы сломали хребет фашизму. Это мы освободили Европу из фашистского плена. Это мы даровали Европе возможность жить и развиваться свободно и независимо.

Но эти извечные шулера и спекулянты даже столь щедрый дар наш не смогли воспринять и оценить по достоинству, не смогли обратить его на пользу себе и всему человечеству.

Дарованную нами независимость они тут же продали могущественной Америке и вместе с ней сколотили против нас свою бандитскую шайку под названием НАТО.

Все последующие годы они только тем и занимались, что по всему миру терроризировали и грабили тех, кто слабее них. Грабили и наживались. Наживались и жирели.

И вот теперь, разжирев до безобразия и обнаглев до крайности, они опять возомнили себя властителями мира и опять примеряют на своё высокомерие и спесь идеологию фашизма.

Они пытаются указывать России, как ей жить, что она должна делать, а чего ей делать не позволено. Они уже даже не скрывают своего маниакального стремления: уничтожить Россию и разграбить все её богатства.

На полях сражений в Донбассе и на Украине против нас воюет не только фашиствующая бандеровская Украина, но и вся не менее фашиствующая натовская Европа во главе с Америкой, да ещё и прихвостни их, такие как Канада, Австралия, Япония и множество других стран помельче.

В сущности, против России сегодня ополчился весь глобальный сатанизм.

И мы не можем уступить в этой борьбе, нам нельзя не победить. Победа сатанизма означала бы погибель всего человечества.

МЫ ОБЯЗАНЫ ПОБЕДИТЬ. И МЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОБЕДИМ. ИБО ДЕЛО НАШЕ ПРАВОЕ, ДУШИ НАШИ ПРАВЕДНЫ И С НАМИ БОГ.

А с ними сатана со всеми их сатанинскими игрищами, такими как ЛГБТ-сообщества, гей-парады, хеллоуины, евромайданы и прочая бесовщина.

В исторической перспективе их ждёт участь библейских городов Содома и Гоморры. Они уже и вывеску себе выбрали подходящую «ЕС», что можно расшифровать как Евросодом. То есть они сами себе подписали приговор истории, сами себе поставили на лоб это сатанинское клеймо.

Что же касается России, то я скажу вам так: «РОССИЯ НЕУБИЕННА!» Она доказала это всей историей своего существования. И вот вам ещё одно подтверждение этой истины.

Святая Русь

Оболгана, изранена,
Истерзана, измучена,
Из пепла да из пламени
Восходит Русь могучая.

Обиженным – соратница.
Униженным – заступница.
Идут народы братьями
Прижаться к ней как к спутнице.

Века, тысячелетия
Над нею мрачным молохом.
Но лик с душою светятся
Божественно и молодо.

Когда весь мир пропитан злом,
Погрязши в искушениях,
Одна несёт свой крест земной
За эти прегрешения.

Стократ друзьями предана
И много раз распятая,
Несёт любовь и свет она,
Чиста и незапятнанна.

ВПЕРЁД, РОССИЯ!
ДО ПОЛНОЙ ПОБЕДЫ!!!

Рустам Копысов

«Осенней жатвы пробили часы…»

Осенней жатвы пробили часы,
Прохладная решительная ясность,
Герои фресок, воинства певцы,
Трубят, призывно низвергая праздность.
Пора всем вспомнить, для чего Победы парк
И площадь Мужества, аллея Ветеранов,
Предназначенье Триумфальных арок,
Полков Бессмертных и весной тюльпанов…
И содрогнуться трезвостью, в сердцах,
И в самом главном утвердиться снова,
С грядущим потягавшись на весах,
Сберечь Родную Речь, Родное Слово.

«Храните самое важное…»

Храните самое важное,
Важное – в сердце храните.
Пусть – оно будет в граните,
Пусть слепит, как солнце в зените, —
Знамени – не уроните,
Ружья свои заприте,
Ведя полки ради важного…
Будьте себе вы верными,
Будьте птицами – первыми
В небе: в новом ли, в старом,
В сегодняшнем ли, в запоздалом…
Схватите великое в малом,
Подлинное в былом…
Будьте стойкими верою.
Узрев круговерть отовсюду,
Дайте случиться чуду!
Дайте… ворваться чуду.
Только не засыпайте,
Только не умирайте,
Только не попирайте
Жизнь, живя без чуда.

«В конце времён царит застолье…»

В конце времён царит застолье,
На нём все те, кто жил и есть,
Речей торжественных раздолье,
Забыты распри, ложь и спесь,
И люди там родные, братья,
Никто не судит никого —
Собранье как одно объятье,
И радость – аура всего.
Понятна речь и неделима
Живых и древних языков
В избытке светлом, выразимом
Нет злых, пустых, ненужных слов.
Как будто слышу восклицанья,
Стихи и тосты, песни, смех
И мыслю: вот всем знаньям знание,
Вот непреложная из вех.
Так подсознательно расслышу:
Там «Я» и «Все» теперь – одно.
Сам ощущаю это, вижу, —
Ну что здесь трудного? Ну что?
Мир разделён на козни, войны,
И есть умы, что мира суть.
Лишь в этом видят вывод стройный,
Презрев к вершинам духа путь.
Не будет никогда известен
Реки времён заветный брод,
И будет с гордой тихой песней,
Бредя, дерзать земнойнарод.
В конце времён в пылу веселья
Минуты будет тишина.
Взгляд состраданья, сожаленья…
Всем нам она посвящена.

«В диком поле стоит берёза…»

В диком поле стоит берёза —
Это кто-то стоит средь толпы…
Там монашка идёт из колхоза,
Здесь по площади ходят попы.
Опрокинулось что-то в душу,
Ветры свищут на поле том,
Спотыкаются, мат обрушив,
О берёзу люди гуртом.
Ей не сдвинуться – пущены корни,
Из толпы поднят к небу лик.
Кто-то рьяно звонит с колокольни:
То ли молодец, то ли старик.
Видно, что-то горит в округе,
Или в гости иная беда.
Вот берёза стоит в кольчуге
В диком поле совсем одна.
Древнерусский звон колокольный
Известил: не сносить голов —
Валят толпы, как лес без корня,
Сотни тысяч чужих полков.
Упёрлась берёза в землю,
Размахнулась ветвями вширь —
Безымянный, дремотный доселе
В бой старинный вступил богатырь…

«Пустите меня в Россию…»

Пустите меня в Россию,
В которой давно я живу,
В бескрайний, невыразимый,
Широкий простор наяву.
Хочу понимать, где это,
Затронуть, обняв тишину,
Весну, осень, зиму, лето,
Как тонкую сердца струну.
Пустите меня в Россию,
К глубинке и старине,
Где просто, светло и красиво,
Где всё очевидней вдвойне.
Раскройте мне это далёко,
Запрятанное средь витрин
Сокрытое одиноко
Под глянцем заморских картин.
Пусть где-то не пустят куда-то,
Россию – вернут навсегда.
Преграда к себе – лишь растрата,
Забвение и беда.
Впустите в Россию – Россию,
Чтоб вспомнить и снова узнать,
Услышать, увидеть, посеять,
Взрастить, сохранить и пожать.

Владимир Симонов

О друзьях России

Мат – вдохновитель побед.

С матом советские солдаты шли в атаку против нацистов,

а советские хоккеисты побеждали канадских.

Виктор Ерофеев

Я слышал много раз в часы досуга,
Что молвил в прошлом император- патриот,
Что у России есть лишь два надёжных друга:
Это её армия и флот!

Слов этих время доказало силу,
Но – я своё суждение скажу,
Не два, а три есть друга у России:
Флот, армия и мат для куражу.

В лаврах побед и мата есть заслуга,
И я, как гражданин и патриот,
Считаю – у России есть три друга:
Мат-вдохновитель, армия и флот.

Доброхоты- волонтёры

Старославянское слово
«Доброхоты» – добра хотящие, —
Когда-то часто звучащее,
Востребовано ныне снова…

И, пусть вместо этого слова
В ходу ныне термин иной,
Мне роднее первооснова,
Слово, пахнущее стариной.

Доброхоты, они ж волонтёры,
Страны добровольная рать, —
Во всём государству опора,
Им некогда тупо скучать.

Это все люди, которые
Радеют за общий наш дом,
Они своим ратным трудом
Пишут страны историю.

Волонтёры, они ж доброхоты,
Везде, где их помощь нужна,
Российских сограждан «пехота»,
Их делами гордится страна.

«Доброхоты» – старинное слово,
Пусть в ходу ныне термин иной,
Мне ж – дороже первооснова,
Слово, пахнущее стариной…

«Доброхоты» – старинное слово…
Слово, пахнущее стариной…

Военные врачи

Военные врачи – войны солдаты,
У них своё сраженье, свой редут,
Они – адепты клятвы Гиппократа,
За жизни воинов сражения ведут.

Их руки не привыкли к автоматам,
Оружие их – скальпели, шприцы,
Лекарства и иные препараты,
Они в других деяниях спецы.

И правила войны у них иные,
Не их стезя судить, кто виноват,
Для них и раненые пленные – больные,
Врачи сражаются за жизни всех солдат.

Они и лечат, и дают надежду,
Велят больным терпеть и не хандрить
И – верить, что однажды те, как прежде,
Как прежде, будут жить мечтать, творить…

Под шквал войны, без отдыха порою,
Врачи кромсают, штопают тела…
Все медики военные – герои,
За их деянья честь им и хвала!..

Если не мы, то кто?

Когда недруги Отчизну досаждают
Правилами чуждыми,
Когда недруги Россию вынуждают
Взяться за оружие,
Когда вдоль границ враг в судорогах мечется,
Дома мужикам сидеть негоже,
Ведь если не они, то кто же
Защитит Отечество?..

В одном ряду плечом к плечу стоят
И русский, и чеченец, и бурят.
Безусые юнцы и бородатые,
Защитники Отечества – солдаты,
Мужчины, кто постарше, кто моложе,
Все знают, ныне, как и в старину,
Если не они, то кто же
Защитит от ворогов страну?..

Здесь и призывники, и добровольцы,
И атеисты… и богомольцы,
И прочие… медсёстры и врачи,
Не пожелавшие судачить у печи,
Никто иной Отчизне не поможет,
Кроме самих себя, как в старину,
И если не они, то кто же
Защитит от ворогов страну?..

Так говорят сегодня патриоты:
«Пришла беда, и, значит, наш черёд,
Проявить о Родине заботу,
Защитить от ворогов народ.
Никто иной Отчизне не поможет,
Кроме самих себя, как в старину,
И ежели не мы, то кто же
Защитит от ворогов страну!..»
Так говорят сегодня патриоты!..

Наше дело правое

До сих пор государства богатые
Унижают прочие страны,
Стращая страны своей охраной —
Влиятельным блоком НАТО.

Европейцы с американцами
Гнобят всех, кто с ними не дружит,
Насаждают правила, санкции,
Непослушным – грозят оружием…

Много лет Европа с Америкой
Государства нещадно грабили,
Ныне они в истерике,
Не приемлет мир больше их правила.

У каждой страны свои нравы,
Обычаи, вера, иконы,
У каждой страны есть право
Жить по своим канонам…

Что желают народы, известно:
Неба мирного и равноправия,
Отношений открытых и честных,
По своим жить законам и правилам.

Планета для всех – общежитие,
И солнце для всех одно,
Всё меняется, мир в развитии,
Иного пути не дано…

Зря враги, лицемеры лукавые,
Размахивают кулаками,
Наше дело правое,
Победа будет за нами!!!

Я Мат Матвеич

Осенний ветер бедокурил, злился,
В землянке, разморённой от тепла,
Вдруг старичок из ниоткуда проявился,
Присел на табуретку у стола.

«Я Мат Матвеич, – молвил он военным, —
Внештатный матерщинник, так сказать,
Ругаюсь матом я, сынки, отменно,
И вы должны уметь, ядрёна мать!..

У вас есть и гармошка, и гитара,
Но вы скучаете, сынки, я погляжу,
Не слышно баек, всяких тары-бары,
Глядя на быт ваш, вот что я скажу.

Всегда желали покорить нас бестии,
Наши просторы не дают им спать,
Они набором самих подлых действий
Ныне науськали соседей воевать.

Сынки, чтоб одолеть нам супостатов,
Не слушайте врага, его лажу,
Хандру гоните прочь конкретным матом,
Вам явно не хватает куражу.

И водка в данном деле не подмога,
Подмога – мат, частушки, байки, смех,
В победу верьте и молитесь Богу!
Пусть вам всегда сопутствует успех.

Я был участником премножества сражений,
Всегда поддерживала армию страна,
Без матерных крылатых выражений
Не обходилась ни одна война.

Ругались матом генералы, офицеры,
Ругался всякий ротный старшина,
Они служили всем бойцам примером,
Как воевать и посылать всё на…

Друзья мои, вы все уже герои,
Бо не сбежали в трудный час, не закосили,
Пусть мат и шутки придают вам силы,
Для боевого, для победного настроя!..»

Гость Мат Матвеич смачно матерился,
Трепался, веселил, частушки пел,
Он в кураже бравурном преуспел…
И как явился, так и испарился…
А вне землянки вольный ветер злился…

Александр Ефимов

«Шли полки донбасские…»

Шли полки донбасские,
Шли издалека,
Чтоб добить Турчинова
Да Яценюка.
Э-э-э,
Да Яценюка.

Хлопцы, чьи вы будете?
Кто вас в бой ведёт?
Кто собрал под знаменем
Удалойнарод?
Э-э-э,
Удалойнарод.

Мы сыны донбасские,
Мы за прочный мир.
В бой идём мы с Путиным,
Он наш командир.
Э-э-э,
Он наш командир.

Вот полки проехали,
Смолк и траков лязг.
Драпают бандеровцы,
Лишь завидя нас.
Э-э-э,
Лишь завидя нас.

Александр Колобаев

Сокровенное имя

Имя, что ими затрёпано,
Всуе – не произнесу.
Корни мои закопаны
В этом холодном лесу,
В вязкой осенней слякоти,
В странности дел и слов,
В хлебной душистой мякоти,
В горечи светлых голов…
Ни середины, ни края!..
Но, не хваля, не хулю.
Молча в тебе пропадаю…
Верю. Надеюсь. Люблю.

Покаяние русских

Как много в небе нашей Родины ворон,
Что норовят погадить на её просторы!
«Покайтесь, русские!» – галдят со всех сторон.
«Покайтесь, русские!» – поют гугнивым хором.

Ну что ж, «покаемся»! Нам это не впервой.
Есть в чём виниться нам. Имеем горький опыт.
За двести лет мы – трижды (!) – кровью (!) —
не икрой —
Спасали жизнь и честь расчётливой Европы.

За всё, за эту кровь и слёзы матерей,
Что сделали стократ тучнее ваши нивы,
За то, что вы, довольны, сыты и счастливы,
Нас гоните, бурча, от собственных дверей;

За то, что не процент нас манит, а идея,
За то, что мы, увы, не слуги Сатаны,
И за доверчивость к всемирным прохиндеям,
За бедность нации и мощь её страны

Простите. За неведенье высоких прав,
За то, что долг блюдём, не их искуса,
За то, что храм наш в поднебесьи златоглав,
За то, что следуем не Яхве, но Иисусу;

За то, что не в чести богатство и разврат
У нас, за то, что ценим ум с уменьем вместе,
За доброту, в чём каждый русский виноват,
За то, что мы рабы и совести, и чести, —

Простите. И за то, что мы не ценим время,
Не любим ложь, хулу и приторную лесть,
Что богоизбранность – минула наше племя…
Простите нас за то, что мы уж просто есть.

Огнём «обид», видать, и впрямь обожжены,
За всё: за наши муки, веру и страданья —
Хотели вы услышать русских покаянье?
Вот вам оно, во всём величии «вины».

Дурдом

Зачем беззубая Европа,
Петляя в странных виражах,
Уселась с лёту голой ж…
На иглы русского ежа?
Хохлам с какой великой дури
Нужно заморское тряпьё?
И что их гетман тайно курит,
Глотает, нюхает иль пьёт?
Прекраснодушные болваны,
Попутав гать и свой хайвей,
Суют персты в чужие раны
Зачем для похоти своей?
Зачем дракона дерзко будят,
О «демократии» свистя?
Зачем о всём на свете судят,
Как неразумное дитя?……….
……………………………………………
Ответов нет. Дурдом в пожарах
И в ожиданьи санитаров.

Эх, Россия!

Эх, Россия!.. Ну что, мать, хреново?
Но бывало хужей, чем сейчас.
Ты ещё зарумянишься снова,
Песни грустные сменишь на пляс.
Только б дети не маялись дурью,
На посулы б легко не велись,
Не слагали бы руки и в бурю
Берегли бы своих Василис,
Да детишек, да предков могилы,
Чуя кожею всею твой взгляд,
Напрягая последние силы,
Чтоб исполнить сыновий наряд.
А врагам твоим – пламя да плеть,
Коль уж сил их не станет терпеть.

Леонид Кульматов

Собирайся в поход

Посвящается нашим бойцам,

которые бьются на Украине

против бандеровскойнечисти

и натовских орков

Вот и снова судьба нам сказала: «Вставай,
Собирайся в поход и шинель надевай.
Слышишь, там вдалеке снова взрывы гремят?
Снова время пришло нам на Запад, солдат».

Обними на прощанье жену и детей,
Посмотри ей в глаза и запомнить сумей
И скажи: «Я вернусь, только жди и не плачь.
Будет всё хорошо, я ведь тёртый калач».

Подзабыли они, как тогда на Неве
Предки их утонули в невской волне,
Как на озере Чудском отправил под лёд,
Утопил Александр весь этот сброд.

Вот и выпало нам защитить отчий дом,
И родные глаза, и сирень за окном.
Мы осиновый кол им в могилу вобьём,
Чтоб счастливая жизнь шла своим чередом.

И мужчины, как встарь, собрались и ушли.
Чтобы выгнать бандеровцев с русской земли.
А вдогонку от жён: «Ты себя береги!»,
«Ты себя береги!», «Ты себя береги!».

Татьяна Андреева

Россия вам ответит

Во мне нет света, только боль и тьма.
Но и во тьме отчётливо я вижу:
Бомбят Донбасс, разрушены дома,
Убиты дети… Что до них Парижу,
Берлину, Вашингтону и Брюсселю?
Они, похоже, все сошли с ума
И меж собой уже Россию делят…
Бандитов свора, страшная чума
Пришла по нашу душу. Мы ответим —
Богатыри- красавцы на посту.
Мужья и чьи-то братья, чьи-то дети
Не на диванах – в блиндажах, в лесу…
Донбасс стоит – его не сокрушить.
Россия вам ответит вновь и вновь —
Характер русский есть, желанье жить!
Ещё смекалка, юмор и любовь.

Ангелы

Памяти погибших в бою и

замученных в плену бойцов

Ангелу выкручивали крылья.
Жгли, ломали, резали ножом…
Он молчал… и все проклятья пылью
Отлетали. Он же слышал звон.
Звон летел с небес и звал с собою,
Унося страдания и боль…
Ангел поднимался над землёю,
Но уже без крыльев, сам собой.
Мамины глаза за ним следили,
Видел он, что слёз глаза полны.
Мама знала – поломали крылья,
Душу сына, веру – не смогли.
Ангел поднимался выше, выше,
А за ним ещё, ещё, ещё…
Крылья вырастали у мальчишек —
Чтоб опять стоять – к плечу плечо,
Чтоб с небес хранить друзей и маму,
Чтоб согреть, когда их бьёт озноб…
Ангелы теперь вели упрямо
Всех друзей- бойцов – вперёд, вперёд!
Как на небе ангелы ликуют,
Если город взят, повержен враг.
Знают, что их близкие тоскуют…
Но с земным упорством ждут атак.
Крылья крепнут, их размах всё шире:
Охранять, беречь, любить, спасать
Ангелы летят…
                Нам в этом мире
Просто надо помнить тех ребят…

Мы – Россия

Опять играют мальчики в войну,
В руках у них серьёзное оружие.
Вновь взрывы нарушают тишину,
А воины несут достойно службу.
Да, снова в строй встают богатыри.
Раскручивая берцами планету,
Идут вперёд, сомкнув свои ряды,
За радостью, за миром и за светом.
Им вслед опять из-под руки глядят
Невесты, жёны, матери и сёстры.
Ещё не проводив, уж ждут назад,
Домой, в тепло, в родные гнёзда.
И снова скорбь с надеждою сплелась.
И письма – словно голуби из дома,
Чтоб поколений связь не прервалась,
Летит любовь к родным, чужим, знакомым.
У каждого бойца своя судьба,
Одно на всех лишь боевое знамя.

И вновь звучат заветные слова:
– Мы победим, ведь Родина за нами!
Война другая. Всё равно – война!
И смерть с бойцом, порой, в одном окопе.
Но, мужеством его поражена,
Смерть отступает, чтоб сказать Европе:
– Ожесточенья нет, любовь в сердцах,
Их боль и радость несоизмеримы!..
Всех жёны ждут!..
                  Ну что ещё сказать —
Как всё на свете повторимо!

Мы повторяем снова:
                                – С нами Бог!
Мы – русские, и в этом наша сила.
Взываем к миру, только мир оглох.
Что ж, сами справимся, ведь мы – Россия.

Любовь Гурьева

Без вести пропавший

– Бабы, Анфиску не видали? – близоруко щурясь, Роза вглядывалась в толпу женщин, каждый вечер ожидавших письмоносицу у кромки поля.

Стояла глубокая осень, но картошка была ещё не вся выкопана, и женщины дотемна ковырялись в холодной грязи, стараясь поспеть до заморозков. Рабочих рук явно недоставало, все мало-мальски здоровые мужики были на фронте. Четвёртый месяц шла война, и хоть деревня была невелика, всего-то десятка два дворов, однако уж три похоронки пришли. А из соседнего села чуть ли не каждый божий день ветер доносил отголоски протяжных женских рыданий.

Услышав Розин вопрос, каждая из женщин облегчённо выдохнула: сегодня беда прошла мимо.

– Анфиска дома сёдни, свёкор у неё совсем плох. Чё стряслось-то? – запоздало крикнул кто-то, но Роза уж убежала далеко вперёд, часто припадая на левую ногу.

Беда-бумага пришла в избу на другом конце деревни, там в голос ревела Анфисина свекровь: её сын Павел пропал без вести. Обессиленный болезнью свёкор молча смотрел в угол с иконами, только по морщинистым щекам его катились слёзы. Анфиса же ни слезинки не уронила, только как каменная сделалась.

– Ты бы поревела, Анфиска, полегчает, – уговаривала её Ульяна.

– Ревут по мёртвым, а Пашка мой жив, – сказала, как отрезала.

И правда ведь, похоронки не было, а без вести пропал – ещё не погиб. И никто не смог убедить Анфису в обратном.

Тем же летом ушёл в мир иной свёкор, за ним тихо сгорела свекровь.

Война давно кончилась. Выросла дочь, вышла замуж, народила деток, оставила их на попечение матери.

Так и жила Анфиса – с внуками, да с верой в возвращение мужа.

– Бабушка, а почему ты замуж больше не вышла? – спросила вдруг Вера.

Бабушка Анфиса часто рассказывала внучкам про их дедушку, которого они никогда не видели. Девчонки такие рассказы любили: сядут возле бабушки и слушают. Для них дедушка Павел был как сказочный Иван-царевич: добрый, красивый, смелый. Только война проклятая разлучила его с царевной Анфисой: ушёл он на фронт и не вернулся. Единственное письмецо от него, полученное в самом начале войны, со временем где-то затерялось. Осталась лишь старенькая карточка, на которой дедушка был снят в шапке-будёновке и со светлым взглядом из-под слегка насупленных бровей.

Дочь Нина как-то удумала отдать заезжему фотографу снимок двадцатилетнего отца и фотокарточку сорокапятилетней матери, чтобы тот сделал семейный портрет Анфисы и Павла. Но бабушке эта затея не поглянулась:

– Как мать с сыном мы здесь, – заявила бабушка и разрезала портрет на два, а увеличенную дедушкину половинку вставила в рамку и повесила у себя над кроватью.

– Замуж, говоришь? – вопросом ответила бабушка на вопрос старшей внучки. – Да как же мне замуж-то?

– Ну, правда, почему, бабушка? – затеребила нетерпеливая Тамара. – Дедушка же не вернулся. Вон у тёти Вали дядя Петя уехал куда-то и тоже не вернулся, она же на дяде Коле поженилась. А в тебя, что ли, никто не влюбился?

– Да сватались, как же! Я ить ладненькая была, работящая. Только… – Бабушка опять надолго замолчала, видимо не зная, как доходчивее объяснить непонятливым внучкам. – Любила я его, Пашку-то. А похоронки так и не было. Значит, жив он. Вот и жду всё…

Помолчав немного, бабушка с горечью проговорила:

– А может, и прав папка-то ваш? Живёт себе мой Пашка где-то в Америке и думать об нас забыл.

По гладкойне по возрасту бабушкиной щеке медленно поползла змейка-слезинка.

– Не плачь, бабулечка, – всхлипнула маленькая Танюшка, крепко обнимая бабушку за шею. – Лучше расскажи ещё про дедушку, как он песенку про нашу мамку пел.

– Уж шибко он её любил, мамку-то вашу, – утерев слезу, подхватила бабушка любимую тему. – Всё Нинушкой звал. Мне-то некогда было с ней ласкаться да миловаться. Из поля прибежишь, а тут скотина не кормлена. Всё ить хозяйство на мне было. Свёкор совсем плохой, да и от свекрови уж мало толку было. А Пашка как в избу войдёт, так сразу к Нинушке. Всё стишок ей рассказывал: «Снежинки, снежинки на книжке у Нинки». На фронт уходил, ей уж восемь было. Наказал мне: «Ты Нинушку только береги»…

Вот так, под рассказы о дедушке, прошло детство Веры и её сестёр. Девчонки тоже вполне уверились, что их дедушка Павел Николаевич жив и когда-нибудь обязательно приедет к ним. Только вот никто из них не задумывался, а где же он сейчас живёт и почему сразу домойне вернулся. Как без раздумий верили, что скоро обязательно настанет коммунизм.

О чём размышляла бабушка долгими бессонными ночами, ворочаясь под тихое сопение внучек, – а кто теперь скажет? Может, изо всех сил гнала от себя прочь крамольные эти раздумья, а просто верила и надеялась на чудо…

Зять Анфисе достался недобрый: угрюмый и неразговорчивый. Всё время курил да книжки читал. Только подвыпив, сразу веселел и любил покуражиться над тёщей:

– Ну что, Егоровна, всё мужа ждёшь? Жди, жди! Живёт твой Павел Николаич где-нибудь в Америке. А на кой ты ему нужна, деревенщина? Он себе мадаму в шляпе нашёл, там и живёт с ней припеваючи, в ус не дует…

Анфиса Егоровна на выпады зятя не отвечала, молча уходила в свой уголок. Видно, зятевы уколы не проходили бесследно, попадали прямо в её больное сердце. Но вслух она об этом ни разу не сказала, а внучки и не интересовались по молодости лет. Только ещё крепче прижимались к бабушке и гладили её по узловатым от тяжёлой работы рукам.

– Бабушка, ты плачешь? Опять спину ломит?

Пятнадцатилетняя Вера проснулась среди ночи, как ей показалось, из-за дождя, бьющегося о стекло частыми струями. Но тут услышала тихие всхлипывания, доносящиеся с бабушкиной кровати.

– Достань-ка мне, Верушка, там, в шкафу, початая пол-литра стоит, на растирание покупала, – попросила бабушка. – Плесни мне полстакашка.

Вера удивилась: никогда не видела, чтобы бабушка водку пила.

– Умер Пашка-то мой, – пояснила Анфиса Егоровна, заметив недоумённый взгляд внучки. – Помянуть надо бы…

С тойночи бабушка стала всё чаще болеть, потом вовсе слегла и вскоре тихо умерла на руках у старшей внучки.

Вера вышла на балкон своей новой квартиры и осмотрелась. Ну вот, всё возвращается на круги своя. Родилась в посёлке и остаток жизни придётся в посёлке же провести. Только в другом, не там, где прошло детство.

А посёлочек ничего, тихий, уютный. И лес рядом, как в детстве. Только в детстве была бабушка.

«Удивительно, какая у нас с бабушкой схожая судьба, – подумала Вера. – У меня тоже трое внучат от беспутной дочери. Тоже, как бабушке, приходится ещё работать, хотя давно уж пора бы на отдых».

Вот и жить ей на склоне жизни придётся не там, где хотелось бы. Бабушка в её возрасте переехала в город. А Вера наконец решилась продать свою квартиру в чужой уже стране и купила себе жильё в Смоленской области.

– Новая соседка? – (Повернувшись на голос, Вера увидела на соседнем балконе женщину в платочке.) – А я Нина.

– А у меня маму Ниной звали, её мой дедушка так назвал, – почему-то вдруг призналась Вера. – Заходи ко мне, соседка, почаёвничаем, познакомимся.

Нина пришла через полчаса. Принаряженная и с гостинцем – баночкой брусничного варенья. Опять Вере вспомнилась бабушка. Это она, кормилица, занималась в семье заготовками: ходила в лес по грибы-ягоды, садила картошку, выращивала в парнике огурцы.

«Вот и мне, наверное, придётся, огородничеством заняться», – промелькнула мысль.

– Проходи, Нина, на кухню, будь как дома. Хорошая соседка ближе сестры, говорят, – пригласила Вера и включила чайник. Чашки и вазочки с конфетами и печеньем уже стояли на столе в ожидании гостьи.

– Мне ведь тоже батя имечко дал, – повела свой рассказ Нина, когда чай был разлит по чашкам. – Хоть и не родной он мне был. Так уж случилось…

Нина замолчала, задумавшись. Вера не торопила. Захочет – расскажет…

И Нина стала рассказывать.

Война уж к самому концу подходила, шёл месяц май. Мимо Орши, где жила Мария с матерью, сутками шли поезда с фронта. А Маша светилась от счастья и… готовилась к свадьбе: вот только черёмуха зацветёт, чтобы можно было составить столы во дворе и отпраздновать. Как хорошо, что не успели Мишу призвать, пару месяцев не хватило. «Повезло!» – завистливо вздыхали подружки, получившие похоронки на своих женихов.

Только, видно, не судьба была Маше стать счастливой: поехал Михаил в деревню, чтобы выменять кое-какие вещички на продукты, да и не вернулся. То есть живым не вернулся. Убили его за продукты те обмененные…

– И осталась моя мама не жена, не вдова, а под сердцем уж меня носила. – Нина опять надолго замолчала.

Если человеку дать капельку счастья, а потом разом отнять его навсегда – с этим трудно, почти невозможно смириться. Уж лучше вовсе не знать её, радости. Легче.

Горе совсем подкосило Марию. Что делать, как дальше жить? Мать старенькая, не помощница, а тут ещё ребёнок вот-вот должен родиться…

Ну, и решилась Мария на грех – руки на себя наложить. Вместе с нерождённым дитём уйти из жизни хотела – кому он будет нужен без матери? Зашла в сараюшку, верёвку на крюк накинула…

А тут откуда ни возьмись солдат – немолодой уж да безногий. Он и вытащил Марию из петли, а впоследствии заменил её дочери всех: отца, мать, братьев, сестёр, которых у неё никогда не было… Потому что Мария-то умерла в родах.

– Я ведь долго не знала, что он мне не родной. Уже когда его не стало, тётка мне всё и рассказала. Любил меня батя и никогда не обидел. Помню, сядет зимой к окошку, посадит меня на коленки, поглаживает по голове и приговаривает: «Снежинки, снежинки…»

– «…на книжке у Нинки», – закончила Вера под удивлённый взгляд соседки.

– Когда умирал, всё меня по имени звал: «Нинушка, Нинушка», – помолчав немного и не дождавшись Вериных объяснений, продолжила Нина. – Тревожно так вглядывался в моё лицо, как будто не узнавал. А потом вдруг прошептал «Прости, Анфиса» и умер. Всё думаю, кто такая Анфиса? Я ведь о нём ничего не знаю, где он раньше жил, как он жил…

– А когда же он?.. – голос Веры дрогнул: перед глазами возникла бабушкина морщинистая рука, держащая стакан с водкой…

Олеся Петрова

«Есть в жизни каждого из нас…»

Есть в жизни каждого из нас —
Что должно пережить.
И выбор очень невелик.
По совести и чести,
И каждого душевный крик
Нам дан от предков русичей на месте…

Теперь уже настал тот час…
И как бы ни гнушался враг,
От Господа наградой дан нам глас.
И голос тот, ещё от Анны,
От Пушкина,
От сверх Державы,
И от Суворова, и от Петра,
За нас, нам всем она дана,
Такая наша Родина одна – она Россия!!!

Озёра синие,
И реки, и леса,
И журавлиной стаи путь – о, эти небеса…
За наших ратных, за погибших,
Всех родных…
И Окуджавы, и Высоцкого надрыв,
И Гумилев, и Бродский – всех не счесть,
Я радуюсь, что выросла я здесь,

На этих именах, моя Россия,
Вам имя – Честь, вам быть,
Вы есть Россия!!!
И не изгнать из белых рос
Нашу любовь и Бога,
Из белоствольных пущ рядов берёз,
Народа русского одна дорога…

Не веришь? Помолясь,
Пройди хоть тысячу дорог,
Хоть косогор, хоть путь долог.
Там не работает система мероизмерений
Там время мчится —
Невозвратно лету исчислений.
За час из-под Уральских гор,
За два, Сибири мудрости забор,
За три, Байкала груды волн,
Вас захлестнут…
Молитвами моими,
А также и друзей моих,
И их друзья, нас много,
В горе мы родные.
Со мной, я знаю, многие пойдут.
О, бойтесь!
Русские, да помолясь, идут…

Страна, о, как ты велика!
О, Родина моя, моя Отчизна!
Молюсь и каюсь, и люблю
И жизнь свою,
Во имя мира, для детей я отдаю…
И как приходится, порой,
Потери боль и одиночества измены,
Своей любовью исцелю,
Иконой Богоматери богославлю.
Потомкам веру передам,
Во имя будущих России
Путников следам.

Как долго ждать нам ещё ветра перемены?
Не опуститься до коварности измены?
Из сердца зов по крови,
Всё запомнить.
Священный долг
Пред предками исполнить.
И можно всех простить,
И всех, быть может, и понять
И отпустить,
Как наши деды,
Священной от войны Победой,
Там, в 45-м,
Вас когда-то,
Советского,
Из рук могучих, красного солдата,
Так милосердно отпускали,
И дуло вниз, которого
Что так боитесь, автомата?
Вы слышите? —
Да-да, и русского забористого,
такого непонятного вам мата…

Потом, нас так безмолвно,
Наши деды,
Под фронтовую стопку
И молчание минут, учили быть
И жизнь беречь,
И зная, что в словах без толку
Нам не начать, но знать обеты,
Оберегая нас от ужасов,
В сердцах израненных военных лет
Кровавые секреты.
Они нас молча заклинали помнить,
Не говорить, но чтить, гордиться
И нести то знамя красное,
И дань отдать в чести.

Мы помним – слышите? —
Мы знаем и несём
Ту вахту памяти, что на граните,
В Москве моей,
На сердце Родины внесён
Солдат, чьё имя неизвестное
Мы всей страной вспоём.
Из поколенья в поколенье,
Во имя будущих имён,
Святую Рать, мы есть, мы здесь, мы вместе…
Этим и живём.

Как много лет тому назад,
Быть вместе, знать и превозмочь,
Всё беды,
И воспитать под стать вам,
Наши Деды,
Во имя будущей Победы,
Пассионариев бессмертный полк.

Гордитесь, предки,
Есть пророчества от вас урок.
Нам честь от вас навет исполнить —
И краснойнитью по судьбе запомнить:
– В чём сила?
– В правде,
Которой бесконечность срок…

За это бьётся сердце,
И живёт моё нутро…
Люблю, любовно,
И склоняю так греховно
Глаголы русского, великого
И прежде – моего…

Простите же и не судите строго,
Пусть будет непреступна суть моей дороги.

Артём Касаткин

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.