Аристарх Ромашин
Одуванчик

I

По широкой дороге, сопровождающейся с двух сторон бескрайним полем, заросшим кукурузой, ехала полицейская машина. Внутри, помимо водителя, находился ещё один человек, который сидел на заднем сиденье с правой стороны. Это был участковый села Страбино. Его среди белого дня срочно вызвали в город, так как пришла информация, что из колонии строгого режима сбежали двое рецидивистов. Был объявлен план перехват.

Участковый Бирюков Александр – мужчина среднего возраста спортивного телосложения, со светлыми волосами и голубыми глазами. Он смотрел на поле кукурузы, стебли которых взметнулись так высоко, словно пытались дотянуться до неба. Местами его взгляд улавливал и стебли вездесущих одуванчиков там, где заканчивалось поле, а далее начиналась дорога.

В левом кармане тёмных брюк завибрировал телефон. Бирюков всегда держал смартфон на беззвучном.

Он достал мобильный и посмотрел на дисплей. Звонила Мария Алексеевна, женщина, которая некоторое время заботилась об Александре, когда он потерял маму в детстве…

– Мария Алексеевна, добрый день!

Он так и не решился называть её мамой.

– Добрый, Саша, ох, не знаю, как сказать…

– Говорите, как есть.

– Я беспокоюсь за Павлика.

Павлик был сыном Марии Алексеевны и другом детства Бирюкова.

– Позвоните ему.

– В том и дело, что он не отвечает. Телефон отключён.

– Он сказал, куда собрался?

– Да, он на велосипеде утром в центр направился.

– Ну вот, может заряд телефона сел. Не переживайте, скоро приедет.

– Только не смейся, в общем, я тут сидела вязала во дворе, но отвлеклась потому, что вокруг меня порхали пушинки одуванчика. И тут на сердце стало как-то тяжело. Помню, в детстве я ему рассказывала, что если сорвать одуванчик, представить человека и мысленно передать ему послание, а потом дунуть на одуванчик, то пушинки так или иначе долетят до адресата и доставят послание. Но не словесное, а энергетическое.

– Ну… – замялся участковый.

– Понимаю, всё это звучит смешно и глупо. И пушинки этих одуванчиков вполне могут оказаться с нашего же огорода, но всё равно я чувствую: с сыном что-то неладное произошло. И, возможно, одуванчики тут совсем ни при чём.

– Ладно, я сейчас в город еду, по дороге тогда и в центр загляну, поспрашиваю.

– Спасибо тебе, Сашенька.

– Не за что. Вы не накручивайте себя раньше времени. Берегите себя.

– Спасибо, и ты береги себя.

Бирюков отключился и убрал телефон.

– Повезло Павлику, – сказал худощавый, светловолосый патрульный по фамилии Гагунов.

– В смысле?

– Ну, моя мама обо мне не беспокоится, так как Мария Алексеевна.

– Откуда ты знаешь? То, что твоя мама не беспокоит тебя каждые полчаса совсем не значит, что она о тебе не думает.

– Тоже верно, – согласился патрульный. – С другой стороны, излишнее беспокойство как раз и может привлечь беду.

– Просто материнское сердце способно чувствовать то, что нельзя выразить словами. Тут можно сказать, что наговорила беду, а можно сказать, что предвидела.

Патрульный молча согласно кивнул.

Звонок женщины вернул память Бирюкова в то время, когда ему только исполнилось тринадцать лет. Прошло два года с тех пор, как погиб отец. Мама до смерти отца не имела опыта работы, поэтому, пока она пыталась куда-нибудь устроиться, с финансами было туго. А Бирюков хотел на свой день рождения большой велосипед.

– Саш, я тебе куплю обязательно, но позже, как будет полегче с деньгами.

Но своенравный мальчишка не хотел слышать никакие отговорки и, сильно хлопнув входной дверью, крикнул:

– Лучше бы папа остался жить!

Вторую часть фразы он не решился прокричать, но произнёс мысленно: «вместо тебя».

В тот день он гулял до вечера и пришёл домой после того, как сильно проголодался. Подойдя к дому, он заметил несколько странностей. Калитка забора и входная дверь в дом были распахнуты. Свет в доме не горел.

«Неужели дошло до того, что мама стала экономить электричество?», – подумал он тогда.

Войдя в дом, он первым делом включил свет и увидел мать на полу в гостиной. Вокруг неё образовался большой бардовый неровный круг.

Он истошно закричал…

Велосипед он в итоге получил, но от Марии Алексеевны. Она до его совершеннолетия воспитывала Александра. В некотором роде они с Павлом были братьями. Правда Бирюков давно не виделся с ним.

От мыслей о прошлом Бирюкова отвлёк велосипед, лежащий у края дороги вплотную к кукурузному полю, который он тут же узнал. Это тот самый велосипед, на котором катались он и Павлик.

– Останови машину.

Патрульный выполнил приказ начальства, догадавшись, чей это велосипед.

Бирюков и Гагунов вышли из машины. Участковый достал телефон, вбил имя Павла в контактах и набрал номер. Как и сказала Мария Алексеевна, телефон был отключён.

Убрав смартфон, Бирюков посмотрел поверх кукурузных стеблей и заметил вдалеке сарай.

– Почему это строение всё ещё стоит? – обратился он к патрульному.

– Вроде должны были демонтировать, видимо, ещё руки не дошли.

– Целый месяц не доходят руки? – нахмурился Бирюков.

Гагунов пожал плечами, мол, я-то тут при чём.

– Стой здесь, я пройду дальше, осмотрюсь.

Участковый расстегнул пуговицу пиджака, и достал табельное оружие из кобуры.

– Может, ему просто поссать приспичило?

Бирюков, ничего не ответив, двинулся вглубь кукурузного поля, пытаясь по положению велосипеда, определить траекторию движения Павла.

Аккуратно раздвигая шуршавшие стебли кукурузы, участковый двигался в сторону сарая. Чутьё ему подсказывало, что Павлик, по какой-то причине направился туда. Под ногами Бирюков периодически видел головки одуванчиков, сорняки неведомо каким образом отвоевали себе место среди кукурузного поля. С оружием в руках, участковый прошёл ещё несколько шагов, как наткнулся на тело с серым рюкзаком за спиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.