Движение, время, энергия: Новые взгляды и понимания
Александр Васильев

© Александр Васильев, 2024

ISBN 978-5-0062-1062-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Настоящий сборник статей автора представляет собой развитие предыдущих работ по указанной тематике, которые были представлены в третьем и четвертом томе 5-ти томного издания под общим названием «Рациональное общество» (2022, 2023 гг.), в качестве естественнонаучных оснований указанной модели общества. То есть размещенные здесь статьи дополняют и развивают эти основания, усиливая тем самым понимание их значимости в «общественной рационализации». Материалы первой и третьей статей были предварительно опубликованы (с дек. 2022 г.) в интернет-издании указанном в авторских ссылках. Для данного издания они значительно переработаны и дополнены, особенно первая статья по теме «социальной физики», – мыслимой О. Контом перед определением им проекта Социологии.

Комплексное исследование автора в области Механики изначально определилось изучением процессов движения с целью познания «времени». А после успешного (в сравнительном анализе) решения этой задачи продолжилось изучение истории развития Механики в связи с сохранением в современном ее состоянии определенной научной недоработки, связанной, на взгляд автора, с консервацией исторически установившихся понятий (особенно в отношении «сил» и энергии). Предпринятые попытки устранения этой недоработки (в понятиях) и первые результаты показали определенные возможности по установлению научного «моста», «трансмиссии» между естествознанием и обществознанием (теоретической социологией). Эти результаты и определили основное содержание первой статьи в данном сборнике, и отчасти последующих. Все они выполнены в простом научно-публицистическом стиле и в наиболее краткой форме, – для широкого круга читателей, с главной целью – возбудить научное мышление по рассматриваемой тематике, в направлениях критического анализа и развития изложенных результатов. В связи с длительным периодом публикаций статей изначально сложились определенные повторы, которые пришлось частично сохранить.

Здесь надо обратить внимание на то, что после историко-критических работ Эрнста Маха и Евгения Дюринга, – которые стали основными для автора, в авторском обзоре последующих работ по истории Механики не было обнаружено какой-либо критики и каких-либо предложений по изменению тех или иных понятий. Встретились, однако, слова видного исследователя нашего времени Б. Г. Кузнецова (см. перечень литературы ниже), которыми он начинает введение к своей монографии:

«Чем отчетливей вырисовывается смысл современных, еще не решенных проблем теоретической физики, тем яснее видна их связь с исторической ретроспекцией, тем чаще наука вспоминает о прошлых коллизиях в учении о пространстве, времени, движении и веществе. Очередные затруднения физической мысли могут быть преодолены лишь самой радикальной перестройкой оснований физики, быть может, более решительным отказом от механического мировоззрения, чем в теории относительности и в теории квант. На пороге новых обобщений наука, готовясь к скачку, как бы оглядывается назад, переосмысливает содержание и значение самых старых, привычных и, казалось бы, незыблемых понятий».

В то же время Б. Г. Кузнецов не отмечает в своем исследовании какие-либо предложения в этом плане, но его слова, приведенные выше, точно соответствуют представляемому здесь критическому исследованию «незыблемых понятий», особенно времени и энергии, – с предложениями обоснованных изменений. Поскольку оно относится к самим основаниям Механики, к мировоззрению, то видится автору важным для переосмысления исторического развития не только физики, но и других наук, и, надо сказать, для осмысления «социальной физики».

Ввиду исторической обширности материалов и определенной научно-философской углубленности авторских и других взглядов видится необходимой предварительная подготовка недостаточно опытных читателей в рассматриваемой области, – с целью наиболее полного понимания прежних и новых взглядов, их обоснований и отличий. Для этого видится полезным представить список основной научной литературы, использованной автором по ходу своих исследований (рекомендуется изучить, прежде всего, указанные работы Ахундова, Блехмана, Владимирова, Кедрова и Энгельса, – особенно «Анти-Дюринг», Кузнецова, Серова и Цуканова).

– Ахундов М. Д. Концепции пространства и времени. Истоки, эволюция, перспективы. М.: Наука, 1982.

– Блехман И. И. Синхронизация в природе и технике. М.: Наука, 1981.

– Веселовский И. Н. Очерки по истории теоретической механики. M.: ЛКИ, 2010.

– Владимиров Ю. С. Между физикой и метафизикой. Книга 4. Вслед за Лейбницем и Махом. М.: Либроком, 2012.

– Дюринг Е. Критическая история общих принципов механики: Пер. с нем. Изд. 2-е. – М.: КРАСАНД, 2011.

– Канке В. А. Концепции современного естествознания: Учебник для вузов. Изд. 2-е, испр. М.: Логос, 2003.

– Кедров Б. М. О Диалектике природы Энгельса. М.: Высшая школа, 1973.

– Конструкции времени в естествознании: на пути к пониманию феномена времени. Часть 1. Междисциплинарное исследование: Сб. научных трудов / Под ред. Б. В. Гнеденко. М.: Изд-во МГУ, 1996.

– Кузнецов Б. Г. Развитие физических идей от Галилея до Эйнштейна в свете современной науки. М.: Либроком, 2010.

– Мах Э. Механика. Историко-критический очерк ее развития. Пер. с 6-го нем. изд. 2000.

– Мах Э. Познание и заблуждение. Очерки по психологии исследования / Э. Мах. М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2014.

– Овчинников Н. Ф.: 1) Философские вопросы современной физики. М.: ИАН СССР, 1952. 2) Понятия массы и энергии в их историческом развитии и философском значении. М. 1957; 3) Тенденция к единству науки. Познание и природа / отв. ред.: Б. М. Кедров, П. П. Гайденко. М.: Наука, 1988; 4) Поиски понимания: Избранные труды по истории и философии науки. М.: Новый хронограф, 2016. 656 с.

– Основы общей биологии / под ред. Э. Либберта. М.: Мир, 1982.

– Перельман Я. И. Занимательная физика. СПб: Северо-западное книготорговое экспортное объединение (СЗКЭО), 2023.

– Серов Н. К. Процессы и мера времени. Л.: Наука,1974.

– Цуканов Б. И. Время в психике человека. Монография. Одесса: Астропринт, 1999.

В связи с приближающимся великим юбилеем Академии наук России и определенной обусловленностью результатов авторских исследований отечественным научно-философским наследием автор считает научно логичным посвятить все свои научно-публицистические работы, представляющие новые взгляды в естествознании и социально-гуманитарных науках 300-летию Российской академии наук.

От научного понимания механики физической реальности к «социальной физике» и «системной социологии»

«Только тогда можно понять сущность

вещей, когда знаешь их происхождение и развитие»

(философская мысль древней Греции,

– Гераклит, Аристотель)

Введение

Сразу надо констатировать, что путь обозначенный заглавием статьи явился, в сущности, эволюционно и интеллектуально сложившимся путем для всего человечества. Он определился функциональной сущностью человека, как «живой системы», закономерностями естественной природы и развитием процессов жизнедеятельности человека в условиях сообщества, посредством взаимосвязанных деятельностей всех его членов. Понимание механики началось с простейших инструментов, – очевидно, с «копья», «скребла» и «каменного топора». А в результате интеллектуального развития появились многие другие средства деятельности, множество охотничьего, земледельческого и прочего инструментария. Теперь мы существуем и работаем уже в необозримом сверхобществе, в котором технологически задействованы и успешно функционируют в системах деятельности многие законы физической реальности раскрытые наукой. Однако, как выясняется в системных научных исследованиях эти законы и закономерности, особенно живого мира, – из которого вышел человек и определил общественное развитие на основе своих закономерностей, задействованы с пользой для общества все еще лишь частично, преимущественно в сфере производственных организаций (корпораций). А в организации общей жизнедеятельности, целевых движений и деятельностей общества в целом определяющими информационными средствами (знаниями) до сих пор являются средства лидирующих политических партий и знания, полученные ими из исторического прошлого, – более бедного в плане самопознания. К тому же продолжает действовать традиция селективного выбора знаний сложившейся Властью, а не когнитивно адекватным экспертным сообществом, которое объективно необходимо (по системной аналогии с самим человеком), но все еще не образовано в современном обществе (см. ниже «Идею государства» Анри Мишеля и др. научные взгляды).

Таким образом, в условиях текущих напряженностей и «вызовов» видится общественная необходимость установления общественно благоприятных и целесообразных механизмов (алгоритмов) селекции и систематизации знаний, отражающих существующие природные закономерности, особенно человеческие и внесенные им за многие века общественного развития посредством интеллектуальных и прочих деятельностей человеческих групп и сообществ. При строго научном подходе к решению этой сверхзадачи, думается, не обойтись без предварительного «когнитивного сжатия» пути обозначенного в заглавии физико-системными размышлениями, которые возможно и приведут к успешному ее решению. Надо отметить также, что большое множество «когнитивных сжатий» (обобщений на различных языках) уже сделано в истории человечества множеством исследователей, ученых-историков и прочих деятелей, устремленных к истинно научной деятельности. Сделаны они, конечно, и в области Физики, в работах по научно-философскому отражению исторического развития взглядов и наук о природе, – начиная, допустим, с известных трудов мыслителей древней Греции.

Здесь, в краткой статье, представляется полезным предварительно рассмотреть наиболее важные, на взгляд автора, начальные понятия Физики, – являющиеся таковыми и для социально организационного, физико-технологического и прочего совершенствования и, соответственно, для устойчивого, ускоренного развития социотехнической формации. Фундаментальной категорией в таковом и прочих физико-системных исследованиях является, конечно, категория движение (объемлющая весь мир). Соответственно ей, несомненно, важными следует считать, очевидно, понятия массы, силы, времени и энергии. Именно с них автор и начинал свои физико-системные размышления, изучая историю физики и философские обобщения по развитию понятий Механики и общественного совершенства [1]. Эти размышления начинались и подкреплялись ясным пониманием того, что фундаментальной жизненной основой, как и во всей живой природе, в самом человеке и социальной формации является именно движение и, соответственно все обусловливающие его и связанные с ним закономерности, – отраженные (начиная с древних еще времен) субъективно-психологически, традиционно-исторически и научно, с консервативным закреплением соответствующих понятий (известными учеными-классиками). Механику, как первый и базисный раздел Физики, можно понимать, таким образом, как науку о движении в части «механических» закономерностей. Вслед за классической Механикой в науке были установлены и закономерности другого характера, также определяющие движение, – это информационные и системные, в частности, закономерности «живого движения» (В. И. Вернадский).

Общественное значение как «живого», так и технического, естественного и искусственного движения (по несуществующей еще в науке классификации движений в современном обществе) для развития человечества, – во всей его истории, стремительно нарастало и теперь, при современном уровне самопознания, мы хорошо видим всеопределяющую роль в организации этого Движения информации, действующей в общественном сознании в формах «знаний». Соответственно, особую актуальность составляет системный анализ исторического развития «информационного движения» в обществе, – во взаимосвязанных, исторически изменяющихся структурах общественного сознания, – как определяющего все прочие виды движения. Теперь уже глобальные процессы познания, самопознания приводят и должны всё масштабнее приводить к пониманиям и функциональным умениям в организации наиболее благоприятного для жизни человека и общества в целом существования в условиях сложного, постоянно изменяющегося окружающего мира.

Здесь надо сразу же отметить и авторский взгляд на общенаучное определение движения, которое можно выразить такой дефиницией:

Движение есть процесс изменений. При этом количество изменений в единицу времени отражают термины скорость, частота (первый из них устанавливался в механике длительно). Рассматривая всевозможные изменения в окружающем мире, внешние и внутренние, пространственные и иные, относительно самого «наблюдателя» и общества в целом, мы можем выстраивать классификационный граф видов движения, основную ветвь (остов) которого определит, конечно, механический вид, поскольку даже информационное движение невозможно без носителей информации, без генерации, трансляции и восприятия информации через них (на основе микро- или макро-механических средств, волновых процессов и пр.). Поскольку информационное движение составляет отдельную сложную тему и автор уже рассматривал её в некоторых планах, то ограничимся здесь основными, важными, на взгляд автора, моментами по указанным выше понятиям Механики. Читателю надо сразу же рекомендовать предварительное ознакомление с приведенными в списке основной литературы работами выдающегося исследователя и философа естествознания Н. Ф. Овчинникова, ранними статьями автора (указанными выше и по установлению механических процессов в ранних общественных формациях) [2; 3], а менее подготовленному читателю надо ознакомиться, конечно, и с общей историей Механики [2; 4].

Здесь следует сделать и такое общее замечание: приступая к научным исследованиям, к осознанию тех или иных явлений, процессов во внешнем и внутреннем мире общества, надо хорошо понимать и всегда помнить, что основные понятия механики исторически складывались и закреплялись на основе систем рецепции человека, то есть на основе чувственных восприятий окружающего мира, движения в нем. Так, например, первейшее понятие силы установилось и использовалось на основе тактильной рецепции человека. Это слово-термин стало отражать все процессы движения в нашем мире и вошло в соответствующие математические выражения законов механики (физики). Сильные воздействия, многое определившие в понятиях физики имели место и со стороны философии, как в ранние периоды, так и в конце 19 – начале 20 вв., особенно со стороны ее лидеров, а в недавней российской действительности – со стороны марксизма-ленинизма, политического давления на научное познание мира и самопознание. Эти воздействия достаточно полно, на взгляд автора, и, думается, полезно для понимания видны в известных книгах Ф. Энгельса – «Анти-Дюринг» и «Диалектике природы», и в книгах философов СССР [5; 6; 7]. Они полезно дополняют, в научно-понятийном плане, отмеченные выше работы выдающегося историка естествознания Н. Ф. Овчинникова.

Эти и другие научные работы показывают важное значение стиля мышления, формирующегося, как понятно, опытом интеллектуальной деятельности. В этом плане, думается, полезно ознакомиться с книгами известного философа СССР [8] и оригинальной книгой начинающего философа, – судя по тексту и, очевидно, по псевдониму (вероятно как стимулятору) [9]. Для углубленного изучения пути развития понятий и общих законов механики (физики) можно воспользоваться представленной в библиографии выборкой литературы, – в основном из легко доступных сейчас интернет-библиотек [10—15].

Углубленное изучение автором механики в обществе оживило в памяти историю установления Огюстом Контом Социологии как главной науки в период его творчества. В этой истории термин «социальная физика» установился в первичных научных поисках О. Контом адекватного определения главной для общества науки, на основе существовавших тогда научных достижений в познании, – особенно в Физике, Биологии и Химии, – названных им «положительными науками» (для общества и человека). Однако, ввиду наблюдаемого господства в обществе социально-экономических и политических отношений Конт осознал, думается, большую адекватность термина «социология» (см. ниже вводную литературу, особенно работу А. Мишеля, – видимую автором перманентно актуальной, и распространение идей «социальной физики» и «физиократов»). Читая теперь научно-философское наследие Огюста Конта и научно-историческое исследование Анри Мишеля, видится их перманентная актуальность для всего человеческого сообщества, и особенно для решения неотложных, геополитических сверхзадач современной России. Эти и другие общественно (политически) глубокие работы помогают понять современное значение государства и ведущей науки для обретения обществом (страной) необходимого могущества в сложно и опасно развивающемся мировом сообществе.

Заканчивая необходимое введение, надо констатировать, что современные проблемы общественного развития и богатейшие исторические материалы, отражающие познание окружающего мира и самопознание, логичным образом направляют (должны направлять) весь адекватный интеллект современной России к переосмыслению естественной фундаментальной базы общества и связанной с ней организованности общественных процессов, – то есть к переосмыслению и фундаментальных понятий физики, начиная, конечно, с Механики. Направлять потому, что само движение (самодвижение, характерное для всех живых систем) является вездесущим фактором действительности, фактором и «актором» организующих, сохраняющих и развивающих процессов, как в естественной природе, так и в обществе, в жизнедеятельности каждого человека как субъекта процессов движения всего общества. Поэтому попытаемся далее критически (по отношению к устоявшимся понятиям Механики) и более адекватно реальности наметить общенаучные понимания, отражающие движение в наших земных сферах (как основу научного самопознания). Представляемые далее взгляды автора на механику преследуют, таким образом, цель установления наиболее адекватных относительно общественной реальности понятий, согласующихся, кроме прочего, и с нормами (системами) организации общественных движений.

Вводная историческая и учебная литература связанная с тематикой статьи

Анри Мишель. Идея государства. Критический опыт истории социальных и политических теорий во Франции со времени революции. М.: Территория будущего, 2008. – 536 с.

«Идея государства» – самая известная работа французского философа, историка государства и права Анри Мишеля (1857—1904). В этой книге он стремился выявить естественные связи учений о государстве у представителей различных направлений философской и научной мысли и различных эпох, а также связи выдвигаемых ими учений с общим развитием философии и общества в целом. В начале XX в. «Идея государства» занимала почетное место среди наиболее актуальных философских трудов и была настольной книгой для всех, кто сколько-нибудь серьезно интересовался философскими учениями о государстве. Несомненным доказательством этой популярности служит то, что за первые три года после первой публикации «Идеи государства», книга выдержала еще два издания, а всего во Франции «Идея государства» переиздавалась более десяти раз. Последнее издание вышло в свет в 2003 г. в серии «Антология французской философии». Неослабевающий интерес к наследию Анри Мишеля объясняется тем, что его внимание было сосредоточено на непреходящих проблемах – соотношении власти и свободы, прав и обязанностей личности, поиске оптимального баланса между интересами общества и составляющих его людей.

Часть содержания по тематике статьи:

Идея государства в эпоху административной монархии XIII века и теория просвещенного деспотизма

1. Вольтер.

2. Энциклопедия и Гольбах.

3. Физиократы.

4. Аналогичное движение за границей: Юм, Вольф.

5. Устойчивость этого движения идей вплоть до революции.

6. Его характерные особенности.

Индивидуалистическое движение в XIII веке

1. Религиозный индивидуализм и американская революция.

2. Монтескье и теория политической свободы.

3. Руссо и народный суверенитет.

4. Кондорсе, Кант, Фихте и философия права.

5. Адам Смит и система естественной свободы.

6. Каким образом соединение этих элементов дает индивидуалистический тезис.

7. Источники индивидуалистической мысли.

8. Моральный и политический априоризм: разбор главных возражений.

9. Пробелы индивидуалистического тезиса в XIII веке.

Книга вторая. Экономическая и социальная реакция против индивидуализма

Глава 1. Сен-Симон и его школа

Глава 2. Религия прогресса и религия человечества

Глава 3. Авторитарный социализм

1. Луи Блан и организация труда.

2. Первые французские коллективисты: Пеккер и Видаль.

3. Пробуждение коммунизма: Кабе.

4. Современный и античный социализм.

Книга четвертая. Государство и индивидуализм перед судом научной философии

Глава 1. Политические и социальные тезисы Огюста Конта

1. Социальная физика.
2. Приложение социальной физики к политике.
3. Экономические взгляды Конта.
4. История мысли Конта и её сходство с предшествующими направлениями.

Глава 2. Современная социология

1. Естественная история обществ.

2. Положительная наука о нравственности.

3. Выводы.

Глава 3. Научный социализм

1. Утопический и научный социализм.

2. Основные тезисы коллективизма.

3. Общество будущего.

4. Индивидуум и государство согласно научному социализму.

5. Историческое происхождение и логическая ценность коллективистских тезисов.

Книга пятая. Современный кризис социальных и политических идей

Глава 1. Смешение и несогласованность принципов.

Глава 2. Разложение индивидуализма и успехи государственного социализма

1. Каким образом либералы способствуют разложению индивидуализма.

2. Каким образом способствуют этому экономисты.

3. Каким образом способствует этому демократическая школа.

4. Государственный социализм и его французский предшественник – Дюпон Уайт.

5. Государственный социализм – лишь возвращение к просвещенному деспотизму.

Заключение. Результаты исторического изучения. Точные границы проблемы. Очерк ее решения.

1. Чему учит нас история идеи государства.

2. Какие элементы решения дает нам эта история.

3. О том, что должен быть сделан свободный выбор между гипотезами свободы и необходимости, для которого история может дать предварительные указания, но которого не может выполнить.

4. Расширение идеи справедливости.

5. Очерк социально-политических применений такой идеи справедливости.

6. Характер указанного решения.

Хайек Фридрих. Контрреволюция науки. Этюды о злоупотреблениях разумом.

М.: Объединенное гуманитарное издательство (ОГИ), 2003. – 288 с.

Очерки, собранные в этом томе, написаны как часть более обширной работы, в которой (если только она когда-нибудь будет завершена) должна прослеживаться относящаяся к новому времени история злоупотреблений разумом и его упадка. Книгу открывает теоретическое обсуждение общих проблем, а затем показывается, какова была историческая роль рассматриваемых нами идей. Подобный порядок продиктован не педантизмом или желанием устранить излишние повторы, просто он, как мне кажется, необходим, чтобы можно было оценить подлинное значение той или иной идеи. Вполне понятно, что из-за этого книга начинается с самых сложных разделов и что было бы тактичнее и удобней, если бы разговор начинался с вещей более конкретных. Но мне хочется верить, что большинство читателей, интересующихся такого рода предметами, все же найдут предложенный порядок более уместным. А тому, кто не склонен к абстрактным рассуждениям, я советую начинать непосредственно со второй части, которая и дала название всей книге. И тогда, я надеюсь, общие рассуждения по тем же самым вопросам, содержащиеся в первой части, покажутся ему более интересными.

Содержание:

Влияние естественных наук на науки общественные. Предмет и метод естественных наук.

Субъективный характер данных, с которыми имеют дело общественные науки.

Индивидуалистический, или «композитивный» метод общественных наук. Объективизм сциентистского подхода. Коллективизм сциентистского подхода. Историцизм сциентистского подхода. «Целедостигающие» социальные образования. «Сознательное» управление и развитие разума. Инженеры и плановики. L’Ecole Polytechnique – источник сциентистской гордыни. Анри де Сен-Симон – «Accoucheur d’Idees».

Социальная физика: Сен-Симон и Конт. Религия инженеров: Анфантен и сен-симонисты.

Влияние сен-симонизма. Социология: Конт и его последователи. Конт и Гегель.

Хвостов В. М. Социология. Исторический очерк учений об обществе. Изд. 2-е. – М.: Либроком, 2011. – 354 с. – (Из наследия мировой социологии.).

В содержании:

Предмет и значение социологии. Историческая и абстрактно-обобщающие науки об обществе. Социология. Общество. Социальная природа человека. Условия, необходимые для правильной постановки науки об обществе. Причины позднего появления социологии.

Государственный союз как первоначальный предмет изучения. Природа и культура. Государство, как изобретение человеческого разума. Различие между каузальной и нормативной точкой зрения. Естественное и искусственное в природе государства.

Постепенное развитие идеи причинности и закономерности. Целесообразность и причинность. Закон природы. Механическая причинность и логическая необходимость.

Социальная физика. История психологии. Постепенное появление теории духовной активности и качественно-творческой причинности. Историческое и социологическое изучение общественных явлений. Типы и законы социальной жизни. Задачи и план дальнейшего изложения. Задачи социологии. Необходимость исторического обзора учений об обществе. Двe части предлагаемого труда. Исторический очерк учений об обществе. Античный мир. Возникновение вопроса о природе общества.

Первоначальные воззрения на общество. Появление личного самосознания. Поэмы Гомера. Конфликт личности и общества. Потребность в рационалистическом обосновании общественной традиции. Греческая философия до Сократа. Натура или культура? Рационализм. Гераклит Эфесский. Демокрит. Софисты. Фукидид. Протагор. Критий.

Сократ. Платон. Сократ. Платон. Возникновение государства. Формы государств. Толпа. Общая характеристика учения. Аристотель. Общежительность человека. Метод Аристотеля. Сплетение каузальной и финальной точек зрения. Общество и его свойства. Количественный критерий. Монизм. Идея развития. Определение государства. Активная природа общества. Историческая традиция. Неравенство людей. Семья и селение. Экономическая организация общества. Значение человеческой воли. Интеллект. Приемы воздействия на жизнь государства. Справедливость и дружба. Средние люди. Границы человеческой власти. Судьба.

Позднейшая греческая философия. Дикеарх из Мессаны. Полибий. Киники. Киренаики. Эпикурейцы. Скептики. Стоики. Римские писатели. Лукреций Кар. Цицерон. Естественное право у классических юристов. Учение Алфена о коллегиях. Учение юристов о юридическом лице.

Средние века. Учение блаж. Августина. Наука, как прислужница теологии. Учение Августина о царстве земном и Божием. Периоды истории. Церковь, государство и общество в Средние века. Идеал Григория VII. Относительное естественное право. Теократия. Общественный договор. Отношение к браку, труду, сословной организации, монашеству. Практика государственной жизни. Феодальное государство. Договорное начало в политической жизни. Учение Фомы Аквинского. Общая характеристика. Социальная природа человека. Значение управляющего начала. Правильные и извращённые формы государств. Цель государства и патриархальный характер власти.

Значение природных условий. Падение средневекового мировоззрения. Органическая теория государства. Самостоятельность государства. Распадение устоев теократии.

Ибн Халдун. Зарождение новой науки. Макиавелли. Общий характер итальянского Возрождения. Рассуждение. О первой декаде Тита Ливия. «Князь» Макиавелли.

Боден. Альтузий. Учение Бодена о государстве и историческом процессе. Учение Альтузия об естественном праве и общественном договоре. Создание «социальной физики» в XVII веке. Общественный атом. Геометрическая система изложения.

Декарт. Успехи математического естествознания. Теория мирового механизма.

Представления об общественной закономерности. Разногласящие писатели. Oregorius Tholosanua. Фильмер. Кумберлэнд. Паскаль. Гуго Гроций. Естественное право.

Общественный договор и гражданское право. Международное право. Метод Гроция.

Томас Гоббс. Материализм. Механизм. Естественное и общественное состояние людей.

Правый разум. Формы правления и характер верховной власти. Рационализм Гоббса. Учение Горна. Джон Локк. Естественное состояние людей. Задача общественного договора. Правовое государство. Бенедикт Спиноза. Детерминизм. Учение об аффектах.

Система сил. Двойственная природа человека. Воспитание граждан к добродетели.

Значение теории Спинозы.

Век Просвещения. Общая характеристика. Рационализм. Оптимизм. Лейбниц и его «Теодицея». Интеллектуализм. Догматичность. Прогресс. Использование эмпирических данных. Индивидуализм. Век «просвещения». Вико. Метод. Историческая критика.

Цель всемирной истории. Закон трех эпох. Единство человеческого рода. Схема психического развития. Закон круговращения. Общая оценка учения. Физиократы.

Меркантилизм. Школа физиократов. Естественный порядок экономических отношений.

Нормативный характер представлений о закономерности. Критерий истины. Вольтер.

Философское изображение всемирной истории. Характер общественных процессов.

Монтескье. «Размышления о причинах величия и упадка Римлян». «Дух законов». Понятие закона. Естественное состояние людей. Общество и государство. Формы правления. Природа и принцип государства. Значение климата. Привычки. Воздействие человеческого искусства. Тюрго. Моральные причины. Прогресс. Значение случая.

Три стадии прогресса. Прогресс искусства. Схема истории человеческого общества.

Значение учения Тюрго. Гельвеций и Гольбах. Сенсуализм Гельвеция. Материализм Гольбаха. Вера эпохи в спасительное действие законодательства. Сен Жюст. Кондорсэ.

Математический метод. Рационализм. Теория прогресса. Руссо. Метод. Естественное состояние. Предположительный ход развития культуры. Значение государственности.

Особенности германского просвещения. Идеалистическое направление. Психическая причинность. Значение Лейбница для выработки идеологии. Идея и понятие. Изелин.

Человеческая природа. Внешние условия жизни человека. Общество. Ход всемирной истории. Вегелин. Задача истории. Философия истории. Исторические идеи. Ход развития человеческих обществ. Гердер. Божественный план истории. Природа и история. Кант.

Отношение к Гердеру и Руссо. Свобода и необходимость. Смысл всемирной истории.

Природа общества и государства. Английские моралисты и экономисты XVIII века.

Моралисты. Шефтсбери. Юм. Смит. Экономисты. Юм. Адам Смит. Фергюсон. Метод. Естественная закономерность общественного развития. Причины упадка и смерти общества. Оптимизм. Значение человеческих планов. Схема истории. Возникновение социологии. Реакция против рационализма. Значение великой французской революции и Наполеоновских войн. Иеремия Бентам. Германская историческая школа юристов. Романтизм. Мальтус и Рикардо. Зарождение социализма. Историческая идеология в Германии. Метафизическая идеология истории. Шеллинг. Фихте. Вильгельм фон Гумбольдт. Гегель. Схема всемирной истории. Реальность государства. Гражданское общество. Нравственность. Великие люди. Духовная причинность. Хитрость Мирового духа. Недостатки системы Гегеля. Б. Н. Чичерин. Непосредственные предшественники Конта во Франции. Бонэльд и Де Местр. Сен Симон. Огюст Конт. Отношение к предшественникам. Позитивная философия. Научная мораль. Три фазиса в прогрессе знания. Классификация наук. Метод и содержание социологии. Статика и динамика. Человечество. Недостатки учения Конта. Статистически метод. Кетле. Лаплас и теория вероятностей. Учение Кетле о «среднем человеке». Социальная физика. Джон Стюарт Милль. Вопрос о свободе воли. Аналогия психических процессов с химическими. Этология. Науки об обществе. Метод их. Значение истории Прогресс. Статистический метод. Логика практики. Бокль. Отношение природы к человеку. Характер прогресса. Роль правительств. Курно. Значение случая. Теоретическая и историческая серия наук. Типы. Общая связь мировых явлений. Особенности биологических явлений. Великие люди. Вера и энтузиазм. Основные направления современной социологии. Общая характеристика. Отдельные школы. Механистическая социология. Герберт Спенсер.

Агностицизм. Монизм. Закон эволюции. Психология и явление жизни. Природа общества. Эволюция общества. Эволюция нравственности. Социология как точная наука. Кэри. Винярский. Де Маринис. Мацат. Де Греф. Монизм. Территория и население. Экономическая функция. Контрактуализм общества. Структура и жизнь. Объем общества. Ценности. Ратценгофер. Монизм. Закон взаимной зависимости всех вещей. Основная мировая сила. Значение войны и борьбы. Культура и цивилизация. Детерминизм.

Влияние Гумпловича. Географическая социология. Исторический обзор возникновения этой школы. Положение вопроса в древности, в средние века и в новое время.

XVIII век. Карл Риттер. Фридрих Ратцель. Значение географического фактора в общественных науках. Единство сил и свобода. Связь человека с природой. Органическое учение об обществе и государстве. Органы государства. Политическая география и антропогеография. Демолен. Маттеуцци. Реклю. Мечников и Лopиa. Этнографически-антропологическая социология. Общая характеристика. Антропология и этнография. Теория расового неравенства. Гобино, Лапуж, Вольтман как сторонники чистоты расы.

Людвиг Гумплович. Монизм. Модальности бытия. Детерминизм. Закон круговорота.

Полигенизм. Расовая борьба. Ваккаро. Шалльмайер. Дарвинизм в социологии. Ваккаро. Шалльмайер. Фаддеев.

Биологическая социология. Учение о клетке в биологии. Разделение труда в организме. Биологическая школа в социологии. Реальные аналогии. Лилиенфельд. Социальный организм. Нервная система, соединительная ткань. Функции социального организма. Патология. Законы прогресса. Смерть общества. Шеффле. Три царства природы. Знание и вера. Духовный характер социальной связи. Душа и тело общества. Эволюция общества.

Психологическая социология. Габриэль Тард. Закономерность мира. Монизм. Подражание и изобретение. Молекулярные процессы социальной жизни. Недостатки психологии и социологии Тарда. Психология народов Лацаруса и Штейнталя. Зависимость психологии от естествознания и метафизики. Науки о природе и о духе по схеме Лацаруса и Штейнталя. Дух народа. Законы и типы. Волюнтаристическая психология. Вильгельм Вундт. Душа как процесс активной деятельности. Качественный синтез. Вильгельм Вундт. Принципы исторического обсуждения. Психология народов. Социология. Телеологический момент в науке. Лестер Уорд. Динамическая социология. Местo социологии в системе наук. Происхождение общества. Законы природы и законы духа. Нарастание психической энергии. Субъективный фактор. Болдвин. Остальные представителя психологической социологии. Болдвин. Материя и форма общественной жизни. Развитие личности и общества. Гиддингс. Изулэ. Карле. Тенниэс. Фулье. Де Роберти. Палант. Лебон. Историческая и социальная психология. Психология толпы.

Историческая психология. Гобгауз. Леви Брюль. Лампрехт. Социальная психология. Мак Доуголл. Росс. Психология толпы. Сигеле. Тард. Лебон. Экономическая социология.

Исторический материализм. Маркс и Энгельс. Производительные силы и производственные отношения. Идеологическая надстройка. Классовая борьба.

Ле Пле и его школа. Монографический метод Лакомб. Де Греф. Этическая социология.

Русская субъективная школа. Лавров и Михайловский. Южаков. Кареев. Милюков.

Бенжамен Кидд. Антагонизм разума прогрессу. Значение религии. Будущая культура.

Людвиг Штейн. Телеологический характер духовной причинности. Историко-сравнительный метод. Социология как нормативная наука. Защитники полной самостоятельности социологии и противники этой науки. Эмиль Дюркгейм.

Социальные факты и их предметность. Теория познания. Социальные и социо-психические факты. Разделение социальных наук. Георг Зиммель. Материя и форма общественной жизни. Социальная психология. Микроскопический метод. Борьба, как форма общения. Отграничение социологии от истории и статистики. Виндельбанд и Риккерт. Науки о природе и о культуре. Историческая причинность. Чупров и Лаппо-Данилевский. Майо Смит и его учение об отношении статистики к социологии. Ценкер.

Законы социальной жизни. Общество как вещь. Социальное влечение человека. Социальная энергия. Физические, биологические и социальные законы жизни общества.

Максим Ковалевский. Богдан Кистяковский. Рене Вормс.

Философия социальных наук. Над-организм. Человеческие и нечеловеческие элементы общества. Эволюция общества. Статика и динамика, анатомия и физиология общества.

Метод социальных наук. Достоинства и недостатки труда Вормса. Эдуард Мейер.

Отрицание социологии. Государство, как изначальная форма общества. Эволюция семьи под влиянием государства. Фактор народной индивидуальности. Авторитарное вмешательство власти как фактор истории.

Резник Ю. М. Введение в социальную теорию: Социальная системология / Ю. М. Резник; Ин-т человека. М.: Наука, 2003. 525 с.

В монографии рассматриваются проблемы системного изучения современного социума и обоснование научного статуса системной социальной теории. Опираясь на системные идеи К. Маркса и Т. Парсонса, П. Сорокина и Ю. Хабермаса, других социальных теоретиков, автор разрабатывает собственную версию общей теории социальных систем, которую, он называет социальной системологией. В ее основе лежат системно-деятельностный подход и идея интеграции системных знаний о социальном мире. В содержании:

Системная онтология. Системные идеи современных социальных теорий. Марксистская концепция социальных систем. Теория социальных систем в функционализме.

Новые направления в системной социальной теории. Системный анализ социокультурных явлений. Социум как объект системного познания. Системный анализ личности.

Системный анализ культуры. Системное исследование социальной организации.

Системная эпистемология. Научные основы социальной системологии.

Теоретические предпосылки и основания системного подхода в современной науке.

Системный подход и особенности его применения в социальном знании. Социальная системология: объект, предмет и структура. Понятийный аппарат социальной системологии. Системные проблемы отечественного обществознания. К вопросу о «системной ревизии» социальной философии. Еще раз о «системном кризисе» общих социальных наук. Системные основания предметной дифференциации социальных наук.

Пути системной интеграции современного социального знания.

Системный подход в современной науке / Отв. ред. И. К. Лисеев, В. Н. Садовский. – М.: Прогресс-Традиция, 2004. – 560 с.

Книга посвящена группе актуальнейших проблем современной философии науки. Авторы рассматривают этапы становления и перспективы системного подхода, возможности его применения на современном этапе развития науки, показывают эволюцию идей

системного анализа в рамках теории самоорганизации и синергетики. Один из разделов книги посвящен проблемам современной теоретической биологии.

1. О научно-исторических установках Механики

Начнем размышления с первичной и многое определяющей в нашем мире сущности массы. Здесь мы вспомним, конечно, определение И. Ньютона, по поводу которого можно сказать, что он просто не мог дать более точное, адекватное реальности определение ввиду слабости научных познаний в тот период. Переосмысливая механическое движение с позиций современных знаний, мы можем теперь констатировать, что общенаучную физическую сущность массы надо адекватно (по всеобщим процессам) понимать как потенциал инертности и, соответственно, стационарности вещества (тела, объекта) в пространстве, – на основе фундаментального свойства пространственной стационарности вещества. То есть под величиной массы надо понимать потенциал стационарности рассматриваемого тела.

Из длительной истории развития понятия массы здесь можно привести такую фразу [14, c. 24]:

«Это утверждение в главной части своей, несомненно, справедливо. Кеплер часто утверждает, что в силу „инерции“ материя сопротивляется силе (virtas), стремящейся сдвинуть ее с места, и что происходящее в результате движение регулируется соответственно отношению между этой инерцией и движущей силой. А это в современных терминах означает, что материи приписывается числовой коэффициент, т. е. самое существенное из нашего понятия массы».

Показательно также, что в истории изучения и развития процессов сохранения, связанных с энергией в разных формах использовалось также и понятие потенциала. Например, Г. Гельмгольц использовал его применительно к электрическим и магнитным взаимодействиям [14, c. 96, 97], но не перенес его на механические взаимодействия, – очевидно потому, что понятие силы, «закон сохранения сил» и все связанные с ним понятия уже прочно устоялись в физическом сообществе.

Теперь, исходя из «потенциального» определения массы и рассматривая механическое взаимодействие, мы хорошо видим, что взаимодействующие тела «стремятся» сохранять свое стационарное состояние в пространстве. И в результате взаимодействия (без посторонних возмущений), как известно, изменение относительного движения тел, – по направлению действия «импульса силы», происходит обратно пропорционально их массе, при сохранении общего (суммарного), так называемого «количества движения», – по Ньютону (который представлял массу количеством «корпускул» определенной плотности). Теперь слово «количество» вообще научно не соответствует определению движения, – оно понимается, причем издавна и философски обобщенно (ещё от Энгельса) как процесс (последовательность) изменений. Тем не менее, термин «количество движения» сохраняется в механике (?). В то же время и термин импульс явно не соответствует реальности, то есть наиболее научным видится все же потенциал движения.

Вся «механика» как наука исторически развивалась под определяющим влиянием, можно сказать, чувственного понимания взаимодействий через термины сила, и работа – установленные в научном мышлении естественным образом, через опыты и ощущения «сил» человеком (а в действительности потенциалов движения и стационарности). Исходя из определения массы, мы видим, что «сила» возникает при взаимодействии тел и характеризует их «сопротивляемость» изменению стационарного состояния. Человек чувствует, например, – в общих восприятиях, «силу тяжести» тела, удерживая его в руке, а в действительности – с одной стороны, действие гравитации на тело (устремляющее его к движению в гравитационном поле), и с другой – «сопротивляемость» руки изменению её стационарного состояния в пространстве.

Рассматривая наиболее наглядное кинетическое взаимодействие, – например, на бильярдном столе, можно видеть, что вместо «сил» научно адекватно, думается, использовать термин потенциал движения, как произведение потенциала массы тела на его скорость. Хорошо видно как этот потенциал предстает в процессах преодоления сопротивлений потенциалом действия. То есть эти термины отражают величину потенции движущегося тела действовать на другие тела. Надо заметить, что «сила» – это лишь чувственное восприятие человеком реального потенциала действия.

В Механику естественным образом вошел и термин работа, связывающий результаты механических взаимодействий в естественной природе с человеческими процессами воздействий на неё, с целенаправленными преобразованиями. Он отражает, в сущности, процессы механических преобразований в природе, в человеческой деятельности и обществе, с определенными потенциалами действий и противодействий. Но в общественной жизнедеятельности, в связи с историческим развитием и расширением деятельностей (движений) работой стали называть и все прочие преобразования, на основе общего фактора – наличия сопротивлений на пути преобразований как целенаправленных движений (действий и деятельностей). Различные «работы» в естественной природе, в тех или иных структурах научно рассматривались и рассматриваются (всё более глубоко) с целями количественного изучения, сопоставления и выработки тех или иных закономерностей, общих законов и технологической организации наиболее эффективных преобразований. Что касается слова-термина сила, то его, согласно чувственному восприятию, научно адекватнее использовать лишь в соответствующих литературных описаниях препятствий, сопротивлений движению, чувственных восприятий в преодолении различных препятствий. Читая литературу по истории «механики», особенно Е. Дюринга [10], хорошо видно, какую путаницу и заблуждения внесли чувственные термины «сила» и «живая сила».

То есть в научном плане адекватнее (правильнее) исходить из того, что сохраняются и действуют в нашем мире именно указанные выше потенциалы. Потенциал движения и действия сохраняется и действует, передается другим телам, совершая таким образом «работу» (по аналогии с человеческими целенаправленными движениями) и его можно считать поэтому, в процессе действия, потенциалом мощности, как свойства совершения работы в единицу времени.

Здесь надо вспомнить происхождение термина мощность и осознать общественную практику, в которой все движители характеризуются определенной мощностью. Этот термин появился как производный от работы, от интенсивности ее реализации, то есть выражает количество работы в единицу времени. В тоже время он отражает и способность (свойство) всех движителей (естественных и искусственных) совершать конкретную по величине работу в единицу времени, то есть понятным образом связывает практику общественной жизни с закономерностями естественной механики. Это и обусловило, кстати, широкое использование с некоторых пор «лошадиной силы» в качестве меры мощности. Но выработка «закона сохранения энергии» происходила не на основе научного выражения способности производства работы, передачи действия в единицу времени (понятие мощности в механике ещё отсутствовало), а на основе «сил» и «живых сил», их понимания. К тому же и понимание энергии было и остается, судя по публикациям, чрезмерно широким и, соответственно противоречивым, что совершенно неуместно для науки. Таким образом, видится научно и даже общественно полезным (что будет пояснено ниже) начать новое осознание «законов сохранения» начиная, допустим, от «мощности действия» и переходя к энергии как общей мере интегральной (полной) работы. В действительности существуют и передаются разные движущие потенциалы, импульсы действия, интегрально составляющие работу, а не «формы энергии». То есть, энергию следует понимать однозначно – как интегральную величину в единицах общей меры работы, – как математическую величину, а не физическую. Передача движущих потенциалов (импульсов) действия характеризуется скоростью (интенсивностью), которая определяется мощностью действия, то есть мощностью самого движения тела, действующего на «сопротивляющееся тело». Как уже известно, она определится произведением массы тела на скорость (в современной терминологии «импульсом», – который сразу же видится научно неадекватным в сравнении с мощностью, – при соответствующей ей размерности импульса). Таким образом, при кинетическом взаимодействии действует кинетическая мощность, при тепловом действии – тепловая (соответственно поверхности, среде в передаче тепла), при электромеханическом – электрическая и электромагнитная мощности движителя.

Попытаемся же и далее смело расшатывать консерватизм (инвариантность) сложившегося понимания оснований механики, – с целью согласования ее понятий с практикой человеческой и общественной жизнедеятельности. В этом плане можно привести такой пример из практики общественного производства – пример взаимодействия кузнечного молота и наковальни в процессе ковки какого-либо изделия. В данном примере имеется механическая система, в которую движитель молота (допустим электрический) передает потенциалы движения ему для ударных воздействий на предмет ковки. Эти потенциалы передаются изделию с преодолением его сопротивления (от наковальни) и изменением его формы, с ничтожными изменениями состояния наковальни благодаря её массе. При этом все тепло, от предварительно нагретого изделия и полученное от ударов молота рассеивается во внешнюю среду. То есть мощность движителя молота передаваемая в систему «молот-наковальня» за время совершения работы будет вызывать приращение общей мощности молекулярного движения молота, изделия и наковальни, но с одновременным рассеиванием ее как тепла в окружающую среду. То есть, чем интенсивнее будет ковка, тем меньше будет потеря тепла изделием и быстрее будет достигнута требуемая его форма, не потребуется тратить время и тепло отдельного нагревателя изделия (его тепловую мощность). Но это потребует большего потребления мощности от движителя, то есть от энергосистемы. Таким образом, имеет место оптимизационная задача. Измерение электрической мощности движителя в процессе совершения работы позволит определить суммарную мощность (кВт-час), полученную от энергосистемы, сопоставить ее с мощностью нагревателя изделия и оптимизировать процесс ковки (а отдельно и саму конструкцию ковочного комплекса) таким образом, чтобы минимизировать потребление электроэнергии (как говорится, – а в действительности – мощности от генератора) при допустимом (заданном) времени ковки. Этот пример показывает научно-практическое значение понятий мощности, механического потенциала и тепловой мощности, которые наиболее понятным образом связывают практические задачи оптимизации всех технологических и естественных процессов в обществе с теоретической механикой и прочими разделами науки (по сущности процессов), – без «форм энергии» и их «превращений».

.Вспоминая и когнитивно сжимая великий исторический переход в физике от «сил» к «энергии» и ее «превращениям» с сохранением величины, – связанный, кстати, с необходимостью перехода от векторов сил к скалярным величинам (с целью количественных измерений), он видится теперь «слабо адекватным» реальности (см. «живые силы» Лейбница и пр.) [5; 7]. Научно адекватным был бы, очевидно, первоначальный переход от «сил» к «потенциалу движения», к потенциалу и мощности действия. Но, в тот период устоялось уже понятие «количество движения», а вместо понятия мощность (которое появилось много позже) господствовало в мышлении понятие «живой силы», которое быстро перешло в понятие энергии, – просто по предложению Т. Юнга назвать эту «живую силу» энергией. Соответственно, всем движущимся телам стали приписывать «обладание энергией», в то время как «обладание потенциалом действия», «мощностью» (как свойством, способностью совершать работу) было и остается в понятийном плане (когнитивно) адекватным реальности. Более того, оно соответствует, как теперь хорошо понятно, и математическому выражению работы и энергии – интегралом мощности по времени. Кстати, уже в ту пору «появления энергии» в мышлении о физической реальности употреблялось, иногда, слово «мощь» в количественной оценке движения (оценке массы и скорости ее движения). Современный справочник по физике рассматривает, кстати, только «мощность силы» (?), – в то время как источником «силы» всегда является ее «носитель». То есть понятие мощности научно правильнее связывать не с «силой», а с конкретным действующим объектом (телом) или процессом (тепловым, полевым). Представленные соображения вызывают также вопрос о научной адекватности в механике термина «импульс». Понятно, что он появился на основе анализа ударных взаимодействий и теплового движения, однако научно правильнее, по всей видимости, говорить о действии (с определенной мощностью) потенциала движения, о сохранении общего потенциала в замкнутой системе, а не «импульса».

Хорошими примерами, убеждающими в использовании понятия мощность в качестве общенаучного, являются электрические и электромагнитные процессы, в которых понятие мощности используется изначально. Например, рабочие процессы преобразования электрического тока в тепло или механическое движение (через электромагнитную мощность), работа трансформатора с передачей мощности и прочие процессы. То есть видится научно правильным (адекватным реальности) говорить о видах действий и их мощности, а не о «формах энергии».

Теперь видно, что понятие мощности, будучи связанное со всевозможными движителями, хорошо согласуется (понятным физическим образом) как с естественной механикой, – в которой сохраняется именно движение и его основы, – потенциалы действия, так и с практикой общественной жизнедеятельности, с общественным производством. Но исторический энергетизм в современной Механике, в учебно-просветительской литературе сохраняет постоянно возникающий в анализе взаимодействий вопрос – почему следует считать (по установленному закону сохранения), что тело передало «энергию» другому телу, если то получило в действительности потенциал движения как свойство совершать внешнюю работу, – свойство «движителя», и сохраняет его до следующего взаимодействия. Поэтому в плане просветительства надо рекомендовать всем изучение истории возникновения и развития понятий, определивших законы «сохранения сил» («живых и косных») и «сохранения энергии» [14]. Из этой истории видно, что в действительности ученые выясняли закон сохранения интегрального действия. Выясняли путем измерений работы скрытого теплового или иного (электрического) движения, обладающего мощностью как свойством совершать работу и переходящего от одного тела к другому (от одной механической системы к другой). Надо обратить внимание и на то, что все современные искусственные движители (двигатели, моторы) характеризуются по своему назначению величиной мощности. Эта характеристика имеет место и для генераторов электроэнергии, – как принято говорить, а в действительности, из физики электрического тока и его действия посредством преобразования в механическое действие мы видим, что в действительности генерируется мощность электрического тока, то есть имеет место обратное преобразование – мощности механического действия в мощность электрического действия.

Таким образом, рассмотренные выше понятия, являющиеся вполне обоснованными и научно целесообразными, позволяют оставить, наконец, «формы энергии» и «превращения» их в историческом прошлом, и рассматривать понятия наиболее адекватные реальности, а главное связывающие естественные процессы физической реальности с общественными процессами, со всем множеством преобразующих процессов называемых в совокупности «общественным производством». Они распространяют и легко трансформируют наши представления о сущности механических взаимодействий во все прочие сферы движения, не только в биофизические (организменные), но и в социальные, социотехнические. При этом, изучая историю использования понятий сил, сохранения сил и энергии, становится хорошо видно, что сохраняется в физической реальности (в замкнутой системе) общий потенциал движения, действия и мощности, – а энергия «сохраняется» не как физическая субстанция (в «различных формах»), а «сохраняется» как интегральная (математическая) величина в «энергетическом» описании замкнутой системы, – как возможная полная работа её на другие системы. Интегральное действие того или иного вида, той или иной формы воспринимается, конечно, человеком количественно теми или иными органами (системами), поэтому, очевидно, и возникает иллюзия реального существования энергии, невидимой человеком в ее сущности. То есть надо ещё раз отметить, что исторический переход в механике от «сохранения сил» сразу же к «сохранению энергии» видится теперь, можно сказать, основой последующих в истории заблуждений, – обусловленных, кроме прочего, и многозначностью слова энергия. В тот период очень быстро возникло понимание её именно в качестве какой-то скрытой ранее субстанции. Оно сохраняется, к сожалению и удивлению (при современном общенаучном развитии), до сих пор.

Каким же образом определить её все-таки обобщенно, с понятийной пользой для общества, для повышения, прежде всего, его энергетической организованности (уменьшения энтропии)? Этот вопрос является, на взгляд автора, актуальным ввиду большой энерговооруженности современного общества, актуальным для всего научно-философского сообщества. В этом плане можно предложить пока сделанные выше и следующие краткие соображения.

Во-первых, понятие энергии в обществе должно основываться на реальной его механике, то есть на реальных процессах механических преобразований во всеобщем созидающем, сохраняющем и развивающем движении.

Во-вторых, оно должно быть хорошо понятным через практику жизни каждого человека, через общественную практику и её историю, то есть общественно целесообразным для общего образования молодых поколений.

И в-третьих, должно обеспечивать наиболее эффективный и производительный во времени и относительно затрат ресурсов целенаправленный труд, как всеобщее комплексное движение в формах деятельности по скорейшему достижению высших целей общества и надежному сохранению достигнутых параметров состояния относительно окружающего мира.

Такое определение может быть сделано, думается, только на основе глубокого и широкого понимания мощности, отражающей количественные моменты всех видов (форм) движения и взаимодействий в нашем мире, и следовательно понимания «места энергии» во всем естествознании. Переход к научному анализу движений (как процессов изменений) и взаимодействий через общенаучные понятия потенциала, потенциала движения, – действия и мощности уже не составляет, в принципе, большого труда, поскольку необходимые научно-практические основы уже имеются. Думается, отсутствие мощности в Механике (кроме краткого рассмотрения «мощности силы» в справочнике) и во многих других разделах Физики, в естествознании обусловлено господством «сил» и энергии в формировании и становлении Механики, и ее научно-политической консервацией, господством «марксистско-ленинской диалектики» в СССР.

Подкрепим предварительный вывод дополнительными соображениями. Вспоминаются высказывания Аристотеля о том, что любая вещь имеет определенную потенцию. Теперь надо добавить – прежде всего, потенцию действия на другие (вещи, объекты, окружающие среды), величина которого отражается нами понятиями потенциала и мощности (того или иного вида), а по результату действий и понятиями работы, энергии. Слово «энергия», после введения его Т. Юнгом, стало использоваться для обозначения общей меры механического действия, стало всеобщим термином и понятием Механики [15, c. 221]: «Наряду с количеством движения Юнг пользуется понятием живой силы и именует эту величину энергией движущегося тела. Он говорит, что действие движущегося тела на преодолеваемые им препятствия… пропорционально квадрату скорости».

Но величину потенции объекта, – как свойства воздействовать на другие, рационально отражать в науке все же не энергией, а общенаучным термином потенциал (действия), что уже реализовано отчасти в некоторых разделах Физики, но не произошло в Механике, – по причине особого исторического развития её понятий, – начиная от чувственного слова-термина «сила» и научно необдуманного добавления к силам и закону их сохранения (Г. Гельмгольц) энергии (с подачи Т. Юнга), – вместо, можно сказать, научно адекватного и логичного внедрения понятий: потенциала, – движения и – действия (с «уходом от действия сил»).

Б. Г. Кузнецов отмечает также (с. 222):

«На всем протяжении развития идеи живой силы и ее сохранения, от Лейбница до д'Аламбера, продолжалась дискуссия о том, какая величина – живая сила mv² или – картезианская мера mv должна считаться мерой движения. Д'Аламбер высказал некоторые соображения о применимости обеих мер. Но вопрос не был решен. Действительное соотношение между сохранением mv и сохранением mv² в последнем счете связано с соотношением свойств пространства, – с одной стороны, и свойств времени – с другой» (? – из истории видно, что поскольку mv это векторная величина, то был осуществлен переход к скалярной величине mv2 (Лейбниц), а затем к интегральной – mv²/2, – А.В.).

Таким образом, можно сделать такой вывод: понятия потенциал действия и мощность, будучи научно адекватными реальности, ограничивают употребление слова-термина энергия (так же научно адекватным образом, по этимологии) местом общей (математической) меры интегральных действий, отражаемых понятием работы и известными математическими выражениями ее для разных видов действий. Отсюда следует, что «энергию» вообще нельзя приписывать телу («тело обладает…»). То есть можно говорить лишь о возможной энергии действия тела (в единицах общей меры). Таким образом, можно сделать и такой вывод: вместе с заменой «живых сил» энергией (с подачи Т. Юнга) возникли и до сих пор сохраняются вопросы об адекватности и научности «форм энергии», их «переходов» в другие «формы», вопрос «потенциальной энергии» и главный вопрос – о самом «сохранении энергии». Что же сохраняется в действительности, если энергия выражается интегральной математической величиной так называемой работы, в единицах общей меры? Адекватными реальности, несомненно, являются «виды» и «потенциалы» действий, их «сохранение» основанное на фундаментальном законе сохранения массы, стационарности ее движения в форме вещественных тел, и на других фундаментальных законах. Надо заметить, что понятие потенциала пришло в анализ механики позже, когда «силы» и «формы энергии» прочно укрепились в ней и соответственно в мышлении исследователей.

В этом плане полезно привести следующие фрагменты из указанного выше исследования Б. Г. Кузнецова. Он отмечает, например (с. 246, 247):

«Гельмгольц, мыслитель, стремившийся свести физические процессы к их механическому субстрату, понимавший принцип наименьшего действия в чисто механическом смысле, в 1886 г. систематически применял этот принцип к проблемам механики, термодинамики и электродинамики. Он ввел понятие кинетического потенциала, способствовавшее обобщению физической интерпретации принципа. Кинетический потенциал – это величина, из которой можно получить действие путем интегрирования по времени. Эта

величина фигурировала в различных областях физики без какой-либо механической интерпретации. В трудах Гельмгольца кинетический потенциал трактовался не как производная величина – разность между кинетической и потенциальной энергией, а как исходная величина. Это было важным шагом для перехода к немеханическому пониманию принципа наименьшего действия, так как кинетический потенциал может отличаться от механического понятия разности Т-U. Вне механики, где различие между кинетической и потенциальной энергией теряет непосредственный смысл, кинетический потенциал нельзя получить однозначным образом при заданной энергии. Поэтому самостоятельный характер понятия кинетического потенциала позволяет сделать принцип наименьшего действия универсальным принципом физики обратимых процессов, не сводя ее законы к законам механики, иными словами, позволяет трактовать указанный принцип уже не как механический» (подч. – А.В.). То есть кинетический потенциал можно понимать как потенциал возможного действия и относить его к свободному движению тела, а потенциал действия – к взаимодействию тел, к процессу переноса потенциала, к совершению работы.

Видится полезным рассмотреть и следующий фрагмент в рассмотрении Б. Г. Кузнецовым рассуждений Г. Гельмгольца (с. 246, 247):

«Потенциальная энергия равна mgx, т. е. произведению веса на высоту подъема тяжелого тела. Сумма кинетической и потенциальной энергии Е неизменна, она называется полной механической энергией тела. Неизменность этой суммы можно сформулировать как закон сохранения энергии. Если в данной системе движущихся тел отсутствуют всякие внешние воздействия и механическая энергия не превращается в другой вид энергии, то энергия системы не меняется: она всегда остается равной сумме кинетической энергии, зависящей от скоростей тел, и потенциальной энергии, зависящей от положения этих тел. Там, где между точками действуют силы притяжения и отталкивания, всякая потеря потенциальной энергии («силы напряжения») компенсируется приростом живых сил. «Во всех случаях движения свободных материальных точек под влиянием их притягательных и отталкивательных сил, интенсивность которых зависит только от расстояния, говорит Гельмгольц, – потеря в количестве силы напряжения всегда равна приращению живой силы, а приращение первой – потере второй. Следовательно, сумма всех живых сил и сил напряжения является всегда величиной постоянной» ²⁹ (²⁹ Н. Не1mhо1tz. UЬer die Erhaltung der Кraft. Leipzig, 1907, s. 14.).

Понятие силы напряжения, т. е. потенциальной энергии, – это еще один шаг эволюции предельных понятий Механики».

Здесь надо, однако, возразить Гельмгольцу (сожалея, что Б. Г. Кузнецов и другие исследователи, – «в свете современной науки», согласились с ним и продлили «существование потенциальной энергии»). Вещественные тела находятся под действием гравитационного поля Земли, как на ее поверхности, так и на некоторой высоте, причем на поверхности это действие максимальное. Опыт с маятником показывает, что тело, всегда находится под действием гравитационного тяготения (напряжения – по Гельмгольцу), пропорционального его массе (здесь, в плане напряжения, вполне уместна физическая аналогия с электрическим зарядом в электрическом поле). Так что надо говорить о потенциале тяготения (напряжения), – действующем из поля на тело груза, и кинетическом потенциале (следуя Гельмгольцу), или потенциале мощности (действия), который тело набирает при движении вниз и теряет при подъеме (кстати, Б. Г. Кузнецов в разделе о гравитационных взаимодействиях как раз и отмечает такое современное понятие как «потенциал тяготения» или «гравитационный потенциал»). Если в нижней точке маятника поставить преграду движению груза, то по результату удара можно вычислить (через какой-либо эталон) величину энергии, соответствующей потенциалу действия груза в этой точке, – а не «энергии груза».

Тема энергии, ее появления и научно-исторического развития как понятия всего естествознания, и особенно современного ее понимания, несомненно, требует отдельного рассмотрения и обсуждения в профессиональном научно-философском сообществе. Думается, сделанные автором краткие замечания и предложения вызовут определенную активацию в этом плане.

2. О живом движении

Особо важное значение рассмотренных выше понятий физики для общественного Движения и развития надо видеть в так называемом «живом движении» (В. И. Вернадский. «Философские мысли натуралиста»), которое предстает в нашем обзоре как самодвижение биологических объектов. Здесь надо обратиться, прежде всего, к капитальному коллективному труду немецких ученых-биологов под руководством Э. Либберта [16], в котором представлено не только всё множество биофизических процессов организма, в том числе порождающих, сохраняющих и развивающих самодвижение организма, но и сделаны определенные системные обобщения по закономерностям существования «живых организаций» (систем), – традиционно называемых организмами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.