Мыслящие прежде
Светлана Савиных

© Светлана Савиных, 2024

ISBN 978-5-0062-1052-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Лето. Отпуск. Турбаза. Озеро в окружении соснового бора. Тёплая погода располагала к расслабленному настроению. Вот так лежал бы в траве и смотрел на редкие облака, плывущие по бездонному небу. Глаза сами собой закрылись, и я погрузился в дрёму…

– Я твоё прошлое, настоящее и будущее! – внезапно прогремело в голове. Нечто огромное, бесформенное, похожее на грозовую тучу, вдавило меня в землю. Перед глазами поплыли радужные круги…

Очнулся, резко сел и огляделся по сторонам, вдруг кто-то из туристов решил подшутить. Никого и близко не было видно. Вот чёрт! Сон был настолько яркий, просто физически ощутимый, что, невольно вспомнив его, напрягся, встал и ещё раз осмотрелся вокруг.

Прошёлся по-крупному, хрустящему, золотистому песку пляжа, присел на корточки, опустил руки в воду, почувствовав её приятную прохладу, зачерпнул пригоршню и умылся. Ветер, обдувая сырое лицо, казалось, прогнал остатки сна, и я бодро зашагал по тропинке, ведущей в лес, где располагались домики турбазы, решив покончить с одиночным времяпровождением и активнее участвовать в мероприятиях местной туристической движухи. Впереди у меня оставалась ещё неделя…

Проходя мимо доски объявлений, замедлил шаг, заметив яркий постер, приглашавший принять участие в квесте «Тайны Разбойного бора». Обещались яркие впечатления, испытания на сообразительность и выносливость. А почему бы и нет? Пожалуй, чего-то такого мне сейчас и не хватает. До 10 часов надо было записаться в одну из четырех групп и пройти инструктаж. Глянул в телефон – без пяти минут десять. Надо поторопиться.

В домике «массовика-затейника» никого не было, стены яркими пятнами украшали плакаты мероприятий, на столе – большая открытая тетрадь, где на странице, в четыре столбца, записаны фамилии участников команд, и похоже все места уже заняты.

На плечо легла тяжёлая рука.

– Очень рад, что пришёл, – пробасил Стас – хозяин кабинета, – А то всё бочком, да бочком, никакой активности.

– Да, вот решил поучаствовать. Но, похоже, все места заняты, – с сожалением, сказал я.

Усевшись за стол, он помедлил, постучав карандашом по странице тетради, затем, обрадованно глянул на меня:

– Одно есть. Серёгу, из пятнадцатого домика, внезапно вызвали на работу, так что в третьей команде освободилось место. Записывать? – словно не веря моему намерению, спросил он, глянув на меня из-под рокерского козырька своей черно-белой банданы.

– Конечно, -обрадовался я, одновременно пытаясь вспомнить, кто такой Сергей. Может тот, что мастером на оборонке работает. Тогда понятно…

– Так, -деловито сказал Стас, вставая, – Вот инвентарь, – показав, своей накаченной, волосатой, рукой на рюкзак, стоящий на скамейке.

– Ого-го, – удивился я, от неожиданности.

– У нас всё по серьёзному, – пророкотал «затейник», – Продукты на три приёма пищи, три бутылки питьевой воды, кружка, ложка, спички, фонарь, нож, верёвка и маленькая аптечка. Так на всякий случай… Одеться надо по-походному, обязательно рубашку с длинными рукавами и брюки заправить в носки. Да, и никаких шлёпок, только кеды или кроссовки.

Кивнул головой.

Он протянул мне листок.

– Вот карта местности, чтоб не заблудился, если от своих отобьёшься, – констатировал Стас. Мне показалось, что во всей этой игре проглядывало его армейское прошлое. Никак служил в каких-нибудь спецвойсках, а теперь, в отставке, развлекается с туристами.

– В чём смысл квеста? – поинтересовался я.

– Как в чём? – удивился он, с прищуром глянув на меня, – Ни разу в РПГ не участвовал?

– Нет, – простодушно ответил я.

– Ну, ты, брат, даёшь! Первый раз такой кадр попался! – рассмеялся он, – Ничего, мы тебя тут прокачаем. Считай тебе повезло – командир группы опытный боец. Равняйся на него, делай как он и будет тебе счастье!

Что-то мне не понравилось такое его радостное настроение. Чувствовалась в этом подковырка. Хоть, в армии я и не служил, но читал, так старики прикалываются над салагами-новобранцами.

– Да, не дрейфь! – уловив мой подозрительный взгляд, хлопнул меня «затейник» тяжеленной рукой по спине, – Всё будет ок.

Словно пушинку, он поднял со скамейки рюкзак и сунул мне в руки. Я чуть не присел, от неожиданности, мешок весил не менее десяти килограмм. Да, с таким ходить замаешься, не то что бегать!

– Иди, иди, переодевайся, – Стас ободряюще подтолкнул меня к выходу, – Ребята там уже заждались! Пора начинать.

Около столовой стояли, построившись, как на параде все четыре отряда. Бросил рюкзак на землю и побежал к своему домику. Быстро переодевшись, вернулся. На площадке осталась только наша группа, все остальные уже ушли на маршрут.

– Давай быстрее! – крикнул Кирилл, подхватив мой рюкзак, и направился по тропинке в лес.

Чувствуя себя неловко, что подвожу, догнал его и забрал рюкзак. Отдав его, он мотнул головой и перешёл на бег. Ребята побежали за ним. Я – последним.

Глава 2

Вначале бежалось тяжело, ноги словно деревянные, постепенно разошёлся и вошёл в темп, а когда Кирилл, добежав до поляны, остановился, с неохотой последовал его примеру – я только вошёл во вкус, чувствуя лёгкость во всём теле и даже не замечая рюкзак за плечами. И почему я в школе перестал заниматься лёгкой атлетикой? Надо же было меня угораздить перейти в секцию плаванья… Не страдал бы сейчас аллергией на хлорку.

Ребята сгрудились вокруг Кирилла, бурно обсуждая записку, обнаруженную им в расщелине пня. Я стоял в сторонке и разглядывал команду. Кирилл – высокий, поджарый, какой-то ходульный, работает менеджером в спортивном магазине, может бывший спортсмен, например, лыжник. Саня – коренастый, в своих импортных трениках, толстовке и ярких кроссах, больше похож на любителя ходить в спортзал и красоваться потом в офисе перед девчонками своими рельефными формами. Ира, Аня и Стася, везде ходят втроём, щеголяя загаром и нарядами, однако, не какие-нибудь вертихвостки, а очень даже деловые и ответственные, всё время что-то организовывают и других привлекают, то берег озера почистить от мусора и сухих веток, то новую книгу Пелевина пообсуждать.

– Игорь, иди сюда! – позвал Кирилл, – Ты же у нас вроде программист? Может подскажешь?

Он протянул мне листок. Там было написано «2.3.4.5 go to 6.1».

– Странно, – протянул я, – Может это означает, что члены нашей команды, которые числятся по списку 2,3,4,5 должны обратиться к тебе и мне?

– Зачем? – удивился Кирилл.

– Ну, может, у нас есть то, чего нет у них. Например, какая-то вещь… – предположил я.

– Так! – деловито крикнул Кирилл, – Выкладываем всё из рюкзаков!

Ребята быстро начали их снимать, расстёгивать, вытаскивать вещи и раскладывать на траве.

Прошёлся вокруг этой импровизированной ярмарки и заметил, что у меня и Кирилла кружки с рисунком «ёлочка», а у остальных —«шишка». Всё остальное вроде абсолютно одинаковое. Может, то, что мы ищем висит на дереве, как шишка? Запрокинул голову и стал оглядывать кроны деревьев. Увидев мою реакцию, Кирилл тоже закрутил головой и похоже что-то обнаружил, так как подлетел к дереву и попросил Саню ему подсобить. Он сорвал с ветки коричневый круглый пакет, размером с кулак. Если не знать, что искать и где, вряд ли обнаружишь.

Развернув его, он прочитал:

– 525 метров на северо-восток.

Все засуетились, собирая вещи, пока Кирилл по компасу определял, какую тропинку из двух, ведущих с поляны, выбрать. Сориентировавшись, он закинул рюкзак за спину, махнул рукой и побежал. Я помог девчонкам надеть рюкзаки и следом.

Не пробежав и десяти метров, провалился в туман, непонятно откуда взявшийся на пути. Голоса леса и хруст веток под ногами исчезли, кругом воцарилась тишина.

– Привет! – я вздрогнул от голоса, который уже слышал во сне.

– Кто-ты? Что тебе надо? – прошептал, пытаясь понять, что со мной.

– Не пугайся. Я —это ты. Вернее, то, кем ты был, есть и будешь, – прошептало Нечто.

– Покажись! -чувствуя страх каждой клеткой и не веря своим ушам, крикнул я.

– У меня нет тела – я твоя суть… память… как угодно назови, – миролюбиво ответило Нечто.

Я что, схожу с ума? Или перегрелся на солнце и передышался свежего воздуха? Резко замотал головой – туман пропал, а я бегу по тропинке, впереди маячит рюкзак и синяя панамка Стаси. Как вернёмся на базу, позвоню Мишке – он психолог, может подскажет как поставить на место мозги, и стал, как он меня учил, когда сложная ситуация, повторять мантру «Всё нормально, всё нормально, всё нормально…»

– Стоп, – прокричал Кирилл.

Неужели пробежали полкилометра, удивился я, показалось, что не более ста метров.

Дорогу перегородил овраг, внизу журчала речушка, не меньше трёх метров шириной. Похоже, теперь наша задача её преодолеть, не замочив ноги, иначе вряд ли сможем квест продолжить, с сырыми-то не побегаешь.

Кирилл попросил всех отдать верёвки ему. Связав в одну большую, он, с помощью Сани, закрепил её середину за ствол сосны на высоте двух метров, а оба конца – у себя на поясе. Сняв ботинки и штаны, он шагнул в ручей и провалился по грудь, однако, быстро перебрался на противоположный берег и попросил Саню кинуть ему наши рюкзаки. Саня, обрадованный представившимся случаем, мощным замахом поочередно перебросил их к Кириллу, а тот перекинув верёвку через нижние, толстые ветки сосны, скрепил концы узлом, предварительно надев на них лямки наших рюкзаков, для груза, чтобы верёвка под нашей тяжестью не проседала. По вот такому импровизированному мосту, состоящему из двух верёвок, вися спиной вниз, перебирая руками ногами, нам и предстояло перебраться через речку. Все, с грехом пополам, перебрались, настала моя очередь. Честно говоря, я немного нервничал, сомневаясь в своей проворности, да и шлёпнуться в речку на глазах у всех не очень-то хотелось.

Ухватившись руками за верёвки и закинув на них ноги, в раскорячку, двинулся к противоположному берегу, сразу почувствовав, как болезненно напряглась поясница. Добравшись до середины переправы, немного приободрился – осталось всего ничего – метра два с половиной. Вдруг меня словно упругое облако обхватило со всех сторон, и я очутился в ослепительной белой невесомости. Вертя головой, пытался обнаружить хоть какой-то ориентир или что-нибудь.

– Не дёргайся, с верёвки свалишься! – услышал уже знакомый голос.

– Где я? – нервно прошептал.

– Там, где и всегда – в своём сознании, – успокоительно сказало Нечто.

Я представлял, что сознание – это осознанная память, цепь воспоминаний, но явно не пустота, поэтому невольно спросил:

– Почему тут пусто?

– А что ты хочешь вспомнить? —заинтересовано спросило Нечто.

– Ну, как мы с тобой расстались, раз ты это часть меня? – спросил первое, что пришло в голову.

Открылся впереди тёмный тоннель и меня, словно ракету понесло в него.

Глава 3

Очнулся сидящим на уступе скалы, внизу колыхалось бескрайнее море, а на берегу кучка странно одетых существ, похожих одновременно и на огромных обезьян и чем-то на людей. Они, громко крича, делили добычу. Наконец, угомонившись, уселись на корточки, отвернувшись друг от друга, жадно поедая отвоёванные куски. Лохматые, в коротких балахонах из шкур, они производили жалкое зрелище. Наевшись, они повернулись к морю и затянули, то ли вой, то ли песню. Вначале она была нестройная, какая-то неопределённая, но по мере их пения стала приобретать ритм и эмоциональность, похожую на грусть. Слушая её, хотелось плакать и одновременно верить, что всё образуется. Под конец пения, эти странные люди устроили пляски, а потом улеглись спать прямо на берегу, благо погода была тёплая.

– Заметив их стремления к красоте, отличавшее от других животных, ты решил посмотреть, что из этого получится, если чуть облегчить им жизнь, – словно змей искуситель нашёптывало мне на ухо моё визави.

– И что же я сделал? – спросил, заинтересовавшись.

– Отринул меня -свою бессмертную сущность, принял их облик, пришёл к ним и подарил вечный огонь, как гласят легенды, став для них Прометеем, – ответил он.

– Да, всё закончилось печально, – вспомнил историю огня, -Но, я ведь не был богом?

– Ты был человеком, подарившим им не огонь, а свет знаний об окружающем мире, и тем самым изменил их жизнь резко и кардинально, чем они и воспользовались, чтобы обустроить его под себя. Люди стали направо и налево вырубать леса, иссушать реки, ради орошения полей, уничтожать животных ради шкур… да, много чего другого. В конце концов они сами страдали от своих необдуманных поступков. А когда случился потоп, они решили, что природа разгневалась на них и во всём обвинили тебя, приговорив к смерти, чтобы задобрить духов. Потом, конечно, им стало стыдно и, чтобы снять с себя грех, они придумали богов, и что именно те покарали тебя за то, что ты подарил людям огонь – свет познания.

Я, словно пробка из бутылки, вылетел назад. Вишу на верёвке, а ребята на берегу кричат, чтобы поторопился. Добрался до берега, Саня помог спуститься на землю, обеспокоенно спросив:

– Всё в порядке?

– Вроде, да, – ответил, с опасением, не предполагая, как я выглядел со стороны, когда был в видении.

Подошёл Кирилл:

– Мы уж думали у тебя приступ, когда ты начал дёргаться на верёвке, – сказал он, внимательно глянув на меня.

– С непривычки руки и ноги свело судорогой, никак не мог с места сдвинуться, -постарался отшутиться я.

– Понятно. Попей воды, поприседай, – посоветовал Саня.

– Да, всё уже прошло, – успокоил их.

– Ну тогда, все за мной, – и Кирилл побежал по тропинке, ребята за ним.

Подхватив рюкзак, закинул за спину и опять оказался последним, пытаясь сообразить, что делать дальше со свалившейся на меня информацией. Верить, не верить? Может у меня в голове что-то замкнуло и возникли цикличные процессы, как бывает в компьютере. Слыхал, есть биологические препараты, вызывающие подобное раздвоение личности… Может я где-то хлебнул нечаянно? Смешно?! Если б не было так страшно от потери контроля над собой… Лучше сейчас об этом не думать, а то опять попаду на разговор с Нечто. Ускорил бег, повторяя про себя «Всё нормально, всё нормально, всё нормально…».

Глава 4

Пробежав пятьсот метров по тропинке, петляющей среди кустов и деревьев, оказались на поляне, где Кирилл, остановившись, крикнул:

– Привал.

Поскидав рюкзаки, все расселись на траве, вытаскивая кто воду, кто еду.

Оглядев нас уставших и голодных, командир махнул рукой:

– Ладно. Давайте поедим, а потом будем искать подсказку.

Все обрадованно зашуршали пакетами.

Открыв пакет под номером 1, увидел в нём стандартный бутерброд из булки с куском ветчины и сыра, а рядом две конфетки. Вид еды потянул меня на тошноту, невольно почувствовал запах костра и воображение подбросило картинку с моей горящей плотью на костре. Мотнул головой, чтобы отогнать наваждение и открыл бутылку, чтобы попить воды.

– Сань, ты, что совсем охренел, костёр тут разводить?! —услышал за спиной пронзительный голос Иры.

Обернулся, увидел виноватое лицо Сани, его испачканные кроссовки, и, с облегчением, вздохнул, осознав, что запах был не галлюцинацией, а от маленького костерка, на пятачке раскопанной земли. Санька попытался оправдаться:

– Бутер хотел погреть.

– А штраф за пожар не хочешь?! – язвительно спросила Ира, притопывая остатки костра ногой.

– Никаких костров, – спокойно предупредил Кирилл, покончив с завтраком, и, деловито оглядывая поляну, скомандовал, – Ищем что-то необычное.

Покрутил головой, не зная, что искать и куда смотреть.

– А ты насечки на деревьях поищи, – услышал шёпот Нечто и невольно, оглянулся.

– Что-то нашёл? – спросила Стася, оказавшаяся у меня за спиной.

– Вот подумал, может на стволах деревьев какие насечки есть… -протянул я.

– Так, – деловито скомандовал Кирилл, – Ищем насечки на стволах деревьев!

Здорово он умеет перехватить инициативу, прямо на лету схватывает, язвительно подумал я.

Все разбежались по краям поляны, осматривать стволы. Я просто раздвинул ветки и увидел на коре – V. Так, чтобы это значило? Да всё, что угодно: пятый в команде, пять метров, пятое дерево… А, может, буква латинская?

Тут меня накрыло…

Очутился в подземной галерее. Сквозь узкие окна под потолком, чуть струился дневной свет, соперничающий с ярким пламенем огненной реки, текущей в широком жёлобе, вдоль стены.

– Дорогой, Тот, не будь слишком суров к нам. Мы – Тотготпа I стараемся не для себя, для государства. Расходы растут, денег не хватает, поэтому мы вынуждены увеличивать налоги. Да и зачем тебе думать об этом? Ты – жрец, твоё дело учить народ и наставлять, а не слушать его нытьё, что всё кругом плохо, -сказал грузный низкорослый мужчина, в расшитой золотом тоге.

Вдруг из тени ближайшей колонны выскочили два тёмных силуэта, схватили меня и потащили к огненной реке. Они ещё не успели бросить меня в огонь, как Тоготпа I рассмеялся и громко возопил: -Великий Тот отбыл к своему отцу Ра и передал нам свою божественную благодать!!!

Картинка застыла.

– Ты был Герме́сом Трисмеги́стом, могущественным человеком Египта, Великим Тотом, праправнуком Прометея, пророком, предвестником спасителя, давший народу Египта законы и письменность, и, посмотри, как с тобой поступил фараон, когда ты стал ему обузой: его слуги просто швырнули тебя в огненную реку, чтобы ты перестал защищать интересы бедных и беспокоить его, – язвительно сказало Нечто, – Одно хорошо: история сохранила для потомков твои трактаты посвящённые , , , медицине, великий труд «» и «». магии астрологии алхимии Асклепий Изумрудную скрижаль

Отдышавшись, от пережитого ужаса, спросил:

– Почему я ничего не помню? Ни магии, ни прочего?

– Ты же отрекся от своей бессмертной сущности, стал просто человеком во плоти… Рождался, жил, умирал и вновь рождался… Это моя привилегия хранить всё и помнить. Вернись ко мне, прими себя таким, какой есть, и ты получишь память о всех своих человеческих жизнях, всю-всю без остатка, – мягко пророкотало Нечто.

– Мне с трудом верится, что это я, -ответил, с сомнением, и вылетел словно пробка в реальность.

– Ну, кто, что нашёл?! – услышал крик Кирилла.

– Я! —ответил ему.

Набралось пять букв, если идти по часовой стрелке от тропинки, то получится « KAVER». Наверное, уж точно не импровизация на тему какой-нибудь мелодии…

– 52837! – прокричала Стася.

– В смысле? -не понял я.

– У меня кнопочный телефон, а там под каждой цифрой буквы, – огорошила она меня.

– А что? Идея! – подхватил Киррил, -Только знать бы что они означают?

– Это телефон местной почты! – обрадованно сказала Ира, набирая номер.

После короткого гудка, послышался щелчок и женский голос спросил:

– Какая команда?

– Третья, – обрадованно сказала она.

– Ваш дальнейший маршрут 120 метров на северо-восток, – и телефон отключился.

– Ир, отличная работа! – сказал Кирилл, сверяясь с компасом, затем показал рукой в просвет между двумя толстыми соснами:

– Нам туда! – подхватил свой рюкзак и зашагал размашистыми шагами.

Плетясь последним, чувствовал себя обиженным, что меня не похвалили. Хотя за что, мне же Нечто подсказало идею со стволами… Но всё равно…

Глава 5

Эти несчастные 120 метров преодолел без приключений, каждую минуту ожидая, что вот-вот провалюсь в очередные тартарары.

Мы оказались на высоком обрыве у реки. Кирилл оглядывался по сторонам, решая спускаться вниз по песчаному склону или искать следующую подсказку здесь. Невольно прислушался к своему внутреннему голосу, вдруг отзовётся Нечто, но он как назло молчал, решив показать какой я слабый и немощный на голову. Вот иуда! Мог бы и помочь, раз заявляет, что он часть меня.

– Будем спускаться! – громко огласил своё решение наш командир и деловито стал обвязывать верёвкой ствол ближайшего к обрыву дерева.

Посмотрел вниз. Я, конечно, высоты вроде не боюсь, но спускаться вниз по нетолстой верёвке метров десять, то ещё удовольствие. Кирилл первым, в леготцу, спустился вниз, за ним Саня, потом, охая и ахая, девчонки, дошла очередь до меня. Скинув рюкзак вниз, повис на руках, обкрутив правой ногой верёвку. Толку почти ноль, верёвка плохо удерживалась ногой. Второй ногой упёрся в берег, посчитав, что так будет легче. Однако нога сразу провалилась то ли в ласточкино, то ли стрижиное гнездо. Пришлось чуть раскачнуться на верёвке, чтобы её вытащить. Перебирая руками, стал тихонько спускаться вниз. Вдруг в глаза ударил солнечный зайчик, отразившийся от чего-то в очередном отверстии птичьего гнезда. Протянул руку и словно провалился внутрь.

Очнулся сидящим в пыли у дороги, под палящими лучами солнца, рядом истошно орал осёл. Из-под горы показались два вола, которые тянули старинную телегу на двух огромных колёсах. Встал, чтобы спросить, где я нахожусь. Старик- возничий, в ветхой, длинной, потерявшей цвет, одежде, поравнявшись со мной, ни говоря ни слова, плюнул мне в лицо, ударил хлыстом, и словно выругавшись, бросил:

– Иуда!!

– Что?! – отшатнулся я, поразившись.

– Это Ты, – прошептало Нечто, – Они считают, что ты предал Его за тридцать серебряников.

– Зачем я это сделал? – удивился, пытаясь стереть рукавом плевок с лица.

– Чтобы спасти людей, – уверенно сказало Нечто.

– Значит, Он погиб по моей вине? – всё ещё не веря в услышанное, произнёс я.

– Ты хотел достучаться до людей, сказать, что хоть Он и Мессия, но Он – человек и имеет право любить, быть мужем, отцом… Но они, в своей ослепляющей любви, не хотели ни с кем его делить. Люди считали, Он должен принадлежать только им и никому другому. Он был с ними слишком добр, творил чудеса, поселил в них надежду на лучшую жизнь. Люди посчитали, что Он обязан откликаться на все их просьбы. Они требовали всё больше и больше, возлагали на него слишком большие надежды, ожидая решения всех своих проблем. Это была непосильная ноша для Него. Он уже осознавал, что выполнить все просьбы не сможет, поэтому обречён. Со временем люди стали считать, что его родные – помеха, им казалось, что Он уделяет им слишком много внимания. Он начал понимать, что людей невозможно исправить, а его родные могут пострадать, поэтому решил принести себя в жертву, чтобы заставить людей очнуться и понять, что Его больше нет, и, теперь, им самим, придётся заботиться о себе. Он сам пришёл и сдался суду, и твоей вины в этом нет. Но, людям нужен был виновный в Его гибели и, поскольку, ты им постоянно твердил, что Он просто человек, Он не бог, они решили, что именно ты причастен к тому, что случилось, а всё остальное домыслили «сказочники», которые Его судили, и чтобы затмить свою вину, приписали тебе самый тяжкий грех – предательство.

Очнулся, висящим на верёвке, в руке маленькая, блестящая, железная коробка, а снизу крики ребят:

– Ура!

– Спускайся скорее!

– Бросай её сюда!

Бросил коробку вниз и потихоньку продолжил спуск.

Когда оказался внизу и подобрал свой рюкзак, ребята уже прочитали записку и вслед за Кириллом побежали вдоль реки, не дожидаясь меня.

Ничего себе благодарность, пробурчал про себя и побежал за ними вслед, пытаясь догнать.

Глава 6

Пробежав метров двести, оказались перед деревянной лестницей, идущей наискосок вверх, впритык к обрывистому берегу. Вот не люблю такие лестницы ещё с института. Наш физрук на занятиях заставлял прыгать пролёт на правой, пролёт -на левой, пролёт – на двух ногах, а потом не знаешь, как подняться по лестнице в аудиторию, боль в ногах изуверская.

Доковыляв до верха, Кирилл решил устроить привал, а за одним и перекус. Рассевшись на поляне, группами: девчонки – своей, Кирилл с Саней – своей, ребята активно приступили к трапезе, я один разлёгся на траве и не хотел ни есть, ни пить и даже ни с кем разговаривать.

– Игорь иди к нам! – позвала меня Стася.

Поднялся и поплёлся к девчонкам, волоча рюкзак по траве. Присел на освободившееся место, бросив его рядом.

Стася деловито начала его открывать, а Ира протянула мне кружку:

– На, попей горячего чая, а то на тебе лица нет.

– Куда ж оно делось? – чуть улыбнулся, удивлённый заботой, и шутливо стал ощупывать его, корча гримасы.

Девчонки рассмеялись.

Стася протянула мне бутерброд и сверху пристроила половину огурца, присыпанного солью.

Приняв, с благодарностью её заботу, захрустел смачным огурцом, вперемежку со сладковатой булкой, сдобренной ветчиной и сыром, и где-то там ещё заныкались пара колец лука и долька помидора, запивая всё это горячим сладким чаем. По телу пошло приятное тепло, усталость потихоньку стала уходить, а настроение подниматься.

Вот ведь не скажешь по их крутому и заносчивому виду, что девчонки такие заботливые и душевные. Так вот можно в людях ошибиться.

– Игорь, ты прямо везунчик! – рассмеялась Аня, – Три раза с подсказками угадал.

Ну, хоть кто-то заметил мои заслуги, благодарно посмотрел на неё:

– Это случайно, само собой вышло, – попытался поскромничать.

– Ничего случайного не бывает, – резонно сказала Ира, подливая мне чай из термоса.

– Спасибо, – только и смог ответить.

– Так! Закругляемся! – послышался голос нашего командира, – Пора и честь знать. Ищем следующую подсказку!

Девчонки быстро начали складывать всё в рюкзаки, а я по привычке помог им их надеть. Оглянувшись по сторонам, подумал, что тут и искать ничего не надо, вон вдали огромная старая опора ЛЭП, без проводов, скорее всего там и спрятана очередная подсказка. Повернувшись к Стасе, стоявшей рядом, махнул рукой в сторону опоры:

– Пойду, посмотрю, может там что есть, – и зашагал по траве к ней.

Кирилл – наш всеслышащий и всевидящий, словно лось пролетел мимо меня к опоре и, через минуту, найдя записку, уже кричал:

– Я нашёл! Все двигаемся прямо в лесок, на бугре!

Мы двинулись в указанном направлении.

Маленькая берёзовая рощица встретила тонкими, длинными ветками, шуршащими листвой, колышущимися на ветру, словно шторы, и прыгающими, в её просветах, солнечными зайчиками, запахом то ли грибов, то ли коры.

Мы обошли рощу и по кругу, и внутри, но ничего примечательного не нашли. Единственно, на что обратил внимание, это следы недавнего костра на поляне. Поковыряв кедой в пепелище, на глаза попалась трубочка из бересты. Подобрав, хотел его рассмотреть, но Кирилл, словно выросший рядом из-под земли, чуть ли не выхватил её у меня. Да, культурой батенька не блещет.

Развернув бересту, он прочитал:

– «Кто меня в костре найдёт, тот отряд и поведёт», – и уставился на меня, не преминув смерить чуть презрительным взглядом:

– Ну и куда нас поведёшь, Сусанин? – с издёвкой, спросил он.

Вот почему он такой? Я, что напрашивался на роль командира. Раздумывая, продолжал распинывать ногой пепел костра и заметил под пеплом плотную глиняную площадку с каким-то рисунком. Расчистив её, с активным участием девчонок, увидел нарисованный компас, с указанным стрелкой направлением, повернувшись к смещённому командиру, предложил:

– Вот ориентир. Командуй!

Кирилл деловито подошёл к рисунку, зафиксировал на телефон и спросил меня:

– Ну, что тронемся?

– Пошли, – ответил я, абсолютно не желая возглавлять нашу экспедицию.

Кирилл встал, поправил рюкзак и скомандовал:

– Все за мной, – сразу перейдя на бег.

Мы тронулись следом, и я опять оказался в конце. Лидерских качеств во мне точно не хватает.

Не успел пробежать и десяти метров, как словно провалился в яму.

Очнулся, стоящим перед длинным столом, в центре возвышалась трибуна, за которой стоял высокий грузный человек в чёрной мантии и четырёхугольной шляпе. Длинная его борода тряслась от злости, с какой он громко зачитывал текст с листа:

– Филиппо Бруно, при постриге получивший имя Джордано и с тех пор именующий себя Джордано Бруно, стоящий сейчас перед лицом высокого суда губернатора великого города Рима, признаётся виновным в восьми смертных грехах перед Господом нашим и церковью и приговаривается к наказанию без пролития крови, посредством сжигания живьём!

В меня словно бес вселился и я, брызгая слюной, от захлестнувшего презрения к ним, прокричал:

– Вы все ослы! Ваш страх в каждом слове приговора, а мне он принесёт славу на века!

Картинка застыла, а я всё ещё не мог отойти от переполнявшего меня гнева:

– За что они меня так?!

– Ну, ты был слишком заносчив и высокомерен, до омерзения. Считал, что твои знания и открытия подняли тебя над всеми этими мелкими церковными догматиками, что ты – пророк, подобный Герме́су Трисмеги́стскому. Именно его учение открыло тебе глаза на природу вещей и вдохновило посвятить всю свою жизнь изучению мироздания, созданию новой философии, космологии, которые ты активно пропагандировал, несмотря на угрозы со стороны церкви. Бесконечность вселенной, пространства и времени, далёкие звёзды, подобные Солнцу, физическое единство Земли и неба, пять элементов мироздания – всё то, что ты узнал от меня – себя прошлого, вскружили тебе голову, в попытке просветить и изменить мир. Но, конец был слишком жесток, однако предсказуем. Пламя костра сбило с тебя лишнюю спесь и в следующих жизнях ты действовал более осмотрительно, – закончило моё унижение Нечто.

Перед внутренним взором предстала бесконечная череда костров и жутких смертей в огне, что невольно вырвалось:

– Сколько ещё ты будешь мучить меня?!

– До тех пор, пока ты не поймёшь, что людей изменить нельзя! Их нельзя просто так взять за ручку и привести в светлое будущее! Они хаос, толпа, броуновское движение!

Последовала пауза, а, затем, Нечто тихо и вкрадчиво сказало:

– И ты, наконец, примешь решение, что пора вернуться к своему настоящему облику и покинуть этот безумный и обречённый мир.

Меня подхватило и потащило словно тряпичную куклу, мотающуюся во все стороны, обратно в реальность.

Глава 7

Очнулся бегущим за Стасей, впереди маячила какая-то старая церковь, без куполов, наверное, это и есть наша следующая цель квеста. Скорей бы уж он закончился, нет сил терпеть все эти выпадения из реальности, ощущая свою бесправность перед этим необъяснимым Нечто.

Церковь, видать, была раньше очень богатая и красивая, даже сейчас видно, что кладка кирпича словно каменные кружева, а внутри сохранились фрагменты настенных фресок и мозаичного пола, остатки кованых деталей украшений окон и настенных подсвечников, в виде цветов и листьев, удивляли изяществом и красотой.

– Ну, что, отдышались? Ищем следующую, последнюю подсказку, – громким эхом от стен, отозвался голос Кирилла, а сам он искоса глянул на меня.

Ждёт очередного от меня подарка, ехидно подумал я. Знает, что если придём первыми, то все лавры достанутся ему, и Стас будет нахваливать его как самого опытного и успешного командира. Вот так и куются чьи-то карьеры чужими руками… Наверное, в этом и есть смысл хаоса, что очевидное не всегда очевидно, и победа не есть заслуга победителя, а просто стечение обстоятельств. Так и я не талант какой-то или везунчик, как думает Кирилл, а всего лишь обладатель связи с Нечто.

Обходя по периметру стену церкви, обратил внимание на повторяющийся рисунок кладки под каждым оконным проёмом. Он напоминал мальтийский крест, а может какой-то цветок. Присел, чтобы поближе рассмотреть его и увидел под ним маленькую, нарисованную углём, стрелку. Такая же стрелка была и под следующим оконным проёмом, а затем и следующим, а потом пропала. А может, это знак, что я нашёл место, где должна быть подсказка. Потоптался на месте, разглядывая землю под ногами, запрокинул голову, чтобы осмотреть кирпичную кладку проёма и тут увидел справа, на высоте двух метров, между кирпичами, в расщелине, где выветрился раствор, маленькую металлическую плоскую баночку, как от вьетнамского бальзама. Оторвал ветку с куста, растущего у стены, и попытался её выковырять из щели. Тут как тут нарисовался Кирилл, взобрался в проём окна и, дотянувшись, вытащил баночку.

Спрыгнув, он открыл её и прочитал вслух:

– Тысячу пятьдесят пять шагов на северо-восток!

Сверившись с компасом, он махнул рукой:

– Все за мной! – и рванул на выход из церкви.

А, я в который раз нашедший записку, вынужден опять бежать последним. Это уж перебор с его стороны – не признать мои заслуги. И тут же провалился в видение.

Палящее солнце ударило в глаза. Сижу на стуле, ноги и руки туго перевязаны верёвкой. Сквозь выступившие, от солнца и боли, слёзы, вижу, стоящий передо мной, строй солдат, в белых мундирах. В нос ударил тошнотворный запах крови, огляделся вокруг – на земле месиво из окровавленных тел. Господи, где я?!

Громкий, раскатистый голос прокричал за моей головой:

– За оскорбление императора Франца II и предательство родины, Игнат Мартинович приговаривается к смертной казни!

Мелькнул серебристый блеск меча. Вжик… Резкая боль и темнота….

– За что? – невольно выкрикнул я. В шее возникла неприятная тянущая боль.

– Ну, ты, слышал – за предательство, – спокойно ответило Нечто.

– А можно поподробнее? – судьба человека невольно заинтересовала меня, хотя я всё равно не верил, что это моё прошлое.

– Поверь, Игнат – твоё прошлое. Ты начинал как священник, хотя, потом отрёкся от религии, но сан с себя не снял. Много учился, стал доктором теологии и философии, профессором  и , писателем, преподавал во многих университетах Европы, даже стал членом академии Мюнхена, Стокгольма, Санкт-Петербурга. Но, этого было мало. Ты поддерживал связи с руководством Парижской коммуны, создавал революционные общества, стал лидером венгерского якобинского движения, а также секретным агентом императора Священной Римской империи Леопольда II и даже масоном. В честь тебя назвали масонскую ложу Будапешта. И чем всё это закончилось? Плаха и посмертное обвинение в предательстве —завидный итог! математики естествознания

– И опять предатель? – удивился я.

– Ну, ты ничем не брезговал, чтобы избавить народ от ига аристократии и открыть ему путь к просвещению.

Меня словно надувной мячик подхватило, закрутило и выбросило в нашу реальность.

Передо мной опять маячил рюкзак Стаси и её панамка, а впереди на взгорке уже виднелся забор нашей турбазы и крыши домиков. С облегчением вздохнул, осознавая, что хоть квест сейчас закончится и смогу позвонить Мишке, чтобы позвать на помощь.

За воротами нас встретил, широко улыбающийся, Стас, громогласно объявив:

– Вот и наши абсолютные победители! Вы установили рекорд по скорости прохождения квеста!

Остановившись около него, ребята с облегчением скидывали рюкзаки в приготовленную тележку. Переминаясь с ноги на ногу, почувствовал накатившуюся усталость, Кирилл своими пробежками всех достал.

– Награждение будет вечером после ужина, а пока свободны, – благостно проговорил массовик-затейник, отпуская нас.

Глава 8

Жутко уставший и обескураженный, доволочился до своего домика, не раздеваясь, бухнулся на кровать. Протянув руку, взял телефон со стала и набрал номер. Показалось, гудки были слишком долго.

– Игорь, куда ты провалился? – услышал, наконец, вместо приветствия.

– Миш, у меня проблема, – ответил, почти жалобно.

– Какая? – обеспокоенно спросил он.

– Ну, типа, крыша едет, – сказал и словно в голове прорвало какую-то внутреннюю плотину, – Понимаешь, я голос слышу, который говорит, что он моя память. Но, это полбеды. У меня видения! Я вижу себя в якобы моих прошлых жизнях.

– Ты ничего такого не принимал? – тихо спросил Мишка.

– Ну, ты, же знаешь меня! – обозлился я.

– Извини, извини! Может хряпнул какой тоник, из местного магазина, с лошадиной дозой кофеина? – попробовал смягчить ситуацию он.

– Зачем? Такой хренью не страдаю! – почти грубо ответил я.

Он немного помолчал, а потом бодро заявил:

– У меня есть классный коллега. Иногда с ним, в сложных случаях, консультируюсь. Он как раз специалист по всяким паранормальным штучкам. Я позвоню ему и попробую уговорить завтра к тебе приехать.

При упоминании о коллеге, мне даже полегчало – я не один такой, раз есть врачи, значит есть и пациенты.

– Только никому не говори, что мы врачи и по какому поводу приедем. Скажи, мол, старые друзья проезжали мимо и решили заглянуть.

– Я что дурак, афишировать свои глюки на всю турбазу?! – удивился я.

– Хорошо, хорошо. Не заводись. Что-то ты очень нервный, сам на себя не похож, – успокоительно сказал Мишка.

– Станешь тут нервным, после таких фокусов, – попытался оправдаться я.

– Ну, вот и ладушки. Как договорюсь с ним, так перезвоню, о времени приезда, чтоб ты не утопал куда-нибудь.

– Хорошо, – ответил я.

– Всё пока, – сказал он и отключился.

Нервный мандраж, накопленный за день, вроде отпустил. Знаю, Мишка сказал – значит сделает. Надеюсь, он поможет со своим врачом. В животе заурчало, вот и аппетит проснулся. Вспомнив, что скоро ужин, встал, умылся, переодевшись, вышел из домика и потопал в столовую.

Народу в зале было немного. Быстро перекусив, решил прогуляться до озера, сразу пожалев, что не опрыскался репеллентом от насекомых – комариный писк раздавался со всех сторон. Однако, постояв немного в раздумии, идти в домик за брызгалкой или пойти в лес, где насекомышей меньше, заметил, что комары на меня не садятся, словно вокруг некая защитная оболочка. А, может, сохранился запах репеллента на теле, ведь я им крепко обрызгивался перед квестом? Ну, и слава богу. С довольной ухмылкой, в адрес обнулённых кровососов, направился к озеру, издалека присматриваясь, есть ли свободная лодка на берегу.

Отъехал на середину водоёма. На противоположном берегу, сосновый бор рассекала старая просека, заросшая сиренево-красным маревом иван-чая, уходящая до горизонта. Это было самое удобное место для наблюдения заката.

Бесшумно по воде скользили водомерки, изредка тишину нарушали булькающие звуки рыб, поднимающихся на поверхность в поисках добычи, одинокая стрекоза, пронеслась над моей головой, стрекоча крыльями.

В голове не было ни одной мысли, пустота и покой, словно погрузился в дрёмное царство. Опустил руку за борт в прохладную воду. Меня словно током ударило, мгновенно озарив видение.

Огромное яркое Солнце ослепило глаза. Оно было такое близкое, такое родное, что невольно протянул к нему руку, однако, увидел, что вместо неё у меня длинное крыло, с почти прозрачными колышущимися перьями. Их кончики заполыхали, наполняясь солнечным светом, а затем и всё крыло ослепительно засияло, словно оперение жар-птицы из сказки. Странно, но мне не было страшно, только в душе возникла радость от единения с этим великим светом, стирающим все печальные мысли и воспоминания, наполняя всепроникающим оптимизмом и уверенностью, что я могу всё. Оглянулся по сторонам. Таких как я были тысячи, летящих рядом со мной, по орбите светила, с горящими крыльями и телами, похожие на пламенеющих ангелов. Где-то вдалеке голубой точкой блеснула Земля. Я не знал, что это она, просто почувствовал её необыкновенную силу. Наполненная огромными океанами воды, миллионами живых существ – она просто рай! Только протяни крыло и прикоснёшься к источнику самой Жизни.

Невольно отдёрнул руку, видение пропало.

Закат догорел, вода в озере потемнела, как и небо, проявив свет миллиардов далёких звёзд, безжизненно путешествующих в бесконечной вселенной. Лес, вокруг озера зашумел, заскрипел стволами, зашелестел кронами, словно прогоняя меня прочь. Поторопился к берегу, где на причале ярко горели гирлянды ламп, звучала музыка, приглашая на вечернюю дискотеку.

Глава 9

Мишка так и не перезвонил, хотя я упорно ждал до двенадцати часов ночи, несмотря на жуткое желание спать. Оно и понятно – квест вымотал меня по полной.

Проснулся от истошного звонка телефона. Спросонья, пытался найти его на столе, а он оказался под подушкой. Номер был незнакомый. Решил всё-таки ответить:

– Слушаю.

– Это вас беспокоит знакомый Михаила Вадимыча. Он просил меня к вам подъехать по деликатному поводу… – замешкался явно немолодой мужской голос.

– А где он сам? Почему не предупредил? —обеспокоился я.

– С ним всё в порядке. Он пошёл платить за бензин, а меня просил вам позвонить и предупредить, что скоро подъедем, – торопливо проговорил врач, уловив моё беспокойство.

– Понял, – успокаиваясь, ответил я, протирая глаза и торопливо вставая с постели.

– Так вы, через полчаса, встретите на воротах, чтобы нас пропустили? – спросил он мягко.

– Да. Конечно, – ответил, соображая, что надо у кого-то получить разрешение, для их пропуска на базу.

– Тогда до встречи, – и телефон отключился.

Быстро умывшись, оделся и выскочил из домика, решив забежать к Стасу, уж он, как массовик-затейник, точно должен знать, к кому обратиться. Только бы никуда не утопал.

Забежав к нему в домик, с облегчением вздохнул – Стас был на месте. Увидев мой запыхавшийся вид, он улыбнулся:

– Привет. Никак со вчерашнего забега не отдышался?

– Добрый день. У меня срочное дело. Сейчас ко мне два друга подъедут, надо, чтобы их пропустили на территорию базы. Они ненадолго, только проведать, – словно оправдывался я.

Стас протянул листок:

– Пиши заявление на директора базы Сидорчука А. В., что просишь пропустить на базу машину с двумя пассажирами на период со стольки то до стольки то. Ну, и подписуйся, гарантируя тишину и порядок.

С прищуром, глянув на меня, затейник спросил:

– Надеюсь без спиртного обойдётся?

– Как можно? Мы же пообщаться собираемся, а не на троих сообразить, – с ехидностью ответил ему.

Быстро написав заявление, подвинул ему. Он поставил размашистую резолюцию в левом верхнем углу:

– Как ИО Сидорчука разрешаю. Отнеси Костянычу на ворота, он пропустит.

– Благодарю, -шутливо поклонился ему и развернувшись, чуть ли не бегом рванул к пункту пропуска.

Успел в самый раз. Пока Костяныч ставил свою закорючку и отмечал время, старая серенькая ауди подъехала к воротам и Мишка из окна помахал мне рукой. Костяныч важно нажал кнопку поднятия шлагбаума и внимательно посмотрел в боковое окно, проезжающей мимо него, машины, вдогонку крикнув:

– Там, направо стоянка для машин.

Я подошёл к машине, когда Мишка и его друг уже вышли из неё.

– Привет, – поздоровался за руку Мишка, -Знакомься – это Николай Николаевич, про которого я тебе говорил.

Невысокий, пожилой, смуглый мужчина, будто председатель колхоза, сошедший со старого советского фото, в серой кепке-пятиклинке, мятеньком, цвета асфальта, костюме, с видавшим виды коричневым потрфелем, протянул мне руку:

– Будем знакомы, Колотошин.

– Игорь, – представился я.

– Где тут можно устроиться, чтобы поговорить? – деловито поинтересовался он.

– Пойдёмте в мой домик, – торопливо сказал я, чтобы скорее увести их с глаз, внимательно наблюдавшего издалека Костяныча.

Николай, войдя в комнату, сразу поставил портфель на стол и начал выкладывать из него проводки и приборы, попутно обращаясь ко мне, словно уговаривая:

– Игорь, пожалуйста, разденьтесь до пояса и сядьте на стул. Сейчас быстренько вас послушаю, а потом уж и поговорим. Уверяю, больно не будет.

Снял футболку и уселся на стул. Николай подошёл ко мне, пригладил на голове вихры волос и убаюкивающим, мягким голосом сказал:

– Мы сейчас вам шапочку с датчиками на голову наденем, потом гарнитуру на грудь и спину. Вначале может немножко пощипать – это контакт будет устанавливаться с вашей нервной системой, а потом, почувствуете небольшое расслабление, даже можете и заснуть.

Он разговаривал со мной, словно с ребёнком, что я невольно, обидевшись, ответил:

– Я ведь не ребёнок, всё понимаю.

– Извините батенька, мой контингент обычно дети, поэтому и привычка говорить такая выработалась, – уже нормальным голосом сказал он.

Голова у меня не маленькая, а резиновая шапочка была рассчитана явно на ребёнка, Мишке пришлось помогать Николаю натягивать её на меня. С грехом пополам им это удалось. Голову словно клещами сдавило, ещё и датчики, установленные в отверстия шапочки, шипами упёрлись в кожу. Ничего себе будет расслабление.

Николаич повернул тумблером и меня щёлкнуло током так, что я аж передёрнулся и сразу провалился в яркий свет. Кругом ничего, только жужжащий звук в голове. Он длился, наверное, минуту, затем прекратился, я вздохнул с облегчение и тут же услышал Нечто:

– Что решил подогнать против меня артиллерию? Зря. Я тебе не враг, а друг. Почему борешься сам собой, ведь я – это ты?

– Я не знаю, кто или что ты и зачем пытаешься запутать меня своими видениями, поэтому помощь друзей не помешает, – жёстко ответил я и провалился в видение.

Глава 10

Очнулся в полутёмном помещении. В лицо пахнуло холодной сыростью и затхлым запахом давно не стираной одежды. Передо мной, на голом, дощатом столе лежала стопка исписанных листков. Размашистой рукой сверху написано «L’Eternite par les astres». «К вечности – через звёзды» – перевёл я, удивившись, что знаю французский. Луч света, через узкое, зарешечённое окно, скользнул по грубой каменной кладке стены. Послышался железный лязг открываемой двери за спиной. Обернувшись, увидел солдата, принёсшего чашку с едой. Поставив её рядом с рукописью, он удивлённо посмотрел на бумаги, лежащие рядом:

– Чо? Уже написал?

– Да. Вроде… – заторможено, старческим голосом, ответил я.

– Ну, и везунчик же, ты, Луи! Видать, хорошие у тебя покровители… Суд прислал бумагу, что тебя оставляют здесь, ссылка в Новую Каледонию отменена.

– Очень хорошо! -обрадованно ответил я, воспрянув духом, -Хоть последние дни, месяцы, а может и годы проведу на Родине, а не в скитании на край света.

– Чего же хорошего? Жить, на старость лет, в одиночной камере, вдали от родных и близких? – удивился солдат, – Хотя, тебе не впервой, пол жизни чалишься по тюрьмам. Наверно, и подохнешь здесь, – забренчал он ключами, направляясь к двери.

Картинка с тёмной камерой застыла.

– Кто он такой и за что? – спросил я.

– Он – твоё очередное перерождение – Луи-Огюст Бланк. Дважды приговорённый к казни и чудом её избежавший, борец за просвещение народных масс и освобождение их от буржуазии. Ты всю жизнь плёл сеть революционных организаций, готовил вооружённые восстания, за что провёл, в общей сложности, 37 лет в тюрьме. Однако, ты не собирался давать народу право на решение своей судьбы, считая, что всё зависит от профессионально организованного заговора и, после победы революции, рассчитывал, что установится диктатура сознательного меньшинства нации. Как же ты ошибался?!

– Поясни, почему? – спросил я, добавив, – Я не силён в политике.

– Знаешь, как разжигают костёр? С одной единственной щепочки. Когда она загорится, надо ещё приложить немало усилий, чтобы огонь охватил пламенем весь хворост. Зато, потом, есть опасность, что костёр спалит всё вокруг, в том числе и того, кто его поджёг. Так и народ. Если просвещением поселить идею в голову не одного человека, а критической массы людей, итог их действий будет непредсказуем, – ответило Нечто.

Не успел я ничего подумать, как меня закрутило вихрем и выбросило в реальность.

Открыл глаза. Николай и Мишка изумлёнными глазами уставились на меня. Первым спросил Николай:

– У вас сейчас было видение?

– Да, – тихо ответил, – А как оно проявлялось со стороны? – заинтересовался я.

– Ну вы разговаривали сам с собой: сами задавали вопросы, сами и отвечали. Правда голоса у вас были разные: тот, который отвечал, был без эмоций, словно машинный.

– Значит, вы, всё слышали? – удивился я, одновременно испугавшись, что и ребята могли слышать мои разговоры с Нечто.

– Вы говорили очень тихо, пришлось использовать микрофон. Думаю, что вас вряд ли кто мог услышать, – успокоил меня Николай.

– Понятно, – с облегчением, ответил я.

– Так что-то удалось обнаружить приборами в моей голове? – сразу перешёл я к делу.

– Ну, если простым языком, то очень сильно активировалась кора мозга, когда вы вошли в видение. Второй голос шёл из серединного мозга, что вполне понятно, поскольку задействованы были самые древние его эволюционные структуры. Остальные параметры в норме. Простым гипнозом вас не вылечить, тут нужно артиллерию посильнее, – спокойно сказал врач и добавил:

– У меня, в одной конторе, есть знакомые ребята, им будет очень интересен ваш опыт. Они с удовольствием возьмут вас на обследование. Кстати, смогут провести генетические тесты, чтобы установить, если у вас наследственная, физическая связь с теми персонажами, которыми вы были в видениях.

О генетических обследованиях, я слышал и знаю, что они стоят больших денег, поэтому сразу сказал врачу:

– Это слишком дорого, я, пожалуй, не осилю.

Он засмеялся и замахал руками:

– Что, вы, батенька, какие деньги! Вы для них подарок. Они всё сделают бесплатно, да ещё и приплатят, если будете в дальнейшем с ними сотрудничать.

– Ну, если так, тогда ладно, – обрадовался я.

– Вот и ладушки. Я с ними созвонюсь и дам ваш номер телефона, чтобы они с вами связались, – ответил Николай, складывая в портфель свои медицинские пожитки.

– Спасибо, что приехали. Сколько должен за консультацию? – спросил я.

Николай Николаевич всплеснул руками:

– Какие деньги, мы с Михаилом Вадимычем коллеги, часто друг другу помогаем. Да и для меня это был очень интересный и поучительный опыт.

– Ещё раз спасибо, что откликнулись и предложили помощь, – не зная, что сказать, смутившись, пробубнил я.

Закрыв портфель, Николаич сказал:

– Миш, я подожду тебя у машины, а затем обратившись ко мне добавил:

– А вам, Игорь, желаю скорейшего выздоровления. Всего доброго, – и вышел.

– Всего доброго, – сказал ему вдогонку.

Мишка похлопал меня по плечу:

– Не дрейфь, всё будет в порядке. Николаевичу верю, как себе, раз обещал договориться с ребятами – сделает.

– Спасибо, – ответил я, понимая в каком раздрае друг после того, как увидел мой контакт с Нечто, думаю, он долго всё это будет пережёвывать.

Проводил его до машины.

– Ну, пока, до скорого, – протянул он руку.

– До скорого, – пожал его ладонь.

Проводив машину до пропускного пункта, подождал, пока Костяныч сделает отметку и поднимет шлагбаум, а затем опустит, глядя вслед уезжающей машине, понимая, что опять остался один на один со своими тараканами… хотя, есть надежда, что ненадолго.

Глава 11

В размышлении, чем бы заняться до обеда, подошёл к доске объявлений. Разглядывая яркие плакаты, призывающие принять участие в культурной жизни базы, услышал низкий шум вертолёта в небе. Может санитарная авиация? Вертолёт приземлился неподалёку, на поле для футбола. Оттуда вышел среднего роста мужчина в сером строгом костюме. Удивительно, но его окружила команда ребят, с которыми я участвовал к квесте, даже показалось, что Кирилл приложил руку к козырьку бейсболки, словно отдавая честь. Но, самое странное было то, что он показал рукой в мою сторону. Оглянулся по сторонам, никого кругом не было. Возникло беспокойство, вдруг по мою душу? Хотя, с какой стати? Может ему показали на здание администрации турбазы, оно как раз за мной. Однако, мужчина, выйдя с поля, конкретно шёл ко мне и даже улыбался, правда, не во все тридцать четыре зуба, а так слегка, словно понимая моё положение. Подойдя, он спросил, всё с той же лёгкой усмешкой:

– Воронцов Игорь Наумович?

– Да, – растерянно ответил я.

– Меня зовут Юнатов – я возглавляю государственную организацию по предупреждению угроз, – и махнул перед моим носом малиновыми корочками, – Мне надо с вами поговорить.

Корочки, название организации, слово «угроз», взгляд серо-голубых пронзительных глаз, произвёл на меня магическое впечатление – я впал в ступор, пытаясь понять, причём тут я и угроза.

Мужчина взял меня под локоть и негромко сказал:

– Игорь, давайте пройдём к вам в домик и поговорим о вашем Нечто.

– Откуда вы знаете? – удивлённо прошептал я, боясь посмотреть ему в глаза. В голове мелькнуло – вдруг он и есть физическое воплощение Нечто.

– Мне передали информацию о вас, когда Колотушин обратился в нашу организацию за помощью, – спокойно ответил Юнатов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.