Элеонора Гранде
Время волшебства

В тишине поёт сверчок

В тишине поёт сверчок,

За печкою стрекочет.

Сказ в рождественскую ночь

Он поведать хочет.

Мягкими хлопьями падает на землю снег. Ложится пушистым покрывалом на деревья, кусты и дома. Природа замирает в зимнем сне. Всё кажется таким нереально прекрасным.

Время застывает льдом сосулек, что висят на мохнатых еловых лапах, звенит в бесконечности мироздания. Превращается в моменты философских рассуждений о смысле жизни, о далёком прошлом и о будущем, что устремляется в вечность.

На лицах людей появляются улыбки. Глаза взрослых и детей светятся счастьем в ожидании подарков и чудес. Наступает время волшебства!..

Зубная фея

Металлический привкус противно растекался во рту солоноватой жижей. Марго нехотя разлепила пушистые чёрные ресницы. Приподнялась на локте. Огляделась, не узнавая комнаты. Белёсый рассвет сочился в окно, прогоняя мутный сумрак. Тёмные тени сжимались, скукоживались, в страхе прятались под шкаф, заползали под кресло.

Девочка невольно поёжилась. Поджала ноги. Присела на кровати. Дотянувшись до салфеток, что лежали на тумбе, взяла одну. Сплюнула терпкую сукровицу вместе с зубом. Вытащила из коробки вторую салфетку, тщательно протёрла нежданную потерю. Заворчала как старушка, глядя на маленький белый зубик и вспоминая прошлую ночь:

– Нет, вы только посмотрите на это, люди добрые. Он всё-таки выпал! Взял да испортил мне Новый год! Шатался-шатался, и нате вам. Эх, весело было на горке кататься. Если бы я не ударилась, когда поторопилась съехать к братьям, дурацкий зуб продержался бы ещё немного. Как теперь щербатой все праздники ходить?

Зажав несчастный резец в кулачке, Маргоша спрыгнула с кровати. Сунула ноги в мягкие тапочки и направилась к зеркалу, чтобы получше рассмотреть себя. Ей почудился тихий перезвон, доносящийся с улицы. В недоумении девочка подошла к окну.

С ветвей деревьев бахромой свисал иней. Морозный рассвет касался серебристыми лучами ледяных кристаллов. И те ярко вспыхивали, рассыпая вокруг алмазные брызги. Среди этой нереальной роскоши танцевала белокурая красавица в легчайшем розовом платье. Девушка казалась невесомой. Она напевала, и голос её лился чистым звонким ручейком под трель невидимых колокольчиков. Незнакомка тронула обледеневшую веточку, и снежинки вдруг закружились нежными бело-розовыми цветами.

– Ах, как красиво! – выдохнула Марго. – Наверное, это зубная фея.

Девчушка метнулась в прихожую. Надела белые сапожки-дутыши прямо на босу ногу. Поверх пижамы с единорогами натянула курточку от лыжного костюма и выскочила на улицу. Морозец куснул щёчки. Лёгкий ветерок взметнул волнистые пряди цвета воронова крыла и принёс тонкий медовый аромат. Но Маргарита даже не заметила этого. Она устремилась навстречу сказочной певице.

– Здравствуйте. Вы такая красивая! – Марго захлопала пушистыми ресницами.

– Доброе утро, – прозвучало в ответ мелодично и немного нараспев.

– А у меня зуб выпал. Вот! – Девочка раскрыла ладошку. – Бабушка говорила, что, когда зубик выпадет, нужно бросить его через плечо и сказать: «Мышка, возьми мой зуб простой, принеси золотой». А я не хочу золотой! – Маргоша смешно надула губки.

– Значит, ты не ищешь золота? А чего же ты хочешь, дитя? – улыбнулась незнакомка и подошла ближе.

– Я хочу, чтобы у меня вырос новый зуб, настоящий и прямо сейчас! Иначе все праздники придётся присвистывать в дырочку.

– Как смешно! Никогда такого не слышала, – развеселилась красавица, и голос её вновь зазвенел колокольцами.

– Вы же добрая фея? Сделайте так, чтобы зуб вырос сразу, по-жа-а-луйста, – заканючила Марго по обыкновению. – Я знаю, зубные феи хорошие.

– Зубная фея? – удивлённо произнесла девушка. – Нет, меня зовут Вал.

– Валя? А я-то думала… – сникла Маргоша, даже слёзы навернулись на глаза, и чёрные ресницы-веера захлопали быстро-быстро.

– Если тебе так больше нравится, можешь называть меня феей. Я здесь живу. – Красавица грациозно развела руками, словно желала обнять озеро и лесные просторы. – Ты меня видишь, потому что тебе ещё нет семи лет.

– И правда! Мне только шесть. Но летом исполнится семь. Осенью я пойду в школу.

– Ах, – вздохнула Вал, – жаль, что только маленькие дети могут видеть незримое. Пойдём со мной? Не бойся, я не причиню тебе вреда.

Волшебница подала девочке руку, и они направились к берегу озера. Балтым лежал под снежным одеялом и казался круглой чашей в бело-розовой рассветной дымке. Маргарита зачарованно смотрела на первые лучи восходящего солнца, что окрашивали нежной акварелью небо и темнеющий вдали лес.

– Восхитительно! – выдохнула она, и клубящийся пар соскользнул с детских губ.

Девочка с трудом оторвалась от созерцания утренней зари. Перевела взгляд на улыбающуюся Вал.

– Ты хорошая, – произнесла красавица. – Мне хочется подарить тебе на память одну вещицу.

Вал разжала кулачок Маргоши и подула на выпавший резец. Изящный вихрь из розовых цветов и белых снежинок взвился над ладошкой и опал. Маргарита с удивлением глядела на камушек, что оказался у неё в руке вместо зуба. Он был необыкновенный – нежно-розовый и полупрозрачный, – а формой напоминал сердечко.

– Это кварц – камень любви и гармонии.

– Спасибо, фея Валя, – восторженно прошептала девочка.

– Мне пора, – ответила фея.

Прощальный взмах – закружились цветы и снежинки. Белокурая красавица пошла навстречу рассвету. Невесомо ступала по зимнему покрову озера, оставляя за собой шлейф ароматов лета и свежего мёда. Марго заворожённо смотрела ей вслед, пока силуэт девушки не растаял в лучах солнца, что выкатилось из-за леса новогодней мандаринкой.

Балтым

Мика зябко поёжился под одеялом. Заворочался. В щель из-под закрытой двери нещадно дуло, по комнате гулял ледяной сквозняк. Мальчик заставил себя подняться. Завернулся в одеяло, вышел в коридор.

Входная дверь была открыта, и сквозняк гонял её туда-сюда.

«Во дают родители! Не закрылись. А если бы медведь зашёл?» – подумал Микаил. Притворил расшалившуюся дверь, повернул ключ в замочной скважине.

Взгляд зацепился за тапочки сестры в виде плюшевых единорогов. Белых дутышей на месте не было. Сердце дрогнуло, ухнуло в пятки. Мика перебрал верхнюю одежду. Курточки Марго на вешалке тоже не оказалось. Мальчик бросился в девичью спальню. Рванул на себя дверь. В комнате было пусто. Не веря своим глазам, он дошёл до кровати, приподнял одеяло. Заглянул под кровать, в шкаф. Пусто. Маргарита исчезла. Паренька прошиб холодный пот. Он побежал в свою комнату и принялся тормошить Макса:

– Вставай, братан.

– М-м-м. Харэ трясти. – Максим в полусне отмахивался от Микаила, как от назойливой мухи.

– Вставай, говорю! Маргоша пропала! – рявкнул Мика и резко сдёрнул одеяло.

– Сдурел, что ли?

Макс подскочил, как ошпаренный, замахнулся на брата.

– Марго. Нет. Нигде! – выпалил Мика.

– Может, в туалет пошла или воды попить, – пробормотал Максим, протирая глаза. – Смотрел на кухне?

– Нет! – Мальчишка обессиленно опустился на кровать и развёл руками. – Ну, не в сапогах же и куртке на кухню идти.

– Блин, может, замёрзла. Глянь, какой дубак, – огрызнулся брат. – Одевайся! Бродишь тут в одних трусах, шатало¹. Да пойдём, поищем.

Ребята натянули спортивные костюмы и тёплые носки. Обыскали весь коттедж, даже в комнату к родителям заглянули потихоньку.

Марго пропала.

– Ну, я же говорил! Нет нигде! – Мика чуть не плакал.

– Пошли на территории посмотрим. Далеко она не могла уйти.

Наскоро одевшись, братья выскочили на крыльцо. И замерли. Морозный рассвет нежнейшими золотисто-фиолетовыми лучами коснулся леса. Деревья, покрытые тонким ажурным инеем, заискрились, словно хрустальные скульптуры, вылепленные самой природой. Они стояли, раскинув ветви, будто живые хранители зимней сказки. На тропинке, припорошённой свежевыпавшим снегом, отпечатались детские следы. Максим присмотрелся к ним и толкнул Мику, указывая вдаль. У ледяной прибрежной кромки застыл девичий силуэт, такой изящный и тонкий, в мандариновом сиропе утренней зари.

– Во-о-он потеряшка! Рассветом любуется.

– Фух, нашлась, – выдохнул Микаил, спрыгнул с крыльца и побежал к сестре.

– Но ведь и правда красиво, – крикнул ему вслед Максим.

На плечо Маргариты опустилась рука брата. Девочка вздрогнула от неожиданности. Запыхавшийся Мика выпалил:

– Вот ты где! А мы тебя искали! Разве тебе не говорили родители никуда не ходить одной? Пошли скорее в дом, пока они не проснулись, иначе всем влетит. Смотри, как ты замёрзла!

– Здесь так красиво, – задумчиво прошептала Марго.

Мика застыл, заворожённо глядя на серебристо-белый покров озера, на лес, сверкающий снеговыми шапками в лучах восходящего солнца.

– Попалась, Маргошка-потеряшка! – окликнул подошедший Макс. – Мы с Микой весь дом обыскали! Предупреждай, когда уходишь.

– Эх, пойдёмте уже. Я и правда замёрзла, – вздохнула девочка. Развернулась и крикнула задорно: – Догоняйте!

Дети побежали наперегонки. Хохотали и подшучивали друг над другом. Маргарита раскраснелась от мороза, от бега, от смущения, что заставила братьев волноваться. У коттеджа ребята замедлили шаг. Тихо прошмыгнули внутрь.

На кухне Макс поставил чайник, а Мика принялся растирать сестрёнке руки и ноги. Ворчал на непослушную девчонку. Когда конечности начали отогреваться и закололи злыми иголками, Марго запищала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шатало – тот, кто ходит без дела.

Вернуться