Игорь Шиповских
Пять сказок о других мирах

Сказка о юном школьнике Степане, его друге профессоре и их приключениях в чужом мире

1

Есть в московском районе Сокольники одна очень тихая, спокойная, вполне заурядная, и в то же время примечательная улица носящая имя писателя В.Г.Короленко. А примечательна она тем, что на ней расположен большой комплекс зданий научно-исследовательского института носящего имя всё того же писателя Короленко. И тут сразу стоит отметить, что институт этот имеет прямое отношение к медицине и занимается изучением самого большого органа человека, а именно кожи. Да-да, как бы странно это не звучало, но наша кожа является самым большим нашим органом, и изучение её очень важное дело.

А потому на территории института расположено немало разнообразных лабораторий, исследовательских отделений и лечебных корпусов. Но в данный момент речь пойдёт не о них, а о старой заброшенной церквушке, которая также расположена на территории института. Стоит эта церквушка особняком и практически не вызывает ни у кого интереса. Да и кому интересны эти древние полуразрушенные руины. Ремонтировать их никто не берётся, да и сносить, тоже желающих нет. Так что годится эта церквушка в нынешнем виде только под склад, или под какие-нибудь другие не особо важные нужды.

Кстати, по улице Короленко есть ещё кое-что примечательное, но уже не относящиеся к данному медицинскому институту. А именно, за его оградой, чуть наискосок от той церквушки стоит многоэтажный дом. И вот же какое совпадение, оказывается, в этом доме провёл свои последние годы жизни великий русский актёр Михаил Иванович Пуговкин. И хотя этот факт прямого отношения к нашей истории не имеет, но согласитесь, есть в этом совпадении что-то необыкновенное, магическое и даже сказочное.

Впрочем, как бы там ни было, но мы вернёмся в русло нашей истории и продолжим краткое описание той старой церкви на территории института. Итак, сия церквушка, как уже говорилось, была такая старая, что про неё практически все забыли, и лишь живущие рядом люди, проходя мимо неё, изредка бросали взгляд в её сторону. И то, эти взгляды большей частью были настолько безразличны и отстранённы, что сразу становилось ясно – дальнейшая судьба церквушки никого не интересует. А зря, потому как с недавних пор в церквушке начали происходить совершенно неожиданные вещи.

2

Вдруг по вечерам на верхнем этаже церкви, в оконцах под самой крышей, стал появляться свет. Само по себе это событие конечно не очень-то и удивительное, ведь все в округе знали, что здание церквушки внутри разделено на ярусы, словно коммунальная квартира и там устроено что-то навроде хранилища мединвентаря. Да и свет там тоже изредка зажигали. Но на это раз свет в оконцах стал появляться регулярно. То есть как по расписанию, будто кто-то поселился там и проводит точно отмеренное время.

А меж тем на улице стояла зимняя пора, темнело рано, и как раз поэтому, в определённый час, в окнах верхнего яруса и вспыхивал свет. Не то чтобы он был сильно вызывающ или нарочито ярок, скорее наоборот, скромен и тускл, но не заметить его было просто невозможно. Горел он почти до полуночи, и также в определённый час затухал. Притом никаких голосов или шумных передвижений по институтской территории не замечалось, то есть никто в церквушку не входил и не выходил. Всё тихо, спокойно. И так продолжалось почти целый месяц.

Однако интереса к этому явлению по-прежнему ни у кого не возникало; ни у жильцов соседних домов, ни даже у персонала института. Ну, подумаешь, загорается по вечерам в церквушке свет, и что тут такого? А может это кладовщик ревизию проводит? Конечно, может и проводит, но не месяц же напролёт. Хотя могло быть и так, ведь на календаре конец года и все подводили итоги. Людям просто некогда разбираться, отчего это по вечерам в старой церквушке свет горит.

Впрочем, нашёлся и такой человек, которому показалось подозрительным столь странное расходование электроэнергии. И этим человеком оказался юный жилец соседнего дома, мальчишка-подросток, шустрый пострелёнок с третьего этажа со звучным именем – Степан, или Стёпушка, как его ласково называла мама. И тут сразу надо сказать, что Стёпушка был не из робкого десятка; смельчак, каких мало, отважный храбрец, да к тому же ещё и спортсмен. Он, как и все мальчишки его возраста увлекался футболом и хоккеем. Но и в знаниях школьной программы Степан тоже был неглуп. И вот он, обладая пытливым умом и любознательной натурой, заметил столь необычный феномен света.

– Да что же там такое творится по вечерам!?… Никогда такого не было,… в одно и то же время, и каждый день это происходит!… Свет загорается и тухнет, как по расписанию,… и при этом никого не видно,… никто в церковь не заходит, и никто из неё не выходит,… просто мистика какая-то… – в очередной вечер светопреставления поделился он своими наблюдениями с мамой.

– Ох, Стёпушка,… ну вот до всего тебе дело есть,… любознайка ты мой!… Ну, подумаешь, свет загорается, как по расписанию!… А может там установили таймер,… и он загорается в определённый час, чтоб перед ночью всех мышей в церквушке распугать!… Мы же живём в век всяких технических новинок,… вот и эту штуку придумали,… свет на уличных фонарях тоже по таймеру загорается!… Да у нас теперь телефоны, словно переносной компьютер,… в них всё есть,… а что уж говорить о таких простых новациях, как таймер!… В общем, забиваешь ты себе голову всякой чепухой,… шёл бы лучше погулял… – иронично отозвалась мама и вновь занялась своими делами на кухне.

Однако Стёпушка не успокоился и воспользовавшись маминым советом пошёл погулять, но не просто так, а с явным намерением проникнуть в тайну того загадочного явления. Выбрав удобный момент, когда по близости никого не было, Степан ловко перемахнул через ограду и оказался на территории института. Затем робкими, но чёткими шагами пробравшись к церквушке, стал тщательно оглядывать её.

– И где же тут вход вовнутрь?… почему свет загорается, а входящих людей никого не видно?… а может, есть потайной ход?… Эх, тут надо всё основательно проверить… – вполне резонно рассудил он, и в следующую секунду нежданно наткнулся на входную дверь. Но на ней висел большой амбарный замок, ещё, наверное, прошловековой давности, и никаких следов прикосновения к нему не было.

– Странно это,… такое впечатление, что замок лет сто уже никто не трогал,… надо бы его как-нибудь открыть, да проверить, что там внутри церквушки… – слегка подёргав замок, подметил Степан, и ещё чуток потоптавшись возле двери, перелез обратно через забор. На всё про всё у него ушло не более пяти минут, но ему и этого хватило, чтоб понять – теперь он, ни за что не отступится от разгадки тайны вечернего света.

Фантазия у Степана вмиг разыгралась, и ему уже виделось, что за дверью церквушки скрывается нечто невообразимое и опасное; то он представлял себе сборище вражеских шпионов замышляющих страшный теракт, то коварных адептов запрещённого культа проводящих свои ужасные ритуалы, то ещё не пойми чего. В общем, воображал всё что угодно, но только не то, о чём ему говорила мама; о таймере распугивающим мышей не могло быть и речи. Но вот опять в означенный час свет погас, а из церквушки никто не вышел. Степан разочарованно махнул рукой и поспешил вернуться домой. Так этот вечер и закончился ничем.

3

На следующий день всё повторилось. Едва стемнело, свет в оконцах церквушки вновь загорелся. Степан ждал этого и был уже наготове. Он вновь ловко перемахнул через забор и сходу попытался открыть замок на входной двери заранее прихваченной проволочной отмычкой. Но, к сожалению, у него ничего не получилось. Отмычка не подошла. Ему снова пришлось вернуться ни с чем, а в означенный час свет опять погас. И так повторялось на протяжении нескольких дней. Степан лишь менял отмычки, да раздосадовано вздыхал после каждой неудачи.

Но в канун Нового Года случилось ещё более странное явление, чем регулярное загорание света. До праздничной ночи оставались буквально считанные дни. Уже начались каникулы. Был поздний вечер субботы. Степан как обычно вернулся с улицы ни с чем. Сегодня у него в очередной раз не получилось открыть тот амбарный замок. Ни смена отмычек, ни смазывание замка машинным маслом не помогали. Степан уже было отчаялся, но тяга к неизведанному не давал ему покоя.

– Вроде такой простой замок,… казалось бы, сунь в него обыкновенный гвоздь и он откроется!… Хотя на самом деле его ничего не берёт,… я уж по-всякому проволоку гнул и отмычку мастерил,… ничего не помогает,… он словно заговорённый,… прям наваждение какое-то… – вновь разочарованно пробубнил он себе под нос и привычно уселся на стул возле окна в ожидании, когда в оконцах церквушки погаснет свет. Так он теперь поступал каждый вечер. Наблюдал за всем происходящим из своей комнаты. Сидел в тепле и просто смотрел в окно. Однако сегодня что-то пошло не так. Минул уже целый час, за ним другой, начался третий, а свет в окнах по-прежнему горел.

– Что за дела?… Давно уже вышло назначенное время, а свет до сих пор не гаснет!… Ну, неужели мама была права и это всего лишь таймер,… он сломался, вот свет теперь и горит!… Или там всё же происходит что-то интересное?… Но как это узнать?… – взволнованно пробурчал Степан и даже заходил кругами по комнате. Впрочем, сколько бы он так не ходил, свет не гас. Меж тем время перевалило уже за полночь, а свет по-прежнему горел. Степан выдержал всего пару часов такого хождения и к трём часам ночи устало заснул. Во сне он постоянно ворочался и беспокойно ворчал.

Постепенно пришло утро. Однако в церквушке к этому времени ничего не изменилось. Уже рассвело, и день набирал силу, а свет на верхнем ярусе всё так и горел. Степан проснулся с чувством тревожного волнения, и тут же кинулся к окну. Хотя в это время свет в церквушке и слабо проглядывался, но Стёпа его сразу заметил, и провёл так у окна практически весь последующий день. Ну, только, разумеется, с обязательными перерывами на завтрак обед и ужин.

По наступлению вечера свет по-прежнему горел. Стемнело, Степан оделся и вышел на разведку. Перелез через забор и обошёл церквушку со всех сторон. Никакого подозрительного шума или движения он не обнаружил. Спустя ещё полчаса Стёпа вернулся домой. Дальше всё повторилось, как и прошлой ночью. Свет пластал, не угасая ни на минуту. И, между прочим, такой нонсенс заметили и жители соседних домов. Казалось бы, должна была подняться паника, ведь тут такой неординарный случай. Как минимум надо вызвать правоохранительные органы, чтоб проверить всенощное горение света. Однако по каким-то странным причинам никто из жителей соседних домов не удосужился этого сделать.

А вот Степан собрался действовать более решительно. Он намерился этой же ночь, во что бы то ни стало проникнуть в церквушку и наконец-то разгадать тайну негаснущего света, будь там хоть таймер, хоть сам чёрт. Ничего не сказав маме, и даже наоборот, тщательно скрыв от неё свои намерения, Стёпа, в районе полуночи, прихватив с собой всё самое необходимое, вышел из дома, и ловко перемахнув через ограду, сходу направился к входной двери церквушки.

Вокруг стояла на удивление непроницаемая темнота, но невидимая суета в окрестностях всё же продолжалась. Жители близлежащих домов, все как один, были заняты приготовлениями к Новому Году, и никому дела не было до того, что творилось за оградой института. Так что если бы Степан вдруг решил ломать замок на двери перфоратором, то думается, никто и внимания не обратил бы на создавшийся шум, все восприняли бы его за предпраздничный салют или фейерверк. Но у Стёпы не было перфоратора, зато сегодня он вооружился специальной, профессиональной, слесарной отмычкой. С недавних пор такие стали продавать в хозяйственных магазинах. И вот как раз одну из таких Степан накануне приобрёл в соседнем супермаркете.

Легко приноровившись к отмычке, он с некоторым усилием применил её и огромный амбарный замок, противно скрипнув, наконец-то поддался. Цель была достигнута, замок вскрыт, преграда устранена, и Стёпа осторожно приоткрыл дверь. За ней стояла такая же непроницаемая темнота, что и на улице. Степан аккуратно вернул замок в одну из проушин и защёлкнул его, затем зажёг заранее припасённый маленький, портативный фонарик, и шагнул вовнутрь церквушки, бережно притворив за собой дверь. Снаружи сохранилось полное впечатление того, что дверь по-прежнему заперта на замок и в неё никто не входил. Тогда как на самом деле Степан начал своё продвижение по внутреннему пространству церквушки.

Впрочем, это громко сказано – пространство. Внутренности церквушки представляли собой жутко тесные переходы, вперемежку с крохотными кельями и лесенками, ведущими на верхние ярусы, где собственно и горел тот загадочный свет. Туда-то и требовалось идти. Чуть разобравшись в хитросплетениях переходов и лесенок, Степан, активно пользуясь фонариком, нашёл нужное ему направление и начал подниматься к цели. Однако не всё так просто. Преодолев пару перекрытий, он неожиданно упёрся в плотно закрытую дверь, именно она-то и отгораживала искомое освещённое помещение от общего тёмного пространства церквушки.

– А вот то ради чего я здесь,… за этой дверью скрывается разгадка негаснущего света… – тихо прошептал про себя Стёпа и осторожно попробовал открыть дверь. Но, увы, она не поддалась, – ух, явно закрыта изнутри,… а значит, там кто-то есть!… Эх, надо было хоть ребят с собой позвать,… в случае чего они помогли бы мне отбиться от злодея, если конечно таковой прячется за дверью… – мигом сделал вывод Степан и стал искать в двери замочную скважину. Сердце его стучало как бешенное, в голову полезли разные мысли, вплоть до самых ужасных, но Степан отступать не собирался. Надо помнить, что трусить и бояться трудностей, было не в его характере.

Проведя ладонью по углу двери, он при помощи фонарика быстро нашёл то, что ему нужно, и это была обыкновенная замочная скважина от английского замка. Универсальная отмычка была у Стёпы под рукой, и он без особых усилий вскрыл замок. Однако вскрыть замок это одно, а вот затем зайти в дверь, на которой он стоит, это уже совсем другое, ведь внутри скрывалось нечто неизведанное, тайное, и быть может очень опасное.

Впрочем, такому смельчаку как Степан всё нипочём. Он взял в одну руку наизготовку прихваченный им из дома на всякий случай молоток, а другой, убрав фонарик в карман, ведь тот был больше не нужен, потихоньку приоткрыл дверь. В разъём сразу ударил сноп яркого света и чуть не ослепил Стёпу. Но прятаться от этого света было уже поздно и Степан, слегка зажмурившись, резко вошёл вовнутрь.

4

– Здесь есть кто живой!?… А ну выходи,… покажись,… не то я сейчас молотком все лампочки переколочу!… – мигом оценив размеры комнаты и месторасположение светильников, призывно вскрикнул он. Но в ответ не последовало, ни звука, ни шороха.

– Хм,… видать всё же права была мама, говоря, что здесь стоит таймер,… никого нет, а свет пластает!… Но зачем он здесь?… ведь мама предполагала, что свет в церквушке мышей отпугивает,… а ими здесь и не пахнет, тут всё так ухожено и чисто,… больше похоже на какую-то лабораторию, чем на склад или хранилище!… Вон на столе, сколько всяких склянок да колбочек понаставлено,… даже спиртовая горелка есть!… Такое впечатление, что здесь недавно какие-то опыты проводили,… но не закончили и ушли, хлопнув дверью,… просто смылись,… тоже мне учёные храбрецы!… ха-ха-ха… – немного осмотревшись, заключил Стёпа и даже чуток рассмеялся. Но его смех звучал недолго, вдруг в дальнем углу, под столом, послышался сильный шорох.

– Ага!… так всё-таки мыши-то здесь есть!… Ну, вот я сейчас вас разгоню!… – угрожающе вскрикнул Степан и ринулся к столу с намерением распугать мышей. Однако вместо мышей под столом оказался маленького роста, примерно с кошку, густо заросший шерстью человечек. Совсем как младенец, но только с абсолютно взрослым взглядом. Он испугано зажался в углу и жалобно смотрел на Стёпу своими полными разума и печали глазами.

– Тьфу ты, чёрт!… чуть не напугал!… – ругнулся от неожиданности Степан, – ты ещё кто такой!?… и чего тут делаешь!?… лилипут, что ли какой!?… или карлик?… – вдруг улыбнувшись, добродушно спросил он. На что бедняга в углу тихо прошептал.

– Да я вроде как не то, и не другое,… я вообще-то вполне взрослый мужчина,… только вот в переделку попал и не знаю теперь, что делать,… вторые сутки здесь безвылазно сижу,… замаялся совсем… – ещё больше съежившись, ответил он.

– Хм,… это ж в какую такую переделку ты попал?… и почему сидишь тут вторые сутки?… Отвечай,… но только не мямли, а то скулишь, словно побитая собачонка,… говори, не бойся,… я же тебе не враг,… поясни, в чём дело… – уже совсем освоившись, раскованно переспросил Стёпа.

– Вот ты говоришь, что мне не враг,… а чего же ты тогда с молотком ко мне в лабораторию пришёл?… да ещё и лампочки расколотить грозился… – мигом отозвался лохматый человечек.

– Да про лампочки, это я просто так выкрикнул, для острастки,… а молоток на всякий случай прихватил,… думал, что здесь какой-нибудь злодей скрывается,… а тут ты, кроха такой,… и говоришь, что это твоя лаборатория!… Ну а на самом деле я сюда из-за негаснущего света пришёл,… дело в том, что я живу напротив этой церквушки,… и свет в оконцах её верхнего яруса меня очень заинтересовал,… вот я и прокрался сюда, посмотреть, что тут творится… – также быстро ответил Степан.

– А-а-а,… теперь понятно, почему ты здесь!… Эх, хотел же я ещё шторами окна изнутри закрыть да поленился,… подумал, так сойдёт,… а ты вон свет заметил да узнавать полез!… Да уж, не учёл я мальчишеского любопытства,… но это и хорошо, иначе бы ты свет не увидел и не пришёл, а я бы сидел здесь так, да погибал!… Ну а теперь ты мне поможешь… – заулыбался крохотный бедняга и выбрался из-под стола.

– Это чем же я тебе помогу!?… да ничего я для тебя делать не буду!… Тем более что ты мне да сих пор не рассказал, кто ты такой и в какую беду попал!?… – резко отреагировал Стёпа.

– Ну, хорошо-хорошо,… признаю, моя вина… заговорил я тебя!… В общем, так,… слушай,… я всё тебе расскажу с самого начала!… Ну, во-первых; как я уже и говорил, я вполне взрослый мужчина,… мне тридцать пять лет, и я являюсь старшим научным сотрудником в институте имени Короленко, без пяти минут доктор наук, профессор!… А моя специализация, регенерация кожного покрова человека,… иными словами, я изучаю способности кожи к самоомоложению, или проще говоря, к восстановлению!… Ну и, во-вторых; два месяца назад к нам в институт поступила одна юная пациентка с тяжёлой и прогрессирующей формой ракового заболевания кожи!… Так уж вышло, что этим летом она со своими родителями отдыхала на море в одной из экзотических стран,… и при этом совершенно не защищалась от солнца,… а в результате развился этот скоротечный рак!… Онкологи против него бессильны,… они уже вынесли свой неутешительный вердикт,… и тогда эту девушку, надеясь на чудо, направили к нам,… ведь у нас проводятся самые передовые исследования по этой специфике!… Однако проводятся они в рамках традиционной медицины и врядли смогут помочь той девушке,… а уж она бедняжка такая красавица,… я краше её в жизни никого не видел!… Она, словно принцесса из волшебной сказки!… Лицо её подобно ангельскому лику; и глаза, и губы, и брови, и её прелестный носик, всё просто божественно!… Ах, а какая у неё фигурка,… такая, будто её ваял сам Микеланджело!… Но проклятый рак впился в эту хрупкую красавицу, и поедает её с каждым днём всё больше и больше,… а надо-то было всего лишь беречься от беспощадно палившего солнца!… Но что уж теперь говорить,… хотя у меня ещё есть надежда на её спасение… – откровенно высказался лохматый человечек и вдруг о чём-то задумался. Степан же, воспользовавшись возникшей паузой, мигом поделился своими впечатлениями.

– Вот так-так,… неожиданный поворот,… оказывается вы великий учёный, светило науки,… и мне уж теперь неудобно обращаться к вам на «ты», ведь вы заслуженный человек!… Ну а что касаемо девушки, так по-моему вы просто влюблены в неё,… вон как вы о ней вдохновенно рассказывали!… Между прочим, я тоже в пятом классе был влюблён,… в Таньку из параллельной смены,… видел её лишь один раз в день, а в душе прямо так всё и замирало,… даже ладошки потели!… Но к седьмому классу всё прошло, и мне теперь больше хоккей с футболом по нраву,… а вот вы, видать, крепко втюрились!… Однако это не объясняет, как вы с такой внешностью можете работать научным сотрудником в институте,… ведь вы вон какой маленький и лохматый,… непонятное дело… – заключил Степан, давая возможность бедняге-учёному ответить.

– Так я ведь стал таким маленьким и лохматым всего лишь два дня тому назад,… и это всё из-за моих негласных экспериментов!… Я же тебе говорил, что наши традиционные методы лечения бессильны,… вот я и сделал здесь, в церквушке, подальше ото всех свою лабораторию, и в тайне по вечерам после основной работы на свой страх и риск экспериментировал, изыскивая новые и неизвестные методы борьбы с раком!… Все предыдущие два месяца я только и делал, что искал способ регенерации клеток кожи,… а всё ради моей юной пациентки,… кстати, её зовут Ванесса,… не правда ли, чудесное имя!?… И да, ты прав, я влюблён в неё,… но ей всего восемнадцать лет,… она такая юная, обворожительная,… а я старый «заучка-ботаник» тридцати пяти лет,… явно не пара для неё,… наверняка ей нравятся молодые красавцы-атлеты!… А я, да кто я такой по сравнению с ними!?… Но я всё равно намерен спасти её, пусть даже и для кого-нибудь из тех атлетов,… ведь я так её люблю!… – воскликнул бедняга-учёный и опять о чём-то задумался.

– Ну и дела,… да история Ромео и Джульетты по сравнению с вашей драмой просто байка,… вот у вас страсти, так страсти!… Хотя лично мне вся эта любовь безразлична,… меня больше интересует, как это вы, столь уважаемый учёный, превратились в такого лохматого пигмея!?… – не без ёрнической иронии вновь спросил Стёпа.

– А вот так и превратился,… слушай, как это случилось;… когда-то здесь в церквушке был виварий, это питомник для подопытных животных,… а потому вселяясь сюда, я первым делом подумал о крысах, ведь по идеи их тут должно водиться немереное племя!… Они бы мне пригодились для постановки экспериментов,… но к моему большому удивлению и сожалению здесь было пусто!… Лишь одна старая паутина да её владельцы, пауки!… Не густо – подумал я, и стал раскладывать приманку, чтоб привлечь крыс,… и надо же такому быть, к концу первой недели моей работы здесь, начали появляться крысы!… Притом они абсолютно не боялись меня,… словно никогда не видели людей!… Приходили, съедали всю мою приманку и убирались прочь!… К тому времени у меня в ходе ряда опытов уже появились кое-какие наработки, и я стал добавлять получившиеся препараты в приманку крысам!… Начались вполне серьёзные эксперименты и наблюдения;… сначала ничего особенного не происходило,… крысы как крысы, такие же серые и никаких признаков омоложения!… Так постепенно прошло несколько недель,… я лишь изредка менял некоторые ингредиенты и всё тщательно записывал!… Меж тем крысы обнаглели и даже перестали покидать лабораторию,… лежали, дремали и ждали, когда я им принесу подкормку!… Я уже их всех знал наперечёт,… отличал по зазубринам на ушах и хвостах,… прямо как ихтиологи в океане узнают китов-касаток по их спинным плавникам,… даже смешно,… ха-ха-ха… – закончив фразу, тихонько рассмеялся ученый, чем опять воспользовался Степан.

– Да, это действительно смешно,… отличать крыс по отметинам на их ушах,… но мне вдруг стало интересно, как это вы сюда попадали?… каким образом проходили?… Ну, с крысами всё понятно, они-то через щели проползали. А вот вы как?… Ведь следов внешнего проникновения, я, как ни смотрел, не заметил,… на входной двери как висел, так и весит огромный замок,… как же вы сюда попадали!?… – сходу спросил Стёпа.

– О, это очень просто,… лет десять тому назад я случайно обнаружил, что из главного здания института под землёй, к прочим корпусам, включая и церквушку, проложены ходы!… Разумеется, я никому об этом не сказал,… зачем пугать народ столь мрачной находкой, как подземелье!… Наоборот, я особо тщательно замёл все следы!… Но вот пришло время, и я воспользовался одним из таких ходов,… он позволил мне незаметно проникать сюда, и также незаметно уходить отсюда!… Однако всё это бытовые частности, и я недосказал тебе главного!… Итак, продолжим; в общем, я стал узнавать всех крыс наперечёт, а неделю назад одна из них повадилась куда-то уходить и возвращаться точно к моему приходу!… Само по себе это явление меня не очень-то и удивило, ведь они свободные крысы и делают что хотят,… в клетках же я их не держал!… А на третий день эта бродячая крыса пришла с явными внешними изменениями; шерсть на ней приобрела свежим оттенок, как если бы она одномоментно полиняла,… усики удлинились, подросли, и теперь торчали намного уверенней,… даже хвост крысы приобрёл своеобразный лоск!… Одним словом, крыса явно помолодела,… а это означало лишь одно – мой эксперимент увенчался успехом!… Я изобрёл эликсир омоложения кожи, и, похоже, не только её,… ведь омолодился весь организм!… Впрочем, оставалось непонятным, почему изменения затронули только ту крысу, которая покидала лабораторию?… И тогда мне в голову пришла догадка – крыса где-то ещё что-то ела,… а то, что она ела, это как раз и является недостающим ингредиентом в рецепте моего эликсира!… В тот же день я устроил слежку за крысой,… и она вывела меня на нижний ярус церквушки, в самое подземелье!… А там, невдалеке от подземного хода, коим пользовался я, есть ещё одна дверь,… но она абсолютно заброшена и практически вся заросла разными корнями, лишайником, грязью, и тёмно-коричневым мхом неизвестного происхождения,… и вот как раз в нём-то, в этом мхе, скрывается весь секрет!… Оказалось, крыса приноровилась его подгрызать,… он у неё шёл навроде приправы к моей подкормке,… это так же, как мы кладём в еду лавровый лист, перчик, укроп, петрушку и прочие специи!… И такое открытие побудило меня к действию,… я моментально надёргал того мха и понёсся наверх проделывать с ним опыты!… За пару дней я сделал выжимку нового эликсира с применением мха,… и тут же дал его остальным крысам!… Итог превзошёл все мои ожидания,… крысы помолодели прямо у меня на глазах!… Но крысы есть крысы,… это всего лишь подопытные животные, а эликсир требовался человеку,… и тогда я провёл опыт над собой,… принял вовнутрь свою выжимку,… и всё ради моей возлюбленной, ради милой Ванессы!… Сначала я почувствовал лёгкую эйфорию, и испытал почти невесомость,… мне показалось, я парю,… хотя на самом деле я просто стал скукоживаться,… иначе говоря, уменьшаться,… притом я уменьшался весь целиком; и кожа, и кости, и все внутренности!… Но зато весь мой волосяной покров увеличился в десятки раз, и я в считанные секунды превратился в маленькое лохматое чудовище,… одежда мигом слетела с меня, вон она в углу валяется,… а все мои крысы, увидев, что со мной случилось, моментально разбежались, кто куда,… испугались,… может, приняли меня за кошку!… Так я остался совсем один… – чуть не плача, горько констатировал бедняга-учёный.

– Ну-ну,… что же вы так расстроились-то,… не надо печалиться,… будь я на вашем месте, то непременно нашёл бы, чем заняться!… Пошёл бы в цирк к иллюзионисту помощником работать,… уж мы бы с ним таких фокусов напридумывали!… – тут же взялся фантазировать Степан, лишь бы успокоить горемыку-учёного.

– Эх ты, придумщик,… ну, неужели ты не понимаешь, что идти-то я теперь как раз никуда и не могу!?… Да с моим ростом, я, не то что в цирк, я из этой комнаты выйти не могу!… А если бы ты не пришёл, то я бы тут так и помер один,… хорошо ещё, что от крыс немного корма и воды в поилке оставалось, иначе голодал бы тут… – подвёл итог своему рассказу учёный.

– Ну, теперь-то я понимаю, почему свет в оконцах церкви не угасал две предыдущие ночи,… вы просто не могли дотянуться до выключателя!… Ха-ха,… вот так разгадка,… бац, и нет никакой тайны, а я-то голову ломал!… Ой, извините меня,… я тут радуюсь своей догадке, а вам такое горе,… для вас, наверное, это так ужасно оказаться маленьким… – искренне посочувствовал учёному Степан.

– Да это ещё не ужасно,… ужасно будет тогда, когда об этом узнают газетчики,… вот уж начнётся шумиха,… я уже вижу заголовки газет – «Знаменитый профессор в сфере кожных заболеваний превратился в чудовище»!… Сам бы Гоголь с его мистическим даром позавидовал бы такому моему облику и написал бы с меня не только своего мрачного «Вия», но ещё и личины всех прочих вурдалаков с чертями!… – вмиг отозвался учёный, а Степан подхватил.

– Но это полбеды,… а вот что теперь будет дальше,… ведь вам же, как-то надо закончить ваши опыты, а иначе та красивая девушка Ванесса умрёт,… да и вы навсегда останетесь такой… – вдруг сделал он страшный вывод.

– Да, ты прав,… если я не найду выход из создавшегося положения, то Ванесса погибнет,… рак убьёт её!… Впрочем, я эти дни зря не терял, и вон там, в уголке, на пыльном полу, уже сделал кое-какие расчёты,… подкорректировал рецепт своего эликсира,… таким он точно станет полезным!… Но только теперь для этого потребуется изрядная порция того тёмно-коричневого мха, что нашла крыса в подземелье,… я подсчитал, если его будет намного больше, то он станет действовать в обратном порядке!… Это как если наполнять ведро водой,… вода, набравшись до самого верха, начнёт переливаться через край, стекая в обратном направлении, вниз!… Так и тут, эффект омоложения достигнув наивысшей точки пойдёт напопят, и тогда его можно будет остановить на определённом уровне,… ну а само тело в этот момент наполнится эликсиром и оздоровится до необходимой степени!… Быть может, я малопонятно объясняю, но это уже мой точный расчёт,… точнее не бывает!… – убеждённый в своей непогрешимости, воскликнул учёный.

– Так это же замечательно!… Осталось только приготовить эликсир!… Тогда вы спасёте свою Ванессу, да и себе вернёте прежний облик!… – радостно поддержал его Степан.

– Так-то оно так,… но только в этом деле мне понадобится помощник,… ведь сам-то я ничего не смогу сделать!… Ты же видишь, какой я маленький и практически бесполезный!… Помоги мне,… отнеси меня в подземелье к той заросшей двери,… я нарву мха и приготовлю спасительный эликсир… – вдруг попросил об услуге учёный.

– Хм,… как это отнести?… Прямо, так что ли, взять на руки и нести!?… да вы, наверное, шутите!?… Фу, вы такой волосатый и голый,… да я к вам не прикоснусь, будь вы хоть трижды кандидат наук… – фыркнул на его просьбу Степан.

– Ну, хорошо,… я понимаю это нелепо брать на руки голого взрослого мужчину, да ещё и незнакомого,… но другого выхода нет,… надо что-то делать!… Давай хоть для начала познакомимся,… меня например, зовут Глеб Лукич!… А ты, для лёгкости общения, называй меня просто «профессор»,… так меня все молодые лаборанты в институте зовут,… ничего, я привык!… Ну а чтобы мне не быть тебе противным, я могу замотаться в свою рубаху, вон она в углу лежит,… из неё может получиться что-то навроде комбинезона!… Я уже даже придумал, как мне её застегнуть и подрезать рукава, чтоб складно было,… ты мне только подай со стола ножницы,… они там за горелкой справа,… а я всё сам быстренько сделаю… – указывая на стол, поделился своими соображениями учёный.

– Ну, это другое дело,… в комбинезоне я вас хоть на край света отнесу,… вот вам ножницы,… конструируйте себе одежду!… А меня, кстати, зовут Степан или просто Стёпа!… В общем, как вам удобно, так и зовите,… только вы там давайте скорей делайте, ведь мне надо хоть до полуночи домой вернуться,… а то вдруг мама обнаружит, что я ещё с прогулки не пришёл,… волноваться начнёт,… а я не хочу этого… – вполне резонно подметил Степан, пока учёный мастерил себе комбинезон. Однако много времени у него на это не ушло, и спустя минуту всё было готово; рукава подрезаны, пуговицы застёгнуты, а полы рубахи как надо подвязаны. Получился неплохой комбинезон. Учёный мигом надел его на себя, и сразу стал походить на маленького шимпанзе в цирковом костюме. Степан аж рассмеялся.

– Ну, я же говорил, что с таким ростом и шерстью только в цирке выступать,… успех был бы феноменальный!… Вы меня, конечно, извините, но я не могу удержаться от смеха,… хи-хи-хи,… вы в нём такой потешный,… ха-ха-ха… – задорно подшутил он.

– Ну, вот,… завёлся, словно балаганная шарманка,… всё хи-хи-хи, да ха-ха-ха!… Давай, неси меня в подземелье, грозный великан Степан, я покажу тебе дорогу… – поддерживая шуточное настроение, отозвался учёный и как послушная обезьянка протянул руки вверх. Степан мигом подхватил его, посадил за пазуху, открыл дверь, зажёг фонарик и поспешил вниз в подземелье к той заброшенной двери, подле которой рос загадочный мох. Однако там новоявленных друзей ждало весьма неприятное разочарование.

5

Едва Степан с учёным спустились вниз, как сходу обратили внимание, что у искомой двери нет ни щепотки мха, он весь исчез.

– Что за чертовщина такая!?… Ну-ка спусти меня на землю!… – обеспокоенно воскликнул учёный, обнаружив под светом фонарика пропажу мха.

– А может это просто не та дверь?… Ведь вы став маленьким изменились, а значит, изменилось и ваше мировосприятие,… вы просто перепутали что-то и сейчас где-то в подземелье есть другая нужная нам дверь… – усомнился в выводе учёного Степан.

– Да нет же!… Ну что за глупости,… ничего у меня не изменилось, просто весь мох сожрали наглые крысы,… вон, кругом следы их зубов,… всё погрызли прожорливые твари!… Наверняка испугались подниматься ко мне наверх за подкормкой, ведь они видели, что со мной стало, и струсили,… а та крыса привела их сюда и они съели весь мох!… Эх, упустил я время, просидел там наверху,… теперь уж нам не найти такого мха!… – раздосадовано вскликнул учёный и даже топнул своей маленькой, лохматой ножкой.

– Эй, профессор,… да погодите вы так психовать-то,… этим вы только хуже делаете,… я сосредоточиться не могу,… а ведь мне в голову пришла одна очень интересная мысль!… А что если этот мох неслучайно здесь, возле этой двери появился!?… А может, его корни лежат за пределами этого коридора, с другой стороны двери,… и там этого мха видимо-невидимо!… Надо только открыть дверь и посмотреть что там!… – резко подметил Степан.

– Хм,… а что, это очень даже может быть,… как мне самому это в голову не пришло,… видимо зря нервничал!… Но как мы откроем эту дверь?… вон она какая вся заросшая, да и замок на ней увесистый!… При этом с меня толку нет,… я даже до ручки дотянуться не могу, не то что её открывать,… а ты ещё подросток, и тоже слаб,… силёнок-то маловато… – скептически заключил учёный и печально вздохнул.

– Да хватит вам уже паниковать да нюни распускать!… Вы не забывайте, что я без чьей-либо помощи там, наверху, входную дверь в церквушку открыл,… а ведь на ней замок тоже немаленький весит!… Так что вы лучше мне помогите, а не бубните под руку,… вот вам фонарик, светите им на замок, а я уж постараюсь его открыть… – чуть сердито отозвался Степан, передал учёному фонарик и достал из кармана свою универсальную отмычку. Что-то ей там поковырял, пару раз тюкнул по замку молотком, и уже через минуту открыл его.

– Ну, вот профессор, готово,… а вы говорили замок увесистый,… а я его чик-чик и всё в порядке,… сейчас ещё дверь от корневищ освобожу и посмотрим, что там за ней скрывается!… А может там целое поле мха!… – радостно воскликнул Степан и взялся молотком отбивать да отчищать дверь от зарослей корней. Впрочем, он и тут провозился недолго, тем более что учёный хорошо ему помогал, подсвечивая фонариком в нужном месте.

Прошло ещё пару минут, и дверь поддалась, открылась. Однако за ней было пусто, надежды Степана на целое поле мха не оправдались. Ни травинки, ни корешка, и даже никакого намёка на растительность. Зато от входа дальше вглубь подземелья тянулся просторный тоннель. И тут уж у новоявленных друзей сработал эффект любопытства. Им обоим вдруг сразу захотелось проверить, что там дальше.

– Хм,… интересно, куда ведёт этот тоннель?… Вот так неожиданная загадка,… а что если там есть следы мха!?… Ведь откуда-то он же взялся перед дверью!… А быть может, он растёт клочками,… часть здесь у двери, а часть там в глубине!… По крайне мере снаружи его больше нигде нет,… значит, он привнесён изнутри, из подземелья, и там его следует искать… – вполне логично рассудил учёный.

– Да, точно,… я об этом тоже подумал,… так что идём вовнутрь!… Давайте фонарик и взбирайтесь ко мне на руки,… продолжим поиски!… – поддержал его Степан, и друзья, захваченные любопытством, проследовали дальше вглубь подземелья. Шли осторожно, изредка останавливаясь определить, что там впереди. Луч фонарика выхватывал из темноты всё новые и новые метры неизведанного пути. Но вдруг в какой-то момент тоннель стал вести к поверхности, а не вглубь земли. К тому же появился странный, густой, липкий туман и повеяло теплом. Однако друзей это не остановило.

– Наверное, там впереди ещё какое-нибудь здание,… скорей всего институтская прачечная,… вот испарение от неё сюда и попало!… Б-р-р-р,… ужасно неприятное ощущение сырости,… сейчас возможно упрёмся в такую же, как вначале запертую дверь,… и это станет концом нашего пути… – опять скептически высказался учёный.

– Мы ещё не дошли, а вы уже выводы делаете,… да что вы за профессор такой!?… унылых наук или панических настроений!?… – вмиг одёрнул его Степан и к их обоюдному удивлению туман вдруг рассеялся, а дальше по курсу забрезжил лёгкий свет.

– Смотрите, что это?… похоже, там есть выход, и никакой запертой двери нет!… – воскликнул Стёпа и выключил фонарик, теперь он был не нужен, ведь впереди наметился ориентир.

– И вправду там есть выход,… по крайне мере свет в конце тоннеля об этом говорит!… И вот теперь надо быть осторожным,… уж раз это не прачечная, то кто знает, что там нас ждет… – вновь скептически отозвался ученый, на что Степан, молча, прибавил шагу. Прошло буквально пять минут и друзья очутились на достаточно яркой полосе света, которая неумолимо вывела их наверх к выходу из тоннеля. Тут действительно не было никакой двери, зато имелся весь заросший зелёной растительностью проём, как раз сквозь него-то и пробивался свет.

Степан аккуратно раздвинул растительность и осторожно вышел из тоннеля, учёный по-прежнему сидел у него на руках и крепко держался за его куртку. То, что они увидели снаружи, потрясло их до бескрайности. Оказалось, что они вышли прямо в лес, притом в летний лес. Здесь светило солнышко, был ясный день, а не тёмная ночь, как у них там, на другом конце тоннеля. Друзья от неожиданности даже зажмурились и впали в лёгкий ступор. Впрочем, это и немудрено, любой бы изумился, резко переместившись из промозглой зимы в солнечное лето.

– Что за несуразица?… ты тоже это видишь?… Мы же в лето попали,… в какой-то лес и здесь невыносимая жара,… уф-ф-ф-ф… – первым начиная приходить в себя, залепетал учёный.

– Да уж,… вот так фокус,… хотя какой уж тут фокус, здесь всё настоящее; и деревья, и кусты, и лужайки, и даже этот пригорок, из которого мы вышли тоже настоящий,… естественный, сделанный природой, а не человеком,… однако выглядит, словно выход из бомбоубежища!… А может мы попали в какой-нибудь подземный эксперимент,… но тогда откуда здесь самое настоящее солнце и облака?… Да тут даже воздух свежий, лесной,… вон как легко дышится,… вы чувствуете профессор?… – оглядываясь по сторонам, спросил Степан.

– Да, конечно чувствую,… здесь точно всё подлинное, натуральное, без признаков цивилизации,… сплошь живая природа!… Вот только откуда она такая взялась тут, в городском районе?… В наших «Сокольниках»!?… Впрочем, в давние времена здесь всё так и было; лес, поля, делянки, звериные тропы!… А мы с тобой, по современным меркам, вышли где-то недалеко от трамвайной линии,… прямо перед нами должен быть вход в парк,… но я тут ничего такого не наблюдаю,… хотя надо признаться, место, то же самое!… Я это по солнцу определил,… в детстве я много ходил в походы, и ориентироваться на местности умею!… Значит так; судя по всему, там у нас север, там восток, там юг, а там запад и центр города,… правда я могу немного заблуждаться, ведь я впервые попал в такую ситуацию!… Где мы точно? и что это за лес? непонятно!… Однако стоит заметить, что в истории человечества случались подобные казусы,… и это не что иное, как попадание в параллельный мир,… кстати, там тоже встречается странный, липкий туман,… а мы с тобой через таковой, проходили!… И я осмелюсь предположить, что у нас сейчас именно такая ситуация!… Мы с тобой нашли червячный переход в другое измерение,… вот и всё!… – хорошенько подумав, сделал заключение учёный.

– А я про такое читал,… но только не в истории человечества, а в научно-фантастических рассказах писателя Казанцева!… И всё же, я согласен с вами профессор,… мы открыли переход в другой мир,… и как мы видим, в этом мире, и на этом месте, нет никакого города!… Вместо района «Сокольники», здесь просто лес,… к тому же я сомневаюсь, что в этом мире вообще есть люди,… по крайне мере следов человеческой деятельности тут не наблюдается,… повсюду дикая природа, свежий воздух и зелень!… Никакой копоти, ни машин, ни фабрик, ни заводов, и даже планеров и пароходов,… небо синее, чистое!… Вот, наверное, именно из этой природной среды и проник в наш мир тот мох,… может его споры на себе всё те же крысы принесли, бегают туда-сюда, вот и подхватили,… а может и сквозняком в подземелье навеяло!… – вдруг сделал интересное предположение Степан.

– И вот я опять поражаюсь, насколько ты умён и сообразителен,… с виду вроде заурядный подросток, а на поверку кладезь необузданных фантазий и знаний!… Ведь я тоже только что об этом подумал, а у тебя уже ответ готов,… молодец Степан, в правильном направлении рассуждаешь!… А значит, где-то здесь в этих бесконечных зарослях и произрастает нужный нам мох,… остаётся только найти его!… Своё примерное местоположение в этой системе мы знаем, а потому ориентироваться нам будет легче,… так что предлагаю начать поиски в северо-западном направлении!… В нашем мире, там располагаются пруды и болотистая местность, а значит и здесь всё это есть!… Ну а где расти мху, как не на болоте!… вот туда и пойдём!… Найдём мох, соберём его и быстренько вернёмся обратно к нам в зиму… – почти мгновенно определился учёный.

– А что, идея в принципе неплохая,… но только я в своей тёплой одежде дальше не пойду, иначе попросту спарюсь в ней по такой-то жаре!… Сниму всё лишние и оставлю здесь у входа в тоннель,… пойду, как и вы налегке,… лишь в рубашке!… Однако на всякий случай прихвачу молоток и отмычку, а то мало ли что,… вдруг тут какой-нибудь страшный зверь обитает,… волк или медведь,… обороняться придётся… – заявил Стёпа и стал быстро раздеваться.

– Вот это правильно,… средства защиты нам не помешают,… хотя я полагаю, на нас никто не нападёт, ведь если здесь нет присутствия человека, то дикие звери его не знают и без дополнительного изучения просто побоятся к нам приближаться!… Впрочем, бережёного Бог бережёт!… – на дорожку заключил ученый, и друзья недолго думая отправились в путь. А чтоб им было удобней идти, учёный сел на загривок Степану, прямо как малые детки садятся на плечи своих пап. Притом такой способ передвижения давал им ещё и преимущество, мало того что учёный сидя наверху вовремя отодвигал нависающие ветви деревьев, так он ещё и имел хороший обзор. А потому управлял Степаном, словно всадник лошадью, задавая ему правильное направление движения.

Ну а вскоре навыки учёного в ориентировании вывели их к первому озерцу, которое в нашем мире называется «Лебяжье». Однако здесь в этом мире никаких лебедей на озере не обитало, зато тут было буйство растительности и красок. Каких только цветков тут не было; разных лилий, кувшинок, ромашек и даже орхидей цвело невероятное множество. Но к огорчению друзей нужного им мха по побережью озерца не оказалось. Всё что угодно, только не мох. Пришлось продлить поиски и проследовать вглубь леса к другому озерцу, более крупному и обещающему непременную удачу.

– Уж там-то должен расти мох,… судя по тому, что я видел на том озере в нашем мире, здесь у него обязательно найдутся заболоченные места с кочками!… А вот на кочках-то мы как раз и найдём наш мох… – восседая на загривке у Степана, будто падишах на царственных носилках, степенно рассуждал учёный, но вдруг резко осёкся и замолчал. Далее впереди, прямо по курсу, в кроне раскидистого вяза свернувшись клубочком на ветвях, расположилось огромное лохматое существо напоминающее гориллу, но только светло-коричневого окраса. Существо явно дремало, а издаваемое им урчание слышалось ещё издалека.

– Стой-стой,… погоди, впереди опасность… – испуганным, сиплым голосом еле-еле прохрипел учёный и, словно коню, пришпорил бедному Степану шею.

– А на шею-то зачем давить?… на шею не давите, я уже и так понял, что впереди засада… – тоже сипло отозвался Стёпа, и друзья остановились, стали присматриваться к существу на дереве, думая с какой стороны его обойти. А меж тем существо продолжало мирно урчать и посапывать.

– Слушай, Степан, а может нам чуток вернутся назад и уже оттуда обогнуть это непонятное чудовище,… уж раз оно спит днём, значит, оно ведёт ночной образ жизни, и ещё долго будет отсыпаться. А мы тем временем беспрепятственно сходим за мхом… – еле слышно пролепетал учёный.

– Ну что ж, пожалуй, так и сделаем… – пробубнил Степан, потихоньку делая шажки назад, но в какой-то момент нелепо качнулся, и, не успев закончить фразу, наступил на сухой сучок, валявшийся в траве. Треск от ломающегося сучка пронзил весь лес насквозь, и прозвучал, будто выстрел. Чудовище резко вздрогнуло и перестало урчать. Ещё секунда, и оно мгновенно соскочив с дерева, в два прыжка настигла друзей. Хотя чего их было настигать, ведь они даже не успели развернуться для побега, а чудовище уже стояло перед ними, и свысока, изучающе, смотрело на них. От такого пронзительно взгляда у друзей чуть инфаркт не случился.

6

– Здрасьте-те-те-е-е,… мы тут это,… немного заплутали,… нам бы тропинку к озеру найти,… да мы, пожалуй, уже бы и пошли… – округлив глаза почти до размеров чайного блюдца, испуганно пробормотал Степан, сам толком не понимая, чего он тут только что сказал. Чудовище вдруг изменилось в лице, (а это было именно лицо, притом вполне осмысленное, но лишь слегка заросшее) и рассмеялось широкой белозубой улыбкой, словно зритель на цирковом представлении клоунов.

– Ха-ха-ха-ха!… так вы люди из параллельного мира!… ха-ха-ха!… Мне в детстве про вас бабушка рассказывала,… хотя и не только она,… ха-ха-ха,… да я всё не верил, думал сказки!… Ха-ха-ха-ха,… но вы превзошли все рассказы о вас,… ой, умора,… ну я сейчас со смеху лопну!… Ха-ха-ха,… один совсем лысый, а другой лохматый и маленький, как детёныш,… ути-пути,… ха-ха-ха… – продолжая заливаться раскатистым смехом, протараторило чудовище.

– Чего-чего!?… какая ещё бабушка!?… да вы вообще кто такой!?… говорящая обезьяна что ли!?… – вдруг обидевшись, возмущённо вскрикнул учёный.

– Ой, ну и уморили же вы меня,… ха-ха-ха!… Да вы уважаемые гости не обижайтесь, это я уж так, пошутил слегка,… на самом деле я и без бабушки прекрасно знаю, как выглядят люди из вашего мира,… и поверьте, я очень рад вас видеть!… Вы только не удивляйтесь, что я так хорошо говорю на вашем языке,… это всё телепатия!… Я мгновенно прочёл ваши мысли и узнал, откуда вы появились в нашем лесу,… но вам со стороны кажется, что я с вами по-настоящему разговариваю,… и это называется «тарабарское общение»,… я просто раскрываю рот, шевелю губами и несу всякую нелепицу, но вы её понимаете!… А всё потому, что в вашей голове моя тарабарщина, минуя словесную форму, сразу переходит в образы, и вы воспринимаете их как доходчивую, внятную и членораздельную речь,… вот и весь секрет!… Притом всё это происходит само собой, вы даже не замечаете процесса!… Хотя я, конечно, мог бы поставлять вам информацию напрямую в ваше сознание не изображая разговор,… но вы пока к этому не готовы,… да и не приспособлены,… у вас мигом разболелась бы голова!… А так для вас всё привычно и безопасно,… надеюсь, вы понимаете, о чём я вам толкую?… – моментально прояснив ситуацию, вдруг спросило улыбчивое существо.

– Да вроде в этой части беседы мы всё поняли,… в вашем мире вы общаетесь телепатически,… но для нас сделали исключение и сымитировали привычную для нас разговорную речь,… и это очень любезно с вашей стороны, так нам действительно легче общаться!… Ну а ваши телепатические способности просто поражают,… хотя это и немудрено, ведь судя по вашему внешнему виду, вы здесь живёте намного ближе к природе, чем мы там у себя,… и вы ещё не утратили интуитивные данные!… Даже наоборот, развили их до феноменальной прогрессии!… Вот что значит не идти технократическим путём,… мы-то там у себя в результате эволюции заменили телепатию речью, разными языковыми формами, произношеньем и текстовыми значениями!… А у вас тут всё намного проще,… передал телепатический образ и всё готово,… собеседник уже понимает тебя,… прямо чудеса!… А вы уже, наверное, подсмотрели у нас в головах причину нашего появления здесь?… Заглянули в наше, так сказать, скрытое подсознание?… – слегка застенчиво поинтересовался учёный.

– Ну, так глубоко я не смотрел,… снял лишь слой первичной информации,… и надо заметить, он достаточно познавателен!… Например, я выяснил, что молодого человека зовут Степан,… а вас Глеб Лукич и вы профессор в институте,… ну а Степан ученик в школе, у него каникулы и он им очень рад!… Также я выяснил, что ваше, профессор, теперешнее положение в росте и лохматости, результат неудачного опыта!… А ещё я узнал, что вы совершенно случайно нашли ту старую дверь между нашими мирами!… Кстати, по меркам нашего мира последний раз ей пользовались почти два века назад,… а вернее сказать, её, тогда как раз и установили,… но сначала нашли сам переход!… А дело было так; там у вас на вашей стороне рыли подземные коммуникации и абсолютно случайно напоролись на этот переход меж миров!… Несколько человек прошли сюда,… тут-то их и встретила моя бабушка,… произошёл долгий разговор и объяснения,… в результате которых, было решено разгородить два мира, чтоб они не загрязняли друг друга различными средами обитания!… Поставили прочную, но неприметную дверь, после чего оба мира жили долгое время спокойно!… И вот вы нарушили это спокойствие,… хорошо ещё, что я почти сразу встретил вас, и вы пока не успели тут у нас много наследить!… Кстати, мы уже давно знаем о вашем мире,… ведь та дверь не единственный переход меж нашими мирами,… таких переходов очень много, и они рассредоточены повсюду,… особенно конечно в лесах и горах,… в труднодоступных для людей местах!… Притом эти переходы специально никто не строил и не планировал,… они каким-то чудом сами так образовались, и словно сеть пчелиных сот покрывают всё пространство обоих миров!… И вообще мы думаем, что подобным образом устроена вся вселенная, весь космос,… он просто кишит червячными переходами!… Но вот что ещё интересно,… когда наши разведчики проникают по этим переходам в ваш мир, то люди, встретив их, принимают за низшую форму приматов, и называют, то «снежный человек», то «бигфут», то «йети», то ещё как,… хотя на самом деле это не так!… Конечно, внешне мы с вами в чём-то даже похожи,… однако, невзирая на это, внутренне мы радикально отличаемся,… мы гораздо интеллектуальней вас!… И вы, люди, ещё мните себя венцом творения природы,… вот уж потеха,… ха-ха-ха!… – опять сделав поучительное пояснение, рассмеялся лохматый незнакомец. Теперь он уже не напоминал страшное чудовище, а скорее стал походить на добродушного громилу Балу из детского мультфильма про Маугли. Отчего у друзей сразу поднялось настроение.

– Ха-ха,… а ведь и вправду смешно,… люди такие заносчивые, хотя мало что знают о том, кто живёт у них прямо под носом!… Кстати, а я ведь читал про «йети» и «снежного человека»,… и там куча всяких предположений, что это за существа,… а тут оказывается, это вы – пришельцы из параллельного мира!… И лично для меня это неожиданное открытие!… – наконец-то насмелившись, высказался Степан.

– Да-да,… ты всё правильно сказал,… но только это открытие надо обязательно сохранить в тайне, иначе найдётся много желающих посмотреть, откуда мы к вам приходим,… и тогда нарушиться первозданность нашего мира, тут просто всё погибнет!… Так что Стёпа, ты уж лучше никому не говори о своём открытии… – тут же предупредил лохматый незнакомец.

– Ну, раз так надо, то я буду молчать!… И всё же, как интересно знать, что рядом с тобой существует иной мир,… мир, где нет никакой техники; ни машин, ни телефонов, ни компьютеров, ни интернета, ни каких других гаджетов,… где царят лишь подлинные, природные инстинкты и способности!… Вместо связи у вас телепатия,… вместо одежды натуральный собственный мех,… и при этом не надо носить никаких кроссовок или другой обуви!… А чтоб быть подтянутым и сильным не требуется ходить в спортзал и заниматься физкультурой,… вон, вы какой огромный, весь в мышцах,… наверняка здоровее любого медведя или даже льва!… – восхищённо отозвался о телосложении незнакомца Степан.

– О да,… мы тут все здоровяки,… уж природа постаралась, наградила нас силой!… Хотя питаемся мы в основном энергией солнца,… у нас очень развита такая способность,… фотосинтез называется!… Кстати, в вашем мире фотосинтез тоже имеется,… но, только, у растений и животных малых форм,… например у морского слизня, брюхоногого моллюска Элизии. Впрочем, у прародителей человечества способность к фотосинтезу была заложена изначально,… хоть и в зачаточной форме, но всё же присутствовала,… однако вы не смогли её развить, загубили на корню,… пошли технократической дорогой развития и лишились её,… и при этом ещё много каких природных зачатков!… Вот вы посмотрите, какой у меня высокий лоб,… вы, наверное, думаете, что у меня там мозг,… мол, потому я такой и умный,… ан нет, там у меня таится ультразвуковая, акустическая система,… примерно, такая же, как у дельфинов или летучих мышей,… но только более усовершенствованная!… Я могу ультразвуком установить не только местоположение любого объекта, но и ввести его в ступор, просто лишить движения, обезвредить,… притом на огромном расстоянии!… Вы же для этого используете оружие,… пистолеты, автоматы, пушки и прочие военные технические устройства!… Да-да,… не удивляйтесь, мы здесь знаем про все ваши порочные и воинственные наклонности,… человек способен к убийству себе подобных,… у вас даже каннибалы есть!… А у нас такого не водится,… это просто недопустимо!… Но лично вы ребята хорошие, и чем больше я с вами общаюсь, тем больше в этом убеждаюсь, и узнаю о вас что-нибудь новенькое!… Теперь я, к примеру, уже точно знаю, что профессору Глебу не терпится найти целебный мох, вернуть себе прежнюю внешность и скорей спасти свою возлюбленную девушку по имени Ванесса!… Я правильно истолковал ваши мысли профессор!?… И, кстати, меня тут у нас называют Герк,… это что-то навроде вашего Геркулеса,… так что будем знакомы… – вдруг представился лохматый исполин, на что учёный не замедлил ответить.

– О да, Герк, очень приятно познакомиться,… и вы совершенно верно истолковали мои мысли,… а раз уж вы в курсе всех наших проблем, то хотелось бы побыстрей начать поиски того самого мха,… он мне крайне необходим,… я вас очень прошу, помогите нам… – тут же отозвался профессор.

– Ну что касаемо «побыстрей»,… то это вы напрасно,… торопится вам некуда,… дело в том, что время на вашей стороне перехода почти замерло,… как только вы прошли сквозь туман, так сразу попали в совершенно другое времятечение, у нас тут всё иначе!… И быть может, я вам сейчас что-то непонятное объясняю, но в вашем мире за весь наш разговор ничего не изменилось,… там даже и секунды не прошло!… Конечно, когда вы находитесь там, то время идёт нормально, и часы тикают, как им и положено,… и даже, когда наши «йети» там у вас, то для них время имеет тоже привычный ход,… но вот когда по разные стороны перехода, то и время течёт по-разному!… Вот такой временной парадокс параллельных миров получается,… надеюсь он вам понятен… – ловко жестикулируя своими огромными, лохматыми руками, сделал очередное заключение Герк.

– Так это что же выходит, мы можем часами тут у вас сидеть, а у нас там, так и будет стоять ночь!?… А значит, мама меня не хватится и я могу за это не беспокоится,… ведь так получается!?… – вмиг переспросил Степан.

– Да, Стёпа,… всё так и есть,… будьте здесь, сколько пожелаете, и мама тебя не хватится,… ты вернёшься домой в должный час,… а всё потому, что за проведённые здесь сутки, у вас там, пройдёт всего лишь несколько секунд!… И кстати, у меня появилось предположение, как наш мох оказался на вашей стороне рядом с дверью,… это видимо те строители двери занесли его споры к вам!… В те времена тот мох рос как раз неподалёку отсюда,… строители случайно подхватили на обувь вот и занесли!… Однако с той поры прошло немало лет и у нас тут положение со мхом изменилось,… он теперь здесь не растёт,… и это, пожалуй, самое большое изменение,… а в остальном всё хорошо, всё на месте; и прежняя растительность, и климат такой же, и даже реки с озёрами в неизменном виде!… Так что только мха-то и не хватает… – выразив сожаление, развёл руками Герк.

– Это как же так получается!?… мы что, зря сюда пришли, что ли!?… и нам теперь уже ничто не поможет!?… Я так и останусь маленьким карликом, а моя Ванесса погибнет!?… И где же нам теперь искать спасенье!?… – вновь запаниковав, в отчаянье воскликнул учёный.

– Ну-ну,… чего уж так-то кричать,… ничего страшного, выход есть,… просто этот мох особенный,… и он прямо как разумное существо, растёт только там, где ему больше нравится!… Раньше ему здесь хорошо было,… затем он на дальнее озеро перекочевал,… а потом куда-то ещё ему захотелось,… вот так и кочует!… А по последним данным он теперь обитает на заречных горах,… и это очень далеко,… вон в той стороне!… И вы даже не спрашивайте, откуда у меня такие данные!… Могу только сказать, что я их прямо сейчас по телепатическому запросу от своих сородичей получил… – мигом отозвался Герк.

– Так выходит это направление на запад,… а там в нашем мире находится Москва-река и Воробьёвы горы!… Так вот значит, где теперь мох растёт!… Ну что же, раз ваши сородичи передают, что он там есть, то скорей идёмте туда,… прогуляемся, а заодно и посмотрим как вы тут живёте,… лично мне, как учёному, это очень интересно… – оптимистично заявил профессор.

– Хм,… ну как хотите,… вообще-то я думал сам быстренько слетать туда да принести вам мха,… а вы бы пока дожидались меня здесь!… Но уж коли у вас есть желание прогуляться и осмотреться, то идёмте пешком,… а почему бы собственно и нет!… Я буду только рад рассказать вам побольше о нашем мире!… Ну, вам-то профессор это, разумеется, интересно, а вот Стёпе, я даже не знаю,… захочет ли он с нами тащиться!?… ведь путь-то неблизкий!… Да и разных трудностей впереди может много попасться… – чуть с лукавинкой глядя на Степана, спросил Герк.

– Да вы что думаете, я трудностей боюсь!?… Нет уж, я не откажусь от прогулки по вашему миру, ни за какие коврижки!… Тем более мама меня не хватится и не станет искать!… Ничего, мы запросто успеем до нашей полуночи и за мхом сходить, и обратно вернутся!… – вмиг оживился Стёпа, показывая свою полную готовность к путешествию. И оно сразу началось.

7

– Ну, раз так, тогда вперёд за мной,… а я по дороге постараюсь ответить на все ваши вопросы!… И кстати, первый вопрос я прямо так и слышу,… ну Стёпа, давай спрашивай!… – мгновенно начав движение, уже на ходу обратился к Степану Герк.

– Ух, как здорово,… ведь я и вправду хочу спросить!… А что тут у вас можно перекусить!?… Я аж с самого обеда ничего не ел,… но сразу предупреждаю, солнечным светом я не питаюсь,… фотосинтез мне не подходит!… – тут же покрепче усадив профессора, полушутя отозвался Степан и мигом последовал за Герком.

– Ха-ха-ха,… солнцем он не питается,… я рад, что вы такие весёлые,… умеете пошутить,… мы тут тоже повеселиться любим!… Ну а что касаемо пищи помимо солнца, то чуть ниже по тропе, дальше в распадке, есть поляна с ягодой,… но с ягодой не простой, а особенной!… Уж очень она привередливая, любит лишь исключительно чистые места произрастания,… кстати, в вашем мире она давно уже вымерла, хотя и водилась на заре человечества,… грязно у вас там сейчас,… зато по питательности она превосходит все ваши мясные продукты; и колбасу, и окорок, и даже буженину!… Употребишь всего несколько таких ягодок, а по ценности получится, будто большую тарелку супа съел,… а всё оттого, что живёт она только в естественной среде,… словно знает, где ей лучше,… вот какая она непростая, с характером!… А вообще, я уже говорил, что у нас здесь бытует такое предположение, будто наши некоторые представители растительного мира обладают разумом, интеллектом,… тот же мох,… или например грибы!… Уж они-то точно умеют думать, размышлять и даже хитрить,… они специально выставляют на поверхность свои плоды, которые мы собственно и принимаем за грибы!… Однако на самом деле основное тело гриба находится под землёй и называется грибницей,… притом её разветвлённость охватывает всю планету!… И это разветвлённость представляет собой огромную, разумную, нервную систему, по которой ежесекундно передаются миллиарды импульсов!… Иначе говоря, эта огромная система мыслит,… и кто знает, может она-то и есть мозг всей Земли!?… Так что те небольшие плоды, которые мы собираем и едим, всего лишь крохотные подарки нам,… маленькие угощения от могучего интеллекта,… а может он тем самым просто откупается от нас, чтоб мы не лезли глубоко в недра и не беспокоили его!… Хотя с другой стороны, может этот интеллект воспринимает нас своими детьми и подкармливает нас,… а мы и едим!… Притом не только мы, но и звери, птицы, и конечно насекомые,… а уж их-то тут видимо-невидимо!… ха-ха… – продолжая широко шагать, вдруг смешливо заключил Герк, чем не замедлил воспользоваться еле поспевающий за ним Степан.

– Это всё конечно хорошо и познавательно,… но не могли бы вы идти помедленней,… к чему такая спешка!?… Вы не забывайте, ведь я ещё несу и профессора, а он хоть и маленький, но не особенно лёгкий!… Ну а в отношении грибов, тут я с вами согласен,… уж они такие подозрительные,… бывает волнушки, как рассыплются по поляне целым полчищем,… мол, вот, сдаёмся, собирай нас да ешь,… а опята случается так вообще всем своим войском в плен идут,… глянешь на пень, а их там тьма несчётная!… Так что я тоже подозреваю об интеллектуальных способностях растительного мира,… иной раз на куст крыжовника просто рукой махнёшь, а он тут же листочки свои сложит, будто просит, не бей меня,… дескать, бери ягоды, кушай, питайся, но не бей!… И так повсюду,… растения, словно дань нам платят, лишь бы мы их не трогали,… ну и ещё, само собой разумеется, по средствам своих плодов размножаются,… одним словом растения занимают прочное место в экосистеме планеты!… А вот что касаемо человека, то мне иногда кажется, что мы словно вредители какие,… паразиты,… всё кругом травим, губим, истребляем, пожираем!… Такими темпами скоро вообще ничего не останется, лишь голая, ядовитая пустыня,… просто ужас какой-то,… оторопь берёт… – тоже пустился в рассуждения Степан.

– Да-да,… определённо всё так и будет, если вы там у себя вовремя не остановитесь!… Ваш технократический путь развития ведёт прямиком в тупик, откуда выхода уже не будет,… это мы здесь так считаем!… А началось всё именно в тот самый момент, когда первое человекообразное существо взяло в руки палку, чтоб дотянуться до высоко висящего плода,… и вот это существо сразу свернуло с правильного пути!… Ну, вот зачем нужна в этом деле палка, если тот же плод можно сбить силой ультразвука,… посмотри на него должным образом, и он сам упадёт тебе в руки,… никакой техники не надо!… Разумеется, сначала для этого нужно долго эволюционировать, но оно того стоит!… Понятно, что проще и легче кинуть палку, чем заставить развиваться акустическую линзу в собственном черепе!… Но ведь дельфины-то смогли!… правильно рассудили, и смогли,… а почему человек на это не способен!?… Или что, под водой палок нет, и потому дельфины стали глушить рыбы ультразвуком!?… ха-ха, какая чепуха!… Вот у вас там говорят, мол, труд сделал из обезьяны человека,… а мы не согласны, нет, не труд, а интеллект сделал человека!… Только способность мыслить в правильном направлении даёт нам право считаться венцом природы!… Ну, вот что проку во всех этих ваших телефонах, компьютерах и интернетах, когда можно и нужно передавать мысли на расстоянии по средствам ресурсов данных нам самой вселенной!… Ведь существуют же радиоволны и без интернета,… их-то никто не отменял,… и это явление космического порядка,… так возьми и развей в себе способность пользоваться ими!… Мы же развили, и нам теперь не нужна никакая техника!… Я вполне спокойно общаюсь с сородичами по всему свету и без всякой техники,… могу запросто связаться, не прибегая ни к телефонам, ни прочей ерунде,… стоит мне только настроиться на нужную волну, и я свяжусь хоть с центром мироздания!… Ну а вы для этого наизобретали кучу всякого ненужного хлама, который неизбежно поглотит весь ваш мир!… Впрочем, хватит о грустном,… смотрите, мы как раз уже пришли на поляну с ягодами!… Ах, ну какая же здесь благодать,… ешьте, наслаждайтесь!… – неожиданно быстро добравшись да плодоносной поляны, воскликнул Герк, и друзья с превеликим удовольствием и аппетитом накинулись на ягоду, которая заполонила здесь практически всё пространство.

Герк тоже решил подкрепиться, и сходу уселся в самую гущу сочных плодов. А надо заметить, что ягода по структуре напоминала нашу ежевику, вот только росла она словно земляника или клубника небольшими пучками-соцветьями. И прав был Герк, ягода оказалась очень питательная, но и в тоже время настолько вкусная, что оторваться от неё было невозможно. А потому, когда друзья уже съели по несколько пригоршней, Герк начал беспокоится.

– Ну-ну,… не налегайте так, а то переедите!… Ха-ха,… сделайте хотя бы перерыв, не то ведь полопаетесь,… ха,… вот же накинулись!… – задорно посмеиваясь, шутливо прикрикнул он.

– Ой, не могу остановиться,… я такой вкуснятины в жизни не ел!… Прямо такое ощущение, будто съел десять пирожков с курицей и пять с красной рыбой приготовленных моей бабушкой,… а уж она-то готовит их так, что просто пальчики оближешь!… И ведь что интересно, после ягоды пить не хочется!… Обычно пищу приходится запивать чем-нибудь; соком там, или чаем,… а тут нет необходимости, настолько сочная ягода!… – не то удивлённо, не то восхищённо, подметил Стёпа, и как был, так и прилёг на травку, – ой что-то сразу подремать захотелось… – добавил он полушёпотом и мигом заснул.

– И вправду на сон клонит после столь сытного обеда,… я за всю свою жизнь никогда так не наедался… – сладко позёвывая, тоже отозвался профессор, и ловко свернувшись клубочком, тут же засопел. Сон пришёл и к нему.

– Ну вот,… я же предупреждал, что ягода чрезвычайно сытная!… Эх, люди-люди,… никакой культуры питания!… Ну ладно Стёпа, ещё мальчик, подросток маленький,… вырос на бабушкиных пирожках, привык покушать,… но учёный-то,… профессор ведь,… уж мог бы и посдержанней себя вести,… а теперь жди, когда проспятся,… ха-ха,… вот же троглодиты… – вновь иронично пошутил Герк и тоже пристроился подремать. А спустя секунду над поляной уже раздавалось мерное сопение всех участников похода.

8

Впрочем, долго подремать честной компании не удалось. Буквально через полчаса первым начал ворочаться профессор. Он, то переваливался на бок, то снова сворачивался клубком, при этом усиленно старался вычесать кого-то из своей густой шёрстки. Не надо забывать, что он был словно маленький, обросший, сибирский кот, но только в рубахе, переделанной в комбинезон. А ещё минуту спустя зачесался и Степан. Однако он не стал переваливаться с боку набок, а сразу вскочил на ноги.

– Да что это ещё за такое!?… Меня будто кто кусает!… – обескуражено воскликнул он, чем тут же разбудил остальных.

– Да и я весь чешусь!… такое впечатление, словно мне в шерсть вши забрались!… – не менее обескуражено отозвался профессор.

– Ну, если это вши, то почему Герк не чешется!?… Или что, они его не берут!?… – продолжая кривляться от зуда, отозвался Стёпа.

– О, ты прав Степан,… мне нестрашны никакие насекомые; ни, как ты говоришь вши, ни жуки, ни осы, ни комары с гнусом, ни даже муравьи с термитами!… А всё дело в том, что я, и не только я,… мы все здесь это практикуем, натираемся одной занятной травкой,… она растёт буквально у нас под ногами,… но у вас там её нет, вы её напрочь сгубили!… Вообще-то она безвредная,… растёт себе и растёт,… но если её помять, то она начинает выделять эфирное масло,… примерно такое же, как у лимонника,… для нас оно безопасно, и его аромат даже приятен,… но вот для насекомых это сигнал к бегству,… им оно очень вредно!… Оттого-то они эту травку и не трогают,… ни кусают и не мнут, мимо неё проползают,… бояться нарушить целостность её листочков и вызвать выделение масла!… Кстати, я вам хотел было о ней чуть пораньше сказать, чтоб вы ей тоже натёрлись, но не успел,… уж слишком быстро вы уснули,… ха-ха,… засони… – опять похохатывая, выдал очередные пояснения Герк.

– Хм,… а я-то думаю, что это так приятно от Герка пахнет, от лесного-то жителя,… казалось бы, должно прелой травой навевать,… а тут чую, запах, словно от маминых духов,… а уж у неё-то всякой парфюмерии просто завались, она её десятками флаконов скупает!… А вам здесь оказывается и в магазин ходить не надо, парфюмерия прямо под ногами растёт,… вот так-так!… – удивлённо заключил Стёпа.

– Да-да,… я тоже заметил приятный аромат, исходящий от Герка,… но я и подумать не мог, что он служит для борьбы с насекомыми,… я скорее склонялся к тому, что сон Герка на дереве – это защита от всяких назойливых и ползающих насекомых!… Полагал, что там, на ветвях, спать безопасней,… никакой муравей или жучок в ухо не заползёт и не укусит… – также высказал своё мнение учёный.

– Ну что вы, профессор,… какая же защита от насекомых на деревьях!?… Её там просто нет, ведь в кронах водится гораздо больше всяких паучков с жучками, чем в траве под ногами!… А сплю я на деревьях лишь исключительно ради удовольствия,… там, на ветвях, я чувствую себя, будто в гамаке,… дремлешь и приятно покачиваешься!… Кстати, вам людям тоже нравится отдыхать, покачиваясь в гамаке,… вот и мы не чужды такому удовольствию,… но перед этим мы не забываем натереться средством от кусачих насекомых,… а то ведь набегут, прямо, как на вас сейчас!… Ха-ха,… наверняка это здешние муравьи пробуют ваши телеса на вкус,… уж они такие шустрые!… Вот, возьмите травки с эфирным маслом,… намните её, да натритесь,… мураши сразу сбегут,… ха-ха… – сорвав с поляны пучок спасительной травы, разулыбался Герк, и передал траву друзьям. Ну а те недолго думая натёрлись ей и уже буквально через секунду благоухали приятным ароматом. Муравьи от такого запаха вмиг разбежались. Их, словно ветром сдуло.

– Ну, это совсем другое дело,… теперь можно и продолжить наш поход!… Кстати, пока вы тут чесались, мне пришло сообщение от сородичей,… просят, чтоб я привёл вас в наш детский сад,… показать детишкам, как выглядят настоящие люди,… одно дело слышать о вас, а другое увидеть воочию!… Ха-ха,… на минуту станете учебным пособием для наших малышей,… ну, идёмте-идёмте!… – смешливо заявил Герк и вновь стремительно отправился в путь.

– Как в детский сад!?… у вас что же, здесь и детские сады есть!?… – изумлённо воскликнул Степан, мигом усадил на себя профессора, и поспешил за Герком.

– Есть,… но не такие конечно как у вас,… хотя тоже служащие для воспитания подрастающего поколения!… А чтоб больше не возникало вопросов, сразу поясню;… есть в природе крупные животные высшего порядка: медведи, львы, слоны,… так вот они живут раздельными группами по несколько особей, или ещё говорят – прайдами,… называйте, как угодно!… В общем, существует такая система, где самцы живут отдельно от самок с детёнышами,… иначе говоря, у мам с детьми своё сообщество, а у пап своё!… Вот и у нас примерно такая же система,… так что ничего удивительного,… для природы это вполне нормальное явление!… Мы, мужчины, гуляем сами по себе;… общаемся меж собой через эфир, на расстоянии обмениваемся новостями, следим за порядком,… а наши женщины растят, обучают и воспитывают детей в так называемых детских садах!… Но только у нас в отличии от вас, предметы преподавания разные,… допустим у вас предмет «родной язык», а у нас он «правильное телепатическое восприятие»,… ну и так далее,… уроки жизни так сказать… – метко обозначил Герк.

– А это любопытно,… нам будет интересно посмотреть, как вы детей обучаете,… в научных целях, разумеется, посмотреть, а не из-за какой-то предвзятости или нездорового любопытства! Хотя с другой стороны, вас самцов всё же есть в чём упрекнуть,… ведь вы по своей сути должны заботиться о своём потомстве; лелеять его, ухаживать, охранять,… кормить, в конце концов!… Вот у нас, например, мужчина, прежде всего «добытчик»,… он приносит в дом пищу и обеспечивает всем необходимым,… а у вас как!?… – вдруг с укором спросил профессор.

– Ну, у нас всё немного по-другому; во-первых, добывать питание нашим детям не надо,… ведь мы ни зверей, ни птиц не едим, да и рыб не трогаем!… Хотя охранять детей от всякого зверья надо, бывали случаи нападения!… Ну а во-вторых, наши женщины превосходные матери и воспитатели,… они настолько хорошо обучают детей, что ни одному самцу в жизни так не удастся,… потому-то мы и не лезем в этот процесс, и за своё поколение спокойны, оно в надёжных руках! Ну а продолжая тему охраны детей от назойливых птиц и зверей, стоит сказать, что ведь нам всё это зверьё тоже воспитывать приходится,… и порой очень жестоко… – подметил Герк, сделав многозначительно паузу.

– Это как же так жестоко!?… если допустим, волк нападёт на вашу детвору, вы его убиваете что ли!?… Впрочем, у нас у людей это в пределах правил,… мы зверьё не жалеем, истребляем нещадно,… ужасное дело конечно, но так уж устроены люди,… хотя лично я сожалею об этом… – слегка виновато отозвался Степан.

– Ну, зачем же сразу убивать,… что за варварство такое,… как видите мы очень дружелюбные существа, агрессия не наш удел!… Если уж какой медведь или волк повадился нападать на наших детей и женщин, то мы ему спуску не даём и мстить начинаем!… Притом все вместе,… собираемся несколько самцов и устраиваем облаву на негодяя!… Ну а как только он попал к нам в поле зрения, то мы сообща, посредствам своего ультразвука, причиняем бедолаге такую боль, что ему на десять его поколений вперёд хватает понять – нападать на нас нельзя!… Вот такая наша месть!… Не спорю,… конечно, это очень сурово, но действенно!… Одним словом наша экзекуция над животными, это всего лишь стратегия нашего выживания, а не какой-то там каприз,… бесцельно мы их не трогаем!… Ну а если мы не будем им мстить, так они нас просто съедят!… Зато уж впредь никакому хищнику не придёт в голову связываться с нами!… И так повсеместно, по всей планете,… хоть на экваторе, хоть на севере или юге, хоть в джунглях или тайге,… мы всем сообществом приучаем зверей уважать наше племя!… При этом знаете, нам никакие языковые барьеры не мешают договариваться,… ведь здесь мы говорим на одном языке,… языке образов, добра и мира!… Ну а у вас там, столько всяких условностей, акцентов, наречий, произношений и прочих недопониманий, что вам врядли, когда удастся договориться,… а отсюда и все ваши войны!… Впрочем, я об этом уже говорил,… так что теперь приготовьтесь, мы уже почти пришли,… вон на том холме наш детский сад!… Кстати, там очень удобное место,… прямо перед холмом протекает река и много удобных заводей,… можно покупаться, поплавать, или просто побегать по воде,… а в жаркий день это отлично освежает!… – ускоряя ход, похвастался Герк.

– Ха,… ну, насчёт побегать по воде, это вы, конечно, опять пошутили,… а вот что касаемо места, то тут вы правы, оно очень удобное!… В нашем мире на том холме стоит Кремль – сердце нашей Родины,… а под ним Москва-река протекает,… ох, там и здорово,… красота!… А уж на «Красную площадь» пред Кремлём, всякого народа со всего света уйма съезжается; и взрослых, и детей, и мужчин, и женщин!… А зимой на ней для ребятишек даже каток открывают,… вот как у нас там!… – тоже хвастливо заявил профессор.

– Ага!… так значит, и ваши, и наши предки, правильное местоположение для воспитания молодняка выбрали!… не ошиблись ни те, ни другие!… А вот, кстати, уже и наш детский сад видать… – указывая вперёд, отозвался Герк.

А там, впереди, не то чтобы какой-то дом или логово с пещерой находилось, а наоборот, широкая и чистая поляна на пригорке прямо у реки цвела, и красота вокруг неимоверная. Потрясающая, божественная благодать. Не дать, не взять, а место под святой храм. Впрочем, у нас там как раз храмы и стоят; Архангельский собор и колокольня Ивана Великого. А здесь на поляне стайка маленьких лохматых дитяток резвится, да матушки-наставницы в уголке на травке сидят, притом вполне даже опрятны и на лицо очень приятны, весьма симпатичные женщины. Увидели они Герка с гостями, тут же поднялись и к ним навстречу подались. На краю поляны встретились и сразу разговор завели.

9

– Здравствуйте, гости дорогие, неизвестные,… мы уж с вами не телепатией, а по-человечески разговаривать будем,… Герк нам передал, как это надо делать, чтоб вам привычно было, и вы не смущались!… Так что давайте знакомится,… меня зовут Родь,… а это мои помощницы, Водь, Тера и Агри,… и мы здесь все вместе воспитанием ребят занимаемся!… Вот услышали про вас и решили, что нашим деткам будет полезно на настоящих людей посмотреть,… увидеть живьём, так сказать,… ведь они пока о вас лишь по сказкам да легендам знают,… ну вот как ваши дети, например, о чуде-юде или снежном человеке,… хотя это мы и есть, вполне реальные существа!… Вы уж извините меня, я в первый раз людей вижу,… и пока не знаю, о чём ещё говорить… – чуть смущённо призналась старшая из женщин и даже покраснела.

Однако сквозь её ухоженный и ровно приглаженный мех этого было почти незаметно, и лишь слабый румянец на её прекрасных щеках говорил о её скромной робости перед неизвестными гостями. Степан, польщённый такой речью, уже было собрался что-то ответить красивой женщине, как вдруг ватага ребятишек, заметив на его руках маленького, миленького, лохматого профессора, мигом примчалась с поляны. Ну что тут поделать, дети есть дети, в каком бы из миров вы их ни встретили, они всегда непосредственны и любопытны.

– Ой!… а это кто такой!?… Он почти как мы,… такой же волосатый,… но только меньше нас!… Он что болел!?… А он и вправду человек!?… А может это зверушка!?… – загомонили они на чистом русском языке. Впрочем, это уже никого не удивило, а лишь взволновало чопорного профессора.

– Это что за фамильярность такая!… И никакая я вам не зверушка, а настоящий представитель человечества!… Притом высококвалифицированный в своей области учёный!… И попрошу соблюдать порядочность!… – строго воскликнул он, отчего уже взволновался Герк.

– Ну что вы, профессор,… зачем же так грубо,… они же ещё дети, а вы на них с такими высокопарными заявлениями!… Лучше бы слезли с рук Степана да пошли, позанимались бы с детишками,… рассказали бы им про ваш мир,… как там у вас ребятня играется, и во что!… Вон, вы мне про каток на «Красной площади» упомянули,… так расскажите им про него,… а может, ещё что-нибудь интересное вспомните… – слегка обиженно за детей, предложил Герк.

– И вправду что-то я забузил… куда-то меня занесло,… так с детьми нельзя!… Степан опусти меня,… я поговорю с ребятами, а то они вон вроде даже испугались меня,… сочтут ещё, что я злобный карлик,… а я не такой, я добрый и детей очень люблю… – торопливо запросил профессор и Стёпа тут же уважил его просьбу, опустил прямо перед гурьбой ребятишек. Они хоть и были на голову выше профессора и помускулистей его, но до того трогательно к нему отнеслись, что у женщин-воспитательниц аж слёзы выступили. И дети запросили прощенья.

– Вы нас простите,… вы, наверное, оскорбились!… Но вы действительно такой забавный, пушистый, что мы сравнили вас с детёнышем лесной рыси – рысёнком!… А вы знаете, какие они милые, когда маленькие,… такие красивенькие, нежные,… прямо как вы сейчас… – ласково поглаживая учёного по шёрстке, залепетали дети, обступив его со всех сторон.

– Ну конечно я знаю, какими нежными бывают рысята,… ведь у нас тоже водятся рыси, и я не раз видел их!… Ах, какие же вы всё-таки славные ребятки,… сравнивать меня с рысёнком, это так мило,… слышали бы вас сейчас мои студенты и лаборанты, уж они бы точно удивились, ведь я с ними весьма строг!… Ну, это ничего,… вернусь, подобрею!… А хотите дети, я расскажу вам о городе, в котором живу, и в какие игры там играют местные ребятишки?… – умилённо разулыбавшись, спросил профессор.

– Ой, хотим-хотим!… Нам так это интересно, ведь мы вообще мало чего, ещё знаем!… А тут сразу такой рассказчик!… Хоть маленькой, но уже учёный,… да ещё и пушистый словно котёнок!… – радостно, загомонили дети.

– Да-да,… прямо как у Пушкина,… там кот-учёный ходит по цепи кругом и сказки говорит!… Ха-ха, вот и я также… – смешливо отозвался профессор, и важно расправив грудь, словно он ростом с жирафа, с достоинством повёл ребятишек за собой к краю поляны на удобное место над рекой рассказывать им свои правдивые истории. Усадил возле себя полукругом детей и начал. А со стороны это очень походило на сбор пионеров и вожатого в далёкие советские годы.

Тем временем Герк, Степан и женщины-воспитательницы, оставшись одни, удобно устроились на травке и тоже затеяли интересный разговор. Хотя скорее это получилась некая викторина, женщины задавали вопросы, а Степан отвечал на них. И конечно вопросы касались непосредственно воспитания детей в наших школах, как это делается? и что это такое вообще? Не надо забывать, что Степан являлся действующим учеником средних классов и был прекрасно осведомлён о нашей системе обучения.

Ну а пока шла вся эта викторина, Герк краем глаза наблюдал за тем, что творилось на противоположной стороне поляны. А там профессор, уже кое-что рассказав, стал потихоньку переходить от слов к делу. И хотя он был великолепным рассказчиком и мог говорить часами, но описывать наши игры в казаков-разбойников и салочки одной лишь разговорной речью ему быстро надоело. Отчего он стал показывать приёмы игры на себе, всевозможными жестами и ужимками. Чем вызвал у ребят весёлый смех и задорные шуточки.

Однако на шутки профессор уже не обижался, он вошёл в раж, и теперь, наоборот, с нескрываемым азартом изображал некоторые моменты игр всё смешнее и смешнее. И это ловко у него получалось, ведь невзирая на все его учёные регалии, он, в сущности, был ещё довольно-таки молодым человеком. Ведь возраст тридцать с лишком, по сути всё ещё юность. И профессору, вдруг так понравилась реакция детей на его выступление, что он был готов возиться с ними бесконечно.

А вскоре он настолько влился в детский коллектив, что сам стал зачинщиком игр. Дети и заметить не успели, как уже играли в «чур-неголю» и носились по всей поляне, словно оглашенные. Задорный детский смех гулким эхом заполонил всю округу. Однако это нисколько не мешало Степану и женщинам-воспитательницам вести спокойную беседу. Теперь инициативу в задавании вопросов перехватил Степан.

– Думаю, я полностью удовлетворил ваш интерес к нашему образованию и ответил на все ваши вопросы,… так что сейчас я хочу спросить,… а когда у вас тут ужинают!?… Честно говоря, я что-то проголодался,… то ли пешая прогулка поспособствовала этому,… то ли свежий воздух вызвал резкий аппетит, пока не пойму,… однако кушать очень хочется… – слегка стесняясь, но весело пошучивая, спросил Степан, на что незамедлительно получил исчерпывающий ответ, примерно в таком же дружеском тоне.

– Скорее всего, милый Стёпа, это и то и другое на вас так действует,… и прогулка пешком и свежий воздух!… Честно говоря, мы бы здесь и сами от свежего воздуха постоянно ходили бы голодными, если бы не наша способность к фотосинтезу,… регулярной подпитке от солнца!… Это даёт нам до девяносто процентов сытости,… вы вот посмотрите на наших малышей, они целыми днями находятся на улице,… ведь у нас нет ни домов, ни пещер, ни даже шалашей,… нам это просто не нужно,… природа наш дом!… А дети бегают, прыгают, резвятся, одним словом учатся жить и тратят на это огромное количество энергии!… И вы представьте насколько бы они проголодались, если бы не получали солнечную подзарядку,… да они бы, вот как вы сейчас, только бы и просили подкрепиться!… Хотя для вас есть очень простой выход,… вон, напротив, растёт молодая и очень питательная лиственница,… вы запросто можете пожевать её сочную хвою,… это тут же восполнит нехватку пищи… – ласково улыбаясь, словно ребёнку, предложила Стёпе Родь.

– Ну вот, опять растение жевать,… а нет ли у вас чего-нибудь посущественней!?… Я, конечно, понимаю, мясо вы не едите, но рядом с вами река,… так быть может, вы хоть рыбалкой занимаетесь!?… Уж я б сейчас с превеликим удовольствием поел жареной рыбки,… ну или на худой конец солёной!… А кстати, как вы тут что-либо солите?… И вообще, есть ли у вас соль!?… Ведь у нас-то её везде применяют!… А ещё я из истории знаю, что в былые времена случались даже «соленые бунты» от высоких налогов на соль,… а вот вы здесь, как-то без неё живёте… – вновь удивлённо поинтересовался Стёпа, и тут ему ответил уже Герк.

– Ну почему же мы без соли живём,… она у нас есть и притом повсюду,… нам вполне хватает её содержания в растениях, воздухе и воде, которую мы пьём!… Кстати, вода у нас наичистейшая,… не то что у вас там, захламили всю реку и её истоки,… а у нас светлая, прозрачная и в ручейках, которые впадают в реку столько соли приносится, что добывать её где-либо ещё нет смысла,… нам хватает!… Ну а уж если вдруг сильно захотелось подсолиться, то поступай, как делают все звери,… иди на солончаки да облизывай там солесодержащие камни!… Но нам обычно этого не требуется,… мы воду из ручьёв пьем,… она у нас получше любой вашей минеральной будет!… А что касаемо рыбы, то ты прав, река рядом,… но рыбалкой мы не занимаемся!… Хотя рыбы здесь навалом, и притом всякой разной; и маленькой, и большой, даже размером с бревно!… Например, осетры или сомы, о-го-го какие здоровенные, но мы их не ловим,… и это не потому, что мы боимся их размеров,… нет, не поэтому,… просто они нас не трогают, ну и мы к ним равнодушны,… полная гармония отношений!… А ты вон вообще жареной рыбы захотел,… а ведь это надо огонь разводить,… а разводить огонь, это уже нужно оборудовать постоянное костровище,… иначе может случиться лесной пожар!… Ну а где костровище, там само собой образовывается жилище,… а это уже зависимость от местоположения и начало технократического пути,… дальше пойдёт огород, сельское хозяйство, орудия труда!… А в результате мы придём к тому же, к чему пришёл ваш мир, к грязи и хаосу,… так что, никакой жареной рыбы… – слегка подтрунивая над Степой, шутливо пояснил Герк.

– Да что же это такое,… рыбу они не ловят, огонь им не нужен,… а как же вы тогда зимой греетесь!?… откуда тепло берёте!?… где живёте!?… Или что, вы как медведи в берлогах спите!?… – внезапно возмутился Степан.

– Ну, тут ты опять прав,… берлоги у нас, конечно, бывают, но только мы не спим в них всю зиму, а лишь в самые лютые морозы прячемся!… А так мы в основном по лесу гуляем,… природой любуемся, ведь кругом такая красота стоит,… и при этом ни капельки не мёрзнем!… На зиму у нас отрастает такой густой мех, что даже жарко,… прямо как белым северным мишкам на полюсе!… А ты думаешь, у вас там, лучше, что ли дела обстоят!?… Да вы пушных животных убиваете, чтоб потом из их шкуры сделать себе на зиму шубы,… и считаете это достойным человека,… хотя это настоящий позор!… А мы отращиваем свой мех,… приходит весна, мы линяем,… сбрасываем лишние, чтоб летом не спарится,… притом заметь, мы никого не уничтожаем,… все звери вокруг нас живы и здоровы!… Так что и вы приучайтесь беречь природу!… Ну а уж коли ты опять проголодался, то делай, как тебе говорит Родь,… поешь листвиничной хвои,… уверен, тебе она придётся по вкусу… – продолжая добродушно улыбаться, предложил Степану Герк.

– Ну что ж,… раз вы так уверены, то я, пожалуй, опять попробую перекусить растительностью,… обойдусь и без жареной рыбы… – мигом отозвался Стёпа, вскочил на ноги и бегом кинулся к пышно-обвешанной изумрудной хвоёй лиственнице. И секунду не прошло, а он уже общипывал её низкорастущие ветви. И по его виду сразу стало ясно, ему это занятие очень нравится. Степан от удовольствия аппетитно причмокивал и смачно постанывал.

– Ах, какая вкуснятина,… будто свежие огурчики с хлебом и варёной картошкой ем,… и так это сытно, что никакого мяса не хочется… – умилённо приговаривал он. Впрочем, полностью насладиться трапезой ему не удалось.

10

Вдруг с противоположного края поляны, где резвились дети с профессором, послышался нервный вскрик. Кричал явно кто-то из детей. Герк и женщины-воспитательницы тут же бросились к краю поляны. Степан мигом последовал за ними. Подбежав к краю, они увидели страшную картину. Оказалось в пылу игры дети не заметили, как очутились на самом краю обрыва перед рекой, и один из ребятишек по инерции слетел вниз прямо на прибрежные камни. Сверху было хорошо видно насколько ему больно, лицо его исказилось в ужасной гримасе, а само тело было сильно травмировано; изо рта шла кровь, а руки и ноги переломаны. Но больше всех переживал профессор.

– А-а-а-а,… не может быть,… это всё из-за меня, это я виноват,… мы заигрались и я недосмотрел,… ах, я безумная голова,… нет мне прощения… – испуганно тараторил он, содрогаясь всем своим крохотным тельцем от горького плача.

– Да хватит вам уже причитать-то,… это рано или поздно случилось бы,… у нас почти все проходят через этот опыт,… травмы и переломы, это ещё одна форма познания мира… – уж как-то слишком спокойно отреагировал Герк и стал неспешно спускаться вниз с обрыва к раненому малышу.

– Нет, ну вы послушайте его!… что он такое говорит!?… Вот же бездушный громила!… Там ребёнок погибает, кровью исходит, а он тут о каком-то жизненном опыте размышляет,… здесь надо срочно вмешаться, скорую помощь вызвать,… малыш разбился, а этому громиле хоть бы хны!… – теперь уже вскричал Степан, и тоже было бросился вниз на берег, но Родь остановила его.

– Погоди, Стёпа, не торопись,… ты там не нужен,… лучше посмотри, что дальше будет… – удерживая его за руку, тихо произнесла она. А дальше произошло такое, что и у Степана, и у профессора, от увиденного просто глаза на лоб полезли. Сначала малыш, там внизу, вдруг резко замер, черты его лица внезапно расправились, а на губах даже появилась слабая улыбка. Кровь изо рта тут же перестала течь. Затем руки и ноги ребёнка, сами по себе, от натяжения мышц, выровнялись и заняли правильное положение. После чего стало слышно, как его сбивчивое дыхание нормализовалось. А на щеках появился легкий здоровый румянец.

– Ну, вот и хорошо,… приходит в себя,… ещё минута и всё закончится… – мягко улыбаясь и поглаживая малыша по макушке, заключил Герк. И действительно спустя мгновенье мальчуган самостоятельно зашевелился и даже приподнялся.

– Хм,… а не очень-то приятно падать с высоты и разбиваться,… со мной это впервые,… больше я такого не допущу,… буду осторожен… – немного растерянно произнёс малыш, поднялся на ноги и сразу стал карабкаться наверх по обрыву. Герк тут же принялся помогать ему в этом, и уже через пару минут они оба присоединились к остальным.

– Что тут только что произошло!?… Это было чудо или волшебство!?… – буквально в один голос ошарашено закричали Степан с профессором.

– Ну вот, удивились,… да никакое это не чудо, и уж тем более не волшебство!… Просто мы обладаем способностью практически моментально восстанавливаться,… иначе говоря, регенерировать,… эту способность мы развили в себе ещё в начале мироздания!… Кстати, у вас там, таким трюком владеют некоторые земноводные,… например, саламандры и тритоны,… они развили это у себя,… и у вас тоже была такая возможность,… но вы начали оказывать себе помощь и лечиться посторонними средствами, а не использовать врождённые способности своего организма!… Теперь вот расплачиваетесь за это,… чуть какая царапина и вы тут же тянетесь к аптечке,… я уж не говорю об утрате конечностей!… А так бы у вас вырастали новые руки ноги и даже внутренние органы,… вон, печень-то у вас до сих пор может самостоятельно регенерировать!… Вот вы только представьте,… ну, допустим, надоела тебе твоя левая рука,… взял, оторвал её,… а к утру у тебя уже новая выросла,… ха-ха-ха… – вновь пошучивая, прояснил произошедшие Герк.

– Вот у вас тут дела,… так это что же получается, у вас здесь вечная жизнь!?… – немало изумился своему внезапному открытию профессор.

– Ну, не совсем вечная,… но хорошенько пожить, нам хватает!… А сейчас извините, малышу надо восстанавливать силы потерянные на регенерации,… ведь это очень затратный процесс!… Отведу его покушать живительной лиственницы,… она весьма успешно пополняет запасы энергии,… кстати, ты Стёпа сам мог в этом убедиться,… надеюсь, ты хорошо подкрепился… – резко вступив в разговор, подметила Родь.

– О да, я вполне успел насытиться вашей лиственницей,… она у вас необыкновенная… – вмиг отозвался Степан.

– Ну, вот и замечательно,… а мы пойдем, подкрепимся,… и вы ребятки идите с нами,… тоже перекусите перед сном… – обратилась уже к другим малышам Родь и повела их за собой к лиственнице. Остальные женщины-воспитательницы тут же последовали за ними, а Герк с друзьями на немного задержался. Профессор тут же взял слово.

– Да уж,… ну и дела,… я так испугался, что думал, умру с горя,… а тут вон что оказывается!… И всё же я не понял, почему вы с такими способностями не живёте вечно?… – вновь поинтересовался он, и Герк охотно помог ему в этом разобраться.

– Ну, во-первых, жить вечно просто скучно,… а во-вторых, мы живём достаточно долго, чтобы понять это!… Хотя конечно стоит пояснить, как всё это происходит на самом деле;… прожив лет восемьсот-девятьсот или тысячу, у каждого из нас это по-разному, мы затем потихоньку начинаем истощаться,… наши клетки незаметно переходят в эфирное состояние!… Со временем они как бы растворяются в пределах нашей вселенной,… и мы постепенно становимся прозрачными,… а потом и вовсе исчезаем!… Одним словом – из космоса пришли, в него и ушли,… это примерная трактовка вашей библейской истины – из праха явился, в прах и обратился!… Однако наше сознание остаётся,… притом одним единым, целым, сгустком энергии, сплошь состоящим из нейронных связей,… и сознание уже никогда не сможет распасться,… наоборот, оно будет впитывать в себя всё новые и новые знания!… Это напоминает состояние «чёрных дыр» открытых вашим знаменитым учёным Стивеном Хокингом,… они невидимы, но они существуют,… а «чёрные» они, потому, что поглощают даже свет,… хотя внутри их самих, света предостаточно,… также и наше сознание – глазом его не увидеть, но внутри оно ярче солнца!… Одним словом сознание бессмертно,… а существует оно в бестелесном состоянии, пока не придёт срок, и не сформируется новое, подходящее для него тело новорожденного младенца,… но процесс этот долгий и кропотливый!… Впрочем, нам спешить некуда, впереди у нас вечность!… Хотя наше сознание, или как вы его называете – душа, старается попасть в тело ребёнка ещё на стадии внутриматеринского развития,… а после рождения душа ещё какое-то время помнит и использует знания из прошлого воплощения!… Нередко ваши учёные называют такие знания инстинктами,… но это не так, они ошибаются,… ни какие это не инстинкты,… мы эти знания называем памятью вселенной,… но это уже отдельный разговор!… А пока нам известно, что по прошествии нескольких первых лет жизни, эта память блокируется, и сознание ребёнка начинает получать новый опыт, и копит уже его,… и так до конца,… это и есть круг жизни,… а, по-вашему, он называется – реинкарнация!… Но как бы там ни было, вы всё равно идёте неверным путём,… берите пример с нас, живите в согласии с космосом… – продолжая несколько высокопарно философствовать, кое-что разъяснил Герк.

– Но как же нам брать с вас пример, если наши миры уже сформировались!?… у каждого свой путь,… и нам уже никогда не получить ваших способностей,… ведь мы никогда не сможем жить по восемьсот или тысячу лет,… и не научимся регенерировать,… человечеству это просто недоступно!… – слегка отчаянно воскликнул профессор.

– Хм,… а вот это спорное мнение,… пока вы находитесь здесь, в чистой первозданной природе, в вас начинают просыпаться первородные способности,… вот дайте мне хотя бы свою руку, профессор… – хмыкнув, строго затребовал Герк. Профессор, конечно, повиновался ему и протянул руку. Герк неспешно наклонился, поднял с земли обломок ветки, и его острым концом провёл по ладони профессора. Естественно тут же образовалась кровоточащая царапина.

– Что вы делаете!?… Мне же больно!… – вскрикнул профессор.

– Тихо-тихо,… погодите кричать,… лучше смотрите что происходит… – прервал его Герк. И действительно произошло нечто удивительное, царапина стала меняться прямо на глазах. Кровь остановилась, припухлость спала, и разрыв тканей просто исчез. Раны будто и не было.

– Что такое!?… ничего не осталось!… И я даже почувствовал наслаждение от этого!… – вновь воскликнул профессор.

– Ничего удивительного,… ведь вы надышались нашим свежим, чистым воздухом без вредных примесей,… и в вашем организме начали происходить благотворные процессы!… Например, ваши клетки стали намного активней работать на заживление,… а также интенсивней избавляться от последствий травмы!… И если у вас там, в вашем мире, на заживление этой царапины ушла бы целая неделя, то здесь всего минута,… вот и весь секрет!… Кроме того в вашем организме резко возрос фермент заменяющий боль на блаженство, чтоб было легче перенести ранение,… и этот фермент природный анаболик, так что не надо никаких дополнительных лекарств!… Вы же видели, как точно такое же произошло с разбившимся малышом,… но только в отличии от вас, он здесь и родился,… а потому моментально справился с более тяжёлым увечьем,… у вас бы там, ребёнок просто погиб!… Кстати о нашем малыше,… смотрите профессор, он уже абсолютно здоров,… наелся живительной лиственницы и чувствует себя великолепно!… Ха, а послушайте-ка, дружище,… может и вам подкрепится!?… ведь время-то уже вечернее и скоро пора ложиться спать!… Сегодня мы с вами уже врядли, куда пойдём, поздно,… а вот завтра прямо с раннего утра вновь отправимся в путь!… Ну, так что,… запрыгивайте мне на плечи,… идёмте, подкрепимся… – подвёл итог разговору Герк.

– Ну, раз такое дело, то я с удовольствием перекушу,… и уж точно, отправляться сегодня куда-либо ещё, не стоит,… я так устал и вымотался, что готов уснуть немедленно… – поддержал идею Герка профессор, мигом вскарабкался ему на загривок, и уже через минуту они вместе со всеми кормились у лиственницы.

Такой дружной компании здесь ещё никто и никогда не видел. Все, от мала до велика, с неимоверным удовольствием наслаждались живительной хвоёй. И даже профессор, гордо восседая на плечах у Герка, не отставал от остальных. Со стороны их можно было принять за большую и дружную семью снежных людей за ужином. Правда Степан не очень-то вписывался в эту идиллию, хотя и смотрелся вполне гармонично, колорита ему добавляла его растрепанная, лохматая шевелюра.

А тем временем солнышко стало клониться в закат, на поляну легли длинные серые тени, начало быстро смеркаться. И всё необычное семейство принялось спешно готовиться ко сну. Женщины-воспитательницы с детишками тут же заняли нижние гибкие ветви на ближайших раскидистых ивах. Получился довольно-таки большой и уютный ночлег, этакий огромный и удобный гамак. И пяти минут не прошло, как все уже сладко спали, особенно малыши. И уж так они нежно посапывали своими носиками, что профессор даже расчувствовался.

– Ах, какие милые ребятишки,… им тут так хорошо,… так славно живут ваши дети!… Я тоже хочу детишек,… маленьких, обаятельных, забавных,… девочек или мальчиков,… даже неважно кого, лишь бы здоровенькие росли, как ваши малыши!… А у меня там, в клинике, лежит моя больная Ванесса, моя любовь,… ах, скорей бы вернутся и вылечить её!… Уж я бы тогда весь свой образ жизни поменял,… мы бы с Ванессой непременно завели много детей,… ах, как же я по ней скучаю… – вдруг вспомнив о возлюбленной, грустно затосковал он, но Герк сразу взялся его утешать.

– Ничего, профессор,… всё у вас ещё будет,… вылечите вы свою любимую и нарожаете вы с ней целую ватагу детишек,… только не надо отчаиваться!… А сейчас ложитесь спать,… я вон вам из валежника постель соорудил,… а мы со Степаном по бокам устроимся, чтоб ночью никто не смог нарушить ваш сон. Давайте уже, укладываться, мой дорогой друг… – мягонько так попросил он, и профессор, искренне поблагодарив его, сразу стал устраиваться на ночлег в предложенной ему постели.

Степан, как и Герк, для спокойствия расчувствовавшегося профессора лег рядышком. Друзья неплохо устроились. Однако перед тем как уснуть, они ещё долго смотрели в ночное, звёздное небо, любуясь его красотой, глубиной и чистотой. Но всё же усталость неумолимо сморила их, и друзья засопели ничуть не меньше, чем малыши неподалёку. Ночь пришла в этот мир.

11

На следующие утро сборы в дорогу начались так стремительно, что малыши со своими няньками-воспитательницами даже не успели проснуться. Герк едва рассвело, разбудил Степана с профессором и, мигом подхватив их, повёл за собой по одной ему известной тропе к дальней излучине реки. Там, как раз напротив лесистых гор, река делала свой очередной поворот, и, по мнению Герка это было очень удобное место для переправы. Ну а Стёпе и профессору ничего не оставалось делать, как только, на ходу приводя себя в порядок, упрекать его за излишнюю торопливость.

– Куда мы так несёмся!?… Что за спешка!?… Надо было сначала попрощаться с ребятишками и женщинами-воспитательницами, а уже потом идти,… а то как-то неудобно получается,… мы их вроде бросили и сбежали… – высказался профессор, старательно расправляя свою свалявшуюся за ночь шёрстку.

– Ну, это у вас там, надо всякий раз прощаться, а потом при встрече здороваться,… а у нас этого не требуется, ведь мы постоянно на связи,… не забывайте, мы общаемся телепатически!… Надеюсь, вы понимаете, о чём я!?… Так что, говорить каждый раз «до свиданья», необязательно,… пусть лучше малыши ещё немного поспят,… ведь у них на сегодня намечены очень сложные занятия – учится правильно взаимодействовать с водой… – несколько загадочно отозвался Герк и прибавил хода.

– Ха, а что с ней взаимодействовать-то,… бери, наливай, да пей,… а хочешь кашу вари, или компот готовь… – немного наивно подметил Степан, чем вызвал лёгкое недоумение у сидящего на его шее профессора.

– Ну не скажи Стёпа,… вода это весьма сложная субстанция,… иные учёные утверждают, что она вполне себе мыслящие существо,… наподобие океана из романа «Солярис» Станислава Лема!… Хотя тут можно и поспорить,… ведь если бы вода мыслила, то я уверен, она давно бы уже уничтожила, утопила, всех людей на планете, как вредителей,… ибо мы ведём себя, словно паразиты в цветущем саду, только и знаем, что потребляем!… И тут я согласен с Герком, надо менять наше отношение к природе,… найти какой-нибудь способ сберечь её!… Например, исключить из потребления пластмассу,… или заменить нефть чистой атомной энергией,… отказаться от углеводородов… – опять пустился в рассуждения профессор, отчего, теперь уже вмешался Герк.

– То есть оставить всё как есть, но только поменять кое-какие детали и продолжать эксплуатировать природные ресурсы,… иначе говоря, и дальше пилить сук, на котором сидите,… а ведь он неизбежно рухнет!… Да уж, ну и рассуждения у вас, профессор,… надеюсь, теперь вы понимаете насколько недоразвито и ограничено ваше людское сообщество!… Вы меня, конечно, извините за грубость, но всё это ваше человечество просто тупо, как пробка,… ведь вы не признаете иного пути развития кроме, как только своего технократического!… Но это же бред,… существует миллионы дорог,… их безграничное количество,… и притом безопасных,… и наш мир тому доказательство!… Ну а что вы скажете, когда у вас элементарно иссякнут все запасы чистой воды,… ведь без неё вы просто погибните,… у вас там её уже и так нехватка,… а вы всё пьёте, и пьёте, да компоты варите!… Ну а тут у нас, уверен, вы заметили, насколько редко мы употребляем воду,… всего раза два-три в сутки,… да и то лишь несколько глотков,… и это потому, что мы умеем правильно с ней взаимодействовать,… вот так-то!… – чуть взволнованно заключил Герк.

– О да,… я заметил, что вы практически не пьёте воду. По сравнению с тем, сколько у нас там её пьют, это вообще мизер!… Однако я обратил внимание на то, что и мы со Степаном здесь не особо хотим пить,… за всё время нашего пребывания у вас мы выпили от силы по литру,… тогда как у себя за сутки мы употребляем свыше трёх литров в разном виде,… вот что удивительно… – вновь рассудительно подметил профессор.

– Ну, так всё правильно,… здесь у нас ваш организм сам начал получать воду из окружающей среды; через поры в коже, через дыхание и даже волосяной покров,… он просто жадно впитывает её извне и наслаждается ей,… но при этом тщательно регулирует её количество, лишнюю солёную выделяет в виде пота!… Да вы посмотрите на свою кожу друзья, она разгладилась, похорошела, приобрела здоровый оттенок,… а профессор так вообще светится от удовольствия,… ведь он получил дополнительную подпитку через свой замечательный мех!… Вот что значит чистая атмосфера,… это вам не ваша свалка отработанных «ароматов»!… – слегка шутливо, отозвался Герк.

– Это точно,… я аж весь наполнен приятной влагой, хотя и не пил,… обычно утром я не обхожусь без трёх чашек кофе и большого стакана апельсинового сока,… а тут мы вот уже сколько идём, а я ещё не запросил и грамма воды!… Теперь мой организм сам регулирует её потребление, взаимодействует с ней, как ему необходимо,… и мне этому даже не пришлось учиться,… хотя вы говорите, что у вас учат этому с детства!… – опять сделал вывод профессор.

– Всё так и есть,… мы учим, но только немного другому взаимодействию с водой!… Впрочем, мы уже почти пришли, так что я вам сейчас покажу, чему именно обучается наши дети!… Вон за теми кустами ивняка уже берег,… и там нам следует переправиться на ту сторону реки,… после чего мы окажемся всего в пару переходов от цели,… готовьтесь к переправе!… – хитро улыбаясь, объявил Герк.

– Ха,… а чего тут готовится!?… Переплывём, да и всё!… Мы летом с ребятами и не на такие расстояния плавали,… ха-ха,… запросто форсируем!… – чуть бравируя, воскликнул Степан, и друзья в ту же секунду оказались на берегу, как раз в том месте, что заранее планировал Герк. Притом он вывел их сюда без всякого компаса, карты или навигатора, просто по наитию. А меж тем река в этом месте не сулила лёгкой переправы, тут она была немало широка, да ещё и с неспокойным течением. Однако Герка эти обстоятельства нисколько не смущали, он широко улыбался и любовался панорамой противоположного берега с его лесистыми горами. А вот профессор взволновался.

– Я узнал это место,… в нашем мире здесь расположен стадион «Лужники»,… а напротив Воробьёвы горы,… ну а там, чуть с краю, построен метромост,… вот уж никогда бы не подумал, что в диком, первозданном виде здесь так прекрасно!… А Москва-река тут у вас такая прозрачная,… вода наичистейшая,… я вон отсюда даже рыбу вижу… – восседая на Стёпином загривке, заметил он с высоты.

– Правильно,… река чистая, свежая, необузданная и к тому же по утрам очень прохладная!… Так что я не представляю, как это Стёпа собрался по ней вплавь переправляться,… наверное, у него где-то шуба припрятана,… сейчас он её оденет и поплывёт в тепле,… ха-ха-ха… – задорно подтрунивая над Степаном, рассмеялся Герк.

– Ну вот,… всё бы вам шутить,… я же не предполагал, что вода такая прохладная!…Конечно, я не поплыву по такой холодине,… ещё ногу сведёт!… Вот уж тогда будет потеха,… утонул в параллельном мире,… будто у нас там рек мало!… А вообще, я хотел бы знать, как нам теперь переплывать!?… – чуть обидчиво спросил Степан.

– Так я к этому и веду,… ведь мы не переплывём реку, а перейдём её!… И вот как раз этому, хождению по воде, сейчас там, на поляне, и будут учить ребятишек наши знакомые женщины-воспитательницы!… Ну а я здесь, преподам вам урок… – глядя, как удивлённо смотрят на него друзья, улыбчиво ответил Герк.

– Да уж,… когда вы вчера говорили о хождении по воде, я думал, вы привычно шутите,… но сейчас вижу, что дело приобретает серьёзный оборот,… ведь нам во что бы то ни стало надо пересечь эту реку… – весьма потрясённо заключил профессор.

– Вы правы, шутки кончились,… пора поговорить серьёзно,… и речь пойдёт о воде,… ведь она имеет свойства резонировать с колебаниями планетарного притяжения,… я сейчас не буду углубляться в законы этого явления и пояснять, как всё происходит, однако поверьте мне, это всё так и есть!… И вот чтобы нам начать ходить по воде, мы как раз и используем это резонирование!… Наше тело или организм, называйте, как хотите, сам начинает выбирать частоту колебаний!… И когда она совпадает, то плотность воды в нашем организме резко меняется,… мы тут же становимся гораздо легче окружающей нас воды,… это сложный процесс и вам его пока не понять!… Ну а так как мы здесь наделены ещё и мощной мускулатурой, то мы не просто находимся на водной глади или плывём по течению как безвольное брёвнышко, но мы смело шагаем по ней,… и сильный поток нам уже не помеха!… Это примерно так же, как идти по движущейся поверхности,… у вас там имеются таковые поверхности,… всё те же механические дорожки в ваших спортзалах,… и если бы вместо такой дорожки была бы вода, а вы её легче, то и вы шли бы по ней без особых усилий!… Вот и весь принцип движения,… тут ведь главное, в резонанс войти,… и всё, идите себе спокойно… – вновь добродушно пояснил Герк.

– Да, это всё понятно,… вразумили,… но это же действует только на вас, а как же мы?… как мы войдём в резонанс?… ведь мы не умеем делать ничего подобного!… И что, нам с профессором теперь тут ждать, пока река потеплеет!?… – слегка недовольно воскликнул Степан.

– Ну, зачем же ждать,… поступим просто,… ты взбирайся ко мне на загривок,… а профессор уже сидит у тебя на шее!… Так что я вас перенесу на тот берег, словно маленьких детей,… вы даже ноги не замочите… – дружелюбно усмехнулся Герк и склонился почти до земли, чтоб Степану было легче залезть к нему на загривок. Ну а Стёпа не стушевался и тут же вскарабкался на него, даже профессор на его шее не встревожился, как сидел ровно, так и остался сидеть, лишь чуток кашлянул от волненья. Из друзей получилась этакая пирамида, напоминающая не то цирковой аттракцион, не то связку зверей из сказки братьев Гримм «Бременские музыканты».

Но как бы там ни было, эта пирамида двинулась в путь. Герк подошёл к самой кромке реки, и прежде чем вступить в неё какое-то время собирался с мыслями, улавливая вибрации воды. Однако улавливал недолго, и уже спустя минуту сделал первый шаг. Течение у берега было минимальное и его даже не подхватило, не понесло, а лишь слегка зацепило. Но Герк крепко и уверенно стоял на воде. Можно было подумать, что под ним не река, а обыкновенный прибрежный песок. Следующий его шаг был не менее уверенным, и таким же успешным.

– Ну, вот и чудесно,… наш общий вес сбалансировался,… мы легче воды и теперь осталось только перейти,… держитесь друзья, мы начинаем переход!… – воскликнул Герк и широкими размашистыми шагами ринулся на противоположный берег.

Его тактика переправы была проста и надёжна, сразу было видно, он уже не раз ею пользовался. Герк шёл наискосок, активно сопротивляясь течению. А потому его направление относительно противоположного берега оставалось неизменным. Течению так и не удавалось его снести. А в результате, буквально через десять минут он вышел в намеченную им точку. Здесь уютно расположилась небольшая заводь с практически стоячей водой. Так что необходимость в усилиях отпала, и Герк с удовольствием расслабился.

– Ах, как славно мы переправились,… мне аж понравилось,… думаю, вам тоже!… Но и это не предел,… и пока мы всё ещё стоим на воде, и наши тела по-прежнему в гармонии с её вибрациями, то давайте-ка и вы попробуете самостоятельно побегать по водной глади,… тут неплохой, спокойный заливчик,… в нём приятно и безопасно!… Ну-ка Стёпа, постарайся первым походить,… а я тебе помогу… – вдруг изъявил желание поделиться своими способностями Герк, и аккуратно сняв Степана со своего загривка, поставил его на воду. И надо же такому быть Стёпа не провалился под водную гладь, а остался стоять на ней сверху.

– Ну чего притих?… сделай хотя бы шаг,… ты ведь спокойно держишься на поверхности… – тут же затребовал от него Герк.

– Хорошо,… я попробую… – робко отозвался Стёпа и повиновался призыву Герка. Шагнул чуть вперёд и сразу замер. Затем оглядевшись, шагнул ещё разок, потом ещё, и ещё, и ещё, а спустя мгновенье он уже практически бегал по воде.

– А теперь профессор!… дай и ему размяться!… опусти его на воду!… хватит ему сидеть у тебя на шее!… Да-да, дружище, пришла и ваша очередь,… начинайте!… – вновь затребовал Герк и Степан ни секунды не медля, поставил профессора на воду. И здесь удача, не прошло и минуты, а они уже вместе носились по заводи, как обычные мальчишки зимой на катке. То, скользя, будто на коньках, то семенили, подражая мышиной походке, то просто мчались по поверхности, словно по лужам поднимая снопы брызг. В общем, веселились, как могли; ликовали и радостно шумели. Но вот досада, профессор, в силу своих маленьких размеров, начал уставать.

– Уф,… чего-то я утомился,… хлопотное дело, ходить по воде,… зато я понял, что испытывал Христос, делая это на виду у своих учеников,… ведь он тоже ходил по воде… – внезапно подняв библейскую тему, подметил профессор.

– И в этом нет ничего удивительного, потому как он был из нашего мира,… кроме того, он успешно лечил многих ваших людей, а некоторых даже воскрешал из мёртвых,… и заметьте, без каких-либо медикаментов и примочек,… только силой мысли, естественным образом!… А вот начиналось всё немного странно,… так уж вышло, что покинул он наш мир ещё в раннем младенчестве,… и сразу попал в простую семью,… как такое случилось до сих пор непонятно. Но там, в этой семье, он стал родней родного, и вырос обликом полностью соответствующим людям,… на нас он вовсе не похож!… Ну а то, что с ним было дальше, знает каждый человек,… заложенных в него свойств и знаний из нашего мира он не утратил,… продолжал их развивать и передавать вам, людям,… он желал всем добра и процветания, был очень добр к вам,… а вы его погубили!… Впрочем, вера его сохранилась, осталась у вас, и даже преумножилась!… Ну да ладно,… чего уж там, что было, то было, случившегося не вернуть,… а теперь идёмте,… нам пора подниматься в горы до верхнего плато,… там-то мы и найдём ваш мох, профессор!… Кстати, вон за той небольшой сопкой, есть поляна с невероятно вкусными грибами и ягодами!… Советую там ненадолго задержаться, и чуток перекусить, дабы пополнить запасы энергии, ведь нам предстоит ещё немало ходить и быть может даже летать… – вновь полушутя заметил Герк, тут же вышел из заводи на берег и сходу направился вверх в гору. Степан с профессором моментально воссоединились и бросились за ним вдогонку. Однако профессор всё никак не мог успокоиться и продолжал разговор.

– Послушайте, дорогой Герк,… это что же получается,… раз Христос из ваших мест, и он рассказывал нам, людям, о вашем мире, то уж не его ли он выдавал нам за рай!?… Ведь у нас именно такое представление о нём!… Всё те же райские кущи, полные живительных плодов, и реки, бурлящие благостной влагой,… жизнь беззаботна и полна наслаждений,… а это явные признаки ветхозаветных сказаний!… Вот только попал Христос в наш мир не через тот переход, что мы прошли, а через другой… и я полагаю, что тот расположен в Палестине, близ города Назарет!… Впрочем, и тут много непонятного, ведь сама Библия была написана ещё до Христа,… ой, что-то я вообще запутался,… как вернусь домой, обязательно займусь этим вопросом!… Надо перечитать все теологические труды… – высказал свои сомнения профессор, на что тут же получил заключение Герка, он, по-прежнему не снижая темпа, вёл их короткой дорогой к ягодно-грибной поляне.

– Ну что же, дорогой друг,… здравое рассуждение,… и наш мир вполне может быть ветхозаветным раем,… но только с одной поправкой, мы здесь в отличии от рая не придерживаемся целомудрия,… как видишь, мы здесь успешно вступаем в связи и прекрасно размножаемся!… Иначе говоря живём во грехе,… и живём неплохо,… тогда как в библейском варианте Бог за этот грех изгнал первых людей, Адама и Еву, из рая,… нас же никто не гонит,… мы существуем мирно и в согласии со вселенной!… Хотя вот с любовью у нас не всё так однозначно,… сложное это чувство,… нам пока не доступна такая форма привязанности!… Нет, ну мы, конечно, испытываем некоторые чувства друг к другу, но не до такой степени как вы!… Вот взять хотя бы профессора,… вон как он убивается по своей возлюбленной,… и чтоб спасти её готов на всё!… Невзирая на свой крошечный рост и тщедушное тельце он бросился в неизведанный и, несомненно, опасный для него путь!… Ну а тебя Стёпа, я ещё могу понять,… ты большой и сильный,… притом тобой движет подростковый интерес, любопытство, неподдельный азарт и немалое желание участвовать во всём самому,… эти чувства мне тоже знакомы!… Но вы-то профессор,… такой маленький, беспомощный, и ради любви упорно двигаетесь вперёд!… Идёте на любые жертвы!… С таким чувством я пока не знаком,… оно, мне непонятно!… – поражаясь настойчивости профессора, воскликнул Герк.

– А вот я не могу понять вас,… как же вы здесь живёте без любви,… лично я, не смог бы жить без неё в этом вашем раю!… И нет в любви никакого греха,… по-моему, так наоборот, грех в том, что вы можете любить, но не пользуетесь этой возможностью!… Уж раз у вас есть другие чувства, то и любовь не чужда вашим сердцам, а вы её сдерживаете, губите!… Но этого делать нельзя, ведь любовь нам дана на счастье,… она прекрасна, и ради неё ничего не жалко; ни жизни, ни даже такого роскошного рая в котором вы живёте!… И я готов ради своей любимой Ванессы спуститься даже в пекло ада!… – уж как-то слишком отчаянно вскрикнул профессор.

– Ах, дорогой друг,… да вам и спускаться-то никуда не надо,… вы уже живёте в аду,… к сожалению, весь ваш мир ад и есть, а вы всё думаете, что он где-то далеко,… но он у вас прямо под ногами, вы по нему ходите!… Его нет ни на далёких звёздах, ни в скоплениях галактик, ни даже в бурлящих туманностях,… нигде во вселенной!… Ад, прежде всего в вас самих, у вас в головах,… так, кстати, сказал один ваш очень мудрый писатель!… Однако хватит философствовать,… мы уже пришли, настала пора подкрепиться!… – резко прервал разговор Герк и друзья в тот же миг вышли на обширную поляну. Удивительно, но вся она была сплошь усеяна ягодами и грибами. Они росли вперемешку и рядками, словно их так специально посадил заботливый садовник. Хотя на самом деле это был всего лишь каприз природы.

12

Меж тем друзья, невзирая ни на какие капризы природы, принялись уплетать грибы и ягоды, как говориться, за обе щеки. И что вполне характерно для этого мира, их трапеза вновь надолго не продлилась. Уже через десяток минут все были сыты и весьма довольны этой краткой паузой в пути.

– Ах, как же вы всё-таки здорово здесь живёте,… раз-два, и уже поел,… сыт по горло!… Но только, наверное, скучно вам тут без всяких развлечений,… ведь у вас здесь нет, ни телевизора, ни компьютера, ни даже книг или газет!… Эх, сейчас бы прилечь да комиксы полистать,… или телек посмотреть,… а ничего и нет,… прям тоска… – вдруг грустно подметил Степан.

– Ха,… кто-то тут у нас явно по дому соскучился,… по своему мягкому дивану затосковал,… вот и захотелось привычных развлечений!… Хотя у нас тоже таковые есть, но они доступны лишь местным жителям,… и ты Стёпа не думай, что нам здесь нечего посмотреть,… да перед нами вся вселенная!… И ты не забывай, какими способностями мы обладаем,… нам тут ни телевизоры, ни кино, ни книги не нужны!… Мы можем мысленно проникать в такие глубины космоса, что ни один из ваших гениальных писателей или даровитых режиссёров, не снимет и не напишет!… Да людям даже и в голову не прейдёт то, что мы видим, когда путешествуем по вселенной,… вы и представить себе не можете, какие чудеса мы наблюдаем!… Вот прилягте на полянку поудобней,… я вам сейчас по средствам телепатии постараюсь показать небольшой эпизод из жизни звёзд… – вполне серьёзно отозвался Герк, уложил друзей на травку, а сам прилёг рядом.

Секунду, буквально мгновение и он начал транслировать Стёпе с профессором такие картины из космоса, что они даже сжались в комочек. Впечатление от увиденного захватило их полностью. Более того они ощущали всё происходящее на себе, на своих телах. Собственно от этого-то они и сжались. Друзьям виделось бушующие море плазмы, её языки окружали их со всех сторон, они лизали им руки, ноги, лица, касались глаз. Зрелище не из приятных, страшное, но одновременно и завораживающие.

И вдруг в этом ужасающем пламене появились огненные сущности, по сложению и облику они очень напоминали людей. Была даже слышна их лёгкая поступь, они медленно двигались навстречу друзьям. И всё это внутри бушующей плазмы. Но только температура этой плазмы оказалась вовсе не горячей, а скорее нежно тёплой, как вода в южных морях. Она не обжигала, а мягко ласкала и обнимала, примерно также ведёт себя первые минуты едва вспыхнувший благодатный пасхальный огонь в храме Гроба Господня. Он тоже не жжёт и не причиняет боли. А здесь целый океан такого огня.

И внезапно ангелоподобные сущности в этом огне начали танцевать, кружиться, порхать, а затем и натурально летать. Они парили, словно плыли, красиво и грациозно. А вместе с ними неожиданно воспарили и Степан с профессором. Их тела расправились, раскинулись, приобрели лёгкую невесомость. И в ту же секунду они стремительно понеслись сквозь клокочущую плазму, ощущая при этом все прелести свободного полёта. А тем временем сущности летели чуть впереди, и вели себя будто какие-то маячки, направляя друзей, указывая им дорогу, маня их за собой.

Ещё мгновение и вся эта стремительная эскадрилья одним мощным рывком вынеслась из ласкающих оков бушующей плазмы в открытый космос. Кругом сияли миллиарды звёзд, миллионы галактик и тысячи туманностей. От такого видения у друзей моментально захватило дух. Это было зрелище потрясающей грандиозности. Вряд ли кто ещё из людей видел такое воочию. А Стёпа с профессором всё летели и летели. Но вдруг в один миг всё прекратилось. Это Герк просто отключился от вселенной.

– Ну, вот и хватит, друзья,… хорошего помаленьку,… довольно созерцать, пора идти дальше!… И я думаю, что теперь у вас нет сомнений в отношении наших развлечений!… – чуть посмеиваясь, заключил он и, не дожидаясь ответа, в свойственной ему манере, сходу направился в путь. Друзья тоже немедля поднялись, собрались, и скорей за ним подались. Впрочем, Степан всё же успел высказать своё мнение.

– Да уж, с такими-то видениями и никаких фильмов не надо!… Никакой Джордж Лукас с его «Звёздными Войнами», ни даже Стивен Спилберг со своими гениальными картинами не сравнятся с тем, что мы видели сейчас!… Всё было, как наяву,… просто фантастические ощущения!… Я чувствовал тепло плазмы на себе,… она такая нежная и мягкая, словно пуховое одеяло у меня дома!… Ой,… я, кажется, и вправду сильно хочу домой,… соскучился по маме… – вдруг искренне признался Стёпа, на что тут же последовала реакция профессора.

– Эх, Степан,… мелочь всё это, тёплое одеяло да тоска по дому!… Мы сейчас с тобой видели строение звезды изнутри,… а с научной точки зрения это вообще бесценно!… Но вот где ты такое ещё увидишь,… в планетарии тебе такого не покажут!… Да ты только подумай,… мы с тобой в космосе летали, и видели всё практически своими собственными глазами,… ни через телескоп, ни через камеру звездолёта, а сами!… Вот это чудо!… притом оказалось, что не всякая плазма настолько горяча, чтоб её опасаться,… есть всё-таки холодный «термояд» и в нём живут ангелоподобные сущности,… и это просто невероятно!… Вокруг нас такое творится, а мы там, у себя, не можем вылечить проклятый рак,… который наверняка ещё и сами создали!… Ах, Герк, веди нас как можно скорее на это верхнее плато за лечебным мхом,… я уже тоже устал тут тосковать,… хочу скорей вернуться и вылечить свою любимую Ванессу,… нет больше сил, терпеть её мучения,… ах, бедняжка!… – тут же вспомнив о своей возлюбленной, горько воскликнул профессор.

– Прошу, не волнуйтесь,… потерпите ещё чуть-чуть,… мы уже и так идём самой короткой дорогой,… я сокращаю все углы,… скоро будем на месте!… А весь этот полёт я показал вам не для того, чтоб вы расстраивались и тосковали, а лишь для вашего понимания, что вас ждёт дальше, после того как мы найдём нужный вам мох!… Иначе говоря, успокойтесь, соберитесь с мыслями,… осталось совсем недолго… – сделал краткое замечание Герк, и сразу замолчал.

Обычно такой словоохотливый, он теперь больше походил на загадочного гиганта буку. Его движения стали более напористы и четки. Степан, с сидящим на его шее профессором, еле-еле поспевал за ним. Им обоим явно приходилось несладко. Однако такая тактика продвижения по горам вскоре дала свои положительные результаты. Солнце ещё не взошло в зенит, а друзья были уже на плато. Хотя его скорее можно назвать огромным полем на возвышенности, местами в отдельных низких уголках покрытым, то жидким леском, а то и редким кустарником. И вот как раз в одном таком низком уголке с кустарником друзья наткнулись на небольшое болотце с тем самым мхом.

– Это он!… Это точно он!… Я его сразу определил!… Его ни с чем не спутать!… Герк, мы сделали это!… Мы нашли его!… – после некоторого молчания, как с цепи сорвавшись, заголосил профессор.

– Ну что же,… я очень рад этому,… а вы только зря переживали,… но не будем медлить, а то ведь вы опять расчувствуетесь,… идёмте скорей обратно… – пока профессор набирал мха, заключил Герк и сходу развернулся, – догоняйте!… – добавил он и напористой походкой пошагал к краю плато, возвышающемуся над рекой. Степан с профессором, мигом закончив свои сборы, кинулись за ним вслед. А уже через несколько мгновений они шагали все вместе. И тоже молча, не тратя ни секунды на разговоры.

И всё же профессор нет-нет да мягко улыбался, насвистывая себе под нос весёлую мелодию, и это его состояние вполне понятно, ведь до спасения его возлюбленной оставались считанные часы, и все его мысли сейчас были только о ней. Степан же думал о маме, и, не снижая темпа, упорно семенил за Герком. Ну а сам Герк с высоты своего гигантского роста уже видел желанный край плато. До него он домчал в мановении ока.

13

И вот друзья уже в полном составе стоят на краю огромной горы, а внизу у них под ногами простирается безмерная долина с лесами, полями, озёрами, ручейками и реками.

– Смотрите, какая красота!… ясное небо, свежий воздух,… ни тебе вредного тумана, ни смога!… сплошная чистота!… лепота, как у нас говорят!… А кстати, я прекрасно знаю это место,… ну, где мы сейчас стоим,… в нашем мире это «смотровая площадка» напротив МГУ,… а внизу под нами Москва-река и весь город!… Вон я отсюда даже вижу, где должен располагаться наш район «Сокольники»!… Ох, и далеко,… теперь нам предстоит туда добираться,… и наверняка придётся ещё раз где-нибудь останавливаться на ночлег!… Эх, чувствую, не успеем мы добраться до темноты!… – с каким-то обидным сожалением подметил профессор.

– Ну почему же не успеем?… всё мы успеем!… и никакого ночлега не потребуется!… Ну не зря же я вам показал свободный полёт,… это я так готовил вас к заключительному рывку!… Да-да,… мы с вами сейчас полетим,… ведь мы находимся на высокой горе, а с неё очень удобно планировать!… – вновь мягко усмехаясь, отозвался Герк.

– Да ладно!… Что, и вправду полетим!?… Да как такое возможно?… А если полетим, то на чём?… Что-то самолёта я здесь не вижу!… – изумлённо оглядываясь, воскликнул Степан.

– Ну, во-первых, не на чём, а на ком,… и никакого самолёта нам точно не надо!… А во-вторых, я же вам уже намекал, что такое возможно,… и это примерно такая же процедура, как передвижение по воде,… но только в этом случае входя в резонанс, мы становимся легче воздуха, а не воды!… И такой эффект называется «левитация»,… иными словами мы избавляемся от планетарного тяготения и парим!… Впрочем, это только я полностью избавлюсь от него и воспарю,… вы же станете просто на чуть-чуть легче,… однако этого будет достаточно, чтоб вы полетели на мне верхом,… я вас сам домчу до места назначения!… А ну-ка Степан, быстро марш на меня,… а вы профессор, покрепче держитесь за его шею, чтоб вас не сдуло,… а то потом ищи, куда вы там упали,… ха-ха-ха… – вновь добродушно подтрунивая над профессором, распорядился Герк и занял удобную для посадки позицию. Степан тут же вскочил на него, дело-то привычное, уже взбирался. А профессор меж тем покрепче впился в шею Степана.

– Внимание, приготовились… – добавил Герк и весь напрягся. Но и секунды не прошло, как его тело легко отделилось от края горы, взмыло ввысь и полетело в сторону Сокольников. У друзей вновь захватило дух, и хотя скорость была не такая стремительная, как в недавних видениях, но удовольствие от полёта затмило все прошлые ощущения. И сразу стало ясно, что для Герка подобное воздухоплавание вовсе не в новинку. Он уверенно управлял своим телом и даже выписывал небольшие искусные пируэты.

Однако эти пируэты были совсем не праздны, а наоборот весьма необходимы, ведь он специально маневрировал в воздушных потоках, чтоб пролететь над той поляной, где резвились детки-малыши со своими няньками-воспитательницами. Герк целенаправленно выбрал этот маршрут. Более того он телепатически уже связался с женщинами-воспитательницами и сообщил им о своём приближении. Герк искренне хотел, чтобы друзья имели возможность воочию попрощаться с малышами и их няньками.

– Смотрите-смотрите!… Там внизу наши вчерашние знакомые!… Сегодня утром вы упрекнули меня, что не смогли с ними попрощаться, так вот вам шанс!… Вон, они увидели нас!… Помашите им, попрощайтесь,… до новых встреч!… – крикнул Стёпе и профессору Герк. А те и не растерялись, вмиг оглянулись и увидели внизу малышей с их нянями. Разумеется, сразу начали махать им руками, приветливо покрикивать и конечно улыбаться, улыбка в этом мире значила многое. Малыши с нянями тут же ответили друзьям весёлыми возгласами и радостными взмахами. Особенно приветливо махали профессору, ведь он им так понравился вчера, детишки были от него просто в восторге.

Но вот Герк сменил курс, и друзья, пролетев над холмом, где в нашем мире раскинулся Кремль, понеслись к завершающей точке своего путешествия. Приземление было не менее успешным, чем сам полёт. Герк настолько ловко опустился возле входа в подземелье, что друзья не ощутили ни единого толчка, всё прошло исключительно мягко, ведь это вам не самолёт или вертолёт с их разбегом и посадкой. В тот же миг Степан с профессором покинули загривок Герка, и сразу накинулись на него с прощальными объятьями.

– Мы так не хотим уходить,… нам у вас очень понравилось,… эх, но надо спешить,… спасибо большое за всё,… вы нас просто спасли… – чуть не плача, деликатно пролепетал профессор.

– Это правда,… так не хочется расставаться,… я уже привык к вам, и даже сроднился,… но там мама, а я соскучился… – тоже чуть не рыдая, поддержал профессора Степан.

– Ха-ха,… а зачем же нам расставаться!… Ну и глупые же вы, человеки,… у вас же есть переход в наш мир,… теперь вы его знаете,… так что можете наведаться ко мне в гости,… а когда придёте, вам стоит лишь подумать обо мне, и я тут же услышу вас, и встречу! Только не злоупотребляйте переходом,… не приглашайте никого постороннего, иначе набежит неведомо кто, и переход закроется!… А вот вы всегда желанные гости в моей обители,… и не грустите,… выше нос,… вперёд, поторапливайтесь, делайте свои дела,… спасайте возлюбленных и берегите своих близких,… ещё увидимся!… – весьма радушно попрощался Герк и друзья тут же расстались. Степан быстро подхватил оставленные им накануне у входа вещи, и они с профессором немедленно юркнули в переход. Профессор сходу зажёг переданный ему Степаном фонарик, и они скорей устремились вперёд.

Друзья прекрасно понимали, что сейчас у них началась гонка со временем, ведь они вернутся в тот же час, что и покинули свой мир. Теперь отсчёт пойдёт в прежнем режиме, не задерживаясь ни на секунду. А потому надо было пошевеливаться и торопиться изо всех сил. До двери в наш мир они домчали моментально, даже и не заметили, как проскочили загадочный туман. Ну а, выйдя в подземелье уже с другой стороны перехода, Степан первым делом тщательно закрыл за собой дверь и повесил на место замок.

– Вот так дела,… молоток и отмычка понадобились мне только сейчас, уже здесь, у нас дома!… Я-то брал их туда в тот мир, думал, что они пригодятся нам там,… помните, профессор, я ещё говорил, вдруг придётся обороняться от зверей, но нет!… Там я инструменты даже не доставал,… оказались не нужны!… Да уж, Герк был прав,… мы, люди, сильно зависим от всяких там приборов и приспособлений,… просто-таки погрязли в этой своей технократии!… – резко подметил Степан.

– Это точно,… инструментов у нас у каждого навалом,… но они нам необходимы, без них мы пока никуда!… Так что нам потом надо будет обязательно замаскировать эту дверь, и очень искусно,… отгородить её от общего подземелья, спрятать от чужих глаз,… иначе беда,… помни, о чём нас предупреждал Герк!… Но это потом, а сейчас скорей бежим наверх, в церквушку, в лабораторию,… я должен немедленно сделать спасительный эликсир!… – призвал в ответ профессор, и друзья стремительно бросились на верхний ярус.

14

Едва переступив порог лаборатории, Степан тут же взялся помогать профессору, готовить эликсир. И хоть времени у Стёпы было в обрез, ведь его могла хватиться мама, но он не бросил профессора и пробыл с ним ровно до того момента пока эликсир не был готов. Дальше события развивались очень стремительно и чем-то напоминали волшебный сон. Профессор, наскоро остудив часть приготовленного им отвара, выпил эту часть одним мощным долгим глотком, после чего его начало страшно трясти и лихорадить.

Мышцы на его конечностях напряглись, а кости стали расти с невероятной быстротой. Подшёрсток на теле был странным образом поглощён кожей, и в тот же миг произошло моментальное преображение. Вместо крохотного, милого, пушистого карлика перед Степаном очутился высокий молодой человек. Впрочем, Степан сразу узнал в нём привычные черты профессора.

– Ах, я снова тот же!… Я вернулся!… Эликсир действует, я даже помолодел!… – запричитал профессор, ощупывая своё лицо и тело, но вдруг опомнившись, крикнул, – Теперь мне надо срочно излечить Ванессу,… дорога каждая секунда!… – и скорей бросился надевать валявшуюся в углу его прежнюю одежду.

– Не знаю профессор, как вы выглядели раньше, но сейчас у вас вид скорее молодого влюбленного, нежели чем средневозрастного учёного!… Одним словом выглядите вы великолепно, у вас всё получилось!… Ну а теперь надо, чтоб всё получилось и у меня!… побежал-ка я скорей домой!… Дальше действуйте без меня,… свяжемся позже!… расскажете, как у вас всё вышло с Ванессой!… – уже спускаясь вниз, почти на лету прокричал Степан.

– Обязательно свяжемся!… Я ведь знаю, где ты живёшь!… Удачи тебе с мамой!… – крикнул ему вслед профессор и сам стал быстро собираться к переходу в институтскую больницу, где лежала его возлюбленная. Перелив в удобную склянку оставшуюся часть эликсира, и плотно застегнув свой белый медицинский халат, он тут же устремился в подземный ход, ведущий к главному корпусу. Профессор торопился, как мог, бежал изо всех сил. И надо отметить, он успел вовремя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.