С.В. Короткий
Жизнь как квест, или Путе-Шествие канатоходца

Введение

«Человек рожден для счастья, как птица для полета»

М. Горький

Самый старый славянский квест называется «Иди туда, не зная куда, найди то, не знаю что», еще нужно добавить одно условие: идти нужно не двигаясь. В этом квесте нельзя пользоваться телом, чувствами и разумом. А чем пользоваться? Как дойти и что найти? Ответам на эти вопросы и посвящена данная книга.

«Велел мне царь идти туда – не знаю куда, принести то – не знаю что.

– Вот это служба так служба! Ну ничего, ложись спать, утро вечера мудренее.

Марья-царевна дождалась ночи, развернула волшебную книгу, читала, читала, бросила книгу и за голову схватилась: про цареву загадку в книге ничего не сказано…

Утром рано Марья-царевна собрала Андрея в дорогу и дала ему клубок ниток и вышитую ширинку.

– Брось клубок перед собой, – куда он покатится, туда и ты иди. Да смотри, куда бы ни пришел, будешь умываться, чужой ширинкой не утирайся, а утирайся моей.

Андрей попрощался с Марьей-царевной, поклонился на четыре стороны и пошел за заставу. Бросил клубок перед собой, клубок покатился – катится да катится. Андрей идет за ним следом.

Скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Много царств и земель прошел Андрей. Клубок катится, нитка от него тянется; стал клубок маленький, с куриную головочку; вот уж до чего стал маленький, не видно и на дороге… Дошел Андрей до леса, видит: стоит избушка на курьих ножках…

…Царь, посылает узнать, ходил ли Андрей туда – не знаю куда, принес ли то – не знаю что.

Побежали гонцы, разведали и докладывают:

– Андрей-стрелок ходил туда – не знаю куда и добыл то – не знаю что.

Тут царь и совсем осерчал, приказал собрать войско, идти на взморье… Андрея-стрелка и Марью-царевну предать лютой смерти…

… и сражению конец пришел. Повалил из города народ и стал просить Андрея-стрелка, чтобы взял он в свои руки все государство.

Андрей спорить не стал. Устроил пир на весь мир и вместе с Марьей-царевной правил он этим государством до глубокой старости».

Это путешествие туда не знаю куда и за тем, не зная за чем, похоже на хождение по канату. Никаких альтернативных путей, движение только вперед и путь только один. Канат ведет канатоходца, как жизнь ведет искателя. Шествие по канату, путешествие по жизни – это путь от биоробота, находящегося под управлением коллективного разума, к своей истинной сущности, оно требует максимальной сосредоточенности. Потеря сосредоточенность – потеря равновесия, любое отвлечение в виде возникшего чувства или мысли, чревато падением либо в пропасть сна, либо в бездну безумия.

При движении по жизни искателя охватывает тишина и покой, мир пропадает: это триумф внутренних, истинных сил искателя, на этом Пути он есть.

Глава 1. Двуликая жизнь

«Хитрые люди презирают учение, простые

преклоняются перед ним, мудрые пользуются им»

Томас Маколей

1.1. Жизнь

«Не у каждого есть судьба, только у того,

кто имеет Бытие здесь и сейчас»

Хайдеггер

Жизнь человека – это Путь, который не им затеян. Шествие по Пути формирует его для следующей жизни. В процессе естественной жизни совершенствуются врожденные способности, раскрывающиеся в свое время с такой же неотвратимостью, с какой происходит половое созревание организма в подростковом возрасте. Эти способности являются инструментом строительств внутреннего/истинного/трансцендентного человека для следующей жизни.

Совершенствование человека, происходит аналогично развитию плода, то есть без осознанного участия человека, нужно лишь не мешать. Формируемые в процессе Духовного совершенствования качества нужны не столько в этой жизни, сколько в следующей, как руки и ноги эмбриона, которые востребуются после рождения, хотя и формируются в утробе матери. Рассмотрим этимологию слова «жизнь/жизнъ»:

Ж – энергия для совершенствования тела, которое есть оболочка Души;

И – энергия жизни бытия;

З – созидание Души, совершенствующейся в мире Яви, связывающая Небесное и Земное бытие в беспредельности;

Н – сотворение, проживание и распространение Русичей территориально и количественно под водительством Отцов и Богов;

Ь – вселенский процесс нисхождения и восхождения праматерии, несущей разумную информацию.

Ъ – Процесс нисхождения высшего начала, имеющего печать Духа животворящего, в плотные миры, его обогащение опытом рождения в проявленных мирах и восхождение к всевышнему.

Жизнь – процесс нисхождения высшего начала, в плотные миры, его обогащение опытом рождения в теле в проявленных мирах путем совершенствования Души, и восхождение к всевышнему.

Итак, цель жизни вне самой жизни и начало реализации этой трансцендентной цели датируется достаточно четко: в 40 лет жизнь только начинается, то есть начинается процесс формирования органов трансцендентной сущности человека, начинается его Духовное совершенствование. Директивными, но не императивными инструментами здесь становятся интересы внутреннего существа. Другими словами, человек есть материальное воплощение трансцендентного своего существа, или «человек есть снабженный орудиями чувств дух» (Бональд).

«Наша земная жизнь имеет воспитательное значение, она представляет путь, необходимый нам для достижения несознаваемых нами, сверхчувственных для нас, трансцендентальных наших целей, низший класс, ведущий нас в класс следующий, высший, голос нашей совести – не устаревшее заблуждение, как учит материализм, а ослабленный земным нашим естеством голос нашего собственного трансцендентального существа, наше… моральное долженствование есть на самом деле воление введшего нас в эту жизнь, для достижения только ему известных целей, нашего же трансцендентального субъекта, что с переходом нашим в потусторонний мир мы будем награждены или наказаны нашими же деяниями (а не за наши деяния) и что переход этот будет для нас тем легче, чем большую трансцендентальную пользу мы извлекли из жизни в мире посюстороннем».

Предание о том, что человек создан по образу Божию, обыкновенно трактуется о подобии земного человека, упуская из вида его истинную, трансцендентную сущность, в которой мистики и оккультисты усматривали истинное богоподобие. «Действующую на расстоянии магическую силу, – говорит ван Гельмонт, – мы должны искать в той части нас самих, которая есть образ Божий».

«Всякий человек, – говорит Сведенборг, – есть с внутренней своей стороны дух… Всякий человек, даже во время телесной жизни своей, как дух, находится в общении с духами, хотя он ничего об этом и не знает». Точно то же говорит и Кант: «Душа человека находится и во время земной жизни его в неразрывной связи со всеми нематериальными существами духовного мира, что она попеременно то воздействует на этот мир, то воспринимает от него воздействия, чего однако она не сознает, как человек, доколе все обстоит благополучно».

«В тайниках нашей души, – говорит Агриппа, – пребывает всевидящее око, которое ослеплено и стеснено в своем зрении тесной и мрачной темницей нашего тела, но которое после нашей смерти, по выходе нашей души на волю бессмертия, обретает целостное знание. У умирающих и обессилевших от старости людей наступает иногда необычайное просветление, потому что их душа, уже до некоторой степени освободившаяся от чувственных оков и приблизившаяся к будущей своей обители, не настолько подчинена своему телу, как душа других людей… Трансцендентальное наше сознание восходит, как только заходит наше сознание чувственное, подобно тому как начинают загораться на небе звезды, как только заходит солнце; ведь звезды не приходят на небо,… когда уходит с него солнце; они находятся на нем одновременно с солнцем, с заходом которого делаются только видимыми».

Именно потому, что мы уже в земной жизни в какой-то степени являемся Духами, мы и способны постигать Духовный мир. Так же как здоровое тело определяет качество существования человека в явном мире, так и духовные силы, телесно необусловленные, принадлежащие его трансцендентной сущности, определяют качество будущего его существования. Причем будущее существование определяется путем в этой жизни, нашим земным существованием.

Наша физическая смерть не ведет к аннигиляции или к слиянию с мировым эфиром, она лишь означает переход сознания человека в свою истинную трансцендентную сущность после сбрасывания оков физического существования. А поскольку трансцендентная сущность более реальна и витальна, то и «так называемые мертвые гораздо жизнеобильнее живых. Сравнивая призрачное существование наше на земле с реальным существованием нашим за гробом, Джордано Бруно называет – и называет потому, что он был знаком с оккультизмом, – земную нашу жизнь ограничением нашей индивидуальности. «То, что мы называем смертью, – говорит он, – есть рождение к новой жизни, по сравнению с которой следовало бы называть смертью нашу теперешнюю жизнь» … Пифагорейцы называли смерть праздником рождения духа, yeveoia. В мартирологиях смертный день называется dies natalis, а Ангелиус Силезий называет смерть «лучшей из всех вещей».

Однако это не повод совершать самоубийство, чтобы ожить: физическая жизнь более жизнеобильна, чем в утробе матери, но это не повод 2-х дневному зародышу начать её. Жизненный квест должен быть пройден.

Выполнение долга, следование по Пути снимает заботы о материальном существовании, поручая их Богу, возвращаясь к созиданию внутреннего существа. Все проблемы на жизненном Пути человека возникают как результат отказа от движения по своему Пути, как корректирующие правильное направление.

В традиционном понимании термин «долг» носил исключительно трансцендентное значение, то есть Дух, трансцендентная сущность человека, даровавшая жизнь Душе и телу человека, «ожидает плату за это» в виде выполнения долга. Или, другими словами, «ожидает», что её производные, её формы воплощения в материальном мире, будут действовать во имя своего источника, в соответствии со своей сутью, во имя целого, проявлять волю своего трансцендентного существа, выполняя долг. То, что препятствует выполнению долга называется грехом, грехи потому и грехи, что мешают становлению внутренней сути. Рассмотрим этимологию слова «долг».

Д – потенциал силы для Богостановления, получаемый Душой в мире Яви.

О – сотворять вместе со всевышним саморегулируемый поток энергии движущий силы круга Абсолюта;

Л – Душа, стремящаяся к совершенствованию в мире Яви;

Г – энергия созидательной силы Вселенной, направляющая движение Души к миру Прави; сила, управляющая одухотворенной жизнью.

Ъ – процесс нисхождения высшего начала, имеющего печать Духа животворящего, в плотные миры, его обогащение опытом рождения в проявленных мирах и восхождение к всевышнему.

Итак, долг – это совершенствование Души в мире Яви, на основе потенциала сил для Богостановления, путем обогащения опытом в явном мире и восхождение Души к миру Прави.

Этические теории прошлого рассматривали долг как проявление, либо божественной воли, либо вечных и неизменных свойств человеческой природы. В этике стоиков долг выводился из воли божества.

И. Кант считает, что долг есть принуждение к поступку нравственным законом. Долг выступает в качестве внутреннего принуждения поступать в соответствии с потребностями, исходящими из ценностей трансцендентного существа и строить свое бытие в соответствии с этими ценностями. Фихте писал, что весь мир является «материалом исполнения долга», и есть только одна конечная цель – долг. Единственно возможное верование: с радостью, бед предрассудков, бесстрастно и непредвзято делать то, что предписывает долг, не поддаваясь раздумьям о последствиях. Делай, что должен и пусть будет, что будет. Долг – это потребность Души. Долг также естественен как дыхание, выполнение долга легко и приятно.

Со становлением общества Homo sapiens, категория долга приобретает социальный характер, то есть долг – это уже не выполнение воли трансцендентного существа, а «обязанность человека перед обществом, классом, партией или социальной группой; выполняемую под влиянием общественного мнения и внутренних нравственных побуждений… Сознание и чувство долга – это субъективное идеологическое выражение многосторонней зависимости человека от своего класса или общества».

Человека, выполняющего свой долг, называют вольным человеком. Вольный человек – это тот, кто реализует ценности своей трансцендентной природы. В-о-л-я: мудрость (в) божественная (о) людям (л) явленная (я). Это возможность, заложенная в Человека, для изменения Свабоды, и насколько точно мы выполняем предначертанное Родом Небесным.

Все рассуждения о свободе воли идут в рамках рационального подхода, исключающую всякую метафизичность и сводятся к тому, что если свобода воли существует, то человек является автором своих действий, причем под человеком понимается его «Эго»-личность. То есть свобода воли, как качество трансцендентного человека, отнимается у него путем его отрицания и рационально обосновывается как качество «Эго»-личности, которая находится под управлением социума. Рассмотрим образную этимологию слов «свабода», «свобода»:

Сва-бо-да: порядок Мироздания (сва), Богами (бо) данный человеку (да).

С-в-обод-а: сие (с) собранный воедино (в) ОБОД человека (а). Это система уклонения человека от предначертанного ему Родом Небесным; Богоборчество.

Таким образом, в традиционном понимании свабода воли – это использование человеком божественной мудрости для участия в со-тварения с Богами и главное, для совершенствования своей трансцендентной сущности, что в принципе одно и тоже. Свабодные действия характеризуются целевой причинностью и осознанностью действий. Случай является имманентным качеством свабодной жизни. «То, что мы называем случайностью, для этого своеобразного мышления является главным принципом, а то, что мы превозносим как причинность, не имеет почти никакого значения».

В современном понимании свобода воли – это противоборство с Богами, то есть со своей трансцендентной природой, с источником своей жизни во имя социальных целей. Свободные действия, в этом случае, характеризуются каузальной причинностью и автоматизмом действий. «Автоматизированные действия… всегда отражают искусственно выстроенную ситуацию».

Итак, свобода воли – неотъемлемая аксиома современного общества, построенного на достижении социально-искусственных целей, что требует подавление индивидуально-естественных.

За счет чего рабское состояние человека сопровождается такой уверенностью в собственной свободе воли? «Сопровождаемость наших, хотя и совершаемых нами по внешнему принуждению деяний чувственным нашим сознанием порождает в нас иллюзию их свободы. Уже Спиноза в одном из своих писем высказал глубокую мысль, что если бы одарить камень сознанием, то он, будучи брошен, воображал бы, что летит по собственной воле… Познаваемость деяний может порождать иллюзию свободы, так и то, что непознаваемость их может порождать иллюзию принуждения». То есть опять на помощь приходи разум, с помощью которого мы и лишаемся свабоды, и проявляется эта помощь в желании все рационально обосновать и объяснить. Именно потому в социуме последней инстанцией истины является наука, ученые, которые своими рациональными объяснениями (рационализацией), утверждают каузальную причинность явлений и событий, поддерживания рациональное состояние трансцендентного человека, то есть состояние его зависимости от внешнего, от социума, при декларируемой «независимости» от своей истинной природы.

Однако как ни крути, как ни верти, то есть как ни рационализируй, источник всех действий человека все равно лежит в его трансцендентной природе, даже во имя социальных целей, поскольку и его личность и его тело – это лишь проекция его трансцендентной сущности в социуме и в природе, они по своей вторичному, производному происхождению несамостоятельны и не имеют внутреннего источника силы. Следовательно, не могут быть авторами совершаемых ими деяний, лишь инструментом.

«Кант в "Критике чистого разума", говорит, что наступление всех совершающихся в мире изменений, включая сюда и наши деяния, обусловливается необходимостью. С этой точки зрения всякое деяние земное представляет необходимый продукт мотива и характера, и сам Кант говорит, что если бы мы могли насквозь узнать характер данного человека, мы могли бы предсказать наступление его деяний с такой же точностью, с какой определяем закат солнца. Свобода, говорит Кант, существует только в сверхчувственном, умопостигаемом мире, в царстве "вещи в себе"… Эмпирический характер наш представляет не что иное, как феноменизировавшийся наш трансцендентальный характер, то и все деяния нашей жизни должны быть отнесены на счет деятельности трансцендентального же нашего субъекта».

Подводя итог, можно сказать, что свабода воли – имманентное качество человека, поскольку именно в реализации целей и ценностей своей трансцендентной личности в материальном мире и состоит выполнение долга.

1.2. Потусторонний мир

«Никто из нас ещё не родился бессмертным, и, если бы это с кем-нибудь случилось, он не был бы счастлив, как это кажется многим»

Платон

Мир целостен и един, «трансцендентный» и явный миры разделяются не пространственно, но отделены друг от друга только порогом нашего восприятия и сознания. «Несомненно, что существует потусторонний мир; но его надобно понимать только в смысле лежащего за пределами нашего сознания мира, и ему, необнимаемой нашим самосознанием частью нашего я, нашим бессознательным, хотя бессознательным только относительно, существом мы принадлежим уже и теперь. Мы не отделены от потустороннего мира ни пространственно, ни временно; отделенные от него только субъективными границами, порогом нашего сознания, и погруженные в него трансцендентальной частью нашего существа уже при жизни, умирая, мы вступаем в него не впервые».

Итак, только в области мистических явлений можно найти доказательства трансцендентной сущности человека, его внутренней сущности. Там же найдем «деятельности», которые принадлежат только истинной сущности. Все мистические явления сопровождаются состояниями чувственной бессознательности и обусловливаются силами и способностями, лежащими в скрытом, потенциальном состоянии и не имеющими никакого отношения к нашему телу.

«Насколько мыслимы два существа, находящиеся в столь различных к одному и тому же миру отношениях, что они ничего не знают друг о друге и о мире друг друга, настолько же мыслимо и существо, одновременно находящееся к одному и тому же миру в двух столь различных отношениях, что одна из его половин не имеет ни малейшего познания о другой его половине. Такое существо и есть человек, живущий несознаваемо для себя уже во время земной жизни своей и продолжающий жить по смерти земной своей половины другою своей половиной в потустороннем мире».

Если физический человек является лишь проекцией своей трансцендентной сущности, то и обо всем мире можно сказать то же самое – он продукт материализации трансцендентного мира. И каждая часть человека воспринимает тот мир, частью которого она является, то есть трансцендентная сущность воспринимает трансцендентный, сверхчувственный мир, а физический человек – чувственно воспринимаемый мир. Можно сказать, что человек живет двойной жизнью одновременно, как и весь окружающий его мир.

Делез, один из лучших знатоков сомнамбулизма, говорит так: «Явления сомнамбулизма дозволяют нам различать в человеке две субстанции, внутреннего и внешнего человека; они дают нам наилучшее доказательство бессмертия».

Внутренняя сущность сознательна, обладает представлением и мышлением, не опосредствованными чувствами и головным мозгом, причем, если в них и принимает участие головной мозг, таковое его участие ограничивается всего-навсего восприятием трансцендентальных представлений. «Получаемое умом в действительности не зависит от актов ума, а случилось в созерцании» (И. Кант).

Жорже в своем завещании написал: «Только что я напечатал мою "Физиологию нервной системы", как всестороннее обсуждение вопроса о значении совокупности необыкновенных явлений, именуемых сомнамбулизмом, что привело меня к полному убеждению в необходимости различения двух духовных, одного в нас, а другого вне нас, начал от материальных существований; эти духовные начала суть: душа и Бог. На этот счет у меня существует глубокое убеждение, убеждение, основанное на фактах, считаемых мною неопровержимыми. Это мое признание увидит свет только тогда, когда никто уже не будет иметь оснований сомневаться в моей добросовестности и заподазривать мои намерения».

«Человек, – говорит Парацельс, – имеет два тела: элементарное и сидеральное, два тела, образующие единого человека. Смерть разлучает эти два тела. Итак, у человека две души: вечная и натуральная, и что, следовательно, он живет двумя таковыми же жизнями, что одна из его душ подлежит смерти, другая же ей не подлежит и есть то скрытое в человеке, что и есть человек, чего в нем никто не видит и что обнаруживается только в его делах… Во сне, – говорит Парацельс еще далее, – когда покоится элементарное тела, усиленно бодрствует тело сидеральное, не ведающее ни покоя, ни сна; когда же пробуждается и начинает жить усиленной жизнью элементарное тело, ослабляет свое бодрствование тело сидеральное».

Человек, как двойственное существо, ведет одновременно две жизни. Загадочность человеческого существа заключается в соединении трансцендентального субъекта с материальным телом, соединении двух совершенно разнородных, но тем не менее одновременно существующих начал, из коих одно хотя и все лежит вне пределов чувственного сознания, обнаруживает независимые от тела способности познания и действия. Наша трансцендентальная сущность качественно отличается от нашего земной личности.

Магические способности, которые необъяснимы физиологически, являются качествами нашей трансцендентной сущности, которые проявляются с той или иной силой в нашей земной личности. И именно потому, что человек живет одновременно двумя жизнями, эти магические способности могут проявляться и быть предметом изучения. Если бы трансцендентальный наш субъект с рождением нашим исчезал, либо полностью спрятавшись в трансцендентном мире до момента нашей смерти, или полностью поглощался земной природой, то проявление его способностей, магических, оккультных способностей в земной жизни было бы невозможно. Но поскольку магические способности в земной жизни возможны, значит трансцендентная, истинная сущность человека существует параллельно с его земной. Итак, говоря словами Канта, оба лица нашего субъекта должны существовать одновременно, иначе был бы невозможен никакой оккультизм. То есть мы живем двойной жизнью.

Возможно, Двуликий Янус и символизировал две сущности человека: трансцендентную и явную, подчеркивая его двойственность. Кант выразил убеждение, что мы, бессознательно для нас самих, духи и находимся в общении с другими духами уже в этой нашей жизни. Для Канта потусторонний мир представлял не что иное, как тот же посюсторонний мир, но восприятия нами которого остаются по ту сторону порога нашего сознания: «Но когда душа разлучится с телом, она не сохранит прежнего, чувственного, своего миросозерцания; она будет созерцать мир не таким, каким он является, а таким, каков он есть. Поэтому разлука души с телом состоит в превращении чувственного созерцания в созерцание духовное, которое и есть другой мир; другой мир не есть другое место, он есть только другое созерцание».

Согласно этому подходу, наше рождение в явном мире не является началом нашей жизни, нашей жизни в явном мире предшествовало трансцендентное индивидуальное существование, которое с рождением нашим в земном мире ослабляется для нашего восприятия из-за активности органов чувств возникшего, для жизни в мире яви, материального тела.

Поскольку трансцендентная сущность, воплощаясь в материальном мире имеет свои цели, то факт нашего земного воплощения есть акт воли нашей трансцендентной сущности, потому Кант и высказывает мысль, что родители – усыновители своих детей. «Не только вообще наше рождение, но и наше рождение в данных индивидуальных условиях нашей жизни представляет добровольный акт нашего существа. Даже если эти условия находятся в полном противоречии с желаниями земного нашего лица, они находятся в полном согласии с трансцендентальными целями нашими, и наша судьба есть продукт нашего собственного индивидуального промысла».

Таким образом, вступление наше в жизнь совершается по воле нашей трансцендентной сущности; внешнее же принуждение – иллюзия.

1.3. Культ посюстороннего мира

«В мире нет ничего, кроме движущейся материи,

и движущаяся материя не может двигаться

иначе как в пространстве и во времени»

В.И. Ленин

Мир безграничен в своих проявлениях: на земле есть люди, не обладающие трансцендентной природой, жизнь которых завершается с физической смертью. Логично, что для них не существуют никаких мистических и оккультных способностей, да и цели могут быть только в этом мире. Мировоззрение таких людей – материализм, цель жизни – материальное благополучие, суть совершенствования – это повышение качества жизни за счет комфорта. Все во имя материального тела, поскольку другого нет.

Материализм – естественное учение для смертных, странно требовать от них мировоззрения, основанного на трансцендентных целях и мистических силах, которыми они не обладают. Вполне понятна их стремление жить во имя материального богатства (а во имя чего еще остается?), стремление использовать науку, спорт, искусство, религию и т. п. во имя самообогащения.

Но еще более странно, когда бессмертные, обладающие трансцендентным существом, становятся материалистами и начинают жить как смертные. Отрицание метафизики, мистики, своей истинной природы неминуемо влечет за собой прилепление к земле.

Материалисты учат, что мы живем только раз, наше существование начинается нашим рождением и заканчивается смертью. Материализм – учение для смертных, мистицизм – для бессмертных. Для материалиста существует только чувственная видимость, только то, что воспринимается телом.

Вкратце материализм можно обозначить следующими положениями: только материя существует или является реальной; только данные в ощущениях сущности и процессы реальны; все строго причинно обусловлено материальными процессами или сущностями; умственные сущности, процессы или события всегда причинно обусловлены материальными сущностями, процессами или событиями и сами по себе не производят какого-либо каузального воздействия, ничего сверхъестественного не существует; все объяснимо в терминах материи, находящейся в движении, или материи и энергии; здоровье, телесное удовлетворение, чувственные удовольствия и т. п. являются единственной или высшей ценностью, к которой может стремиться или которой способен достичь человек.

Каков мир в нашем мозгу, таков он и на самом деле, таким он нам является, таким он и есть. Материалист уподобляется человеку, который, нося синие очки, считает себя вправе заключать о синеве предметов. Для материалиста не существует чего-то в мире, не доступное чувствам: все действительное может быть воспринято чувствами.

Фейербах говорит, что «только чувственный объект, только чувственное воистину и действительно» и что потому «истина, действительность и чувственность одно и то же». Получается, что каждой силе в природе соответствует и воспринимающее ее чувство, что число сил равно числу чувств. «Магнетизм и электричество ускользают от нашего чувственного восприятия, и их нельзя бы было констатировать, если бы они не могли быть превращаемы в эквивалентное количество других сил, говорящих нашим чувствам».

Поскольку жизнь одна и все что в ней есть, воспринимается чувствами, то чувственное пользование земною жизнью материалист возводит на высоту руководящего начала нравственности. Нравственно то, что способствует достижению ценностей материализма.

Однако, как и другим, материалисту приходится сталкиваться в жизни с явлениями и силами неподдающимися чувственному восприятию. Эта проблема материалистом решается просто – отрицанием. Мистика, оккультизм, Душа, Дух, ясновидение, телепатия, разум и т. п. – все отрицается. «Материалисты представляют нечто вроде общества воздержания от мышления».

А потом создаются «секретные» лаборатории, в которых стремятся поставить мистические способности тех, кто ими обладает, на службу материализму, то есть направить Духовные и Душевные силы на удовлетворение потребностей тела.

Современное образование основано на материалистическом мировоззрении и направлено на формирование ума и тела, формирования образа гражданина. Образование не дает человеку знания его подлинной, трансцендентной, истинной сущности, оно опасно для рационального общества. Образование и материальное знание не приносят целостности и счастья человеку, не способствуют нравственному совершенствованию. Образование формирует материалистов. «Шопенгауэр предсказывал, что материализм в теории должен привести нас к бестиализму в практической жизни; это предсказание блистательно оправдалось».

Современная наука изучает законы материального мира. Вплоть до XX века ученые и философы и Востока и Запада никогда не обращались к практике. Аристотель утверждал, что у женщин зубов меньше, чем у мужчин, и хотя был дважды женат, ему не пришла в голову мысль проверить это утверждение.

Буддисты не занимались изучением природы, полагая, что она неустойчива, непостоянна и, по существу, иллюзорна. Ислам добился больших успехов в алгебре, геометрии, оптике и философии, но ученые-мусульмане не касались физики движения, причинно-следственных связей и так далее. С самого возникновения конфуцианство было противником развития естественнонаучных и прикладных знаний. Сюнь-цзы, представлявший «критическое» течение внутри конфуцианства, отказывался размышлять о природе и объявлял напрасной тратой времени наблюдение над движением тела в пространстве, заявляя, что «ремесленник и без знаний мастерство знает». Сократ считал натурфилософию делом ненужным и безбожным. «О законах природы никогда не говорилось столько, сколько в нынешнее время, и никогда люди не чувствовали себя рабами этих законов так, как в нынешнее время. Никогда прежде не проповедовалось почитание законов природы столь широко, как в нынешнее время. Но почему никто не берется проповедовать любовь к законам природы? Потому, что все люди тогда бы чувствовали отвращение к такой природе. А духовные люди знают, что законы природы – лишь слуги вечной любви и что человек выше законов природы».

Если объектом научного познания являются миражи, то и все научные знания – призрачны. То, что научные законы описывают реальность, – это иллюзия. Тогда в чем же задача иллюзорной науки?

«Юнг сообщает о таком красочном диалоге: "Я хорошо помню, как Фрейд сказал мне: "Мой дорогой Юнг, обещайте мне никогда не отказываться от сексуальной теории. Это самое важное. Поймите, из этого нужно сделать догму, несокрушимое заграждение". У него было лицо папаши, который берет с сына обещание по воскресеньям посещать церковь. С некоторым изумлением я спросил его: "Заграждение – а против чего?". На что он ответил: "Против черного потока грязи", – здесь он на минуту заколебался, а затем продолжил: "Против оккультизма"».

Итак, цель образования – подготовить духовно оскопленного гражданина, сформировав его личность, лишенную всяких мистических и оккультных сведений. Другое дело – просвещение.

Просвещение – это познание своей трансцендентной, истинной сущности, своего Духа. Это называется Духовным совершенствованием, успеха в котором можно достичь тогда, когда удается развить интуитивное видение метафизических принципов.

Духовные упражнения делают человека хозяином самого себя, ставят его под внутреннее управление, поскольку фактически представляют собой способы укоренения и распространения трансцендентной, внутренней сущности человека в его земной явной природе.

Подводя вывод, можно сказать, что рождение человека в этом мире – это воплощение его трансцендентальной сущности. Следовательно, Путь земной нашей жизни ведет нас к истинной, реальной сущности, то есть миссия земного существования человека – стать инструментом трансцендентальной сущности, через восстановление внутренней целостности.

Кроме того, у трансцендентальной сущности так же есть трансцендентальная цель в земной жизни – формирование нашей трансцендентальной индивидуальности, наследованием от своей земной проекции приобретенные ею на земле знания, способности и наклонности, то что остается у человека после смерти. Здесь можно провести аналогию с рождением человека на земле: пока он находится в утробе матери, у него формируется тело, руки и ноги, которые совершенно бесполезны в той среде, где они формируются, то есть в утробе. Но они очень нужны после его рождения. Метафизические занятия формируют метафизическое тело и метафизические конечности, которые необходимы человеку после завершения земного Пути. Другими словами, явный мир служит школой для реальной сущности человека.

Кроме того, плоды нашей земной жизни имеют двоякого рода наследование: наследование их трансцендентальной нашей сущностью и земными нашими потомками.

Однако нельзя воспринимать нашу земную жизнь лишь как инструмент истинной сущности: мир целостен. То, что получает наше истинная сущность от земной, совершенствует её и, в свою очередь, приводит к возникновению новых трансцендентных форм, которые воплощаются в земных формах, то есть «происходит непрерывное расширение чувственного мира на счет мира трансцендентального».

Глава 2. Основы духовного совершенствования

«Человек более потенциально высокая форма,

чем та, которую мы называем бог»

Древние

Совершенствование человека – это неотъемлемое, атрибутивное его качество, как течение воды или горение огня. Плодоношение фруктового дерева, цветение цветка является проявлением в жизни растения трансцендентной воли, это воля бесконечности, которую можно лицезреть в конечном, проявлением действий неявных трансцендентных законов в явной форме.

Просветление, как результат совершенствования, есть цветение человеческой души; оно так же естественно, просто и неизбежно, как и цветение сирени. Чтобы быть собой, человеку не нужно прилагать усилий. Потому подлинные упражнения эффективны и в то же время не требуют приложения принуждающих усилий, основаны на ненасильственных усилиях.

Существование человека в действительности представляет собой структуру, которая движется в пространстве и времени наличествующей реальности в направлении к мудрости и истине. Метафизика дарует человеку свободу, безопасность и мудрость лишь тогда, когда он возвысит свой разум до постижения трансцендентного замысла. Несовершенства низшего естества препятствуют перетеканию энергии от духовной трансцендентной природы. Цель духовной практики в упорядочивании и восстановлении изначальной целостности низшего естества человека, чтобы оно стало транслятором Духовных эманаций, а не препятствием на пути к духовным свершениям.

То, как нас выстроили и сформировали, не дает нам стать самими собою и в итоге человек сам себе преграждает путь к своей трансцендентной сущности, то есть к истинному и реальному себе.

Конечная цель метафизического просвещения представляет собой совершенствование через дисциплину тех способностей человеческого земного существа (его ума, чувств и тела), которые не препятствуют явному проявлению в нем силы трансцендентной сущности. «Все великие системы метафизической философии включают в себя упражнения, которые призваны освобождать и совершенствовать духовное дарование человека».

Конечная цель духовного совершенствования состоит в том, чтобы достичь единения со своей истинной сущностью, восстановление изначальной целостности, раскрытие потенциала своей истинной природы в её земной, явной проекции, которая не более чем тень реальности.

В естественных условиях жизни человека этот процесс происходит сам собой, естественно и незаметно и не требует внимания и специальных упражнений, однако об этих естественных условиях в наше время приходится только мечтать. Человек живет в противоестественных, искусственно созданных условиях, которые целенаправленно препятствуют восстановлению целостности человека, раскрытия им своего истинного потенциала. Эти условия вынуждают Духовного искателя обращаться к метафизическим занятиям, которые направлены не столько на воссоединение со своей истинной сущностью, сколько на компенсацию внешнего воздействия, препятствующего этому естественному процессу.

2.1. Трансцендентное существо

«Трансцендентальное сознание есть безличностная спонтанность»

Ж.-П. Сартр

Эта истинная сущность называется в различных Духовных системах по-разному – трансцендентным существом, высшим «Я», внутренней сущностью, Духом, естественной природой и т. п.

Трансцендентное существо является частью Духовного мира, так же как тело человека является частью материального мира. Поскольку материальный мир – проекция мира Духовного, то познание своей истинной сущности, ведет как к познанию Духовного мира, так и материального.

Подобно тому, как мать носит в себе дитё, так же и человек носит в своем сердце трансцендентное существо. Оно должно вырасти в результате земной жизни внутри человека и, в конце концов, проявиться в явном мире. Личность человека не может пережить рождение трансцендентного существа. Когда истинное, естественное возрождается, то искусственное умирает.

Трансцендентное существо есть пребывающее присутствие, которое слабо ощущается вначале жизни и в молодом возрасте, но с возрастом человека его истинная сущность растет и крепнет (независимо от его действий), усиливая свое влияние на явную жизнь человека. «Трансцендентное существо никогда не задает вопросов, ничего не говорит и не требует», но с возрастом его присутствие все ощутимее. Избавиться от влияния истинной природы невозможно, ослабляют же ее влияние через невежество, развитие личности, продажу Души, потерю чести, то есть жизненной энергии и т. п. Соответственно, для усиления влияния истинной сущности Духовные искатели, постигают сущность явлений, не разбрасываются жизненной энергией, аккумулируя её, ставят личность под внутреннее управление, совершенствуют свою Душу.

«В Китае Майтрею изображают в виде тучного, веселого человека, чье тело постоянно сотрясается от смеха». Это дух счастья, пребывающий в истинной природе человека. В этом человеке нет никаких следов пессимизма, индульгирования и саморефлексии. Он олицетворяет радость постижения, доброжелательное и благотворное присутствие, а также спокойствие, даруемое постижением сути.

Искатель, который, осознал в себе трансцендентное существо, начинает его растить с помощью метафизических занятий. Это второе рождение человека, рождение в Духовной реальности, он становится дваждырожденным. Рост трансцендентного существа ведет к уменьшению личности человека. В конце концов, не остается ничего, кроме трансцендентного существа, и человек становится активным, осознанным проводником Божественной воли, оказываясь под внутренним управлением, добровольно служа пожеланиям своей истинной природы. Трансцендентное существо становится властелином жизни своей земной сущности, тогда как искусственная личность – его добровольным покорным слугой.

Трансцендентное существо ждет наступления дня освобождения, оно никуда не спешит, потому что в его мире времени нет. «Вневременное ожидание – это тайна, которая открывается пред безднами человеческого сознания в постижении».

Мудрость, целостность, покой и другие жизнеутверждающие и созидательные качества, проявляющиеся в человеке благодаря его метафизическим занятиям, являются качества его трансцендентной личности, проникающие в человека одновременно с её усилением.

Вот как описывает проявление трансцендентной сущности в явном мире М. Холл: «Трансцендентная личность рождается в ауре сердца. Здесь она восседает и созерцает Закон. По мере углубления постижения, трансцендентная личность восходит вверх к мозгу по блуждающему нерву. Здесь она усаживается на тысячелепестковый лотос – ауру шишковидной чакры. По мере продолжения занятий личностное сознание ученика сливает с сознанием трансцендентной личности, в результате чего центр восприятия также поднимается в мозг и, сливаясь с трансцендентной личностью, образует трансцендентное существо. Когда же центр сознания перемещается в трансцендентную личность, он перестает заполнять собой чувственное восприятие, а лишь носится над органами чувств, питаясь и обогащаясь их свидетельствами».

В этом тайна второго рождения, тайна дваждырожденного. Трансцендентная сущность рождается внутри сознания искусственной личности, а затем разрастается в ее уме и теле. Достигнув зрелости, трансцендентная сущность получает возможность вести самостоятельное существование в физическом теле.

2.2. Мотивация духовного развития

«В страданиях разум обнаруживает свою слабость»

Жорж Батай

Что может мотивировать человека на духовное совершенствование, что мотивирует его тратить силы и время на постоянные занятия в течение длительного времени, если это не имеет никакого прямого практического эффекта и не приносит денег? Что заставляет его противостоять тем силам, которые препятствуют его Духовному совершенствованию? И главное, какой мотив обеспечивает успех на выбранном Пути?

Первое, нужно осознать, что это именно мотив, а не стимул, то есть именно внутренний источник, не внешний. Если человек начинает заниматься под влиянием внешнего стимула, он обречен на неудачу, поскольку цель любого внешнего стимула по своей сути не имеет ничего общего с внутренними целями человека, а во-вторых, стимул всегда временный.

Например, если человека достали житейские проблемы, он устал от них или не знает, как их решить, то с целью самосохранения он ищет различные способы ухода от них: одни из них социально одобряемые (футбольный болельщик, читатель и т. п.), некоторые социально-нейтральны (геймер, рыбак и т. п.), другие же социально-осуждаемы (наркомания, алкоголизм). Это временное бегство, которое позволяет ему немного восстановиться. Одной из форм бегства является и «духовное развитие», которое имеет отношение больше к социальным моментам, чем к духовным.

В 1980-е годы Джон Уэлвуд, новатор в изучении взаимосвязи между западной психотерапией и буддийской практикой, психолог, психотерапевт, редактор «Журнала трансперсональной психологии», ввел понятие «Духовное бегство» («spiritual bypassing») «Духовное бегство – это использование Духовных идеи и практик для того, чтобы уйти от психологических травм, нерешённых эмоциональных проблем, и не встречаться лицом к лицу с работой над промежуточными стадиями развития. Когда мы при помощи Духовности избегаем чего-либо, мы часто используем цель – пробуждение или освобождение – для того, чтобы обосновать то, что я называю преждевременным трансцендированием: стремление подняться над хаотичной стороной нашей человеческой сущности преждевременно, без непосредственного знакомства с ней».

«В настоящее время, зачастую Духовность является бегством от реальности. Люди выбирают Духовность, чтобы у них появилась возможность отложить или избежать исполнение своей дхармы. Это чрезвычайно не Духовно и в этом нет ни капли освобождения».

Другими словами, Духовное совершенствование превращается в форму отдыха «эго»-личности, после которого, набравшись энергии, человек опять направляет силы на социальную карьеру и успех, то есть именно на то, что пытается похоронить его трансцендентную сущность, то есть его самого.

Если человек занялся духовным совершенствованием с целью убежать от проблем, он убежит и от своей духовности, его духовные искания обречены. «Райские цветы Сади не для того, кто отчаялся, утратил веру в свои силы или устал находиться в четырех стенах своей комнатки. Цветочный сад для того, кто любит цветы. Видение сада – это свершение, а не побег».

Трансцендентная сфера не для того, кто стремится уйти из жизни, а для того, кто желает жить более изобильно; трансцендентная сущность не для тех, кто лишился надежды и упал духом, а для того, кто стремится к более полной и насыщенной жизни.

Неприятные, тягостные, мучительные ощущения, при которых возникает физический или душевный дискомфорт, вынуждают человека идти по Пути самосовершенствования, который, преображая человека, преображает и обогащает его реальность. Бегство от реальности замещается погружением в эту самую реальность, что вместо усиления страданий, приносит освобождение от них. М. Экхарт полагал что «страдание – быстрейшее животное, которое довезет вас до совершенства». Важно подчеркнуть, что не бегство от реальности, а погружение в неё – это Путь самосовершенствования, уводящий от страданий, по аналогии со страхом: когда бежишь от него, страх усиливается, когда поворачиваешься к нему – он исчезает.

Эти же идеи развивал Ф. Ницше, который считал, что в каждом человеке живут тварь и творец, в каждом есть глина, грязь, бессмыслица, хаос, человек страдает по необходимости и должен страдать, чтобы из твари стать творцом, закалить, сформовать и «обжечь» себя, добиться твердости молота.

Л. Шестов комментируя убеждения С. Кьеркегора, писал: «Начало же философии есть не удивление, как полагали древние, а отчаяние. В отчаянии, в ужасах человеческая мысль перерождается и обретает новые силы, подводящие ее к несуществующим для других людей источникам истины. Боль, страдание – есть начало пробуждения». Во всех своих произведениях он на тысячи ладов повторяет: задача философии в том, чтоб вырваться из власти разумного мышления и найти в себе смелость искать истину в том, что все привыкли считать парадоксом и абсурдом.

Отчаяние, в отличие от страдания, не может быть началом философии или Духовного совершенствования, поскольку отчаяние – это смерть Духа, тогда о Духовном совершенствовании нечего и говорить.

Похожую концепцию разрабатывал А. Мацейна: «Удивление и сомнение отнюдь не исчерпывают всей широты происхождения философии. Наряду с этими двумя источниками есть и третий. Он так же силен, чтобы потрясти бытие человека, разбудить вопрошание и так начать философию. Этот третий источник есть страдание. Все-таки страдание, хотя оно может потрясти мыслителя глубже, чем удивление или сомнение, реже узнается и труднее признается как начало философствования». В буддизме А. Мацейна видит самую яркую форму философии, возникшей из страдания и развившейся в систему. В страдании видел чувственный источник философии Л. Фейербах.

Как думал В.С. Соловьев, «смерть Сократа, когда ее переболел Платон, породила новый взгляд на мир – платонический идеализм». Развивая эту мысль, Л. Шестов писал: «Весь гений свой Платон направил к тому, чтобы заворожить эту страшную, не прекращавшуюся и невыносимую боль, которую он испытывал при воспоминании о позорной смерти "лучшего из людей". Его философия и поэзия его философии были борьбой и преодолением этой боли».

2.3. Самообучение

«Я седею, учась без устали»

Соломон

Каждая школа Духовной практики направлена на освобождение трансцендентного человека от прессинга личности, выход из мира иллюзий и миражей. Каждая школа имеет набор форм, в которых запечатлено качество сознания их основоположника. Учение в школе означает, по сути, усвоение этих форм с целью наследования этому качеству и его возобновления в потоке жизни.

Основные Духовные практики, наиболее распространённые в мире в настоящее время: молитва; медитация; пение мантр; призывы; розарии; веления; йога; пранаяма; чтение священных текстов; Духовные песнопения; визуализации. Эти Духовные практики выполняются в рамках определенных систем взглядов.

В каждой религии есть в той или иной форме и виде практически все виды указанных выше Духовных практик. Однако современные религии давно стали часть государственного аппарата, реализуя государственные задачи, потому люди, достигшие святости (то есть раскрытия трансцендентной сущности, то есть те, кто увидел замысел Божий о себе, и воплотили этот замысел в собственной жизни) остались в прошлом, уступив место новым святым, которых чтут за благочестие, праведность, стойкое исповедание веры. «Новые святые прославлялись уже не за способность к чудотворным деяниям и их нетленности, а за заслуги перед церковью». В наше время государство решает, кто свят: «Святые – эти светильники веры, которые своими подвигами осуществили христианские идеалы, Евангельские заветы; это – соль земли, на которой стоит мир». Итак, современные светильники веры светят государству, являются солью земли, которая составляет фундамент государства, то есть религия превратилась в систему, культивирующую рационального «Эго»-человека, а не Духовного. Это отразилось не только на Духовном оскудении клириков, но и на качестве и понимании сущности Духовных практик в конфессиях. Это можно отнести практически ко всем религиям, которые признаны государством.

Трансцендентное существо человека, лишившись возможности проявления с помощью официально разрешенной религии, ищет другие пути самореализации и воплощения в Явном мире. Социум стремится утилизировать это стремление, создавая новые религии (например, New Age), поощряя различные психокульты в виде тренингов и т. п. Вне социального регулирования также проявляются различные традиции, декларирующие Духовное развитие человека. Отметим две из них, в названии которых зафиксированы атрибутивные свойства трансцендентного человека: созерцание (дзен) и целостность (йога).

Дзен (санскр., дхьяна – «созерцание») – это школа мистического созерцания или учение о просветлении, появившееся на основе буддийского мистицизма. Центральной сутью учения является постижение сатори: «Сатори – Душа дзен и без него ничего не существует». Для нее свойственны следующие черты: нерациональность, необъяснимость; интуитивное ощущение природы вокруг; чувство восторга, эйфории как следствие реализации чего-то неуловимого; краткость и внезапность.

Каждая школа предлагает свой путь к сатори. Например, Школа Сото-сю в качестве такого пути предлагает дза-дзен – сидячая медитация, которая может привести к состоянию «отсутствия ума», пробуждению и реализации природы будды практикующего. Школа Риндзаи держится практики иррациональных загадок или притч-вопросов, смысл которых непостижим с помощью логики, нацелен на «интеллектуальное потрясение» и направлен на пробуждение интуиции, что способно помочь достижению сатори. Поскольку в дзен нет искусственного идеала человека, как в социуме, нет и типичного учителя дзен, нет и стандартных методов, поскольку мастер дзен стремится выявить то, что дано ученику самой природой. Дзен не допускает никаких лжи, миражей и иллюзий. Кто поступает согласно дзен, поступает естественно, без внутренних противоречий, что возможно только если действовать из своей трансцендентной сущности.

Слово «йога» произошло от санскритского корня йодж или йудж, имеющего много смысловых значений: «целостность», «соединение», «единение», «связь», «гармония», «союз», «упряжка», «упражнение», «обуздание» и т. п. Основным текстом школы йоги являются «Йога-сутры» Патанджали, который считается основателем философии йоги. Йога Патанджали известна как раджа-йога, или йога управления умом. Патанджали даёт определение слова «йога» во второй сутре, которая является ключевой сутрой всего текста: «Йога – обуздание волнений, присущих уму». И. К. Таимни даёт следующий перевод: «Йога – это обуздание изменчивости ума». Вивекананда переводит сутру как «Йога заключается в недозволении уму принимать различные формы». Итак, цель йоги – восстановление целостности человека путем остановки ума, возрождение его истинной природы.

Каждый вид йоги предлагает свои методы достижения целостности: психофизическая гармония, достигаемая с помощью физических средств воздействия на организм (диета, дыхание, асаны и т. п.), и психических средств (медитация и концентрация внимания во время выполнения асан, пранаямы) (Хатха-йога); контроль ума посредством медитации-дхьяны (раджа-йога); культивация любви к Богу посредством бхакти – служения Богу с любовью и преданностью (бхакти-йога) и т. д.

Различные формы йоги, дыхательные упражнения и поднятие кундалини относятся к очень опасным восточным учениям. Многие из них настолько «искаженны», что в итоге стали направлены против декларируемой цели, то есть против истинной природы человека. Например, поднятие кундалини вверх направлено против естественного направления движения духовной энергии – сверху вниз.

Кроме того, занятия любыми духовными практиками предполагает некоторую целостность человека, то есть хоть небольшую степень присутствия истинной, трансцендентной сущности, также как для занятия физическими упражнениями необходимо физическое тело. В наше время степень рационализации человека настолько высока, что при выполнении традиционных практик он легко перехватывает управление процессом, превращая духовную практику в интеллектуальные упражнения.

Кроме того, все йогические, тантрические и буддистские упражнения имеют ограниченную сферу применения. «Нельзя указать ни одной йогической практики, которая подошла бы для пяти человек в одной группе. Для четырех из пяти она окажется вредной, если не фатальной».

В заключении хотелось бы указать несколько особенностей, свойственных пути Духовного развития нашего времени:

Поскольку современная цивилизация рациональная, то и наиболее востребованы практики работы с разумом, поскольку именно он является основным препятствием для Духовного ренессанса большинства людей. «"Религия человека – это его разум. Час размышления стоит больше, чем шестьдесят лет поклонения богу!" – это сказал не кто-то из великих безбожников, а основатель ислама Магомет».

Традиционно ученик нуждается в учителе, который поможет в шествии по Пути самосовершенствования. Но в наше время вероятность найти учителя стремится к нулю, да ученик и не способен его выбрать, поэтому «искатель должен сам наставлять себя». Если человек наберется мужества идти Путем духовного совершенствования, то должен знать, что на этом Пути его учитель – Жизнь, то есть учителем может быть и мастер дзен, и супруга, и дождь, и ребенок, и коллега, и какое-либо событие, и символ и т. п. Нельзя быть привязанным к учителю, поскольку любая привязка опасна, кроме того, достижения учителя для вас бесполезны. Ваш учитель внутри вас. Китайский учитель дзен монах И-сюнь так выразил эту мысль: «Убивайте всех, кто встанет на вашем Пути. Если встретите Будду – убейте Будду. Если встретите патриархов – убейте патриархов. Если на вашем Пути встанут архаты – убейте их тоже!».

Проблема опоры на совhсть и интуицию в жизни связана с тем, что, будучи методами трансцендентного человека, они выдают «рекомендации», касающиеся жизни целостного человека, а не выбора пути развития карьеры его рациональной социальной личности. То есть, живя на основе совести и интуиции, человек оказывается вне современного социума, а иногда вынужден идти против него, то есть действовать непонятно для своего работодателя, своих коллег, своих родственников, приобретая репутацию «человека не от сего мира».

Трансцендентные способности человека намного значительнее его рациональных способностей. «Обращенное в себя “я” открывает такие потрясающие возможности и способности, такое всемогущество, что человеку несведущему трудно даже вообразить. Тот, кто достиг этой стадии развития, по словам Вивекананды, “может сдвинуть солнце и звезды с их мест, управлять всем во Вселенной, от атомов до огромных солнц. Все силы природы будут повиноваться ему, как рабы”». Такой гражданин не востребован социумом, нужен тот, кто способен выполнять рутинные функции в рамках конкретной профессии.

Основой современного общества является ложное «Эго», рациональная личность человека. Как только человек отождествляет себя со своим «Эго», он отступает от своей трансцендентной сущности, и как следствие рождается страх, поскольку он оказывается обособленным, одиноким и беззащитным в этом страшном мире. Избавление от страха возможно только путем возврата к своей естественной сущности, трансцендентной природе, но социум, стремясь к самосохранению, препятствует этому.

Следовательно, попытка человека встать на путь Духовного развития, ставит его против общества, на стороне которого еще и страх «эго»-личности. В итоге часто стремление к совершенствованию превращается в «бегство от Духовности».

Осознавшие ценность жизни идут дорогой Духовного поиска, однако наше «Я» панически боится пробудиться и увидеть мир таким, какой он есть на самом деле. Поиск себя может превратиться в «бесконечную погоню за тающим в ночи призраком, в работу по пробуждению внутреннего "Я"», которая сопровождается страхом личности перед возможным успехом.

6. На Пути совершенствования любая вещь, предмет, действие могут играть роль и цели и средства. Практикование Пути не требует создания искусственных условий в виде тренажерного зала или специального кабинета, роль фитнесс-клуба выполняет сама жизнь. Виды практик также привязаны к жизни, а поскольку у каждого свой жизненный Путь, то и практики индивидуальны. Суть всех практик одна – восстановление естественной иерархии управления, подчинение себя своей трансцендентной природе, однако техник и способов реализации – множество.

Итак, поскольку Духовное развитие, актуализация трансцендентного человека по своей сути процесс асоциальный, гибельный для социума, основанного на Homo sapiens, то с целью самосохранения в процессе своего становления и развития, потенциальные опасности социумом уничтожались. Одна за другой канули в Лету все древние школы таинств (например, Пифагорейская школа в Кротоне), уничтожены Александрийская, Милетская библиотеки и т. п., Александр Македонский сжег шестнадцать возов с ведами. Не обошли стороной и Мастеров древних таинств, настоящих учителей мудрости, уничтожение инквизицией ведьм (ведающих матерей) в средние века. Здесь уместно вспомнить и об Указах об уничтожении 300-летних старцев на Руси, которые издавали Алексей Михайлович Романов и Петр I.

«Аполлоний Тианский, который жил через многие века после Пифагора, следовал всем пифагорейским заповедям и даже давал обет молчания в течение пяти лет. Он пошел на все эти самоограничения добровольно, ведь он знал, что это необходимо ему для духовного развития… Ныне каждый человек сам себе высший жрец и наставник в метафизической жизни. Если вы поняли это, ваша собственная целостность должна вдохновить вас стать на стезю ученичества».

Глава 3. Препятствия духовного развития

«Препятствие – это то, во что упирается

взгляд человека, когда он отрывает

этот взгляд от своей цели»

Том Краузе

Процесс воссоединение со своей истинной сущностью естественный, то есть имеет внутренний источник силы. Для его приостановки (остановить полностью его невозможно, можно лишь притормозить) необходимы внешние силы, которые нужно постоянно подпитывать. Назначение этих внешних сил – противостоять внутренним, естественным.

Что это за внешние силы? Часто при описании препятствий на пути духовного развития указывают внутренние препятствия – страх, ясность, сила, старость; кризис веры, лень и т. п. Поскольку процесс воссоединения естественный, то внутренние препятствия не могут быть инициированы внутренними, то есть естественными источниками. Их источник вовне, потому рекомендации лже-духовных «наставников» искать причину этих препятствий в себе, а не во внешнем окружении – это провокация, уводящая от истины. Повторюсь, поскольку процесс Духовного совершенствования по своей сути внутренний, то и препятствия обнаруживаются внутри человека, однако источник этих препятствий лежит вне человека, он искусственный. Активизация этого внешнего источника началась в эпоху Возрождения. Эпоха Возрождения ознаменовала завершение эпохи волевого, целостного, естественного, уникального, гармоничного, прекрасного человека, на смену которому пришла рациональная, фрагментарная, эксцентричная, искусственная, стандартизированная, социальная личность. На смену Homo holistic пришел Homo sapiens.

3.1. Завершение эпохи гармоничного человека

«Ищу человека!»

Диоген Синопский

Рациональный человек – это человек, управляемый разумом. «Ум – это общество внутри нас». Следовательно, разумный человек – человек, управляемый обществом через мирские блага, то есть, то, что манит разум: почет, признание, популярность, деньги, власть. «По мере того как аскеза начала преобразовывать мир, оказывая на него все большее воздействие, внешние мирские блага все сильнее подчиняли себе людей и завоевали наконец такую власть, которой не знала вся предшествующая история человечества».

Разум – основа «Эго» человека (почва для социальной личности внутри человека). Отождествив себя с рациональным «Эго», то есть, подменив свою естественную природу искусственно созданной, «своими руками человек сотворил себе бога. Кажется, будто человек действует в соответствии со своими интересами; на самом же деле его целостная личность, со всеми ее возможностями, превратилась в орудие, служащее целям машины, которую он построил собственными руками. Человек тешится иллюзией, будто он является центром мира, но при этом он проникнут… гнетущим чувством ничтожности и бессилия».

Человек под внешним управлением превращается в зомби, выполняющем чужую волю. Он вынужден жить в чуждой для себя среде, подавлять свои естественные ценности, что неизбежно отражается на его психосоматике. Рассмотрим основные характеристики этой среды, и как они влияют на психологическое состояние и поведение человека.

Миражи. Поскольку личность человека иллюзорна, то человек воспринимая мир через личность, видит одни иллюзии, поскольку вынужден носить разноцветные очки, в силу утраты естественного зрения, а цвет стекол очков зависит от целей социума.

Стало быть, воспринимая мир через «Эго», человек находится в тумане иллюзий, блуждает в потемках, пытаясь ухватить призрак или гоняется за миражами. Раб иллюзий неизбежно становится и рабом внешних обстоятельств.

Эта же иллюзорность обрекает личность на лживость – сознательное стремление создать у других неправильное впечатление о фактах и событиях с целью извлечения выгод для личности. Однако, со временем сознательность уходит и это поведение становится автоматическим: человек лжет даже тогда, когда нет смысла лгать и когда его ложь очевидна. Если его поймать на лжи, то вначале автоматически он отказывается от своих слов, потом идет рационализация, то есть попытка найти объяснение своей лжи, если же глупость и бессмысленность лжи очевидна, то он признается, что не знает, почему солгал, то есть лгал не он, а его личность.

Поскольку все развивается, то со временем это приводит к конфабуляции. Конфабуляция – «расстройство памяти при ясном сознании, характеризующееся воспоминаниями вымышленных прошлых событий или ощущений. Такие воспоминания вымышленных событий обычно характеризуются богатым воображением и должны быть спровоцированы; реже они спонтанны и устойчивы, а иногда обнаруживают тенденцию к грандиозности. Конфабуляции обычно наблюдаются на органической почве при амнестическом синдроме (например, при корсаковском синдроме). Их не следует путать с галлюцинациями, касающимися памяти и появляющимися при шизофрении или псевдологических фантазиях (синдром Дельбрюкка)».

Значимость иллюзий в современном обществе проявляется в значимости и социальной ценности всего, что создает иллюзии: реклама, public relation, пропаганда и т. п. Особая ценность – Голливудская фабрика грез, а наиболее почитаемая профессия – актера, который способен правильно передавать чужую сущность, что возможно при полном отсутствии своей, которая будет мешать. Человек-личность – это винтик общественного механизма и отсутствие его настоящей сути, естественной природы – это критерий социального успеха, а профессии, где особенно важно это качество (самоубийство) воспеваются социумом: от проституции, до политики.

Чем сильнее личность, тем сильнее иллюзии, а, следовательно, и лживость. Это привело к появлению науки – имиджелогия, призванной техническими средствами создать социально привлекательный образ личности.

Чем сильнее личность, тем выше её социальный статус. И если все вышесказанное не является продуктом личности, то личности, стоящие во главе мирской власти обречены на иллюзорную жизнь и полное непонимание жизни обычных граждан и уж тем более естественных людей. А поскольку иллюзорная жизнь требует больших ресурсов для своего поддержания, то они, будучи самыми обеспеченными, остаются самыми нуждающимися, то есть самыми бедными.

Если это верно, если мирские правители имеют это искусственное мировоззрение, возможно, иллюзорный мир, который их окружает это и есть их настоящая природа, а естественность – враг?

Собственность. Отождествив себя с личностью, человек потерял внутреннюю опору, и вынужден искать новую опору для себя, то есть для своей личности. Поскольку личность – продукт социальный, то и опору человек-личность ищет в социуме. Наряду со статусом, признанием, популярностью, одной из опор становится собственность. Чем сильнее личность, тем в большей опоре она нуждается, потому что естественный человек сильнее подавлен. Приобретение собственности психологически основано на потребности в опоре (защите, целостности, поддержке).

Поскольку личность иллюзорна, то и все её производные – плоды иллюзий, не имеющие отношение к реальности. Приобретая собственность, человек не получает ощущение ожидаемой защищенности и поддержки. Но вместо того, чтобы искать другой вариант действий, его личность решает, что проблема только в том, что собственности мало и он начинает приобретать вместо одной квартиры – три, вместо одного дворца – пять и т. п. И этот процесс зациклен.

Собственность – это идея, а не факт. «Друзья, сегодня вы здесь, а завтра вас здесь не будет. Вам нелегко разобраться сейчас в вашем имущественном положении, да и в самих себе (Как советует Пифийская надпись). И вот я как законодатель устанавливаю: вы не принадлежите самим себе, и это имущество не принадлежит вам. Оно – собственность всего вашего рода, как его предшественников, так и последующих поколений». «Собственность – это кража» П.-Ж. Прудон. «Богу принадлежит имущество; человек бывает только срочным распорядителем имущества».

Те, кто потерял свой природный характер, рождается для социума и его ценностей. «Те, кто теряет себя в вещах, утрачивают в пошлом природный характер».

Утративший свою естественную природу становится бедным, потому бедняки стремятся всем владеть, не владея собой и своей жизнью. Богатство – внутренняя категория, а не внешняя, корень слова – «Бог», и означает целостное состояние естественного человека. Это внутреннее богатство лишает человека мотива владения чем-либо вовне, потому, богатые люди всем управляют, но ничем не владеют.

Верно и обратное, чем у человека больше собственность, тем он сильнее привязывается к своей личности, то есть тем слабее его внутренняя суть. Человек настолько богат божественным золотом, насколько отрицает себя-личность; человек настолько богат золотом человеческим насколько, себя-личность утверждает. Потому любая собственность – это кража жизни у самого себя.

«Когда в поднебесной есть Дао-путь,

Кони спокойно унавоживают землю.

Когда в поднебесной нет Дао-пути,

Боевые кони родятся в поместьях.

Нет большей вины, чем страстям поддаться,

Нет большей беды, чем меры не знать.

Нет больше преступления, чем желание обладать».

Важно понимать, то количество собственности само по себе не является признаком смерти природного человека, важно лишь его отношение к этой собственности. Если он управляет им без чувства собственности – это действие природного человека.

В обществе, устроенном по естественным законам, обладающий внутренним богатством человек в итоге приобретает и человеческое богатство, поскольку именно он, своей непривязанностью к нему и независимостью от него, способен обеспечит его эффективное использование для поддержания естественной жизни. Существует предание, что Соломону предложили выбрать – богатство или мудрость: он выбрал мудрость, а в придачу получил богатство.

Если же человек обладает большими деньгами, то его личность торжествует, но его естественная природа, постоянно чувствует дискомфорт, рождает внутренний конфликт. Возникает проблемная ситуация: для снятия дискомфорта можно отпустить лишние деньги, тогда успокоится естественная сущность, но взбунтуется личность и наоборот. Один из выходов – меценатство, благотворительность – обмен денег на социальное уважение: деньги ушли – естественная природа успокаивается, приобрел социальный почет и признание – личность довольна.

Эгоизм. Личность основана на «Эго», следовательно, усиление личности возможно лишь через культивирование «Эго», то есть изолированности себя от мира. Эгоизм – основа современной цивилизации.

Культивирование «Эго» привело к появлению концепции Self-made. Self-made люди – это запрос современного общества, наиболее покупаемый имидж. Self-made – это люди, добившиеся успеха, богатства и славы своими собственными силами. Другими словами, это люди, которые рождены не Богом, а которые сами себя родили, потому обречены сами себя всю жизнь вести. А поскольку у них изначально нет ни веры, ни уверенности в своих силах, они вынуждены культивировать «веру в самого себя», потому родился миф об их уверенности. И если успех природного человека – самосовершенствование, полное раскрытие и реализация своих естественных врожденных качеств, то успех Self-made man – это максимальное использование своих врожденных качеств для социального успеха, что равнозначно материальному благосостоянию, то есть паразитирование на своей естественной природе, ради целей социума. «Провиденциальное истолкование стремления к наживе служит идеализации делового человека… Полное этическое одобрение встречает трезвый буржуа—selfmademan».

Итак, культивирование «Эго» означает просто ведение войны против самого себя. «Эгоизм коренится в недостаточности уважения к себе и любви к своему истинному «я», то есть к конкретному человеческому существу в целом, со всеми его возможностями. «Личность», в интересах которой действует современный человек, – это социальное «я»; эта «личность» в основном состоит из роли, взятой на себя индивидом, и в действительности является лишь субъективной маскировкой его объективной социальной функции». Фрейд увидел враждебность человека, направленную на себя самого и содержащуюся в том, что он назвал «СуперЭго». «Усиление индивидуализации означает и усиление изоляции, неуверенности; а, следовательно, становится все более сомнительным место человека в мире и смысл его жизни. Вместе с этим растет и чувство бессилия и ничтожности отдельного человека».

Это является атмосферой современного общества, мотором его развития. Вот как пишет об этом немецкий социолог, философ, социальный психолог Э. Фромм: «До сих пор мы утверждали, что капиталистический способ производства превратил человека в инструмент для достижения надличностных экономических целей и усилил тот дух аскетизма, индивидуальной ничтожности, который был подготовлен Реформацией. Этот тезис, однако, противоречит тому факту, что современный человек, очевидно, побуждается к деятельности отнюдь не аскетизмом и не жертвенностью, а, напротив, крайним эгоизмом и своекорыстием. Как же совместить тот объективный факт, что он превратился в слугу чуждых ему целей, с его субъективной уверенностью, будто им движет собственный интерес? Как примирить дух протестантства, внушаемое им подчеркнутое самоотречение, с современной доктриной эгоизма, которая провозглашает, говоря словами Макиавелли, что эгоизм является мощнейшей движущей силой человеческого поведения, что стремление к личной выгоде сильнее любых моральных соображений, что человек, скорее готов потерять родного отца, чем наследство?».

Для природного человека – безусловной ценностью является отец, для личности – наследство. В наследстве нет ничего плохого, впрочем, как и в личности. Дело в том, что человек – это в том числе и социальное существо, а личность – это способ взаимодействия человека с социумом. Проблема возникает тогда, когда личность начинает управлять естественным человеком, то есть когда часть управляет целым. Это все равно, что большой палец левой ноги управляет всем телом. В естественных, нормальных условиях это невозможно. Но если предположить, что палец болит, тогда несложно представить, что все тело двигается так, чтобы восстановить его здоровье, можно сказать, что тело управляется больным пальцем.

По аналогии можно предположить, что больная Душа – psyche правит целостным человеком, так же как человек управляется своим больным органом. По мере взросления Души, бразды правления естественно переходят целостному человеку, то есть личность оказывается под внутренним управлением, то есть её поведение в обществе определяется внутренними ценностями, а не социальными. Следовательно, для современного «Эго»-социума необходимо притормозить взросление Души. Таким образом, инфантильность – одна из ключевых характеристик «Эго»-цивилизации.

Поскольку эгоисту свойственна тяга к счастью, любви и другим естественным качествам природного человека, это стремление социуму необходимо «упаковать», то есть направить энергию естественной потребности к социальным целям, что делается путем подмены понятий, то есть эти состояния рассматриваются через стекла «Эго»-очков. Например, эгоизм – это любовь к себе, счастье – это комфорт, наибольшее внутреннее удовлетворенность условиями бытия своей личности и т. п. Этими вопросами занимается «Эго»-наука психология, обещающая Душевное благополучие, после уничтожения Души или намекающая на возможность достижения качеств естественного человека (счастья, любви) после максимального развития «Эго», то есть после уничтожения своей природы. А поскольку уничтожение естественной природы невозможно, то психология постоянно развивается, предлагая человеку все новый арсенал для уничтожения себя.

Враждебность. Естественно, что эта постоянная война рождает враждебность к самому себе, и как следствие, к окружающим, и, одновременно, страх себя уничтожить. На таком психологическом фоне странно говорить о дружбе, взаимопомощи, открытости и любви, однако игнорировать это нельзя, а то человек найдет сам правильную дорогу к своей природе, социум обязан его направить. Атмосфера постоянной грызни и страха вырабатывает в этих людях тупую жестокость, злобу, лживость и подлость.

Страх – ключевое и системообразующее чувство, рождающееся при формировании «Эго», поскольку, утверждая «Эго», – человек убивает свою естественную природы, что и лежит в основе страха: страх убить самого себя, убивая себя.

Поскольку обществом востребуется только «Эго»-человека, человек старается подавить страх, но, как и при всяком подавлении, спрятать – не значит уничтожить. «Страх смерти живет в нас, живет вопреки попыткам отрицать его, но подавление приводит к его стерилизации. Этот страх является одной из причин бедности наших переживаний, нашей безостановочной погони за жизнью и объясняет – беру на себя смелость это утверждать – невероятные суммы, которые платят наши люди за свои похороны». «Отличительной чертой развитого индустриального общества является успешное удушение тех потребностей, которые требуют освобождения».

Отсутствие естественной природы или её неполное присутствие создают в человеке пустоту, которую он заполнял тем, что видит вокруг себя. Если в начале жизни человека окружала нормальная, добрая и душевная обстановка, то вся душевная пустота заполнялась душевной добротой, и человек вырастал нормальным, а если человека окружала негативная обстановка, то вся душевная пустота заполнялась болью и злом, и на земле становилось ещё на одного маньяка-мучителя больше. Бездушный или малодушный человек с душевными пустотами, наполненными негативом, ощущал постоянный внутренний дискомфорт, обвиняя всех, кто его окружает, в непонимании и в различных бедах. Лишь причинение боли кому-либо даёт таким людям временное успокоение: боль другого временно глушит свою. Но с каждым разом успокоения было всё меньше и меньше, происходила тахифилаксия. Чтобы возвращать себе состояние временного успокоения, такой человек находил для себя один выход, в необходимости совершать всё больше и больше зла и мучений окружающим.

Наибольшее удовлетворение ему приносит убийство других, ибо в момент смерти Душа умирающего ещё продолжает сопротивляться своему мучителю и её излучение временно заполняет душевную пустоту мучителя. Через некоторое время Душа умершего уходит по своему Пути, а у маньяка-мучителя вновь появляется потребность в убийствах.

Любовь. Любовь – это качество естественного человека, и если человек целостный, то он просто находится в этом состоянии. Если же он управляется личностью, то возможны три трактовки любви: любовь – расчет (рациональная), любовь-чувство (эмоциональная) и любовь-влечение (плотская). Истинная любовь охватывает все эти виды любви, но не сводится к ним. Нарушение естественных законов ослабляет естественную любовь, подменяя её «Эго»-суррогатом.

Христос сказал: «и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь». Хочу полюбить, но уже не могу: источник любви – природный человек – слаб. Остается только телесное влечение.

«Мышление Лютера и Кальвина – как и мышление Канта и Фрейда – основано на предположении, что эгоизм и любовь к себе – это понятия идентичные. Любить другого – добродетель, любить себя – грех; и вообще любовь к другим и любовь к себе друг друга исключают». Это логичное утверждение для идеологов «Эго»-цивилизации, основанной на противопоставлении себя и мира.

С точки зрения «Эго»-подхода, состояния, испытываемые человеком, имеют внешний источник, то есть любовь инициируется каким-то человеком, а счастье человека – это задача общества. То есть фактически если в традиционном обществе, источник счастья человека в нем самом, заложен в его природе и нужно только не убивать её, то в современном обществе источник счастья – в самом обществе и зависит от человека ровно на столько, сколько он сможет отдать сил на это самое общество.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.