Алексей Воскресенский
Пирамидки

ПИРАМИДКИ

Эту субботу в школе объявили рабочим днем – проводи-лась олимпиада по экологии, и на ней были задействованы все учителя. Алексея как учителя физической культуры назначи-ли дежурить на первый этаж, так как именно здесь участво-вали в олимпиаде дети младших классов с ограниченными возможностями организма (ОВЗ), и иногда требовалась фи-зическая помощь взрослого.

В назначенный час коридор заполнился детьми с родите-лями. Началась олимпиада. В каждый кабинет приглашал-ся участник. Ему давалось двадцать минут на защиту темы своего экологического проекта. Все остальные ждали своей очереди. Алексей ходил вдоль кабинетов по коридору и сле-дил за порядком. При обходе он увидел в самом углу коридора мальчика в инвалидной коляске. Рядом сидели две женщи-ны, видимо, его мама и бабушка. Привлекло внимание то, что мальчик был одет в свитер, а на шее повязан шарф. Была се-редина мая. На улице +25⁰. В школе даже двери и окна откры-ли для проветривания, а мальчик одет по-зимнему. Алексей подошёл ближе и присмотрелся к мальчику. Худенький, сла-бенький, лицо бледное, шея лебединая, пальцы тонкие, кожа прозрачная. Женщины выполняли каждое его желание. «Э, брат, да у тебя мышечная атрофия. Мёрзнешь ты, потому что не двигаешься. А не двигаешься ты, потому что за тебя всё де-лают другие. Даже коляска у тебя электрическая и двигает-ся сама», – подумал Алексей. Он подошёл к ним и, обращаясь к женщинам, сказал:

– Можно я при вас в течение десяти минут проведу с маль-чиком занятие по лечебной физической культуре (ЛФК). Я работал с такими детьми и знаю специальный комплекс не-сложных, но полезных упражнений.

– Пожалуйста, нам ещё ждать своей очереди полчаса, толь-ко у вас ничего не получится. Виктор не любит делать никаких упражнений. А его любимое занятие – собирать ЛЕГО, – от-ветила мама мальчика.

– Это как раз то, что нужно. Подождите немного, я принесу ему своё лечебное ЛЕГО, – сказал Алексей и пошёл в спортзал за инвентарём. Через минуту он вернулся. В его ру-ках были две сборно-разборные гантели. Он подвинул стоя-щую в коридоре парту к коляске мальчика. Она оказалась как раз по размеру. Колени мальчика спокойно заехали под парту, а руки он положил на стол. На одной гантели было шесть дис-ков – блинчиков по 250 граммов каждый, и на другой столько же. Алексей развинтил гантели, и двенадцать дисков оказа-лись разбросанными на столе.

– Ну, Виктор, комплекс называется «Пирамидки», так как все фигурки будем складывать в пирамидки. Только соби-рать будешь поочерёдно левой и правой рукой, чтобы нагрузка на мышцы была одинаковой. Сначала я собираю – тебе пока-зываю, потом ты за мной повторяешь. Начнём, – сказал Алек-сей и начал строить.

– Первая фигура—колонна. Все блинчики ставишь одну на другую, то левой, то правой рукой. Собрал, теперь опять раз-бираешь в линию. Блинчики обхватываешь не одним-двумя, а всеми пальцами. Держишь крепко, не роняешь. Кладёшь ак-куратно, не бросаешь. Вторая фигура—две сторожевые башни, в каждой по шесть блинов. Собрал—разобрал. Третья фигура— четыре сторожевые башни, по четыре блина в каждой. Четвёртая фигура—строим квадрат. Пятая фигура—делаем круг. Шестая фигура—выстраиваем лестницу. Седьмая фигура—стена. Вось-мая фигура—крест. Девятая фигура—пьедестал почёта. Десятая фигура—цветок. Всё. Закончили. Ты молодец, настоящий стро-итель, —проговорил Алексей и стал собирать гантели.

– И вы думаете, Ваш, так называемый комплекс «Пира-мидки», что – то даёт? – скептически произнесла бабушка. – Ерунда, какие – то металлические шашки, и никакого влияния на состояние Виктора они не произвели. И вдруг все услышали слова мальчика:

– Мама, бабушка, снимите с меня, пожалуйста, этот шарф и свитер. Мне стало тепло и уютно.

Женщины послушно выполнили просьбу Вити. Когда сня-ли свитер, бабушка испуганно проговорила:

– А что это за пятна появились на щеках у Витеньки?

– Это называется румянец, – сказал Алексей и пошёл от-носить гантели. Когда он вернулся, мальчика с бабушкой уже не было. Витю и одного сопровождающего пригласили в ка-бинет на защиту проекта. Мама мальчика подошла к Алексею и сказала:

– Спасибо Вам, комплекс подействовал на мальчика с по-ложительной динамикой, только почему она, эта динамика, проявилась, – я не поняла.

– Проявилась она, – начал объяснять Алексей, – потому что мальчик получил нагрузку. Это Вам она не заметна. Да-вайте посчитаем. На столе лежит двенадцать металлических блинчиков весом по двести 250 граммов каждый. Виктор каж-дый блинчик в каждом упражнении поднимает дважды. Когда собирает фигуру и когда разбирает её, то есть двадцать четыре раза за одно упражнение, а это шесть килограммов. Умножь-те это на количество упражнений. Ваш ребёнок поднял шесть-десят килограммов за десять минут. Дал нагрузку мышцам кистей, рук, спины, шеи. И всё это в щадящем режиме и в игро-вой форме. У него появился румянец, и ему стало тепло и уют-но. И если Вы продолжите выполнять этот комплекс дважды в день, то положительная динамика у него будет постоянной.

– Можно я запишу все Ваши пирамидки? – попросил мама мальчика.

– Можно, только каждый месяц Вы должны увеличивать вес блинчиков на пятьдесят граммов.

Покупаете в спортивном магазине две гантели с нужным вам весом, разбираете их, и продолжаете занятия, – заметил Алексей.

Олимпиада закончилась, и все разошлись.

Через год, в такой же майский день, только он был пасмур-ный, ветреный и прохладный, Алексей встретил того маль-чика с мамой на школьном дворе. Мальчишка лихо рассекал на своей самоходной электрической коляске по асфальтным дорожкам. Его было не узнать. Прямая спина. Крепкая шея. На руках и плечах очертание мышц. Туловище поворачивает-ся влево и вправо. Мама рассказала, что все указания Алексея она выполняет, и сейчас они делают упражнения уже с ве-сом блинчика 750 граммов. Дополнительно им делают мас-саж, а летом они поедут на операцию. Появилась надежда, что Виктор сможет ходить. Алексей от души порадовался за них. Распрощался и пошёл на выход со двора. Неожиданно он ус-лышал голос мальчика, обращённого к нему. Тот не знал, как его зовут, и поэтому кричал ему в след: «Пирамидки, пирамид-ки, пирамидки!». На душе у Алексея стало тепло и уютно.

Июль 2021 г.

КАЗАНСКАЯ

Весной 2000-го года Алексей наконец-то приобрёл до-мик в деревне. Долго всей семьёй мечтали они об этом. Хоть гнилушка, хоть сарайчик, зато свой и с землёй. На зарплату учителя на хоромы не накопишь, поэтому дом был с разва-лившимся фундаментом, со сломанной печкой, вместо тру-бы на крыше было ведро. От городской квартиры они ехали до него три часа, 168 км. Далеко, зато дёшево. Работы было невпроворот, и целыми днями Алексей вкалывал на участке. Соседи радовались, что дом купили спокойные, работящие и непьющие москвичи. Помогали, кто, чем мог. Юрка-тракто-рист сетку дал старую для калитки. Дядя Женя-печник печку перебрал и фундамент подправил. Миша-охотник жерди со-сновые для забора принёс. Все радовались за работящих го-родских соседей.

В каждой деревне существуют какие-либо традиции. С од-ной такой Алексей столкнулся. Соседка баба Клава, увидев Алексея через забор, сказала: «Завтра не работай. Нельзя.

«Казанская» В церковь иди. Потом собери родню, друзей. На-крой праздничный стол. Сам сходи в гости. Просто отдохни. Только не работай». Алексей знал, что по великим праздникам работать не рекомендуется. Таких великих праздников в ка-лендаре Православной церкви всего двенадцать. Но у жителей каждой деревни есть свои особо чтимые праздники. В данной деревне набожный деревенский народ очень почитал Божью Матерь иконы «Казанская». На следующий день Алексей ра-ботать не стал и с удивлением смотрел, как в деревне отмеча-ли праздник: весело, с песнями и застольями. В разных домах играли гармони и баяны. Он обратил внимание на группу ста-рушек, которые ходили по деревне туда-сюда по несколько раз. Оказалось, это группа контроля: смотрели с дороги по дворам и отмечали, кто работал, а кто отдыхал.

На этот раз работала на своем участке семья приезжих, Лопухины из другой деревни. Развернулись они широко. Завели корову, овец, коз. Используя каждый погожий де-нёк, заготавливали сено на зиму и сегодня складывали его в огромный сарай. Сена было много. Оно было пушистое и сухое. Лопухины радовались. Им тоже сказали, что рабо-тать нельзя, но они ответили: «Мы из другой деревни, и ваши традиции к нам не относятся». «Ну-ну, – заметили мест-ные, – как хотите».

В конце августа над деревней прогремела последняя лет-няя гроза. Яркая молния ударила в сарай с сеном Лопухи-ных. Сарай и сено сгорели. Пожарные приехали к пепелищу. Местные восприняли это как должное. Лопухины из деревни уехали. На второй год нарушителем оказался местный егерь. Выпил за столом и спьяна решил пойти в лес, наколоть себе дров в баню. Из леса его увезли на скорой – рубанул топором себе по пальцу. А на третий год нарушителем стал сам Алек-сей. Сидел он за праздничным столом, и вдруг стучится к нему

в дом Геннадий из другой деревни. Геннадий – фермер, дер-жит двенадцать коров. Молоко всем продаёт, Алексею тоже. Привёз Геннадий навозу 2 тонны. Только никто у него не бе-рёт в праздник. Вот и сказал Геннадий Алексею:

– Бери, ты же не местный. Я тебе этот навоз в два раза де-шевле отдам. Не везти же мне его обратно. Навоз на поле – ве-ликое дело.

Жена Алексея тогда предостерегала мужа:

– Не бери ты этот навоз. Обойдемся.

– Ты что, – отвечал Алексей, – навоз, да ещё за полцены. Рассыплю по участку, знаешь, как урожай попрёт, только меш-ки подставляй.

Вывалил Геннадий навоз на поле, взял деньги и уехал, а Алексей решил немного его раскидать вилами по полю, что-бы он кучей не лежал. Замахнулся Алексей вилами да со всего замаха и всадил себе вилы в ногу. Как это получилось, до сих пор не понял. Вытащил вилы из ноги. Доскакал на одной ноге до медпункта, благо медпункт через дом находился. Оказали ему там помощь. Рану промыли, обработали, забинтовали. До сентября ходил в медпункт на костылях на перевязку. А меш-ки для урожая тоже не понадобились. С этим навозом к Алек-сею на участок завезли медведку – злейшего вредителя. Даже летать умеет. Ест всё, что растёт и попадается ей на пути, под землей и на земле. Перезимовала она в навозе и расплодилась по всему участку. И забыл Алексей про большие урожаи.

Больше он никогда не работает в этот день. А сегодня при-ехал Алексей из Храма со службы. Перекусил за праздничным столом и сел под ягодный куст собирать ведро смородины близкому и дорогому человеку, который будет радоваться смо-родине в этот праздничный день. Ведь сегодня «Казанская».

Июль 2021г

ЗАЩИТА

Клавдия и Александр были сиротами-одногодками из разных семей и воспитывались в одном детском доме. Дру-жили между собой с младших классов. У них было много общего. Оба молчаливые. Никогда не ругались, не дрались. Учились хорошо. Сидели всё время за одной партой и от-личались примерным поведением, что было редкостью для воспитанников детских домов. В школе, в старших классах, получили профессии: Саша – водителя, а Клавдия – швеи.

После окончания школы, когда им исполнилось по восем-надцать лет, государство выделило для них, как детдомовцам, однокомнатные квартиры в старых хрущёвских пятиэтажках. Ребята не стали жить порознь и вскоре поженились, не осо-бо распространяясь об этом. Свои однокомнатные они обме-няли на двухкомнатную квартиру в хорошем доме и стали, как в сказке, жить-поживать да добра наживать. Саша зарабатывал хорошо, работая на автокомбинате, а Клавдия устроилась на ткацкую фабрику. В 1980 году родился первый ребёнок. Ещё в школе они договорились, что когда поженятся, то сколько детей будет, столько и будет. Через два года ещё один родился, потом ещё один, потом ещё и ещё. И все мальчики. В 1988 году, когда у них было четверо детей, им дали как многодетным 4-х комнатную квартиру. Это был последний подарок от СССР в виде бесплатного жилья.

Грянули 90-е годы. Развал Союза. Предприятия закрыва-лись. Людей сотнями выкидывали на улицу. Закрылись ткац-кая фабрика и автокомбинат. Молодым супругам помогла по старой памяти знакомая работница социального отдела. Рядом восстанавливали монастырь, и её сын работал там бригадиром подрядной организации. Она рассказала ему о положении, в котором оказались Саша и Клава, и тот помог. Саша устро-ился работать водителем в подрядной организации, возить стройматериалы, а Клавдия – швеей в мастерскую монастыря, шить облачения, скатерти, платки. Зарплаты обещали неболь-шие, зато без задержек.

В монастыре сотрудницы мастерской в первый день отве-ли Клаву к старцу Илии на беседу. Так было здесь положено. Только после беседы с ним и с его неофициального согласия человека брали на работу в монастырь. Старец сразу сказал, что они с Сашей некрещёные и невенчанные, и дети их некре-щёные. Клавдия оторопела. Она это тщательно скрывала ото всех. Думала, что из-за этого их на работу в монастырь не возь-мут. Кто там, в детском доме, их крестил бы. А про венчание они только в монастыре и узнали. Старец ласково посмотрел на нее и произнес: «В ближайшие дни надо покреститься всем, а затем вам двоим повенчаться. После этого придёте ко мне, я вам подарочек вручу».

Их окрестили через два дня, а в ближайшее воскресе-ние они с Сашей обвенчались. В следующее воскресенье по-сле венчания крестили детей. Старец был на крещении детей с подарком. Подарок старца был со смыслом: десять малень-ких деревянных крестиков. Четыре крестика он надел на де-тей, а шесть остальных протянул Клаве и сказал:

– Это твоим будущим деткам с моим благословением.

– А почему так много? – воскликнула Клавдия.

– А чтобы не сомневалась, рожать тебе или не рожать. Первая заповедь в Библии, данная людям Богом, это «Плоди-тесь и размножайтесь». Даже не думай, чем детей кормить бу-дешь, во что обувать и одевать. Господь всё устроит. Молиться за вас буду всё время.

Из монастырской жизни молодые супруги знали, что мо-литва старца дорогого стоит. Не каждому такое даётся. Да

и монахини сказали: «Ваша жизнь под защитой. Если старец Илия молится, значит, всё будет хорошо». Спокойно стало на душе у Клавдии и Александра, и дальше зажили они также молчаливо, без ропота, небогато, но радостно. Дети рождались друг за другом через год, одни мальчики.

Грузовик, на котором работал Александр, фирма отдала ему в виде зарплаты за всё лето. Он был старый, но вполне надёжный. Теперь Александр стал частником. Сам себе хозя-ин. Набирал заказы, а потом развозил грузы, кто что заказал: кому – доски, кому – песок, гравий и другие стройматериалы. Не забывал он и про монастырь. Если что нужно подвезти, ни-когда не откажет. Клавдия, помимо забот по дому и воспита-нию детей, брала заказы по шитью на дом. Были монастырские заказы, были и частные, более дорогие.

Когда она сшила красивое платье богатой клиентке, то та подарила ей электрическую швейную импортную машин-ку, выполняющую двенадцать программ, не новую, но в хо-рошем состоянии. Работать стало быстрее и легче. Родители старались, чтобы дети были сыты и одеты. Бывало, конечно, что в семье кончались деньги, но тут неожиданно приходила помощь: продукты и одежда от монастыря или какого-нибудь благотворительного фонда.

А однажды Клава сшила форму выпускнику кадетской школы. Так она познакомилась с директором этой школы. Он был очень удивлён тому, какая многодетная у них семья. Особенно его поразило то, что в ней были одни мальчишки. Директор не остался равнодушен к будущей судьбе детей. Следующий учебный год дети школьного возраста большой семьи начали в кадетской школе, причём с пятидневным про-живанием в интернате. Там даже рядом был свой храм. На выходные радостные дети приезжали домой. Директор ино-гда звонил и сообщал об успехах детей: какие они хорошие, воспитанные, послушные, учатся только на «хорошо» и «от-лично». Саша и Клава понимали, что всё это происходит бла-годаря молитвам старца и по их безропотному послушанию на многодетность. Никогда они не пытались внушить детям, кто кем должен стать, но одно родительское указание они просили всех выполнять обязательно: носить нательные дере-вянные крестики до конца жизни, нигде не снимая, в память о старце Илии.

Последний, десятый, ребёнок родился у Клавдии в сорок лет. Она надела на него последний, десятый, крестик стар-ца Илии и знала, что больше детей у них с Сашей не будет.

А потом все дети стали по одному, с разницей в два года, раз-летаться из родного гнезда. Учёба в кадетской школе настраи-вала на выбор сугубо мужской профессии. Так и получилось. Первый сынок окончил танковое училище, второй – училище ВДВ, третий – военно-морское, четвёртый стал прокурором, пятый окончил юридический и стал следователем, шестой – командиром взвода ОМОНа, седьмой – военным лётчиком, восьмой – ракетчиком, девятый окончил институт МЧС, а де-сятый – поступил учиться на адвоката. Саша смеялся: «Мать, мы защищены с тобой со всех сторон».

Когда родителям исполнилось по шестьдесят лет, послед-ний сыночек уже вылетел из гнезда, уехав учиться. Все дети работали в разных городах, служили в разных частях и под-разделениях. Настало время позаботиться и о себе. Всю жизнь Саша и Клава мечтали о доме в деревне. Никогда они там не жили, но так хотели. Ещё в детдоме, сидя вместе за партой в выпускном классе, они рисовали свой собственный дом на листе бумаги, добавляя к деревенскому пейзажу что-то своё. Клавдия всегда рисовала курочек и тюльпаны. Она с детства любила яйца всмятку, а тюльпаны были её любимыми цвета-ми, но она запрещала Саше дарить их ей на день рождения, считая это напрасной тратой денег. Саша же рисовал озерцо с карпами.

Они разменяли 4-х комнатную квартиру на две двухком-натные. Продали одну квартиру и купили себе в двадцати километрах от города дом в деревне с маленьким прудиком и курятником. Луковицы тюльпанов Александр посадил лич-но. Затем он съездил в рыбхоз, купил карпов и запустил их в собственный пруд. За курами на рынок поехали вместе. Ку-пили шесть разных куриц и корм для них. Клавдия хотела, чтобы яйца были белыми и коричневыми. Вместе с Сашей она позвонила детям и поделилась новостями. Ребята одобрили приобретение и обещали, как будет возможность, навещать родителей, а те дали обещание приготовить на обед жарено-го карпа с большой яичницей. Правда, когда это будет, никто сказать не мог.

Супруги стали обживать новый дом. Всё нравилось в де-ревне, только было непонятно – почему у всех такие высокие заборы, железные, наглухо закрытые ворота и калитки с на-ружными звонками. У них самих забор был из металличе-ской сетки, чтобы куры не убежали, а калитка закрывалась на крючок. Ворота подпирались столбиком и соединялись жер-дью, чтобы не открывались от ветра. Только на третий день новосёлы познакомились с соседями. Пожилая семейная пара встала напротив калитки и с интересом рассматривала че-рез сетку новых соседей, сажавших тюльпаны. Саша и Клава спросили, что их интересует. Узнав, что это их соседи, радост-но пригласили их:

– Заходите, не заперто.

– Плохо, что не заперто, – прозвучало в ответ.

И потом уже, в разговоре за чашкой чая, они узнали, что в деревне воруют. Рядом есть ещё одна деревня, в ней оста-лись одни бездельники да пьяницы. Именно оттуда совер-шаются набеги. Зимой из домов дачников, уехавших в город, выносят всё, даже холодильники, не говоря уже про телевизо-ры, приёмники, микроволновки. Даже посуду металлическую забирают. Поэтому осенью дачники нанимают грузовые газели и увозят отсюда всё ценное. В домах, где нет металлических дверей и высоких заборов, двери оставляют закрытыми сна-ружи на лёгонькие замочки, чтобы их не раскурочили. А ещё и бутылочку водочки на столе поставят для примирения. В по-лицию обращаться было бесполезно, потому что ворованное тут же продают. При обыске, кроме пьяных довольных лиц, ничего не находят. А летом тоже по ночам обворовывают. Зна-ют, что летом дом полон разных ценных вещей. Каждый день кто-нибудь из этой пьяной деревни проходит по нашей дороге и смотрит, у кого что украсть.

– Наверное, и вас уже сфотографировали. Поэтому и за-боры у многих высокие и засовы крепкие, а коли не так, то жди гостей.

Соседи ушли. После недолгого молчания Саша сказал:

– Ничего менять не буду. Не верю я, чтобы люди до та-кого скотского состояния опустились – в открытую воровать и жить этим. Я таких людей и не видел.

– А где ты собирался их увидеть в своей жизни, – прого-ворила Клавдия, – в детском доме, монастыре, городе, благо-творительных организациях или кадетской школе? С кем мы ещё по жизни общались?

– Всё равно сплошной забор ставить не буду, и калитка будет на крючке. Посмотрим, – твёрдо ответил Александр.

Прошла неделя, другая, никто никого не трогал, не обворо-вывал. Раз в неделю, в субботу, хозяева уезжали в город. Ста-вили воду и корм курам на два дня. Прикрывали курятник на щеколду. Ворота подпирали столбиком, калитку закрывали на крючок и уезжали. Сначала шли в Храм на вечернюю службу. Потом ехали проверить квартиру и полить комнатные цветы. Ночевали там. Утром – в Храм на воскресную литургию, при-чащались и сразу после службы, не заезжая в городскую квар-тиру, ехали в деревню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.