Ашот Генрикович Татевосян
Северные этюды
Северные этюды. Особенности архитектуры Арктики: история, традиции, перспективы
Монография

* * *

© Татевосян А. Г., 2023

© ФГАОУ ВО «Мурманский арктический университет», 2023

© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2023

Рецензия
на монографию профессора Мурманского арктического университета А. Г. Татевосяна
«Северные этюды. Особенности архитектуры Арктики: история, традиции, перспективы»

Монография представляет собой результаты практической деятельности автора в области архитектуры, реставрации и строительства. Информация, представленная в главах, обладает высокой теоретической и практической значимостью и позволяет обобщить опыт развития арктической архитектуры и пополнить представления о современных тенденциях в этой области.

Монография состоит из пяти глав. В первой главе рассмотрена история архитектуры Арктики в контексте современных гуманистических представлений о комфортном городском пространстве. Вторая глава посвящена истории культуры народов Заполярья, автор особое внимание уделяет развитию и специфике декоративно-прикладного искусства, истории костюма, описанию традиционных жилищ. В третьей главе представлены проекты отечественных архитекторов, обобщен опыт работы в суровых условиях. Данная глава обладает особой теоретической значимостью благодаря представленному разбору малоизвестных проектов. В четвертой главе речь идет о настоящем и будущем арктической архитектуры – передовых технологиях, современных конструкциях, визуальных трендах. Современные технологии подробно описаны в пятой главе. Благодаря впечатляющему количеству примеров из истории архитектуры, анализу современных технологий, и широкому кругу рассматриваемых вопросов, монография репрезентирует архитектурный облик и креативный потенциал региона.

Монография в целом соответствует требованиям к структуре и оформлению научно-исследовательских работ и представляет собой разработку актуальных проблем современной архитектуры Арктики в общекультурном контексте. С учетом актуальности и научной новизны исследования монография рекомендуется к публикации.

Доктор культурологии, доцент, заведующая кафедрой искусств и дизайна Мурманского арктического университета

Терещенко Е. Ю.

Рецензия
на монографию А. Г. Татевосяна
«Северные этюды. Особенности архитектуры Арктики: история, традиции, перспективы»

Монография представляет собой разработку актуальных проблем архитектуры Арктики и благоустройства заполярных городов. В сборнике проанализированы проекты отечественных и зарубежных специалистов в области архитектуры, направленные на создание комфортной среды и сохранение культурных и экологических ресурсов арктического региона. Широкий охват тем – от истории до современности, позволяет обобщить опыт развития арктической архитектуры.

В пяти главах монографии рассмотрена история архитектуры Заполярья, отечественные проекты, оказавшие влияние на ее развитие, современное состояние профессиональной области, актуальные тенденции и новейшие технологические достижения. Обширный профессиональный опыт автора позволяет ему выявлять яркие тенденции и наиболее перспективные направления развития арктической архитектуры. Особое внимание автор уделяет истории культуры коренных народов севера, особенностям традиционного декоративно-прикладного искусства и быта. По мнению автора, одна из перспективных особенностей современной арктической архитектуры – обращенность к традиционному наследию и использование этнокультурных элементов в сочетании со современными технологиями и бережным отношением к экологии.

Монография соответствует требованиям актуальности, научной новизны, использование представленных методов исследования является основанным. Структура и оформление монографии в целом соответствуют требованиям, предъявляемым к научно-исследовательским работам.

Монография будет интересна для специалистов в области архитектуры, строительства, креативных индустрий, музейного дела, ученых, аспирантов и рекомендуется к публикации.

Доктор искусствоведения, профессор Санкт-Петербургского горного университета

Коляда Е. М.

Введение

Настоящий сборник познавательных и образовательных статей представляет собой результат исследовательской и искусствоведческой деятельности профессора кафедры искусств и дизайна Мурманского арктического университета Татевосяна Ашота Генриковича по основной теме: «Особенности архитектуры Арктики в срезе исторических, культурных, геополитических и экологических условий развития региона». Одна из самых загадочных и сложных в плане междисциплинарных исследований территорий планеты, Арктика (от греч. ἄρκτος – «медведица», ἀρκτικός – «находящийся под созвездием Большой Медведицы», «северный») в русской традиции также называется Заполярьем или Севером. Термин Заполярье был особенно популярен в середине XX века и ассоциировался в основном с Кольским полуостровом, тогда как Север обозначал более широкую полосу прилегающих к Северному полярному кругу земель.

Тематика монографии «Северные этюды. Особенности архитектуры Арктики: история, традиции, перспективы» определяется кругом научных интересов преподавателя и отражает основные направления его научной и методической деятельности. Сегодня идея глубокого освоения и всестороннего развития Арктики приобретает качественно иной характер. В центре внимания ставится вопрос обеспечения охраны окружающей среды макрорегиона и экологической безопасности его населения. Зародившаяся в суровых климатических условиях, арктическая архитектура нашла новое место в современном архитектурном дискурсе благодаря возникающим финансовым и геополитическим интересам. В каждой из пяти публикуемых статей: «История архитектуры Арктики», «Традиционная культура народов Заполярья», «Арктические проекты отечественных архитекторов», «Настоящее и будущее арктической архитектуры», «Современные технологии в архитектуре Севера» отражена точка зрения автора, а также ряд принципов региональных особенностей от отечественных и международных коллег – исследователей северных земель.

Материалы сборника будут интересны широкому кругу специалистов и студентам профильных вузов.

Этюд 1
История архитектуры Арктики

Арктика всегда представляла интерес для человечества, начиная с походов новгородских промышленных ватаг, направлявшихся в Поморье, заканчивая научными экспедициями XX века. Сегодня это уникальная территория, где объединяются в единое пространство интеллект и культура арктических народов, а также научные и технические достижения за долгие годы освоения этого северного края. Особенно разнообразна и привлекательна местная архитектура в своей инновационности и неизведанности.

Арктическая архитектура варьируется от величественной, с огромным спектром новых решений и подходов, до «чистой» в своих линиях и стиле. Неизменным остается лишь один фактор – она всегда будет требовать изобретательности. Арктическая архитектура возникает из-за ее ограничений. Немногие места в мире предъявляют такие экстремальные экологические, социально-политические и материальные требования. Изменение климата, уменьшение уровня полярных льдов, открытие Северного пути – все эти факторы стали источником все более интенсивного внимания общественности и государств в сторону Арктики.

На территориях Арктики на протяжении веков существовали поселения в виде погостов и сел. История городского планирования в Арктике насчитывает немногим более ста лет. Города были спланированы и построены по всему региону крупными корпорациями и государствами, и сегодня население Арктики сильно урбанизировано. Некоторые поселения имеют ярко выраженный арктический характер, в то время как другие повторяют южные стили урбанизма. Несмотря на центральное место городов в современной истории развития региона, урбанизм был периферийной перспективой в основной сфере арктических исследований. Не следует упускать из виду также влияние искусственной среды на обширные ландшафты полярных регионов. Проведем небольшой экскурс в историческое развитие архитектуры Арктики.

Начиная с 1960-х годов исследователи Советского Союза изучали инженерные проблемы, психологические и физиологические аспекты северного урбанизма в рамках «исследований аккультурации», которые проблематизировали урбанизацию обществ коренных народов.

Первыми запланированными поселениями в Арктике были ресурсные сообщества и города, построенные для размещения военного персонала, и функционировали они в качестве административных центров. Позднее, в XX веке, планируемые города и новые жилые и другие архитектурные сооружения стали центральными и активными компонентами политики экономического развития и индустриализации северных территорий, а также социальной и культурной модернизации местных сообществ и коренных народов.

Первая фаза арктического городского планирования руководствовалась доминировавшей в то время моделью City Beautiful. Это движение планирования развилось в конце XIX века как эстетический ответ на неконтролируемый рост промышленного мегаполиса и считается первым современным подходом к городскому планированию. Оно было применено к планированию национальных столиц (Вашингтон, округ Колумбия, Канберра и Москва) и новых колониальных городов за пределами Запада. Возникший в результате городской пейзаж бульваров и площадей, был знаком для южан, которые прибыли в регион для внесения своего вклада в модернизацию. Первый современный городской план Арктики датского архитектора Альфреда Равада свидетельствовал о влиянии данного движения и стиля. Равад работал в Чикаго у Дэниела Бернхэма над «Белым городом» в 1893 году на Всемирной Колумбийской выставке. Это было первым истинным выражением «идеалов красоты» города. Нереализованный проект Равада для колониальной столицы Гренландии включал бульвары, парки, дворец и монументальный правительственный район. Город был спроектирован для европейских колонизаторов (датчан и исландцев), подразумевалось, что он привлечет туристов из США. В презентации проекта коренное население было упомянуто вскользь и было сделано несколько проектных уступок особенностям арктического климата и ландшафта. Однако Равад предложил блоки замкнутого контура с защищенными внутренними дворами – модель, которая позже стала выдающимся архитектурным выражением арктичности.

Наиболее драматичным проявлением этого неомонументального способа планирования являются массивные промышленные города в Советском Союзе 1930-1940-х годов. Советское государство осуществляло массовое городское строительство на Севере и Дальнем Востоке в рамках политики индустриализации и урбанизации всей территории страны. Монументальное городское здание на советском Крайнем Севере праздновало победу коммунизма над враждебной арктической природой и привлекало молодых людей, мотивированных «строить коммунизм». Центральное место в этих колониальных городских проектах занимали «островки» урбанизма и современности на враждебной и досовременной территории. Например, ботаники разработали схемы арктической городской растительности, имитирующие парки и зелень южных мегаполисов. Со временем такие спроектированные социальные кластеры стали центральной особенностью арктической архитектуры.

Необходимо отметить, что определенные части региона имеют ярко выраженную урбанистическую историю. Городское строительство в Скандинавской Арктике было результатом колонизации, торговли и стремления к территориальному суверенитету над родными землями коренных народов. Здесь ранние поселения были торговыми и административными пунктами, национальной периферией для государств. Ярким примером являются сообщества шахтеров, которые существовали на севере Швеции на протяжении веков, но в начале ХХ века Финляндия, Швеция и Норвегия построили новые северные ресурсные города.

В послевоенные годы государства инициировали схемы городского развития, в результате которых появились города, основанные на принципах модернизма. Советское Заполярье было безусловно передовым случаем, но также проводило аналогичную политику модернистского планирования и развития Гренландии, Арктической Канады и Северной Норвегии. Городская история Аляски и Северной Канады началась с золотой лихорадки на рубеже ХХ века. На этих территориях, а также в Гренландии Вторая мировая война привела к развитию инфраструктуры и, в свою очередь, к индустриализации и урбанизации коренных народов в последующие десятилетия. Архитектура этого периода соответствовала международным стандартам и радикально отличалась от историзма вышеупомянутого движения City Beautiful. Утопическое социальное видение архитектурного модернизма перекрещивалось с высокими модернистскими представлениями штатов о научно-техническом прогрессе.

Социальная инженерия посредством урбанизации также сыграла определенную роль в ассимиляции коренного населения в западное общество. В Гренландии, например, урбанизация и городское строительство имели жизненно важное значение для программы социального и экономического развития датского правительства. После отмены колониального статуса Гренландии в 1953 году правительство планировало и строило города в соответствии с генеральным планом индустриализации. Политика правительства заключалась в том, чтобы заменить весь существующий жилищный фонд и обеспечить удобства, соответствующие датским архитектурным и градостроительным стандартам, и все это в течение нескольких десятилетий.

Высокое модернистское городское планирование, как показывают советские и гренландские примеры, в значительной степени игнорировало особенности местности и желания региональных сообществ в пользу универсальных «научных» экспертных проектов и строительных решений.

Акцент советских архитекторов на удобстве проживания в северных поселениях был отражен в работах британско-шведского архитектора Ральфа Эрскина. После разработки субарктического прототипа среды обитания в конце 1950-х годов он стал знаменосцем подхода к арктическому городскому дизайну, ориентированному на климат. Его подход стал доминировать в воображении международного архитектурного сообщества. Перекликаясь с модернистскими идиомами, арктический урбанизм Эрскина был, по его собственным словам, результатом «форм, [которые] непосредственно обусловлены климатом и функционированием». Прототип представлял собой длинную климатическую стену, которая защищала нижние жилые районы от преобладающих ветров и снежных заносов. По размерам и объему стена вмещала все коммунальные функции города и основные общественные (внутренние) пространства. Как объяснял Эрскин, «дома и города [должны] раскрываться, как цветы, навстречу солнцу весны и лета, но также, как цветы, поворачиваться спиной к теням и холодным северным ветрам». Эрскин утверждал, что его подход, сконцентрированный на климате, был аутентичен для Арктического региона, и предполагал, что «только с помощью таких методов может возникнуть личная и коренная аляскинская, канадская, скандинавская или северорусская традиция». Архитектор продемонстрировал модернистское стремление к универсальности дизайна, когда перенес свой прототип Arctic Urban (первоначально разработанный для Северной Швеции) в Арктическую Канаду и в конечном счете в Северную Англию. Работы Эрскина изучались, и им подражали по всей Арктике, включая Советский Союз.

Последующие поколения международных арктических архитекторов последовали примеру Эрскина и использовали климат региона в качестве определяющего фактора в архитектуре и городском дизайне, исследуя выразительный потенциал архитектурной Арктики.

Историк архитектуры Родри Виндзор Лискомб утверждает, что проекты Эрскина «мобилизовали утопическую возвышенность в рамках современного движения и безмятежную пространственность, воплощенную в идеологии модернистского дизайна». Эта непрерывная архитектурная традиция, основанная на работах Эрскина, воспроизвела городскую модель с интерьером, который контрастирует с враждебным внешним ландшафтом, тем самым увековечивая оппозицию между городским пространством и арктической территорией.

В 1980-х годах критический регионализм, который пропагандировал традиционные местные выражения как отказ от модернизма, еще больше поддержал претензию на уникальный подход к северной архитектуре. Специалисты по всему Арктическому региону продолжали изобретать и предлагать различные «аутентичные» архитектурные выражения. В Инувике и Икалуите в Канаде можно встретить церкви, напоминающие гигантские иглу, отсылающие к культуре коренных народов; саамский парламент в Карасйоке выполнен в стиле традиционных деревянных жилых построек; исследовательскую станцию в Кууджюарапике, Нунавик, украшают изображения ездовых собак.

Другой подход, применяемый в некоренных контекстах, уходит корнями в модернистские идеи о принципах проектирования, в целом не имеющих ценности для обобщенных климатических зон. Архитекторы исследовали выразительный потенциал «параметрического» дизайна в соответствии с условиями окружающей среды. Так, при проектировании визуально впечатляющего университетского комплекса в Лонгйире архитектурным бюро Jarmund/Vigsnæs («Научный центр Шпицбергена», 2006) предпочтение было отдано геометрии, отражающей ветер, а не архитектурной адаптации к социальному использованию центра города. Проект воспроизводит концептуальную основу, которая настаивает на фундаментальной несовместимости глобальных рамок городского дизайна и арктической среды.

Эксперты и дизайнеры активно участвуют в развитии архитектуры и урбанизма на Севере. Движение «Зимни е города» добилось определенного успеха в развитии Арктики в городском дизайне, в том числе и в городах за пределами региона. Однако, несмотря на сохранение арктичности в архитектурном дискурсе, северный диалект так и не сформировался.

Бельгийская антарктическая станция «Принцесса Елизавета» является одним из самых ярких примеров экстремальной экологической архитектуры. Без выбросов обеспечивается работа фотоэлектрических солнечных панелей и девяти ветряных турбин, вырабатывающих электроэнергию и горячую воду. В панелях накапливается избыточное тепло. Солнечные батареи работают в течение шести месяцев на протяжении полярного дня, а турбины эффективны на протяжении полярной ночи. Станция не имеет отдельной системы отопления, поэтому внешний дизайн девяти слоев стен позволяет обогревать помещение избыточным теплом, а теплоизоляция и правильное остекление позволяют снизить теплопотери практически до нуля. Трехэтажное здание станции компактной аэродинамической формы стоит на сваях, которые уходят на глубину нескольких метров в грунт вечной мерзлоты.

В строительстве и эксплуатации зданий и сооружений в холодном климате при проектировании используются быстровозводимые сборные строительные конструкции. Особое внимание уделяется тепловой защите наружных ограждающих конструкций: герметично изолированные стены, заполнение дверных и оконных проемов изоляцией, тройное остекление в оконных и витражных блоках. Простая геометрия крыш домов предотвращает скопление снега. Чтобы избежать обледенения наружных стен, внешние боковые поверхности фасадов образуют легкие формы и задерживают снег. В районах с самым суровым климатом лоджии и балконы не допускаются. При проектировании в экстремальных климатических условиях максимальное внимание уделяется вопросам адаптации здания к окружающей среде. Инновационные технические разработки в области автономного энергоснабжения могут снизить экономические затраты и повысить коэффициент энергоэффективности и комфорт проживания.

Энергоэффективные решения используются при проектировании практически любого здания. Однако большинство этих конструкций находятся на предпроектной стадии или на начальной стадии проектирования.

Наконец, помимо защиты от неблагоприятной внешней среды, необходимо учитывать фактор физического и психологического комфорта для длительного пребывания человека в зданиях. Важной задачей является компенсация негативного воздействия экстремальной среды. Нерегулярные смены дня, низкий уровень кислорода и общая акклиматизация оказывают неблагоприятное воздействие на организм человека, а длительное воздействие может привести к необратимым изменениям. Архитектура создает удобное, защищенное пространство, в котором негативное воздействие сводится к минимуму. Комфортному психологическому состоянию способствуют открытые пространства для отдыха, где умело используются цветовые и световые акценты, и зимние сады, создающие своего рода территорию релакса.

Низкие температуры и пустынные ландшафты делают арктическую среду одной из самых негостеприимных на планете, в то же время создавая таинственные и захватывающие дух пейзажи, которые становятся еще более привлекательными из-за их удаленности. Отели и ретрит-центры предоставляют посетителям самой северной оконечности планеты доступ к некоторым из самых захватывающих пейзажей, которые они увидят в своей жизни. Архитектура в Арктике может варьироваться от величественной до скромной, но всегда будет требовать особой изобретательности, выходящей за рамки типичных строений.

Отель Arctic TreeHouse в Рованиеми, Финляндия, являющийся архитектурным творением студии Puisto, вдохновлен скандинавской природой и культурой. Небольшие индивидуальные жилые дома покрыты сосновыми шишками и, кажется, вырастают из снега, стоя на черных сваях. Основные конструкции облицованы деревом и тщательно спроектированы таким образом, что выдерживают даже самые суровые зимние месяцы. В обеденных зонах и спальнях установлены окна во всю длину, позволяющие гостям наслаждаться потрясающими видами Арктики во время трапезы или уютно устроившись в постели и создающие контраст между дикой природой и безопасным пространством, похожим на гнездо. Отель в полной мере использует невероятные виды из больших окон в номерах. Чтобы уменьшить воздействие на местную окружающую среду, все конструкции были полностью построены внутри специальных помещений, вплоть до внутренних поверхностей и креплений. Затем они были доставлены на грузовике на стройплощадку и подняты на опорные столбы. Здания были спроектированы так, чтобы выступать из земли, в то время как их интерьеры отделаны экологически чистой древесиной и разделены по функциям, причем каждое служит своей цели. Здесь есть спальные помещения, кухонный домик, дом для вдохновения, дом-студия, баня и, конечно же, сауна, которая расположена на пирсе.

Другим инновационным проектом выступает отель Svart, который все еще находится на теоретической стадии и который планируется построить у подножия норвежской горы Альмлифьеллет. Отель, спроектированный международной архитектурной, ландшафтной и дизайнерской фирмой Snøhetta, получил свое название в честь близлежащего ледника Свартисен. Норвежский отель проектируется как чудо современной устойчивой архитектуры, где были проведены обширные исследования в области энергоэффективного строительства и эксплуатации. Кольцеобразное здание энергетически положительно – это означает, что он будет производить больше энергии, чем потребляет. Отображая движение солнечного луча, конструкция включает солнечные панели, которые обеспечивают оптимальный уровень освещенности в течение всего дня в течение всего года. В проектах отеля утверждается, что его уровень потребления будет на 85 % ниже, чем в современных гостиницах, в то время как солнечные панели будут вырабатывать энергию, что, по мнению архитекторов, является «абсолютной необходимостью в драгоценной арктической среде», – и все это в надежде на то, что негативное воздействие на окружающую среду в горном регионе будет как можно меньше.

Различные проекты разрабатывались по всему региону на протяжении десятилетий, и сегодня Арктика испытывает интенсивное, вновь обретенное, пристальное внимание в области архитектуры и инфраструктуры. Все более уменьшающийся уровень полярных льдов открыл Северный морской путь, и теперь транспортная, нефтяная и газовая отрасли быстро стремятся сделать ставку на будущее региона. Вызванная как экологическими условиями, так и возникающими финансовыми интересами, арктическая архитектура нашла свое место в современном архитектурном дискурсе. В неизведанности, таинственности и инновационности заключается весь спектр новых методологий и стилей в регионе, доселе неведанных в архитектуре.

Этюд 2
Традиционная культура народов Заполярья

Декоративно-прикладное искусство нашло яркое отражение в культурных и бытовых традициях коренных народов Русского Заполярья: чукчей, эскимосов и саамов, проживающих на Кольском полуострове и в Мурманской области. Несомненный интерес вызывают самобытные жилища саамов, включающие типичные формы, такие как тупа, вежа и рубленые дома, а также строения вспомогательного, хозяйственного значения, такие как амбары и кладовые-погреба.

Особого внимания заслуживает декоративно-прикладное искусство саамов, а именно: резьба, вышивка, национальная одежда, украшения из металла и кожи. Искусство резьбы по кости, которое насчитывает уже более 3000 лет, является одной из древнейших техник у северных народов. Первыми сохранившимися памятниками резьбы по кости являются гравированные гребни, ручки ножей и наконечники гарпунов.

Косторезное искусство широко распространено у чукчей и эскимосов, где для создания изделий используется моржовый клык. В традициях этой техники мастера создают скульптурные группы людей и животных, рельефные и гравированные изображения на кости. Особое место занимают символика и мифология, присутствующие в декоративных элементах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.