Игорь Шиповских
Сказка о дочери кузнеца Татьяне, и необыкновенных поворотах судьбы

1

У общепризнанного мастера своего дела кузнеца Сергея-удальца как-то уж совсем незаметно и скоро подросла единственная доченька Татьяна, или как он её называл – Танюшка. Не успел он, как говорится, оглянуться, а она уже и ростом вытянулась и фигурой налилась, вся такая ладная, стройная, статная, а уж какая пригожая получилась и слов трудно подобрать, чтобы сразу описать. Во всей губернии краше её никого нет, да что там губернии, пожалуй, во всём царстве-государстве такой красавицы не найти, чтоб с Татьяной сравниться.

Таких выразительных, очаровательных, карих глаз ни у одной девице на свете не сыщется, лишь у неё. А уж как гармонично сложены остальные черты её лица, так это только картины с него писать да по всему миру как образец красоты рассылать. В общем, выросла, расцвела Танюшка на радость отцу с матерью, и на диво всему свету. Вроде ещё только вчера бегала рядышком с батюшкой. Хвостиком за ним ходила, в кузню ему водицы попить приносила, да пирожки, которые сама под приглядом матушки готовила, доставляла. Впрочем, надо отметить, что Танечка не только этим занималась.

Случалось, она у отца в кузне надолго оставалась, смотрела как он с огнём и металлом управляется. А он, бывало, возьмёт, да ей в подарок цветочек выкует, или из стальных нитей веночек сплетёт. И так он мастерски эти вещи делал, что они от настоящих почти не отличались, такие же лёгкие, ажурные. И Танюшка их носила, гордилась ими, да радовала отца с матушкой. А ещё она грамоте и прочим наукам училась. Хоть городок, в котором они жили, и был небольшим, скорее на деревню походил, (а здесь, на севере, больше и не строили) но школа в нём имелась, скромная, сельская, зато с добрым учителем. Он-то с Танечкой и занимался.

Так уж получилось, что отец Тани для школы много добрых дел сделал; выковал петли на ставни, засовы на двери, крючки под письменную доску, гвоздей на парты, крепление кровли на крышу, и ёще много чего полезного, всего и не перечесть. Оттого и к Танечке у учителя было особое отношение. Учил он её по высшей степени образования, а она была очень прилежна. А в результате Татьяна к своим семнадцати годам превзошла многие науки, и считалась весьма успешной ученицей. В общем, всё, что было на свете хорошего, в ней воплотилось; и умница, и красавица, и стройна, и добра, и образована. Казалось бы, живи и радуйся, но не тут-то было.

2

С недавних пор объявился в городке один купец-негоциант из приезжих. Он здесь, видите ли, для себя выгодную коммерцию открыл. Городок-то северный, расположен в такой местности, где и горы есть, и речушки с них стекают. А это настолько удачное сочетание, что немудрено и золотишку в тех речушках появиться. И оно там имелось. В виде золотого песка или самородков, хоть и небольших, но в приличном изобилии. А отсюда и старатели на реках водились, добывали золотишко да в городок его на приёмку свозили.

Так вот этот купец-негоциант для того и приехал, чтоб золотишко подешевле скупать, а взамен снабжал старателей свечами, спичками, керосином, порохом, да всякой скобяной мелочью, пустяк конечно, но оборот большой нарастил. И уж такой хитрец оказался этот купец, что буквально месяцев за пять озолотился. Ходит важный, разодетый весь по последней местной моде; хромовые сапоги, шерстяные штаны, красная косоворотка, а сюртук и картуз, как у какого-то барина-помещика. Даже хлыст в руки взял, и тычет им во всякого старателя, что ему золотишко на скупку приносит.

– Так-с,… показывай чего у тебя там,… сыпь на весы,… сейчас взвесим,… на вид сегодня у тебя совсем маловато… – говорит, да хлыстом, словно тюремный надсмотрщик указывает. Ну, старатели мужики трудовые, уставшие, им препираться некогда; золотишко сдадут, что им причитается заберут, и обратно в лес-тайгу на речные прииски работать идут. Ну а торгаш процветает, уже и пузо себе наел, из местного трактира не вылезает, по вечерам кутит, ведь барыша-то у него сверх всякой меры выходит.

Но что ещё странно, сам-то купец вроде уже не первой свежести, в годах, лет к сорока возраст движется, как бы опытный, прожженный, цену жизни знает, а всё туда же, кутить желает. Кстати, купца и звали-то почти в унисон с его пристрастием – Кутьян. Имя, конечно, какое-то странное, но для него подходящее. Народ говаривал, он до своего приезда сюда, в столице крупным воротилой был. Однако от своей страсти к кутежам пострадал, и теперь здесь на севере свою коммерцию развил, хотя влиятельные связи в столице сохранил. Через них-то он золотишко на бирже и сбывал, оттого у него и маржа несусветная.

И вот этот кутила-негоциант воротила со всей своей столичной надменностью и наглостью обожал в свободное время по городку пройтись, прогуляться, себя показать, свой нрав проявить, и какого-нибудь местного недотёпу унизить-проучить. Этакий фон-барон на прогулке. То он возьмётся мелких купцов на базарной площади снисходительно поучать, мол, я вам покажу, как надо правильно торговать; разорется, раскраснеется, аж жилки на висках вздуются. То подле местной церквушке на поберушек накинется, дескать, чем милостыню просить, лучше шли бы сено косить, всё проку больше.

И при этом постоянно своим хлыстом размахивает, да так и ткнуть им в бедного собеседника норовит. Совсем распоясался наглец, гонору выше колокольни. А отпора ему никто дать не может, ведь у него денег немерено, он от любого суда, от любого полицмейстера откупиться способен. Так и ходит по городку всех задирает, и своей безмерной наглостью да столичной, лощеной спесью раздражает, на греховные дела толкает, желающих бока ему намять с каждым днём всё больше и больше, но никто пока насмелиться не может.

3

А меж тем у Татьяны настрой абсолютно другой, она наоборот старается привнести в городскую суету мир и покой. И хоть ей пока всего семнадцать лет, она уже для себя решила, что всю жизнь станет помогать бедным людям. Притом неважно, какую профессию выберет; будет ли она добрым учителем, либо строгим педагогом, или простой воспитательницей, главное, нести людям добро. Ну а сейчас Таня в основном помогала отцу в кузне и матушке по хозяйству, однако и о будущем тоже думала. Но только не о таком, какое ей вдруг представилось в лице купца Кутьяна. Так уж случилось, что их судьбы пересеклись, встретились они, и их встреча произошла совершенно внезапно, хотя и была предсказуема, ведь они ходили по одним и тем же дорожкам, городок-то небольшой.

Правда по-разному ходили, Кутьян нёс на улицы городка рознь и ругань, а Танюшка лад и доброту. И вдруг они столкнулись. Вышла сегодня Танечка после обеда из дому по делам, отец попросил купить ему суровых ниток, чтоб рабочий фартук починить. Правая вязка оторвалась, подшить потребовалось, а простые нитки какие в доме были, не годились, тут особые суровые нужны. Вот Танечка и пошла в галантерейную лавку на базарную площадь. А там как раз в эту пору Кутьян фланирует, грудь выпятил, куражится. Тоже после обеда вышел на прогулку, но только не по делу, а просто над людьми потешиться.

– Чего это у тебя бабка солёные огурцы так сморщились?… никак ты их своей помятой физиономией напугала, вот они и скуксились!… ха-ха-ха!… – мимо проходя, указывает своим хлыстом скромной бабушке на её товар и хохочет словно жеребец. Вроде это он так шутит. Идёт дальше, а там дед из леса грибочков принёс, и торгует ими потихоньку. Кутьян к нему, и тоже с оскорблениями.

– Ну, ты, старый гриб,… понасобирал поганок,… сплошные мухоморы у тебя, ими только собак травить, а ты на базар принёс,… вот же глупец!… ха-ха-ха!… – отвесил свою очередную ядовитую остроту и смехом заходится. А бедный дед стоит, и слово сказать боится, ведь уже наслышан о безобразном поведении Кутьяна, а вдруг возьмёт да все его грибы хлыстом раскидает, собирай потом. Но Кутьян нынче по-другому настроен, лишь злобно шутит, да пузо своё почёсывает; солянки наелся, наливкой запил, довольный. Ходит по сторонам глазеет, смотрит, кого бы ещё злобной шуткой унизить.

И тут буквально в двух шагах от него Танечка прошла. Она и шуток-то его не слышала, идёт по отцовскому делу, ей некогда всякий бред слушать. А Кутьян-то на неё как глянул, так сразу и обомлел. Такой-то красавицы он отродясь не встречал. Девица в самом соку; высокая, статная, фигурка точёная, лицом опрятная, всем видом приятная, бровь дугой, глаза стрелой, в душу глядят, поразить хотят, а на губах белоснежная улыбка играет. Ну как на такую красавицу не засмотреться.

Вот и Кутьян загляделся, оторопел, стоит, и уже не до смеха ему, все шутки колом в горле встали. А Танечка мимо прошла и даже не заметила его. Но он-то увидел, узрел, и теперь уж стоять не может, загорелся весь, взъерепенился, да как пустится за ней вдогонку, чуть пузо своё не расплескал. Догнал её лапушку, да сходу за руку схватил, охальник.

– Постой-ка девица,… не спеши,… а то несподручно мне за тобой бегать,… вон ты какая скорая,… а я уж чуток подустал… – запыхавшись, ей говорит, и её руку ещё пуще сжимает. Разумеется, Татьяне такое обращение не по нраву пришлось.

– Вы чего это дяденька за меня схватились!?… Я вам что, столб что ли, за меня держаться!?… Уж коли устали, так ступайте домой, а меня не трогайте!… – возмутилась она, да по его руке своей свободной ладонью наотмашь как стукнет, так у Кутьяна сразу хватка ослабла, и он аж отдёрнулся. Больно ему стало, чуть не застонал, ведь как-никак, дочка кузнеца его вдарила, а рука-то у неё, ух какая тяжёлая, не раз батюшке в кузне помогала, а потому защищаться умеет, хотя на вид и такая хрупкая, однако отважная и постоять за себя может. Но Кутьян всё никак не успокоится, и опять к ней вяжется, зацепила она его, в самое сердце ранила.

– Да ты что девица, сразу драться-то!… Я ж к тебе с добрыми намерениями,… ведь я как увидел тебя, так сразу понял, лучше девицы свет ещё не видывал,… уж такой красоты более нигде не сыскать!… Выходи за меня замуж!… Я человек богатый, у меня денег на всё хватит!… Хочешь новый сарафан тебе куплю!… Хочешь платье заграничное!… Или ещё чего,… я всё могу,… потому как полюбил тебя безмерно и что пожелаешь, исполню!… – завосклицал он. И теперь уж Татьяна засмеялась.

– Да вы что дяденька, умом, что ли тронулись?… да вам лечиться надо, а не жениться!… Да вы себя в зеркале давно ли видели?… вам лет-то сколько?… Небось уж сорок,… а я совсем молода, мне не до замужества,… мне делом заниматься нужно,… отцу с матушкой помогать, а не о всяких глупостях думать!… А ну вас, только задерживаете меня… – смешливо ответила она, рукой махнула, да дальше скорей пошла. А Кутьян с места сойти не может, не отдышался ещё от предыдущего рывка. Рот раскрыл и удивляется.

– Как так-то?… я ей за меня замуж выйти предложил,… богатство посулил,… честь ей оказал, притом не зная, какого она роду племени,… а она мне отказала!… Да что это за девица такая?… А ещё меня и «дядькой» назвала,… да какой я ей «дядька»,… что ещё за прозвище такое!… – теперь уже возмутился он.

А сердце-то его по-другому ему говорит, мол, вон она какая гордая красавица, никого к себе не подпускает, цену себе знает, для такой и золотые горы малы будут. И стоит Кутьян, вслед Татьяне смотрит да понимает, что по уши влюбился в неё, не будет ему теперь покоя, пока не женится на ней, ни есть ни пить не станет, пока не овладеет ей, зарок себе дал. А как дал, так сразу кинулся выяснять, кто она такая, откуда, как звать, какие родители, в общем, всю её подноготную узнавать.

А Танечка, как ей отец и наказал, суровых ниток в галантерейной лавке купила да домой подалась. А тем временем за ней уже слежка началась. Это Кутьян расстарался, сходу направил первого попавшегося мальчугана о ней всё выведать, даже двугривенный ему заплатил. Сам же давай на базарной площади у торговцев про неё выспрашивать, ведь те неплохо её знали, кто же в таком малом городке о дочке кузнеца не слышал. Одним словом к вечеру Кутьян собрал о Татьяне и её семье все доступные сведения. Теперь он знал, где она живёт, как родителей зовут и чем занимаются. Ночью Кутьян спать не ложился, всё планы строил, как ему получше к Тане подобраться да покорить её.

– Эхе-хе-хе,… на платье её не купишь,… наряды ей не нужны,… пожалуй, тут и золото не поможет,… она другим живёт,… не соблазнить её на богатство,… да и обещания мои с посулами тоже тут не годятся. Здесь надо как-то по-особому действовать,… может, через родителей попробовать?… В этом маленьком городке все привыкли по правилам поступать,… так что может, мне сразу к её отцу с подарками свататься пойти,… и уж ему наобещать всего чего пожелает. А коли он согласится, так и свадьбу тут же сыграем,… вот и будет Татьяна моя!… Ха-ха-ха,… это я здорово придумал через отца действовать… – прорассуждав почти до утра, решил он на рассвете, и на радостях даже задремал.

Правда дремал Кутьян недолго, всего-то часик с лишком, зато потом бодро собрался, оделся с иголочки, прихватил деньжат на подарки и прямиком в кузню направился, к отцу Татьяны руку её просить, проще говоря, свататься.

4

А тем временем отец Татьяны уже вовсю работал, труд кузнеца ранний, спать некогда. Он бы так и проработал без остановки до обеда, если бы не внезапный визит Кутьяна. Не прошло и часа с той минуты, как был разогрет горн, а в кузню, широко улыбаясь, уже ворвался Кутьян.

– Доброго утречка, дорогой хозяин!… Уделите мне, пожалуйста, буквально несколько мгновений!… Я предложу вам отличную сделку!… Уверен, вы не откажитесь!… – заискивающе и нарочито громко, чтоб его было заметней, артистично продекламировал он. Разумеется, такое его театральное обращение тут же возымело действие.

– Ох, чую, пожалею я, что прерываю работу,… но раз уж вы так просите, да ещё и уважительно на «вы» ко мне обращаетесь, то выслушаю вас сударь, кем бы вы там ни были… – не имея ни малейшего представления, кто перед ним, дозволил говорить отец Тани.

– О, простите, я не представился,… меня зовут Кутьян, и я негоциант!… Приехал в ваши края из самой столицы, и веду здесь коммерцию, связанную с золотодобычей!… И я вас уверяю, вы не пожалеете что отложили свой труд,… дело в том, что у вас есть товар, а у нас купец,… кажется, так говорят при сватовстве?… – вновь широко улыбаясь начал свою речь Кутьян, но был тут же прерван отцом Татьяны.

– Эко как!… Так выходит вы сват!… Очень даже интересное дело,… теперь я вроде догадываюсь, какую сделку вы хотите мне предложить!… Ну-ну, продолжайте,… слушаю внимательно!… – воскликнул он и тоже разулыбался.

– О, это великолепная для вас сделка!… Собственно в этом деле, я сват и жених в одном лице,… давеча я встретил вашу дочь на улице и был поражён её красотой!… Она затронула самые глубины моей души!… Купидон своей стрелой мгновенно пронзил моё сердце!… И я сразу понял, что лучшей жены мне не найти!… Опять-таки, дело в том, что человек я занятой, всю жизнь в разъездах,… до женщин у меня нет интереса, и не было никогда, всё время в делах!… А тут иду, и вижу, неподражаемая красавица мне навстречу,… и всё, я был просто покорён!… Одна секунда, и я готов вечность лежать у её ног!… Разумеется, я быстро всё разузнал о ней,… и вот прямо с утра я уже у вас, у её родителя,… и как заведено,… по обычаю,… прошу у вас её руки!… – неуклюже изобразив некое подобие реверанса, масленым голоском почти пропел Кутьян.

– О как!… А вы сударь, я извиняюсь, не сильно ли староваты для моей дочери!?… ведь ей всего семнадцать годков,… а вы вон уже и брюшком обзавелись, и на вид несвежи… – слегка пошучивая, поинтересовался отец Тани.

– Да,… я немного в годах, ну это ничего,… даже хорошо,… ведь муж должен быть старше жены,… тем более в кругах столичной знати, это давно уже устоявшаяся норма,… а я отношу себя именно к этим кругам!… У меня в столице огромные связи,… при этом я ещё и баснословно богат,… и в накладе никто не останется,… я никаких денег не пожалею на вашу дочь!… Увезу её в столицу, она станет жить во дворце, встречаться с вельможами из высшего общества,… будет ездить на балы, откроет свой салон!… Или же, я слышал, она хочет заняться благотворительностью, так пусть, я не возражаю!… Может устроить богадельню, либо приют, или ещё чего,… я всё поддержу,… сейчас это модно в свете!… Помощь неимущим, на пике!… Да и вы с нами переедете,… в общем, я на всё готов!… Ну как, вы согласны?… – опять широко улыбаясь, подобострастно спросил Кутьян.

– Ох, сударь, вы тут и описали мне перспективы!… Чтоб дочь простого кузнеца да в столице такой лоск навела!… Это что-то невероятное!… И на балы ездить, и в высшем свете жить, прямо волшебство какое-то!… Вы часом не фея?… Сказку про Золушку читали?… Там была такая, все желания выполняла!… Но тут, мне что-то во всё это не верится… – усмехаясь, отозвался отец Тани.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.