# Дело было в Новый год, или По сценарию «Карнавальной ночи»

Мария Романова

Что делать если хочется провести новогоднее мероприятие по своему вкусу, но кажется что получается совсем не то что хотелось. Кроме того, подготовку к Новогоднему вечеру, настигает участь легендарной «Карнавальной ночи». И что делать? Последовать сценарию легендарного новогоднего шедевра, или же пойти по собственному сценарию? Ответ на этот вопрос могут найти работники московского дома культуры – ответственная Алёна, неунывающая Клава, харизматичные Сергей и Павел, а также заведующая библиотекой клуба Полина Ивановна, и бухгалтер Фёдор Петрович, и также руководящий домом культуры Марк Борисович, с незаменимой «правой рукой» Тосей.

# Мария Романова. Дело было в Новый год, или По сценарию "Карнавальной ночи"

«Алёна, а ты уверена, что у тебя всё выгорит?»

«Конечно, Клава. Мы такой новогодний праздник устроим, что вся Москва будет о нём помнить. И потом не зря же нам доверили провести такой праздник в Центральном театре Российской Армии».

«Кстати, а почему именно в театре? А не в нашем доме культуры?»

«А его же закрыли на ремонт. Но следующий Новый год, мы будем отмечать в нашем доме культуры. Только вот есть одно «но»… мне кажется Марк Борисович, не будет в восторге от ретро-вечеринки».

«Алёна, а тебе случайно вот это всё ничего не напоминает?»

«А ты об этом? Знаешь я как-то не подумала».

«Да-да, всё это напоминает «Карнавальную ночь» ну фильм точнее».

«Ну да, Клава ты права. И потом ведь именно в интерьерах Центрального театра Российской Армии, снимали «Карнавальную ночь».

«И не только это».

«А что ещё?»

«Ну… ты уже наверное сама догадалась».

«А, думаешь что Марк Борисович, похож на Серафима Ивановича из «Карнавальной ночи?»

«Не похож, а это он и есть».

«В смысле? Ну не внешне конечно, а по характеру».

«Да ладно, Клава всё будет путём, уговорю я Марка Борисовича не переживай».

«Надеюсь, что у тебя получится».

А тем временем, Алёна решила пойти к Марку Борисовичу…

«Тося, здравствуйте. А Марк Борисович, у себя?»

«Здравствуйте, Алёна. Да, Марк Борисович у себя, но он сейчас по телефону разговаривает с самим Сергеем Семёновичем».

«А, понятно. Ну что ж, тогда я подожду».

"Тося, ко мне кто-нибудь есть?»

«Да, вот Алёна к вам пришла».

«О, Леночка, вы ко мне по поводу…?»

«По поводу новогоднего праздника».

«Ну что ж, это замечательно. Тем более что сейчас я как раз по поводу праздника, разговаривал с самим Сергеем Семёновичем. Ладно, заходите».

«Марк Борисович, по поводу новогоднего праздника, у меня есть идея как замечательно провести Новый год».

«Ну предлагайте, вашу идею».

«Новогодняя ретро-вечеринка».

«Новогодняя ретро-вечеринка, говорите? Ну что ж, это похвально».

«Ну вот новогодняя ретро-вечеринка, с участием звёзд шоу-бизнеса. Задействуем известных исполнителей».

«Так, а кого например?»

«Ну, Клаву Коку, Niletto, Хабиба, Анну Asti, Мари Краймбрери, Люсю Чеботину, Ваню Дмитриенко, также можно».

«Так, Лена, что-то я из них никого не знаю. А это точно известные исполнители?»

«Да, конечно».

«И потом и кто такая Niletto?»

«Марк Борисович, Niletto – это парень, известный исполнитель».

«А имя у него есть?»

«Да, его зовут Данил».

«Ну вот другое дело. Знаете, Лена в принципе я не против. И в отличии от Серафима Ивановича из «Карнавальной ночи» я праздник портить не хочу. И компромисс мы обязательно с вами найдём».

«Ой, что-то это из ваших уст звучит как-то немного странно».

«Да ну что вы? Вот всё эти артисты, которых вы назвали, это с вашей стороны. А я предложу позвать артистов со своей стороны».

«И кто же это будет?»

«Ну например, Лев Лещенко, Слава Добрынин, Юра Антонов, Слава Малежик, потом можно позвать Мишу Боярского. А из групп, можно позвать «Самоцветов», «Песняров», «Аракс», они вроде ещё выступают, потом «Ариэль». Ну пока думаю достаточно. Хотя список я ещё пересмотрю. Вдруг кто-то из них не сможет».

«Ох, чувствую что празднику – конец!»

«Да ладно, Леночка. Праздник будет как в Кремлёвском дворце».

«Вот это меня и пугает. Ладно, я пойду».

«Да, да, Леночка».

Выйдя из кабинета Марка Борисовича, Алёна была окутана разными мыслями. С одной стороны, она была рада, что Марк Борисович, был не против ретро-вечеринки с участием современных молодых исполнителей, а с другой стороны Алёна была слегка в ступоре от того, что Марк Борисович собирался позвать поучаствовать вместе с молодыми исполнителями, звёзд советской эстрады.

«Алёна! Алёна? Ты меня слышишь?»

«А? Ой, Клава прости, я тебя не заметила».

«А ты чего такая нагруженная?»

«Да так… я сейчас была у Марка Борисовича».

«О, ну и как он, против нашей ретро-вечеринки?»

«Нет не против, он поддержал нашу ретро-вечеринку».

«Как здорово, Алёна!»

«Рано радоваться, Клава. У Марка Борисовича есть одно условие – если я приглашу поучаствовать на нашу ретро-вечеринку со своей стороны известных молодых исполнителей, то тогда Марк Борисович, пригласит со своей стороны – звёзд советской эстрады».

«Это кого же?»

«Ну к примеру, Антонова, Добрынина, Малежика, Лещенко, потом Самоцветов, Песняров, Араксов».

«Ой, и что же это будет такое?»

«Не знаю. Но одно я знаю точно, что со своей стороны я лично позову всех тех кого запланировала».

«Постой, Алёна, а ты что, что-то задумала?»

«Ну возможно».

«Клава, Алёна, через час Марк Борисович, всех ждёт у него в кабинете».

«Да, хорошо. Спасибо, Тося. Мы обязательно будем».

Через час Марк Борисович, как и обещал собрал всех работников у себя в кабинете.

«Друзья! Коллеги! Товарищи! Я собрал вас для того чтобы обсудить одно очень важное мероприятие. Есть установка, весело встретить Новый год. И сегодня Алёна Ивановна предложила одну очень интересную идею. Алёна Ивановна, огласите пожалуйста…».

«Ну, я предложила Марку Борисовичу, встретить Новый год в стиле ретро-вечеринки».

«Да, и я лично поддержал эту идею. Кстати, а как считают остальные? Вот вы например, Полина Ивановна…».

«Хорошо. Это серьёзно. И в то же самое время – мобилизует».

«Ну вот».

«Кстати, Марк Борисович, я вот тут сейчас подумала, а можно позвать ещё к нам фокусника или иллюзиониста, например».

«Так, Алёна. Ну допустим, а кого вы именно имеете ввиду?»

«Ну например, братьев Сафроновых. Их то вы уж наверняка знаете».

«А, это которые вели Битву Экстрасенсов на ТнТ? Ну, конечно знаю. Хорошие ребята. Давайте их позовём. Пусть нам между музыкальных номеров, покажут что-нибудь эдакое».

«Марк Борисович!».

«Да, Фёдор Петрович, я вас слушаю».

«Со сметой вот что-то туго».

«А что такое?»

«Да вот я никак не могу, в наш бюджет уместить всё что мы запланировали».

«Так, так, а всё это что?»

«Ну например, приглашённых звёзд, это Клава Кока, Анна Asti, Niletto, Мари Краймбрери, Люся Чеботина, Ваня Дмитриенко, Хабиб, и ладно если бы это было всё, у меня в смете также среди приглашённых звёзд – звёзды советской эстрады, среди них Лев Лещенко, Вячеслав Добрынин, Вячеслав Малежик, Юрий Антонов, Михаил Боярский, потом «Самоцветы», «Песняры» «Аракс», «Ариэль».

«Ну да всё так, Фёдор Петрович».

«Так и это ещё не всё. У меня в смете также дед Мороз, Снегурочка, ёлка новогодняя».

«Простите, а у нас что нет своей новогодней ёлки?»

«А это Марк Борисович, непростая новогодняя ёлка, она эксклюзивная. Её наша Алёна Ивановна, заказала нам в подарок».

«Ну что ж, это похвально. А кто же это нам её дарит, Алёна Ивановна?»

«Нам её дарит, моя подруга. Она известный дизайнер – Кира Пластинина».

«А я кажется, знаю это девушку… её отец – Сергей Пластинин – известный бизнесмен. Так, Фёдор Петрович, я вас понял, а что ещё у нас задействовано в смете?»

«Ну ещё иллюзионисты – Братья Сафроновы. Я их только что занёс в нашу смету. Ну а так я думаю что на этом всё».

«Так, а что касается напитков, закуски, ну и то что будет на столах у гостей».

«Обижаете, Марк Борисович, это у меня ещё первым пунктом стоит в смете».

«Замечательно. Тогда, Фёдор Петрович, посчитайте сумму, нашего новогоднего мероприятия, и итог мне напишите на бумаге».

«А зачем всё это?»

«Не думайте об этом, просто сделайте так как я вас попросил».

«Хорошо, сделаю».

«Так, и если больше ни у кого нет никаких вопросов и пожеланий, тогда в таком случае, все могут быть свободны».

«Алёна, послушай, а что за новогодняя ёлка? Я что-то о ней не слышала? И она что на самом деле от Киры Пластининой?»

«Да, Клава, это новогодняя ёлка – нам подарок на Новый год. Она потом прекрасно украсит наш дом культуры на будущий год. А так она действительно от Киры Пластининой. Вот кстати, её фото».

«Ой, какая красавица! Алён, а это точно наш теперь подарок, а не на прокат?»

«Конечно, подарок. Только никому не говори, как она выглядит. Я хочу чтобы все увидели, её и ахнули, вот примерно как ты сейчас. А вживую она просто ещё лучше чем на фотографии».

«Алёна, ты на меня можешь полностью положиться, я никому не скажу».

«Спасибо тебе, подруга! Кстати, я и Киру позвала. Она будет с мамой, папой, и со своим мужем».

«А она что замужем?»

«Вроде как да».

«Алёнка, ты просто молодец! Представляю, лицо нашего Марка Борисовича, когда он увидит отца Киры».

«Да, это будет ещё то зрелище! Но мне будет достаточно увидеть как у Марка Борисовича, от восторга не будет слов, когда он увидит нашу ёлку».

«Я тоже хочу на это посмотреть. Кстати а когда ёлку привезут?»

«Её привезут на следующей неделе».

«Здорово».

А тем временем…

«Ох, Полина Ивановна, как же у вас хорошо здесь в библиотеке. Пожалуй, единственное место где тишь да гладь. Такая эта суета, с новогодним вечером. А я грешным делом, люблю тишину».

«Ну что ж, Фёдор Петрович, пока тишина с нами, ею надо насладиться. Ибо, как сказал великий Иван Тургенев – великие мысли рождаются в тишине».

«Верно. Или как сказал, великий Лев Толстой – тишина – это лучший ответ на многие вопросы».

«А хотите, Фёдор Петрович, я вам что-нибудь прочитаю? Толстого или Тургенева?»

«Да, пожалуй – Ивана Сергеевича».

«А что из его произведений?»

«Вешние воды».

«Ну, слушайте».

А тем временем, прошло два часа. Полина Ивановна читала Фёдору Петровичу – «Вешние воды» Тургенева.

«Ну как вам любимое произведение в моём прочтении?»

«Замечательно! Кстати, Полина Ивановна, а вас таким красивым именем, в честь кого назвали?»

«Меня назвали Полиной в честь Полины Виардо – возлюбленной Тургенева».

«И она Полина, и вы Полина – чистое совпадение».

«Согласна».

«О, Полина Ивановна, Фёдор Петрович, а чего вы тут делаете, в столь поздний час?»

«Так сказать наслаждаемся тишиной, и произведениями Ивана Сергеевича Тургенева».

«Ммм, наслаждаться тишиной в храме знаний, это замечательно».

«Марк Борисович, как же это вы красиво сказали».

«Кстати, Полина Ивановна, а не выступить бы вам на нашей новогодней вечеринке, так сказать, блеснуть стариной».

«Ой, Марк Борисович, а с чем мне выступить?»

«Да хотя бы, споете песню, а выберете сами на ваш вкус».

«Прекрасная мысль, Марк Борисович!»

«Кстати, Фёдор Петрович, и вам не мешало бы народу показаться. Стих какой-нибудь продекламировать или что другое».

«А что я могу. Тем более, что последний раз я как раз выступал на одном творческом вечере, правда было это аж сорок лет назад».

«Ну ничего, и вы блеснёте стариной, как следует. Пусть наши гости думают, что работники нашего дома культуры, тоже не лыком шиты, и очень на многое способны.

Ну, что значит тогда договорились? С вас Полина Ивановна – песня, а с вас Фёдор Петрович – стих ну или басня, также на ваш вкус».

«Да, конечно, Марк Борисович».

«Ну и замечательно. Как говорит моя внучка, порвём баян. Ладно, я тогда пойду. Как говорится, утро вечера мудренее. До завтра».

«И вам до завтра, Марк Борисович».

Прошла неделя.

«Алёна Ивановна! А что вы здесь делаете?»

«Ничего не делаю, просто так стою».

«То есть?»

«Я жду новогоднюю ёлку, которую нам должны привезти».

«А ну тогда ладно. Не забудьте позвать меня когда ёлку уже привезут».

«Конечно, позову Марк Борисович».

Но после долгих часов ожидания, ближе к вечеру, ёлку наконец доставили к Центральному театру Российской Армии, где и должна была состояться новогодняя ретро-вечеринка.

«Здравствуйте, мы от Киры Сергеевны. Вот ваша новогодняя ёлка».

«Здравствуйте, спасибо вам. А почему наш подарок пришёл так поздно?»

«Пробки, Алёна Ивановна. Вы себе даже не представляете, какие под Новый год – могут быть пробки».

"Да нет, примерно представляю. Хоть и катаюсь на метро».

«Ну что ж, ёлка доставлена. Я могу быть свободен?»

«Да. Хотя… постойте пожалуйста. Вот держите. Это приглашение на нашу новогоднюю ретро-вечеринку. Здесь в конверте два приглашения – одно вам, а другое для вашего второго лица».

«Ох, спасибо вам большое, Алёна Ивановна!»

«Да и это ещё не всё. Вот в конверте, передайте пожалуйста – здесь приглашения для Киры Сергеевны и её семьи».

«С большим удовольствием, передам. Теперь я могу идти?»

«Да, да, конечно».

«Ленка, а что ты здесь делаешь?»

«Да вот ёлочку нашу получила».

«Ну наконец-таки! А кстати, где она?»

«А вот прямо перед тобой».

«Ого! Ничего себе! Да она же высотой с трёхэтажный дом».

«Ты так думаешь?»

«Ну я так на скидку, не скажу, ну если примерно…»

«В этом плане, Клава, красота безгранична. Кстати, мне Марка Борисовича надо позвать, я ему обещала, когда ёлку привезут».

«Слушай, я проходила мимо его кабинета, он там уже сны видит».

«В смысле?»

«Да спит, он. Слушай, у меня идея… а давай у его кабинета, повесим табличку «Не будить до 1 января».

«Ох, Клава тебе всё шуточки да шуточки.

О, Тося, а твой начальник в кабинете?»

«Ага, сны видит. Ну я его будить не стала, а просто позвонила его жене, сказала что Марк Борисович, так устал на работе, что заснул прямо на рабочем месте».

«Ну да, а она тебе так и поверила».

«А я видео сняла, на котором чётко видно, что Марк Борисович спит. Так что его жена мне поверила».

«Ну раз начальство на работе, так может по домам? А утром будем представлять нашу новогоднюю красавицу Марку Борисовичу».

На следующий день…

«Марк Борисович, с добрым утром!»

«Ой, Тося, а что я здесь делаю?»

«А вы вчера видимо решили остаться на работе».

«А ну да, да. Кстати а нашу ёлку привезли?»

«Да, конечно. Можете посмотреть, такая красивая и высокая».

«Сейчас пойду посмотрю, лично проверю».

«Алёна, у нас всё готово».

«Да а в чём дело?»

«Там вдалеке, кажется Марк Борисович идёт».

«Ну хорошо».

«Марк Борисович, здравствуйте».

"И вам здравствуйте, Алёна и Клава. Ну и где наша ёлка?»

«Так вот она перед вами, смотрите».

«Ух ты! Ничего себе! А Тося действительно была права, она такая красивая и высокая. А как хорошо украшена».

«А да, это мы её украшали. Вот я, Клава, Сергей – наш программист ну и художник, если вы его помните».

«Да, конечно как же не помнить, такого одарённого молодого человека».

«Ну вот, и втроём за три с половиной часа, мы её и украсили».

«А как же вы на верхотуру забирались, звезду на макушку устанавливали?»

«Пришлось на прокат заказывать большую стремянку, на неё забираться и устанавливать звезду. Это всё у нас делал Сергей. А мы ему помогали».

«Какие молодцы! За это выписываю вам всем четверым – премию».

«Здорово! Только простите, а кому четвёртому – премию?»

«А это Тосе. Она ведь тоже вам помогала?»

«Да, она нам очень помогла».

«Ну вот. Ладно, если я буду вам нужен, я у себя в кабинете».

«Алёна, слушай а мы же не украшали эту красавицу».

«Клава, ну об этом же не обязательно кому-либо знать. Ведь так?»

«Согласна».

«Да, мы её не украшали, но её привезли уже в украшенном состоянии. А я за украшения – заплатила пять тысяч».

«Пять тысяч?»

«Да, и это мне ещё сделали под Новый год огромную скидку. Ну и плюс, ко всему прочему, вот эти все украшения на ёлке – шарики, мишура, гирлянда, дождики, это всё мои украшения, которые я из дома принесла, и даже звезда на макушке – тоже моя».

«Правда?»

«Но единственное, что гирлянда электрическая не моя, мне её пришлось покупать на митинском радиорынке».

«Где ты её покупала? А там же вроде в тех краях, Серёжа наш живёт. Ну правда, от радиорынка живёт в другой стороне, но там буквально рядом. Значит ты не просто так туда ездила. Ты ездила к нему».

«Да ну, Клава? Нет конечно. Я даже не знала, что Серёжа там живёт».

«Ага, Серёжа значит…».

«Я хотела сказать, Сергей. Я просто за тобой повторила, и то чисто машинально».

«Значит, ты всё-таки знала, что он там живёт».

«Хорошо, я скажу. Да, теперь я знаю, что он живёт в тех краях. Но до этого я клянусь, что не знала, об этом».

«А как узнала?»

«Ну вообщем, я когда купила электрогирлянду, на улице у рынка я встретила Сергея, а у меня ещё телефон разрядился, что я даже такси не смогла вызвать».

«А на метро нельзя бы доехать обратно?»

«А у меня каблук сломался как некстати. До метро я бы не дошла».

«Каблук сломался, телефон разрядился. А это похоже судьба, Ленка».

«Не знаю, судьба, не судьба, а Сергея я встретила. И если бы не он, не знаю что бы я делала».

«Ну а он что?»

«Пригласил меня к себе, починил временно мою набойку, напоил чаем. А потом довёз прямо до дома, на своей машине».

«Лена, а у вас что ничего не было?»

«Нет, конечно».

«Ты меня не обманываешь?»

«Конечно, нет».

«Ленка, Ленка, какая же ты всё-таки!»

«А что я?»

«Да вот именно, что ничего. За тобой такой человек ухаживает, сохнет по тебе уже три года, а ты ему ещё тогда три года назад в первый раз сердце разбила. А он всё равно не оставляет попыток, тебя завоевать».

«А ты откуда знаешь, что три года?»

«А я потому что наблюдала за Сергеем, всё это время, он столько девушек отшил, чтобы рядом с тобой быть. Эх ты, Ленка».

«Клава, я обещаю тебе что в будущем 2024 году, я обращу на Сергея внимание».

«Ну, смотри. Ты мне пообещала. Ценой нашей дружбы».

«Ну тогда точно, я тебе обещаю».

«Алёна Ивановна, можно вас на минуточку?»

«Да, конечно. Я вас слушаю Фёдор Петрович».

«Дело в том, что я собираюсь выступить на нашем новогоднем вечере с какой-нибудь басней, а с какой даже не знаю».

«С басней говорите? Фёдор Петрович, у меня есть такая басня, поразите всех воображением, когда её прочитаете. Давайте я к вам попозже зайду, хорошо?»

«Договорились. Спасибо вам, Алёна Ивановна».

«Пока не за что, Фёдор Петрович».

«Алёна, что я слышу, Фёдор Петрович, собирается выступить на нашей новогодней ретро-вечеринке?»

«Да, это уже не новогодняя ретро-вечеринка, получается. Интересно, даже знать, что получится по итогу».

«Знаешь, мне кажется, то что будет у нас напоминает мне по большей части – голубой огонёк».

«Скорее всего».

«И что нам делать теперь?»

«А ничего, Клава мы делать не будем. Как говорил Александр Васильевич Суворов – «если ты не можешь предотвратить безобразие, возглавь его» – Ну в нашем случае, безобразие имеется ввиду, не прямом смысле, а скорее – в переносном».

«Я поняла. А знаешь, то что когда-то сказал Суворов, как – никогда мне кажется подходит в нашей ситуации».

«Да».

«Алёна Ивановна, можно вас на минуточку?»

«Да, конечно, Марк Борисович».

«Ну, ты Лена, прямо сегодня нарасхват».

«Точно. Вы меня звали, Марк Борисович?»

«Звал, Алёна Ивановна, я вас не успел предупредить, но нашем празднике будет выступать оркестр «Арсенал Бэнд». Я лично с ними договорился, что они у нас выступят».

«Знаете, Марк Борисович, а я что-то впервые слышу, о том что они у нас собираются выступать».

«Марк Борисович, так они же репетируют».

«Сейчас подымусь. Лично проверю. Спасибо, Тося. Чтобы я без вас делал».

«Чёрт! Тося, ну что же ты?»

«Ну ладно, Алёна, так мы хотя бы время потянем».

«Время, говоришь? А это идея. Спасибо, Тося».

«Да, ну сейчас будет – музыкальные моменты и всё».

«Серёжа, ну что такое говоришь?»

«А что я, Алёна?»

«Ну сделай, что-нибудь!»

«Что сделать?»

«Ну вот если ты сейчас ничего не сделаешь, я тогда не знаю что сделаю».

«А если я сделаю…?»

«Я тогда тебя поцелую».

«Точно?»

«Да».

Прошло двадцать минут…

«Ну что Серёжа?»

«Висит, висит».

«Кто висит?»

«Марк Борисович – застрял в лифте, между третьим и четвёртым этажем. Пару часов думаю у нас есть».

«Как здорово, Серёжа! Спасибо тебе! Слушай, а нам за это достанется?»

«Не знаю, как нам, а мне надеюсь достанется».

«В смысле?»

«Лена, ну ты же обещала».

«А, да точно. Ну закрой глаза. И смотри не подглядывай».

«Не буду, честное слово».

«Закрой глаза».

«Ну, ну же Лена, поцелуй меня».

«Сергей, с вами всё в порядке?»

«Ой, Фёдор Петрович, а мы тут репетируем».

«Репетиция, это хорошо, молодой человек».

«Ну я тогда, пойду?»

«Да, да, Сергей конечно».

А тем временем, Марк Борисович, продолжал сидеть в лифте. Но тут лифт тронулся с места. И спустя почти два часа, Марк Борисович оказался на четвёртом этаже.

«Марк Борисович, а вы что наконец вышли из лифта?»

«Да, Тося, как видите. Кстати, а где оркестр? Они что уже закончили репетировать?»

«А, так они уже закончили репетировать, наверное».

«Что значит, наверное, Тося?»

"Я не знаю».

«Всё понятно. Ладно, можете идти».

На следующий день, Марк Борисович, собрал всех работников у себя в кабинете.

«Так, дорогие мои до Нового года осталось в принципе не много, а что мы имеем…».

«Мы имеем, вместо новогодней ретро-вечеринки, новогодний вечер, что-то наподобие голубого огонька».

«Так, Алёна Ивановна, ну что ж, неплохо. Пусть будет так».

«Кстати, что касается тех артистов, которых я позвал – будут все, кроме Славы Добрынина, он всё ещё не оправился от инсульта, у него одна часть тела парализована. И скорее всего Слава Малежик, не придёт. Он тоже ещё не совсем оправился от инсульта, но в отличии от Добрынина, у Малежика, не так всё драматично. Так что придёт он или нет пока непонятно. Кстати, вместо Добрынина, будет Винокур».

«Кто, будет, я не ослышалась?»

«Нет, Клава, ты не ослышалась».

«Да, уж чувствую будет весело».

«Ну а почему бы и нет? Новый год, это прежде всего – весёлый праздник».

«Ага, повеселимся чувствую».

«Марк Борисович, а мы можем идти?»

«Да, можете. Хотя, останьтесь пожалуйста».

«А что-то случилось?»

«Да вчера, я попал немного в неловкую ситуацию, застрял в лифте на два часа. И я вот думаю…».

«Марк Борисович, а у вас в лифте свет был?»

«Да, конечно, а что?»

«Да, просто пока вы находились в лифте. Мы целых два часа находились без света. Так что в этом плане, вам немного да повезло».

«Ну и дела. Ладно, теперь вы можете идти».

«Серёжа, слушай, спасибо тебе».

«За что?»

«Ну за то что, ты меня прикрыл перед Марком Борисовичем».

«А ты про это… ну тогда в таком случае, простым спасибо ты не отделаешься».

«Я поняла. Любое твоё желание ну в пределах разумного».

«Хорошо, я подумаю насчёт желания, а потом тебе сообщу».

«Да, конечно, Серёжа».

«Алёнка, а ты чего тут?»

«Да так, поблагодарила Серёжу, за то что он меня прикрыл перед Марком Борисовичем».

«Здорово!»

«Ну да, здорово, то, здорово только я теперь попала на желание».

«О, как! Знаешь, Алёна, готова с тобой поспорить на что угодно, но я тебе точно говорю, что этим желанием – будет свидание».

«Свидание?»

«Да. Я же говорю тебе, что Сергей тебя любит. Ну дай ты ему шанс, не разбивай его сердце».

«Алёна, что с тобой ты что плачешь что ли?»

«Нет, нет, я не плачу. Я согласна».

«На что согласна?»

«На свидание».

«Вот и молодец! Ну только это ты не мне скажи, а ему. Хотя постой, он же не должен знать, о том что ты согласна пойти с ним на свидание».

«Да, точно. И потом а вдруг у него другое желание?»

«Вот именно».

«А сейчас пойдём».

На следующий день, когда все уже были в сборе, Алёна по поручению Марка Борисовича, позвала танцевальную группу «Todes».

«Алёна Ивановна, а что это такое происходит в хореографическом классе?»

«А это у нас Марк Борисович, репетируют Todes. Ну вы же их пригласили, или вы что забыли?»

«Нет, нет, я не забыл».

«А что хорошо танцуют».

«Да, очень хорошо. Так, Алёна Ивановна, а что мы имеем?»

«Ну мы имеем тех артистов которых вы позвали, потом которых я позвала. Также мы позвали иллюзионистов Сафроновых. Также потом мы позвали «Todes». А так вроде всё».

«Да, всё, только я ещё позвал лектора, но он мой старый товарищ, преподаёт астрономию в Государственном астрономическом институте. Как говорил Серафим Иванович, из «Карнавальной ночи», «так коротенько минут на сорок я думаю больше не надо».

«Марк Борисович, вы что серъезно?»

«Ну конечно, нет, Алёна Ивановна. Мы же не в институте, чтобы слушать лекции. Но своего товарища я всё равно позову к нам на новогодний вечер».

«А ваш товарищ будет что лекции читать?»

«Нет не будет. Ладно, если у вас больше ничего нет, то вы свободны».

«Алёна!»

«Привет, Серёжа».

«А как ты догадалась, что я».

«По твоему шикарному парфюму, который просто магическим способом, сводит меня с ума».

«А ну тогда, привет. Кстати у меня к тебе есть одно дело».

«Серёж, а я сейчас занята, надо проработать новогоднюю декорацию фойе, Марк Борисович поручил».

«Лена, а тебя не напрягает, что он бракует почти всё, что мы нашим коллективом здесь делаем. А что не бракует, то предлагает своё, что просто бывает неприемлемо. Мне вообще иногда порой кажется, что у меня дежавю».

«Значит у тебя такое же чувство?»

«Я вообще то серьёзно».

«Серёжа, я тоже серьёзно. Ты прав, всё это напоминает некий абсурд, и ещё это напоминает сюжет из «Карнавальной ночи». Марк Борисович, мне так напоминает Серафима Ивановича, что мне иногда невольно хочется назвать его другим именем».

«И потом если он не в курсе, я прекрасно проработал новогоднюю декорацию фойе и между прочим всего театра».

«Серёж, Марк Борисович – человек достаточно старой советской закалки, он полюбому видел Брежнева, так что ему наше 3D до большого фонаря. Так что ты старайся не обращать внимание, на его замечания. Ну поменяем мы кое-что, это же всё равно не навечно, так ведь?»

«Ну, ты права. Только вот ты сама, что предлагаешь в этой ситуации?»

«Я предлагаю так… будем во всём впитывать его шанс, говорить что это хорошо, это замечательно, а всё делать по своему».

«По-моему я где это слышал».

«Серёж, у тебя дежавю».

«Нет, это «Карнавальная ночь».

«Возможно».

«Кстати, Алёна а что ты делаешь в будущем году?»

«Ну у меня работа в театре, на то время пока в нашем доме культуры, идёт ремонт. Если конечно после всего того что здесь произойдёт в новогоднюю ночь, меня Марк Борисович не уволит с должности. Хотя, я такой массовик-затейник, да меня все дома культуры в Москве просто с руками оторвут».

«Да ну, что ты, Алёна? Никто тебя не уволит».

«Спасибо тебе, Серёжа. Спасибо за то что поддерживаешь. А ты кстати зачем про всё это спрашивал?»

«Ну я так-то спрашивал тебя, по поводу личного, а не поводу работы».

«А, вот ты о чём. Ну тогда в таком случае, в будущем году, я свободна».

«Так это же хорошо. Тогда я хочу пригласить тебя на свидание».

«А когда?»

«В будущем году».

«А понятно, только когда именно?»

«Ну можно будет в новогодние праздники».

«Договорились».

«Так, молодые люди, ну и о чём мы договорились?»

«Да так, Марк Борисович, ни о чём, кстати а как вам наш вариант новогоднего оформления фойе?»

«Ммм, а что свежо, по крайней мере, что-то новенькое. Кстати а чья идея такого оформления?»

«Наша совместная».

«Ну что ж, похвально».

«Так вам, нравится Марк Борисович?»

«Да, нравится. Только ёлочку придётся сдвинуть немного».

«То есть, а куда её сдвинуть?»

«Ага, купились!»

«Что, простите?»

«Я пошутил, расслабьтесь. Оформление идеальное, а ёлка вписалась сюда как нельзя лучше».

«Серёжа тебе случайно не показалось, но по-моему Марк Борисович нас троллит».

«Да нет, не показалось. Только ты так не придумай, Марку Борисовичу сказать, что он нас троллит. А то я боюсь, что он всё не так поймёт. Да и потом, троллить, ведь это издеваться, подстрекать, выводить из себя. А Марк Борисович, просто над нами прикалывается, в силу своего возраста».

«Ага, видел бы он себя с стороны, тоже мне тот ещё приколист».

«Лена, там Марк Борисович, идёт».

«Где, за твоей спиной».

«Алёна Ивановна, кстати, вот что я вам ещё хотел сказать… конферансье у нас на новогоднем вечере не будет».

«Конферансье?»

«Ну ведущего».

«А, понятно. А почему не будет?»

«А он не сможет, уедет куда-то вести новогодний вечер. Якобы помимо высокого гонорара, ему ещё и хорошие условия предложили. Так что конферансье не будет, наметьте кто будет конферировать».

«Хорошо, мы найдём конферансье».

«Как найдёте, дайте мне знать».

«Конечно, Марк Борисович.

Так, Серёжа, мне нужна твоя помощь».

«Ну и в чём же я могу тебе помочь?»

«Стань нашим конферансье, на наш новогодний вечер».

«Кто, я? А что я выйду, и уйду».

«Ну вот и замечательно. Я в тебе нисколько не сомневалась».

«Что я слышу… Серёжа будет нашим конферансье?»

«Да, будет».

«А почему не смог, которого позвал Марк Борисович?»

«Марк Борисович, сказал, что тот конферансье не сможет так как якобы ему помимо хорошего гонорара, ещё и предложили хорошие условия».

«Ну и ладно. Знал бы этот конферансье, что у нас здесь будет тридцать первого числа. Да он ещё жалеть будет, что не вел наше мероприятие».

«Ты думаешь?»

«Уверена на все сто. Так что Серёжа наш справится просто идеально с ролью ведущего».

«Да вот что-то знаешь, Клава…».

«А что такое? Я думала, что ты даже не будешь сомневаться».

«Да так и есть… просто есть в этой бочке мёда – ложка дёгтя».

«И кто же эта ложка дёгтя?»

«Не кто, Клава, а что».

«Ну и что это?»

«Серёжина робость».

«Ага! То есть ты считаешь, что робость Серёжи может ему помешать быть ведущим?»

«К сожалению, да. Достаточно посмотреть «Карнавальную ночь», когда там, ну помнишь этот момент?»

«Помню, конечно. Лена, послушай, так это что же получается, в сценарий нашего мероприятия, невольно врезается сценарий «Карнавальной ночи?»

«Верно, Клава. Я поняла, ещё это тогда, когда мы всё только начинали. Да уж, все-таки Эльдар Александрович, очень поторопился с тем ремейком «Карнавальной ночи» который он снял ещё в 2006 году».

«Постой, а почему поторопился?»

«А ты что не видела, этот ремейк?»

«Видела, один раз. А ты?»

«К сожалению, тоже видела. И мне тоже хватило одного раза. У меня после этого вся плазма была влажной».

«В каком смысле была влажной?»

«А я за время просмотра этого антишедевра, переплевала всю плазму».

«Ну ты даёшь, подруга!»

«Ой, Клава, и не говори. Так что Рязанов, весьма поторопился с ремейком легендарного новогоднего шедевра».

«Ну да, теперь я тоже это понимаю. Он ведь мог снять ремейк снять с нами, получилось бы гораздо лучше того, что он снял».

«Верно. Но назад время не отмотаешь».

«О, девочки, а о чём мечтаем?»

«Да так, Тося… ни о чём. Просто рассуждаем».

«Это хорошо. Кстати, вас Марк Борисович, зовёт к себе».

«Сейчас идём».

«Так, Тося, а где Алёна Ивановна и Клава?»

«Они уже идут. А вот кстати и они».

«Спасибо, Тося. Так, дорогие мои, ну что вы нашли конферансье на наш новогодний вечер?»

«Нашли».

«Замечательно. Ну и кто же он?»

«А это Сергей – наш художник и программист».

«Сергей? Хм, а он что простите, решил третью ставку взять?»

«Ну почему сразу третью, Марк Борисович? Разве вы что-то имеете против нашего Сергея? Или вам не нужен хороший конферансье?»

«Да, хорошего конферансье, сегодня ведь днём с огнём не сыщешь. Хорошо, Клава вы меня убедили. Тем более, что Сергей – хороший работник, надеюсь с ведением нашего новогоднего вечера, он не подведёт».

«Будьте уверены, Сергей не подведёт!»

«Ну смотрите, девочки. Кстати, я тут подумал… нам на сцену нужен теремок, а по бокам сцены, ёлочки как будто – новогодний лес. Но, ёлочки можно искусственные, лишь бы выглядели как настоящие».

«Без проблем, Марк Борисович. Это всё?»

«Кстати, насчёт теремка – теремок нужен точно такой же, какой был в «Карнавальной ночи».

«В смысле? А что обычный не подойдёт?»

«Алёна Ивановна, если я сказал что нужен теремок точно такой же, какой был в «Карнавальной ночи», значит нужен именно такой».

«Ну вы и задачку задали, а где я вам достану такой?»

«Ну на Мосфильме например, у них полюбому должен быть такой».

«Хорошо, Серафим Иванович, ой простите Марк Борисович, я оговорилась, будет сделано».

«А вы точно оговорились, Алёна Ивановна? Кстати, я нашему новогоднему вечеру название придумал: «Дело было в Новый год, или по сценарию «Карнавальной ночи».

«Как вы сказали? По сценарию «Карнавальной ночи?»

«Ну да. Так как в сценарий нашего мероприятия, невольно врезается сценарий известного новогоднего фильма, кстати моего любимого, ну и вашего наверное тоже».

«Да, Марк Борисович. Мы можем идти?»

«Да, девочки, вы можете быть свободны».

«Алёнка, ну ты даёшь!»

«А в чём дело?»

«Ты что забыла? Ты же назвала Марка Борисовича, Серафимом Ивановичем».

«Ой, правда? А я что-то не помню».

«Ты, прикалываешься?»

«Нет, Клава. Я реально ничего не помнила тогда».