Мария Мирова
Танцуй! Учись! Люби!

ГЛАВА I

– Юля, это ты? – спросила мама с кухни.

– Да, мам, я сегодня пораньше. У нас седьмой урок отменили, – послышался ответ.

Юля, закусив губу, не развязывая, скинула кроссовки в коридоре и почти бесшумно заскользила белыми носочками по светло-коричневому ламинату коридора в свою комнату. Убедившись, что мама не выглядывала с кухни, а значит, и не видела ее всклокоченные волосы и лихорадочный румянец, девочка облегченно вздохнула и захлопнула дверь так резко, что с нее чуть не послетали многочисленные плакаты.

Она бросила свой бежевый тканевый рюкзак на пол посреди комнаты и завалилась на спину на кровать. От резкого движения теперь и все плакаты на стенах начали шуршать. Легкий шум быстро затих, но Юля не обращала на это внимания. Она тяжело дышала от волнения и быстрого бега, ее сердце стучало как сумасшедшее, но не столько от усталости и напряжения, сколько от радости.

Закинув руки за голову и положив ногу на ногу, Юля блаженно улыбалась. Она наконец-то вернулась в реальность из своих фантазий и теперь чуть ли не с удивлением разглядывала изображения знаменитых танцоров на стенах своей комнаты. Она уже сотни, да что там – тысячи раз – видела всё это: идущего лунной походкой Майкла Джексона, летящую в шпагате Майю Плисецкую, замерших в необычных позах победителей телевизионных конкурсов танцев… Казалось, что обои облеплены мириадами фантастических бабочек, так необычно выглядели позы и одежды людей на некоторых снимках. Танцоры застывали в воздухе, преодолев гравитацию, изгибали свои упругие тела под невероятными градусами, демонстрировали чудеса ловкости. И Юля мечтала, что однажды ее фотография по праву сможет находиться рядом с этими изображениями на стене какой-нибудь другой юной танцовщицы, мечтающей о карьере хореографа.

Девочка долго собирала свою коллекцию, ведь танцы были призванием всей ее жизни. Мама иногда шутила, что вместо первых шагов ее дочка сделала первые танцевальные па, и с тех пор не останавливается. Юля смотрела все видеоролики в интернете, все передачи о танцах по телевизору. В ее шкафу для школьных учебников было отведено всего две полки – остальное место занимали книги о танцах. Рядом с ними можно было заметить пару статуэток балерин в розовых юбочках: их дарили Юле в детстве лучшие подруги. Но как только в руки малышке попал старый мамин журнал с плакатом Майкла Джексона, статуэтки ей больше никто не дарил. Девочка требовала в подарок изображения танцоров.

Так и росла ее коллекция. Она покупала журналы с плакатами современных знаменитостей, друзья и знакомые дарили ей напечатанные по заказу плакаты или фотографии ее любимых танцоров. У нее даже было несколько сделанных местными фотографами снимков, на которых красовались городские коллективы самодеятельности. Юля была рада каждому экземпляру своей коллекции, но больше всего дорожила одним плакатом.

Он висел над изголовьем ее кровати и, казалось бы, ничем не выделялся среди массы других изображений. Но он был самым потрепанным. Совсем не потому, что это был старый плакат, вовсе нет. Просто девочка слишком часто, пока ее никто не видел, снимала его и прижимала к сердцу. Со временем края плаката стали коричневыми, бумага предательски истончилась и жутко хрустела при каждом прикосновении.

Теперь Юля берегла плакат и не снимала его со стены. Она позволяла себе лишь аккуратно прикоснуться к изображению пальцем, еле-еле, нежно и легко. Обвести овал лица и после прижать палец к своим губам. Дать шуточное «пять» изображению руки, чтобы разделить свою радость с незнакомцем. Просто погладить изображение и почувствовать какое-то теплое счастье в своем сердце.

Вот и сейчас Юля перевернулась на живот и протянула руку к любимому изображению. Она по-прежнему улыбалась и что-то тихо шептала себе под нос, указательным пальцем поглаживая заветный плакат. О чем она думала – можно было только догадываться, но девочка была очень счастлива в этот момент.

Из радостной задумчивости ее вывела мама, появившаяся в ее комнате совершенно неожиданно. Юля даже не слышала, как та открыла дверь, так сильно девочка была погружена в свои мысли.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – сурово спросила мама.

– А? Что? Про что? – затараторила Юля, пряча от мамы глаза и садясь на кровати. Руки предательски задрожали, поэтому она судорожно вцепилась ими в покрывало.

– Повтори-ка, почему ты так рано сегодня вернулась из школы? – чуть менее сурово задала вопрос мама. Юля в этот момент лихорадочно соображала, что она должна сказать. А еще надеялась, что мама не заметила ее волнения.

– Э… так я же говорю – последний урок отменили, – неуверенно промямлила девочка. «Ну всё, посыпалась», – пронеслось у нее в голове.

– А почему же тогда в электронном журнале у тебя стоит «Н»? – прошипела мама и ткнула дочери в нос экраном мобильного телефона. Там, на странице электронного журнала, на седьмом уроке физкультуры предательски краснела буква Н.

– Я не понимаю… – развела руками Юля. Румянец снова начал заливать ее щеки, выдавая обман с головой. – Мне сказали, что урока не будет, и я ушла, – тихим голосом, практически заикаясь, говорила девочка.

Мама молча выключила телефон и убрала его в карман фартука, запачканного мукой. Женщине пришлось оторваться от процесса готовки, чтобы отчитать нерадивую дочь. Грустно вздохнув, ведь она обожала свою Юленьку и совсем не хотела ругаться на нее, Ирина Евгеньевна уперла руки в боки и сурово посмотрела на девочку.

– Мы уже не раз с тобой разговаривали на эту тему. Ты видела свои оценки за четверть? Ты хочешь уйти из школы со справкой?!

– Мам, ты же знаешь, я стараюсь, как могу. Я не успеваю делать сразу всё, мне бывает тяжело, – попыталась оправдаться дочь.

– Кажется, ты стала забывать, что я разрешила тебе заниматься танцами пять дней в неделю при условии, что ты не забросишь учебу. И что в итоге? Учителя обрывают мне телефон, интересуясь, почему ты так плохо стала учиться. По сравнению с прошлым годом твои оценки поползли вниз. А ведь это выпускной класс, тебе надо работать на аттестат!

– Мам, я ведь выкладываюсь по полной… – на глазах Юли наворачивались слезы. – Ты знаешь, я не курю, не пью, как другие. Я сильно устаю на танцах, но не хочу бросать. Я хочу добиться большего! Я…

Юля хотела сказать матери что-то важное, но женщина ее перебила:

– Но это не повод прогуливать уроки!

– Да на что мне сдалась эта физкультура? Я и так спортивная и здоровая, чему я там могу научиться?

– Если так говорить про каждый урок…

– Но я не говорю про каждый! Я говорю про один конкретный!

– Не важно! Если он есть в школьной программе, значит, он нужен! И ты обязана на него ходить! Почему ты сбежала?

– Тебе не понять, – буркнула Юля. Ссора постепенно заканчивалась. И мать, и дочь спустили пар, но так и не пришли к истинным причинам события. Юля думала, что сейчас не лучший момент сообщать матери радостную новость, которая разрывала девушку изнутри. Не та была ситуация, судя по отношению Ирины Евгеньевны.

Юля на мгновение задумалась, как тяжело быть подростком. Никто вокруг не понимает тебя, никто не прислушивается к твоим словам. А ведь 15 лет – это не так уж и мало, к тому же не совсем уж она и бестолковая. Никто не отменял семейного воспитания, хорошего примера друзей перед глазами, правильных книг и фильмов… И почему только подростков считают глупыми и импульсивными? Потому что взрослым самим не хватает решимости сделать то, что им давно хочется? Сделать что-то рискованное, но правильное. Потому что они совсем забыли, что значит быть детьми…

Но тут мать вывела девочку из задумчивости. Она словно почувствовала эмоции дочери, поймала ее волну. Да и как можно так долго кричать на своего любимого ребенка, свою единственную дочь, которая и так слишком много пережила за свои пятнадцать лет… Ирина Евгеньевна не хотела обижать Юлю, не хотела терять ее доверия. Поэтому, сурово посмотрев на дочь еще раз, для приличия, она уже спокойнее спросила:

– Ну так и что же заставило тебя сбежать с урока?

Юля недоверчиво взглянула на мать из-под насупленных бровей, но не спешила открываться и опускать сложенные на груди руки.

– Говорю же, ты не поймешь, – чуть более спокойно ответила девочка. Ей хотелось, чтобы мама прочувствовала всю серьезность ситуации, обдумала ее и дала положительный ответ. Мать все равно бы вытянула информацию из дочери, поэтому Юля решила не тянуть время и сказать всё как есть, прямо в лоб. – Ну ладно… В общем, мне позвонила на перемене Татьяна Сергеевна и сказала… короче, меня могут принять в группу YoungDance, и мне придется два раза в неделю ездить на репетиции…

– Ездить? Куда? – мама охнула и села рядом с дочерью на ее кровать.

– Ну… в Серпухов.

– Так это же почти час в дороге! Ты и так ничего не успеваешь…

– Мама! – Юля бросилась Ирине Евгеньевне на шею и начала ее целовать. – Пойми, мамочка, это такой шанс! Это совсем другой уровень хореографии, это новые и лучшие преподаватели, это здоровая конкуренция!

– О, какие ты слова выучила, – улыбнулась мама. – Я даже не знаю… Это слишком дорого. Да и ты сильно устаешь на занятиях после школы, а тут еще и ехать… Ты уверена?

Юля сидела рядом с матерью, обняв ее за шею. Небесно-голубые глаза девочки были широко открыты, густо накрашенные темные реснички быстро-быстро хлопали. Казалось, еще немного, и из глаз польются слезы. Но Юля понимала, что слезами делу не поможешь. Надо было доказать матери свою ответственность. Поэтому она разняла объятия, резко вскочила, схватила свой рюкзак и села за письменный стол напротив кровати. Мама успела только ойкнуть и приложить руку к груди.

– Мама, я торжественно клянусь, что больше не буду тратить время зря! – гордо заявила девочка, открывая учебник алгебры и прикладывая к голове карандаш, словно отдавая честь. И мать, и дочь улыбнулись друг другу. – Я сбежала, да, сбежала… – это слово далось Юле с трудом, ведь она никогда не обманывала мать. – В общем, я сбежала с урока, потому что хотела немного передохнуть и успеть сделать уроки на четверг, ведь прослушивание будет уже через два дня! Видишь, я могу быть ответственной.

– Но оценки по физкультуре… – хотела было возразить Ирина Евгеньевна, но Юля не дала ей сказать.

– Ты же знаешь, она посердится, но поставит мне нормальную оценку за четверть. Особенно, когда узнает, что меня приняли танцевать в YoungDance! – еще шире улыбнулась девочка.

– Ты так уверена, что тебя туда примут? – грустно улыбнулась мать. – Юля, я тебя очень люблю, и я знаю, что ты очень талантливая… Но ведь там будет наверняка очень много желающих со всех ближайших городов. Если уж даже я слышала об этом коллективе, то подростки и подавно.

– Ты в меня не веришь?

– Я верю в реальную жизнь, которая, к сожалению, бывает слишком жестокой. Юля, не радуйся заранее. Я не хочу, чтобы тебе было больно в случае неудачи… – женщина встала, подошла к дочери и погладила ее по голове. – Тебе и так хватает разочарований в жизни. – После этих слов она чмокнула Юлю в блондинистую макушку и обняла дочь за плечи. – Мне так жаль, милая, что я не могу защитить тебя ото всего…

– Мам, ну ты чего, – Юля погладила мать по плечу. – Всё будет хорошо. Если ты про папу, то не переживай, я не думаю об этом больше… Уже не так часто…

– Боже, я так боялась, – на глазах женщины выступили слезы, но она быстро смахнула их, чтобы дочь не заметила.

– Мам, давай не будем о плохом, – Юля высвободилась из рук матери и заглянула ей в глаза. – И не плачь. Всё будет хорошо. Мы с тобой со всем справимся. Как и раньше.

– И когда только ты успела так вырасти и стать мудрой, – Ирина Евгеньевна шмыгнула носом, но взяла себя в руки и улыбнулась сквозь снова подступающие слезы. – Хорошо. – Она снова вошла в роль суровой матери. – Делай свои уроки, а перед уходом покажешь, сколько ты успела выполнить. И если до четверга будет еще одна двойка или прогул – никакой поездки на прослушивание. Ты меня поняла?

– Принято, товарищ Скворцова! – отрапортовала Юля, снова козырнув карандашом. – Правда, мам, я буду стараться. Я очень хочу попасть в состав YoungDance. Это ведь такой шанс…

– Хорошо. Не буду тебе мешать, – сказала женщина, вздохнула и собралась уже отправиться на кухню, но тут она услышала тихий голос дочери.

– Мам, а ты ведь съездишь со мной? Я хочу, чтобы ты видела мое выступление.

– Я ничего не понимаю в твоих современных танцах, но разве я могу тебе отказать? – улыбнувшись, женщина прикрыла за собой дверь.

Юля облегченно вздохнула. Оттолкнув учебник, девочка откинулась на спинку стула и задумалась, глядя в окно. Всё прошло на удивление гладко. И что только нашло на маму? Как вообще она не наказала ее, а согласилась отпустить на прослушивание? Что это за чудо? Но спорить с судьбой и отказываться от такого подарка девочка не собиралась. Она с тяжелым вздохом открыла ненавистный учебник, ведь алгебра давалась ей тяжелее всего. Но раз обещала маме – придется попыхтеть над заданиями. И списать ответы в интернете тоже не было выходом.

Однако спустя полчаса корпения над дискриминантами ученица не продвинулась ни на грамм. Формулы казались слишком сложными, задачи никак не решались. Вроде бы и все значения Юля подставляла на нужные места, но в итоге выходили какие-то фантастические числа, а должны были получаться короткие и точные ответы. Когда у нее уже начали расплываться цифры перед глазами, вдруг завибрировал телефон в кармане брюк.

Достав гаджет, Юля взглянула на экран. Сообщений было несколько, и девочка порадовалась, что так и не включила звук после занятий в школе – мама бы сразу же обратила внимание, что ее дочь с кем-то болтает вместо учебы. Юля открыла первое сообщение: «Куда это ты пропала с физкультуры?» – писала ей лучшая подруга Полина. «Что ж, раз уж начала врать, придется продолжить. Объясню ей всё как-нибудь потом», – подумала Юля и написала, что плохо себя почувствовала, поэтому и ушла. Полина поинтересовалась, насколько всё плохо, на что Юля ее успокоила и сказала, что завтра в школе всё расскажет.

Второе сообщение было от Влада – лучшего друга Юли. Они вместе ходили в детский сад, но потом пошли учиться в разные школы, и вышло так, что Влад был уже в 10 классе, а Юля только заканчивала 9. А виновата была экспериментальная школьная программа, которая позволила Владу перейти сразу из третьего класса в пятый. Влад был настоящим технарем, увлекался компьютерами, а заодно сочинял рэп. Вот и сейчас он предлагал подруге познакомиться со своим новым творением.

Юля. Извини, послушаю вечером. Сейчас делаю алгебру, нельзя отвлекаться

Влад. Делаешь? Алгебру? Сама??? О_о

Юля. А куда деваться, если мама заставила…

Влад. Ты уже большая девочка, а всё слушаешься маму…

Юля. Не шути так.

Влад. А я и не шучу. Это похвально. Так что ты там успела сделать?

Юля. Ничего

Юля. Я вообще не понимаю эти формулы…

Влад. Ты ведь их до утра делать будешь. Сфоткай и скинь, помогу.

Юля. Так нечестно.

Влад. Ну тогда делай сама.

Юля. * набирает сообщение* Ладно, уговорил

Девочка закусила губу, чувствуя себя виноватой. Воровато оглянувшись на дверь, словно там могла притаиться мама, которая сквозь стены прочитала преступные мысли дочери и сейчас подкралась к ней, чтобы отчитать, Юля быстро сфотографировала нужные страницы учебника и отправила другу. Пока он не отвечал, она честно еще два раза перечитала теорию, но так ничего и не поняла. «Ну не дано мне это, что поделать. Я гуманитарий. И танцор… Танцорка? Танцорша? Да уж, что-то и гуманитарий из меня так себе…» – задумалась Юля, но тут пришло сообщение от Влада. Друг не обманул и решил ей все задачи.

Девочка радостно переписала решение в тетрадь, поблагодарила Влада и удалила сообщение с фотографиями и решением. На всякий случай, чтобы мама не догадалась. День становился на редкость опасным – так часто Юля еще не обманывала близких. Она предпочитала честно признаться учительнице, что ничего не поняла и не сделала, получить двойку и спокойно пойти на занятия танцами. Но сегодня мама приняла отчаянные меры. Еще одна двойка лишила бы Юлю исполнения заветного желания, поэтому девочка решилась на отчаянные действия. Придется пару дней поводить маму за нос, но всё это ради благих целей.

Взглянув на экран мобильного, Юля поняла, что просидела за алгеброй слишком долго. Ей уже пора было бежать на танцы. Наскоро забросив в рюкзак переобувку, бутылку воды и сменную одежду, Юля побежала в коридор обуваться, на ходу крикнув матери, что сделала алгебру и всё можно увидеть в тетради.

Не дождавшись ответа, девочка выбежала в коридор. Еще раз посмотреть в глаза матери и покраснеть от стыда у нее не хватило бы духу. Лучше уж расхлебывать всё вечером, если вдруг Ирина Евгеньевна догадается, каким образом ее дочь внезапно поумнела за пару часов. «Разве мне пригодится алгебра или геометрия, когда я стану хореографом?» – подумала девочка и ускорилась, торопясь на любимые занятия.

ГЛАВА II

Время до четверга тянулось бесконечно. Вчера на занятиях Юля вместе со своей наставницей успела отработать пару новых движений для танца, чтобы точно поразить жюри и попасть в заветный коллектив. Сейчас, сидя на уроке алгебры, Юля думала, а не жалко ли Татьяне Сергеевне, под руководством которой она танцевала уже четыре года, отпускать свою подопечную? Ведь хореограф столько вложила в Юлю, научила ее всему, отправляла ее на конкурсы и ободряла перед выступлениями на городской сцене. Можно сказать, что она стала второй мамой для девочки, потому что поддерживала все ее идеи насчет танцев.

«Неужели и мне будет также тяжело расставаться с теми, кого я буду учить?» – думала девочка, мечтательно покусывая карандаш. – «Мне вот очень жалко уходить от Татьяны Сергеевны, она столько для меня сделала! Как же она не ревнует, и вообще сама предложила перевестись в другой коллектив? Не может же такого быть, что я ей надоела, и она хочет от меня избавиться. Она ведь сказала, что научила меня всему, чему только могла, а мне нужно расти дальше. Как же это грустно – расставаться с теми, кто тебе дорог. Не знаю, я, наверное, буду рыдать каждый раз, когда надо будет отпускать своих учеников».

Юля и дальше бы сидела и мечтала, если бы как сквозь вату вдруг не услышала голос учительница алгебры Светланы Николаевны:

– Скворцова! Скворцова! Ты меня слышишь?!

Строгая, но справедливая учительница в целом нравилась Юле. Конечно, у девочки были проблемы по предмету, но Светлана Николаевна никогда не оскорбляла и не унижала Юлю при всем классе, как могли сделать некоторые другие учителя. Вот и сейчас низенькая блондинка с короткой стрижкой, приспустив свои очки в пятнистой оправе на нос, с удивлением смотрела на Юлю и пыталась привлечь ее внимание.

– Скворцова, повтори, пожалуйста, что я сейчас сказала, – спокойно произнесла учительница, увидев, что девочка наконец-то спустилась с облаков на землю.

– Извините, я задумалась и пропустила ваши слова, -потупилась Юля, понимая, что так просто она теперь не отвертится. А попадать в неприятности, сулящие плохие оценки, сейчас было ну никак нельзя.

– Она наверное опять мечтает, как в Кремле танцевать будет, – хихикнул ее рыжий одноклассник Даня.

– Когда я буду в Кремле танцевать, ты по-прежнему будешь в подъезде пиво пить. Но я пришлю тебе билетик на мое выступление, – огрызнулась Юля.

– Слышь ты, я тебе ща всеку, выпендрёжница, – Даня был готов вскочить из-за парты, но учительница их остановила, сурово посмотрев на обоих и пригвоздив к своим местам.

– А ну замолчали оба! Скворцова, к доске.

Юля в ужасе закрыла глаза, потому что все ее надежды продержаться два дня без двоек повисли на волоске. Но делать было нечего, и она поплелась к доске. Дорога от третьей парты на среднем ряду тянулась нескончаемо долго, хотя на самом деле прошла всего пара секунд. Удары сердца отмеряли шаги, и Юле казалось, что она идет не к доске решать задачу, а на казнь. Один раз она решилась обернуться – за ее партой на соседнем месте ее лучшая подруга Полина показывала ей обеими руками «класс», стараясь подбодрить.

Светлана Николаевна продиктовала условия задачи, когда Юля наконец-то остановилась у доски. Девочка записала всё, что было дано, и даже попыталась написать решение. Но что она могла написать, когда совершенно не знала тему? Юлю прошиб холодный пот. В другой раз она бы и не обратила внимания на эту двойку, не в первый раз. Но сейчас на карту было поставлено слишком много.

Говорят, что чудес не бывает. Но в момент, когда Юля стояла у доски и совсем не представляла, что ей сделать, чтобы избежать оценки, чудо всё же случилось. Внезапно, без предупреждения, раздались два звонка – обычно это означало тренировочную эвакуацию. Весь класс радостно привстал. Всех немного смутило, что звонков было два, а не три, но рыжего Даню уж было не остановить. С криками «Ура, мы все умрем!» он ринулся в дверь, которую распахнул с громким стуком, и помчался по коридору.

Светлана Николаевна обреченно вздохнула и велела классу строиться парами, но в коридор не выходить. Сама она вышла и заглянула в соседний кабинет, где учитель истории тоже не мог понять, надо ли эвакуироваться или кто-то неудачно пошутил. Пока учителя совещались в коридоре, а весь класс радостно гудел, предвкушая, что прогуляет всю оставшуюся алгебру, а заодно и часть следующего английского языка, Полина подбежала к Юле, у которой тряслись ноги. Девочка так и держала в руках кусочек мела, не решаясь поверить в свое счастье.

– Юль, ты чего? – Полина потрясла ее за плечи и, увидев, бледность на лице подруги, не на шутку испугалась. – Тебе опять плохо.

Юля отрицательно покачала головой и положила мел на полочку у доски. Она слабо улыбнулась.

– Нет, всё нормально. Просто меня Рыжий взбесил, да еще я не знаю, как решать эту задачу. Спасибо небесам за эвакуацию.

– Ну смотри, я за тебя переживаю. Что я буду делать одна на уроках, если ты заболеешь надолго?

– Разве я могу тебя бросить на произвол судьбы? Страдать, так вместе.

Девочки посмеялись и тоже встали парой. Светлана Николаевна вернулась озадаченная. Она быстро достала из шкафа весеннее пальто, накинула его и бордо зашагала в коридор. Из других классов высовывались любопытные мордашки детей – все ждали, кто же самый смелый, кто решится пройти по коридору. Светлана Николаевна была не робкого десятка, поэтому она пошла первой, а класс поторопился за ней.

Но путешествие было недолгим. Возле лестницы со второго этажа на первый их поджидал завуч. Пятидесятилетний мужчина с черными пышными усами, одетый в строгий темный костюм, уже поймал рыжего Даню и ждал остальных. Вежливо поздоровавшись с учительницей алгебры и остальным классом, он объяснил, что произошла ошибка, и все должны вернуться и продолжить урок.

Разочарованию детей не было предела. Оказалось, что уборщица просто случайно задела ручкой от швабры звонок, чем и спровоцировала массовое желание учащихся эвакуироваться и прогулять пару уроков.

Девятый класс, уныло завывая, медленно-медленно развернулся и поплелся по коридору обратно к кабинету. Дети шли не торопясь, то и дело спотыкаясь друг об друга и усердно разглядывая всё, что их окружало: и полосочки между блёкло-голубой плиткой на полу, и мельчайшие черточки на крашеных коричневых стенах, и отваливающиеся подоконники на пластиковых белых окнах, и покрытые пылью зеленые листья растений в горшках на стенах. Пара человек демонстративно остановилась у окна и стала вглядываться в светлую даль, где за школьным двором ходили взрослые и свободные люди, которым не надо было возвращаться на урок алгебры.

Юля и Полина по привычке держались за руки. Они молча переглянулись, синхронно вздохнули и сейчас толкались в самой середине толпы вместе с одноклассниками. Тут Юля получила ощутимый толчок в спину – обернувшись, она увидела рыжего Даню, который сейчас ухмылялся своими черными зубами и делал шутливый реверанс.

– Простите, мадам, кажется, я вас случайно задел, – прохрипел он своим прокуренным голосом и гоготнул.

– Отвали от меня, – злобно ответила ему Юля и потащила Полину за руку поглубже в толпу одноклассников. Вслед им слышался противный хохот. Девочки понимали, что теперь им надо ждать какую-нибудь подлость от своего прекрасного одноклассника – он ни за что не стерпит прилюдное унижение, которое позволила себе Юля.

Наконец дети добрались до кабинета и расселись по своим местам. До звонка оставалось 15 минут. Юля тоже не стала вставать у доски, надеясь, что учительница забыла о том, что вызывала ее. Но кто мог бы знать, что Светлана Николаевна придумает кое-что похуже.

Сняв с плеч черное пальто и набросив его на спинку своего стула, Светлана Николаевна молча подошла к доске и, взяв мел, написала пугающие слова: «Проверочная работа».

– Что? Да ну нет… Не может быть! Ну какая проверочная, осталось пять минут, – послышались недовольные крики со всех мест.

– Совсем коротенькая проверочная, – ответила Светлана Николаевна, отряхивая руки от мела. – По теме домашнего задания. Так что если вы справились с домашними номерами… Сами справились, – учительница особо подчеркнула интонацией это слово, будто читала мысли Юли, – то и эта проверочная не вызовет у вас затруднений. Быстренько убрали всё с парты, оставили только ручку. Полина, раздай всем листочки, а я пока напишу на доске задание.

Полина закатила глаза, но все же быстро скинула одним движением тетрадку и учебник в портфель, а потом пошла раздавать листочки. Светлана Николаевна стояла спиной к классу и писала примеры. Юлю бросало то в холод, то в жар – как она напишет эту проверочную, если совсем не понимает тему? Что за дьявольские козни вечно строят эти учителя, хоть и прикидываются добренькими. Юля подумала, что это ее настигла карма за счастливый шанс избежать позора у доски перед всем классом. «Есть ведь маленький, просто малюсенький шанс, что Светлана Николаевна поставит эту оценку не сразу, а через пару дней, как раз в четверг вечером», – так думала Юля, а ее одноклассники усердно готовились к предстоящей умственной экзекуции.

Светка за первой партой целовала свои заламинированные скотчем шпаргалки с формулами и пихала их в карман штанов, сидящая рядом с ней Настя быстро строчила формулу на ногу. Другие переписывали шпаргалки карандашом прямо на парту, чтобы потом прикрыть листочком и подглядеть, когда учительница отвернется. Самые наглые фотографировали на телефон страницу учебника, а после просто бы положили телефон на стул между ног и списывали. Когда Юля вернулась в реальность из своих мыслей и увидела, что происходит, списывать что-то было уже поздно. Даже Полина раздала все листочки и села на свое место.

Юля хотела было переписать на парту номер, который ей решил Влад, но Светлана Николаевна уже развернулась к классу и сейчас строго осматривала парты, на которых еще остались учебники. Закусив губу, девочка убрала книжку с тетрадкой, пока на нее не зыркнула учительница. Ни к чему привлекать к своей персоне еще больше внимания.

До звонка оставалось уже 10 минут, и Юля решила всё же попытаться выполнить хоть одно задание. Она быстро подписала листок и перенесла на него задание с доски. Но вот дальше этого дело не шло. Девочка грызла карандаш, косилась в листок соседки, но там был другой вариант заданий, затем Юля посмотрела в окно, а закончила всё тем, что стала двигать листок по парте туда-сюда, поскольку в голову все равно ничего не приходило.

Потратив за этими бесполезными занятиями пять минут, Юля решила мужественно сдать листок. Но вдруг ее осенила блестящая идея – а что, если написать вместо решения пламенную просьбу не ставить двойку до пятницы, чтобы мама узнала и наказала ее позже! В конце концов, у Светланы Николаевны тоже есть сердце, а когда-то наверняка еще были и мечты. Наверное, она сможет понять Юлю и поддержит в непростой ситуации.

И только Юля собралась написать на своем листочке послание учительнице, как вдруг что-то маленькое и остренькое тихонько ударило ее в затылок. Девочка начала шарить рукой в своих длинных светлых волосах. Кучеряшки цеплялись за пальцы, не позволяя выудить нечто таинственное. Наконец она выудила из волос маленькую бумажку, сложенную в несколько раз. Оглянувшись по сторонам, Юля так и не смогла понять, от кого это прилетело, но догадывалась, что это строит козни ее одноклассник Даня. Хотя он сейчас смотрел в свой листок, а лицо его было таким озадаченным, что Юля не могла поверить, будто он успел кинуть в нее этим листком.

Еще раз убедившись, что никто не смотрит, девочка аккуратно развернула бумажку. Каково было ее удивление, когда на листочке обнаружилось решение обоих примеров ее варианта! И написано оно было почерком Дани!

На пару секунд Юля задумалась, что же ей делать. Воспользоваться неожиданной подсказкой и попытаться списать, тем самым разрушив коварные планы одноклассника. Или же поскорее избавиться от записки, ведь если она с ней попадется, двойки не миновать никакими способами. Пока она размышляла, Даня уже перестал делать вид, что думает над заданиями. Он-то успел всё списать и сейчас радовался, предвкушая, как влетит его заносчивой однокласснице, которая посмела намекнуть, что он пьет в подъездах.

– А Скворцова списывает! – раздался его противный, протяжный крик. Для пущей убедительности он еще указывал пальцем в спину девочки, которая в этот момент стала ни жива, ни мертва. Юля хотела стиснуть бумажку в руках, но она выскользнула из пальцев, словно была заколдованная, и упала на пол в проход между партами.

Светлана Николаевна отвлеклась от заполнения электронного журнала в ноутбуке – она считала, что нет смысла контролировать класс, ведь и так будет видно, кто списал – и строго посмотрела на Юлю поверх очков.

– Скворцова, бумажку ко мне на стол. А сама останься после урока, – произнесла учительница спокойным голосом, а после вернулась к заполнению журнала.

– Ха, получила, крыса, – услышала Юля шипение Дани за спиной.

Девочка трясущимися руками подняла бумажку, медленно прошла до учительского стола, положила листок и так же медленно дошла до своего стула. Ждать звонка оставалось пару минут, но для Юли они тянулись вечностью. С другой стороны, вот он шанс рассказать о своей проблеме лично.

Сердце Юли стучало тяжело и медленно, и каждый удар отдавался в ушах как звон колокола. Время словно замедлилось – смех одноклассника и утешительные слова подруги крутились перед глазами словно замедленная кинолента. Звонок прозвенел так внезапно, что практически оглушил девочку. По ее тему прошла дрожь от ужаса предстоящего разговора. Ведь неудачная беседа лишит ее возможности исполнить свою мечту – пойти учиться танцам дальше своего маленького городка.

Юля сглотнула и заметила, что до сих пор держит в руках ручку. Поскольку писать уже ничего не надо было, а вот потянуть время надо было, девочка медленно полезла в портфель за пеналом. Не разговаривать же с учительницей при всем классе.

Дети потихоньку собирались и уходили. Кто-то мчался со всех ног в столовую, не обращая внимания на Юлю, кто-то бросал сочувственный взгляд. Последней ушла Полина, пообещав ждать в коридоре. Когда подруга закрыла за собой дверь, Юля встала, набросила лямку рюкзака на плечо и подошла к Светлане Николаевне.

– Я… это не я…, – промямлила девочка, хотя ее даже никто и не спросил.

– Да я знаю, что это не ты, – ответила мягко Светлана Николаевна, не поднимая глаз от тетрадей, которые она стала проверять после заполнения журнала. – Это тебе Даня подкинул. Что я, почерк его не узнаю? И двойку ему за списывание не поставлю? – учительница слегка улыбнулась.

– Что… А зачем же вы тогда меня после урока оставили? – удивилась Юля и села на стул за первой партой напротив учительского стола.

– Поговорить с тобой хотела. – Светлана Николаевна отложила тонкую зеленую тетрадку, заложив ее красной ручкой, и откинулась на спинку стула. Она взглянула Юле в глаза. – Я, даже не заглядывая в твой листок, чувствую, что ты там ничего не написала. Какой смысл ставить двойку за списывание и ругать тебя за эту записку, когда проблема гораздо глубже.

Юля потупилась и стала ковырять пальцем столешницу. Рюкзак тихонько сполз на пол между стульев.

– Юля, что с тобой происходит? Ты ведь в выпускном классе! А оценки всё хуже и хуже, – продолжала говорить учительница. – Почему ты не подходишь ко мне? Я ведь всегда готова помочь и объяснить тему!

– Я не успеваю… у меня танцы… сразу после уроков… – Юля готова была разрыдаться. – Светлана Николаевна, я вас очень прошу, не ставьте эту двойку! Вернее, не ставьте ее пока что. Я понимаю, я заслужила ее. Я ничего не понимаю в алгебре! Но я обещаю, что начну исправляться! Если вы ее поставите, мама не отпустит меня на пробы в четверг, и тогда моя жизнь будет разрушена… – Юля смотрела на учительницу полными слез глазами, но сдерживала себя из последних сил.

– Вон оно как, – удивленно протянула Светлана Николаевна. – Танцы, значит. И как успехи?

– Неплохо. Очень даже хорошо. Мне доверяют даже сольные танцы, а в нашем коллективе я веду остальных девочек. И Татьяна Сергеевна предложила мне попробоваться в новый коллектив, в Серпухове. И если у меня на неделе будет еще хоть одна двойка, мама меня не отпустит на прослушивание…

Светлана Михайловна сняла очки, положила их на стол и закрыла и потерла глаза. Было видно, что она борется с собой, и принятое решение дастся ей нелегко.

– Юля, в какой-то степени я тебя понимаю. Но согласись, если бы я не поставила тебе двойку за работу, которую ты не выполнила, я бы обманула не только твою маму. Я бы обманула и тебя, и саму себя. Ты уже не маленькая, ты осознаешь всё ответственность своих поступков. И если ты так хочешь заниматься танцами, ты должна выполнять и другие свои обязанности, соблюдать договоренности. Ты могла бы подготовиться к уроку. Ты могла предупредить меня заранее. Но ты решила, что тебя не спросят, и всё обойдется. Поэтому я не буду прикрывать твой промах. Но я дам тебе шанс его исправить.

– Думаю, мама не захочет меня слушать… – грустно ответила Юля и всхлипнула. – Но я понимаю, да…

– Вряд ли сразу после прослушивания тебя попросят приехать на занятие на следующий же день. Поэтому в пятницу после уроков ты останешься здесь, и я буду объяснять тебе тему. Ты исправишь свою двойку.

– Но мама сказала…

– Маме покажешь комментарий к оценке в журнале, если она сама не прочтет его. Я попрошу ее помочь тебе с прослушиванием. А если она будет против, пригласи ее ко мне на беседу. – Светлана Николаевна улыбнулась. – Всё, можешь идти.

Юля кивнула, вытерла набегающие слезы и, подхватив рюкзак, побежала к двери. Распахнув ее, она чуть не ударила по голове Полину, которая надеялась подслушать, как дела у ее подруги.

– Ну, ты не сильно заплаканная и не рыдаешь в голос. Все прошло не так уж плохо?

– Ужасно. Но шансы договориться с мамой есть, – ответила Юля. – Пойдем в столовую, наемся-ка я хоть разок, если уж мне скорее всего не суждено танцевать в YoungDance.

– Да ты просто в отчаянии! – посмеялась ее подруга, и девочки побежали вниз по лестнице.

Конечно же, Юля сильно расстроилась, но что было делать. Двойки избежать не удалось, а приглашать маму в школу было равносильно самоубийству. Поэтому девочка решила взять на вооружение любимую мамину цитату из какого-то старого фильма. «Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра. Точнее, вечером, когда мама увидит оценку».

ГЛАВА III

Несмотря на удивление Юли, мама согласилась отвезти ее на пробы в YoungDance в четверг после уроков. Счастью девочки не было предела. Она толком не могла уснуть в среду вечером, так ей хотелось поскорее выступить и услышать положительный ответ. Все уроки в четверг она сидела как на иголках, а на переменах снова и снова прослушивала песню, под которую собиралась выступать, и репетировала сложные движения. Старшеклассники, проходя мимо, посмеивались, глядя на нее, а самые маленькие ребята стайками прибегали посмотреть на танцующую девушку.

Сразу после звонка с последнего урока Юля рванула домой со всех ног. Адреналин бурлил в ее крови, поэтому она даже не чувствовала усталости. Наоборот, ей не терпелось показать себя и свои умения. Тем более Татьяна Сергеевна уверяла, что пройти в новый коллектив для Юли не составит труда. Надо лишь быть самой собой и полностью отдаться танцу, как происходило каждое занятие в родном городе.

С этими мыслями Юля прибежала домой, где у нее был всего час на то, чтобы пообедать и собрать нужные вещи. Костюм она уже выбрала. Девочка решила показывать номер в стиле уличных танцев, и все элементы одежды собрала в сумку еще с вечера. Но надо было продумать макияж и прическу, которые можно сделать на скорую руку и не испортить в транспорте – мама решила по полной испытать свою дочь и показать той, как неприятно кататься в автобусах, когда ты привык к собственной машине. Такими мелочами Юлю было не сломить, и пока она быстро ела суп, сидя на кухне за столом, девочка заодно просматривала в интернете туториалы по нанесению стойкого макияжа, способного выдержать долгие танцы.

Наскоро побросав в сумку лак для волос, расческу и косметичку, девочка услышала, как с работы пришла мама. Раздался легкий стук железа о стекло – это Ирина Евгеньевна бросила ключи от машины в специальную вазочку на тумбочке в прихожей. Юля выбежала в коридор, схватила мать за руку и, не дав той даже вздохнуть, затолкала ее в ванную мыть руки, а затем на кухню обедать. Опаздывать было нельзя, ведь автобус, в отличие от машины или такси, точно ждать не будет.

Собираться в спешке не было нужды, но паника всё равно не отступала. Пока мама обувалась, Юля еще несколько раз проверила сумку на наличие всех необходимых вещей, не менее пятидесяти раз заглянула в телефон, желая убедиться, что время кастинга не перенесли. И только когда Ирина Евгеньевна сама выхватила сумку из рук дочери, они обе наконец-то вышли из квартиры и направились к остановке.

Ближе к вечеру в автобусе в соседний город ехало мало народу – основная масса пассажиров набивалась на обратные рейсы. Поэтому пока что Юля не представляла, какая морока ожидала ее в ближайшее время. Конечно, Влад рассказывал ей про утреннюю давку на остановках, когда все студенты пытаются сесть, чтобы поспать перед занятиями, но девочка только посмеивалась в ответ. Парень же не шутил. После девятого класса он поступил в колледж и проездил на учебу две недели, но не впечатлился контингентом и учебной программой, поэтому решил пойти в 10 класс, чтобы после 11 поступить в вуз, а не в «шарагу». Влад знал, о чём говорил, но мысли Юли сейчас были заняты совсем другими проблемами.

В голове она в который раз прокручивала танец. Если бы обстановка позволяла, она бы порепетировала, но в подскакивающем на каждой кочке и ямке автобусе это было сложной задачей. Ирина Евгеньевна видела, как сосредоточена была ее дочь, как серьезно готовилась к предстоящему отбору, и внутреннее очень ей гордилась. Она не представляла, что ее Юленька, которой в детстве пришлось пережить ужасные вещи, сможет танцевать так хорошо, чтобы стать лучшей в своем городе. На глаза женщины навернулись слезы, поэтому она отвернулась к окну и попыталась отвлечься на пролетающие мимо пейзажи.

Час пути пролетел незаметно, поскольку и мать, и дочь были на нервах. Ирина Евгеньевна не напоминала Юле про неудачи в учебе, ведь она была благодарна за то, что дочь доверилась ей. Юля вполне могла бы взять с собой в качестве поддержки подруг, но она выбрала мать, хотя подростки далеко не всегда доверяют родителям. И теперь женщина была готова сделать всё, чтобы ее Юленьку приняли в танцевальный коллектив.

Юля специально торопилась, и теперь они с Ириной Евгеньевной приехали на сорок минут раньше. Девочка не стала терять времени, а, оставив мать дожидаться в коридоре, сразу же побежала в туалет, где, закрывшись в кабинке, быстренько переоделась, а затем вышла к раковинам и зеркалам и стала наводить макияж.

Подкрашивая глаза, Юля заметила, что в туалет зашла красивая девушка в облегающем черном кожаном костюме. Незнакомка была идеальная – точеная фигура без малейшего изъяна, ровно собранный, буквально волосок к волоску, высокий хвост. Движения девушки, которая всего лишь успела дойти до раковины и поставить на столешницу рядом черный клатч, были грациозны, будто она только что сошла с подиума. Юля замерла, возможно, даже с открытым ртом, так и не успев докрасить один глаз. Незнакомка же только за секунду оценивающе оглядела Юлю и, как-то натужно улыбнувшись, достала пудреницу и стала поправлять макияж.

Юля захлопнула рот, который на самом деле непроизвольно открылся от удивления, быстро подкрасила ресницы и убрала тушь, достав блеск для губ. Незнакомка не обращала на девушку никакого внимания, поэтому внутри Юли нарастало беспокойство. Нужно было выяснить, является ли эта идеальная красавицы ее конкуренткой, или же можно спокойно ехать домой, даже не тратя зря время на соревнования с такой пластичной девицей.

Не поворачиваясь к девушке, но косясь на нее глазами, Юля, прокашлявшись, спросила:

– А вы тоже приехали на кастинг в YoungDance? – девушка мысленно стукнула себя по лбу за то, что показала себя явной деревенщиной, раз откуда-то приехала, а не пришла.

– Ага, – тягуче произнесла красавица, которая в данный момент как кошка изогнула спину, выставив идеальный зад, и приблизила к зеркалу лицо, потому что обводила губы черной помадой.

Этой информации для Юли было явно недостаточно, поэтому она решила попробовать еще раз завязать диалог:

– С каким танцем собираетесь выступать? – девочка вложила в голос, который так и пытался предательски дрогнуть, весь запас энтузиазма, но смешанные пополам со страхом эмоции, видимо, привлекли потенциальную соперницу.

Пару раз громко чмокнув губами, распределяя по ним помаду, девушка резко щелкнула крышкой тюбика, бросила помаду в клатч и повернулась к Юле. Еще раз демонстративно оглядела ее с ног до головы, одним плавным движением перебросила волосы на другое плечо, положила руки себе на талию и грубо выдала:

– А тебе какая разница, замухрышка? Думаешь, что пройдешь в YoungDance? Даже и не мечтай, таким дурочкам, как ты, это не светит, – с этими словами красавица громко щелкнула застежкой клатча так, что Юля даже подпрыгнула на месте, и пошла прочь из туалета, но в самых дверях обернулась, ехидно улыбнувшись, и добавила: – И сделай что-нибудь со своей убогой прической, а то будто «Доширак» на голове.

Юля стояла на месте и ощущала себя так, будто на нее только что вылили ведро помоев. Хотелось или провалиться сквозь землю, или сбежать отсюда как можно дальше. В одном незнакомка была права – на что вообще рассчитывала Юля, когда собиралась пройти в танцевальную группу, известную на всю область? Кто возьмет глупую школьницу, которая даже уроки сама сделать не может? Какие ей тренировки и танцы в другом городе? На глаза девочки навернулись слезы, и ей очень повезло, что тушь, которую она недавно нанесла, была водостойкой.

Словно почувствовав что-то неладное, в туалет зашла Ирина Евгеньевна.

– У тебя всё в поря…, – но женщина не успела договорить, увидев плачущую дочь. – Юленька, что случилось? – она кинулась к девочке и обняла ее.

Юля прижалась к матери, крепко обняла ее и навзрыд зарыдала. Ирина Евгеньевна не могла понять, что же так могло расстроить ее дочь, которая готова была горы свернуть, чтобы добраться сюда. Она гладила девочку по голове и шептала ей слова утешения, но та не успокаивалась. Тогда мать аккуратно взяла голову девочки в руки и медленно отвела от своего плеча. Лицо Юли было красным, девочка то и дело всхлипывала, а слезы так и текли по щекам.

– Ну что случилось, милая? Расскажи мне всё, пожалуйста. Ты ведь расскажешь? – Ирина Евгеньевна заглядывала в глаза дочери, и та, медленно успокаивалась, начала говорить о случившемся.

– И всего-то, – ничуть не успокаивающие слова матери слегка отрезвили Юлю, и та удивленно смотрела в ответ. – Подумаешь, хамка решила вывести из строя конкурентку злыми словами. И у нее получилось, раз ты так на это реагируешь.

– Знаешь, это как-то не похоже на поддержку, – обиженно сказала Юля, отстраняясь от матери.

– Я и не собираюсь тебя поддерживать. Посмотри на себя – распустила нюни только потому, что какая-то выскочка тебя обозвала, – глаза Юли расширялись от удивления с каждым словом мамы. – Разве она права? Разве от ее слов ты стала хуже танцевать? Знаешь, собака лает – ветер носит. Мы еще посмотрим, как выступит она. А ты готовилась, ты знаешь, что делать. И вообще, если ты хочешь стать известной, ты что, думаешь, что никто и никогда не будет тебя критиковать? Или не будет завидовать? Ох, Юленька, танцы – это жестокий спорт, и тебе надо привыкать к такому отношению.

– Привыкать? – это удивило Юлю еще больше. В ее родном коллективе дома никто и никогда никого не обижал. Наоборот, девочки поддерживали друг друга, помогали вещами, тренировками или советами. – Это что же, так будет постоянно?

– Нет, не постоянно, но довольно часто, – Ирина Евгеньевна сделала шаг навстречу дочери и взяла ее за плечи. – Какая ты у меня еще наивная, а еще говоришь, что большая, – мать усмехнулась, а Юля горько улыбнулась, вытирая слезинки со щёк. – Значит так, я тащилась сюда с тобой не ради того, чтобы смотреть на слезы. Решай прямо сейчас – или мы забываем про танцы и уезжаем домой, или ты приводишь себя в порядок и показываешь этой мочалке, чего на самом деле стоишь. Ну? Что будем делать?

Юля улыбнулась. Мама всегда умела найти правильные слова, какой бы ужасной и безвыходной не была ситуация. Иногда Ирина Евгеньевна делала это немного жестоко, но то всегда была правда, с которой не поспоришь. Поэтому Юля встряхнулась и начала спрашивать у матери совета, как лучше накраситься и что сделать с волосами. Через полчаса девочка была идеально накрашена, а ее непослушные локоны собраны в хвостик под кепкой для большего правдоподобия образа.

Когда Юля выходила из туалета вместе с мамой, она уже смеялась и снова была готова к бою. Обняв Ирину Евгеньевну, девочка пошла к стойке регистрации, которая располагалась посреди холла рядом с прилавком с духами. Мама решила остаться в стороне и следить за дочерью издалека, чтобы в случае необходимости снова прийти на помощь. Но пока что Юля должна была справиться сама, ведь ее дочь на самом деле очень сильная.

За стойкой регистрации стояла немолодая полная женщина в растянутом черном свитере, сползающем с одного плеча и оголяющем бретельку бюстгальтера, и потертых джинсах. Волосы были неаккуратно собраны в пучок, а изо рта торчала сигарета. В руках она сжимала какой-то помятый листок, а сама в это время ругалась с кем-то по телефону хриплым голосом. Юля не так себе представляла человека, который должен был допустить ее в светлое танцевальное будущее.

– Отвали от меня, понял? – проорала женщина в трубку в тот момент, когда Юля хотела задать ей вопрос.

– Простите, это вы мне? – растерянно переспросила девочка.

– Чего тебе? – женщина зыркнула на Юлю, а затем добавила в телефон: – Да не тебе, придурок! Это я по работе!

– Я регистрировалась на кастинг… – начала было девочка, но ее грубо перебили:

– Фамилия?

– Скворцова.

– На вот, отметь себя, а я пойду покурю, – с этими словами женщина бросила помятый листок на стойку и направилась в сторону туалета, откуда только что пришла Юля.

Девочка уже второй раз за вечер испытала неприятные чувства, но поскольку твердо решила дойти до самого конца, только пожала плечами и взяла листок. В списке напротив некоторых имен и фамилий стояли жирные плюсы. Найдя себя, девочка озадачилась вопросом, где взять ручку, потому что на стойке ее не было. С собой она, естественно, канцелярию не брала. На помощь пришла продавщица духов, со стороны наблюдавшая за диалогом. Юля поставила самой себе плюсик, положила листок на стойку и пошла прямо.

Пока девочка шагала по коридору мимо бутиков, она всё больше расстраивалась. Воображение рисовало ей радужную картину – ярко освещенную сцену в отдельном помещении, небольшую гримерку, где можно привести себя в порядок, звукорежиссер, который поможет подобрать для номера музыку в хорошем качестве. Каково же было ее удивление, что кастинг проходил просто в холле торгового центра. Вместо сцены – полутемный коридор, грязное ковровое покрытие на полу, на котором там и тут сидели, стояли и разминались подростки, побросавшие вещи прямо на эту грязь. Спасибо, что хотя бы по периметру обтянули место красно-белой лентой, чтобы ходившие мимо покупатели не мешали танцевать. Юля остановилась и огляделась: никакого жюри и в помине не было. Девочка увидела черный железный стул, на котором сидела строгая на вид женщина в спортивном костюме.

Она равнодушно листала ленту в телефоне, даже не поднимая взгляда на пришедших на кастинг детей. Юля вздохнула, брезгливо положила рюкзак на замызганный сотнями ног ковролин и приступила к растяжке. В конце концов, хороший танцор должен быть готов к выступлению в любых условиях. Именно этому учила их Татьяна Сергеевна, когда в родном Центре культурного развития не хватало помещений или инвентаря.

Пока Юля выполняла нехитрые упражнения для разогрева мышц, она успевала оглядывать своих конкуренток и конкурентов. На кастинг пришло не так уж и много подростков, всего человек пятнадцать. Правда, и место в коллективе появилось только одно: солистку переманили в крутой танцевальный коллектив в Москву, на ее место теперь назначили другую девочку. Фактически, вакантная позиция была незначительной – новичка, которому придется с нуля учить все танцы группы, никто не будет ставить вперед. Человек нужен просто для того, чтобы заткнуть дыру. Но для Юли, выросшей в маленьком городке, большем напоминавшем деревню, уже и это было бы удачей. Кто знает, как дальше пойдет карьера, а строчка в резюме про участие в коллективе, который постоянно становился победителем всероссийских и международных конкурсов, явно будет большим плюсом.

Ребята и девчонки были погружены в себя, как и Юля. Кто-то садился на шпагат и тянул носок, кто-то оттачивал движения танца, кто-то поправлял одежду и прическу, пытаясь довести их до идеала. Юля отметила, что все конкурсанты довольно пластичны, у них дорогие костюмы и продуманные номера. Сама она не стала выделяться внешне, решив делать упор на хореографию.

В самой темной стороне огороженного пространства Юля разглядела свою обидчицу из туалета. Та с грацией кошки демонстрировала движения стрип-пластики, что очень удивило девочку. Конечно, YoungDance считался новаторским коллективом, и у них бывали немного откровенные номера на грани с пошлостью, но такого они себе не позволяли. На что рассчитывала затянутая в кожу мадам, Юля не понимала.

Внезапно женщина в спортивном костюме встала со стула и, положив на него свой телефон, захлопала в ладоши, привлекая внимание. Ребята начали подтягиваться поближе.

– Приветствую вас на кастинге в танцевальный коллектив YoungDance! – прокричала женщина так громко, что праздношатающиеся по торговому центру люди начали оглядываться, а после и вовсе собираться возле ограничительной ленты. – Не будем тянуть время, сразу приступим. Вас ждет три небольших этапа: общий танец, на котором я посмотрю ваши способности, индивидуальные выступления, после которых отсею тех, кто точно нам не подойдет, и общий танец коллектива YoungDance. Надеюсь, вы знакомы с нашим творчеством? – после этих слов женщина ободряюще улыбнулась, взяла в руки телефон и включила на нем быструю танцевальную мелодию.

Учитывая размеры коридора, музыку было слышно не очень хорошо. Поэтому не все сразу сообразили, как начать двигаться. Юле повезло – она расположилась почти напротив женщины, так что теперь вполне могла показать себя во всей красе. Но разве можно было ожидать спокойного соревнования, когда каждый хотел занять свободное место в коллективе? Многие из ребят, не слыша мелодии, стали приближаться. Красавица в кожаном костюме и вовсе пробралась на первую линию, растолкав всех. Она затанцевала рядом с Юлей, то и дело ставя той подножки и пихая локтем в бок.

Юля попыталась немного подвинуться, потому что ей не хотелось снова связываться с наглой девицей. Но поскольку места было мало, она пару раз наступила на ногу танцующему рядом мальчику. Извинившись, девочка вернулась на свое место, и как раз в это время случилось то, чего она так боялась. Вредная соседка незаметно толкнула Юлю в спину, и та растянулась прямо на полу перед женщиной в спортивном костюме. За спиной раздались смешки, но танец никто не остановил. Юля больно ушибла локоть и коленку, пока падала, но мама была права – надо или уходить, или бороться до конца. И девочка выбрала второе.

С трудом она поднялась на ноги и увидела недовольное лицо женщины в спортивном костюме. Однако уходить девочку никто не просил, поэтому она быстро отряхнулась и снова подстроилась к танцу, оставшись при этом на своей собственной полосе впереди всех. Юля нутром почувствовала, как злится позади нее красавица, но это только придало девочке азарта. Она отметила, что выражение лица женщины сменилось на благосклонное, и поэтому продолжила активно двигаться.

Первый этап кастинга закончился так же неожиданно, как и начался. Женщина просто выключила музыку, и часть танцоров чуть не попадала на грязный ковролин. Не теряя ни секунды, женщина хлопнула в ладоши и, ткнув пальцем в стоящего справа от нее парня, велела тому показать, на что он способен один. Юля в это время ретировалась в общую толпу, которая благоговейно отступила на два шага назад, освобождая место под индивидуальные танцевальные номера.

Девочка трясущимися руками набирала в телефоне название песни, под которую собиралась выступать. Она даже не обращала внимания на танцы соперников, хотя там было на что посмотреть. Пропустила она и фееричное выступление красавицы в черной коже. Юля как раз оторвалась от экрана смартфона и услышала аплодисменты всей толпы. Конкурентка прошагала мимо, вызывающе виляя бедрами, и успела презрительно глянуть на Юлю. Видимо, она даже не считала ее достойной соперницей.

Через пару танцев указующий перст женщины был направлен на Юлю. Нервно сглотнув, девушка подошла к стулу, положила на него телефон, включила песню и резво отбежала на свободное место. Спустя несколько секунд тишины и проигрыша она начала двигаться. Четкие движения рук и ног, плавные волны всем телом, будто скользящие по полу кроссовки – Юля владела собой идеально, а музыка была близкой и понятной. Девушка полностью отдалась потоку звуков, словно бежала по нотной дорожке в едином ритме с мелодией. Окружающие затаили дыхание, поскольку не ожидали такого мастерства от невзрачной девчонки в широких джинсах с низкой посадкой и застиранной рубашке в клеточку.

В конце танца Юля сделала пару эффектных движений и замерла, держа козырек кепки одной рукой и глядя в пол. Грудь девочки быстро вздымалась, но на лице сияла улыбка. У нее получилось показать всё, что она могла, выложиться по полной и не накосячить. Татьяна Сергеевна бы гордилась ей. Это на самом деле был успех, потому что все соперники аплодировали куда громче, чем незнакомке в коже, и к похвале присоединилась женщина. Она пару раз ударила в ладоши и одобрительно кивнула, но не стала затягивать и пригласила следующего участника.

Весь смотр занял около полутора часов, и всё оставшееся время Юля, нервы которой слегка расслабились после самого сложного испытания, спокойно сидела на своем рюкзаке и следила за номерами. Она подмечала интересные движения, запоминала красивые мелодии и тут же находила их в телефоне. Девочка просто впитывала в себя эту атмосферу мастерства и старалась учиться.

Когда все оттанцевали, женщина попросила собраться рядом с ней. Некоторые еще тяжело дышали, но отдыхать было некогда. Женщина стала называть тех, кто должен был уйти, и в паре слов говорила, по какой причине. Каково же было удивление Юли, когда красавицу, что ставила ей подножки, попросили удалиться, поскольку стиль ее танца никак не вязался с концепцией YoungDance! Девушка готова была поспорить, что слышала, как у конкурентки от досады заскрипели зубы, но та не захотела ударить в грязь лицом и ушла с гордым видом. Красотка грациозно прогнулась, чтобы выбраться из-под оградительной ленты, и быстро-быстро зашагала прочь. Юля подумала, что в мире всё же есть справедливость.

Однако радоваться и расслабляться было рано. Женщина отобрала семь человек, которые должны были показать, что умеют двигаться синхронно и чувствовать коллектив. Задача усложнялась тем, что надо было участвовать в уже поставленном танце коллектива YoungDance. Татьяна Сергеевна и тут помогла Юле – они отработали несколько их танцев, надеясь впечатлить этим жюри отбора. Девочке повезло – предложенный для последнего этапа танец она репетировала. И во время общих движений в какой-то момент Юля стала неформальным лидером, под чьи движения все подстраивались. Женщина не стала досматривать до конца, она остановила музыку и, поблагодарив всех за участие, попросила Юлю остаться.

Девочка не поняла, что только что случилось. Она не успела даже осознать, что стала победителем этого небольшого смотра. Разве может ей так повезти? Это какое-то чудо… Или ошибка… Или что-то подобное. Но женщина не дала ей запутаться в мыслях, сразу же начав объяснять, когда и куда Юле нужно будет подойти с документами и родителями, чтобы ее официально приняли в YoungDance.

– Я вижу в тебе большой потенциал, – напоследок напутствовала ее женщина. – Но тебе придется много трудиться, чтобы догнать коллектив и достичь их уровня. Ты уверена, что готова к этому? Можешь гарантировать, что я не зря сегодня тратила свое время?

– Можете на меня рассчитывать, – пролепетала Юля, на что женщина улыбнулась в ответ и похлопала девочку по плечу:

– Тогда увидимся в понедельник в шесть часов в ДК.

С этими словами женщина ушла, а Юля так и осталась стоять посреди огороженной лентой территории, не веря своему счастью. Очнулась она только тогда, когда уборщик пришел за стулом и начал ворчать что-то под нос. Юля пулей выскочила из-под ленты и помчалась к маме, которая ждала от нее звонка в ресторане быстрого питания в десятке метров от места кастинга.

Наскоро перекусив, Юля в красках рассказала всё маме, а та не стала говорить, что на самом деле видела всё своими глазами, потому что пряталась в толпе собравшихся зрителей. Зачем смущать ребенка своим присутствием? Мать и дочь отправились в обратный путь, и в этот раз автобус был полон, так что Юля в полной мере прочувствовала всю прелесть вечерних поездок в час пик, когда ты измотан и устал. Но внутри она ликовала, ведь ей удалось обойти столько соперников.

Прижатые друг к другу в середине салона, Юля и Ирина Евгеньевна болтали и смеялись. Мама обняла свою любимую девочку и сказала:

– Это тебе прямо подарок на день рождения. Мечта исполнилась.

А Юля только блаженно улыбалась, напрочь забыв о том, что надо будет исправлять двойку по математике, тратить еще больше времени и сил на танцы, проводить три дня в неделю в дороге. Все ее мысли были заняты приближавшимся днем рождения, который она встретит уже в статусе члена известного танцевального коллектива.

ГЛАВА IV

День Икс выпал на выходной. Юля так долго ждала своё шестнадцатилетние, но она и сама толком не могла объяснить, почему и зачем. Возможно, это просто шанс почувствовать себя взрослой, больше решать самой и отвечать за свою жизнь и каждый совершенный выбор? Девушка была серьезна не по годам, потому что она испытала на своем коротком веку много неприятностей. Может, она забыла, что значит быть ребенком. Хотя и верила в чудо.

Утром этого дня можно было никуда не спешить и как следует выспаться перед празднованием с подругами, которое они планировали почти год. Но Юля проснулась рано – организм привык пробуждаться чуть свет, и даже вселенская усталость не давала проспать полдня, когда сильно хотелось.

Девушка откинула одеяло с головы, и ее тут же ослепил яркий свет, бьющий в окно. «Надо же, сегодня солнечный день! Прямо как по заказу!» – улыбнулась сама себе Юля. Светлых дней уже давно не было. Календарная весна пришла недавно, но природа и не думала радовать людей теплым воздухом и светлым небом. Температура немного выше нуля и тяжелые серые облака делали каждый день мрачным и тоскливым. Но сегодня всё было иначе.

Юля отбросила одеяло к стенке и сладко потянулась на кровати, не вставая с нее. Можно было позволить себе никуда не спешить хотя бы один день. Положив ногу на ногу, а руки под голову, Юля прикрыла глаза и стала мечтать. Сейчас, как только она покажет, что проснулась, придет мама и будет поздравлять. Потом Юля встретится с девчонками на остановке, и они поедут в Серпухов. Там они сходят в кафе и погуляют по городу, а может, и еще что придумают. А потом… Юля открыла глаза, и улыбка исчезла с ее лица. Действительно, а что потом? Потом она вернется домой, посидит с мамой на кухне, на следующий день сделает уроки, а с понедельника снова учеба и тренировки.

И тут душу девочки охватил страх. Потому что такой рутинной жизни оставалось всего два с половиной месяца. А вот дальше шла туманная страна взрослой жизни. Мечты мечтами, а тренироваться и учиться надо еще усерднее, потому что дальше надо куда-то поступать. Вариантов было несколько, но были ли шансы?

Юля резко села на кровати и тряхнула своими светлыми крупными локонами, словно отгоняя дурные мысли. Нет, сейчас она об этом думать не будет, это слишком грустно. Поэтому девочка вскочила с кровати, открыла и включила ноутбук, стоящий на столе у окна, и запустила любимый трек-лист. На всю комнату заиграла веселая музыка, и Юля начала пританцовывать в ритм мелодии. Схватив со стола расческу, девочка делала вид, что поет, и вкладывала в эту забавную игру все свои эмоции. Так она выгоняла грустные мысли, потому что привыкла к этому с детства. И пусть белая пижама с рисунком в виде розовых фламинго под зелеными пальмами не подходила для концертного костюма, а белые носки грозились стать черными после танцев на не самом чистом полу, это было идеальным способом успокоиться и собраться с мыслями.

Совершая очередной оборот вокруг себя, стоя на одной ноге, Юля заметила, что дверь робко приоткрылась. В образовавшуюся щель просунулись цветы: мама купила своей любимой дочке огромный букет разноцветных хризантем.

Юля ахнула и остановилась. Вслед за букетом в комнату проникла и мама, которая его держала. Юля швырнула расческу на стол, и та угодила в стопку книжек. Мама неодобрительно покосилась на этот жест, но промолчала.

– Милая моя, я поздравляю тебя с днем рождения! Ты у меня самая-самая любимая дочь! –Ирина Евгеньевна вручила Юле букет, и девочка обхватила его своими тонкими руками, утонув в цветах. Ее не было заметно из-за огромного букета. Юля никогда особо не любила хризантемы, но сейчас это был прекрасный подарок. Именно то, что ей нужно – внимание и положительные эмоции.

– Мам, спасибо огромное, цветы просто потрясающие! – смеялась Юля, нюхая и разглядывая каждый цветок. – Когда ты только успела их купить? Восемь утра же!

– Разве мне сложно встать пораньше, чтобы порадовать любимую дочь? – Ирина Евгеньевна обняла Юлю, немилосердно зажав букет между собой и дочерью. Юля пошевелилась, пошуршав листьями хризантем, и тогда мама ее отпустила. – Поставь их в вазу, хорошо?

– Конечно, мам! – Юля направилась в коридор, но остановилась и еще раз обернулась на мать. – Я тебя так сильно люблю, ты ведь знаешь?

Не дожидаясь ответа, Юля убежала на кухню за вазой, потом принесла букет к себе в комнату и водрузила на стол рядом с ноутбуком и учебниками. И она, и мама сели на кровать рядышком и стали любоваться цветами.

Тишину нарушила Ирина Евгеньевна:

– У тебя ведь явно есть какие-то планы на этот день? – спросила она, повернувшись к дочери.

– Да, мы с Полиной и Машей поедем гулять в «Корстон». Обещаю, всё будет нормально. Мы не допоздна.

– Ты же знаешь, как я каждый раз переживаю, когда отпускаю тебя куда-то ехать. Без меня, – Ирина Евгеньевна взяла дочь за плечи и посмотрела ей в глаза. – Может, вы здесь куда-нибудь сходите? Или дома посидите? Я приготовлю что-нибудь вкусненькое и куплю торт.

– Мам, не нужно снова начинать. Ты же знаешь, всё будет в порядке. Я уже не маленькая и соображаю, что и как делать. Ты можешь за меня не беспокоиться. – Юля также серьезно смотрела матери в глаза. Девочка аккуратно сняла руки матери со своих плеч и взяла ее ладони в свои. Нежно их поглаживая, она успокаивала мать. – Девочки придумали для меня какой-то сюрприз, я не хочу их расстраивать, они же старались.

– Да уж, они у тебя очень старательные, – постаралась отвлечься от тягостных воспоминаний Ирина Евгеньевна. – Ладно, но обещай мне звонить каждый час.

– Ну мам! – воскликнула Юля.

– Хорошо, каждые три часа.

– Не обещаю, но пару раз за день,возможно, и звякну, – Юля улыбнулась, чмокнула мать в щеку и побежала собираться.

Наскоро переодевшись в цветастое платье и тяжелые черные осенние ботинки (последний писк моды!), Юля стала усердно завивать свои и так вьющиеся волосы. Она залила их лаком для надежности и села за макияж. Между этими манипуляциями девочка успела съесть пару бутербродов с сыром и выпить чашку чая. Мама только охала и упрашивала Юлю нормально позавтракать, но девочка летала из своей комнаты в ванную, из ванной на кухню, из кухни к зеркалу в коридор, и так снова и снова. Юля отговаривалась тем, что они с девочками и так пойдут в кафе, где смогут нормально поесть.

Наконец праздничный образ был готов окончательно. Юля надела поверх платья черную кожаную куртку, прихватила с собой небольшой черный кожаный рюкзак, взяла в руки телефон, который до этого времени стоял на зарядке, чмокнула мать в щеку еще раз и побежала на автобусную остановку, где должна была встретиться с подругами.

На улице была настоящая весна. Несмотря на то, что была только середина марта, кое-где уже пробивалась зеленая травка, играющая под солнечными лучами, словно драгоценный камень. Небо было густо-голубым, как бывает только в мае, и Юлю это очень радовало. Ничто не мешало девочке наслаждаться красотой природы и слушать пение птиц. Была суббота, поэтому в девять утра на улицах почти никого не было – все отсыпались после трудовой недели.

Подходя к остановке, Юля издалека заметила какие-то золотистые блики. И только подойдя вплотную к своим подругам, она увидела, что они надули для нее огромные, метровые золотые шарики в виде цифры 16. Обе ее подруги держали по одному шарику и по пакетику с подарками.

– Юля! Ура! С днем рождения! – заорала Маша и помчалась навстречу подруге, благо рядом не было прохожих, которые могли бы их осудить за крики на улице. Шарик нервно задергался в руках девочки, но выстоял и обнимашки, и радостные подпрыгивания, и столкновение со вторым шариком, который принесла Полина.

Девочки пообнимались, расцеловались, подруги вручили Юле подарки и еще раз расцеловали ее, а затем каждая выдала прекрасную поздравительную речь, которую готовила заранее. Подруги занимались организацией дня рождения вместе, ничего не рассказывая Юле. Но сейчас настало время потихоньку раскрывать карты.

– Итак, сначала мы пойдем не просто в «Корстон», а в ресторан на самом верху! – радостно вещала Полина. – Я попросила маму позвонить туда и заказать нам столик на троих.

– А денег нам хватит? – засмеялась Юля. – Это же дорогой ресторан.

– А это часть моего подарка, – заговорщически подмигнула Полина. – Мама там уже заказала и оплатила картой некоторые блюда. Ну и естественно, мы можем взять что-то еще, на что нам хватит финансов.

Юля обняла подругу. Полина была из богатой семьи и могла себе такое позволить. Мама ее каждые каникулы возила в тур по европейским странам, так что дорогие рестораны и красивые сюрпризы были для нее привычными. Не то что для Юли, семья которой на самом деле перебивалась от одной маминой зарплаты до другой. Юля была уже не маленькой, но далеко не всегда понимала, скольким жертвует ее мать, чтобы содержать единственную и любимую дочь, чтобы всегда покупать ей красивые вещи и оплачивать занятия.

Мама Юли понимала, что девочка должна общаться со сверстницами, а в тяжелое время господства моделей и любителей показного здорового образа жизни ее девочка должна была выглядеть соответственно, чтобы не стать изгоем. Возможно, и Юля тоже понимала это какой-то частью своей души. Но ее подруги дружили с ней искренне, а не из-за красивых шмоток или дорогой косметики. Возможно, они бы никогда не сошлись вместе, не будь этого всего, но кто мог утверждать это наверняка? Дети – отражение мира взрослых, но сходятся друг с другом они сперва всё же по своим интересам, а только потом начинают оценивать внешний вид и благосостояние.

– Вон маршрутка идет, хватит обниматься, – нарушила идиллию еще одна подруга, Маша. Эта девочка, как и Юля, любила танцы, но не настолько сильно, чтобы связывать с ними свою будущую жизнь. Из трех подруг только у нее в семье был отец, да еще и ожидалось пополнение в семье в ближайшее время. Поэтому Маша собиралась оставить танцы, чтобы помогать маме с братиком, пока отец будет обеспечивать семью.

Девочки, радостно хихикая и обсуждая всякую ерунду, зашли в подъехавшую маршрутку и уселись на последнем ряду. Вместе с ними в транспорте ехало немного народу: в середине сидели два парня, которые еще дремали, видимо, студенты, а впереди сидели несколько старушек, направлявшихся в больницу.

– Короче, – начала рассказывать Маша, – мне писала Ника. Помните ее, она училась на класс старше, а потом уехала в Москву?

– Да, помню, я с ней тоже немного переписываюсь, – ответила Полина.

– Ну так вот, у нее одноклассница снялась в клипе у какого-то чувака, танцевала там. Он вроде пока не звезда, но этот его клип показывали по телеку на одном музыкальном канале, я не помню, каком, но я вам скину видео. И короче, было много позитивных комментов на этот клип, и на песню, и он записал еще один клип. И опять туда позвал одноклассницу Ники. А после этого второго клипа, который набрал кучу просмотров на Ютюбе, ее заметили и пригласили на модный показ моделью. Ника рассказывала, что там на нее специально даже шмотки шили, чтоб по размеру подходили. Такой крутяк! Вот так люди поднимаются, а мы тут с вами в маршрутке едем…

Девочки вместе обсудили эту историю и пришли к выводу, что Юле было бы неплохо отправить видео со своими танцами этой однокласснице Ники. Раз девушка смогла пробиться в шоу-бизнес, то и у них есть все шансы.

– Юля, ты же понимаешь, что мы тебя всячески готовы поддержать, – сказала Маша. – Мы в тебя верим. И не только потому, что сейчас твой день рождения, и мы хотим сказать тебе красивые слова. Нет, мы всегда рядом, знай это.

– Девочки, спасибо вам за поддержку. Я обязательно напишу Нике и спрошу про эту ее подругу. Глядишь, сработает теория шести рукопожатий.

– Тут будут три рукопожатия, – уточнила Полина.

– Тогда уж четыре, потому что подруга Ники не сама решает, а должна будет кому-нибудь показать Юлины видео.

За такими разговорами дорога пролетела незаметно, и вот уже девочки вышли рядом с «Корстоном». То и дело хохоча и ловя на себе взгляды прохожих, которых здесь было побольше, подруги отправились в день-путешествие.

Их ожидало много веселья. Сначала они пошли гулять по магазинам, где несколько часов радостно бегали между стеллажами с одеждой, примеряли красивые вещи и фотографировались в зеркале. Девочки обожали делать фото в одинаковых футболках, так что их социальные сети переполнились счастливыми снимками очень быстро. Телефоны грозились отключиться, поэтому в качестве временного убежища подруги выбрали ресторан сети быстрого питания, перекусили там и подзарядили свои телефоны, чтобы отправиться дальше.

Следующим пунктом их путешествия, а заодно и сюрпризом от Маши, была фотосессия в музее мороженого. Красивые платья, прически и макияж делались не зря – подруги запечатлели себя на память в красивых фотографиях. Они кривлялись, обнимали плюшевые конфеты и мороженки, а самое главное – в этот момент они даже не думали, что через два с небольшим месяца их пути разойдутся, потому что каждая пойдет учиться куда-то еще. Они не думали, что это одно из последних из совместных приключений, но,наверное, всё же чувствовали это. Фотосессия запомнилась им больше, чем процесс съемки выпускного альбома, потому что там всё было строго, а здесь – неофициально и весело. И спустя много лет, может быть, хотя бы одна из них повесит на стену в своем доме или квартире эту яркую фотографию, где они все такие юные и счастливые.

Устав от позирования, все три красавицы наконец-то пошли в ресторан, оплаченный мамой Полины. Девочки сложились и купили себе одну бутылку шампанского, потому что они считали себя взрослыми и хотели отметить по-взрослому. Но нарушать запрет родителей было нельзя, поэтому решили обойтись малой кровью и взять хотя бы самый традиционный праздничный напиток.

В ресторане был приглушен свет, играла веселая музыка – ставили современную попсу, но девочкам было весело, хоть они такого практически и не слушали. Они пробовали мраморное мясо и макароны с чернилами каракатиц, поднимали бокалы, снова фотографировались и рассматривали фотографии, сделанные за день. Другими словами, развлекались, как современные подростки, которым родители дали денег на красивый праздник.

Поскольку мама Полины не собиралась тратить очень много денег на незнакомую девочку, она заказала им ресторан не поздно вечером, а когда это стоило подешевле. Поэтому сейчас, в шесть часов вечера, девочки уже вышли на улицу и побрели в сторону остановки. Они наелись и устали, день выдался насыщенным и веселым.

Они медленно шли по тротуару, обсуждая, кто уже поздравил Юлю, а кто еще не сделал этого. И тут вдруг у Юли зазвонил телефон. Всё еще что-то отвечая подругам, девочка нажала «Ответить на вызов», даже не вчитавшись, кто же это звонит.

– Привет. Очень симпатичное платье, – послышался голос в трубке.

– Влад? – удивилась Юля. За день она успела о нем забыть. – Ты где? Ты что, меня видишь? – Юля начала оглядываться.

– Вижу. И шарики вижу. Всё вижу. Я экстрасенс. А ты что, разве не знала? – посмеялся парень.

– Я догадывалась, но не решалась признаться, – пошутила Юля в ответ. – Так ты где? Ты так и не ответил.

– Скоро узнаешь. Вы же на остановку идете? Вот и идите, а там ждите.

После этих слов парень бросил трубку. Юля удивленно уставилась на телефон, пожала плечами и убрала его в карман.

– Кто это был? – хором спросили подруги, заглядывая Юле в глаза. – Ооо, да ты покраснела! – протянула Маша, пока Полина умиленно улыбалась и сверлила подругу глазами.

– Да это Влад, – отмахнулась Юля.

– Он что, до сих пор тебя не поздравил? – притворно ужаснулась Маша. – Как так можно? Уже вечер!

– Я думала, он писал мне сообщение, но может, и не писал, – слегка расстроено проговорила Юля. На самом деле она озадачилась, почему один из лучших друзей забыл о ее дне рождении. Но мысль улетучилась быстро, потому что рядом с ней были верные подруги, которые устроили для нее настоящий праздник.

– А что он хоть сказал-то? – спросила Полина.

– Велел идти на остановку и ждать его там. Видимо, он где-то рядом.

– Хорошо, мы исполним его просьбу. Надеюсь, он придумает что-то стоящее, – ответила Маша и бодро зашагала по направлению к остановке.

Как только девочки дошли до пункта назначения, рядом с остановкой притормозил черный БМВ Влада. Машина была далеко не новая, но смотрелась неплохо. Подруги одобрительно промычали и не особо заметно подтолкнули Юлю вперед.

Включив аварийный свет, из машины вышел Влад с букетом оранжевых роз. Очаровательно улыбнувшись, он пошел навстречу девочкам. Юля смотрела на своего друга, и ее глаза всё больше и больше округлялись.

– Юль, с днем рождения тебя! – Влад неловко сунул букет в руки подруги и также неловко чмокнул ее в щеку, слегка приобняв за плечи. Полина и Маша покраснели, заулыбались и начали многозначительно переглядываться. – Что стоите-то? Садитесь в машину, домой всех подвезу.

– О, спасибо! – ответила Полина, пока Юля молча нюхала цветы, не смея поднять глаза на Влада. Девочка хотела было сделать шаг к машине, но тут ее пихнула в бок Маша:

– Знаете, вон уже автобус пришел, мы на нем поедем. Заедем еще в один магазин по дороге. А Юлю лучше на машине отвезти, а то ей неудобно будет подарки в автобусе тащить. И шарики тоже, – с этими словами Маша выхватила шарик у Полины, а затем оба шара сунула Юле в руку. Полина собиралась протестовать, но Маша уже подхватила ее под локоть и потащила на остановку, где никакого автобуса и близко не было. «Ты что, сдурела?! Какой автобус? Раз так, будешь мне за автобус платить, если уж я на халяву домой не проедусь!» – услышали Юля и Влад недовольные крики Полины, а затем тихое шипение Маши. Оба засмеялись, и Юля наконец-то решилась поднять глаза на парня.

– Сколько мы еще стоять-то будем? Садись, поехали! – без Юлиных подруг Влад стал как будто смелее. Он взял из рук девочки шарики, букет и пакеты с подарками, закинул всё на заднее сиденье машины и сел за руль. Юля быстро обежала автомобиль и уселась на переднем сидении рядом с парнем. Пока она неловко возилась с ремнем, который всё никак не хотел растягиваться и вставляться в застежку, Влад потихоньку поехал. С остановки Полина и Маша показывали ему большие пальцы и улыбались.

На улице постепенно темнело, а значит, загорались фонари и подсветки на магазинах. Вечерний Серпухов выглядел так, будто праздновал Новый год. Много синих, красных огоньков, а на выезде из города еще и переливающийся всеми цветами радуги павлин – символ города. Юля смотрела на эти огоньки, прислонившись к стеклу. Влад молчал, но чтобы сгладить неловкость, он включил музыку: радио заиграло какой-то современный рэп. Довольно сделав громче, Влад постукивал пальцами по рулю в такт. А Юля мечтательно любовалась видом за окном и практически дремала после долгого и насыщенного эмоциями дня.

– Тебе букет-то хоть понравился? – нарушил молчание Влад.

– А? – Юля повернулась к нему и сонно поморгала. – Да, понравился, даже очень. Я люблю розы.

– Я заметил по твоей странице ВКонтакте, – улыбнулся парень.

– Ух ты, – удивилась Юля. Мало кто обращал внимания на ее интересы.

– Ты извини, я ведь совсем забыл про твой день рождения, – смущенно добавил Влад, – а вспомнил, когда увидел вас с девчонками. Шарики мне напомнили про праздник.

– А цветы ты где тогда взял?

– Остановился и купил, пока вы к остановке шли. Прости, я в колледже замотался, ездил сегодня на подготовительные курсы, устал очень. Да и ты тоже, я смотрю, вымоталась.

– Ага… – Юля и хотела бы поддержать разговор, но у нее просто слипались глаза. Но Влад, казалось, этого не замечал. Он собирался с духом, чтобы что-то сказать.

– Юль, я понимаю, может это не вовремя как-то, но я тебе хотел сказать… – парень сглотнул, тяжело вздохнул и покрепче вцепился в руль. – Короче, ты мне не просто как подруга нравишься. У тебя ведь нет парня? Может, будем встречаться? Что ты об этом думаешь?

Влад на секунду обернулся на Юлю. Сон у нее как рукой сняло. Что? Влад сейчас предложил ей встречаться? И что делать? Что отвечать? Хочет она этого или не хочет? Нельзя молчать, в таких ситуациях молчание не дает хорошего результата.

– Ого! – выдал мозг девочки, за что она тут же мысленно прокляла его и ударила себя по лбу тоже мысленно. – В смысле, мне очень приятно. – «Да что с тобой, Юля! Соберись!» – еще раз мысленно отругала себя девочка. – Ты мне тоже очень нравишься, Влад…

Вот, это уже было похоже на правду. Но что же сказать дальше. Повисла неловкая пауза, потому что Юля не договорила.

– Но… – подсказал ей Влад, мрачно оглянувшись на нее еще раз. – Есть ведь какое-то но?

– Но, буду честной, на меня сейчас столько всего навалилось, что еще отношений мне только не хватало, – выпалила Юля как на духу.

– Понятно, – сухо ответил Влад и уже не стал на нее оглядываться.

– Влад, прости, если это прозвучало резко. Но сегодня утром я думала о будущем. У меня осталось так мало времени, чтобы подтянуться по оценкам в школе, да еще и в YoungDance надо выкладываться по полной, ты сам видишь, какая я после тренировок. Я не говорю тебе «нет», я просто… просто пока не могу ни с кем встречаться.

– Типа мне надо подождать, пока ты созреешь для отношений? – уточнил парень.

– Типа да. Ты не обиделся? – Юля испуганно взглянула на парня.

– Нет. Да. Нет, – Влад не мог определиться. Тряхнув головой, он добавил: – Скажем так, если бы ты отказала мне при своих подругах, я бы чувствовал себя гораздо хуже.

– Если для тебя это так важно, я никому ни слова не скажу. Мы ведь с тобой друзья, и для меня это очень важно.

– А я бы хотел чуть больше дружбы, – грустно сказал Влад.

– Ты столько для меня делаешь, – Юля положила руку на плечо парня. – Мне очень стыдно, Влад, но прошу тебя, дай мне закончить учебный год. Осталось не так долго. Ты ведь меня как никто понимаешь…

– Хорошо, я понимаю, – Влад погладил Юлину руку на своем плече, и девочка не стала ее убирать. Она улыбалась и глядела на своего друга.

– Сделай громче, – сказала Юля, когда по радио заиграла песня, под которую они с Владом танцевали на школьной новогодней дискотеке. Девочка протащила туда друга нелегально, но в темноте никто не обращал внимания на незнакомца. Тот вечер был очень веселым. – Ты узнаешь песню?

Влад кивнул и сделал громче. Всю оставшуюся дорогу парень и девушка голосили веселую песню, подпевая радио. И Юля думала, что ее день рождения удался гораздо лучше, чем она могла себе вообразить.

ГЛАВА V

– Ну как вы вчера с Владом прокатились? – вопрошала Маша Юлю, хитро подмигивая ей. Девочки сидели на лавочке в рекреации литературного зала перед первым уроком литературы. В школе было еще темно, школьники потихоньку собирались, но пока в коридоре кроме девочек был только их одноклассник Артем, увлеченно игравший в мобильник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.