Инесса Новицкая
Одинокая волчица. Посох Странника

Пролог

Огонь был всюду. Треск, искры, запах гари, едкий дым, от которого першило в горле – и яркое пламя, пожирающее то, что ещё недавно было их деревней

Девушка, лет семнадцати, закрыла нос рукавом, чтобы было легче дышать. Глаза слезились – то ли от дыма, то ли от понимания: у них больше нет дома. Нет Воркса.

И сестры тоже нигде нет.

– Лара! Лара! – кричала Сара Морган, но ответа не слышала. Она бросилась бежать дальше, надеясь, что сестренка отзовется. Надеясь, что ещё не все потеряно.

– Лара! – с надеждой воскликнула девочка, услышав чьи-то шаги совсем рядом, обернулась… нет, это не её младшая сестра. Это был невысокий крепко сбитый незнакомец с насмешливым взглядом.

– О, а вот и девчонка. Ты ведь дочурка Фрэнка Моргана, верно?

– Кто вы? Что вам надо? – голос девушки дрожал. Она испуганно осматривалась и даже попыталась сделать шажок назад, но мужчина резко схватил её за правую руку. Не обращая внимания на вскрик Сары, незнакомец разорвал рукав платье и жадно уставился правое плечо… совершенно чистое, без каких-либо знаков.

– Не та! Зараза! – он резко оттолкнул от себя девушку, и та упала, сразу же попытавшись отползти. Мужчина выругался, а потом снов обратился к девушке: Где твоя сестра? Ну? Где? Отвечай, зараза, а то я тебя… – он схватил её за обнаженное плечо и поднял, несколько раз тряхнув. Сара, едва сдерживая слезы от боли и страха, молчала и только качала головой. Нет сестры, нет нигде! Она, Сара, её потеряла!

– Ах ты… – снова начал было ругаться незнакомец, но договорить не успел. Резкий вскрик и звук удара… – и мужчина осел на землю бесчувственным кулем. А сверху опустилась тяжелая палка.

Мальчишка, лет двенадцати, её стоял позади поверженного мужчины и тяжело дышал. Он был весь в черной саже, и Сара даже не сразу узнала друга своей сестры.

– Вольф?

– Цела? – голос мальчишки хрипел.

– Да. А ты?

Мальчик посмотрел на неё почти невменяемыми глазами, в которых плясало то же пламя, что и вокруг.

– Они убили моих родителей. Они их убили.

Сара замерла от ужаса. Она не знала, что сказать, что вообще говорят в таких случаях…

– Сара! Вольф! – услышала она голос матери. – Быстрее сюда! Уходим!

И они побежали на голос…

Вечером, уже довольно далеко от места, что ещё недавно было их домом, Сара всё же не выдержала и спросила:

– Мама, а как же… папа? Лара? Как они нас найдут?

– Никак, – глухо отозвалась Даниэлла Морган. – Твоей сестры больше нет с нами.

Глава 1

Олег в очередной раз ударил кулаком по стене.

– Ты хочешь её выбить? Помочь? Может, тогда лучше по двери? – спросил Джемт. Ему и так было тошно, но Олег своими бесконечными действиями уже вывел его из себя.

Джемтальт тоже переживал за Лару. Он тоже был готов отдать все на свете за то, чтобы с ней все было нормально! Но то, чем сейчас занимается Олег, это не выход из положения! Он только руки себе отобьет! Надо… надо что-то делать! Но не заниматься ерундой! Ему что, мало сломанного носа?

Ванесса дернула его за рукав.

– Что ты говоришь?

– Я говорю, что, сбивая себе руки в кровь, он ничего не добьется. Ничего не изменится, кроме состояния его конечностей.

Олег страшными глазами посмотрел на него:

– Джемт! А ты, ты что предлагаешь?! Сидеть и ждать?!

– Нет, – не смутился парень. – Подумать.

Конечно, Джемтальт прав. Олег и сам это прекрасно понимал. Просто его переполняли эмоции, не слишком светлые, и поэтому он дает им такой выход. Сложно понять?

А насчет рук, Олег не предавал этому значения. Теперь уже это было неважно. Теперь уже почти все было неважно.

Им ничего не говорят про Лару.

Прошли сутки. Кроме сухого «жива» они ничего не добились. Им просто ничего не говорят.

Будто всем наплевать, что они волнуются!

Послышались шаги, и друзья практически подбежали к двери.

Там стоял хорошо знакомый Ванессе мужчина.

– Бу, – усмехнулся он.

– Где Лара? Что с ней? Как она? – его буквально забросали вопросами. Наконец он не выдержал.

– Постойте! Я не видел вашу подругу, но знаю, что она жива. Не то, чтобы совсем здорова, но уже приходила в сознание. Госпожа Саралинда пытается её вылечить.

– Как? – воскликнул Олег. – Магия на Лару не действует! Как вы собрались её лечить1

– Не кричи! – призвал его к порядку мужчина. – Наверное, Госпожа в этом больше понимает. Да, меня зовут Грэг.

– Грэг, а зачем ты здесь? – вдруг спросил Джемт.

– По нескольким причинам, если честно. Извиниться перед тобой, что схватил за волосы, – обратился он к Ванессе. – Не хотел, но ты дернулась, а они попались под руку.

Несс нахмурилась.

– Угу, случайность.

– Смешно, но это так. И ещё, я вам должен кое-что отдать. Точнее, Олегу. Это ведь ты?

Странник кивнул.

– Вот. Это передала ваша подруга… как уж её зовут?

– Иллариона… – растерянно сказал Олег, беря из рук Грэга маленький кулончик в виде ракушки. Это был кулон Кары. Он крепко сжал его в руке, силясь не расплакаться.

Нельзя. Он мужчина, Странник. Если что, он должен спасти Кару. Этот кулон – своеобразное «Прощай»…

– Ну, как-то так…

Грэг собрался было уходить, но Джемт спросил

– А кто вы? Что вы здесь делаете?

– Живу. Или, как сказала ваша Иллариона, существую. Она всегда называет вещи своими именами?

– Да.

Грэг хмыкнул.

– Похвально, конечно… но это не слишком хорошее качество для жизни здесь. А ещё она гордая. Это неплохо, но не для этого места.

– А почему вы здесь? И если вам не нравится, почему не уйдете?

– Пытался как-то, вернули. Тем более что меня там уже никто не ждет. А что касается вашего первого «почему»… как-то на меня напали, и я, израненный, побежал в этот лес, чтобы скрыться от преследователей. Наткнулся на этот храм. Точнее, служительницы меня нашли и принесли сюда. Выходили и все такое. Это было давно. Но отсюда меня не отпускают.

– А ты пытался?

– Было дело, но… теперь это все в прошлом.

Вдруг Ванесса прервала разговор Джемта и Грэга. Олег же вообще не участвовал в разговоре, он, не отрываясь, смотрел на кулон.

– Сюда кто-то идет.

И действительно, дверь отварилась.

– Служительница Алиэна? – удивился Грэг, попятившись.

– Грэг? Тебе нельзя быть здесь.

– А вам можно? – удивился мужчина.

– Что с Ларой? – не выдержал Олег.

– Грэг, выйди, – требовательно взмахнула рукой женщина.

Тот подчинился.

Служительница же вздохнула, обращаясь непосредственно к Олегу, Джемту и Ванессе:

– То, что я вам сейчас хочу сказать, не должна говорить Служительница Четырех. Поэтому, если вы не против, я открою свое лицо и буду говорить просто как Алиэна Верн.

Она оказалась поразительно молодой, на вид – не больше 25 лет. Выразительные карие глаза казались чуть узковатыми, но, окаймленные черными ресницами, смотрели на мир, будто делясь с ним своим теплом. Пухлые розовые губы, наверное, умели приветливо улыбаться, но сейчас казались серьезными. Слегка вздернутый вверх носик выдавал её мечтательность и легкомыслие, однако говорила она твердым, пусть и несколько наигранным голосом.

– Ваша подруга сегодня пришла в себя, правда, ненадолго. Что с ней, госпожа не знает, поэтому не ждите скорых новостей. Однако девушка уже спрашивала о вас. Сейчас она снова спит. Её ведь зовут Лара?

– Да – кивнул Олег. – Как её спина?

– Правильнее сказать, плечо. Дело в том, что она потеряла сознание именно из-за того, что плеть попала на правое плечо.

– Волчица! – прошептала Ванесса. – Понимаете?

– И что, это возможно вылечить? – спросил Олег, и Алиэна пожала плечами.

– Мы никогда не сталкивались с тем, чтобы лечить подобные раны, тем более что магия на вашу Лару не действует. Но Госпожа делает все возможное.

– Да, у Илларионы необычная защита. Но это ведь значит…

Алиэна прервала Олега:

– Я сказала, что могла. Теперь я должна уйти. Если будет известно что-то ещё, я вам сообщу.

Служительница снова закрыла свое лицо тканью и почти вышла, но у выхода обернулась.

– Ещё кое-что, – и Олег почувствовал, что нос перестал болеть. Дотронувшись, он убедился, что перелома как ни бывало.

– Спасибо. Но лучше помогите Ларе.

– Мы постараемся.

– Алиэна! – не выдержала Ванесса. – Лара бы ни за что вас не убила. Просто поверьте, это не такой человек.

Но Служительница уже пошла прочь, не обернувшись.

Друзья снова остались одни.

***

Это была светлая комната – что казалось удивительным в таком месте. Портьера была сдвинута в сторону, пропуская солнце внутрь. Стены – бело-желтые, цвета сменяли друг друга незаметно. Потолок – высокий и белый – от стены отделялся только тонким бордюром из светлого дерева.

Пол выложен желтоватыми мраморными плитами, а сверху лежал меховой ковер ослепительной белизны. Интерьер был скромен, но очень изящен и выдержан в едином стиле.

Ларе был хорошо виден книжный шкаф, изящно отделанный резьбой, а ещё – небольшой столик, аккуратно стоящий на трех тонких ножках. На нем стояла ваза с маленькими лесными цветочками, тонкий и приятный аромат которых добавлял живости в эту красивую, но будто неживую комнату

– Вы меня даже не искали, – неожиданно послышался голос Лары.

Саралинда, что-то рассматривающая среди книжных полок, удивленно посмотрела на сестру. Она не заметила, как та проснулась. И говорила Иллариона более уверенным голосом, чем раньше.

– Мы не знали, что ты жива, – только и смогла ответить женщина. Она не была готова к такой поставке разговора. Растерялась. Она вообще уже жалела, что вчера рассказала об этом. Так сразу, без подготовки.

– Или не хотели знать? – уточнила Лара. Она чувствовала себя лучше. Боль несколько успокоилась – по крайней мере, если не делать резких движений и не шевелить правым плечом и рукой.

Но силы говорить и думать были. Сознание прояснилось. Теперь девушка хотела знать правду.

– Если бы мы могли предположить, что ты жива… мы бы сделали все, чтобы найти тебя. Но откуда мы могли знать?

– И ты меня не узнала, – пробормотала Лара, не смотря на новообретенную сестру.

– Прошло больше десяти лет!… ты была маленькой девочкой! Как я могла тебя узнать?

– Может, сердцем. Не знаю… но это факт. Ты меня не узнала. Я тебя не помню, и все, что ты мне сейчас говоришь, не вызывает у меня ни радости, ни счастья. Мне сложно принять это…

– Понимаю, Лара…ты росла без семьи…

– Нет! – воскликнула девушка. Боль, разумеется, тут же вернулась, но сейчас Иллариона должна была договорить. – В этом-то и дело, что нет! У меня была лучшая на свете семья, самые замечательные родители и любимая сестра. Которая сейчас балансирует между жизнью и смертью, и если я кое-что не сделаю, она погибнет!

Саралинда сделала вид, что её очень заинтересовало кружево на платье.

– Так вот о ком ты говорила… «Самый близкий человек»…

– Да. Ближе Каролины у меня никого нет.

– Прости меня! – не выдержала женщина. – Пожалуйста! Мне… мне очень жаль, что так получилось… я не хотела так поступать с тобой…

– Неправда, – твердо сказала Лара. – Хотела. И поступила. И простить я тебя не могу.

– Но…

– Я смотреть на тебя не могу. Ты не представляешь, что это такое. И не надо тебе иметь такое представление, этого и врагу не пожелаешь.

Иллариона смолкла на несколько секунд.

– Лара, пожалуйста…

– Нет. Где мои друзья?

– Они там же…

– То есть в бараке? Действительно, что это я! Мы же пленники! Что же тогда я здесь делаю?

Саралинда, стирая слезу с лица, начала протестовать

– Вы не пленники…

– Да что-то не похоже, – и тут Лара застонала, невольно шевельнув плечом. Боль тут же напомнила о себе.

– Что, опять? Я думала, все прошло?

– Твоя магия на меня не действует – сквозь зубы произнесла Лара. – Потому что я тебе не доверяю.

– А что, какая-то другая действует?

Лара посмотрела на сестру.

– Один раз Олегу удалось вылечить ожог. Может…забыла, мы же пленники.

– Ты хочешь их видеть? – прямо спросила Саралинда.

– Да, – кивнула Лара.

Женщина вышла в коридор, кликнув Карэю.

– Позови остальных. И назначь им нормальные комнаты. В этом здании.

Карэя ничего не ответила, только кивнула головой.

Саралинда вернулась в комнату.

– Хочешь попить?

Лара снова кивнула. Она ощущала себя ужасно беспомощной. Ей очень не хотелось принимать помощь от Саралинды, но сама она даже не могла взять стакан с водой. Это было ужасно обидно и неприятно. Особенно после того, что Лара ей наговорила.

– А как я тебя называла? Ну, в детстве? – спросила Иллариона, чтобы хоть как-то сгладить появившуюся неловкость.

– Сара. Меня все так называли.

– Ну да, логично… Сара и Лара. Мило.

Девушка сделала несколько глотков и отдала стакан.

– Спасибо. Сколько тебе лет?

– Почти тридцать.

– Значит, было около двадцати, когда… выглядишь намного старше.

– Здесь год идет за три, – неожиданно Верховная жрица грустно усмехнулась. – Прости меня. Мне действительно жаль, что так получилось. Что я не прислушалась к тебе, к своему сердцу…

– Не хочу развивать эту тему – не дала ей договорить Лара. – Все равно мое мнение осталось прежним.

Сара посмотрела на неё

– У тебя мамины глаза.

– Ты имеешь в виду Даниэллу Морган? – уточнила Лара – Возможно, я ничего не помню.

– Совсем? – запоздало удивилась этому Саралинда.

– Нет, почему же. Я помню все, но только после попадания в Приэль. Свою прежнюю жизнь я не помню. Абсолютно.

Сестра покачала головой.

– Разве это возможно? Чтобы совсем ничего…

– Видимо, да, – твердо сказала Лара, не обращая внимания на вновь появившуюся пульсирующую боль.

– Это так странно… может, кто-то наложил на тебя заклятье? Хотя – кто? Мама бы этого делать не стала…

– А отец? – спросила Иллариона. Что-то про второго родителя Сара мало что говорит. Только что он был, и имя. Фрэнк?

– Отец обладал магией, но предпочитал не использовать её. Говорил что-то о «неприятии» и «редкости» настоящей магии. Мне кажется, он едва ли умел пользоваться ею, – резко ответила Саралинда. – И вообще, не надо о нем.

Лара удивилась, но промолчала. Она вообще не хотела развивать эту тему, напрямую связанную с семьей Морган.

Разве что ещё один вопрос.

– А Знак? Когда он появился и как? Что значит?

Саралинда едва заметно улыбнулась, пожав плечами:

– Я точно не помню, кажется, он у тебя почти с рождения. Приходил какой-то маг, кажется… я была маленькая, не помню. А что он означает… мама говорила, что это знак Богини. Её защита.

Лара хмыкнула, но ничего больше не сказала. Да-да, защита богини. Они сговорились? Анадрион и Ксенофилиан говорили то же самое. Но хоть один бы объяснил, как это возможно и что это значит лично для неё? Ничего не понятно ведь!

– Да куда вы нас ведете? – вдруг услышала она хорошо знакомый голос, и тут же забыла о всех своих вопросах:

– Олег! Несс, Джемт! – и тут же зажмурилась, чтобы вслед этим вскрикам не последовал вой от боли.

Послышалось торопливое шарканье ног. Дверь отварилась, и в комнату Госпожи Саралинды вбежали трое друзей.

Сара отошла от сестры, встав чуть поодаль. Она не представляла, как вести себя с этими людьми. Просить прощения? Продолжать изображать Верховную Жрицу? Или что?

– Лара! – закричал Олег, увидев её. Он подбежал к ней, сев рядом на коленки – так, что его голова была практически на уровне головы Илларионы. – Как ты?

– Нормально. А вы как?

– Все хорошо! – радостно улыбаясь, соврала Несс. Ничего подобного, все очень даже плохо, но Илларионе об этом лучше не знать.

– Ну-ну… – улыбнулась Лара, прекрасно понимая, что у них все настолько же хорошо, как и у неё – нормально.

– Лара, как спина? И почему ты лежишь именно на спине? – запоздало удивился Джемт.

– Я даже не задумывалась об этом, если честно…

– Это не кровать, а магия. Специальная, так угроза заражения минимальна, – подала голос Сара.

– А если честно – насколько нормально? – тихо спросил у Лары Олег, и та прошептала:

– Чуть-чуть. Если не шевелиться, глубоко не вздыхать и не разговаривать.

– Угу… – гневно посмотрел парень на Саралинду. – А с ней что? Лихорадка жалости?

– О, об этом потом, – усмехнулась Лара. – Ты сможешь помочь?

– Попробую.

Олег ещё раз оглянулся на друзей.

– Несс, Джемт, а вы не могли бы выйти, а? И Верховную жрицу с собой прихватите. Очень прошу.

Саралинда покраснела, но спорить не стала. Только бы он помог Ларе! За это женщина могла простить ему любую грубость в свой адрес.

– Пойдемте, я покажу ваши новые комнаты.

– И где кухня тоже, если не сложно, – попросил Джемт, пользуясь ситуацией.

– Вы что, голодные? – искренне удивилась Сара.

Несс вскипела:

– Знаете, ваш хлеб с сыром чрезвычайно питательны, особенно три раза в два дня.

Верховная жрица кивнула, принимая справедливый укор. Потом, внимательно посмотрев на девушку, сказала:

– Прошу прощения.

Ванесса, не удержавшись, язвительно уточнила:

– У меня? Мило, а за что? За пощечину или за то, что читали мои мысли?

Саралинда удивленно посмотрела на девушку. Глаза Ванессы поразили её, и женщина не знала, что добавить.

– Ванесса сама телепат, – объяснил ей Джемт. – Может, все-таки пойдем хоть куда-нибудь, а то Олег в нас сейчас чем-нибудь запустит.

Его слова были недалеки от истины. Понимая это, Ванесса, Джемтальт и Сара ушли.

– Как думаешь, не передерутся? – слегка волнуясь, спросила Лара, и Олег улыбнулся, посмотрев на неё.

– Джемт в последнее время стал слишком разумным. Несси и эта Саралинда, конечно, могли бы сцепиться, но Джемтальт им не даст. Насчет этого можно быть спокойным.

– Пока они обе не довели его самого, – заметила Лара, наслаждаясь спокойной беседой с другом. А это, оказывается, здорово!

– Ну, да, – не стал спорить Олег. Он обеспокоено посмотрел на девушку, и та все поняла.

– Что думаешь?

– Ты рукой можешь шевелить? Правой?

Лара вздохнула, сжав пальцы в кулак. Больно, однако…

– Могу, но лучше не надо.

– Угу…мда, плохо дело… и чтобы Саралинда не говорила, тебя надо было положить на живот. Потому что сейчас тебе придется перевернуться. Сможешь?

– Сама нет, – честно ответила Лара, внутренне содрогнувшись от собственной беспомощности.

– Я помогу.

Перевернуться удалось, однако боль возвратилась, и девушка застонала.

– Так… ну, деятели… – негодующе произнес Олег. – Лара, есть проблема.

– Может, ты встанешь так, чтобы я тебя видела? И расскажешь, что и как?

Олег послушался.

– В общем, чтобы вылечить твою спину, нужно… как бы это сказать…

– Желательно сказать, как есть, – заметила Лара. Что за ужасное беспомощное состояние!

– В общем, придется расстегнуть пуговицы, что сзади. Магия должна действовать на открытую рану, так эффективнее.

Иллариона посмотрела на него.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Ну, как бы… надо расстегнуть рубашку, чтобы я мог вылечить тебя. Слава богам, что пуговицы сзади…

– Только без самодеятельности, ладно?

Олег, смущенный до крайности, одну за другой стал освобождать пуговицы. Открывающийся ему вид ужасал.

– У тебя пальцы холодные, – пожаловалась Лара. Она ощущала себя маленькой девочкой, и, наверное, немного капризничала. Но разве не простительно в её положении?

– Это у тебя жар. Но это сейчас исправим.

Он расстегнул пуговицы до поясницы, где уже лежало одеяло. Раз лежало, пусть лежит.

Где-то внутри сердце неприятно ойкнуло.

Покрытая красными полосами, уже не кровоточащими, но воспаленными, спина представляла собой страшное зрелище. Особенно ужасала огромная полоса, от самой поясницы до правого плеча, где она накладывалась на знак Волчицы.

На лбу проступил пот.

– Все так кошмарно? – верно угадала мысли друга Лара.

Олег ответил обтекаемо:

– Это поправимо. Так… Ну, Саралинда дает… Интересно, чем она смазывала твою спину, что все так воспалилось? Не умеешь, не знаешь – не берись… По рукам бы её за это…

– Она, вообще-то, женщина – напомнила Лара. Хотя в принципе идея неплохая, можно подумать об этом…

Олегу логика показалась странной.

– А ты у нас попугай с яхотами… Ладно, я ей все ещё выскажу!

– Спасибо за комплемент… – вздохнула девушка, и Олег тут же подправился

– Это была шутка. Ты, конечно, это поняла, но все же… так, ладно, начнем. Я сейчас наложу заклятье, а ты приготовься – к сожалению, будет больно. Но не смертельно. Глаза не закрывай, не засыпай. Ясно?

– Хорошо… Ты хоть до трех досчитай…

– Считай лучше ты, если я собьюсь с заклинания, будет плохо. Точнее, ещё хуже.

Лара удивилась.

– А это возможно? Раз, два… три! – и она закусила губу, приготовившись заранее. Олег что-то зашептал. На каждое слово болью откликалась очередная отметина, и вскоре вся спина буквально горела. Лара застонала, но старалась сдержать крик.

Олег прекратил бормотать что-то непонятное – и боль стала стихать, хотя очень медленно.

– Ты как? – задал он самый глупый вопрос, который только можно было задать.

– Замечательно, – пропыхтела Лара.

Друг сел на пол около неё, так что девушка могла его видеть.

– Ты хоть догадываешься, как ты меня напугала? И не только меня… – начал Олег, и Лара кивнула.

– Да. Прости…ох…

– Скоро все пройдет, совсем… лечение такое же болезненное, как и само увечье – так меня учил Лсиян. Он говорил, что если лечение проходит легко и быстро, то это не избавление от болезни, а ускоритель её распространения на весь организм. То, что пришло с болью, с ней же и уходит.

– А зачем ты мне это говоришь?

– Не знаю… Мне тут от тебя кое-что передали… Грэг, ты его знаешь?

– О, у него есть имя? Грэг… вполне милое.

– Имя как имя. Так вот, я хотел тебе вернуть…

Лара покачала головой – и тут же поняла, что зря.

– Нет, оставь себе. Просто… я подумала, что если со мной что-то случиться, то никому больше я не могу её доверить. Если что-то произойдет, то ты мне обещал помочь спасти Кару…

Олег улыбнулся.

– Да, я помню… и я помогу.

– Пусть кулончик будет у тебя. Если что, Кара тебя узнает.

Олег сжал его в кулаке. Он и сам не хотел с ним расставаться – ведь это была единственная вещь, которая связывает его с этой девушкой. Но слова Лары ему категорически не понравились.

– Что ещё за если? Все будет хорошо, и ты сама спасешь свою сестру, слышишь? Но кулончик я оставлю с удовольствием. Это ведь Кары?

– Да.

– А на твоем что? Вы ведь ими поменялись, как я понял…

– Камешек. Красивый камешек....

Боль постепенно стихала, и Лара говорила все уверенней.

– Наверное, хороший кулон, да?

– Нормальный… Олег, я её видела.

Тот не понял, о чем речь.

– Кого? – и Лара, сама понимая абсурдность звучания правды, ответила:

– Кару.

– Как? Когда?

Лара задумалась – как бы это объяснить? – и медленно начала говорить:

– В то утро, ну… ты понял о каком утре я говорю. Всю ночь я думала о ней, а потом, когда … ну, все должно было начаться…

Как же трудно об этом говорить… Называть все своими словами… Сложно и больно.

Она продолжала

– Я вдруг увидела её – но не здесь, а в каком-то подвале, вместе с ещё какой-то девушкой, незнакомой и странной…это было что-то вроде видения – я понимала, что происходит, слышала и чувствовала, но в тоже время могла отключиться от этого, окунувшись в это видение. И Кара… я видела её, будто она у Черного Сопха, и все такое… Это было так похоже на правду!Олег, удивленный, уточнил:

– А вторую девушку ты знаешь?

– Нет… она вообще какая-то странная, чудная. Фиолетовые волосы, бледная кожа… Необычная, в общем.

– Этому может быть два объяснения. Или ты, благодаря своей магии защиты или чему-то ещё, действительно увидела реально происходящие события, или это был плод твоего изнуренного сознания. Я не знаю…

– И я… только не говори об этом остальным, ладно?

– Конечно. Боль прошла?

– Почти. Ещё плечо…

Олег улыбнулся

– Это хорошо, следов тоже не осталось. А вот плечо ещё поноет, оно должно зажить само. Магия его не берет, даже моя.

– Это странно. Я тебе доверяю. Пока, – с усталой улыбкой добавила Лара, и Олег облегченно рассмеялся.

– По-моему, я это когда-то слышал… Тебя что-то ещё тревожит? – догадался он.

– Да, только… я не знаю, как это сказать… Ты ведь не проговоришься Джемту и Ванессе? Им я сообщу позже, когда подберу слова…

– Конечно, я не проговорюсь, но если ты не можешь сказать сейчас, то, может, ещё не время?

– Мне нужен твой совет. Ты бы мог простить близкого тебе по крови человека, который причинил тебе много боли?

Олег замер, от неожиданности вопроса. И медленно спросил:

– Почему ты спрашиваешь?..

– Просто – Лара не заметила перемены в голосе друга, – просто я узнала кое-что… в общем, Саралинда – моя сестра. Родная. А я – Иллариона Морган.

– Как? – только смог пораженно воскликнуть парень.

– Вот так… – вздохнула Лара. – она меня старше на 7 лет. 11 лет назад они с Даниэллой Морган – которая является её и моей, соответственно, матерью – бежали от Черного Сопха, который разрушил их деревню – Воркс. Меня они посчитали погибшей… Она не узнала меня, пока не увидела Волчицу.

Олег не сразу нашел, что сказать.

– Это… странно. Получается, вы сестры, а она дала такой приказ…Это не только жестоко, но и противно, и дико, и…

– Она не узнала меня, и… – Иллариона запнулась, – Она просит прощения, и я вроде понимаю её, но простить не могу. Не могу – или не хочу, не знаю…

– Это понятно. Не знаю, как ты, но я ей не смогу простить твоих мучений. Никогда.

Лара снова вздохнула.

– Я не знаю… что мне делать?

– Наверное, нужно время… хотя не представляю, сколько времени должно пройти, чтобы такое забылось… Это воспоминание вечно, мне кажется.

– Я не уверена, что воспоминания бывают вечными… я же не помню, что произошло 11 лет назад… и совсем не помню маленькую Лару Морган…

– Кстати, звучит – попытался сменить тему разговора Олег. Поняв это, девушка не стала настаивать.

– Возможно… не хочешь застегнуть пуговицы? А то как-то странно…

– Да, сейчас…

– Твои пальцы все ещё холодные. Или это жар не спал?

– Жар скоро пройдет. Спина твоя в порядке, пуговицы застегнуты.

Лара кивнула – и никакой боли. Ура!

– Хорошо… можно перевернуться? Если честно, ненавижу лежать на животе…

– Лучше бы не надо… ну ладно, давай помогу.

Боль исчезла! Иллариона облегченно вздохнула.

– Как хорошо…

– Тебе нужно поспать, – заботливо заметил Олег. – Я пойду, не буду мешать…

– Нет, останься! – попросила Лара, снова немного капризничая. – Я не хочу быть одна, боюсь… и Сару не хочу сейчас видеть, если честно… можешь посидеть со мной?

Олег улыбнулся.

– Конечно. Только ты закрывай глаза…

– Олег… Ты никогда не жалел, что стал Странником?

Вопрос стал полной неожиданностью. Парень на секунду замер, задумавшись – а потом помотал головой.

– Нет. Возможно, я не совсем подхожу на эту роль, но не жалею точно.

– Подходишь, – прошептала Иллариона. – Очень подходишь. Особенно – посреди горящей деревни, когда ты одним заклинанием потушил огонь…

– А, Биврарк! – усмехнулся Олег. – Да, милое заклинание… А почему ты вообще задаешь такие странные вопросы?

– Просто… задумалась. Может, Ганс был прав? Мне надо жить иначе… хотя я и не знаю – как… просто… я задумалась, не зря ли я вообще в это ввязалась?

– Не понимаю, с чего такие мысли?

Лара задумчивым голосом протянула

– Ну… семь лет назад я стала наемницей. Много было всего… были и победы, которые все помнят, были и поражения, о которых знаю только я… я уже была в плену и раньше… но так как в этот раз не было никогда… просто… Приэль был сожжен из-за меня.

– Ты этого не знаешь точно. Может, Черный Сопх не знал о том, что это – твоя деревня, и лишь потом узнал от Кары?

– Ты сам в это веришь? – удивленно спросила Лара. – Нет, я точно знаю, что все было продумано до мелочей. Столько людей погибло из-за меня… может, пора сложить оружие?

Олег пораженно посмотрел на подругу.

– Ты серьезно? Ты? Сложить оружие? Нет, не верю! Чтобы Одинокая Волчица сдалась…

– Но ведь это – просто имя, – покачала головой Иллариона. – Это просто имя наемницы…

– Нет. Ты… ты просто устала и слишком много пережила в последние дни. Перенервничала.

Девушка пожала плечами, снова вздрогнув от боли. Нельзя, нельзя шевелить плечом!

– Наверное… я не представляю себе другой жизни, Олег… но рано или поздно придется что-то менять. В этом Джемт прав.

Странник не скрывал своего волнения.

– Да что с тобой! Можно подумать, что все это тебя… сломало....

– Нет. Не сломало. Немного вразумило, наверное. Ты прав, хватит об этом. Почему голова продолжает болеть?

– Не все сразу, – тепло улыбнулся Олег. – Так, давай я тебе что-нибудь прочитаю… Что тут есть… – он подошел к книжной полке и стал выбирать книгу. Лара следила за ним глазами. – «Жизнь и приключения Шафронии Влайкс» – это интересно?

– Нет… это ужасно скучный и сопливый роман. Его как-то читала мама, так она… в общем, только не Шафронию. Что там ещё есть?

– А ты что любишь? Приключения, романы, или что-то другое?

– Стихи, – уверенно сказала Лара.

– Надо же, я тоже… ого, что я тут нашел…

Лара обеспокоилась.

– Что-то мне не нравится твой тон…

– «Бессмертные творения скромного Саргона», – прочитал Олег название, и девушка испытала острое желание чем-нибудь швырнуть в него.

– Не издевайся!

– Ладно, не буду… так, против Льюиса Сайора не возражаешь?

– Не возражаю… только читай эмоционально, ладно?

Олег кивнул, доставая книгу с полки.

– Хорошо. А ты закрывай глаза и слушай. "Это было бескрайнее поле…

Лара послушно выполнила его просьбу. Олег читал замечательно – и перед глазами возникали пейзажи, так умело описанные эльфийским поэтом Льюисом Сайорой.

Неожиданно, уверенный, что подруга спит, он посмотрел на неё и произнес то, что давно хотел ей сказать, но как-то не решался.

– Иллариона, ты самая смелая, решительная и непредсказуемая девушка, которую я только встречал. Если бы ты знала, как я рад, что встретился с тобой… Иза раксия данда вексали кравьлеязе.

Лара слегка приоткрыла глаза:

– Этого нет в тексте… Там про овечек.

– Ты что, не спишь? – удивленно уточнил Странник.

–Я сплю, – и зеленые изумруды закрылись.

Олег не смог сдержать улыбки. Да, абсолютно непредсказуемая.

Глава 2

Проснувшись, Лара к своему удивлению, сразу увидела Олега. Точнее, его спящую голову, прислонившуюся к её магической кровати. Его длинные пепельные волосы свободно рассыпались по сторонам, а рядом лежала книга.

Девушка изумилась – неужели он вот так просидел с ней всю ночь? С ума сойти…

И то, что было вчера. То, что он сказал…нет, об этом даже думать не стоит. Ей, наверное, приснилось. Тем более что точного перевода она не знает. А отдельные знакомые слова… может, вместе они означают что-то другое?

Нет, об этом лучше даже не думать.

Она тихонько провела рукой по его волосам. Немного спутались – видимо, с расческой были проблемы… у них вообще столько проблем, из-за неё. Что даже всегда прибранный Странник выглядит так…

Тут Лара задумалась о том, как выглядит она сама. Хороший вопрос…

– Ты уже проснулась? – послышался сонный голос. – Как ты?

– Хорошо, а ты что здесь делаешь?

– Ну, как тебе сказать…

Лара уточнила:

– Я имею в виду, почему ты здесь спишь? Ты… ты здесь просидел всю ночь?

Олег, слегка пригладив волосы, неуверенно кивнул.

– Ну, да… Ты же сама просила остаться…

Девушка удивленно посмотрела на него. Надо же, бывают такие люди…это поразительно!

– Спасибо, – прошептала она, чувствуя, что невольно краснеет.

Лара поднялась над кроватью. Плечо ещё ныло, но теперь это казалось ерундой. Как же хорошо сидеть!

– Все нормально? – спросил Олег. Он беспокоился за неё. И чувствовал себя несколько неловко.

– Да… Можешь дать мне зеркало? – попросила Лара. Её терзали смутные сомнения…

– Эээ… может, не надо? – замялся друг, этим самым подтверждая эти сомнения.

– Олег!– Что? Знаешь, все это не имеет смысла…

– Чем дольше ты сопротивляешься, тем больше я уверена, что это просто необходимо! Олег!

Тот улыбнулся, хотя на душе заскреблись кошки.

– Вот она, наша Лара. Сейчас… – он взял со стола небольшое зеркало и дал его девушке.

Та, быстро взглянув, тяжело вздохнула.

«Замечания», в виде ударов, которые щедро раздавали по приказу Саралинды (ещё одна причина «против» её прощения), оставили разноцветные следы. Все её лицо было похоже на светофор, и это было ужасно… Лара, которая никогда не уделяла своей внешности особого внимания, почувствовала себя совсем неловко. Так обидно, что Олег видит ей такой…

– Мда. Убери это, пожалуйста. Ты был прав – не имеет смысла.

– Ты расстроилась?

– Не знаю даже. Неприятно точно.

В дверь постучали. В проеме две хорошо знакомые головки.

– К вам можно? Лара, ты уже проснулась?

– Несси! – воскликнула Иллариона, – Джемт!– Заходите. И закройте дверь! – напомнил им Олег.

Дверь захлопнулась сама. В руках у Джемтальта был поднос с едой.

– Как хорошо, что с тобой все в порядке. Ведь так? – спросила Ванесса, и Лара кивнула.

– Ага… как же я рада вас видеть!

– Хочешь есть? Мы вам тут завтрак принесли, – улыбнулся Джемт. – Олег, ты смог вылечить…

– Да.

– Очень хочу! – воскликнула Лара, вдруг почувствовав себя счастливой. Рядом друзья, которые волнуются за неё и заботятся. Это так замечательно…

– Тогда вот… – и Джемт поставил поднос на колени Ларе. Та с аппетитом начала есть кашу с несколькими кусками мяса. Здорово так....

– Я, оказывается, такая голодная… Олег, а что с твоими руками? – спросила она, вдруг увидев, что они сбиты в кровь. Теперь понятно, почему он так странно держал их вчера, будто стараясь, чтобы она не видела их.

– Да так, одна вредная привычка… – замялся парень, и на помощь пришел Джемт.

– Он на кулаках отжимался…так, чтобы форму не терять.

Лара почувствовала, что ей врут. Ну-ну....

– Олег? На кулаках? Отжиматься? Форму? Джемтальт, я головкой не стукалась, хотя конечно по моему внешнему виду этого не скажешь…

– Ты что, дал ей зеркало? – зашикала на Олега Ванесса. – Совсем того…

– Я его попросила… так что с руками?

– Он кулаком об стену бился, – честно сказала Несс. – Ну, хотя бы не головой, правда?

Все рассмеялись, но тут в комнату вошла Саралинда.

Смех, казалось, завис в воздухе, хотя друзья уже замолчали. С её приходом исчезла вся непринужденность в общении, и это почувствовали все, в том числе и сама Сара.

– Как ты, Лара? – спросила женщина, и та кивнула

– Нормально.

Разговор не завязывался. И тогда девушка решилась.

– Да, это Саралинда Морган…

– Мы вообще-то знакомы, – нервно сказала Ванесса. Лара усмехнулась.

– Точно. Это ведь, получается, вам надо со мной заново знакомиться… Иллариона Морган, будем знакомы… Что, Олег, звучит?

– Нормально, – ответил он.

– И кто она тебе? – уточнил Джемт, не смотря на Сару. Ему было крайне некомфортно здесь, в её присутствии.

– Получается, что… сестра. По крови.

Ванесса удивленно протянула:

– Но… как это? – ведь мысли Служительницы Четырех, вернее, верховной жрицы, были недоступны для неё.

Саралинда сбивчиво начала рассказывать всю историю заново.

Лара продолжала есть, стараясь не показывать своих эмоций и не перебивать. Однако каждое слово, хоть она уже все это слышала, откладывалось в её памяти. Она искренне пыталась вспомнить хоть кого-то – маму или отца, сестру…но в голове всплывали только те образы, которые она видела во сне. А можно ли настолько верить снам, Иллариона не знала.

Вопросы, которыми Ванесса и Джемт засыпали бедную Сару – полные язвительности и недоброжелательства – тоже не были оригинальными. Наконец Лара не выдержала.

– Хватит это обсуждать.

Воцарилось молчание, которое, далеко не сразу, прервала Несс.

– Олег…можно тебя на секунду?

– Хорошо…

Ванесса и Странник отошли к окну.

– Что такое, Несс?

– Просто… ты полностью излечил Лару?

– Да, только знак… там должно зажить само.

Девушка дернула плечами.

– Я о другом. Ты не мог бы что-нибудь сделать с её лицом? А то додумался, дать зеркало…

– Несси, как я мог не дать ей его? Как ты себе это представляешь? А насчет лица… нет, я ничего не буду делать. Использование магии на лицо чревато последствиями. Тем более с защитой Илларионы они могут быть совсем неблагоприятными.

– Не понимаю....

– Ты думаешь, что если все так просто, произнес нужное заклинание и все – то у людей ещё были бы хоть какие-то проблемы с лицом? Ходил бы Леокорт со шрамом, а?

– Не знаю, ты прав, наверное… И что теперь делать?

– Если вы позволите… – заговорила Саралинда, подходя к ним, – У нас есть прекрасная мазь…

Олег вскипел:

– Эта та самая, которой вы смазали её спину?

– Именно… Это очень хорошая мазь, экстракт трав…

– Да? Интересно… и какие это травы?

Сара несколько растерянно вспоминала.

– Ну, мралийка, куряйса…

– Разве они не ядовиты? – спросила Ванесса, и Госпожа Саралинда покачала головой:

– Вместе нет. Тем более что их заговаривают… – и Олег снова закричал:

– Магия? Вы вообще в своем уме? Ваша магия на Лару не действует! Вы понимаете, что именно из-за этой мази спина Лары воспалилась? Да вы чуть её не отравили!

Саралинда покраснела.

– Вы что… я же не думала…я хотела как лучше!

– Хм, а получилось по законам жанра… В общем, больше не стоит заниматься лечением. Очевидно, это не ваше.

– Я хотела как лучше! – твердо сказала Верховная жрица.

– Можете воздвигнуть себе за это памятник! А заодно и за то, что дважды едва не убили сестру.

–Не перегибай палку, – взвилась Сара. Это просто оскорбительно!– Эта палка зовется «правда», и она не переломится, можете не сомневаться!

– Олег, перестань – тихо сказала Ванесса. – Не стоит ругаться при Ларе. Может, лучше выйти и там, в коридоре или вообще на улице выговориться?

– Ты, наверное, права. Мне точно надо проветриться. – И Олег вышел из комнаты.

Удивленная Лара, толком не слышавшая их разговор, и Джемтальт смотрели, как те выходили из комнаты – сначала разгоряченный Олег, потом – Ванесса, успокаивающая его, и затем и Саралинда, с крайне оскорбленным видом.

– Куда это они? – спросила Иллариона. Джемт только пожал плечами, спокойно предположив:

– Ругаться, наверное. Олегу, кажется, есть, что сказать твоей сестрице… Мда, в голове не укладывается… Хотя знаешь, вы чем-то похожи.

– Да? – изумилась Лара. Она сходства как-то не замечала.

– Ага. И не только внешне, внешность то у вас достаточно разная. Но вот по тому, как вы себя держите – гордо и независимо, есть что-то общее. И во взгляде, пусть даже у вас разные глаза по цвету. Все равно…

– Не знаю, может, ты преувеличиваешь?

– У меня наметанный глаз. Не забывай, что по статистике у Джентльменов удачи самая большая семья. У меня семеро братьев и сестер родных, а ещё двоюродные и так далее… Так что у меня – опыт.

Лара фыркнула

– Да уж, опыт… Как думаешь, все останутся живы?

– Разумеется. Олег не поднимет руку на женщину, хотя, наверно, стоило бы. А вот Ванесса да, она может… но опять же, какой в этом смысл?

–Знаешь, а Олег был прав. Ты стал слишком разумным.

– Это как? Вам вообще не угодишь: безрассудность – плохо, разумность – тоже нехорошо. Как же быть?

Лара улыбнулась.

– Быть самим собой. Мы тебя любим таким.

– Правда любите? – покраснел Джемт. – И… Ванесса тоже?

Девушка рассмеялась.

– А ты у неё поинтересуйся.

– Да? Знаешь, как это будет выглядеть?

– Догадываюсь! – не прекращала смеяться Лара.

– Рад, что тебе весело, – несколько насупившись, сказал Джемт.

– Эй, не обижайся! Не надо!

– Я и не думал обижаться. Я просто думал.

И тут Иллариона опять расхохоталась, но потом взяла себя в руки.

– И что надумал? Поделишься?

– Почему бы и нет. Тем более что эти трое ещё не кончили ругаться…

– Или драться…

– Едва ли до этого дойдет.

Лара не вытерпела и напомнила другу

– Ты хотел мне что-то рассказать…

– Да, кажется. В общем, я кое-что понял. Про это место. Здесь… здесь все построено на страхе.

– Как это?

– Ну… – слегка замялся Джемт. – Помнишь, в самый первый день, когда мы здесь очутились, мне было совсем плохо? Мне и Ванессе?

– Да.

– Так вот… это было потому, что мы боялись – за себя в первую очередь. И поэтому мы ослабевали. Думаю, здешние стены впитывают наш страх и наши силы. Как-то так. А когда Ванесса совсем ослепла, я испугался за неё больше, чем за себя. Поэтому силы перестали утекать в неизвестном направлении. А Несс, наверное, помог Третий Глаз. А потом уже мы все боялись за тебя, и нам было не до этого.

– Интересная мысль…

– И помнишь, когда Саралинда говорила, что-то вроде «Вас никто не ждет, идти не куда…»

Девушка задумчиво кивнула:

– Помню. И было почему-то очень больно.

– Именно. Мне кажется, потому, что мы боялись – вдруг это окажется правдой, вдруг мы никогда не выберемся отсюда…

– Вдруг я не смогу спасти Кару… – продолжила Лара. Все начало вставать на свои места.

– Ну да. Поэтому каждое слово отзывалось такой болью.

– Удивительно… наверное, ты прав. Можно будет потом спросить у Сары.

– Это уж ты без меня.

Лара замолчала, внимательно посмотрев на Джемта, и вдруг спросила.

– А в вашей семье братья или сестры когда-нибудь предавали друг друга?

Джемт покачал головой.

– У нас все по-другому. Так произошло, что Джентльмены удачи живут обособленной общиной, и обычно у них нет друзей среди других людей. Поэтому предать своих – это равносильно быть изгнанным из общины, а следовательно – одиночеству и смерти. Если, конечно, свои не отомстят. Кажется, был только один такой случай. Джентльмены удачи стоят друг за друга горой.

– Наверное, здорово жить в такой большой и дружной семье, – задумчиво произнесла Лара, но Джемтальт только усмехнулся.

– Наверное, здорово – если ты нормальный маг. А я, как ты могла успеть заметить, волшебник слабый.... Лара, не надо спорить, я и сам это знаю! Поэтому надо мной многие смеялись. Взрослые не скрывали своего разочарования, а ровесники – насмешек. Я там был никому не нужным, поэтому и сбежал.

– Джемт, я бы не сказала, что ты – слабый маг. В последнее время ты очень часто спасаешь нас, а уж Ванессу особенно. И деревня Красный Крест обязана тебе своей жизнью.

– Я до сих пор не понимаю, как я это сделал.

– Так и не надо понимать! Главное, что ты смог, а значит, ты несправедлив к себе. Я не знаток в магических делах, тебе вообще лучше обратиться к Олегу с подобными вопросами, но мне кажется, ты очень могущественный маг. Но дуралей.

Лицо друга удивленно вытянулось.

– Ты же только что называла меня слишком разумным?

– Тогда ты слишком разумный дуралей, – усмехнулась девушка, и тут же взволнованно воскликнула: Нет, где они там!

– Мне сходить узнать? – уточнил Джемт, и Лара схватила его за руку.

– Нет! Не хочу оставаться одна.

– Хорошо, не пойду… если честно, не очень хотелось бегать по коридорам этого неприятного здания и искать их. Мало ли куда они подевались!

Лара озабоченно посмотрела на дверь.

– Хотя знаешь, – вдруг сказал Джемтальт, – у меня есть одна идея. Как уж зовут эту Служительницу, помощницу Саралинды?

– Карэя?

– Ага, именно. Я сейчас.

Джемт вышел из комнаты, и, стоя в дверях – чтобы Лара не осталась одна – крикнул

– Служительница Карэя!

На зов появилась женщина, в форменной одежде и закрытым тканью лицом. В её голосе, казалось, клокотал вулкан:

– Кто ты такой, чтобы вызывать меня! Да ещё и по имени!

Джемт, усмехнувшись, предложил:

– Не будем рассуждать на эту тему, а то недавно у меня открылись новые магические способности, вдруг перепутаю вас с дверью. ( При этих словах Иллариона рассмеялась. Чопорная Карэя её раздражала – как и почти все здесь). Где Госпожа Саралинда?

Служительница гордо ответила:

– Она отлучилась с двумя пленниками.

– Мы не пленники! – сквозь зубы произнес Джемт. – Скажите им, чтобы возвращались как можно скорее.

– Госпожа Саралинда не станет прислушиваться к вашим словам. А я не стану передавать ей.

– Но почему? Вам что, сложно?

– Потому что – и Карэя ещё выше подняла голову, как показалось Джемту, даже слишком – Это противоречит нашим правилам.

– Угу. Но все-таки передайте, пожалуйста.

– Не смейте так со мной разговаривать! – взвизгнула Служительница, и тут послышался сердитый голос Саралинды.

– Что здесь происходит?

Карэя мгновенно повернулась к Верховной жрице.

– Госпожа, он смеет ставить мне условия! Мне, Второй Служительнице Храма! Да кто он такой…

– Не стоит переходить на личности – сжал кулаки Джемт. Олег недоуменно посмотрел на него. А Саралинда, гордо вскинув голову, приказала:

– Карэя! Принеси яхоты из моей спальни.

– Но мы не разрешаем пленникам пользоваться оружием! – попыталась возразить Служительница.

Саралинда напряглась.

– Я же говорила тебе уже – они не пленники! Они – наши гости.

«Свежо предание…» – подумал Олег, но вслух распространяться не стал.

– Но в нашем Храме никогда не было гостей! Это противоречит нашим традициям…

– Наверное, именно поэтому вы так негостеприимны… – буркнула Ванесса, а Верховная Жрица сердито предложила:

– Значит, пришла пора завести прекрасную новую традицию встречи гостей.

– Вы понимаете, госпожа Саралинда, что это вызов нашим устоям? – напрямую спросила у неё Карэя, не сводя пристального взгляда. Но Сара выдержала его, спокойно, но твердо заметив:

– Служительница Карэя, в последнее время вы стали слишком часто пререкаться со мной. Если вы ещё раз поднимите на меня голос, то я могу и разозлиться. А теперь идите и принесите яхоты.

Карэя, бросив яростный взгляд на друзей, ушла.

– Гневная. Вы ей доверяете? – спросила Ванесса. – Я бы не была так в ней уверена.

– Я не доверяю никому здесь. Пойдемте…

– Наконец-то вы обо мне вспомнили, – несколько обиженно протянула Лара. – Вы где пропадали?

– Ну, где мы только не пропадали!

– Олег, ты же понимаешь, что это не ответ!

Молодой человек пожал плечами

– Возможно. Но подробнее не могу сказать…

Сара бросила взгляд на дверь.

– Знаете, я, пожалуй, схожу, проверю, чем занимается Карэя. Наверное, вы правы, Ванесса.

Когда Верховная жрица ушла, Джемт глубоко вздохнул и сказал

– Это было мило. Дать нам поговорить одним. Вы хоть понимаете, что Лара тут волновалась за вас…

– А что волноваться?

– Вдруг передеретесь все, – объяснила девушка. – Вы очень сердито выходили.

– Нет, все было в рамках приличия. Все-таки она – женщина.

– А не попугай, – докончила Лара. – Все та ж удивительная логика.

– Причем здесь попугай? – не поняла Ванесса. – Я действительно хотела ей лицо поцарапать, но Олег запретил.

– Спасибо, Олег! – усмехнулась Иллариона. – А куда Саралинда пошла?

– Принести яхоты. Мы подумали, и она решила, что их необходимо вернуть законной владелице. Как видишь, мой посох уже со мной.

– Здорово. Вы хорошо подумали, – искренне улыбнулась Лара, а Олег насмешливо добавил:

– А она неплохо решила.

***

Следующие несколько дней в храме прошли спокойно и на удивление мирно. Постепенно служительницы и живущие там мужчины (их, как оказалось, называют виррами) привыкли к друзьям и уже не высказывали враждебности, даже наоборот.

Алиэна, служительница третьего ранга, продолжала избегать встреч с Илларионой, однако хорошо сошлась с Ванессой. Деление на ранги в храме не такое, как обычно: ранг означал не уровень в иерархии, а, если так можно сказать, специализацию. Служительницы первого ранга – это маги боевые, то есть которые в случае угрозы нападения должны защищать Храм. Именно у них в помощниках находятся вирры. Служительницы второго ранга – лекари, то есть волшебницы, обладающие даром исцеления. И наконец, служительницы третьего ранга – волшебницы с силами телепатии и предсказания. Именно с ними, как считается, могут связаться Великие Четверо – то есть боги, Эвилиосс, Эбисс, Элона и Эдроил.

Как сказала Саралинда, только служительницам третьего ранга боги могут напрямую высказывать свою волю. Исключение составила только Ханна Оурель, Великая предсказательница.

Услышав это, друзья переглянулись. Они до сих пор не рассказали Верховной жрице, зачем пришли сюда и кто их надоумил.

Статус Служительницы определялся не только по рангу, но и по номеру в списке жриц. Сара возглавляла этот список, Карэя занимала второе место, а вот Алиэна была ближе к концу списка. Несмотря на это, Алиэна занимала особое место в Храме – её дар был особенно ценным и редким, так как она не только была магом мысли, но и целителем : могла снимать заклятия, наложенные другими магами, если они были связаны с человеческим организмом… Есть очень много условий, чтобы её магия сработала, однако Служительница согласилась попробовать исцелить Ванессу. Поэтому много времени они проводили вместе. Больше всего Алиэну поражало то, что Ванессе может читать мысли других, смотреть на мир, как девушка это называет, «чужими глазами» – и что она владеет оружием, в частности луком.

– Разве для лучника не обязательно идеальное зрение? – спросила один раз Алиэна, не выдержав.

– Наверное, я не знаю. Мне сложно судить об этом, как ты понимаешь, – улыбнулась Ванесса. – Я чувствуют цель, её мысли – и поэтому у меня получается в неё попасть. Кстати, поэтому я не стреляю по мишеням. Они бессмысленны.

– Но… если какая-то преграда? Дерево, например?

Несс усмехнулась.

– О, в этом смысле я – случай особый. Точнее, у меня особенный лук. Я направляю его не в конкретную точку пространства, как обычные лучники, а в абстрактную, которая может перемещаться, но которую я хорошо чувствую. И мои стрелы поэтому не промахиваются. Но их у меня немного.

– Это как-то совсем странно…

– Да, пожалуй, но это удобно, особенно для меня, – улыбнулась Ванесса. С Алиэной ей было легко и спокойно. И мысли у Служительницы хорошие – ровные, честные. Не *то, что у Джемта. Или этой Диоры…

– Получается, твои стрелы обогнут препятствие между тобой и твоей целью?

– Да.

Алиэна удивленно улыбнулась. Она впервые слышала о таком оружии.

– А кто создал тебе этот лук?

– Дядя, – честно ответила Несс,

– Но как у твоего дяди могло хватить магического мастерства на такое?

– Не знаю. Сейчас мне кажется, что ему помог ТЭБ.

Алиэна тут же уточнила:

– Ты являешься членом Эльфийского Братства?

– Нет, конечно же! Я же не чистокровный эльф…

– Это не важно! И странно. С чего это ТЭБ помогает тебе, если ты не член братства…

Ванесса пожала плечами.

– Не знаю. Когда мы были в Тэбрине, никто мне такого ничего не говорил.

– Вы были в Тэбрине? Когда?

– Незадолго до того, как пришли сюда. Где-то полмесяца назад.

– Удивительно. И вы дважды прошли через Обманчивый лед?

– Нет, только один раз. Второй нам повезло, мы перенеслись… спасибо Ларе и Олегу.

Алиэна задумчиво протянула:

–Аааа… а ещё вы где были? Много путешествовали?

Ванесса кивнула.

– Ну да. Были в Гномьем Ущелье…

– Но туда же невозможно пройти, не зная ритуала, – удивилась Служительница.

– С нами Лара, которая его знала. Впрочем, это знание ей не понадобилось.

Алиена улыбнулась.

– Понимаю. А ещё?

– Ещё… в деревне Красный Крест, которую спасли от разрушения. И в Адобре, у моего дяди.

– Везет вам. Прошли почти половину страны. Только зачем?

Ванесса вздохнула

– Есть причина. Но, к сожалению, пока не могу сказать. Это мы должны сделать все вместе.

– Понимаю, – снова кивнула Алиэна.

– А где Джемтальт, ты не знаешь? – как бы невзначай спросила Несс, и Служительница с улыбкой ответила:

– Как всегда, в библиотеке.

– С Диорой, как всегда, – буркнула Ванесса. И разговор принял другое русло.

Джемт действительно последнее время сидел в библиотеке. Он, оправдывая свою «слишком разумность», искал какие-то ответы на какие-то вопросы. Подробнее он никому не говорил.

В его поисках ему помогала молоденькая и очень симпатичная Служительница третьего ранга Диора, которая считалась одной из хранительниц библиотеки. Они с Джемтом сошлись потому, что у обоих легкий характер и пытливый ум. Они вместе копались в книгах, где Джемт узнавал много нового.

К тому же Диора помогала ему лучше овладеть магией. Джемт с каждым днем ощущал, что его мастерство растет – хотя раньше для этого требовались годы. И он не понимал, то ли это Храм действует так на него, то ли общество Диоры.

Одна из книг, под названием «Учебник Викториана Хаара» – просто его потрясла. В этой книге расписано подробно, как именно надо использовать магию Джентльменов удачи. Удивительно… Джемт каждый день её читал, и удивлялся, кто мог так хорошо знать технологию магии удачи.

Хотя… «Хаар» – это переводится как «учитель, наставник», поэтому возможно, что этот Викториан был учителем одного из Джентльменов удачи, поэтому все так хорошо знает. Или же он просто был другом одного из них. Хороший вопрос. Но, к сожалению, риторический, ибо ответа на него нет.

Диора склонялась к первой версии. Но она часто повторяла, что это не так важно, как научиться самому владеть своей магией. Джемт был с ней согласен, поэтому они много времени проводили вместе, в библиотеке. Несмотря на то, что Ванессе это явно не нравилось.

Вот этого Джемтальт понять никак не мог. Почему ей не нравится Диора? Вот с Алиэной Несс сошлась быстро! Но Алиэна такая правильная, даже слишком. Прямо Олег в юбке.

А вот Диора – другое дело. Она более человечна, эмоциональна. С ней хотя бы есть о чем поговорить. А Ванесса её почему-то не переносит, язвит все время… Что такое? Вредничает просто.

Иными словами, Джемт и Несс все больше времени проводили отдельно друг от друга. Это не мешало им при встречах ссориться и спорить.

А вот Олег предпочитал не оставлять Лару одну. Точнее, это было бы просто невозможно, так как Саралинда практически не отходила от сестры, но молодой человек не оставлял их наедине. Иногда ему казалось, что Лара сама не против его вечного общества. Девушка до сих пор чувствовала себя неуютно в присутствии Сары.

Буквально через несколько дней Лара начала вставать. После этого они много времени проводили на улице, вне здания. Правда, не выходили за крепостные стены.

Нередко Лара и Саралинда оказывались зрителями тренировочных боев Олега и Грэга. Обычно это приводило к тому, что Олег, в конец обессиленный, был вынужден сдаться.

– Не позорь меня! – тем не менее улыбаясь, буркнула Лара. – Когда ты поймешь, что смотреть надо не на зрителей, а на меч соперника. Сидящие сбоку не пытаются дать тебе по голове – хотя, наверное, стоило бы!

– Лара! Я стараюсь!

– Серьезно, Иллариона! Ты слишком строга к нему. Если он меч держал в последний раз в 18 лет, то он держаться вполне неплохо, – вступился за Олега Грэг.

– Вот именно, – не сдавалась Лара. – Не плохо. Ужасно!

–Ну! – обиженно протянул Олег. Не так уж все кошмарно! Конечно, он не мастер клинка, но все-таки!

– Не ссорьтесь! – попыталась их угомонить Сара, но Странник только рассмеялся.

– О, мы ещё и не ссорились! Мы ссоримся только на определенные темы.

– Да, – кивнула Иллариона, не в силах сдержать смех. – Мы ссоримся только на тему магов и воинов.

Пока друзья хохотали, Сара и Грэг удивленно переглянулись.

Глава 3

Через две недели после того, как Иллариона познакомилась со своей сестрой, друзья, решились заговорить с Саралиндой Морган о цели их путешествия.

– Давно пора, – спокойно отреагировала Сара. Она действительно не понимала, почему друзья так долго молчали. Не просто так же они сюда пожаловали.

Тем более что, кажется, они говорили что-то про конец света…

– Как вы… – начал было Джемт разговор издалека, но Лара оборвала его. Они с Олегом уже давно приблизительно прикинули, как вести эту беседу. Потому что в этот раз все по-другому. Ведь оборотень был детским другом сестер, как оказалось…

– Ты знаешь, где Вольф сейчас?

Женщина переспросила – скорее на автомате, чем из-за природной глухоты.

– Кто?

– Вольф Э’Зорабль. Последний оборотень Акрона.

– Но откуда вы знаете? – удивилась Верховная жрица. – Это же тайна!

– Великая Ханна сказала нам. Вернее, Ванессе, – ответила Лара. Пока все вопросы, задаваемые Сарой, были продуманы ими.

– Но как?

– С помощью портрета, – подала голос Несс. – А потом подтвердила это лично.

– Вы её видели? Вы с ней разговаривали? – ошарашено переспросила женщина. – Мало кто из ныне живущих может похвалиться этим фактом своей биографии. Это просто удивительно… Но где сейчас Вольф, я не знаю. Мы вместе дошли до Храма. Мама всегда говорила, что Вольф обязательно должен выжить. Его родителей спасти не удалось, но для мальчика мама делала все возможное. В результате мы дошли до храма.

Несколько лет Вольф жил здесь, немного оправился от происшествия, а потом захотел уйти. И, хотя это было нарушением правил, его отпустили, мама не хотела лишать его молодости. А скорее всего, просто не хотела, чтобы он убежал без спросу.

Мама отправила его на север, в тайное поселение Травницы Флэр. И больше от него мы не имеем вестей – кроме, наверное, того, что он дошел туда. Думаю, вам тоже надо идти в том направлении.

– Наверное, – задумчиво кивнула Ванесса, с тревогой понимая весь ужас этой ситуации для Джемта. Почему именно туда? Почему? Не мог, что ли, Вольф пойти куда-нибудь в другое место?!

– Когда вы уходите? – спросила Сара, и Иллариона ответила

– Где-то через час. Максимум – через два. Мы и так потеряли слишком много времени.

– Хорошо… Лара, я могу с тобой поговорить? Наедине, пожалуйста.

Девушка согласилась.

Они прошли в другую комнату Саралинды, где никто не бывал, кроме неё самой.

– Я должна кое-что тебе ещё рассказать. Давно собиралась… Просто в тот момент ты и так узнала слишком много нового…

– Что ещё? – напряглась Лара. «Неужели есть что-то ещё? Даже не верится! И сказать все сразу было, конечно же, нельзя!»

– Сядь. В общем, – сама женщина и не думала садиться. Она ходила вперед-назад, и скомкано рассказывала. – В общем, на Воркс напали не просто так. Дело в том, что тогда, 11 лет назад, шло активное истребление оборотней. И в нашей деревне обитала одна из последний семей этой расы. И… тогда один человек, у которого были огромные долги и абсолютно не было совести и чести, выдал местонахождение Воркса Черному Сопху.

– Выдал? Странно…

– Да. Мы не знали об этом. В день нападения он увел тебя в лес, а через час буквально на нас напали. Ты, кажется, знакома с тем, как действует Черный Сопх. Нас спас тогда случайно проходящий мимо Вольный Странник Лсиян.

– Учитель Олега, – тут же вставила Лара.

– Да. Но и то, было уже поздно. Большинство населения погибло. У нас же прятался двенадцатилетний Вольф. Тебя же, повторюсь, в этой деревне не было. Мы нашли потом в лесу лоскут от твоего платья и кровь – поэтому мы решили, что ты умерла.

Лара вдруг вспомнила – когда она пришла в Приэль, часть подола действительно отсутствовала. А Сара продолжала, и её серые глаза светились пугающим огнем:

– Мы целый год шли в этот Храм. Ты не представляешь, каково это. Ни одна деревня, ни один город не оказывал нам гостеприимства, да мы и не стремились к ним заходить. Как понимаешь, мы должны были оберегать Вольфа. Ты могла заметить, что у меня нет одного пальца на левой руке. Заражение. Его не удалось вылечить…

Лара с сочувствием посмотрела на неё.

– Сара, может, хватит? Тебе тяжело....

– Нет, ты должна знать! Мы прошли тот же маршрут, что и вы – только намного дольше. Мы были в Ущелье Гномов, и там к нам впервые отнеслись нормально, как к людям. Потом нас отправили в ТЭБ, хотя мама и говорила, что нам надо в Храм, ведь здесь была её двоюродная сестра. Но мы пошли в Тэбрину, и на Обманчивом Льду мы потеряли Велиру, милую женщину, она не смогла переступить через страх…

ТЭБ проникся к нам сочувствием, и там мы прожили некоторое время. Потом мы отправились сюда, и где-то через год, как спаслись из Воркса, мы оказались здесь. Не надо думать, что нам было легко. Плеть широко использовали и в то время… но потом всё изменилось. Боги дали знак Служительницам, что мама должна стать следующей Верховной Жрицей… мама отпустила Вольфа, но изменить здешние порядки не могла. Мама угасла за несколько лет такой жизни. Следующей Верховной должна была стать Карэя, но боги решили иначе. Они выбрали меня, хотя я была младше всех и далеко не самой сильной. Ты, наверное, считаешь меня жестокой и злой, но это место… оно диктует свои правила. И сопротивляться им почти невозможно.

– Я не считаю тебя злой… наверное. Но почему ты просто не ушла?

– А кто бы меня отпустил? – Саралинда вздохнула. – Вольфу повезло, нам с мамой – нет. Но это ещё не самое страшное. Ты ещё не знаешь, что виноват во всем этом. Кто сказал Черному Сопху о семье Э’Зорабль.

– И кто? – с опаской спросила Лара, И Сара, чье лицо исказилось от ненависти, воскликнула:

– Фрэнк Морган! Наш отец.

***

Лес встретил их такой же прекрасной погодой. Ярко-желтое солнце, сияющее в ясно-небесной лазури, было абсолютно непохоже на то унылое светило, которое днем висело над Храмом. Приятный прохладный ветерок, с ненавязчивыми цветочными ароматами и зелень, яркая своей свежестью и молодостью – за время, проведенное в Храме, друзья и забыли, что такое бывает.

Они шли на север – по карте, данной Саралиндой. Это было не единственным подарком Верховной Жрицы.

– Это должно принадлежать тебе. Так хотела мама…Даже будучи уверенной, что ты умерла, она никому не разрешала даже трогать ни платье, ни заколку. Они твои! – так сказала Сара, отдавая Ларе сверток. В нем было один из нарядов Даниэллы Морган.

Иллариона не знала, хорошо это или нет, что она взяла эти веще. Хотя… должно же у неё быть хоть что-то от матери. В смысле, от второй матери – или первой, как посмотреть.

Получалось даже забавно. То платье, в котором она пришла в Храм, красно-бордовое, сшила Юлиана Ванн, а теперь у неё есть ещё наряд Даниэллы Морган. И чудесная заколка для волос с драгоценными камнями. Правда, вряд ли она сама будет надевать такое, учитывая её образ жизни. Но с светлыми волосами Кары смотреться точно будет чудесно.

Ещё Сара собрала им провизии – объективно предположив, что в лесах не так уж легко найти хлеб, к примеру. Хотя раньше проблем с этим у ребят не было, хмуро подумал Олег, все ещё относящийся к Саралинде без доверия. По крайней мере, голодными они не были, пока не попали в этот самый храм.

Дорога была нормальная – никто не нападал, крупных диких зверей, которыми славятся эти леса, тоже не было видно. Поэтому все было почти хорошо.

Если не считать настроения друзей.

– Лара, что с тобой? – спросил, наконец, Олег, догнав девушку. Она шла одна и немного впереди. Она все не могла поверить, что во всем, что произошло, виноват Фрэнк Морган. Который её отец! Да как это возможно!

– Ничего, – тем не менее, ответила девушка. Она не готова сказать Олегу. Она вообще не готова об этом говорить.

– Иллариона, пожалуйста, не надо меня обманывать! Сама подумай, это даже оскорбительно и глупо.

– Возможно. Но сейчас тебе ничего не скажу. Мне надо подумать… все так сложно, Олег!

Странник кивнул.

– Да, в твоей жизни вообще нет ничего легкого.

– Ага… Кстати, я тут подумала, что я жуткая эгоистка. Все о себе да о себе… Расскажи теперь ты.

Молодой человек вздрогнул, но постарался не измениться в лице.

– О чем?

– О своей семье, разумеется.

Олег остановился, мотнул головой и продолжил путь.

– Нет. У меня нет семьи.

– Но это невозможно! У Вольного Странника – возможно, и нет семьи. Но у Олега… То есть Ольгерда…подожди, а как твоя фамилия?

–У меня нет фамилии, – сдержанно ответил Олег.

– Как это? У тебя должна же быть семья!– Когда-то была. Теперь нет.

Иллариона покачала головой. Что-то здесь не так. Он скрывает правду. Почему?

– Не понимаю. Я тоже думала, что у меня нет семьи – в смысле, родной. А теперь оказалось, есть. Сестра даже. Ещё одна.

– Не сравнивай, Лара. Ты только думала, что у тебя нет семьи. А я это знаю. И давай закроем эту тему.

Девушка не была согласна с этим эгоистичным решением, но подчинилась. Олег остановился, подождать остальных, и Иллариона тоже

– Давайте сделаем привал?

– Хорошо, – согласилась Лара, усаживаясь на землю.

– Приваливаемся! – рассмеялся Джемтальт, и сел рядом с Ларой. Олег стал собирать хворост для огня. Ванесса ему помогала.

– Что, Джемт? – спросила Иллариона, заметив, что друг смотрит на неё.

– Вы что, поссорились с Олегом? Вроде про магов и воинов разговора не было…

– Знаешь, что-то уже не очень смешно. А разговаривали мы о семьях.

– И что, Олег что-нибудь сказал тебе? – удивился Джемт, – Он не любит эту тему.

Иллариона вдохнула.

– Он сказал только то, что у него теперь нет семьи.

– Знакомо. Мы с Ванессой тоже пытались выяснить что-нибудь про его прошлое, но он скрытный.

– Да уж… вы знаете его фамилию? – спросила Лара, и Джемт помотал головой.

– Неа. Это одна из самых великих тайн этого человека. Вторая тайна – семья. Третья – личная жизнь. Потом уже идет посох, свиток и все прочее, связанное с ролью Странника.

– Его, конечно, можно понять… а ты почему грустный?

– Потому что не хочу идти туда, – честно сказал Джемтальт.

– Почему? – спросила Лара, не понимая.

– Не хочу домой. А Травница Флэр – это старейшина общины Джентльменов удачи. Это мой дом.

Иллариона хлопнула себя по лбу. Как она могла забыть об этом! Вот… где её ум остался? Синяки вроде прошли, а тупость загостила.

– Понимаю, – только и сказала Лара.

– Но ведь дело-то важнее, да? – сказал Джемт, убеждая скорее себя, чем Лару. – Ты пошла с нами в Тэбрину и даже видом не показала, что это тебе неприятно, несмотря на то, что там когда-то произошло.

– Важнее, – кивнула девушка. – Но теперь же ты стал хорошим магом. Наверное, отношение к тебе изменится.

– Может. Просто противно, что отношение измеряется магической силой, а не личностными качествами. И именами… Я тебя понимаю.

– Вот именно. А если силы нет вообще, то отношение ещё хуже.

– Это как-то глупо. Неправильно.

– Возможно, у тебя будет возможность все изменить, – улыбнулась Лара. – Ведь теперь ты стал могущественным магом.

– Ну-ну! – фыркнул Джемт.

На душе скреблись кошки. Девушка не могла понять, почему ей кажется, что Джемтальт чего-то не договаривает?

И где он, пресловутый Вольф? У джентльменов? Подождите-ка…

– А ты не знаешь, оборотней у вас в общине нет?

– По крайней мере, не было. Я его не помню. Наверное, Флэр отказалась принять его, и он был вынужден уйти. Осталось только надеяться, что они знают куда.

– Да уж…

Вольф знает правду о том, кто предатель. Если она сама не расскажет этого, то скажет оборотень.

Но не сейчас. У Лары появилась новая навязчивая идея.

Надо навестить Фрэнка Моргана. Сказать ему «спасибо», как выразилась когда-то Ханна.

Он живет в столице. И она знает улицу.

***

– Я вас предупредил, – ещё раз повторил Джемт.

Знакомое с детства тяжелое серое небо. Кажется, оно давит на тебя сверху. Ему всегда казалось, что оно сейчас упадет вниз…

Разумеется, это просто игра воображения. И сам Джемтальт это хорошо понимает.

Но ему больше нравится синее небо, желтое солнце и свобода.

Здесь – ни того, ни другого, ни третьего.

– Когда нас останавливали разумные предупреждения? – резонно заметил Олег.

– Я такого не помню, – улыбнулась Лара. – Наверное, поэтому мы всегда попадаем в странные ситуации.

–Угу – кивнула Ванесса. – Мы идем?

– Ну да, надо бы… Джемтальт, ты готов? – спросил Олег, и, получив положительный ответ, двинулся дальше.

Ещё пять минут они шли. И вот перед ними вырос деревянный частокол, который, по словам Джемта, защищает все поселение.

Ворота были закрыты.

– Мы сейчас постучимся. Потом открываются ворота. И будьте готовы, ритуал представления здесь тоже имеется… Флэр любит насылать на незваных гостей самые разные заклятия, у неё хорошее воображение. Если не сможем отразить, придется туго.

– Все будет нормально, мы тоже не лыком сшиты! —уверенно произнесла Ванесса. Не то, чтобы она была настолько убеждена в своих способностях, но понимала, что сейчас просто необходимо ободрить друга.

– Самоуверенно, – вздохнул Джемт. – Лучше встаньте за Ларой, на неё магия не действует…

– Ну да, я ещё только живым щитом не работала…

– Раз, два, три!

Джемт несколько раз ударил в колокол, висящий на воротах.

Прошло две минуты тишины.

– И что? – спросил Олег.

– Совсем забыл! Надо же сказать пароль…

– Да, и какой? Ты его знаешь?

– Ага. Только не смейтесь, пароль бредовый. – И парень, положив руку на резной замок ворот, произнес – Джемтальт Фердинанд Мария Менн!

Створки ворот бесшумно отварились.

Олег и Лара удивленно переглянулись

– Твое имя – пароль?

– Не мое, а имя Первого Джентльмена Удачи! – подправил его парень, и смутившись, пояснил: Просто так получилось, что я его полный тезка.

Селение представляло собою деревню причудливого вида. Дома, отделанные светлыми брусками, были украшены великолепной резьбой, а около каждого дома был разбит цветник. Поселение, начинавшееся с полукруглой площади, выложенной декоративным камнем, казалось огромным – за каждым домом виднелся ещё один. Фигурки из дерева, камня и растений стояли у каждого здания. Это было восхитительно – будто сошедшие со страниц сказок любимые с детства герои… Лара сразу представила, как бы здесь понравилось Каролине. Да и у неё самой просто дух захватывало от понимания, сколько терпения и мастерства требует каждая фигура. В центре стоял большой деревянный терем – как прошептал им Джемт, это здание Совета старейшин.

Люди высыпались из домов. Девушки и женщины, все как одна длинноволосые, были одеты в легкие, длинные светлые сарафаны, а в волосы они заплели цветы. Мужчины, даже маленькие мальчики, были одеты в тонкие рубашки и штаны в серую клеточку.

Увидев друзей, селяне удивленно перешептывались. Потом Джемт поднял правую руку вверх и крикнул:

– Всем привет!

После этого произошло оживление. Люди, радостные, побежали к нему и перебивая друг друга кричали:

– Джемт! Джемтальт вернулся!

Ларе показалось, что это мало похоже на рассказы друга. Здесь все были искренне рады его видеть!

Люди подбегали к нему, махая руками, и каждый стремился пожать возвратившемуся родственнику руку. Джемтальт едва успевал здороваться со всеми и вспоминать, как кого зовут. Вот такого он точно не ждал. Нет, конечно, он предполагал, что некоторые будут рады его возвращению, но то, что вся деревня будет в таком восторге…

– Ага, вернулся… И вам здрасте… как живете… – недоуменно пробормотал парень, и тут радостно воскликнул: Джентра!

Девушка, лет 17 на вид, улыбнулась ему, едва пробиваясь сквозь толпу.

– Здорово, братка! Как ты?

– Нормально, – осторожно кивнул Джемт. Все здесь так странно…Он ожидал совсем не такого!

– А мамка как обрадуется! Сейчас, я скажу им!

Девушка убежала, а друзей со всех сторон обступили, с ними все здоровались, прикасались к ним, улыбались и говорили что-то, сливающееся в общий радостный гул.

– Тетушка! Вышла тетушка! – вдруг закричал какой-то малец, и все резко замолчали, отступив от Лары, Олега, Ванессы и Джемта на два шага.

К ним приближалась пожилая женщина, но внешность её была удивительна. На вид ей было лет 70, однако её глаза, ярко-синие, сияли молодостью и силой. Серое платье с озорными кружевными оборками и соломенная шляпка с розочкой сбоку, в которые она была одета, ещё больше подчеркивало то, что она крайне необычная старушка.

– Джемтальт? Вернулся, значит? – голос был тихий, но приятный. Не скрипучий, как у многих стариков, и не шепелявый. Хороший такой голос.

– Не совсем, – покачал головой парень. – Мы по делу.

– Ну-ну. А я полагала, ты одумался. Перестал дурить.

– Дурить-то я перестал. Но возвращаться не собираюсь, – твердо сказал Джемт, и, чуть задумавшись, добавил: Точнее, потому и не собираюсь, что перестал дурить.

Тетушка Флэр – как все поняли, это была именно она – внимательно, чуть прищурившись, посмотрела на него.

– Хочешь сказать, что ты повзрослел.

– Да, – ответил Джемтальт, хотя уже понял, к чему она ведет.

– Тогда ты должен пройти обряд инаугурации, чтобы доказать, что ты стал настоящим мужчиной. И занять свое место…

Джемт пожал плечами. Пройти – так пройти. По книге Викториана – Хаара он многому научился. А вот насчет «занять свое место»… кажется, у них с тетушкой разные взгляды на то, где его место. Пока парню неплохо и рядом со Странником.

– У нас есть на это время? – уточнила Лара. У них осталось меньше месяца. У Кары осталось меньше месяца. А обряд инаугурации… обычно такие мероприятия занимают не один день.

– Лара, я должен… традиция…

– Все хорошо, мы понимаем – кивнул Олег.

Флэр хлопнула в ладоши – и Иллариона с удивлением увидела, что руки, в легких кружевных белоснежных перчатках, украшены несколькими драгоценными перстнями. И вообще, чувствовалось, что Травница Флер очень любит украшения – серьги, длинные и наверняка тяжелые, украшены россыпью драгоценных камней темно-зеленого цвета, и один из перстней, очевидно, составлял с ним комплект. Правда, на шее у неё не было никакого украшения – но это только подчеркивало чувство стиля этой пожилой женщины. Действительно, с таким воротником, как у неё, не пошло бы никакое украшение – разве что тоненькая цепочка, но, видимо, тетушка таких не носит.

Она радостно возвестила, разом принимая решение за всё поселение.

– Тогда завтра утром – испытание! А сегодня у нас праздник – Джемт вернулся. Что ещё более важно – живой.

– Мертвым вернуться было бы сложно, – тихо сказала Ванесса. Здесь все было совершенно другим, чем в рассказах и даже мыслях Джемта. И пока она не очень доверяла реальности.

– Проходите, пожалуйста! Вы наши дорогие гости! – сказал мужчина, а женщина, стоящая рядом с ним, вскрикнула и обняла Джемтальта.

– Сынок! Пойдемте, я вас накормлю! – и она, не выпуская сына, повела всех в дом.

Иллариона подошла к Тетушке Флэр и тихо сказала:

– У нас есть дело… это очень важно. Можно будет поговорить.

– Кто вы? – подозрительно вскинулась она.

– Иллариона…– Лара на секунду задумалась, какую фамилию назвать, но потом решила представиться по-другому. – Возможно, вы слышали об Одинокой Волчице?

Пожилая женщина прищурилась.

– Слышала.

– Так вот. Это я.

– Почему ты взяла именно такое имя? – спросила Флэр, ещё раз внимательно оглядывая Иллариону – той стало даже не по себе от такого пристального взгляда.

Не бывает таких случайностей. Не бывает таких совпадений.

Это уже вторая Волчица в её долгой жизни. Слишком долгой, пожалуй.

Лара покачала головой.

– Это сейчас не имеет смысла. Мы сможем поговорить?

– На тему?

– Ну, конца света, например…

Флэр тут же переспросила:

–Что именно ты имеешь в виду? – и подумала «Неужели она знает?»

– Вольф. Оборотень. Вы знаете его? – влез в разговор Олег.

Старушка облегченно вздохнула.

– Вот вы о ком. Да. Последний оборотень…

– Нам стало известно, что ему угрожает опасность. А если его убьют, то погибнет и весь мир. Я – Вольный Странник, – запоздало представился Олег.

Флэр рассмеялась. Это был тихий, слегка срывающийся хохот…

– Ты даже не можешь себе представить, как я рада это слышать!

– Почему? – неужели её так обрадовало то, что Вольфа могут убить?

– Потому что я знала Странника, которого было сложно убедить в том, что это имя ему подходит… Я даже знаю, кто вообще придумал такое…ха-ха…

Лара и Олег переглянулись.

– Так что насчет оборотня…

– Мы поговорим. Но после того, как Джемтальт Второй пройдет обряд. Все-таки он так похож на моего мужа.

– На кого? – не расслышала Лара, и Флэр, посмотрев на неё, улыбнулась и сказала

– На моего мужа и его полную тезку. Джемтальт Фердинанд Мария Менн… непроизносимое имя – не правда ли?

– Вполне, – неожиданно вмешалась в разговор Ванесса.– Но неужели вы считаете, что то, что мы пережили, не заменит вашего обряда с лихвой?

–Что вы этим хотите сказать? – удивилась пожилая женщина, осматривая Ванессу с головы до ног. Эльфийка. Необычная эльфийка. Когда-то она знала одну необычную эльфийку… Наверное, именно поэтому она и позволила Несс говорить с ней в таком тоне.

– Вы знаете, сколько всего он испытал? Что есть люди, оставшиеся в живых только благодаря ему? Что целая деревня погибла бы, если бы Джемт не пришел им на помощь!

– Несси, перестань, – тихо сказал Джемтальт, подходя к друзьям. Но девушка не собиралась останавливаться.– Нет, я скажу все. Что ты несколько раз спасал от смерти меня. А деревня Красный Крест? А как на Обманчивом льду ты нам помог своей удачей? Я просто не понимаю, почему после всего этого ты ещё должен кому-то что-то доказывать!

Флэр внимательно посмотрела на девушку.

– Вы были на Обманчивом льду? Странное место для путешествий.

– Мы шли в Тэбрину. Из Гномьего ущелья.

Пожилая женщина задумчиво протянула:

– Как интересно… После расскажете мне. Если все действительно так, как вы говорите… Но все равно каждый джентльмен удачи должен пройти испытание…

– А ваш муж его проходил? – неожиданно спросила Ванесса. Её раздражали мысли этой женщины. Тем более, что некоторые, причем самые важные, были скрыты. А это настораживает.

– Мой муж его утвердил – гордо сказала Флэр.

– Но это ещё раз доказывает, что традиция была придумана позже, и не все Джентльмены её соблюдали. Честно говоря, если бы у нас было время, Джемт бы без проблем прошел испытание, я в нем уверена. Но времени у нас нет. У Вольфа времени нет.

Иллариона вздрогнула, повторив про себя «И у Кары времени нет»… Она посмотрела на Олега. Интересно, что такое случилось с Ванессой?– как бы спросили её глаза, и его ответили «Не знаю».

– Мы поговорим об этом завтра, – решила Флэр. Давно она не встречала такого сопротивления. – А сегодня у нас праздник!

Глава 4

Пир удался на славу.

Столы буквально ломились от еды – на радостях селяне, похоже, выложили почти все свои запасы. Впрочем, так могло показаться только Ларе, Олегу или Ванессе, которые не знали о том, насколько много еды хранится в их погребах.

Впрочем, отсутствием аппетита представители великого рода джентльменов удачи тоже не страдали. Если раньше Ванесса искренне полагала, что это только Джемт такой любитель еды и в частности куропаток, но, как оказалось, это у них семейное.

Но все это происходило так весело, непринужденно, то и гости этого вечера чувствовали себя как дома.

– Тебе положить ещё? – спросил Олег, и Лара покачала головой.

– Еще немного, и я встать не смогу. Превращусь из попугая в бегемота…

– Тебе это не грозит, – заметила Джентра, сестра Джемтальта, сидящая рядом с ними. – Ты такая худенькая…

Лара вздохнула. Хорошо, что Джентра не знает, от какой жизни у неё такая фигура. Наверное, у неё сразу же пропало бы желание худеть.

– Знаешь, попадешь в Храм, быстро похудеешь, – усмехнулся Олег. Он до сих пор не мог нормально смотреть на сыр. На хлеб-то получалось, а вот на сыр…

– Не хочу я туда попадать! – воскликнула Джентра. – Там страшно?

– Там странно, – подправила её Лара. – И ты права, тебе там совершенно нечего делать.

Олег решил, что давно пора сменить тему. Почему-то Храм и Сара все чаще всплывали в их разговорах, и это не было приятным для него. Поэтому он спросил:

– Джентра, а ты можешь нам кое-что объяснить… Тетушка Флэр – она кто?

– Как кто? Она – старейшина нашего селения. Его глава… Она – жена первого Джентльмена Удачи! Тезки моего брата, между прочим!

– Жена? Но ведь ваш род появился…

– Около 500 лет назад, да. У неё было 7 сыновей. Так пошел наш род. Понимаете?

Лара задумчиво кивнула:

– Да… то есть, нет. Получается, ей 500 лет? Но…разве это возможно?

– Ей больше, – улыбнулась Джентра. – Вы не слышали её второе имя – травница? Она всю жизнь возилась с травами, и однажды сумела создать эликсир вечной жизни… правда, для этого ей пришлось обратиться за помощью к богам. Разумеется, рецепт эликсира никто не знает, но тетушка будет жить вечно…

– К богам? Как, напрямую? – удивился Олег. Пока он знал, что только служительницы третьего ранга и Великая Ханна могут общаться с богами непосредственно… Или он чего-то не знал. В принципе, последнее очень даже вероятно.

– К одному богу, вернее, богине. Флэр часто обращается именно к ней, как это ни странно.

– К богине? К кому?

– К Элоне, разумеется…– тут же ответила Джентра, снисходительно посмотрев на Олега. – Она же единственная богиня… остальные просто боги.

– Почему именно к ней? Она же, кажется, покровительница расы оборотней?

– Не знаю… просто это так.

– Джентра, а почему у нашего Джемта имя первого джентльмена? Это ведь что-то значит? – спросила Лара, и Олег кивнул, поддерживая девушку. Сейчас, когда Джемтальт и Ванесса танцевали, можно было обсудить и эту тему. Не при друге же о нем разговаривать!

– Так получилось. На самом деле, имена не придумывают наши родители. Когда ребенок рождается, его подносят к Камню Разума. Когда ладошка младенца касается камня, на нем проступают буквы. Флэр может прочитать, что там написано – так она называет детей нашего рода. Долгое время некоторые думали, что это просто ритуал, а на самом деле Тетушка сама придумывает имена, но после того, как Джемт получил имя её мужа – впервые после смерти того – сомнения исчезли.

– Извини, но почему Флэр не поделилась своим эликсиром с мужем? – не удержался от вопроса Олег. Почему-то эта история не давала ему покоя. Странная, непонятная история. В ней, кажется, скрыто что-то очень важное, что-то такое, что просто необходимо выяснить…

Но Джентра лишь легкомысленно пожала плечами.

– Никто точно не знает. Одни говорят, что он сам отказался, чтобы не нарушать ход истории. Другие – что ему так сказала сделать Великая Предсказательница.

– Ханна?– удивилась Иллариона, выразительно взглянув на Олега.

– Ну да. Другой Великой предсказательницы как бы нет.

Лара кивнула. Действительно, как бы нет. Да, нет… и все-таки странно.

Джентра посмотрела на своих односельчан, лихо отплясывающих на площадке, и перевела взгляд на своих собеседником.

–Вы танцевать будете? Просто как-то тупо сидеть… братка вон танцует…

Иллариона усмехнулась про себя «Ну да, братец твой в ТЭБе так отличился, что до сих пор пытается убедить Несс, что такое больше не повториться!». Но вслух девушка спросила у Джентры

– А ты что не танцуешь?

– А мне пока нельзя. Мне же ещё 18 нет… Но вот приди вы через полгода, я бы не сидела тут, не разговаривала с вами.

Олег с улыбкой посмотрел на Иллариону.

– Так что, мы будем танцевать?

– Ты приглашаешь? – улыбнувшись в ответ, уточнила Лара.

– Наверное. Да....точно, приглашаю. Точнее, надо сказать по-другому. Сейчас....

Странник встал, сделал короткий поклон и вежливо произнес

– Иллариона, не откажитесь ли Вы составить мне пару на следующий вальс?

Девушка с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Надо подобающе ответить.

– Разумеется, Ольгерд, я с удовольствием составлю вам пару.

Джентра удивленно спросила

– А разве обязательно говорить такую чушь?

Друзья рассмеялись, потом Олег протянул Ларе руку и они пошли на танцевальную площадку. Звонкая музыка (интересно, что за странные инструменты?) закружила их вихрем мелодичного «раз, два, три…».

Джентра сидела за столом и с грустью смотрела на танцующих. Если бы ей было 18! Что за несправедливость? И где там куропатка?

***

– Если мы с тобой протанцуем ещё один танец, повторится ситуация с Дэнилдом. – заметила Лара, когда музыка в очередной раз сменилась.

– Тогда сядем? – предложил Олег, и девушка кивнула.

Но, вернувшись к тому столу, за которым сидели раньше, друзья не увидели Джентры. Вместо сестры Джемта за столом сидела Флэр.

Травница переоделась. Теперь на ней было платье из малинового бархата. И, разумеется, украшения. Больше всего заметна была большая брошь – несколько бордовых камней, образовывающие какой-то рисунок, и прозрачные камушки, словно бриллианты. Бордовые камни были и на её серьгах, а также на большом перстне.

Флэр поставила на стол кубок, из которого только что пила, и обратилась к друзьям.

– Вы хотели поговорить. Сейчас у меня есть время вас выслушать.

Ванесса и Джемтальт неожиданно оказались рядом.

– Прекрасно, – улыбнулся развеселившийся Джемт. – Потому что у нас действительно серьезное дело.

Несс чуть наклонила голову, задумавшись, – и потом сказала парню

– Давай прогуляемся по деревне? Ты можешь мне её показать? Я думаю, что Лара и Олег смогут объяснить, что именно угрожает нашему миру.

Джемтальт удивленно посмотрел на Ванессу.

– Серьезно? Сейчас? Это можно сделать и потом… И потом.... Показать?!

Джемт не мог найти слов от удивления. Несс явно что-то недоговаривает! Показать ей деревню! Да большей несуразности, кажется, и придумать сложно!

– Молодой человек, вас попросила девушка, и будет неплохо, если вы последуете её совету, – строго сказала Флэр. – Пойдемте! – обратилась она к Ларе и Олегу.

Пораженно переглянувшись, те пошли за пожилой женщиной, которая привела их в дом советов, большой и светлый деревянный терем, в котором оказалось два этажа. Вообще, изнутри он казался более просторным. Скромный, но изящный интерьер оставлял много свободного места. Высокие потолки и окна, узкие, но длинные, прикрытые легкими, практически прозрачными занавесками. Мебель в основном была плетенная, раскрашенная в разные цвета. Плетенные стулья, плетенный стол, кресло… И несколько сундуков стояло в прихожей, больших и слегка поржавевших.

Флэр, давая им время осмотреться, поясняла, что к чему, и в тоже время поторапливала их.

– Здесь живу я. Одна. Вытирайте ноги, не топчите! Здесь же проходят собрания совета Старейшин, принимающие сложные решения в трудные времена. Последний раз Совет собирался после побега Джемта. Проходите в комнату, что встали! Сейчас самое время нам обсудить все, что хотели, нам не помешают… – проговорила Флэр, усаживаясь в кресло-качалку, также плетенное, выкрашенные в желто-зеленые цвета. Увидев, что её гости продолжают стоять, пожилая женщина жестом указала им на стулья.

– Почему без Ванессы и Джемта? – удивилась Лара.

Флэр посмотрела в окно.

– Потому что я не люблю разговаривать со многими людьми одновременно. Если у тебя много собеседников, конструктивного разговора не получилось. Хорошо, что ваша подруга это понимает.

– Вы об этом думали? О том, что она будет лишняя? – догадался Олег. – Это ужасно!

– Даже если я и думала что-то подобное, какая разница вам? – непонимающе спросила Флэр.

– Ванесса – телепат, – сказала Лара. – Получается, она слышала ваши мысли.

Женщина нахмурилась.

– Мысли? Это странно. Давно я не встречала телепатов… Как, кстати, её фамилия?

– Оурель. Ванесса Оурель. – задумчиво произнес Олег. Задумался, разумеется, он не о фамилии Несс. Он попытался представить себе, что почувствовала девушка, поняв, что с ней не хотят разговаривать.

Это ужасно.

– Оурель… это просто удивительно… Знала я одних Оурелей, давно правда…– усмехнулась Флэр.

Лара, уже не чувствуя к пожилой женщине былого расположения, спросила

– Вы имеете в виду Ханну Оурель?

– Да, – кивнула Травница. – Они родственники?

– Великая Ханна сказала, что да, – кивнула Иллариона. – Когда мы были в ТЭБе.

Флэр удивилась.

– Вы с ней разговаривали? Надо же.... Ванесса Оурель… Джемтальт… Вольный странник… бывают ли такие совпадения?…

Лара и Олег удивленно переглянулись. А о чем вообще речь? Может, у старушки возрастная болезнь? Может, стоит позвать на помощь? Или дать воды?

– Странник, тебе нравится твое имя? – вдруг спросила Флэр.

Молодой человек осторожно кивнул.

– Вполне…

– Я о названии «Вольный Странник», а не о личном имени.

– Да, нравится, – с большей уверенностью сказал Олег. – Это имя значит многое для меня лично и для всего мира.

– Ты хорошо сказал, – кивнула Травница. – Очень хорошо. Я рада, что тебе нравится.

Лара не выдержала:

– Почему? Это имеет какое-то значение?

– Для меня лично имеет. Но вы, кажется, хотели поговорить о чем-то другом?

– Да, – кивнула девушка. Её друг, чувствуется, впал в ступор. Думает. С ним такое случается. – Точнее, о ком-то. Вольф Э’Зорабль.

Флэр неожиданно вытянулась в струнку. Фамилия оборотня несказанно удивила её, будто обожгла. Это уже слишком!

– Э’Зорабль? Вы уверены? Может, вы что-то перепутали?

– Нет, это точно. С вами все в порядке?

– Да… почти… просто я искренне считала, что род Э’Зорабль прекратил свое существование уже давно… это невозможно!

Лара и Олег снова переглянулись. Пока они не получили никаких ответов. А вот вопросов прибавилось порядочно.

– Может, вы объясните, что вы имеете в виду?

– Последняя представительница рода Э’Зорабль ещё во времена моей молодости вышла замуж и поменяла фамилию. После этого я была уверена, что эта фамилия исчезла. Если бы оборотень представился мне Вольфом Э’Зорабль, мы бы не за что не отпустили его в столицу.

– В столицу? – не выдержал Олег. – Это же последнее место, где может спокойно жить последний оборотень! Это… как вы могли его отпустить в столицу! Там полно воинов, которые готовы отдать многое, чтобы убить оборотня. Не говоря уже о том, что уровень преступности там намного выше, несмотря на стражников! Да и сами стражники те ещё разбойники…

– Олег, успокойся… не надо кричать – попыталась урезонить друга Лара. Хотя сама была с ним солидарна.

Флэр удивленно спросила у Странника:

– А как мы могли его не отпустить? Лучше спросите у Госпожи Верховной Жрицы Храма Великих Четырех, почему они его выпустили, если он так ценен.

– Хорошо, спросим, – кивнула Лара. А она спросит, можете не сомневаться…

– Хотя я бы не советовала вам идти туда. Вы взрывные, там сложно будет, – попыталась переубедить их Флэр, почувствовав решимость Илларионы поговорить с Верховной жрицей по душам.

– Мы там уже были, – заметил Олег. Как бы между прочим…

– Были?! – воскликнула Флэр. – И Джемтальт тоже?

– Да. Именно Верховная Жрица сказала нам, куда пошел Вольф.

– Удивительно, – задумалась Флэр. – Удивительно, что Госпожа Даниэлла вас выпустила.

– Сейчас другая занимает это место, – подправил Флэр Олег. Лара на секунду задержала дыхание… Даниэлла. Даниэлла Морган.

– Да? И кто же?

– Саралинда.

Говорил Олег, а Иллариона только смотрела на Флэр. Та одобрительно кивнула

– Это хорошо и правильно. Она продолжит дело матери. Значит, она вам сказала, куда ушел Вольф, да ещё и отпустила. Вы её очаровали?

– Мы поговорили, – подала голос Лара, – по душам. У нас оказались чрезвычайно родственные души.

Олег не выдержал и хмыкнул. Вот умеет его подруга говорить так, что вроде и правда, но звучит по-другому. И не врет, и не выдает секреты. Ему бы научиться.

– Ясно… – протянула Флэр, хотя было видно, что это не так. Все очень мутно и далеко не понятно. Хм....

– Вы уверены, что Вольф в столице? – уточнил Олег.

– Да. Он нам писал недавно. «Жив, Вольф». Оригинальный и очень словоохотливый молодой оборотень.

– Много писать опасно. Особенно ему, – заметила Иллариона. Неужели Флэр не понимает, что даже посылать такую весточку очень опасно!

– Возможно. Пока король не выбрал себе наследника, в столице действительно суматоха.

– Что вы имеете в виду? – спросил Олег, стараясь не измениться в лице. Е-го-э-то-не-ка-са-ет-ся…

– После того как его сын, принц Ольгерд, пропал, многие хотят стать наследником уже немолодого короля Эдуарда. Так что в столице действительно опасно…

Лара улыбнулась.

– Ну, нас-то это не очень волнует. Правда, Олег? Главное, чтобы Вольф действительно был жив и здоров.

– Разумеется, – Флэр внимательно посмотрела на своих собеседников и вздохнула. – Что-то я устала сегодня. Идите. Я лягу отдохну. – заявила старушка, прикрывая глаза.

Все ясно. Их прогоняют. Дожили. Друзья, понимающе переглянувшись, встали и уже направились к выходу, как Флэр, не выдержав, окликнула их.

– Подождите! Девушка, как ваша фамилия?

Лара обернулась и, чуть замявшись, сказала:

– Иллариона Ванн-Хейк.

– Ванн… – тихо прошептала пожилая женщина. – Ванн, Оурель… А почему Хейк?

– Вы должны знать значение этого добавление к фамилии, – усмехнулась девушка.

– Неродная… остался ли кто-либо из рода Ванн ещё?

Лара глубоко вздохнула. Так, спокойно.

– Моя сестра. Каролина Ванн…

– Береги её… а как твоя настоящая фамилия? Ты знаешь? – волнительно спросила Флэр, неожоиданно переходя на «ты».

–Да. Морган.

– Морган! – воскликнула женщина, вздрагивая от знакомой до боли фамилии. – Это просто невероятно… Морган!.. Волчица… Будь осторожна, девочка… Тебя ждет нелегкая судьба…

– Ничего ещё не давалось мне легко в жизни, – заметила Лара. Ей не понравилось то, как отреагировала Флэр на её фамилию. Она что-то не договаривает. И это что-то связано с ними, и даже очень!

– Твоя жизнь только начинается… Идите, я хочу остаться одна! Морган… Странник....Оурель…Э’Зорабль…Ванн… Джемт… Идите, кому я сказала!

***

– Доброе утро! – произнесла Джентра, спускаясь со второго этажа.

На веранде, ярко освещенной солнцем, завтракая, сидели Ванесса, Джемтальт и Флэр. Лара тоже была здесь, но она сидела в кресле.

– Здравствуй, Джентра! – кивнула ей Флэр. – Присаживайся и слушай, тут рассказывают историю их приключений.

– О, здорово! Можно лепешку?

– Завтракай и не мешай. Продолжай, Ванесса.

Несс улыбнулась. Роль рассказчицы снова досталась ей. Правда, Флэр была не особо вежливым слушателем.

– Неужели это правда? – снова прервала рассказ пожилая женщина, обращаясь к Ларе.

– Что именно? – уточнила девушка. Она слушала невнимательно. Вернее, не слушала вовсе.

У неё были интересные темы для размышления. Гораздо более интересные, чем рассказ об их приключениях. Тем более что Лара помнила каждый день их путешествия.

– Что вы были в Ущелье Гномов, потом пошли в Тэбрину, а по пути на вас напал Орден Красного Креста.

Услышав про орден, Джентра слегка охнула, побледнев.

– Да, – кивнула Лара. «А что, странно звучит?» – усмехаясь, подумала девушка.

– Удивительно. И что, они действительно ввели Ванессу в кому?

– Да.

– И Странник смог её вытащить… молодец, надо признать, – задумчиво улыбнулась Флэр.

– Надо, – согласилась Лара.

– А потом что? Вы встретились с Ханной? Как?

Ванесса вздохнула и продолжала рассказ. Кое-что её смущало. Что она лишь слегка чувствовала мысли Флэр. Только некоторые, появляющиеся в настоящий момент, очевидные. Которые в основном касались них.

Но было что-то ещё, что-то закрытое от её магии. И Несси не могла понять, почему происходит так. Что Флэр скрывает?

И более того, что стал скрывать Джемт? Есть что-то, что она не может понять и в его мыслях. Точнее, появилось после того, как они покинули Храм. Диора, что ли, намудрила?

Лара закрыла глаза. Зачем она так рано встала? Если бы знала, что с утра будет увлекательная история их путешествия, поспала бы ещё пару часиков. Нельзя было предупредить?

– Всем доброе утро, – раздался голос Олега, и девушка открыла глаза.

– Доброе, Странник. Присаживайся, завтрак на столе, – приветствовала его Флэр.

– Не хочу есть, – покачал головой молодой человек и направился к выходу.

– Олег, ты куда?

– Хотел к реке пройтись, а что? – удивился он. Удивился в первую очередь тому, что спросила Иллариона.

– Мне надо поговорить с тобой. Не будешь против?

– Я когда-то был против? – в тон ей ответил Странник, и они пошли к реке вдвоем.

Пока друзья шли по деревне, они почти не разговаривали. Лара в двух словах рассказала о том, что Ванесса с самого утра просвещает Флэр относительно их приключений. Олег спросил, что по этому поводу думает Травница.

– Не знаю, вроде верит, но как-то слишком настороженно. Говорит, что такое странно и маловероятно.

– Понятно. Красиво здесь все-таки, да?

На этот раз Лара с ним согласилась.

Лесная река, уютно расположившаяся между двумя березовыми рощами, казалась умиротворенной. Словно зеркало, она отражала стоящие по краям деревья, а некоторые березы и вовсе застыли в глубоком поклоне прозрачной и теплой воде, опустив в неё свои ветви. Лучи солнца, озаряющего речку своим светом, весело играли на её глади цветами радуги. Где-то в листве переговаривались птицы, периодически перелетающие с одного берега на другой. В стороне раздавалось ленивое кваканье лягушки, а в траве стрекотали кузнечики. Илларионе это место напомнило другую лесную речку, протекающую возле Приэля. Это было одно из самых её любимых мест на планете.

– Хорошо здесь.

Девушка сняла обувь и зашла немного в воду, приподняв платье. Легкое колыхание теплой воды, буквально пронзенной солнечным светом, успокаивало. Приятно.

Олег заходить в воду не стал, он расстелил на земле плед, захваченный им, и позвал девушку.

Они уселись в тени деревьев.

– О чем ты хотела поговорить? – после долгого молчания спросил Олег. И тут же почувствовал, что зря это сделал. То спокойствие и умиротворенность, граничащее со счастьем, которое чувствовали они оба, улетучилась. Лара несколько напряглась.

– О твоей семье.

– Давай не будем – поморщился Олег, но девушка покачала головой.

– Нет, будем. Помнишь, ты говорил, что у тебя нет фамилии?

– Ну да, говорил. Уже нет…

– Олег, то, что ты – Странник, не значит, что у тебя нет семьи…

– Ты ничего не знаешь о моей семье, ты не знаешь, кто я такой! Если бы знала, ты едва ли стала бы со мной вот так хорошо общаться.

Лара дернулась, сердито посмотрев на него.

– Угум, спасибо, Олег. Хорошего же вы обо мне мнения, господин принц.

– Кто? – ему показалось, что он ослышался.

– Принц. Сын короля, если так понятнее.

– Откуда…

– Догадалась. Когда речь заходит о короле, ты меняешься в лице. Особенно это было заметно у Флэр. Мне уже показалось, что даже она поняла, но в этом я не уверена.

Олег посмотрел на девушку глазами, в которых ярко горели искры пламени.

– Ты не понимаешь, что ты говоришь! Ты не понимаешь, что у меня действительно нет семьи, теперь… ты не знаешь, почему я сбежал!

– Конечно, я же тупая, – не стала спорить девушка. – И у меня у самой все понятно с семьей. Нет, у меня нет никаких проблем. Нет, это не моя родная семья бросила меня и 11 лет не искала, и это не мой родной отец предал всю деревню. Это не мою вторую семью убил Черный Сопх, и это не моя сестра сейчас у него в плену. Конечно, куда же мне понять!

– Прости…

– Это слова, Олег! Да, я не знаю, почему ты сбежал. Но это не значит, что я не пойму.

– Просто… это очень сложно объяснить… даже не знаю, какие нужно сказать слова…

Лара с укором посмотрела на друга.

– Тебе не надоело держать все в себе? Сколько лет ты уже молчишь о своем прошлом? Может, пришло время все рассказать?

Олег пожал плечами

– Может, и пришло…

– А Лсиян знал о том, кто ты такой?

– Да. Знал, но говорил, что это неважно. Что такое не прощается. Никогда.

– Какое?

Олег посмотрел на девушку… что ж, пусть знает!

– Убийство матери.

– Что? – от изумления воскликнула Лара. Какое ещё убийство?

– Мой отец, король Эдуард, убил свою жену. В их же спальне. На моих глазах. Мне было 18. После этого я и сбежал.

Лара, не в силах прийти в себя от удивления, переспросила

– Ты уверен?

– Я это видел. Своими глазами. И никогда не говорил об этом никому, кроме Лсияна. Никому.

Лара осторожно взяла его за руку.

– Я слушаю.

– Это был поздний вечер. Обычно в это время во дворце было много народа, но в этот вечер наоборот, было безлюдно. Я уже точно не помню, зачем направлялся в спальню родителей. Зато картинку, увиденную мной в их комнате, я запомнил навсегда. Мама лежала на кровати, её светло-розовое платье казалось бордовым… Отец стоял рядом с мечом в руке… а с меча капала кровь… Сначала я не понял, что это он, на нем был какой-то странный балахон… Но потом он повернул голову, посмотрел на меня своими серыми глазами, в которых впервые я увидел ненависть… Он как-то зарычал на меня, и на секунду я подумал, что сейчас он бросится и на меня.

Олег замолчал, закрыл лицо руками. Лара осторожно погладила его по плечу, хотя сама не понимала, как это возможно… чтобы король убил свою жену! Чтобы Эдуард Добродушный, как прозвали его подданные, убил свою любимую королеву Виолетту… Как же это возможно?..

– Мне нечего больше рассказывать. Я не стал ждать, бросится ли он на меня. Я убежал, даже не оборачиваясь и не проверяя, гонится ли он следом… Мне удалось выскользнуть незаметно, охраны не было у ворот… Больше я никогда не возвращался в столицу и никогда не видел своего отца. Говорят, потом он устроил фарс с похоронами и поисками сына. Что скажешь, веселая история?

– Нет, – покачала головой Иллариона. – Странная какая-то. Не верится, что такое возможно…

– Мне тоже не верится, когда вот так рассказываю… Но я это видел… Ты… ты только предполагаешь, с чужих слов, что твой отец предал тебя… а я это знаю! Я это видел, понимаешь! Прошло много времени… но все равно больно, ты не представляешь себе насколько… я… не хочу идти в столицу!

Лара, на секунду задумавшись, спросила:

– Мне сложно спорить с тобой… но какой выход ты видишь? Ты не можешь вечно скрываться от отца. Да и не должен… может, вам все-таки стоит поговорить?

Олег грустно рассмеялся.

– О чем? О чем я вообще должен разговаривать с этим человеком?

– Например, об оборотне. И к тому же, не обязательно говорить ему, что ты его сын… а там уж как придется…

– Лара, ты считаешь, я смогу с ним нормально разговаривать? Так, чтобы не кричать и даже не высказывать волнения?

Девушка задумчиво посмотрела на друга.

– Знаешь, если кто и сможет хотя бы казаться спокойным, так это ты. Не знаю… ты сам видишь, наши истории чем-то схожи. Я тоже не знала, сумею ли нормально разговаривать с Сарой…

– И что?

– А потом, перед тем, как мы покинули Храм, она мне рассказала правду о своей жизни… и знаешь, по-моему, она очень несчастна. Даже более несчастна, чем я.

– Ты её простила? – с неожиданным негодованием спросил Олег.

– Нет, дело не в этом… я её начала понимать.

– Дело твое. Но такое не прощается.

Девушка рассмеялась.

– Этому тебя Лсиян учил? Странная логика для Странника.

– Значит, я не такой хороший Странник. Но прощать предательство…

– Я и не прощаю. Просто… хочу разобраться. И посмотреть в глаза.

Олег удивленно уточнил

– Кому? Вы же с Саралиндой вроде нормально расстались…

– Она здесь не причем. Я хочу посмотреть в глаза своему отцу, Фрэнку Моргану.

Странник поежился. Солнце, будто не соглашаясь с ними, или стесняясь, что стало свидетелем их разговора, скрылось за облаком. Хотя нет, это облако уже совсем напоминает тучу…

– Сейчас дождь будет, видимо. Пойдем обратно… не понимаю, зачем тебе смотреть ему в глаза…

– Чтобы понять, что он чувствовал, так поступая. Был ли он счастлив потом. Чтобы услышать его версию происходящего – или подтвердить версию Сары… Не знаю, Олег… просто чувствую, что мне это надо.

– Я бы своего век не видел… но мы пойдем во дворец, да?

– Не знаю, возможно. Да, точно, дождь… пошли в деревню, а то нас сейчас искать будут.

– Лара… не говори остальным, ладно?

– Олег, мог и не просить.

– Знаю, просто… на всякий случай. Хорошо, что Несси не может читать мои мысли, все-таки…

– Да, меня это тоже радует.

Не выдержав, туча расплакалась. Ветер ответил ей глухим завыванием, вода в реке всколыхнулась. А Лара и Олег, забрав плед, побежали обратно в деревню.

Глава 5

– Я сейчас разочаруюсь, – оглядывая дома вокруг, заметила Иллариона. – Мы шли дней десять. По-моему, вы говорили, что мы придем в столицу.

– Ну да, мы и пришли…

– – Это столица? Это что, великий Аэстен? Даже в Коноре чище!

Олег усмехнулся. О да, прекрасное сравнение!

– Лара, это самая окраина, беднейший район. В центре Аэстен раз в сто прекраснее.

На девушку это мало произвело впечатление.

– Всего в сто? Мда, я все больше разочаровываюсь… там что, крыса? – уточнила Иллариона, увидев на дороге какой-то копошащийся комочек шерсти с длинным хвостом.

– Похоже… Гадость какая-то! – несколько брезгливо поморщился Джемт.

– Не какая-то, а вполне конкретная, хвостатая. Так что решаем, где будем ночевать? Сомневаюсь, что в ближайшем районе будет сдаваться приличное жилье… – задумалась Ванесса.

– Третья улица Тюльпанов, – ответила Лара. – Пятый дом. Мы направимся туда. Далеко ещё, Олег?

– Минут двадцать…

– Откуда такой точный адрес? – удивился Джемт, – У тебя есть знакомые в столице?.. кажется, ты тут впервые?

– Да, впервые. Но есть несколько знакомых, живущих здесь. Даже, больше, чем я предполагала.

Лара улыбнулась, быстро взглянув на Олега.

– Откуда? – не отставал Джемтальт. – К кому мы идем, объясни!– Этого человека зовут Фрэнк Морган. Когда-то он предал свою семью и деревню, выдав тайну Черному Сопху.

– Морган? Это… твой…

– Отец, – докончил Олег. Лара хмыкнула. Странно так… Фрэнк Морган – отец? А кто тогда ей Оливер Ванн? А ведь она сама уже несколько раз называла Моргана отцом… но Оливер Ванн – вот кто её воспитал… запутанно, как запутанно!Ведь не может быть двух отцов? Двух матерей? Две сестры – это ещё как-то реально, но два отца!

Отчего же два, если совсем честно! Ведь из всех её родителей, из обеих пар – как же дико звучит! – остался только Фрэнк Морган.

– Лара, ты уверена? Что хочешь идти туда? – удивился Джемт. – Почему?

– А я понимаю, – сказала Ванесса. – Это правильно, наверное… если, конечно, не случится скандала… хотя история ужасная.

– Не могу ничего гарантировать, – ответила Лара. – Олег, направо или налево?

Завернув в левую сторону, как и сказал Странник, друзья вышли на другую улицу, более чистую, опрятную…

– Уже лучше, – улыбнулась Иллариона.

Город позеленел. Перед домами – ровная лужайка, цветники… Да и сами дома не выглядели больше как после нашествия Черного Сопха. Двухэтажные усадьбы, окруженные невысокой изгородью. Здания были самых разнообразных цветов, но одинаковых стилистик – или, по крайней мере, очень похожих. Три колонны украшали вход, небольшое крыльцо было окружено цветниками, а двухэтажное здание было, чаще всего, серого или коричневого цвета, три окна выходили на улицу. Второй этаж имел небольшой балкончик, настолько маленький, что двое взрослых людей не могут там спокойно стоять. А если они ещё и в теле, как многие мещане…

На некоторых воротах висели объявления, где-то – угрожающие обещания напустить огромную злобнейшую собаку на каждого, кто рискнет зайти внутрь, а некоторые были до молчаливого лаконичны. Но на каждом было написано, какая это улица, номер дома, имя владельца.

– Эта реформа была проведена лет 10 назад, – пояснил Олег. – Вообще, здесь все изменилось, раньше все три Тюльпанные улицы были одинаковыми, и куда более запущенными. Теперь вот, прогресс.

– Это радует… это которая из них?

– Первая. Если через три поворота мы завернем направо, то будет Вторая улица Тюльпанов.

Ванесса напомнила:

– Нам, Олег, нужна Третья улица. Это так, если ты забыл

– Пока не успел, – в таком же шутливом тоне ответил Странник. – А ещё через два поворота будет нужная нам улица.

– Ты хорошо знаешь столицу, – заметил Джемт, и Лара тут же взглянула на Олега. Тот просто кивнул:

– Да, неплохо.

«Не хочешь рассказывать – не надо, не больно то и хотелось» – подумал Джемтальт. Хотя было неприятно. Если Олег что-то скрывает от них, то это, конечно, его личное дело, но все-таки обидно. И, наверное, Ванесса это понимает. Только виду не подает. Или делает вид. Но как бы там ни было – это обидно! Нельзя так с друзьями!

– Джемт, а почему ты не хотел возвращаться домой? – спросила вдруг Ванесса.

Неспроста спросила! Чтобы отвлечь от подобных мыслей…

А вслух Джемт ответил:

– Просто… там давление большое. Это надо соответствовать тому идеалу, который нарисовали мечты Флэр. Или воспоминания. В её рассказах мой тезка был практически идеальным, будто совсем без изъянов. По крайней мере, все, что я делал не так, ставилось под таким углом, что Джемтальт Первый никогда бы такого не натворил. Я упал с лошади – а он был превосходным наездником, потерял ножик, пока искал грибы – а он был всегда предельно внимательным, даже если я просто сказал неосторожное слово…

– Печальная история… Видимо, Флэр считала, что так тебя лучше воспитывать…

– Угу. Намного лучше. Кем бы я стал, если бы не постоянные укоры! Знаете, как бесит?

Олег только кивнул. О да, он точно знает.

– Сразу договоримся, – вдруг сказала Лара. – С Морганом я буду говорить сама. Не сразу. Не надо ему тут же сообщать, что мы не просто так пришли к нему. И о нашем… родстве тоже.

– Можно все выстроить по-другому. По неписанному кодексу чести каждый должен предоставить кров на ночь Вольному Страннику.

– Есть две проблемы. Во-первых, то, что кодекс не писан… а во-вторых, главное здесь – наличие чести у человека, – вздохнула Иллариона.

– Так вот почему ты сейчас одет, как Странник? А я-то думала, что ты так вырядился, – задумчиво произнесла Ванесса.

Олег сделал вид, что улыбнулся. Лара подумала, что у него были и другие причины так одеться. Все-таки когда-то его здесь хорошо знали.

– А ведь мы пришли – вдруг сказал Джемт. – Вон, смотрите?

«Третья улица Тюльпанов, 5» – гласила табличка на воротах. Олег, вздохнув, посмотрел на Лару – и позвонил в колокольчик, висящий сбоку.

Пару минут все было тихо. Ночь медленно опускалась на Аэстен, на улицах темнело, а в окнах появлялись огоньки…

Шарканье раздалось неожиданно.

Дверь отварилась, и на улицу вышел мужчина.

На вид – лет 50, русые волосы, без малейших признаков седины, неаккуратно свисали почти до плеч. Прямой нос и тонкие губы – его лицо казалось каким-то угрюмым. Одет он был просто – штаны в клеточку и рубашка на выпуск. В целом, этот мужчина не производил приятного впечатления.

Но особенно выделялись глаза. И на секунду вздох запнулся – Лара вдруг поняла.

Серые. Такого же оттенка, как у Саралинды.

Вот он какой, Фрэнк Морган. А Сара на него похожа, чисто внешне…

– Ну, и что вы звоните? Чего надо? – спросил мужчина усталым голосом.

– Я – Вольный Странник, и нам нужен ночлег.

– И что?

Олег повторил:

– Нам нужен ночлег…

– А я тут причем? Вот и идите куда-нибудь, на постоялый двор.

Иллариона не выдержала:

– Где вы тут видите постоялый двор?

– Меня это не касается. Пошли вон от моих ворот.

– Послушайте, – Лара вышла из себя, – вы понимаете, что…

– Фрэнк, что происходит? Кто там? – раздался тонкий голосок, и мужчина нервно обернулся.

– Сандра, зайди в дом! Холодно!..

– Ничего, я накинула шаль… Здравствуйте…

Это была женщина, возраста примерно такого же, как и Саралинда – ну, на несколько лет старше. Черные прямые волосы, ниспадающие до пояса, только подчеркивали бледность её лица. Бирюзовые глаза смотрели с улыбкой и доброжелательством, а особые формы её фигуры только подчеркивались платьем…

– Здравствуйте, – улыбнулась Ванесса. – Нам нужен ночлег, и…

– Заходите, – тут же приняла решение Сандра. – Вы ведь Вольный Странник? – обратилась она к Олегу. – Не стойте в дверях, это плохая примета.

– Сандра, что ты делаешь? – не мог смириться с этим Фрэнк. Он попытался дотронуться до её руки, но женщина только улыбнулась.

– Это же Вольный Странник… в конце концов, не будет ничего плохого, если они переночуют здесь! Фрэнк, ты против?

Он только махнул рукой.

– Если ты так хочешь…

– Хочу… – кивнула Сандра, и снова обратилась к друзьям – Да что же вы встали, проходите!

Ванесса, приветливо улыбнувшись женщине, вошла первая. За ней – Джемт, потом Олег. Лара вошла последней, чувствуя, что ноги не хотят двигаться, а сердце сжимается в предчувствии того, что она снова сделала ошибку, приняв эмоциональное решение «посмотреть в глаза». Обратившись к гостеприимной хозяйке, она, стараясь говорить обычным голосом, спросила

– Вы ждете ребенка, да?

– Да, – улыбнулась Сандра, – Как вас зовут?

Иллариона на секунду замялась, взглянула сначала на Сандру, потом на Фрэнка…

– Рина. Спасибо вам.

***

– Рина, берите картошки ещё! Это молоденькая, из соседней деревушки…

– Спасибо, Сандра – растерянно пробормотала Лара. Почему она назвалась так, как называл её только Ганс? Не Иллариона, не Лара – как всегда, а именно Рина? Не хотела выдавать себя раньше времени? Чтобы не напрягать Фрэнка?

Нет, она и не думала о нем в тот момент, когда называла имя. Точнее, не о нем в первую очередь. Не хотелось делать больно этой молодой женщине, которая вовсе не виновата в прошлом своего мужа. Почему все так сложно?

Ванесса улыбнулась Сандре и спросила

– Вы сами готовили?

– Конечно, – улыбнулась в ответ женщина. – Я люблю готовить, да и вообще возиться по дому. Наверное, это и есть призвание каждой женщины, как вы считаете?

– Не совсем, – не согласилась Ванесса, – у каждой женщины свое призвание. Как и у каждого мужчины. Вот вы, Фрэнк, чем занимаетесь?

Мужчина поперхнулся. Его сильно раздражали эти незваные гости. Которые почему-то ещё и лезут в его жизнь!– Мелкая торговля.

Несс едва заметно помотала головой, сообщая таким образом друзьям, что им врут. Лара вздохнула, чувствуя, что Саралинда была абсолютно права насчет их отца. Пока Фрэнк Морган абсолютно точно соответствовал тому описанию, которым наделила его старшая дочь…

Зачем же обманывать? Если у тебя нет работы, то нечего и говорить об обратном!Или Сандре об этом неизвестно?..

– У вас милая семья – непринужденно заметил Джемт. Ему действительно нравилось в этом доме, особенно в той комнате, где они ужинали.

Усадьба не отличалась от других и внешне казалась абсолютно обычной. Ларе, если честно, хотелось бы увидеть какую-нибудь оригинальную черту, обозначающую, хотя бы, что здесь живет человек, близкий с ней по крови.

Но нет. И внутри дома чувствовалось влияние другой личности.

Каждая вещь, будь то ковер, штора или просто чайная ложка, буквально светилась теплотой, буквально шептала каждому – " Я часть Сандры, она за мной ухаживает, и вот посмотрите, какая я теперь!«. Чистота и порядок были неотъемлемой частью каждой комнаты: красиво и аккуратно стояли и книги на полке, и цветы в вазе, и даже картошка была предельно-круглой, ровной формы…

Словом, Сандра была гениальной, прирожденной хозяйкой – и казалась совершенно счастливой женщиной. Имеет ли Лара право разрушать её счастье?

А кто имел право рушить жизнь самой Илларионы?

Девушка, смотря на радостное выражение лица Сандры, не могла себе представить, как будет говорить ей, что её муж – трус и подлец.

Не случится ли так, что это испортит ей жизнь?

Рассуждая таким образом, Лара не обращала внимания на разговор. Но вдруг встрепенулась, услышав вопрос Олега:

– Фрэнк, а у вас это первый ребенок?

«Спасибо, друг! Не мог ничего другого спросить? Хотя интересно, что он ответит?»

– Разумеется, – твердо ответил мужчина, отведя взгляд в сторону. – Это моя первая жена и мой первый ребенок.

Лара со злостью воткнула вилку в картошку и, стараясь говорить как можно более нейтральным голосом, спросила:

– То есть раньше у вас никогда не было жены?

– Никогда, – ответил Фрэнк, внимательно и чуть прищурившись посмотрев на девушку. Та, едва сдерживаясь, снова спросила у него:

– И детей тоже?

– Никогда.

Не сдержалась. Рука дрогнула, и морс слегка пролился на платье.

– Простите, где можно замыть? – вскочила Лара, не в силах скрыть своего волнения. «Да и зачем, зачем? Зачем я вообще пришла сюда, что хотела увидеть? Что не нужна этому человеку, как не нужна ему и Сара? Что он вообще вычеркнул нас из жизни? Узнала теперь? И что, довольна? Зачем, зачем?»

– Я провожу, – сказал угрюмым голосом Фрэнк.

Олег взволнованно посмотрел на Лару. Та выглядела странно, потерянно, и этот слегка лихорадочный блеск в глазах… Что-то произойдет… У неё яхоты с собой… ему начинать переживать за жизнь и здоровье этого мужчины? Впрочем, нет уж – потому что он всего этого заслужил.

Тем не менее Олег с беспокойством следил за ними, пока дочь и отец, не смотря друг на друга, выходили из комнаты.

– Зачем вы пришли сюда? Что вам надо? – спросил наконец Фрэнк, убедившись, что из зала их не видят.

Девушка промолчала. Она просто не знала что сказать. Да, она не сдержалась. Теперь надо как-то объясняться… что-то говорить… а не хочется. Ни говорить что-либо ему. Ни смотреть на него. Ни даже чувствовать его присутствие рядом…

Молчание затягивалось…

Тогда мужчина не выдержал.

– Немедленно говори, зачем вы пришли сюда! Кто вас послал? – с этими словами он схватил её за локоть и прижал к стене.

Зря он это сделал. Она и так держалась из последних сил…

Через мгновение Лара выхватила яхоты, даже не успев обдумать все до конца. Да и зачем обдумывать, все равно ничего умного не придумает!Будь тогда что будет!

– Убери свои руки! – то ли угрожая, то ли просто предупреждая, сказала Иллариона, и, увидев оружие, Фрэнк отпрянул.

Узнал.

– Иди-ка сюда… – он потянул её в маленькую комнату. – И говори, кто ты такая! Откуда яхоты? Говори, правду!

Лара посмотрела на него, усмехнувшись, и спокойно убрала оружие.

– Было глупо надеяться, что вы меня узнаете, – неожиданно даже для себя, девушка расхохоталась. – Это, очевидно, потомственная черта носителей фамилии Морган – не узнавать меня, забывать о том, что я есть. Я уже почти к этому привыкла.

– Нельзя ли выражаться понятнее, девушка? – язвительно спросил мужчина, пристально вглядываясь в неё. Но – не узнавал.

– Да куда же понятнее… – вздохнула она. Изумруды её глаз сверкнули: Меня зовут Иллариона Ванн-Хейк.

Фрэнк изменился в лице.

– Иллариона? Не может быть… Ванн? Ванн-Хейк? Получается… – слова будто застряли у него в горле. Тогда Лара, не сдержавшись, закончила за него:

– Судя по тому, что мне сказала Саралинда, вы мой отец.

Несколько минут мужчина молчал. Он смотрел в пол и как-то тяжело дышал. Потом поднял глаза и, посмотрев на дочь, легонько погладил её по щеке:

– Лара… Ларочка… ты жива…

Девушка кивнула, несколько потрясенная реакцией, чуть отодвинувшись. Но тон остался прежним.

– Как видите. Вы удивлены?

Фрэнк судорожно кивнул, будто стараясь подобрать слова.

– Да, наверное… я был уверен, что потерял тебя навсегда… – неожиданно в его глазах что-то мелькнуло: Ты говоришь – Саралинда тебе сказала? Она тоже жива? И Даниэлла?

Подобный интерес этого человека к семье, которую он предал, удивил её. Иллариона осторожно ответила:

– Сара да, жива… а вот Даниэлла, насколько я знаю, нет, – при этой мысли сердце почему-то ёкнуло. Да, она никогда не увидит эту женщину, которую должна бы называть родной мамой… и злость снова взяла вверх. Девушка, не сдержавшись, заметила: Хотя какая вам разница, ведь у вас скоро появится первый ребенок…

Фрэнк снова схватился за голову. Выглядел он потерянным, пораженным… радостным?

– Ты не знаешь, о чем говоришь, Лара… Милая, расскажи, как ты жила все эти годы… я ведь действительно думал, что ты умерла…

Но девушка, вздрогнув от этих слов – то ли искренних, то ли лживых – язвительно усмехнулась.

– Надеюсь, не сильно разочаровала. Жила как все дети, брошенные своими родителями. Хотя нет, мне повезло больше некоторых. Но Вас моя жизнь не касается.

– Ты на меня злишься, девочка моя. Но… – начал было Фрэнк, пытаясь взять её за руку. Но девушка вскочила, резко оборвав его.

– Это называется другим словом. Что-то между ненавидеть и презирать. Не могу подобрать что-то более подходящее.

Фрэнк Морган нахмурил брови, приподнявшись следом:

– Зачем же ты тогда пришла?

– Посмотреть в глаза человеку, сломавшему так много жизней… не волнуйтесь, я уйду завтра. Говорить Сандре я ничего не собираюсь, по крайней мере, пока. А там… посмотрим, что будет, – и, чуть запнувшись, спросила: Где можно замыть пятно?

– В конце коридора будет нужная комната, – несколько растеряно произнес он, и, не выдержав, воскликнул: Лара, ты же ничего не знаешь! Нам надо поговорить, я хочу объяснить тебе…

– А я не хочу ничего слышать, – предупреждающе взмахнула рукой Иллариона. – Мне хватило рассказа Сары.

Девушка вышла из комнаты, прислонилась к стене, обитой тканью… «Ничего не хочу слышать. Ничего не хочу знать. Не хочу больше лжи…» – думала она, но, через минуту буквально взяла себя в руки и, вытерев слезу, пошла по коридору.

Она ведь должна быть сильной, не так ли?

***

– Что это за письма? – неожиданно спросил Олег, увидев на столике письма с красной лентой. Они были написаны на черном пергаменте и заставлены вазой, наверное, именно поэтому он и обратил на это внимание.

– Просто письма, ничего особенного… – Фрэнк тут же поспешил убрать их, но Лара, выхватив одно и бегло осмотрев конверт, поняла, что дело плохо. Особенно её насторожил верхний конверт, где стояла ярко-белая цифра «0».